На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


Курсовик Рамки анализа, общая картина, решения в области занятости и заработной платы на государственных предприятиях, занятость и заработная плата в государственном секторе. Безработица.

Информация:

Тип работы: Курсовик. Предмет: Менеджмент. Добавлен: 18.09.2003. Сдан: 2003. Уникальность по antiplagiat.ru: --.

Описание (план):


- 49 -
Оглавление стр.

Введение 2
1. Рамки анализа 4
2. Общая картина 5
3. Решения в области занятости и заработной платы на
государственных предприятиях: рамки анализа 10
4. Занятость и заработная плата в государственном секторе 13
5. Безработица 26
Заключение 29
Приложения 31
Список использованной литературы

Введение.

Неотъемлемой чертой рыночной экономики является безработица - временная незанятость экономически активного населения. Причины данного явления разнообразны. Во-первых, структурные сдвиги в экономике, выражающиеся в том, что внедрение новых технологий, оборудования приводит к сокращению излишней рабочей силы. Во-вторых, экономический спад или депрессия, которые вынуждают работодателей снижать потребность во всех ресурсах, в том числе и трудовых. В-третьих, политика правительства в области оплаты труда: повышение минимального размера заработной платы увеличивает издержки производства и тем самым снижает спрос на рабочую силу, что иллюстрирует классическая модель рынка труда. В-четвертых, сезонные изменения в уровне производства в отдельных отраслях экономики. Наконец, в-пятых, изменения в демографической структуре населения, в частности рост численности населения в трудоспособном возрасте увеличивает спрос на труд и, следовательно, возрастает вероятность безработицы.
Исходя из причин безработицы, можно сформулировать ее основные формы.
Фрикционная безработица (от англ. friction - трение, разногласие) связана с перемещением людей с одной работы на другую, из одной местности в другую. Причина данной формы безработицы в том, что и люди, и рабочие места неоднородны, и поэтому требуется определенное время для “взаимного поиска”.
Структурная безработица связана с изменениями в технологиях, а также с тем, что рынок товаров и услуг постоянно изменяется: появляются новые товары, которые вытесняют старые, не пользующиеся спросом. В этой связи предприятия пересматривают структуру своих ресурсов и, в частности, ресурсов труда. Как правило, внедрение новых технологий приводит либо к увольнению части рабочей силы, либо к переобучению персонала.
Сезонная безработица связана с неодинаковыми объемами производства, выполняемыми некоторыми отраслями в различные периоды времени, то есть в одни месяцы спрос на рабочую силу в этих отраслях растет (и, следовательно, снижается безработица), в другие - уменьшается (а безработица возрастает). К отраслям, для которых характерны сезонные колебания объемов производства (а значит - и занятости) относятся прежде всего сельское хозяйство и строительство.
Циклическая безработица связана с недостаточным совокупным спросом на товары и услуги, который вызывает рост безработицы в тех отраслях, где эти товары производятся.
Наконец, скрытая безработица, которая характерна для отечественной экономики. Суть ее в том, что в условиях неполного использования ресурсов предприятия, вызванного экономическим кризисом, предприятия не увольняют работников, а переводят их либо на сокращенный режим рабочего времени (неполная рабочая неделя или рабочий день), либо отправляют в вынужденные неоплаченные отпуска. Формально таких работников нельзя признать безработными, однако фактически они являются таковыми.
Несмотря на объективный характер безработицы, социально-экономические потери, которые она порождает, очевидны. Во-первых, не производится какая-то часть товаров и услуг, которые могли бы быть произведены, если бы человек работал. Во-вторых, снижаются налоговые поступления: работающий получает доход (заработную плату), который облагается налогом. В-третьих, снижается уровень жизни семьи безработного, так как пособие по безработице меньше, чем заработная плата. В-четвертых, ухудшается психологическое состояние безработного, становятся частыми конфликты в семье и т.д.
В этой связи одной из функций государства становится регулирование занятости, устранение негативных последствий безработицы. В частности, в каждом городе или районе созданы центры занятости, которые выполняют следующие функции: выплачивают пособия по безработице, помогают безработным найти работу, ведут переобучение новым, пользующимся спросом профессиям. В этих центрах оказывается и психологическая помощь людям, оставшимся без работы. Государство, кроме того, может оказывать финансовую поддержку тем предприятиям, где планируется массовое увольнение, с целью сохранения или модернизации рабочих мест. Далее, государство может вводить налоговые льготы для тех предприятий, которые принимают на работу наименее защищенные группы населения (инвалиды, многодетные матери, “чернобыльцы”, “афганцы”).
Оценивая безработицу как социально-экономическое явление, нельзя однозначно утверждать: хорошо это или плохо. С точки зрения человека, оставшегося без работы, это может оказаться трагедией. Однако с точки зрения экономической динамики данное явление - объективная необходимость. Другое дело, что государство должно “амортизировать” ее негативные последствия, а работники должны быть готовы к профессиональной и трудовой мобильности ради получения работы.
Изменения безработицы в Восточной Европе за последние годы показаны на рисунке 1-1. Этот рисунок отражает несколько отличительных особенностей. Первая состоит в общем повышении уровня безработицы с 1990 г. Вторая выражается в неоднородности общей картины. В то время как большинство стран в нашей выборке демонстрируют уровень безработицы в пределах 10-15 процентов. Чешская Республика и Россия имеют гораздо более низкий уровень безработицы. Перечень вопросов, проистекающих из рисунка 1-1. очевиден. Почему уровни безработицы возросли и почему они так различаются? Является ли безработица застойной или она есть остановка на пути перехода с одной работы на другую работу? Будет ли уровень безработицы возрастать в дальнейшем, или она может поддерживаться на сложившемся уровне, наблюдаемом в большинстве стран? Какую политику воздействия на рынок труда следует выдвигать правительствам? Следует ли им держать курс на прекращение выплат пособий по безработице через шесть месяцев или же через год? Это некоторые из вопросов, которые рассматриваются в данной главе. В ней мы проанализируем вместе явления, которые базируются на информации, полученной в результате изучения отдельных стран. Сперва, прежде чем представить основной эскиз общей картины, мы намечаем рамки нашего анализа. В последующих разделах мы углубляемся в детали.

Рамки анализа

Общие рамки, в которых следует рассматривать безработицу в процессе перехода ясны. С одной стороны, некогда господствовавший государственный сектор неуклонно разрушается, Государственные фирмы теряют работников; некоторые фирмы реорганизуются, другие закрываются. Новый частный сектор возникает и растет. Безработица есть результат этого процесса перераспределения. Но перераспределительные процессы протекают в различных формах. Рассмотрим два крайних взгляда. Согласно первому из них, главной силой является коллапс государственных предприятий, неспособных приспособиться к рыночной среде. Частный сектор, находящийся в эмбриональном состоянии, растет, но недостаточно для того, чтобы занять множество высвободившихся работников. Согласно этой точке зрения, переход быстро ведет к высокой безработице и безработица быстро становится застойной. Рабочие, которые имеют несчастье потерять работу, весьма вероятно, выбывают из состава рабочей силы или становятся
безработными на длительный срок. Высокая безработица представляет высокие экономические и социальные издержки это угрожает реформе, замедляет желаемую реорганизацию государственного сектора и дискредитирует реформаторские правительства. Согласно второму взгляду, главной силой является быстрый рост частного сектора, который перехватывает рабочих из государственных предприятий и, тем самым, создает сразу стимулы, и возможности для их реорганизации. С этой точки зрения, безработица является результатом здорового процесса перераспределения. Даже если количество безработных велико, их состав характеризуется высокой оборачиваемостью и является центральным звеном эффективного перераспределения. Как получить данные, позволяющие выяснить, какой взгляд, правилен или, скорее всего, где истина, лежащая между двумя точками зрения?

Общая картина.

Сокращение занятости в государственном секторе.
Таблица 1-1 дает оценки изменениям занятости в государственном секторе за период 1990-92 гг. Общая картина ясна. Налицо значительное сокращение занятости во всех странах. По причине слабого прогресса средней и большой приватизации, динамика показателей отражает не столько изменение статуса предприятий, сколько правдиво свидетельствует о действительном снижении занятости. Исключение составляет Россия, где снижение занятости объясняется, главным образом, изменением статуса предприятий и занятость на государственных фирмах снизилась почти на 4 процента в 1992 г.
Приведенные в таблице показатели, однако, скрывают различия, характерные для
отдельных периодов времени и для отдельных стран. Чтобы понять это, следует
подумать о внутренней и внешней обстановке, в которой действуют государственные
фирмы накануне приватизации. Это особенно важно потому, что приватизация
оказалась весьма медленным процессом. В отдельных странах и в каждой стране
фирмы различаются как своей первоначальной позицией так и масштабами шока,
который они испытали. Некоторые фирмы потеряли весь свой рынок в результате распада СЭВ. И некоторые страны, такие как Болгария, были значительно сильнее других стран затронуты первоначальными шоками В различных странах фирмы различаются своими внутренними побудительными мотивами. В большинстве стран решения, принимаемые предприятиями, отражают интересы менеджеров и рабочих. Однако относительная значимость этих социальных групп зависит от институциональных и исторических факторов. Цели каждой группы также различны; здесь исключительно важны перспективы приватизации и ожидаемые выгоды каждой группы, и когда начался переходный этап, эти ожидания изменились. Наконец, различна сама внешняя среда, в которой функционируют фирмы. В большинстве стран фирмы быстро столкнулись с жесткими бюджетными ограничениями, поскольку субсидии и другие виды поддержки были резко сокращены и правительства достаточно долго не отступали от своих первоначальных планов жесткой политики, что привело к закрытию многих предприятий. Кое-где текущие или ожидаемые бюджетные ограничения намного мягче и до сих пор фирмы могли избегать самого тяжелого выбора. Как сочетались эти факторы? В Польше, Венгрии и Чешской Республике можно наблюдать несколько этапов перехода. В начале перехода фирмы старались удерживать работников. Сокращение занятости шло медленнее, чем сокращение выпуска. Большинство увольнений были добровольными или, по крайней мере, относительно безболезненными, например, путем досрочного выхода на пенсию. Заработная плата была установлена таким образом, что включала большую часть прежней прибыли, и это не угрожало занятости. Но по прошествии времени усиливаются признаки того, что потеря работы выходит за рамки фрикционной безработицы. Увольнения по большей части становятся вынужденными, люди увольняются по преимуществу не с целью перехода на другую работу, а для того чтобы пополнить ряды безработных. Фирмы принимают решения с учетом все более длительной перспективы, даже до приватизации. Другие страны делятся на две группы. С одной стороны, Болгария, где первоначальный шок был намного сильнее, а амортизаторы намного слабее, где первоначальное сокращение выпуска и занятости в государственном секторе было необычно сильным. С другой стороны, Россия и, в меньшей степени, Румыния, где более мягкие бюджетные ограничения до сих пор позволяют государственным фирмам ограничить потери в занятости на уровне много более низком, чем масштабы сокращения выпуска.
Рост занятости в частном секторе.
Как показано в таблице 1-1, частный сектор быстро растет. Причем в большой степени этот рост, опять же за исключением России, может быть отнесен на счет роста нового - а не приватизированного - частного сектора. До сих пор этот рост отражал, главным образом, процесс структурного приспособления, заполнение характерной для социализма бреши в торговле и услугах. И природа нового частного сектора была сформирована как особенностями самой торговой деятельности, так и обилием жестких барьеров от ограниченного доступа к кредиту до отсутствия экспертизы. Частный сектор состоит из множества мелких фирм, которые финансируются за счет внутренних источников, и, если принять в расчет другие аспекты компенсации помимо зарплаты, обычно платят своим работникам меньше, чем государственные фирмы. Широкие потоки уволенных, а также ушедших с работы по собственному желанию свидетельствуют о высоком уровне банкротств и непрестижном характере самой работы, которая к тому же отличается высокой неопределенностью. Некоторые страны, такие как Польша и Венгрия, находятся на той стадии, когда доля торговли и услуг приближается к соответствующим показателям в других рыночных экономиках с примерно таким же уровнем дохода. Это поднимает вопрос о том, будут ли нивелироваться межстрановые различия в темпах создания рабочих мест в частном секторе. Мы находим мало оснований считать, что частный сектор где-либо - в промышленности, например, может непрерывно расти одним и тем же темпом.
Безработица.
Эволюция безработицы следует из нашей характеристики развития частного и государственного секторов. Сфокусировав внимание сперва на Венгрии, Польше и Чешской Республике можно наблюдать как с течением времени меняется природа безработицы. Первоначальное сокращение занятости в государственном секторе происходило как путем прямого перехода работников на другую работу, так и путем выбытия из состава рабочей силы посредством досрочного выхода на пенсию. Для тех, кто имел несчастье стать безработным, перспективы были туманными, показатели уровня оттока из рядов
Таблица 1-1. Занятость по формам собственности.
В тысячах Доля в общей занятости
Показатели 1990 1991 1992 1990 1991 1992
Венгрия
Общая занятость 4699,0 4334,0 4120,0
Государственный сектор - 2860,4 2645,0 - 66,0 64,2
Частный сектор - 1473,6 1475,0 - 34,0 35,8

ПОЛЬША

Общая занятость 16511,0 15601,0 15379,0

Государственный сектор 10963,4 9313,8 8550,7 66,4 59,7 55,6

Частный сектор 5547,7 6287,2 6828,3 33,6 40,3 44,4

Чешская Республика
Общая занятость 5351,0 5059,0 4880,0
Государственный сектор 4917,0 4052,0 - 91,9 80,1 -
Частный сектор 434,0 1007,0 - 8,1 19,9 -

СЛОВАКИЯ

Общая занятость 2478,0 2281,0 2160,0

Государственный сектор 2357,0 1989,0 1793,0 95,1 87,2 83,0

Частный сектор 121,0 292,0 367,0 4,9 12,8 17,0

БОЛГАРИЯ

Общая занятость 4097,0 3564,0 3113,0

Государственный сектор 4097,0 3204,0 2673,0 100,0 89,9 85,9

Частный сектор - 360,0 440,0 - 10,1 14,1

РУМЫНИЯ

Общая занятость 10840,0 10786,0 10205,0

Государственный сектор - 10041,8 8980,4 - 93,1 88,0

Частный сектор - 744,2 1224,6 - 6,9 12,0

РОССИЯ

Общая занятость 75400 73800 72300

Государственный сектор 66900 60300 53600 88,7 81,7 74,1

Частный сектор 8300 13500 18700 11,0 18,3 25,9

- нет данных.
Примечание: давние по Польше в 1989 г. состовляют,соответственно, i7600, 12126 в 5474, что дает долю мытых в государственном секторе 68,9 процентов и в частном секторе 31.1 процента.
Источник; Employment Observatory, оценка Роскомстата и Всемирного банка безработных, особенно уровня трудоустройства, были низкими. С течением времени, когда увольнения стали преимущественно недобровольными, увеличился приток в состав безработных как с государственных, так и с частных фирм: правда выросли и обратные потоки из состава безработных. Перемещение с работы на работу происходит теперь через безработицу. Низкий уровень безработицы в Чешской республике сравнительно с Польшей и Венгрией порожден как более интенсивным ростом частного сектора (при меньшей исходной базе), так и более жесткими ограничениями на право получать пособие по безработице. Не следует, однако недооценивать эти изменения, которые претерпевает с течением времени природа безработицы. В сравнении с западными странами, текучесть состава безработных остается низкой. В сегодняшней Польше и Венгрии, месячный показатель уровня трудоустройства из состава безработных до сих пор не достигает 3 процентов; для сравнения в США в 1992 г. он составлял 25 процентов. Средние цифры скрывают значительные региональные различия. Уровень безработицы сильно варьирует по регионам в каждой стране по двум причинам: в результате различий в темпах сокращения государственного сектора и в темпах роста частного сектора. Ограничения на передвижения рабочей силы усиливают эти региональные различия.
Другие страны опять же подразделяются на две группы. В Болгарии высокая безработица порождается сочетанием сильного сокращения занятости в государственном секторе и слабого компенсирующего роста занятости в частном секторе. Похожая в общих чертах картина, хотя с другой временной траекторией потоков рабочей силы, исходящих из государственного сектора, характерна для Словакии. В противоположность Чешской Республике, частный сектор был здесь изначально намного меньше, что обусловило значительно более низкие показатели перехода на другую работу у теряющих место в государственном секторе. Для Румынии и России более низкая безработица на старте перехода есть, прежде всего, результат более слабого сокращения занятости в государственном секторе. Последующее повышение безработицы в Румынии в 1992 г. отражает некоторое ужесточение бюджетных ограничений, хотя изменения в экономической политике были частыми и непредсказуемыми.
Практическая классификация.
В целом мы наблюдаем три формы развития. Первая форма характерна для трех наиболее развитых стран центральной Европы - Польши, Венгрии и Чешской Республики - где государственный сектор сокращается и преобразуется, а частный сектор расширяется. Здесь два спорных вопроса. Сколько работников должно высвободиться с государственных предприятий? И что произойдет с ростом занятости в частном секторе, когда процесс структурного приспособления подойдет к концу? Вторая форма наблюдается в Болгарии и, в меньшей степени, в Словакии, где сокращение государственного сектора было сильным, рост частного сектора - слабым и безработица выросла очень сильно. Очевидный вопрос состоит здесь в следующем: позволит ли экономическое и политическое давление безработицы и депрессии продолжать реформу?
Третья форма наблюдается в России и, в меньшей степени в Румынии, где мягкие бюджетные ограничения позволяют государственным предприятиям поддерживать занятость ценой грозящей гиперинфляции. Безработица низка, но перемены уже начинаются. И издержки, связанные с неспособностью стабилизировать экономику и обеспечить среду для длительных структурных преобразований явно велики. В последующих разделах рассматриваются различные части общей картины, занятость в государственном секторе, занятость в частном секторе и безработица более детально. В последнем разделе рассматриваются предположения о будущем развитии.

Решения в области занятости и заработной платы на государственных предприятиях: рамки анализа

С самого начала реформы государственные предприятия находились под фактическим контролем своих рабочих и управляющих. Формальный, юридический собственник, - обычно представленный государственным казначейством или заново созданной государственной организацией, - в значительной степени уклонялся от контроля. Не было формального защитника интересов капитала.
Отсюда не следует, однако, что здесь верна стандартная модель фирмы, управляемой работниками. Здесь более подходят модели принятия решений на фирме, где доминируют “инсайдеры” (т.е. уже занятые на данном предприятии в противоположность потенциальным “новичкам”) подобные тем, которые развиты для рыночных экономик. Данные модели предсказывают, что заработная плата устанавливается на таком высоком уровне, какой возможен при поддержании стабильного уровня занятости среди работающих на предприятии (Commander, Coricelli i и Staehr 1992 и Lane и Dinopoulos 1991 обосновывают приемлемость этих моделей в контексте переходного периода). Но они приемлемы только с тремя важнейшими оговорками. Первая оговорка касается относительной роли рабочих по сравнению с управляющими. Институционально роль рабочих существенно различна в разных странах. Проанализированные практические ситуации показывают сильную зависимость между институциональной организацией и реальными действиями. К 1992 году чехословацкие и венгерские промышленные рабочие в целом не играли или играли небольшую роль в принятии решений, в то время как польские и румынские рабочие были существенно более влиятельны (Estrin, Schaffer и Singh, 1993). Кто-то может спросить, как управляющие вообще способны иметь какую-то власть на фирмах при фактическом отсутствии конечного собственника. Ответ проистекает частично из формы институтов - такой, как право рабочих советов в Польше смещать управляющих, - частично из того, что рабочие нуждаются в опыте управляющих, дабы фирма выжила в трудные времена. Вопрос здесь состоит в том, какова связь между силой профсоюзов и влиянием рабочих внутри фирмы. Численность профсоюзов остается большой во всех странах, но их воинственность сильно различается. Численность и воинственность профсоюзов явно были выше в Болгарии и Румынии, воинственность, в известной степени, обеспечивалась “новыми” боевыми союзами, численный состав - старыми профсоюзными структурами. Хотя данные о забастовках не доступны, ясно, что забастовочное движение достигло самого высокого уровня в Румынии, Польше и Болгарии. Воинственность профсоюзов в бывшей ЧСФР и Венгрии почти полностью отсутствует. Кажется, что сила профсоюзов в различных странах связана с властью рабочих на предприятиях, но следует, вероятно, рассматривать оба эти явления скорее как отражение одной и той же причины - общей роли рабочих в переходном процессе, а не как явления причинно связанные друг с другом.
Вторая оговорка касается перспектив рабочих и управляющих, которые (перспективы), в свою очередь, зависят от процесса приватизации. Подходы к приватизации в отдельных странах различались очень значительно, по масштабам, процедуре и по времени осуществления (см. Fridman, Rapacjzynsky in Earle 1993).
В некоторых странах, таких как Болгария и Румыния, несмотря на тщательно разработанные планы, было достигнуто немногое (за исключением малой приватизации преимущественно в розничной
торговле). И, за исключением России и Чешской Республики, большая приватизация осуществлялась медленно, действительная смена права собственности и прав контроля существенно запаздывала по сравнению с объявленным распорядком.
В России работники поощрялись к тому, чтобы взять фирмы в свои руки, при этом управляющие получали несоразмерно большую долю в капитале (Boyko, Sheifer и Vishny 1993). В отличие, от этого чешская и румынская массовая приватизация предоставила более ограниченные права “инсайдерам”, но в обеих странах все еще не вырисовывается сколько-нибудь определенный результат. Польша занимает промежуточное положение. В целом по прошествии времени вероятность того, что работники предприятий получат существенные права возросла; в основном это можно рассматривать как политическую цену, уплачиваемую за то, чтобы приватизация действительно осуществлялась. Это важно потому что это формирует предприватизационные ожидания и рабочих, и управляющих. Когда в начале реформы приватизация казалась очень близкой, а доли сегодняшних работников в капитале фирм после приватизации представлялись маленькими, для управляющих и для рабочих было мало оснований работать на длительную перспективу и приступать к структурным преобразованиям. В некоторых случаях - как в Польше в 1991 г. - это привело к требованиям повышения зарплаты и ассоциировалась с поведением, направленным на декапитализацию фирмы. Но замедление приватизации и более высокая доля работников в приватизируемом капитале заставили фирмы работать на более отдаленную перспективу. Это становится характерным и для Польши (Pinto, Belka и Kzajewski 1993). Однако это хрупкое равновесие и замедление приватизации может быть симптомом растущей неспособности к достижению консенсуса, необходимого для смены формы собственности. В таких случаях - Болгария и Румыния, возможно, лучшие примеры - выигрыши от дальновидного поведения менее очевидны и может последовать действительная декапитализация.
Нет необходимости специально подчеркивать, что требования высокой заработной платы, низкие инвестиции и отсутствие структурных изменений являются здесь наиболее вероятными последствиями. Третья оговорка состоит в том, что внешняя среда, в которой функционируют государственные фирмы, существенно отличается от той среды, в которой действуют фирмы в западных странах. Особо значима здесь степень текущих и перспективных бюджетных ограничений. В большинстве стран вновь за исключением России, само осуществление реформы, так же как и ужасающая ситуация с государственным бюджетом, быстро ведут к ужесточению бюджетных ограничений для государственных предприятий. Динамика субсидий приведена в таблице 1-2. Существенное сокращение субсидий наблюдается в большинстве стран, кроме России и Румынии.
Таблица 1-2. Субсидии гос. предприятиям (процент от ВВП)
Страны 1990 1991 1992
Венгрия 3,2 2,6 2,1
Польша 6,2 3,1 1.4

ЧСФР 14,1 9,7 5,5

Словакия 9,6 5,5 4,1

Болгария 8,8 3,0 3,2

Румыния 3,6 2,5 2/3

Россия - - 28,7

- нет данных.
Фирмам требуется время для осознания того факта, что ограничения стали жесткими и будут оставаться таковыми и в дальнейшем. Кроме того, субсидии составляли обычно лишь одно из измерений жесткости бюджетного ограничения. В большинстве случаев другие механизмы, такие как задолженность по уплате налогов, неуплата отчислений по социальному страхованию, дешевые кредитные линии, способствовали смягчению бюджетных ограничении или, по крайней мере, существенно смягчали видимую жесткость экономической политики. Как только изменились ощущения фирм относительно жесткости бюджетных ограничений, они начинали сокращение заработной платы и занятости. В свете этого нужно рассматривать динамику заработной платы и занятости с самого начала переходного этапа. То, что мы видим, и что детально представлено ниже, за некоторыми оговорками, точно соответствует модели. В начале реформ сокращение занятости было незначительным и часто происходило за счет увольнений по собственному желанию и досрочного выхода на пенсию. Заработная плата была установлена либо ниже, либо близко к потолку, который диктовался политикой доходов (Blanchard и Layard 1992, Jackman и Pages j.993). По мере продолжения реформы, ориентация на более длительную перспективу и ощущения более жестких бюджетных ограничений заставляют фирмы быстрее высвобождать работников. Число недобровольных увольнений увеличивается. В то же время заработная плата растет, но обычно в связи с общим состоянием дел на фирм е.

Занятость и заработная плата в государственном секторе

Сокращение выпуска.
На рисунках 1-2 и 1-3 показано снижение ВВП и промышленного производства по странам с 1990. ВВП в известной мере отражаем развитие частного сектора, но в промышленном производстве очень сильно доминируют государственные фирмы.
Рисунки указывают на очень значительное сокращение производства, которое затронуло все страны с самого начала перехода. Общее сокращение ВВП с 1929 года варьирует от 12% в Польше до 40% в Болгарии. Общее сокращение промышленного производства варьирует от 31% в Венгрии до 54% в Болгарии. Даже если мы уверены в том, что официальная статистика преувеличивает размеры падения выпуска, мы все равном обнаруживаем значительное сокращение объемов производства, которое пришло вслед за предшествующим замедлением роста. При более близком рассмотрении видна временная разница в развитии событий по отдельным странам. В трех самых
развитых центральноевропейских странах наибольшее сокращение выпуска произошло в тот год, когда переход начался всерьез - 1990 г. в Польше, 1991 г. в двух других. К середине 1.992 г. в Польше появились признаки стабилизации промышленного выпуска и в первой половине 1993 г. он был примерно на 10% выше, чем в предшествующем году.
В Венгрии и Чешской Республике выпуск
стабилизировался в 1993 г. и теперь налицо слабые признаки подъема, Болгария отличается в этом плане; хотя здесь также наибольшее сокращение приходится на начало реформы, темп сокращения все еще высок в 1992 г. И в России, и в Румынии темп сокращения еще возрастает в 1992 г. Хотя это и не является нашей главной темой, понимание того, почему выпуск сократился так сильно, существенно важно для нашей задачи. Из сведений, собранных другими исследователями так же, как и из данной работы, следует, что сокращение выпуска в большинстве стран, видимо, имеет две концептуально различные причины. Первая, которая доминирует в начале перехода, это общий шок, сочетание снижения совокупного спроса и сужения кредита. Вторая причина, значимость которой возросла, это перераспределение, сдвиги в относительных издержках и в относительных размерах спроса. Такая интерпретация базируется на многих ключевых моментах. Один из них - это малые различия в относительной динамике выпуска между секторами в начале перехода и рост этих различий во второй и третий годы перехода. Изменения указанных различий показаны в. таблице 1-3. Исключением из общей картины представляется Венгрия, где структурные изменения играли более важную роль прежде и до 1990 года наблюдалась явно асимметричная динамика в различных секторах. Другой ключевой момент - это корреляция между относительными ценами в отдельных секторах и изменениями выпуска. Если бы шоки относительного спроса доминировали на старте перехода, можно было бы ожидать положительной корреляции между относительны- ми ценами и выпуском. И, за исключением Венгрии и Болгарии, в течение первого года реформы корреляция была очень низкой по абсолютному значению величиной. В Польше незначительная отрицательная корреляция в 1990 г. превратилась в положительную и существенную в 1991 и 1992 гг. (Borensztein, и Ostry, 19931 глава 2 настоящего издания). Что интересно (но это может сказать больше о показателях, чем о ситуации в Центральной Европе), корреляция между индикаторами предполагаемых сравнительных преимуществ, такими, как внутренние издержки на факторы производства и величина выпуска, незначительна для любой из рассматриваемых стран.
Изменение занятости.
На рисунке 1-4 представлена динамика занятости, выпуска и производительности труда в промышленности по различным странам, начиная с 1989 г, для Польши и с 1990 г, для других стран.
Имеющиеся данные позволяют нарисовать более детальную картину, согласно которой увольнения с работы были сперва добровольными, а стали все в большей мере вынужденными. Подход фирм состоял сперва в использовании сокращенного рабочего дня, и административных отпусков, а также в использовании правительственных программ, которые финансировали добровольные ранние выходы на пенсию. В Польше в 1990 г. по крайней мере, 70 процентов сокращения занятости было получено за счет преждевременного выхода на пенсию; и, хотя в других странах соответствующие показатели были ниже - так в Венгрии между 1990 и 1992 гг. этим путем было достигнуто 20 процентов сокращения занятости - такая реакция явно является общей.
Далее, вынужденные увольнения с работы были сконцентрированы на категории вспомогательных рабочих, включая административный персонал и канцелярских работников. Это может частично объяснить изначально высокий удельный вес женщин в составе безработных. Оказывается, что только в Венгрии, где мы наблюдаем более существенные структурные изменения к 1992 г., безработица среди мужчин доминирует над женской безработицей.
Тем не менее с течением времени наблюдается явный рост вынужденных увольнений с работы - в. ЧСФР, Венгрии и Польше с 1991 г. и в Румынии с 1992 г. При этом важное значение имеют способы выхода из состава рабочей силы. Массовые увольнения были редкими. Это может быть отнесено за счет законодательных препятствий, высоких издержек по увольнению и, несомненно, сохраняющегося права рабочих сильно влиять на решения по вопросам занятости. Последний фактор представляется особенно важным дал Польши, Румынии и России. Кроме того, за исключением Венгрии с 1992 г. ни в одной стране не было действующей процедуры банкротства, что делало решения о широкомасштабных увольнениях и возможной ликвидации фирм более трудными.
При первом рассмотрении эти цифры говорят о том, что государственный сектор полагается сначала на то, что все утрясется само собой и только затем проводит требуемое для его выживания сокращение занятости. Но это лишь часть истории. Другой набор цифр - количество принятых на работу в государственном секторе - указывает на то, что наша общая картина должна быть, по крайней мере, усложнена. В странах, по которым мы имеем данные, потоки вливающиеся в состав занятых в государственном секторе далеко не были незначительными. В Польше в 1992 г., в то время как поток из состава занятых в государственном секторе составил 20 процентов, обратный приток превысил 10 процентов - удивительно высокий показатель. В Венгрии поток из состава занятых в государственном секторе составил 22 процента и обратный приток - 10 процентов. В России цифры были и вовсе удивительные - 22 и 19 процентов, соответственно. Хотя эти показатели интенсивности потоков в состав занятых в государственном секторе далеки от уровня в 35 процентов, который наблюдается на рынке труда США, они, тем не менее, значительны.
Мы полагаем, что причины столь высоких показателей, характеризующих прием на работу, различны. Высокие показатели в России, вероятно, отражают комбинацию факторов, включающих право фирм на получение повышенных субсидий при найме дополнительных рабочих, сверхоптимистичные виды на будущее развитие и динамику выпуска, технологию со свойствами, описанными Леонтьевской производственной функцией (Commander и Jackman 1993). Это, однако, едва ли может объяснить ситуацию в Венгрии и Польше в 1992 г. Здесь частичным объяснением может служить неоднородность рабочих и необходимость заменить некоторых уволившихся работников даже перед лицом сокращения занятости. Другим объяснением может быть неоднородность фирм, в том смысле, что некоторые фирмы расширяются даже в сокращающихся секторах. Представляется, что венгерские данные о найме работников фирмами подтверждают эту точку зрения, и т.д.................


Перейти к полному тексту работы



Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.