На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


доклад Джон Стюарт Миль

Информация:

Тип работы: доклад. Добавлен: 18.09.2012. Сдан: 2011. Страниц: 13. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


                       Министерство образования и науки Российской Федерации
                       Академия государственного и муниципального управления при Президенте  РТ
                        Факультет государственного муниципального образования  

                                                 Кафедра экономики 

                                   
                                                      Реферат
                                                         на тему :
              
           « Английский философ и экономист Джон Стюарт Милль».
                                                         (1806-1873) 
 
 
 
 
 

                                                                  
                                                                      Выполнила: Синицкая А.В.
                                                                      I курс, группа 1091.
                                                                      Проверил: Бутов Г.Н. 
 

                                                                 
                                                                                Казань 2009 год.
                                               СОДЕРЖАНИЕ
Введение………………………………………………………………………..3
Биография……………………………………………………………………...4
Экономический прогресс и социальные перспективы………………….....7
Классическая  и экономическая  наука………………………………………10
Заключение……………………………………………………………………16
Использованная  литература……………………………………………….17 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

                                                ВВЕДЕНИЕ
  Великий английский  философ и экономист  Джон Стюарт Милль(1806-1875) отмечал, что любая  наука определяет  предмет собственных  исследовании в  момент своего  возникновения, а  тогда, когда достигает  определенной степени  зрелости. Такой характер развития научного знания Милль сравнил со строительством городской стены, которая возводится не для того, чтобы защитить будущее здания, а для того, чтобы отгородить те строения, которые уже существуют.
  Как объяснить парадокс Милля? Теоретики научного знания считают, что наука обретает способность вычленить предмет своих исследовании из бесконечного множества проблем окружающей жизни только тогда, когда ученые могут увидеть общность некоторого круга проблем, которые данная наука в состоянии решить. Это, в свою очередь, становится возможным лишь после того, как складывается набор некоторых взаимосвязанных принципов и инструментов познания, присущая только данной науке.
   Мы привели данные  рассуждения, для  того чтобы показать: вопрос о предмете и методе экономической науки, которую зачастую кажется «дежурным», самоочевидным и неинтересным, на самом деле скрывает множество глубоких и интересных проблем достойных внимания.  
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Джон  Стюарт Милль (англ. John Stuart Mill; 20 мая 1806, Лондон 8 мая 1873, Авиньон) — известный английский мыслитель и экономист.

                                                Биография

С ранних лет проявил интеллектуальную одарённость, развитию которой его отец, Джеймс всячески способствовал. Джон начал учить греческий язык с трёх лет, в возрасте около шести лет уже был автором самостоятельных исторических работ, а в двенадцать лет приступил к изучению высшей математики, логики и политической экономии. В подростковом возрасте испытал сильный душевный кризис, который едва не привёл его к самоубийству. Большое значение в его жизни имела поездка в южную Францию в 1820 г. Она познакомила его с французским обществом, с французскими экономистами и общественными деятелями и вызвала в нём сильный интерес к континентальному либерализму, не покидавший его до конца жизни.
Около 1822 г. Милль с несколькими другими молодыми людьми (Остином, Туком и др.), горячими последователями Бентама, образовал кружок, названный «утилитарным обществом»; при этом был впервые введён в употребление термин «утилитаризм», получивший впоследствии широкое распространение. В основанном бентамистами органе «Westminster Review» Милль поместил ряд статей, преимущественно экономического содержания. В 1830 г. он написал небольшую книгу «Essays on some unsettled Questions in Political Economy» (изд. в 1844 г., имела 2 изд.), в которой содержится всё оригинальное, созданное Джоном в области политической экономии.
К этому же времени  относится перелом  в жизни Милля, который он так  ярко описал в своей  «Автобиографии». В результате Джон освободился от влияния Бентама, потерял прежнюю уверенность во всемогуществе рассудочного элемента в частной и общественной жизни, стал более ценить элемент чувства, но определённого нового миросозерцания не выработал. Знакомство с учением сенсимонистов поколебало его прежнюю уверенность в благотворности общественного строя, основанного на частной собственности и неограниченной конкуренции.
В качестве политического  деятеля выступает  с 1865 г. как представитель Вестминстерского округа в палате общин; раньше он не мог быть членом парламента, так как состоял на службе в Ост-Индской компании. В палате настаивал в особенности на необходимости энергичных мер помощи ирландским фермерам. В 1868 г. потерпел поражение при новых выборах, вызванное, по его мнению, публичным заявлением его сочувствия известному атеисту Брэдло.
В жизни Милля огромную роль играла любовь к мисс Тейлор, знакомство с которой, по его словам, было «величайшим счастьем его жизни». Он получил возможность жениться на ней только после 20-летнего знакомства, но уже через 7 лет после выхода замуж за Милля она умерла. В посвящении к своей книге «On Liberty» Стюарт говорит, что жена была вдохновительницей и отчасти автором всего лучшего, что было в его сочинениях; но эта оценка роли мисс Тейлор в литературной деятельности М. сильно преувеличена. В самом крупном его труде, «Системе Логики», мисс Тейлор не принимала никакого участия; несомненно, однако, что она повлияла на многие главы его «Политической экономии» и что ей до известной степени следует приписать социалистическую окраску этой книги. Единственное сочинение Джона, принадлежащее его жене столько же, сколько и ему самому, — это книга «О подчинённости женщин».
  Наиболее выдающимся из учеников Рикардо был Джон Стюарт Милль (1806—1873), известный не только как экономист, но и как логик. Из экономических сочинений Дж.Ст.Милля наибольшим вниманием пользуются два; «Опыты по некоторым нерешенным вопросам политической экономии» (1844) и «Основы политической экономии с некоторыми приложениями их к социальной философии» (1848). Более интересным и ценным для науки многие историки считают первое из них. Но более известным и влиятельным стало второе, «Основы» на много десятилетий вперед стали действительно основами экономической науки для студентов и начинающих ученых во многих европейских странах. Это сочинение трижды целиком переводилось на русский язык. Первое издание вышло в 1874 г. в переводе Н.Г.Чернышевского. Новый перевод (под ред. О.П.Остроградского) вышел в 1896 г. Третий перевод, уступающий, к сожалению, предыдущему, вышел в 1980 г. «Опыты» на русском языке не издавались. Оставаясь в целом верным последователем Рикардо, Милль многое подправил в его учении и внес немало уточнений по множеству частных вопросов. Он первым, как уже было сказано, обратил внимание на возможность двух вариантов толкования Закона Сэя. Схематичные положения Рикардо о закономерностях международного обмена Милль претворил в более строгие формулировки так называемого закона уравнивания международного спроса. В излишне строгое положение Рикардо об обратной зависимости между заработной платой и прибылью Милль внес существенное уточнение: технический прогресс в производстве предметов рабочего потребления снижает издержки производства этих товаров, отчего реальная зарплата растет без снижения прибыли на капитал.
   Все это (и многое другое) было изложено уже  в «Опытах». Свои «Основы политической экономии» Милль  задумал как синтез всех экономических  знаний, добытых после  Адама Смита. Книгу  Смита он считал сильно устаревшей и свои «Основы» представлял чем-то вроде «Богатства народов», но для своего века.
   Милль поставил своей целью  систематизировать  достижения экономической  мысли. Историки не раз  отмечали известный  эклектизм этого  труда. Подчас можно  обнаружить, что противоречия между доктринами не столько разрешаются, сколько сглаживаются, затушевываются искусным построением материала и изящным слогом (книга действительно написана замечательным языком, и чтение ее доставляет эстетическое удовольствие). Такие вещи кажутся странными для мастера логики, автора большого труда «Система логики».
   По-видимому, Милль многое делал  сознательно. В «Основах»  он хотел создать  систему, но у него не было своего системообразующего принципа (в том  смысле, в каком  мы говорили выше о  системах Смита и  Рикардо). Фактически Милль должен был взять этот принцип у Рикардо (что и было сделано), но ведь у него была другая задача. Рикардо позволял себе проводить свои принцип трудовой ценности с железной целеустремленностью. Даже в его уловках, о которых мы говорили, видна своеобразная последовательность — если можно так сказать, логика танка, которому нужно попасть из пункта. А в пункт Б. Приняв у Мальтуса закон народонаселения и у Сэя — закон рынков, Рикардо не мог принять многого другого в их экономических взглядах — того, что не укладывалось в его систему.
   Милль поставил своей задачей  объединить Сэя, Мальтуса и Рикардо. У первых двух четкой системы  он не нашел, так что  оставался затратно-трудовой принцип Рикардо, который не вызывал  сомнений у Милля, Взяв все положительное  у Сэя и Мальтуса для соединения с учением Рикардо, Милль обрек себя на эклектизм. Дело лишь усугублялось тем, что и у самого Рикардо не все концы сходились.
   Милль сделал все, что мог. Он углубился в  построения своих  предшественников, нашел  в них немало того, что было неведомо и самим авторам, многое повернул другим боком, подгоняя детали. Но органично соединить несоединимое он не мог. Поэтому его системообразующим принципом стала не та или иная экономическая идея, а логический компромисс. Он поступался строгостью логики ради системы.
   Приведем  один пример. В главах, посвященных законам  меновой ценности, Милль говорит, что  существуют рыночные колебания цен  под воздействием спроса и предложения. Но это именно колебания, а центром их является величина ценности, определяемая издержками производства (расход капитальных благ плюс заработная плата плюс обычная прибыль). И в главах о труде и заработной плате он тоже солидарен с Рикардо: уровень зарплаты тяготеет к прожиточному минимуму, определяемому ценами хлеба и других средств существования.
   Когда Рикардо писал  такие вещи, он шел  как первопроходец. Он видел проблему, старался ее решить и излагал такое  решение, какое ему  удалось найти. Когда  Милль писал эти  вещи, он уже знал аргументы критиков теории Рикардо. Уже  была обнаружена «нестыковка», о которой мы писали выше. Милль нашел свое решение: нестыкуемые вещи он разнес по разным главам и частям. Получилось: с одной стороны так, с другой — эдак... и все. Он не решает проблему, а обходит ее.
Однако, как бы строго мы ни судили сделанное этим мыслителем, цели своей он добился, Джон Стюарт Милль создал учебник по политической экономии для последующих поколений. Вплоть до Маршалла им пользовались во многих университетах Запада как наиболее полным и глубоким изложением учения экономистов-классиков.
                  ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ПРОГРЕСС И СОЦИАЛЬНЫЕ ПЕРСПЕКТИВЫ
       Первые  суждения и трактовки  о социализме и  социалистическом устройстве общества среди крупных  представителей классической политической экономии принадлежит Дж.С.Миллю. Этих вопросов он коснулся в начале в первой главе книги II в связи с проблемой собственности. Но при всей доброжелательности к "социализму" автор "Основ..." принципиально размежевывается с социалистами в том, что социальная несправедливость якобы связана с правом частной собственности как таковой. По его мнению, задача состоит лишь в преодолении индивидуализма и злоупотреблений, возможных в связи с правами собственности. В шестой главе книги IV он даже заявляет, что жизненный идеал нельзя рассматривать как "борьбу за преуспевание", ибо "только в отсталых странах мира увеличение производства является наиболее важной задачей - в более развитых странах экономически необходимым считается усовершенствование распределения". Наконец, в седьмой главе этой же книги Дж.С.Милль допускает мысль, что "трансформация общества" в сторону самопроизвольного превращения накопленных капиталов в собственность "тех, кто пользуется ими для производства", могла бы обеспечить "комбинацию более всего подходящую к организации промышленности". Вместе с тем главный его вывод однозначен: хотя решение практических проблем требует "распространения социального мировоззрения", "общим принципом должно быть laisser faire, и каждое отступление от него, не продиктованное соображениями какого-то высшего блага, есть явное зло".   
Идеи активизации участия государства в социально-экономическом развитии общества и связанные с этим реформы охватывают в работе Дж.С. Милль многие проблемы. Так, из 20 и 21 глав книги III следует, что государству целесообразно ориентировать центральный банк на рост (повышение) банковского процента, поскольку за этим последует прилив в сторону иностранного капитала и усиление национального валютного курса и соответственно будет предотвращена утечка золота за границу. Далее, в главах 7-11 книги V разговор о функциях британского государства становится гораздо более содержательным. Вначале автор "Основ..." обосновывает нежелательность крупных государственных расходов, затем аргументирует, почему в Англии законные государственные функции выполняются не эффективно, и после этого переходит    к вопросам государственного  вмешательства. 
Экономический прогресс, согласно Миллю, связан с научно-техническим прогрессом, ростом безопасности личности и собственности. Растёт производство и накопление, налоги становятся ещё более либеральными, улучшаются деловые  способности большинства  людей, совершенствуется и развивается кооперация. Всё это приводит к росту эффективности, т.е. к снижению издержек производства и уменьшению стоимости (за исключением стоимости продуктов и сырья).  
Эволюция капитала у Милля близка к теории Рикардо. Норма прибыли уменьшается, достигая постепенно минимума, который все еще побуждает осуществлять накопления и производительно использовать накопленные средства. Движение к минимуму можно замедлить ростом экспорта и вывозом капитала. Этим удаляется часть избыточного капитала, понижающая прибыль; причём капитал не теряется, а используется для создания новых рынков и ввоза дешёвых товаров. Устранение части капитала, повысив прибыли и норму процента, даёт новый импульс к накоплению. Он полагает также, что тенденция нормы прибыли к понижению ослабляет аргументацию против роста государственных  расходов.  
Конечным итогом рассматриваемого движения является состоянием застоя когда прекращается борьба за экономическую преуспевание. К состоянию застоя, однако, Милль относится положительно, если он достигается при высоком уровне производства. "Только в отсталых странах мира увеличение производства является наиболее важной задачей. В более развитых странах экономически необходимым считается усовершенствование распределения". По его мнению, наилучшим существованием для людей является такое состояние общества, когда никто не беден, никто не стремится стать богаче и "нет никаких причин опасаться быть отброшенным назад из-за усилий других протолкнуться вперёд". При таком застое ничуть не уменьшится простор для роста всех форм духовной культуры, для морального и социального прогресса, состоящего в обеспечении "для всех людей полной независимости и свободы действия, кроме запрета на причинение вреда другим  людям".    
Милль выступает против обычной критики частной собственности, считающей несправедливым право человека на вещи, им не созданные. Например, рабочие на фабрике создают весь продукт, но большая его часть принадлежит другому. "Ответ на это возражение состоит в том, что труд на фабрике является является всего-навсего одним из условий, которые необходимо объединить для производства товара. Работу нельзя выполнять ни без материалов и оборудования, ни без сделанного заранее запаса средств к существованию для снабжения рабочих во время производства. Все эти вещи являются плодами предшествующего труда. Если бы рабочие имели эти вещи, им не было бы необходимости делить продукт с кем-нибудь, но, поскольку этих вещей у рабочих нет, им следует отдать некоторый эквивалент тем людям, которые располагают этими вещами, - как за предшествующий труд, тик и за бережливость, благодаря которой продукт этого предшествующего труда... сохранен для производительного использования". Из сферы частной собственности, однако, должна быть исключена земля (поскольку она не является продуктом труда). 
Абстрактным коммунистическим идеалам Милль противопоставляет естественную эволюцию капитала, приводящую к тому, что в некоторых случаях произойдет объединение работников с капиталистами, в других - объединение работников между собой. В любом случае возникает кооперация, предоставляющая всем работникам право на участие в прибылях. Постепенно владельцы капитала будут всё больше убеждаться в том, что выгоднее предоставлять свой капитал ассоциациям, чем действовать самостоятельно. Капитал будет предоставляться под всё более низкий процент. В конце концов "капитал, возможно, будет предоставляться в обмен на обязательства выплачивать его владельцу определённую сумму в течение определённого времени. При помощи такого... способа вся масса накопленного капитала может честно и естественно... превратиться в конечном итоге в общую собственность всех тех, кто участвует в его производительном использовании. Осуществлённая таким образом трансформация капитала... кратчайшим путём привела бы к достижению социальной справедливости и наиболее выгодной с точки зрения всеобщего блага организации промышленного производства, какую мы только можем себе представить в настоящее время". Однако при этом надо заботиться о сохранении конкуренции   между  ассоциациями.  
Поддерживая принцип "каждому по труду", Милль с подозрением относился к социалистическим планам переустройства общественной жизни. Он опасался (и, как оказалось, справедливо), что социализм несовместим с индивидуальной свободой каждого отдельного гражданина. "Идеалом и общественного устройства, и практической морали было бы обеспечение для всех людей полной независимости и свободы действий, без каких-либо ограничений, кроме запрета на причинение вреда другим   людям".  
Таким образом, Милль был скорее либералом, чем социалистом. Возникающие острые социальные противоречия он приписывал не частной собственности на средства производства, как это делают социалисты, а  злоупотреблениями частной собственностью. Злоупотребления следует устранить, а частную собственность оставить, по крайней мере, до тех пор, пока она создаёт значительные возможности  для  экономического  роста. 
 
Творчество Милля означало завершение становления классической экономической науки, начало которой было положено Адамом Смитом. Рассмотрим  основные  постулаты    этой   науки. 
1.         Человек рассматривается только как "экономический человек", у которого имеется лишь одно стремление - стремление к собственной выгоде, к улучшению своего положения. Нравственность, культура, обычаи  и  т.п.  не  принимаются  во  внимание. 
2.         Все стороны, принимающие участие в экономической сделке, свободны и равны перед законом, так и в смысле дальновидности и предусмотрительности. 
3.         Каждый экономический субъект полностью осведомлён о ценах, прибылях, заработной плате и ренте на любом рынке как в данный момент,  так  и  в  будущем. 
4.         Рынок обеспечивает полную мобильность ресурсов: труд и капитал могут мгновенно перемещаться в нужное место. 
5.         Эластичность численности рабочих по заработной плате не меньше единицы. Иначе говоря, всякое увеличение заработной платы ведёт к росту численности рабочей силы, а всякое уменьшение заработной платы - к уменьшению численности рабочей силы. 
6.         Единственной целью капиталиста является максимизация прибыли  на  капитал. 
7.         На рынке труда имеет место абсолютная гибкость денежной заработной платы (её величина определяется только отношением между спросом  и  предложением  на  рынке  труда). 
8.         Главным фактором увеличения богатства является накопление капитала. 
9.         Конкуренция должна быть совершенной, а экономика свободной от чрезмерного вмешательства государства. В этом случае "невидимая рука" рынка обеспечит оптимальное распределение ресурсов.  

                             Классическая экономическая наука

   Выражение «классическая политическая экономия» придумал Маркс. Он делил ученых на «классиков» и  «вульгарных». Первым он приписывал «анализ  внутренней сути капитализма», вторым — поверхностное описание «внешней видимости» и «апологетику», т.е. оправдание несправедливого, как он считал, общественного строя. Исходя из такого критерия, классики у него начинались от Петти и кончались на Рикардо. После Рикардо, считал Маркс, осталась школа рикардианства (Джеймс Милль, Рамси Мак-Куллох и др.), которая стала «разлагаться» и потерпела окончательное крушение в 1830 г., когда грянула Июльская революция. Маркс серьезно полагал, что социальные события могут разрешать теоретические споры.
   «Буржуазная» (немарксистская) наука сочла полезным взять у Маркса термин «классики», чтобы вложить в него другое содержание — вполне научное и более точное. В соответствии с таким пониманием классики придерживались определенной системы предпосылок, или постулатов, относительно изучаемой экономической реальности. Такие предпосылки не всегда осознавались самими классиками и еще реже формулировались ими, Обычно они считались сами собой разумеющимися.
   Мы  уже отмечали подобное явление, когда говорили о меркантилистах. Классический период можно считать этапом экономической мысли, который пришел на смену периоду меркантилистов. Это грубое деление, но допустимое, как показывает хотя бы книга Смита. Если это так, тогда можно сказать, что классическая наука возникла в результате выявления скрытых предпосылок, принятых у меркантилистов, анализа этих постулатов, их выверки и преодоления того, что было признано ложным либо устаревшим.
   Классики, как и меркантилисты, не представляли себя «этапом», на смену  которому должен прийти другой «этап». Когда экономическая мысль стала пересматривать учение Смита, Рикардо и их последователей, она обнаружила, что и у них имелись свои постулаты, которые можно оспорить. Начался этот пересмотр примерно в последней трети прошлого века и продолжался многие десятилетия. Если исходить из подобного критерия, то классический период развития экономической мысли начался с физиократов, Кантильона и Юма, вступил в завершающую фазу у Джона Стюарта Милля, а окончательные проводы классическому образу мышления устроил Джон Мейнард Кейнс (расскажем об этом обязательно — см. главу 29).
   Не  следует думать, будто  все сказанное  проходило гладко и однозначно. Последующую  экономическую науку  иногда называют неклассической, однако после второй мировой войны в ней появилось направление неоклассического синтеза. Его представители вернули в науку некоторые постулаты классиков, отторгнутые (как им представляется, необоснованно) сторонниками кейнсианства. Не так давно была даже предпринята попытка прямо вернуться к рикардианству. Споры эти не завершены до сих пор (и про них расскажем, только позже).
   Какие же представления  чаще всего выделяют в качестве постулатов классической науки? Нужно сказать, что  в разные времена  и разными учеными  акценты делались на различные моменты  в мировоззрении классиков. То, что считалось существенным, скажем, в конце XIX в., не всегда упоминается в конце XX в. И наоборот. Наконец, следует обязательно иметь в виду, что постулаты, о которых мы сейчас будем говорить, появились в виде формулировок в результате позднейших исследований и обобщений. Не всем классикам эти представления были свойственны в равной мере. Не все сказанное ниже они разделяли безоговорочно. Многое может быть приписано классикам лишь условно и при серьезном упрощении их взглядов.
   Тем не менее предмет для разговора имеется. Дело в том, что иной ученый действительно мог смотреть на вещи вообще шире и глубже, чем получалось по его теориям. Как бы реалистично ни представлял себе мыслитель экономические явления, для создания теоретической схемы или модели всегда приходится чем-то поступаться, что-то упрощать, принимать какие-то допущения. Постулаты, о которых идет речь, были извлечены историками экономической мысли как раз из моделей и схем, а не из размышлений общего характера, какие можно найти в трудах того или иного мыслителя. Попробуем изложить наиболее существенное. 
 

С ним классическая политическая экономия достигнет, так сказать, своего совершенства, и с ним же она  начнет приходить  в упадок. В середине XIX столетия он обозначит  кульминационный пункт кривой. И что делает его личность особенно привлекательной и почти драматической - так это то, что он очень определенно чувствовал неудобство своего положения между двумя мира-ми: одним, который удерживает его под отцовским влиянием в утилитарной философии, на которой он воспитывался, и другим, который манил его своими новыми горизонтами, открытыми Сен-Симоном и Огюстом Контом. В первой половине своей жизни он был преимущественно индивидуалистом, а во второй - скорее социалистом, но хранящим все-таки веру в свободу. Отсюда довольно частые противоречия или даже полная путаница в его писаниях; таково, например, его пресловутое шатание в области законов заработной платы. В его книге классические доктрины кристаллизуются в столь отчетливые формулы, что представляются совершенно законченными, и в то же время эти прекрасные кристаллы уже начинают расплавляться от жара какого-то нового дуновения.  
  Это он заявил (а  после него это  будут делать теоретики  "чистой экономии"), что "сравнительной  оценке моралиста нечего делать в политической экономии", но и он же написал следующее: "Если бы следовало выбирать между коммунизмом со всеми его опасностями и современным строем общества, где продукты труда распределяются в обратном отношении к затраченным усилиям, где самая обильная часть идет тем, кто ничего не делал, а немного меньшая - тем, кто кое-что делал и т.д., по нисходящим ступеням, вплоть до тех, кто в награду за изнурительнейший труд не может иметь даже уверенности получить необходимое для собственного существования, - если бы действительно не было иного выбора, кроме как между таким состоянием общества и коммунизмом, тогда все тяготы коммунизма не весили бы одного атома на весах".  
  Это он в области  морали исповедует  утилитаризм, но  и он же заявил, что "убеждение сильнее девяноста девяти интересов".  
  Это он заявляет, что "конкуренция  для настоящего  времени является  необходимостью и  что никто не  может предвидеть  дня, когда она  перестанет быть  необходимой для  прогресса", но  и он же утверждает, что "кооперация есть самый благородный идеал", и показывает, что "человеческая жизнь восходит от борьбы классов за антагонистичные интересы к братскому соревнованию ради преследования всеобщего блага".  
  Про Стюарта Милля  говорили, что он  был талантливым  вульгаризатором. Это недооценка Милля. Правда, нельзя назвать ни одного великого закона, с которым связывалось бы его имя, как связывались, например, имена Рикардо, Мальтуса или Сэя, но он, во всяком случае, открыл новые перспективы, что составляет, может быть, более прочную славу, ибо мнимые законы уже почти развалились, между тем как надежды остаются. Впрочем, прочность его произведения обеспечивается тем, что ни в какой книге, не исключая даже книги Адама Смита, не встречается столько удивительных страниц - этих поэтических цветников политической экономии и незабываемых формул, которые будут повторяться всеми, кто будет изучать эту науку. Не напрасно его "Основания политической экономии" служили в течение полустолетия и еще теперь служат textbook (руководством) в большинстве университетов, где преподавание ведется на английском языке.  
  Но прежде чем  отметить глубокие  изменения, которые  претерпят в его  творчестве классические  доктрины, изложим  сначала их в  общих чертах, весьма  величественных и  несокрушимых, в каких они представлялись к середине XIX столетия, - изложим их сна-чала за период, следующий со времени публикации "Оснований" Стюарта Милля и до его смерти, с 1848 по 1873 г., или, становясь на французскую точку зрения, за время Второй империи. Это было время, когда либеральная классическая школа считала окончательно повергнутыми обоих своих старых врагов: социализм и протекционизм. Что касается первого, то "Словарь политической экономии" (1825 г.) вторит устами Рейбо: "Говорить ныне о социализме - значит произносить надгробную речь". Что касается протекционизма, то он только что проиграл сражение в Англии, где были отменены пошлины на хлеб, и скоро падет во Франции и в Европе под натиском договоров 1860 г. Будущее кажется обеспеченным за классической политической экономией: она не предчувствует, что в 1867 г. появится "Капитал", что в 1872 г. соберется в Эйзенахе конгресс и что начиная с той же самой даты подвергнутся разоблачениям договоры 1860 г.  
  Воспользуемся же  этим моментом  ее славы, чтобы  изложить законы, которые она исповедовала, в весьма общем, впрочем, виде, потому что мы не даем здесь трактата по политической экономии, и ограничимся теми только законами, которые были приняты и еще ныне принимаются за окончательные верными приверженца-ми либеральной школы.
Вполне  беспристрастно мы можем  сказать, что Стюарт Милль этой своей  особой эволюцией  был обязан в значительной части влиянию  французских идей. Можно было бы для  доказательства этого  положения написать целую книгу, которая  была бы очень интересной. Не говоря уже о философском влиянии Огюста Конта, о котором он напоминает при всяком случае, и оставаясь в области экономических идей, мы скажем, что он сам считает себя обязанным сенсимонистам своей доктриной о наследовании и о нетрудовых доходах, Сисмонди - своей симпатией к крестьянской собственности и социалистам-ассоциационистам 1848 г. - своей верой в кооперативную ассоциацию для замещения наемного труда.  
  Это не значит, что Стюарт Милль  был обращен в  социализм. Но  он, несомненно, умеет  защищать его против незаслуженных обвинений. Тем, которые упрекают его в том, что он хочет убить всякую личную инициативу и всякую свободу, он с презрением отвечает, что "фабричный наемник имеет ныне меньше личного интереса в собственном труде, чем будет иметь член коммунистического общества", и что "все понуждения коммунизма будут эмансипацией по сравнению с тем, что представляет ныне положение большинства человеческого рода". Если он допускает, что ныне коммунизм мог бы быть введен в жизнь для избранной части человечества и что впоследствии его можно будет ввести и для остальных людей; если он высказывает надежду, что наступит время, когда воспитание, привычка и просвещенность чувств будут побуждать человека копать землю или ткать для своей страны так же, как и сражаться за нее, то он нисколько не отходит от социализма и в том, что считает необходимостью свободную конкуренцию и энергично отвергает всякое принуждение со стороны большинства над существенными правами отдельного лица.  
  Но он наносит  первый удар классической доктрине, подкапываясь под ее основу - веру в универсальные и перманентные естественные законы. Он не идет так далеко, чтобы утверждать, как это позже будут делать историческая школа и марксизм, что эти так называемые естественные законы суть лишь выражения свойственных определенной фазе экономической истории отношений и что они изменятся вместе с этими отношениями. Но он уже делает следующее различие: да, в области производства существуют естественные законы, но в области распределения существуют лишь законы, созданные людьми и, следовательно, подлежащие изменению теми же людьми. Он, следовательно, формально не отрицает положения классических экономистов, согласно которому часть каждого из участников раздела распределения - заработная плата, прибыль или рента - определяется необходимостью, против которой человеческая воля бессильна.
Стюарт  Милль не ограничивается открытием дверей для реформ, он смело  входит в них. Он приносит - и этим отличается от всех классических экономистов - весьма обширную программу социальной политики, которую он сам формулирует в следующих терминах: "соединить максимум индивидуальной свободы в действии с общностью владения естественными богатствами земного шара и равным участием всех в продуктах труда, который пускает их в дело", и которую мы точнее резюмируем в следующих трех положениях:  
1) уничтожение наемного  труда при помощи  кооперативной производительной  ассоциации;  
2) социализация земельной  ренты при помощи  земельного налога;  
3) ограничение неравенства  богатства при  помощи ограничения  права наследования.  
  Заметят, что эта  троякого рода реформа вполне удовлетворяет поставленным Стюартом Миллем условиям, ибо она не только не противоречит индивидуалистическому принципу, а, наоборот, ставит своей целью усиление его во всех трех указанных выше пунктах; она не предполагает никакого принуждения по отношению к отдельному лицу, а, наоборот, стремится к эмансипации его. Проследим вкратце каждую из этих реформ. 
 
 
 
 
 
 

                                           ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  Джон Стюарт Милль демонстрирует  свое творческое достижение непосредственно в основном своем лучшем труде, полное наименование которого « Основы политической экономики и некоторые аспекты их приложения к социальной философии». Это книга составляет пять томов.
  Качество образования,  по Миллю, выявляется  не сразу, и,  чтобы не позволить правительству «лепить мнения и чувства людей, начиная с юного возраста», им рекомендуется не общедоступное государственное образование, а система частных школ или обязательное домашнее образование до определенного возраста. Государственные школы, по его мнению, могут быть исключением только для отдаленных районов. Общественный образовательный минимум поставленный на частную основу, полагает автор «Основ..», необходимо сочетать с системой государственных экзаменов, вменив в обязанность государства обеспечение «денежной поддержки начальной школы».
   
 

 
 

 
 
 
 
 
 
 

Использованная  литература: 

 
Костюк  В.Н. История экономических  учений. Курс лекций. М: Центр. 2002.
Жид Ш., Рист Ш. История экономических учений.   – М.: Экономика, 2003, Гл. II.
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.