На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


контрольная работа Научное познание и его специфика. Уровни научного познания: эмпирический и теоретический

Информация:

Тип работы: контрольная работа. Добавлен: 18.09.2012. Сдан: 2011. Страниц: 15. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


 
 
Введение ………………………………………………………………………….3
1.Научное познание  и его особенности ..……………………………………….4
1.1 Научная рациональность. История развития представлений  о научной   рациональности ..……………………………………………………………….4
1.2 Научная интуиция…………………………………………………………..9
1.3 Три блока  основания науки   .……………………………………………..9
2. Приёмы, методы  и уровни научного познания……………………………..11
2.1 Приёмы научного  мышления. Метод, его сущность  и аспекты ……….11
2.2 Общенаучные  средства познания………………………………………...13
Заключение………………………………………………………………………18
Список использованной литературы…………………………………………..19 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Введение. 
 

 Я выбрала  тему «Научное познание и его специфика. Уровни научного познания: эмпирический и теоретический», так как она  представляет для меня интерес. Мне хотелось бы узнать больше о научном познании и его особенностях.
 Цель  данной работы – на основе широкого круга литературы исследовать научное  познание.
 Основные  задачи работы – выявить особенности  научного познания, что такое эмпирический и теоретический уровни научного познания и какие методы познания применяются на этих уровнях.
 Основным  источником работы является учебник  для вузов Алексеева П.В. и Панина А.В. «Философия», изданный в Москве издательством «Проспект» в 1997 году. Этот источник наиболее полно, достоверно и объективно раскрывает все основные вопросы, связанные с научным познанием. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

1.Научное познание и его особенности. 

 Познание  – процесс целенаправленного  активного отображения действительности в сознании человека. В ходе познания выявляются разнообразные грани бытия, исследуется внешняя сторона и сущность вещей, явлений окружающего мира, а также субъект познавательной деятельности- человек – исследует человека, то есть самого себя. Результаты познания остаются не только в сознании конкретного, что-либо познавшего человека, но и передаются из поколения в поколение, главным образом, с помощью материальных носителей информации: книг, рисунков, объектов материальной культуры.
 Познавательная  деятельность человека сформировалась задолго до возникновения науки как специфического способа духовно-практического освоения действительности. Когнитивный элемент органически вплетён во все вненаучные способы духовной деятельности человека. В науке этот элемент является основным и доминантным, подчиняющим себе все другие стороны духовной деятельности. 

1.1 Научная рациональность. История развития  представлений о  научной рациональности. 

 В самом  общем виде рациональность понимается как постоянная апелляция к доводам  разума и рассудка и максимальное исключение эмоций, страстей, личных мнений при принятии решений, касающихся судьбы познавательных утверждений.
   Предпосылкой научной рациональности является тот факт, что наука осваивает мир в понятиях. Научно-теоретическое мышление прежде всего характеризуется как понятийная деятельность. Именно оперирование понятиями и позволяет науке выполнять основные познавательные функции: описание, объяснение и предсказание явлений определённой предметной области. И именно поэтому каждая наука имеет собственный язык, собственную предметную область исследования и собственный метод. В плане рациональности научное познание характеризуется ещё двумя чертами – это доказательность и системность. Эти качества отличают научное познание от обыденного. В основе системности и доказательности  лежит логическая взаимозависимость научных понятий и суждений.
   В истории философского мышления  можно выделить ряд этапов  в развитии представлений о  научной рациональности.
      На первом этапе, начиная с античности, господствовала так называемая дедуктивистская модель научной рациональности. В этой модели научное знание представлялось в виде дедуктивно упорядоченной системы положений, в основании которой лежали общие предпосылки, истинность которых устанавливалась внелогическим и внеопытным путём. Их истинность как бы непосредственно усматривалась «очами разума» после его определённой подготовки к этому. Все же остальные положения выводились из общих посылок дедуктивно. Рациональность учёного в этой модели заключалась в доверии авторитету разума при принятии исходных предпосылок и жёстком следовании правилам дедуктивной логики при выведении и принятии всех остальных суждений. Можно сказать, что в этой модели рациональность в значительной степени сводилась к логической детерминированности мышления учёного. Эта модель лежит в основании метафизики Аристотеля, физики Декарта и наиболее яркое своё воплощение она получила в «Началах геометрии» Эвклида.
      В XVII-XVIII веках, с зарождением экспериментальных наук, обнаружилось, что только доводов разума и логической принудительности научного мышления недостаточно для понимания научной рациональности.
          В рамках научной рациональности пришлось искать место «доводам опыта и эксперимента». Такая попытка была предпринята в рамках индуктивистской модели научного знания и научного метода, основы которой были заложены Ф.Бэконом и развиты в работах Д.С.Милля. В этой модели определяющим фактором доказанности или обоснованности научного знания выступает опыт, факты, полученные в ходе наблюдения и эксперимента, а функции логики сводятся к установлению логической зависимости положений различной общности от фактов. Но поскольку дедуктивная логика не может транслировать истинность в индуктивном направлении (от фактов к общим положениям, к законам), была поставлена задача создания индуктивной логики, правила которой позволяли бы это делать. В этой модели научной рациональности последняя отождествлялась с эмпирической принудительностью научного мышления, с апелляцией к «доводам опыта». Но уже во второй половине XIX века обнаружилось, что индуктивная логика не имеет надёжного логического обоснования и поэтому выводы, полученные на её основе, не имеют доказательного значения.
          Ещё ранее это понял Д.Юм. Он признавал тезис, что эмпирическое естествознание базируется на индуктивных рассуждениях, но в то же время полагал, что последние не имеют надёжного логического оправдания. Из этого он сделал вывод, что всё наше опытное знание является разновидностью «животной веры». Тем самым неявно признавалось, что опытное познание является в своей основе иррациональным. В последующем был предпринят ряд попыток преодоления парадоксов индуктивистской модели с помощью использования понятия вероятности. Другой путь выхода заключался в разработке так называемой гипотетико-дедуктивной модели научного знания и научного метода. Но все эти попытки успеха не имели, хотя и обогащали представления о научной рациональности. 
       В 50-х годах XX века проблема научной рациональности оказалась в центре внимания научной общественности. Внимание к этой проблеме привлёк К.Р.Поппер. Он поставил задачу преодоления иррационалистической интерпретации научного познания Д.Юма. Вместе с тем он подчеркивал, солидаризуясь в какой-то степени с индуктивистами, что «доводы опыта» в эмпирическом естествознании должны иметь решающий характер. Но парадоксальность его подхода к решению проблемы рациональности заключалась в том, что он с самого начала в принципе отвергал возможность доказательства истинности научных положений на основе фактов. Он считал, что мы просто не располагаем для этого необходимыми логическими средствами. Дедуктивная логика транслировать истинность в индуктивном направлении не может, а индуктивная логика является «мифом». В нашем распоряжении, согласно Попперу, есть только один способ дедуктивного рассуждения, который позволяет ставить нам судьбу законов и теорий в зависимость от опыта – это modus tollens дедуктивной логики, известной со времён Аристотеля. Применительно к научному знанию это означает, что если из принятой нами теоретической гипотезы «Т» выводится эмпирически проверяемое следствие «е» и при проверке оказывается, что оно опровергается, то с логической необходимостью считается опровергнутой и проверяемая теория. И это, согласно Попперу, единственный надёжный логический механизм, позволяющий принимать во внимание опытные данные при решении судьбы теории. Опора на этот «механизм» является единственным шансом спасения науки как рационального предприятия.
          Основным критерием научной рациональности является не доказуемость и подтверждаемость знания, а его опровергаемость. Только та теория является научной, и соответственно рациональной, которая допускает такие мыслимые эмпирические ситуации, которые она запрещает, и актуальная проверка которых могла бы её опровергнуть. Класс таких потенциально мыслимых эмпиричесих ситуаций называется классом потенциальных фальсификаторов теории. Научная деятельность сохраняет свою рациональность до тех пор, пока сохраняется фальсифицируемость её продуктов в виде законов и торий. Но последнее возможно только в том случае, если в науке сохраняется постоянное критическое отношение к выдвигаемым теоретическим гипотезам, и готовность отбросить теорию в случае факта её актуальной фальсификации.
          Свою концепцию Поппер именует как «критический рационализм», в которой рациональность отождествляется с критическим отношением к результатам научного исследования. Такая модель научной рациональности предполагает  и определённую гносеологическую трактовку научного знания. У Поппера она выражалась в двух базисных тезисах: тезис гипотетизма и тезис фаллибилизма. Тезис гипотетизма утверждает принципиально положительный, гипотетический характер научного знания, а тезис фаллибилизма – принципиальную подверженность научного знания ошибкам, которые в ходе научного познания должны элиминироваться.
          Соответственно свою модель научного метода он именует методом «догадок и опровержений».
          Издержки попперовского подхода к сохранению рациональности велики. Во-первых, пытаясь преодолеть иррационализм юмовской трактовки научного знания как «животной веры», Поппер вынужден признать принципиально предположительный характер  научного знания – знание только догадка. Но разница между утверждением, что знание – разновидность живой веры, и утверждением, что оно является догадкой, не особенно существенная. Во-вторых, та модель рационального поведения, которую Поппер предлагает науке, настолько жёсткая и упрощённая, что ни один реально работающий учёный не может ей следовать. Как замечал неоднократно ученик Поппера И. Лакатос, в реальной науке не всякое опровержение ведёт к отвержению теории. Каждая великая научная теория, как замечает Лакатос, «зарождается, развивается  и умирает в океане эмпирических аномалий». Можно также добавить, что хотя критическое отношение к получаемому знанию является одним из характерных признаков рационального научного мышления, в реальной науке присутствует и догматический элемент, который позволяет учёным, вопреки обнаруженным эмпирическим опровержениям и логическим противоречиям, продолжать сохранять приверженность теории, надеясь на успешное преодоление этих противоречий в будущем. Это означает, что кроме логической и эмпирической детерминанты  научного мышления в нём действуют и другие детерминанты, которые логико-эмпирической моделью рациональности не принимаются в расчёт.
      В 60-80-х годах в философии появился ряд работ, которые значительно обогатили наше представление о научной рациональности. В этом отношении примечательны работы Т.Куна и И.Лакатоса. Т.Кун в своей книге «Структура научной революции» развивает так называемую «парадигмальную модель» научного знания, в рамках которой научная деятельность является рациональной в той степени, в которой учёный в своей деятельности руководствуется определённой дисциплинарной матрицей, или парадигмой, принятой научным сообществом. Парадигму он определяет как «одно или несколько прошлых научных достижений, которые в течение некоторого времени признаются определённым научным сообществом как основа для  развития его дальнейшей практической деятельности».
         По мнению Куна, научный этап  развития в той или иной  области   исследования и начинается  с момента принятия научным  сообществом определённой парадигмы,  которая упорядочивает научную  деятельность.
          Английский философ И.Лакатос связывает новое понимание научной рациональности с понятием «исследовательской программы», которая имеет сходство с куновским понятием парадигмы. Согласно Лакатосу учёный действует рационально, если в своей деятельности придерживается определённой исследовательской программы, даже вопреки возникающим в  ходе её развития противоречиям и эмпирическим аномалиям. Однако возникает вопрос: насколько рационален сам вопрос принятия «парадигмальных образований» в науке?
          Согласно Куну, процесс принятия и смены парадигм полностью рационального объяснения не имеет. Этот процесс имеет социально-психологическую природу и, согласно Куну, смена парадигм имеет сходство с религиозным переворотом. И.Лакатос трактует принятие исследовательской программы как конвенцию, в основе которой лежат рациональные соображения логико-методологического  и эмпирического характера. Однако в той степени, в какой любая конвенция является актом свободного выбора между альтернативами, говорить о логико-эмпирической детерминированности акта принятия исследовательской программы нельзя. Здесь содержится иррациональный момент.
          С точки зрения внутреннего совершенства и концепция Куна, и концепция Лакатоса далеко не безупречны. Но идея выделения  парадигмальных образований в научном познании имеет внешнее оправдание, а именно, она находит своё подтверждение в реальной истории науки; в настоящее время влиятельность этой идеи в современной философии не вызывает сомнений.
          Такой подход к описанию структуры научного познания меняет и наше представление о научной рациональности. Представление о научной рациональности как логико-эмпирической детерминированности процесса научного познания становится явно недостаточным. В свете идеи парадигмальности науки, рациональность приобретает контекстуальный характер. Судить о рациональности действия учёного можно только в контексте принимаемых в данный исторический период научным сообществом парадигмальных установок. Сам же акт принятия этих установок не может быть объяснён соображениями логико-методологического характера и требует апелляции к историческим и социокультурным соображениям. Такой подход сближает проблему научной рациональности с рациональностью других видов человеческой деятельности.
   Подводя краткий итог развития  представлений о научной рациональности, можно констатировать, что рациональность учёного в рамках его профессиональной деятельности характеризуется апелляцией к доводам разума и опыта, логической и методологической упорядоченностью научного мышления, регулятивным воздействием на научное мышление идеалов, норм и стандартов, заложенных в дисциплинарной матрице, имеющей частично и социокультурную обусловленность.
   Создание какой-либо абсолютистской, окончательной модели научной  рациональности невозможно. Скорее  всего, сама научная рациональность является своего рода исторически эволюционирующим идеалом, к которому наука должна стремиться, но который в ней не реализуется полностью. 
 
 
 

      Научная интуиция.
 
 При всём определяющим влиянии в научном  мышлении доводов разума и доводов  опыта, в нём остаётся место интуиции, ошибочным суждениям, персональному выбору альтернативных ходов мысли, конвенциональных решений, которыми пронизано всё научное познание, и даже мистическим озарениям. То есть в реальной истории научного познания присутствует и иррациональная компонента. Но это не даёт основание уравнивать науку с другими видами человеческой деятельности, такими как мистика, магия, религия, искусство или идеология. Иррациональный элемент присутствует во всех видах человеческой деятельности, но в науке доминирует рациональное начало, а иррациональные моменты имеют локальное значение, и не направляют весь ход научного прогресса.
 Одним из таких иррациональных элементов научного познания является научная интуиция. Учёный как будто смутно предчувствует истину, но она не даётся ему. И тут какое-нибудь новое обстоятельство, факт, а то и случай, внешне, возможно, совсем незначительный, становятся своего рода катализатором мысли – наступает внезапное прозрение. Между тем, исследователь, как правило, уже подготовлен к нему, владеет пусть пока немногими, но всеми или почти всеми возможными сведениями. Он как бы сжился с проблемой, не однажды пытаясь её понять, подступая к ней с разных сторон. Своего рода озарение замыкает цепь раздумий у человека, который, как правило, буквально выстрадал открытие. Так что внешне случайное может оказаться далеко не случайным.
  Например, когда французский биолог Ш.Николь, открывший пути передачи брюшного  тифа, высказался однажды в том  смысле, что озарение, которое вдруг  снизошло на него – всего лишь игра случая, невольный его оппонент, Ж.Адамар, не удержался и прокомментировал высказывание: если бы не предварительная работа, идущая нередко годами, то не было бы и открытий. Тогда причины тифа обнаружил бы не Ш.Николь, а кто-либо из его санитаров. Потому столь долго и не даётся порой решение, что оно замыкается случаем, шанс уловить который тем ниже, чем менее подготовлен к этому исследователь. 

      Три блока основания  науки.
 
 Все науки имеют три блока основания: идеалы и нормы исследования, научную картину мира и философские основания.
 Научное познание регулируется определёнными  идеалами и нормативами. Идеалами научного познания являются: доказательность  и обоснованность знания, объяснение и описание фактов, построение и  организация знания. Нормы описания в науке выражают стиль мышления конкретной эпохи: нормы описания в средневековой науке отличаются от норм современной науки.
 Научная картина мира – второй блок основания  науки, - складывается в результате синтеза знаний, получаемых в различных науках, и содержит общие представления о мире, вырабатываемые на соответствующих стадиях исторического развития науки. Научная картина мира выступает не просто как форма систематизации знания, но и как  исследовательская программа, которая определяет постановку задач эмпирического и теоретического поиска и выбора средств их решения.
 Философские идеи и принципы обосновывают идеалы и нормы науки, содержательные представления  научной картины мира, обеспечивают включение научного знания в общую  культуру человечества. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

    Приёмы, методы и уровни научного познания.
2.1 Приёмы научного  мышления. Метод,  его сущность и  аспекты. 

   Человеческое мышление представляет  собой сложный познавательный  процесс, включающий в себя  использование множества различных  приёмов и методов познания. Эти  понятия часто употребляются  как синонимы, но между ними  есть различия.
   Под приёмами мышления и научного познания понимаются общелогические и общегносеологические операции, используемые человеческим мышлением во всех его сферах и на любом этапе и уровне научного познания. Они в равной степени характеризуют как обыденное мышление, так и научное, хотя в научном мышлении приобретают более определённую и упорядоченную структуру. Приёмы мышления, как правило, характеризуют общую, гносеологическую направленность хода мысли на том или ином этапе познавательной деятельности. Например, от движения целого к части, от частного к общему и т.д.
    Методами называют более сложные  познавательные процедуры, которые  включают в себя целый набор  различных приёмов исследования.
    Метод – это система принципов,  приёмов, правил, требований, которыми  необходимо руководствоваться в процессе познания.
    В данном определении метода  выражено его операциональное  существо; метод содержит в себе  совокупность требований, которые  характеризуют порядок познавательных  операций.
    Аспекты метода: предметно-содержательный, операциональный, аксиологический.
    Предметная содержательность метода состоит в том, что в нём отражено знание о предмете исследования; метод основывается на знании, в частности, на теории, которая опосредует отношение метода и объекта. Многие философы признают, что метод – это та же теория но повёрнутая своим остриём на познание и преобразование объекта; это система нормативных правил, выводимых из теории (или вообще из определённого знания) с целью дальнейшего познания объекта. Предметная содержательность метода свидетельствует о наличии у него объективного (объектного) основания. Метод содержателен, объективен.
    Операциональный аспект указывает на зависимость метода уже не столько от объекта, сколько от субъекта. На формирование правил-предписаний оказывают существенное влияние уровень научной подготовки специалиста, его умение перевести представления об объективных законах в познавательные приёмы, его опыт применения в познании тех или иных приёмов, способность их совершенствовать; влияют на выбор и разработку правил соображения удобства и «экономии мышления». Нередко на основе одной и той же теории возникаю т модификации метода, зависящие лишь от субъектных моментов. Метод субъектен, или субъективен (в данном отношении).
    Аксиологический аспект метода выражается в степени его надёжности, экономичности, эффективности. Перед учёным порой встаёт вопрос о выборе одного из двух, близких по своему характеру методов. Решающую роль в выборе могут сыграть соображения связанные с большей ясностью, общепонятностью или результативностью метода. Когда в 20-х годах в СССР происходила дискуссия по вопросам методологии и пред частью естествоиспытателей встала проблема, какому методу отдать предпочтение – элементаристскому (механистическому) или системному («диалектике») – физиолог А.Ф.Самойлов заявил, в частности: «Те марксисты, которые воодушевлены верою в силу диалектического метода в познании природы, если они при этом специалисты-естественники в какой-нибудь определённой области естествознания, должны на деле доказать, что они, применяя диалектическое мышление, диалектический метод, в состоянии пойти дальше, скорее с меньшей затратой труда, чем те, которые идут иным путём. Если они это докажут, то этим без всякой борьбы, без излишней бесплодной оскорбительной полемики, диалектический метод завоюет себе своё место в естествознании. Естествоиспытатель прежде всего не упрям. Он пользуется своим теперешним методом только и единственно потому, что его метод есть метод единственный. Такого естествоиспытателя, который желал бы пользоваться худшим методом, а не лучшим, нет на свете. Докажите на деле, что диалектический метод ведёт скорее к цели, - завтра же вы не найдёте ни одного естествоиспытателя не диалектика».
 Методы  научного познания можно подразделить на три группы: специальные (или частные), общенаучные, универсальные (или всеобщие).
    Специальные (частные) методы  применимы только в рамках отдельных наук, в узкой области конкретных исследований. Объективной основой таких методов являются соответствующие специально-научные законы и теории. К этим методам относятся, например, различные методы качественного анализа в химии, метод Монте-Карло, метод спектрального анализа в физике и химии, метод статического моделирования при изучении сложных систем и т.д.
    Общенаучные методы применимы в гораздо более широкой сфере научных исследований. Они характеризуют ход познания во всех науках. Их объективной основой являются общеметодологические закономерности познания, которые включают в себя и гносеологические принципы. К ним относятся: методы эксперимента и наблюдения, метод моделирования, гипотетико-дедуктивный метод и т.д.
    Универсальные (всеобщие) методы характеризуют человеческое мышление в целом и применимы во всех сферах познавательной деятельности человека. Их объективной основой выступают общефилософские закономерности понимания окружающего нас мира, самого человека, его мышления и процесса познания и преобразования мира человеком. К этим методам относятся философские методы и принципы мышления, в том числе принцип диалектической противоречивости, принцип историзма и т.д.
 
 
 
2.2 Общенаучные средства  познания. 

Существуют  два уровня научного познания: эмпирический и теоретический.
Эмпирическое  исследование изучает явления и  их взаимодействия, выявляет эмпирические зависимости в ходе наблюдений, экспериментов как результат дедуктивного обобщения опыта.
Теоретический уровень познания состоит в познании сущности явлений, их законов, опирается  на мысленный эксперимент, на применение методов построения теории: аксиологический, гипотетико-дедуктивный, восхождения от абстрактного к конкретному  и т.д.
Так как  на эмпирическом и теоретическом  уровнях ставятся различные задачи, то и методы на этих уровнях различаются.
К эмпирическим методам относятся:
    Научное наблюдение является исходным методом эмпирического познания. Наблюдение – это целенаправленное изучение предметов, опирающееся на такие чувственные способности человека, как ощущение, восприятие, представление; в ходе наблюдения мы получаем  знание о внешних сторонах, свойствах и признаках рассматриваемого объекта. Познавательным итогом наблюдения является описание – фиксация средствами языка исходных сведений об изучаемом объекте. Результаты наблюдения могут также фиксироваться в схемах, графиках, диаграммах, цифровых данных и просто в рисунках.
     К структурным компонентам наблюдения относятся: сам наблюдатель, объект исследования, условия наблюдения и средства наблюдения – установки, приборы и измерительные инструменты.
     При внешней пассивности наблюдения в нём в полной мере реализуется  то, что именуется активным характером человеческого познания. Активность проявляется, прежде всего, в  целенаправленном характере наблюдения, в наличии исходной установки у наблюдателя: что наблюдать и на какие явления обращать особое внимание. Это обуславливает  и второй момент активности наблюдения, а именно его избирательный характер, однако в процессе наблюдения учёный не игнорирует явления, не входящие в его установки. Они также фиксируются и в конечном счёте могут оказаться основанием для установления главных фактов. Активность наблюдения проявляется также в его теоретической обусловленности. Наблюдение – метод, опирающийся на чувственные познавательные способности человека, но в нём также постоянно проявляется т рациональная способность в форме теоретических установок. Также активность наблюдения проявляется и в отборе исследователем средств описания.
     Существуют  два важных вида наблюдения, различающихся  установкой на качественное и количественное описание явлений.
     Качественное  наблюдение было известно человеку с  древнейших времён. Наука нового времени начинается с широкого использования количественных наблюдений и соответственно описаний. В основе такого типа наблюдений лежит процедура измерения. Измерение – это процесс определения отношения одной измеряемой величины, характеризующей изучаемый объект, к другой однородной величине, принятой за единицу. Пример – процедура измерения роста или веса человека. Переход науки к количественным наблюдениям и измерению лежит в основании зарождения точных наук, так как открывает путь к их математизации и позволяет сделать экспериментальную проверку теоретических гипотез более эффективной.
    Эксперимент – сердцевина эмпирического исследования. Это активный целенаправленный метод изучения явлений в точно фиксированных условиях их протекания, которые могут воссоздаваться и контролироваться самим исследователем. Экспериментатор стремится выделить изучаемое явление в чистом виде, с тем, чтобы было как можно меньше препятствий в получении искомой информации. Постановке эксперимента предшествует соответствующая подготовительная работа. Разрабатывается программа эксперимента; если нужно, то изготовляются специальные приборы. Измерительная аппаратура.
     В отличие от наблюдения, эксперимент  представляет собой опыт, основанный на вмешательстве исследования в ход явлений и процессов путём создания условий, позволяющих выделить определённые связи явлений и многократно воспроизводить их.
     Составляющими эксперимента являются: экспериментатор, изучаемое явление, приборы. В случае приборов речь идёт не о техническом устройстве типа компьютера, микроскопов и телескопов, призванных усилить  чувственные и рациональные возможности человека. а о приборах-детекторах, приборах-посредниках, фиксирующие данные эксперимента.
     В современных условиях эксперимент  чаще всего производится группой исследователей, которые действуют согласованно.
     Важнейшим моментом эксперимента являются измерения, они позволяют получить количественные данные. При измерении сопоставляются качественно одинаковые характеристики.
    и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.