На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


реферат Армия Спасения в Российской империи

Информация:

Тип работы: реферат. Добавлен: 29.09.2012. Сдан: 2011. Страниц: 8. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


Армия Спасения в Российской империи. 1908–1916 гг.
     В августе 1908 г. в купе поезда, следовавшего в  Стокгольм и далее — в Санкт-Петербург, неожиданно встретились два человека — Брамвель Бут, начальник штаба  Армии Спасения и английский журналист  У.Т. Стэд. Узнав, что журналист следует  в российскую столицу, где он намеревался  интервьюировать российского премьер-министра П.А. Столыпина, Б. Бут предложил ему  в ходе разговора поднять вопрос о допущении Армии Спасения в  Россию. 
     У.Т. Стэду повезло, ему удалось встретиться  с премьер-министром и взять  у него интервью. Написанный на его  основе материал был опубликован  в газете «Таймс». Из него следовало, что на просьбу журналиста разрешить  легальную деятельность Армии Спасения в России, Столыпин задал три вопроса: «Не вмешивается ли Армия Спасения в политику? Не рассчитывает ли она  разжечь враждебные чувства в  отношении христианского населения  империи? Как быть, если собрания под  открытым небом противоречат российским законам?»
     Стэд  разъяснил, что в Англии и в  других странах члены Армии Спасения никогда не вмешивались в политику и не вели какой-либо враждебной деятельности против других христианских церквей  или иных вероисповеданий. Он подчеркнул, что Армия готова учесть точку  зрения правительства России в отношении  проведения собраний под открытым небом, и что ее филантропическая активность, «превращающая плохих граждан в  достойных», принесет большую пользу государству.
     Итог  беседы был ободряющим. Столыпин заявил, что не видит причин, препятствующих появлению Армии в России, но до принятия окончательного решения просил представить для изучения устав  данной организации. Чуть позже комиссар Армии Спасения Мапп , бывший в то время одним из ближайших сотрудников  генерала Уильяма Бута, направил письмо Столыпину. В нем он заверил его  еще раз, что «если Армия Спасения придет в Россию, то ничего не попросит у российского правительства, кроме  разрешения на проведение любого вида социальной деятельности за свой счет». При этом комиссар подчеркнул, что  годовой доход Армии только от добровольных пожертвований в виде денежных переводов составляет более 1 миллиона рублей .
     Со  стороны могло казаться, что после  встречи с премьером и его  заверений сложились как никогда  ранее благоприятные условия  для появления Армии Спасения в России, и нужно сделать только еще одно усилие. Очевидно, именно так  оценивал обстановку генерал Уильям Бут , которому к тому моменту уже было 79 лет, принимая решение лично посетить Россию.
     Вопрос  о возможности визита генерала в  Россию стал предметом острых споров в правительстве, в аристократических  салонах и в церковных (православных) кругах. Если высший свет появление  Бута не воспринимал как «вызов»  союзу монархии и Русской церкви, то Святейший правительствующий  Синод и Департамент духовных дел МВД заняли резко негативную позицию.
     Думается, что императорское правительство, давая согласие на приезд Бута, исходило из чисто прагматических политико-дипломатических  соображений. Положительный ответ  на просьбу посла Великобритании Артура Никольсона был демонстрацией  намерений России укреплять союзнические отношения с Великобританией, что  было немаловажно в условиях усложняющихся  военно-политических отношений в  Европе. Вместе с тем, правительство  России сделало все, чтобы предполагавшийся визит не выглядел как официальный, а воспринимался как частный. Именно поэтому не предполагалось никаких публичных мероприятий, встреч с представителями государственной власти и аудиенции Бута с Николаем II, как об этом просили представители посольства Великобритании. Максимум разрешенного — посещение и встречи в Государственной думе, выступления в частных домах по приглашению отдельных лиц.
     26 марта  1909 г., посетив предварительно Швецию  и Финляндию, генерал Бут вместе  с сопровождавшими его ближайшими  помощниками прибыл в Санкт-Петербург  с двухдневным визитом.
     В первый день пребывания в России У. Бут посетил  Государственную думу, где, находясь в ложе для дипломатов, некоторое  время наблюдал за ходом парламентских  дискуссий. Затем он встретился с  заместителем председателя Думы бароном  А.Ф. Мейендорфом. В частной беседе генерал подымал вопрос о возможности  для Армии Спасения действовать  в России, и ему была обещана  поддержка.
     Вечером в доме генерала Сабурова генерал  Бут выступил с докладом перед  значительной аудиторией. Вот как  об этом пишет секретарь генерала Э.Д. Хиггинс: «После того как все  заняли свои места, генерал поднимается, чтобы произнести свою первую речь в России. Генерал очаровывает  своих слушателей. Рассказ о его  собственном обращении, о скромном начале Армии в восточном Лондоне, о расширении работы по всему миру и ее современном состоянии на примере событий на различных  полях битв Армии, удерживал слушателей в напряженном внимании. Однако наибольший интерес пробудили слова генерала о планах, которые он имел для России. С большими надеждами он ожидал наступления того дня, когда Армия сможет начать работу в этой стране, и поэтому видел теперь, что это время наступило. Генерал говорил около часа с четвертью, и в это время внимание его слушателей ни на миг не ослабевало. Когда он, наконец, сел, по комнате пронесся гул восхищения. Одна из присутствующих дам выразила, очевидно, чувства всех слушателей, сказав: »Россия не может больше обойтись без Армии Спасения« .
     На  следующий день состоялись свидания Бута с министром финансов В.Н. Коковцовым, заменявшим отсутствующего в тот  момент Столыпина. В беседе Коковцов выразил заинтересованность планами  Бута распространить деятельность Армии  Спасения из Финляндии на всю территорию России. Вечером второго дня пребывания в российской столице состоялось еще несколько встреч У. Бута с  общественными деятелями России. Как пишет в своих воспоминаниях  офицер Армии Спасения К. Ларссон , «после приема, которого удостоился тогда  генерал Бут, обещаний и заверений, которые давали влиятельные лица, казалось, будто двери России были распахнуты настежь, и нам остается лишь войти под музыку, барабанный бой и радостные возгласы »Аллилуйя!«
     Несмотря  на проявленное в аристократических  кругах внимание к деятельности Армии  Спасения, реальных результатов поездка  Бута в Россию не дала. Разочаровывающей была и его встреча в Букингемском дворце, уже по возвращении из России, 6 апреля 1909 г., с вдовствующей русской  императрицей Марией Федоровной, бывшей в гостях у своей сестры английской королевы Александры . По мнению императрицы, Армия Спасения в России могла  бы в скором времени трансформироваться в христианскую секту, неизбежно  конфликтовавшую с государственной  Российской православной церковью. Попытка  Бута указать, что большая часть  населения не посещает храмы и  далека от понимания православного  вероучения, а постоянные прихожане  «рабски привязаны к церкви с  ее пышной обрядностью», встретила  отпор со стороны Марии Федоровны. Единство проявилось лишь в том, что  Армия Спасения могла бы быть полезной в России в деле борьбы с пьянством, которое особенно заметно в дни  церковных праздников.
     Некоторое время спустя журналист У.Т. Стэд повторно приезжал в Петербург. Его  интересовало, что конкретно должна была предпринять Армия для легализации  своей деятельности в России. Правительственные  чиновники при встречах в довольно доброжелательном тоне разъясняли, что  согласно российским законам необходимо подать официальное заявление в  Министерство внутренних дел. Тотчас же в Россию были направлены супруги  Поульсен с поручением представлять Армию Спасения пред российскими  властями. В короткое время было подготовлено заявление. В прилагаемом Уставе цель Армии Спасения сформулирована была следующим образом: «Армия Спасения, уповая всецело на благословение Божие, при содействии Духа Святого, имеет целью привлечение к Богу, к благочестивой трудовой жизни людей, отпавших от веры и предающихся пьянству, разврату и разным порокам, и направляет свои усилия преимущественно на тех, которые никаких церквей не посещают и погибают в безбожии и грехе» .
     Однако, вопреки надеждам, скорого решения  вопроса не состоялось. В ожидании ответа У. Бут обратился к министру иностранных дел Великобритании с просьбой о содействии регистрации  Армии Спасения в России. Одновременно российского посла в Англии графа  А.К. Бенкендорфа посетил специальный  представитель Армии Спасения. Он заверил, что Армия заранее принимает  все условия, которые были бы поставлены Российским правительством для начала ее деятельности в России, и что, вообще, Армия намеревается действовать  исключительно в рамках российского  законодательства и с ведома правительства.
     Граф  Бенкендорф информировал о состоявшихся переговорах российского министра иностранных дел С.Д. Сазонова, уверяя последнего, что «Армия Спасения состоит  из лиц порядочных и добросовестных». 21 января 1911 г. Сазонов обратился  к председателю Совета министров  П.А. Столыпину, извещая его о позиции  Бенкендорфа и одновременно высказывая свою точку зрения. Примечательно, что  Сазонов в письме Столыпину специально отмечал, что и он в годы работы в Российском посольстве в Лондоне  «имел возможность ознакомиться с деятельностью Армии Спасения и констатировать ее поразительные  результаты. Обществом отвращено  от порока и всякого рода искушений  громадное количество лиц. Армия  Спасения стремится к достижению лишь нравственных целей и не носит  какого-либо вероисповедного оттенка. Интересно отметить, что духовенство  всех исповеданий горячо приветствует ее успехи. Равным образом, Армия не преследует политических целей. Однако по характеру своей деятельности она является противницей учений социалистического и анархистского». 

     Столыпин  поручил собирать материал об Армии  Спасения министерству внутренних дел. Уже первое обращение в Департамент  полиции показало, что рассчитывать на получение от него каких-либо серьезных  сведений об истории и деятельности Армии за рубежом и в России не приходится. Департамент лишь уведомил, что располагает только несколькими  «образчиками» сведений об Армии  Спасения, а также информацией  о воспрещении въезду У. Буту в  Россию в 1891 г.
     Неосведомленность Департамента полиции, очевидно, можно  объяснить характером его деятельности в 80-90-х годах XIX столетия, сосредоточенной  исключительно на контроле за революционным  движением. То было время контрреформ (крестьянской, земской, городской, судебной), сопутствовавших правлению Александра III, и осуществлявшихся с помощью  нещадных репрессий, карательного террора  в отношении всякого вольномыслия и свободолюбия. Приведем выдержку из книги известного исследователя  политических процессов в России Н.А. Троицкого, характеризовавшего руководителей  репрессивных органов Империи: «Правой  рукой Александра III и своеобразным дополнением к нему в качестве главного вершителя реакции на правах министра внутренних дел и шефа жандармов  был граф Д.А. Толстой… К борьбе с  революционерами, а в особенности  с террористами, до умопомрачения  ненавистными и опасными, Толстой  готов был свести всю внутреннюю политику правительства. Государственный  секретарь А.А. Половцев 30 января 1885 г. записал в дневнике: »Его интересуют одни динамитисты и то в замыслах их против его особы«. Не страдали избытком гуманности и другие сановники, ответственные  за карательную политику царизма: министр  юстиции 1885–1894 гг. Н.А. Манасеин; ближайший  помощник (товарищ министра внутренних дел)… И.Н. Дурново; другой товарищ  министра внутренних дел, бывший директор департамента полиции, напористый, цепкий и безжалостный В.К. Плеве,… командир корпуса жандармов П.В. Оржевский…Все  они были преданы интересам дворянско-крепостнической  реакции и вносили в карательную  политику максимум жестокости, угождая  тем самым »каменносердому маньяку  всея Руси«, как назвал Александра III Марк Твен» .
     В поисках  информации об Армии Спасения директор Департамента общих дел МВД А.Д. Арбузов 17 февраля 1911 г. обратился к  генерал-губернатору Финляндии Ф.А. Зейну. В ответной обстоятельной  записке Зейн информировал об истории  Армии Спасения в Финляндии, основных направлениях ее современной деятельности. По его данным на территории Финляндии  к 1911 г. было открыто 61 отделение (корпус) и в них насчитывалось 4185 человек (302 — офицера и кадета, 551 - унтер-офицер, 3332 - солдаты). Армия Спасения, как  отмечал генерал-губернатор, «придерживается  главным образом начал религиозного самосовершенствования и благотворительной  помощи бедному населению и каких-либо отклонений в сторону вмешательства  в общественную жизнь не замечено». Вместе с тем, Зейн склонялся к  мнению «о нежелательности легализации  деятельности Армии Спасения» по причине нахождения управленческого  центра за границей, что лишает российские власти какого-либо контроля за его  деятельностью.
     Вслед за Финляндским генерал-губернатором, о нежелательности разрешения деятельности Армии Спасения в России заявили  Департамент духовных дел и Департамент  полиции МВД, Святейший Синод. Все  они посчитали недопустимым и  даже опасным регистрацию Армии  Спасения, поскольку, по их мнению, это  законно давало возможность иноверной  и отрицательно относящейся к  православию организации действовать  и совращать православных; кроме  того, неприемлем был сам факт деятельности на территории России иностранной религиозной  организации, управляемой из центра, находящегося за пределами страны.
     Вопрос  о регистрации Армии Спасения выплеснулся и на страницы российской прессы. Основная часть публикаций весьма недружелюбно относилась к возможности  начала деятельности Армии Спасения в России и в самом негативном свете представляла историю Армии, жизнь и деятельность ее основателя У. Бута. К примеру, автор, скрывшийся за инициалами Е.К., писал в газете «Колокол»: «Приняв за основу всего  военную дисциплину, Бут принял и  внешние формы военного устройства; приняв звание »генерала«, он разделил своих последователей на »солдат« и  »офицеров« разных рангов, причем »солдат« обязывался безусловным повиновением «офицеру», а каждый «офицер« — старшему над ним, а над всем царит с  правами автократора — Бут. Заимствовав  от иезуитов и масонов (что вряд ли не одно и тоже) организацию, Бут  взял оттуда и руководящий принцип: цель оправдывает средства, и дал  в руководство своим подчиненным  следующее правило катехизиса. В  нем задается такой вопрос: Как  можно завоевать массы? Ответ  следует такой: заставляй их идти на наши богослужения, привлекай их, как и чем — безразлично» Хотя, справедливости ради, следует указать  и на отдельные положительные  публикации. А. Оссендовский в статье «Клич войны» последовательно отметал  расхожие обвинения, выдвигавшиеся  в российской прессе в адрес генерала Бута .
     По  предложению Столыпина вопрос об Армии Спасения был вынесен в  заседание правительства. Обобщение  материалов и подготовка итоговой справки  были возложены на товарища министра внутренних дел С.Е. Крыжановского. Составленная им справка, оставляет  двойственное впечатление. Кажется, что  составитель, представляя как положительную, так и отрицательную информацию о деятельности Армии и возможных  последствиях ее «вхождения» в Россию, не желал формулировать свое собственное  окончательное предложение, а хотел, чтобы выбор между «за» и «против» сделали сами члены правительства  в заседании Совета министров.
     Окончательное рассмотрение вопроса об Армии Спасения в заседании Совета министров  было намечено на 27 сентября 1911 г. Но в  назначенный срок заседание правительства  не состоялось. Виной тому стали  трагические события, происшедшие  в Киеве, где 1-го сентября в зале Городского театра было совершено покушение  на премьер-министра П.А. Столыпина. Ранение  оказалось смертельным и к  вечеру 5 сентября 1911 г. Столыпин скончался.
     Новым председателем Совета министров  был назначен В.Н. Коковцов. Естественно, премьер знал о намеченном на 27 сентября заседании Совета министров, где  должен был обсуждаться вопрос об Армии Спасения. Но в новых обстоятельствах  он не стал брать на себя ответственность  за возможное решение. Было запрошено, как, якобы, недостающее и весьма необходимое для определения  в целом позиции правительства, официальное мнение вновь назначенного на пост министра внутренних дел А.А. Макарова. Тот, по ознакомлении с материалами  своего ведомства, пришел к однозначному мнению о необходимости отказать в удовлетворении просьбы генерала Бута. Обоснование его позиции  не было оригинальным и повторяло  все то, что уже высказывалось  противниками присутствия Армии  Спасения в России. В частности, министр  писал: «Ознакомившись с характером деятельности названного общества, я  нахожу, что, хотя Армия Спасения и  не представляет из себя единения чисто  религиозного характера, но все же организация  эта, в виду преследуемых ею целей, как, например, устройства религиозных собраний и распространение христианской литературы, несомненно, может вылиться в России в особую секту, что, безусловно, по мнению моему, нежелательно. Кроме  сего, я полагал бы, что допущение  деятельности этого общества, управление делами коего находится в Лондоне, является нежелательным, в виду затруднительности  осуществления надзора за подобного  рода организациями и отсутствия в настоящее время законов, нормирующих  их деятельность».
     В заседании  Совета министров, состоявшемся 15 декабря 1911 г., заявление Армии Спасения о  легальной деятельности в России было признано «неподлежащим удовлетворению».
     Генерал Бут, еще не зная о решении Совета министров, направил 31 января 1912 г. специальное  письмо на имя В. Коковцова. В нем  он обращался к нему, как к человеку, с которым общался во время  своего приезда в Россию в 1909 г. и  который проявлял, как казалось Буту, доброжелательность по отношению к  Армии Спасения. Генерал напоминал, что еще в феврале 1911 г. представители  Армии Спасения в очередной раз  подали заявление и устав организации, ходатайствуя о разрешении действовать  на территории России. Однако никаких  результатов им до сих пор не известно. Может быть, именно это письмо стало причиной того, что Совет министров в феврале 1912 г. еще раз обращался к вопросу об Армии Спасения. Но и в этот раз решение было отрицательным.
     В марте 1912 г. Коковцов настоял на том, чтобы  официальный ответ по обращению  Армии Спасения был подготовлен  министром МВД Макаровым и  через российского посла в  Лондоне передан Уильяму Буту. В мае 1912 г. поступило ответное послание Бута на имя министра внутренних дел  А.А. Макарова. В нем генерал Бут  выразил сожаление об отрицательном  решении Совета министров, которое, по его мнению, было вызвано недостаточной  осведомленностью русских властей  о деятельности Армии Спасения. Генерал  выразил надежду, что это решение  не окончательно и возможен его пересмотр  по мере того, как состоится «близкое знакомство с нашей деятельностью» .
     Неудача, которую потерпела Армия Спасения, пытаясь добиться официального разрешения на свою деятельность в России, означала, что ей следовало отказаться от этой цели, и, прежде всего, озаботиться укреплением  своего положения в Великом княжестве  Финляндском и уже оттуда, если позволят обстоятельства, стремиться закрепиться в имперской столице - Санкт-Петербурге и его окрестностях. Под эти цели требовалось найти  нового руководителя Армии Спасения в Финляндии. В сентябре 1912 г. генерал  Бут назначил руководителем отделения  Армии Спасения в Финляндии Карла  Ларссона, с именем которого будет  связана дальнейшая история «вхождения»  Армии Спасения в Россию.
     Одним из первых общественных признаний Армии  Спасения за пределами Финляндии  стало ее участие во Всероссийской  гигиенической выставке, проведенной  летом 1913 года в Санкт-Петербурге под  лозунгом «Физическое и моральное  здоровье нации».
     В одной  из комнат Финляндского павильона была развернута экспозиция об Армии Спасения. Она включала в себя образцы работ, выполненных в домах и мастерских Армии, фотографии ее социальных учреждений и социальных работников, а также  предметы и оборудование детских  домов и приютов, статистические данные о благотворительной деятельности. Здесь же представлена была и изданная Армией литература. В течение всего  времени работы выставки в павильоне  Финляндии постоянно дежурил  один из офицеров Армии, который давал  посетителям — жителям столицы  и пригородов, делегациям из различных  губерний России — необходимые пояснения  о деятельности Армии.
     Со  дня открытия и до окончания выставки Карл Ларссон находился в Санкт-Петербурге. Он участвовал во встречах с экскурсантами  и знакомил их с историей Армии в Финляндии. В свободное время полковник посещал евангелические общины Санкт-Петербурга. Общался с их лидерами, — в частности, с И.С. Прохановым, Е.И. Чертковой, А.И. Пашковой. Особенно теплые отношения сложились у Ларссона с пастором В.А. Фетлером. За несколько лет до описываемых событий ему удалось, преодолевая многочисленные препоны, выстроить в Санкт-Петербурге прекрасный большой молитвенный дом — «Дом Евангелия». Здесь на случай посещения гостей были предусмотрены комнаты. В одной из них и останавливался Ларссон в дни пребывания в Санкт-Петербурге. Иногда в этом Доме проходили и собрания Армии Спасения.
     По  итогам работы общероссийской выставки выяснилось, что именно экспозиция Армии Спасения явилась «гвоздем»  финского павильона. Подтверждением этому  стало присуждение Финляндской  Армии Спасения почетного диплома  Всероссийской выставки «За широкую  деятельность в области общественного  призрения» .
     Успех и общественное признание благородной  социальной работы Армии Спасения в  Финляндии породил у полковника Ларссона желание и далее знакомить  российскую общественность с деятельностью  Армии. Родилась идея издания специального журнала на русском языке. Власти Санкт-Петербурга дали официальное  разрешение, и в июле 1913 года вышел  в свет первый номер журнала «Вестник спасения». Редакция журнала разместилась в скромном здании под номером  один на Гаванской улице. Этот дом  стал своего рода штаб-квартирой Армии  Спасения в России. Здесь можно  было купить свежий номер журнала  и предшествующие номера. По воскресным дням проводились собрания, читалась Библия и иная христианская литература, звучала проповедь. В своих воспоминаниях  одна из первых членов Армии Спасения, приехавших в Россию, Эльза Ольсони  так описала собиравшихся в этом доме людей: «Внешне они очень  отличались друг от друга; простая женщина  из народа сидела там бок о бок  с дамой из образованного класса. Молодые и старые, рабочие и  студенты, врачи, как-то даже генерал, короче говоря, сюда приходили совершенно разные люди. Но одно у них было общим  — голод и жажда познания Бога. И в этом простом жилище они  находили что-то из вечно свежей воды жизни. Многие души впервые встретили  здесь своего Спасителя».
     Отсутствие  официальной регистрации Армии  Спасения в России осложняло обстановку и для организации собраний, и  для создания общины. За действиями офицеров установлено было постоянное наблюдение со стороны охранки. В  соответствии с законом, без разрешения полиции нельзя было проводить какие-либо общественные мероприятия, и это  правило распространялось даже на семейные торжества с участием 25–50 человек. Получить такое разрешение члены Армии Спасения не могли, поэтому каждый раз при проведении собрания организаторы подвергали себя опасности быть оштрафованными и более того — осужденными за проведение нелегальных собраний. Спасенцам приходилось соблюдать осторожность, создавая видимость, что Армии Спасения не существует в России, а просто члены Армии — выходцы из Финляндии, живут в Санкт-Петербурге для продажи журнала. При проведении собраний, на случай неожиданного появления дворника или околоточного, делались приготовления: на стол ставили самовар, чашки, сушки и т.д., создавая видимость чаепития родных или близких.
     В тоже время разрешение властей на издание  и распространение журнала, в  том числе и в общественных местах, создавало возможность знакомить  россиян с деятельностью Армии.
     День  за днем, с утра до вечера, офицеры  и солдаты Армии выполняли  поистине героическую работу, продавая до 800 экземпляров журнала в неделю. Одновременно распространители знакомились  с бытом и традициями России. Встречи  с жителями города происходили в  самых разных местах. К примеру, Эльза  Ольсони писала об этом так: «Разнообразные впечатления, которые получали продавцы во время продажи »Боевого клича« способствовали их знакомству с людьми, обычаями и языком. Иногда они ходили из одного трактира в другой, трактиры были совершенно разные. Внизу в  подвалах размещались те, которые  сестры называли »трактирами для  извозчиков«. Извозчик, ездивший целыми днями по улицам, не упускал случая время от времени заглядывать  туда. В особенности, если в шкафчике за стойкой было несколько маленьких  шестикопеечных бутылок водки. С  чувством удовлетворения он сбрасывал  с себя толстую шубу на подкладке, усаживался за одним из столов и  подзывал к себе одного из официантов. Он не замечал, что на столе скатерть уже давно потеряла белизну, а  воздух был удушливо тяжел и влажен от различных испарений. Он наслаждался  своим существованием, а если к  тому же заводили трескучее автоматическое пианино, он не желал ничего большего. Внезапно дверь открывается, врывается  поток свежего воздуха и входит молодая девушка с красной  лентой на кожаной фуражке. Она ходит  со своим журналом от одного стола  к другому, кое-кто задает вопросы. Большинство лишь застыли, уставились на неё в бесцельном удивлении. Лишь когда необычное явление уже  исчезло, начинаются разговоры. Люди начинают читать купленный журнал в матовом  свете коптящей лампы, беседа разворачивается, поднимается и выходит далеко за пределы обычных разговоров в  кабаке» .
     Журнал  публиковал самые разнообразные  материалы: на евангельские темы, о  правилах здорового образа жизни, о  социальной работе Армии с детьми и женщинами, оказавшимися в трудном  положении, о вреде алкоголя и  табака, о благотворительной и  просветительской деятельности Армии  и ее сотрудничестве с правительствами  и общественными организациями  в самых различных странах  мира. Первоначально тираж журнала  составлял 6–8 тысяч, но постепенно он возрос до 19 тысяч экземпляров.
     На  рубеже 1913–1914 гг. присутствие Армии  Спасения становится все более заметным в Санкт-Петербурге. Этот факт подтверждается и прессой того периода, которая  посвящала ей возрастающее число  статей. В них, как правило, в добрых тонах описывалась благотворительная  и социальная деятельность солдат Армии; их борьба с такими пороками, как  пьянство, бродяжничество, проституция; отмечалось, что нередко и органы власти, и органы самоуправления, признавая  полезность Армии Спасения, выделяли на ее нужды бюджетные деньги, оказывали  содействие в сборе средств в  ее пользу .
     В начале февраля 1914 г. полковник Ларссон  направил генералу Армии Спасения Брамвелю Буту письмо с изложением своего плана  возможных шагов для расширения деятельности Армии Спасения в России. Будучи вдумчивым и внимательным наблюдателем, он видел острые социальные противоречия, которые раздирали  Россию; предчувствовал скорые серьезные  политические изменения в России. По его мнению, у Армии Спасения были все необходимые объективные  предпосылки, чтобы быть востребованной обществом, и потому следовало действовать, действовать решительно и немедленно. Им предлагался и путь — «придти» в Россию не как религиозная организация, а как общественное объединение, которое, прежде всего, свидетельствует  о своих социальных, благотворительных  и филантропических целях. В качестве такового предлагалось ходатайствовать  о регистрации «Общества »Вестника  спасения«.
     Как бы предвидя характер возможных возражений со стороны генерала Б. Бута, полковник  Ларссон добавляет: «Несмотря на наше название, всякий признает нас  как Армию Спасения. Власти могут  также знать это. Но пока это »неофициально« — это не имеет значения. Большая  разница в том, что »официально« и »лично« известно в России. Статуты  позволят нам вести ту же работу, что и Армия Спасения, и всегда возможно идти дальше, чем позволяют  статуты. Все другие общества делают это. В России не закон, а его применение считается прежде всего».
     Из  дня сегодняшнего, обращаясь к  прошлому, и зная, как будут развиваться  в последующем драматические  события вокруг Армии Спасения, можно согласиться с полковником Ларссоном. Действительно, его предложение было вполне логичным и, главное, прагматичным, ибо в Петербурге уже были офицеры и солдаты Армии, получившие опыт работы в России; вокруг журнала объединилось значительное число активных сторонников Армии Спасения и сам журнал пользовался популярностью и известностью в широких общественных слоях; имелись и помещения, где можно было развернуть деятельность Общества.
     С точки  зрения своих должностных обязанностей, Ларссон
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.