На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


дипломная работа Анализ законодательства о хозяйственных товариществах

Информация:

Тип работы: дипломная работа. Добавлен: 18.10.2012. Сдан: 2012. Страниц: 18. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


?95

Диплом по праву на тему Анализ законодательства о хозяйственных товариществах

 
ОГЛАВЛЕНИЕ
 
ВВЕДЕНИЕ
1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ТОВАРИЩЕСТВ В ГРАЖДАНСКОМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ
1.1. Общее понятие юридических лиц
1.2. Развитие товариществ как коммерческих организационно-правовых форм
2. СПЕЦИФИКА ПРАВОВОГО СТАТУСА ХОЗЯЙСТВЕННЫХ ТОВАРИЩЕСТВ
2.1. Стороны учредительного договора о создании хозяйственных товариществ и обществ
2.2. Общее положение о хозяйственных товариществах
2.3. Права, обязанности и ответственность участников хозяйственных товариществ
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК


ВВЕДЕНИЕ

 
Хозяйственные товарищества являются одной из древнейших форм организации совместного предпринимательства. Вместе с тем, правовое положение товариществ в России изменялось на протяжении времени. Такие изменения в правовом положении товариществ во многом определялись воспринятой законодателем правовой доктриной. В дореволюционном праве России и во времена НЭПа хозяйственные товарищества признавались юридическими лицами, что говорило о преемственности континентальной правовой доктрины. В начале 90-х годов XX века в России полные товарищества не признавались юридическими лицами, а с введением ГК РФ 1994 года, полные и коммандитные товарищества вновь стали признаваться юридическими лицами.
Изменяющееся во времени отношение государства к хозяйственным товариществам говорит об актуальности такой организационно-правовой формы и необходимости ее изучения. В дореволюционной России товарищества рассматривались как основные организационно-правовые формы вовлечения частных лиц в коммерческий оборот. Такое отношение было отчасти сохранено и в период 20-30-х годов XX века, когда потребовалось интенсивное восстановление разрушенного после войны хозяйства. В период с 30-х до начала 90-х годов XX века хозяйственные товарищества в России практически не использовались, поскольку возможность их применения была вытеснена монопольным участием в хозяйственной сфере различного рода государственных хозяйственных организаций. С началом развития реформ в России, в начале 90-х годов, вновь возникла необходимость в становлении рынка, что вызвало потребность в дополнении существовавших организационно-правовых форм ведения совместного предпринимательства. Хозяйственные товарищества традиционно рассматривались как первоначальные формы вовлечения частных лиц в предпринимательскую деятельность, и такое их понимание было подтверждено ГК РФ 1994 года, где хозяйственные товарищества, вполне традиционно, открывают перечень предусмотренных ГК организационно-правовых форм осуществления коммерческой деятельности.
Нестабильность законодательства, регулирующего правовое положение хозяйственных товариществ на протяжении указанного выше периода, породило, в свою очередь, актуальную потребность в теоретическом исследовании товариществ. Изменяющееся на протяжении последнего времени правовое положение хозяйственных товариществ не способствует их популярности среди предпринимателей и влечет за собой неоднозначность их понимания. Существенное изменение законодательства, регулирующего правовое положение хозяйственных товариществ, не способствует их развитию и широкому использованию предпринимателями, что является вполне специфическим для России в сравнении со странами рыночной экономики, в которых товарищества традиционно являются одной из самых широко используемых форм первоначальной организации совместного предпринимательства.
Вовлечение широких слоев населения в предпринимательскую деятельность, посредством их участия в хозяйственных товариществах, способствует также созданию более цивилизованного рынка, поскольку участники товариществ, за исключением вкладчиков (коммандитистов), солидарно несут субсидиарную ответственность всем своим имуществом по обязательствам товарищества, тем самым способствуют большей стабильности такого рынка, вызывая доверие, как у потребителей, так и у партнеров.
К сожалению, ГК РФ 1994 года не в полной мере урегулировал правовое положение хозяйственных товариществ и не предусмотрел при этом последующего принятия специального закона о товариществах.
Цель дипломной работы заключается в том, чтобы на основе комплексного анализа законодательства о хозяйственных товариществах и практики его применения определить правовое положение хозяйственных товариществ, выявить недостатки законодательного регулирования данного типа юридических лиц.
Достижение указанной цели обусловило постановку и решение следующих конкретных задач:
определить общее понятие корпоративных юридических лиц;
выявить особенности правового статуса хозяйственных товариществ как субъектов предпринимательской деятельности;
рассмотреть общее положение о хозяйственных товариществах;
- исследовать права, обязанности и ответственность участников хозяйственных товариществ.
Предмет и объект дипломного исследования. Объектом исследования являются общественные отношения, возникающие в связи с осуществлением деятельности хозяйственных товариществ.
Предмет исследования составили нормы гражданского права, регулирующие правовое положение хозяйственных товариществ, судебная практика по указанным вопросам, теоретические работы.
Методологической основой исследования является совокупность общенаучных и частно-научных методов исследования явлений и процессов, к включающая: диалектический, конкретно-исторический, метод системного анализа, сравнительно-правовой, формально-юридический, структурно-функциональный и другие методы.
Теоретическая основа исследования. При написании дипломной работы использовались исследования русских дореволюционных ученых: Д.И. Мейера, Г.Ф. Шершеневича, а также ученых советского периода и современных российских ученых-правоведов: В.С. Анохина, В.Ю. Бакшинскаса, М.И. Брагинского, В.В. Витрянского, В.А. Горлова, О.С. Иоффе, Н.В. Козловой, Д.В. Ломакина, А.П. Сергеева, О. Н. Сыроедовой, Е.А. Суханова, Л.В. Щенниковой и многих других.
Практическую основу исследования составляют: Конституция Российской Федерации; Гражданский кодекс РФ; федеральное законодательство РФ, включающее Федеральные законы «Об обществах с ограниченной ответственностью», «Об акционерных обществах», «Об особенностях правового положения акционерных обществ работников (народных предприятий)»; материалы судебной и судебно-арбитражной практики РФ, регламентирующие отдельные аспекты правового статуса хозяйственных товариществ и обществ.
Структурно дипломная работа состоит из введения, двух глав, пяти параграфов, заключения и библиографического списка.


1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ТОВАРИЩЕСТВ В ГРАЖДАНСКОМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ

 

1.1. Общее понятие юридических лиц

Правила о юридических лицах, носящие наиболее общий характер, содержатся в гл. 4 ГК РФ. К ним следует отнести легальное определение и классификацию юридических лиц, нормы, регламентирующие правоспособность и ответственность, порядок государственной регистрации, требования, предъявляемые к учредительным документам, порядок реорганизации, ликвидации и т. д.
Наряду с нормами института юридического лица, содержащимися в гражданском законодательстве, следует учитывать и нормы иных правовых актов. Например, вопросам лицензирования отдельных видов деятельности посвящено постановление Правительства РФ от 24 декабря 1994 г. № 1418.
Функциональное назначение института юридического лица состоит в определении правового статуса коммерческих и некоммерческих организаций, необходимого для их равноправного и эффективного участия в гражданских правоотношениях.
Легальное определение юридического лица закреплено в п. 1 ст. 48 ГК РФ: «Юридическим лицом признается организация, которая имеет в собственности, хозяйственном ведении или оперативном управлении обособленное имущество и отвечает по своим обязательствам этим имуществом, может от своего имени приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права, нести обязанности, быть истцом и ответчиком в суде»[1].
Институт юридического лица выполняет следующие функции:
1) Оформление коллективных интересов. Институт юридического лица определенным образом организует, упорядочивает внутренние отношения между участниками юридического лица, преобразуя их волю в волю организации в целом, позволяя ей выступать в гражданском обороте от собственного имени.
2) Объединение капиталов. Юридическое лицо, в особенности такая его разновидность, как акционерное общество, является оптимальной формой долговременной централизации капиталов, без чего немыслима крупномасштабная предпринимательская деятельность.
3) Ограничение предпринимательского риска. Конструкция юридического лица позволяет ограничить имущественный риск участника суммой вклада в капитал конкретного предприятия.
4) Управление капиталом. Институт юридического лица создает основания для более гибкого использования капитала, принадлежащего одному лицу (в том числе — государству), в различных сферах предпринимательской деятельности. Отлаженное законодательство о юридических лицах (прежде всего акционерное законодательство), о ценных бумагах и биржах служит одним из средств управления капиталами в масштабах всей страны и поэтому является мощным фактором саморегулирования, самоорганизации рыночной экономики, способствует интернационализации хозяйственной жизни[2].
Под правосубъектностью юридического лица понимается наличие у него качеств субъекта права, т. е. правоспособности и дееспособности.
В науке гражданского права принято различать общую (универсальную) и специальную правоспособность. Общая правоспособность означает возможность для субъекта права иметь любые гражданские права и обязанности, необходимые для осуществления любых видов деятельности. Именно такой правоспособностью обладают граждане. Специальная правоспособность предполагает наличие у юридического лица лишь таких прав и обязанностей, которые соответствуют целям его деятельности и прямо зафиксированы в его учредительных документах.
До недавнего времени юридические лица в России могли обладать лишь специальной правоспособностью, что, несомненно, сдерживало развитие рыночных отношений. Новый Гражданский кодекс РФ 1994 г. наделил частные коммерческие организации общей правоспособностью. Было бы ошибочным, однако, полагать, что теперь правоспособность юридических лиц носит, по общему правилу, универсальный характер. Анализ ст. 49 ГК показывает, что общим принципом для юридических лиц, как и прежде, остается специальная правоспособность. Универсальная же правоспособность носит характер исключения из общего правила (которое, как известно, не может толковаться расширительно) и действует лишь в отношении коммерческих негосударственных юридических лиц. Этот вывод ничуть не колеблет даже тот факт, что ныне такие организации составляют численное большинство в стране.
Сохранение специальной правоспособности за многими видами юридических лиц не только оправданно, но и необходимо. Так, создавая некоммерческую организацию (учреждение, фонд и т.п.), ее учредители, очевидно, преследуют вполне определенные социальные, культурные, иные общеполезные цели. Освобождение такой организации от любых уставных ограничений, предоставление ей полной свободы действий привело бы к игнорированию интересов учредителей. Аналогичным образом и государство, закрепляя за унитарным предприятием свое имущество, заинтересовано в его использовании по определенному назначению в соответствии с тем предметом деятельности, который определен уставом предприятия[3].
Правоспособность юридического лица возникает в момент его создания, который приурочен к его государственной регистрации (п. 3 ст. 49 и п. 2 ст. 51 ГК), и прекращается в момент исключения его из единого государственного реестра юридических лиц (п. 8 ст. 63 ГК).
Объем правоспособности юридического лица определяется не только ее общим или специальным характером. Юридическое лицо не может обладать такими правами, которые в силу своей специфики могут принадлежать лишь гражданам. Осуществление некоторых видов деятельности требует получения от государства специальных разрешений (лицензий). Кроме того, законом могут быть установлены специальные ограничения правоспособности для отдельных видов юридических лиц.
Применительно к юридическим лицам со специальной правоспособностью важно разграничивать предмет их уставной деятельности и конкретные правомочия по осуществлению этой деятельности. Так, торговля не входит в предмет уставной деятельности религиозной организации. Однако право совершения сделок купли-продажи (к примеру, культового инвентаря) у таких организаций не оспаривается, если это необходимо для ведения их основной деятельности.
Таким образом, в сфере гражданского оборота конкретные правомочия организации со специальной правоспособностью могут быть шире предмета ее уставной деятельности.
Для участия в гражданском обороте юридическому лицу необходима не только правоспособность, но и дееспособность. В отличие от граждан у юридических лиц право- и дееспособность возникают и прекращаются одновременно. Наличие у юридического лица дееспособности означает, что оно своими собственными действиями может приобретать, создавать, осуществлять и исполнять гражданские права и обязанности[4].
Деятельность юридического лица — это, естественно, деятельность людей, составляющих организацию, ибо только люди способны к сознательным волевым действиям. Однако их роль в осуществлении дееспособности юридического лица различна. Одни своими действиями приобретают и создают для юридического лица права и обязанности, другие способствуют осуществлению уже приобретенных прав и выполнению обязанностей.
Приобретение и, отчасти, осуществление прав и обязанностей — прерогатива так называемого органа юридического лица. Орган юридического лица — это правовой термин, обозначающий лицо (единоличный орган) или группу лиц (коллегиальный орган), представляющих интересы юридического лица в отношениях с другими субъектами права без специальных на то уполномочий (без доверенности). В соответствии со ст. 53 ГК именно через свои органы юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности. Поэтому действия органа рассматриваются как действия самого юридического лица.
Юридическое лицо может иметь как один орган (директор, правление и т.п.), так и несколько одновременно (например, директор и дирекция, правление и председатель правления), причем они могут быть и единоличными, и коллегиальными. Органы могут назначаться, если у юридического лица единственный учредитель, или избираться, если участников (учредителей) несколько. Статья 174 ГК впервые вводит общее правило на случай совершения органом юридического лица сделок с превышением его полномочий, установленных учредительными документами. Подобные сделки могут признаваться недействительными только в том случае, если другая сторона знала или заведомо должна была знать о таком превышении. Гражданские права и обязанности для юридического лица могут приобретать его представители, действующие на основе доверенности, выдаваемой органами юридического лица.
Осуществление приобретенных органом или представителем юридического лица прав и исполнение обязанностей (например, выполнение заключенных договоров), как правило, невозможно без целенаправленной деятельности всего коллектива работников организации. В той мере, в какой действия работников организации охватываются их служебными обязанностями, такие действия также рассматриваются как действия самого юридического лица, за которые оно несет ответственность (см. ст. 402 ГК).
Индивидуализация юридического лица, т. е. его выделение из массы всех других организаций, осуществляется путем определения его местонахождения и присвоения ему наименования.
Место нахождения юридического лица определяется местом его государственной регистрации, если в соответствии с законом в учредительных документах юридического лица не установлено иное (п. 2 ст. 54 ГК). Так, если предприятие зарегистрировано Регистрационной палатой Санкт-Петербурга, то местом его нахождения с юридической точки зрения будет считаться город Санкт-Петербург в существующих административных границах. Конкретный адрес юридического лица указывается в уставе или учредительном договоре и, как правило, привязан к месту нахождения его постоянно действующего органа. Определение точного места нахождения юридического лица важно для правильного применения к нему актов местных органов власти, предъявления исков, исполнения в отношении него обязательств (ст. 316 ГК) и решения многих других вопросов[5].
Наименование юридического лица обязательно должно включать в себя указание на его организационно-правовую форму. Все некоммерческие, а также некоторые коммерческие организации (например, унитарные предприятия, инвестиционные и чековые инвестиционные фонды) должны включать в свое название также указание на характер деятельности.
Фирменное наименование (или фирма) — это название коммерческой организации. Впредь до принятия специального нормативного акта порядок использования и защиты фирменных наименований регулируется ГК и в части, не противоречащей ему, Положением о фирме. Право на фирму, т.е. возможность использования фирменного наименования в гражданском обороте, является личным неимущественным правом коммерческой организации и носит абсолютный характер. Оно неотделимо от самой организации и может отчуждаться только вместе с ней.
Статья 54 ГК исходит из необходимости специальной регистрации фирменного наименования, с момента которой и возникает право на фирму. Однако процедура такой регистрации пока еще не разработана и на практике регистрация юридического лица означает одновременно и регистрацию его фирмы. Кроме того, в соответствии со ст. 8 Парижской конвенции об охране промышленной собственности 1883 г., участником которой является и Россия, право на фирменное наименование охраняется во всех государствах — участниках Конвенции в силу самого факта его использования предприятием. При этом такая охрана должна предоставляться даже в том случае, если фирменное наименование вопреки требованиям национального законодательства не было зарегистрировано должным образом[6].
В гражданском обороте необходимо индивидуализировать не только юридическое лицо, но и его продукцию (товары, работы, услуги). Ведь одни и те же виды товаров могут выпускаться многими организациями. Для того чтобы их различать, используются производственные марки, товарные знаки и наименования мест происхождения товаров.
Производственная марка — это словесный (описательный) способ индивидуализации товара; она в обязательном порядке помещается на самом товаре или его упаковке и обычно включает в себя фирменное наименование предприятия-изготовителя и его адрес, название товара, ссылку на стандарты, которым должен соответствовать товар, перечень его основных потребительских свойств и ряд других данных. Производственная марка может применяться юридическим лицом без какой-либо специальной регистрации и сама по себе не пользуется правовой защитой. Товарный знак представляет собой словесное, изобразительное, объемное или иное условное обозначение товара (или группы товаров), используемое для его отличия от однородных товаров других изготовителей. Использование товарного знака является субъективным правом товаропроизводителя и возможно только после регистрации знака в Патентном ведомстве. В отличие от производственной марки товарный знак, как правило, не содержит информации о виде, качестве, свойствах самого товара, а если она и присутствует в знаке, то не пользуется правовой охраной.
Характерной особенностью правового режима товарного знака, который, как и другие средства индивидуализации, не относится к результатам творчества, является отсутствие у правообладателя каких-либо личных неимущественных прав (ст. 1226 ГК).
ГК[7] допускает регистрацию в качестве товарного знака словесных, изобразительных, объемных и других обозначений или их комбинаций. При этом товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании (ст. 1482).
В соответствии с пунктом 1 статьи 1483 ГК (воспроизводящим п. 1 ст. 6 Закона о товарных знаках) не допускается государственная регистрация в качестве товарных знаков обозначений, не обладающих различительной способностью, т.е. таких обозначений, которые не могут служить для идентификации товаров, а следовательно, и быть товарными знаками. В данной норме перечислены и элементы обозначения, не обладающие различительной способностью (подп. 1 - 4 п. 1 ст. 1483), которые, однако, могут быть включены в товарный знак в качестве неохраняемых элементов, если только они не занимают в обозначении доминирующего положения. В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Соглашения ТРИПС из указанного правила сделано исключение, допускающее регистрацию обозначений, которые приобрели различительную способность в результате их использования.
Пункт 2 статьи 1483 ГК (воспроизводящий п. 2 ст. 6 Закона о товарных знаках) не допускает государственную регистрацию в качестве товарных знаков обозначений, состоящих исключительно из элементов, представляющих собой различные государственные символы и знаки, символы и знаки международных и межправительственных организаций, официальные клейма, печати, награды и другие знаки отличия, а равно из сходных с ними до степени смешения элементов. Подобные элементы могут быть включены в товарный знак в качестве неохраняемых только с согласия соответствующего компетентного органа. Целью введения подобных ограничений, как следует из п. 1 (c) ст. 6.ter Парижской конвенции, является предотвращение введения потребителей соответствующих товаров в заблуждение относительно их происхождения или связи с государством или организацией.
Аналогичные цели преследуются и п. 3 ст. 1483 ГК (воспроизводящим п. 3 ст. 6 Закона о товарных знаках), в соответствии с которым не допускается государственная регистрация в качестве товарных знаков обозначений, представляющих собой или содержащих элементы, являющиеся ложными или способными ввести в заблуждение потребителя относительно товара либо его изготовителя либо противоречащие общественным интересам, принципам гуманности и морали[8].
Свойства некоторых товаров в значительной степени определяются природными условиями или людскими факторами той местности, где они производятся (например, каспийское литье или дымковская игрушка). Организации, изготавливающие такую продукцию, имеют право зарегистрировать и использовать наименование места происхождения товара. Право пользования таким наименованием не является исключительным и поэтому может закрепляться за любыми лицами, производящими аналогичный товар в той же местности. В отличие от товарного знака, право использования наименования места происхождения товара является бессрочным и не может передаваться по лицензии другим лицам.
Признаки юридического лица — это такие внутренне присущие ему свойства, каждое из которых необходимо, а все вместе — достаточны для того, чтобы организация могла признаваться субъектом гражданского права. В этом контексте слово «признаки» употребляется в более узком смысле, чем обычно, и это соответствует правовой традиции.
Все юридические лица в России проходят государственную регистрацию, подавляющее их большинство имеет печати и открывает счета в банках, однако все эти внешние атрибуты не отражают сущности юридического лица. В самом деле, обязательной государственной регистрации подлежат и граждане-предприниматели, и некоторые неправосубъектные организации (т.е. не имеющие статуса юридического лица), например, филиалы и представительства иностранных компаний. Они также могут иметь свои печати и банковские счета, но юридическими лицами от этого не становятся.
Правовая доктрина традиционно выделяет четыре основополагающих признака, каждый из которых необходим, а все в совокупности — достаточны, чтобы организация могла быть признана субъектом гражданского права, т. е. юридическим лицом.
1) Организационное единство юридического лица проявляется прежде всего в определенной иерархии, соподчиненности органов управления (единоличных или коллегиальных), составляющих его структуру, и в четкой регламентации отношений между его участниками. Благодаря этому становится возможным превратить желания множества участников в единую волю юридического лица в целом, а также непротиворечиво выразить эту волю вовне.
Вместо естественного объединения интересов физического лица единством его мышления и воли (в юридическом лице) мы имеем искусственное соединение, в котором растворяется часть интересов отдельных лиц, претворяясь затем в высшем единстве — общности интересов. Таким образом, множество лиц, объединенных в организацию, выступает в гражданском обороте как одно лицо, один субъект права. Организационное единство юридического лица закрепляется его учредительными документами (уставом и/или учредительным договором) и нормативными актами, регулирующими правовое положение того или иного вида юридических лиц.
2) Если организационное единство необходимо для объединения множества лиц в одно коллективное образование, то обособленное имущество создает материальную базу деятельности такого образования. Любая практическая деятельность немыслима без соответствующих инструментов: предметов техники, знаний, наконец, просто денежных средств. Объединение этих инструментов в один имущественный комплекс, принадлежащий данной организации, и отграничение его от имуществ, принадлежащих другим лицам, и называется имущественной обособленностью юридического лица[9].
Неудачная дефиниция юридического лица в п. 1 ст. 48 ГК порождает различные толкования понятия имущественной обособленности.
Так, под имуществом можно понимать только вещи, а значит, отсутствие вещей в собственности, оперативном управлении или хозяйственном ведении организации препятствует признанию ее юридическим лицом. С другой стороны, в понятие имущества наряду с вещами, можно включить и обязательственные права. Ведь могут существовать и такие юридические лица, все имущество которых исчерпывается средствами на банковском счете и арендуемым помещением. Обе эти позиции объединяет то, что наличие имущества (понимаемого более или менее широко) рассматривается как необходимый атрибут юридического лица. Но признаком юридического лица является, скорее, не наличие обособленного имущества, а такой принцип функционирования организации, как имущественная обособленность, а это не одно и то же.
Юридическое лицо в течение какого-то периода времени может вообще не обладать никаким имуществом, как бы широко мы его ни трактовали. Так, большинство некоммерческих организаций на другой день после создания не имеют ни вещей, ни прав требования, ни тем более обязательств. Вся имущественная обособленность таких юридических лиц заключается лишь в их способности в принципе обладать обособленным имуществом, т.е. в их способности быть единственным носителем единого самостоятельного нерасчлененного имущественного права того или иного вида[10].
Степени имущественной обособленности имущества у различных видов юридических лиц могут существенно различаться. Так, хозяйственные товарищества и общества, кооперативы обладают правом собственности на принадлежащее им имущество, тогда как унитарные предприятия — лишь правом хозяйственного ведения или оперативного управления. Однако в обоих случаях возможность владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом говорит о такой степени обособленности имущества, которая достаточна для признания данного социального образования юридическим лицом.
Итак, имущественная обособленность присуща всем без исключения юридическим лицам с самого момента их создания, тогда как появление у конкретного юридического лица обособленного имущества, как правило, приурочено к моменту формирования его уставного (складочного) капитала. Все имущество организации учитывается на ее самостоятельном балансе или проводится по самостоятельной смете расходов, в чем и находит внешнее проявление имущественная обособленность данного юридического лица.
Персональный состав участников нескольких юридических лиц и их органов управления, равно как и их компетенция, порой могут полностью совпадать, поэтому с чисто организационной точки зрения их трудно разграничить. В этом случае именно имущество, принадлежащее данному юридическому лицу и только ему, отделенное от имуществ всех других юридических лиц, позволяет точно его идентифицировать.
3) Принцип самостоятельной гражданско-правовой ответственности юридического лица сформулирован в ст. 56 ГК. Согласно этому правилу участники или собственники имущества юридического лица не отвечают по его обязательствам, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам первых. Иными словами, каждое юридическое лицо самостоятельно несет гражданско-правовую ответственность по своим обязательствам[11].
Необходимой предпосылкой такой ответственности является наличие у юридического лица обособленного имущества, которое при необходимости может служить объектом притязаний кредиторов. Существующие исключения из правила о самостоятельной ответственности юридического лица ни в коей мере не колеблют общего принципа, поскольку ответственность иных субъектов права по долгам юридического лица является лишь субсидиарной (т. е. дополнительной к ответственности самого юридического лица).
4) Выступление в гражданском обороте от собственного имени означает возможность от своего имени приобретать и осуществлять гражданские права и нести обязанности, а также выступать истцом и ответчиком в суде. Это — итоговый признак юридического лица и одновременно та цель, ради которой оно и создается. Наличие организационной структуры и обособленного имущества, на котором базируется самостоятельная ответственность, как раз и позволяют ввести в гражданский оборот новое объединение лиц и капиталов — нового субъекта права.
Использование юридическим лицом собственного наименования позволяет отличить его от всех иных организаций и поэтому является необходимой предпосылкой гражданской правосубъектности юридического лица[12].
Наряду с организациями, обладающими правами юридического лица, в общественной жизни участвуют и различные объединения, не являющиеся субъектами права. В этом качестве могут выступать, например, профсоюзы, их объединения (ассоциации), первичные профсоюзные организации, некоторые общественные объединения и религиозные группы. При этом сами члены организации решают, зарегистрировать ли ее в виде юридического лица или ограничиться деятельностью в качестве неформальной группы, «клуба по интересам». В последнем случае можно говорить либо о совместной деятельности членов неправосубъектной группы, которая регулируется нормами о простом товариществе (ст. 1041—1054 ГК), либо о деятельности, находящейся вообще вне сферы правового регулирования.
Совершенствование столь сложного и важного социального института, как юридическое лицо, едва ли возможно без его серьезных научных исследований. Они велись на протяжении всей истории существования юридических лиц, привели к созданию в XIX веке ряда фундаментальных теорий и активно продолжаются в современной цивилистике.
Основная научная проблема, вызывающая наибольшие дискуссии,— это вопрос о том, кто или что является носителем свойств юридической личности, т. е. субстратом юридического лица. В зависимости от ответа на вопрос о том, что стоит за понятием юридического лица, различные теории юридического лица можно разделить на две большие группы: концепции, отрицающие существование некоего реального субъекта со свойствами юридической личности, и концепции, признающие существование носителя таких свойств.
К первой группе теорий относится концепция Савиньи, ставшая одной из первых фундаментальных теорий юридического лица и получившая название «теории фикции». По взглядам Савиньи, свойствами субъекта права (сознанием, волей) в действительности обладает только человек. Однако законодатель в практических целях признает за юридическими лицами свойства человеческой личности, олицетворяет их. Таким образом, законодатель, прибегая к юридической фикции, создает вымышленного субъекта права, существующего лишь в качестве абстрактного понятия. Теория «персонифицированной цели», предложенная Бринцем схожа с «теорией фикции» в том, что отрицает существование реального субъекта, обладающего свойствами юридического лица. Поскольку целью института юридического лица является лишь управление имуществом, то и юридическое лицо есть не что иное, как сама эта персонифицированная цель[13].
Вторая группа теорий юридического лица исходит из тезиса о реальности существования юридических лиц как действительных, а не вымышленных образований. При этом основоположник «органической теории» Гирке уподоблял юридическое лицо человеческой личности, понимая его как некую союзную личность, социальный организм, отличный от суммы участвующих в союзе людей. Саллейль, разработавший «реалистическую теорию» юридического лица, также заявлял о реальности существования юридических лиц как особых субъектов права, несводимых к сумме индивидов, сумев избежать при этом некоторой биологизации юридических лиц, присущей взглядам Гирке.
Особняком в ряду теорий юридических лиц стоит концепция Иеринга, полагавшего, что юридическое лицо, как таковое, в действительности не существует. Это не более, чем юридический курьез. Поскольку право — это система защищенных законом интересов, то законодатель дает правовую защиту отдельным группам людей, позволяя им выступать вовне как единое целое, что, однако, не означает создания нового субъекта права. Таким образом, Иеринг сочетал тезис о фиктивности самого юридического лица с признанием реальности стоящих за ним групп людей.
Зарубежные исследования сущности юридического лица в XX веке в целом не вышли за рамки рассмотренных выше концепций. Пожалуй, в современной западной цивилистике возобладало прагматическое мнение о том, что «... после стольких попыток разрешения вопроса о юридическом лице ничего не может быть легче новой попытки его разрешения, но вместе с тем ничего не может быть более бесплодного....».
Советская юридическая наука уделяла самое серьезное внимание исследованию теории юридического лица. В 40—50-е годы был создан целый ряд работ, заложивших основы современного понимания этого института. Внимание советских цивилистов концентрировалось в то время на изучении юридической личности государственных предприятий, однако сделанные ими выводы обладают значительной научной и методологической ценностью и сегодня.
В рамках общепринятого понимания юридического лица как реально существующего явления, обладающего людским субстратом, в советской цивилистике выделились три основные трактовки сущности государственного юридического лица. «Теория коллектива», предложенная академиком А. В. Венедиктовым исходит из того, что носителями правосубъектности государственного юридического лица являются коллектив рабочих и служащих предприятия, а также всенародный коллектив, организованный в социалистическое государство. Сходные взгляды высказывали С. Н. Братусь, О. С. Иоффе и В. П. Грибанов.
«Теория государства», разработанная С. И. Аскназием, основывается на положении о том, что за каждым государственным предприятием стоит собственник его имущества — само государство. Следовательно, людской субстрат юридического лица нельзя сводить к трудовому коллективу данного предприятия. Государственное юридическое лицо — это само государство, действующее на определенном участке системы хозяйственных отношений.
«Теория директора», наиболее полно исследованная в работах Ю. К. Толстого, исходит из того, что главная цель наделения организации правами юридического лица — это обеспечение возможности ее участия в гражданском обороте. Именно директор уполномочен действовать от имени организации в сфере гражданского оборота, поэтому он и является основным носителем юридической личности государственного юридического лица[14].
Общей для всех этих концепций является идея о наличии людского субстрата (лица или коллектива) в государственном юридическом лице.
Возможна, однако, и принципиально иная трактовка его сущности. Так, еще в 20-е годы в СССР получила значительное распространение «теория персонифицированного (целевого) имущества». Ее сторонники считали главной функцией юридического лица объединение различных имуществ в единый комплекс и управление этим имущественным комплексом. Значит, обособленное имущество является реальной основой юридического лица, его законодатель и персонифицирует, наделяя владельца имущества правами юридического лица.
В пятидесятые и последующие годы известное распространение получила теория, сторонники которой, ограничиваясь констатацией того, что юридическое лицо — это социальная реальность, в сущности отказываются от попыток выявить его людской субстрат. Эта теория известна в цивилистической науке как теория социальной реальности юридических лиц. Ее придерживались, в частности, Д.М. Генкин и Б. Б. Черепахин. Противники этой теории не без оснований указывали на то, что задача цивилистики состоит в том, чтобы выявить специфические признаки юридического лица как социальной реальности, поскольку не всякая социальная реальность есть юридическое лицо. А эту задачу теория социальной реальности перед собой как раз и не ставит.
Значительную известность получили и научные концепции таких авторов, как О. А. Красавчиков («теория социальных связей»), А. А. Пушкин («теория организации»), Б. И. Пугинский («юридическое лицо - это своеобразный прием юридической техники, благодаря которому организация получает возможность участвовать в гражданском обороте»).[15].
Возможность создания юридического лица единственным учредителем, предусмотренная многими современными законодательствами возвращает актуальность теории персонифицированного имущества. В условиях, когда персональный состав участников и организационная структура нескольких юридических лиц идентичны, только имущественная обособленность может служить целям их различения.
Одновременное существование множества столь разных научных теорий юридического лица объясняется огромной сложностью этого правового явления. На разных этапах развития экономики на первый план выдвигались то одни, то другие признаки юридического лица в зависимости от того, какая из функций этого института превалировала на этом этапе. Соответственно развитие научных взглядов в целом отражало и отражает эволюцию института юридического лица.
 

1.2. Развитие товариществ как коммерческих организационно-правовых форм

 
Возрождение частноправовых форм юридических лиц в гражданском праве современной России началось с принятием Закона РСФСР от 25 декабря 1990 г. N 445-1 «О предприятиях и предпринимательской деятельности»[16]. Возвращение к истокам частного права происходило с известными трудностями, о чем свидетельствует систематика юридических лиц, представленная в названном Законе. Конструкции видов юридических лиц были внутренне противоречивы, непоследовательны.
К сожалению, конструкция обществ и товариществ у нас подвергалась серьезным и необоснованным искажениям в Законе «О предприятиях и предпринимательской деятельности». К числу таких искажений надо прежде всего отнести непризнание этим Законом права собственности за этими организациями. За полным товариществом не признавали даже права юридического лица. Это произошло потому, что разработчики этого Закона не учли, что в российском праве долгие годы было понятие простого товарищества, то есть договора о совместной деятельности.
Многие товарищества в этом Законе были не признаны собственниками. Была установлена конструкция долевой собственности учредителей. В статье II было записано об обществах с ограниченной ответственностью. Они были необоснованно отождествленны с акционерными обществами закрытого типа[17].
Вступивший в силу с 1 января 1995 г. новый ГК РФ содержал принципиально иную систему юридических лиц.
Тем не менее практика применения действующего ГК РФ показала, что существующее деление юридических лиц также несвободно от противоречий в конструкциях отдельных организационно-правовых форм, что повлекло необходимость корректировки ряда положений Закона. Особенно сильно подверглась реформированию акционерная форма юридических лиц, о чем свидетельствуют изменения, вносимые в Закон об акционерных обществах с завидной периодичностью[18].
Юридические лица в современном гражданском обороте представлены различными организационно-правовыми формами. Особенности правовых конструкций юридических лиц вырабатывались в течение длительного времени. ГК РФ вернул в оборот такие разновидности коммерческих организаций, как хозяйственные товарищества и хозяйственные общества, определяя их как организации с разделенным на доли (вклады) учредителей (участников) уставным (складочным) капиталом.
Согласно систематике ГК РФ хозяйственные товарищества подразделяются на два вида: полные товарищества и товарищества на вере или коммандитные. Товарищеская форма предпринимательства уже была известна отечественному праву: до революции 1917 г. хозяйственные (торговые) товарищества активно использовались, главным образом, купцами для ведения торговых дел.
Хозяйственное товарищество представляет собой договорное объединение лиц для занятия предпринимательской деятельностью, несущих неограниченную ответственность своим имуществом по обязательствам товарищества. Г.Ф. Шершеневич в свое время отмечал, что подобная ответственность всех товарищей всем своим имуществом значительно укрепляет кредит предприятия, но в то же время угрожает такой опасностью каждому участнику, что подобные соединения делаются возможными только между немногочисленными членами, которые хорошо знают друг друга и питают полное взаимное доверие[19].
Исследователи, занимающиеся проблемами юридических лиц, в первую очередь обратили внимание на то, что в строгом смысле хозяйственное товарищество нельзя отнести к юридическому лицу в том значении, какое ему придает ст. 48 ГК РФ. Это обусловлено следующим.
Главное назначение института юридического лица - ограничение предпринимательского риска его участников, тогда как форма хозяйственного товарищества, как хорошо известно и ясно следует из предшествующей ее характеристики, достижению этой цели не способствует, предпринимательского риска своих участников не снижает.
Характеризуя юридическое лицо как организацию, ГК РФ подразумевает наличие в нем такого признака, как организационное единство. Этот признак проявляется в определенной иерархии, соподчиненности органов управления, составляющих структуру юридического лица как организации. Система юридических лиц, известная современному ГК РФ, фактически восприняла формы полного и коммандитного товарищества в том виде, в каком они были известны дореволюционному законодательству Российской империи. Подобное некритическое заимствование привело к тому, что, будучи объединением, в основании которого находится договор, хозяйственное товарищество оказалось юридическим лицом, не имеющим своих органов, посредством коих товарищество формировало и изъявляло волю вовне всем третьим лицам. Хозяйственное товарищество лишено организационной структуры, поскольку управление его деятельностью осуществляют сами товарищи без образования каких-либо органов.
Единственным учредительным документом всякого хозяйственного товарищества - полного и коммандитного - является учредительный договор. Подписывают его, однако, только товарищи; ни само юридическое лицо, ни вкладчики (коммандитисты) его участниками не являются. Предоставляя определенные права юридическому лицу или вкладчикам, учредительный договор налагает на юридическое лицо (товарищество) и определенные обязанности; в коммандитном же товариществе этими обязанностями обеспечиваются права не одних только товарищей, но и вкладчиков.
Вместе с тем учредительный договор всякого хозяйственного товарищества создает не только права, но и обязанности для лица, в его заключении не участвовавшего (юридического лица). Более того, учредительный договор коммандитного товарищества порождает также и гражданские правоотношения между лицами, ни одно из которых - ни управомоченное, ни обязанное - не участвовало в его заключении (товарищество - вкладчики)[20]. Достойного теоретического обоснования этим явлениям в юридической литературе пока не дано.
Если быть последовательным, необходимо признать, что, участвуя в имущественном обороте в качестве юридического лица, современные хозяйственные товарищества должны как минимум отвечать признакам юридического лица. В этой части организационное единство юридического лица может быть отражено только в уставе, но не в договоре. Тем самым устранялось бы явное противоречие, расширяющее границы обязательства (каким и является договор, заключаемый участниками полного товарищества) до несвойственных ему пределов, имеющих черты публичности, и создающее препятствие в объяснении взаимоотношений между полными товарищами и вкладчиками[21].
Еще одна проблема возникает при выходе товарищей или вкладчиков из коммандитного товарищества.
ГК РФ указывает, что по выбытии из товарищества на вере всех вкладчиков товарищество либо ликвидируется, либо преобразуется в полное товарищество. Вместе с тем коммандитное товарищество сохраняется, если в товариществе остались один товарищ и один вкладчик (п. 1 ст. 86). Проблема же обнаруживается при попытке ответить на вопрос: с кем будет заключен учредительный договор товарищества на вере, если товарищ остался в единственном числе, а вкладчик стороной по договору не является?
Весьма показателен в этом случае пример Франции. Определяя товарищество как образуемое двумя или несколькими лицами, которые в силу договора соглашаются предоставить для общего предприятия имущество или свои личные усилия, французское законодательство тем не менее устанавливает, что деятельность товарищества подчинена уставу (ст. 1835 ФГК).
Любое юридическое лицо - самостоятельный субъект гражданского права. Это, в свою очередь, означает, что личность юридического лица никоим образом не сливается (не является тождественной) и никак не зависит от личности его участников. В этом смысле, будучи договорным образованием, товарищество неспособно быть самостоятельным субъектом.
Действительно, рассуждая строго последовательно, мы должны прийти к следующему выводу: изменение состава участников товарищества (выбытие участника и (или) вступление нового участника) со всей очевидностью влечет изменение самого товарищества как юридического лица. И это при том, что основополагающим принципом юридического лица является независимость от лиц, его создавших. Здесь же уместно вспомнить и известную римскую максиму «договор - закон для двоих» в том ее значении, что соглашение нескольких лиц между собой никак не способно повлиять на уже образованный субъект права.
Очевидно, изменения должны коснуться и оснований прекращения хозяйственных товариществ.
В настоящее время основанием для ликвидации товарищества являются случаи, перечисленные в ст. 81 ГК РФ (для полного товарищества) и ст. 86 ГК РФ (для коммандитного товарищества). Являясь юридическим лицом (самостоятельным субъектом права), товарищество не должно реагировать на изменение состава его участников. Такая особенность свойственна договору.
В противном же случае мы вынуждены будем признать, что существуют юридические лица, личность которых неотделима от личности его учредителей. Но в этом случае такое образование нельзя будет назвать юридическом лицом. Такая конструкция не может быть объяснена и ссылкой на законодательство (так, мол, предусмотрено законом): смысл юридических лиц и логика их развития не позволяют произвольно добавлять в конструкцию юридического лица элементы, чуждые их природе.
Следует отметить, что в германском праве товарищества (полное, простое коммандитное, негласное коммандитное) не являются юридическими лицами[22]. Следует обратить внимание, что полное и коммандитное товарищества в Германии относятся к торговым товариществам и могут участвовать в имущественном обороте под своим именем, выступать в суде в качестве истца или ответчика. Таким образом, торговые товарищества являются ограниченно правоспособными образованиями[23]. Как видим, немецкое право все же пошло на известный компромисс, признав за торговыми товариществами качество самостоятельного субъекта права.
Аналогично к вопросу о природе товарищества подходит и англо-американское право[24]. В Великобритании, например, аналогом товарищеской формы является партнерство (Partnership), представляющее собой отношение между двумя и более лицами, совместно осуществляющими предпринимательскую деятельность с целью получения прибыли. Партнерство рассматривается как разновидность договора, основанного на принципах коммерческого представительства. Партнерство не является юридическим лицом и не подлежит поэтому государственной регистрации[25]. Картина, очевидно, будет неполной, если не отметить следующее. В законодательстве Западной Европы статус торгового товарищества регламентируется неодинаково. Существует ряд стран - Франция, Испания, Италия, в которых полные товарищества признаются юридическим лицом (см. например, ст. 1842 ФГК).
В России (дореволюционной, современной) признание за товариществами юридической личности является по сути данью исторической традиции. Так, обобщая состояние законодательства и практику Правительствующего Сената, Г.Ф. Шершеневич выделял следующие виды товариществ:
а) артельное;
б) полное;
в) коммандитное (на вере);
г) акционерное[26].
Закон РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности», а после него и ГК РФ (правда, с существенными коррективами) также признали за коммандитным (смешанным - в терминологии Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности») и полным товариществами качество юридического лица. Таким образом, следует, очевидно, говорить не о случайном включении норм о товариществах в систему юридических лиц, а о преемственности правовой традиции.
Рискнем предположить, что признание товариществ юридическими лицами является в определенном смысле результатом чистой логики: есть лица юридические и есть физические, никаких других разновидностей лиц (субъектов права) нет и не может быть. Следовательно, если есть надобность в признании правосубъектности за товариществами, то это можно сделать только путем признания их юридическими лицами.
Подобный вывод подтверждает и эволюция хозяйственного товарищества, возрожденного в постсоветский период. До 8 декабря 1994 г. полное товарищество не являлось юридическим лицом, после этой даты признано таковым. Однако надо отметить, что и после принятия ГК РФ двойственное положение товариществ продолжает сохраняться, поскольку, как известно, не все товарищества признаются юридическими лицами - таким статусом не обладает простое товарищество.
Гражданский Кодекс РФ достаточно подробно регулирует основные вопросы организационно-правовых форм предпринимательства. Кроме того, существуют специальные законы, устанавливающие правила деятельности различных форм предпринимательских структур.
Остановимся на сути закрепленных Гражданским кодексом конструкций товариществ и кооперативов. В зарубежной практике и России подобные формы предпринимательства были известны давно. Рассмотрим различные общества и товарищества. В Гражданском кодексе для обозначения их характеристики употребляется слово «хозяйственный».
На самом деле везде в мире эти товарищества и общества называются торговыми, поскольку торговля не ассоциировалась только с куплей-продажей.
Общество и товарищество в имущественном или рыночном обороте выступают как наиболее часто встречающиеся субъекты предпринимательской деятельности. Слово предприятие не совсем подходит для рыночного оборота. Мы привыкли к тому, что предприятия являются главным образом государственными. Собственник наделяет их вещным правом: правом оперативного управления или полного хозяйственного ведения. В оборот выходит субъект, не имеющий права собственности на свое имущество, которым руководит собственник. Он утверждает устав, назначает директора и определяет объем правоспособности. При этом собственник ни за что не отвечает[27].
В соответствии с Гражданским кодексом РФ все общества и товарищества являются собственниками своего имущества как юридические лица.
Гражданский кодекс исходит прежде всего из различия обществ и товариществ как объединений в одном случае — капиталов, а в другом случае — лиц. Общество—это объединение капиталов, товарищество — это объединение лиц. Что означает это? Если товарищество — объединение лиц, то они обязаны лично участвовать в его деятельности. При этом совершенно не обязательно эту деятельность вести как трудовую. Предприниматели участвуют в предпринимательской, коммерческой деятельности от имени этого товарищества, и обязаны делать это лично. Таким образом, один человек может быть участником только одного товарищества и только один раз.
Общество — это объединение капиталов. В обществе не требуется личного участия в делах. Таким образом, один человек может быть одновременно участником нескольких обществ — стольких, на сколько хватит капиталов. Этим достигается уменьшение риска. Если, к примеру, в одном обществе будут убытки, то в другом, возможно, прибыли и т.д. Участниками обществ могут быть не только предприниматели, но и обычные граждане, и некоммерческие организации, поскольку хозяйственные общества не требуют личного участия в предпринимательстве. Кроме того, они не несут никакой ответственности по долгам обществ, а несут лишь риск утраты своего вклада (риск убытков) (если только речь не идет об обществах с дополнительной ответственностью). Как видно, различие обществ и товариществ имеет большой юридический смысл.
Юридические конструкции обществ и товариществ в нашей стране были определены и Гражданским Кодексом 1922 года. В мировой практике идет процесс сближения правопорядка, регламентирующего правовое положение этих обществ. В европейском праве в странах Общего рынка принимаются специальные, директивы по праву компаний. Эти директивы воспринимают как страны Западной Европы с континентальными правопорядками, так и Англия как участник Общего рынка. США тоже обращают внимание на эти директивы и вынуждены их учитывать. Таким образом проводится единая линия в конструкции акционерного общества, общества с ограниченной ответственностью. В сути своей она везде примерно одинакова[28].
Юридические лица, созданные в форме товарищества, представляют собой объединения лиц (в отличие от объединения капиталов, каковыми являются общества), направленные на осуществление предпринимательской деятельности.
Товарищества (весьма распространенные в дореволюционной России) в настоящее время создаются нечасто. В чем суть этой организационно-правовой формы, каковы ее отрицательные и положительные черты?
В настоящее время предусмотрены две формы товарищества - полное и коммандитное.
Полное товарищество - коммерческое юридическое лицо, участники которого (полные товарищи) имеют право осуществлять предпринимательскую деятельность от имени товарищества и несут неограниченную субсидиарную ответственность по его обязательствам.
Товарищество обязательно должно иметь фирменное наименование с указанием имен одного или нескольких товарищей. В наименование товарищества всегда вносится имя одного из известных состоятельных людей, чтобы показать третьим лицам, что товарищество — это серьезная организация. Если же в составе товарищества участвует несколько человек, имена которых ничего не говорят посторонним, тогда указывается имя одного или нескольких других товарищей и добавляется «и компания». Например, «Джонсон, Джонсон и компания». При этом надо указать еще, что это — полное товарищество, чтобы все знали, с кем имеют дело. Гражданский кодекс РФ допустил возможность одновременного участия в полном товариществе и физических, и юридических лиц. Законодательство некоторых высокоразвитых стран не позволяет одновременно участвовать в полном товариществе физических и юридическим лицам. Такое товарищество разрешается создавать или только из физических, или только из юридических лиц. Юридическое лицо — как полный товарищ — тоже отвечает всем своим имуществом, состоящем у него на балансе. А физические лица, которые учредили это юридическое лицо, фактически от ответственности уходят, своим личным имуществом они не отвечают. Значит, риск для физического лица и для юридического получается неравноценный. В этой связи французское законодательство подробно регламентирует эти отношения. Наш Гражданский кодекс разрешил создавать полные товарищества в любых вариантах и сочетаниях. К числу достоинств подобной формы относится простота организации, в том числе отсутствие устава. Привлекательная для честных купцов форма имеет и свои недостатки. Например, невозможность привлекать дополнительный капитал третьих лиц[29].
Коммандитное товарищество (коммандита, товарищество на вере) - коммерческое юридическое лицо, объединяющее две категории участников. Первые из них - полные товарищи - ведут предпринимательскую деятельность от имени товарищества и несут полную личную ответственность по его обязательствам, вторые - коммандитисты (вкладчики) - не участвуют в деятельности товарищества и в управлении им и не несут никакой ответственности по его обязательствам, а их риск сводится лишь к потере внесенных вкладов.
В товариществах образуется складочный капитал, разделенный на доли - об этом должно быть сказано в учредительном договоре, который является единственным учредительным документом товарищества. В составлении устава необходимости не возникает, т.к. в товариществах предельно простая система органов управления и нет необходимости создавать специальные исполнительные и контрольные органы. Такая ситуация складывается в силу того, что каждый полный товарищ имеет право вести предпринимательскую деятельность от имени товарищества, т.е. по сути является его органом.
В учредительном договоре возможно и другое указание на органы товарищества. Во-первых, ведение предпринимательской деятельности может быть совместным. В этом случае для заключения любой сделки требуется единогласное решение всех товарищей, наличие которого товарищу, подписывающему договор, необходимо будет доказать (например, представив протокол собрания, на котором обсуждался этот вопрос). Во-вторых, ведение предпринимательской деятельности может быть возложено на определенного товарища (товарищей). В этом случае остальные будут иметь право заключать сделки только при наличии доверенности от уполномоченных товарищей. Следует обратить внимание на то, что подобная доверенность может быть выдана только полным товарищам либо вкладчикам (в коммандите), а не третьим лицам[30].
Безусловно, контрагенты, заключающие сделки с товарищами, не обязаны знать о наличии каких-либо ограничений в учредительном договоре. Поэтому ГК РФ устанавливает специальные последствия выхода участников за пределы установленных для них ограничений. Так, если учредительный договор предусматривает совместное ведение дел или ведение дел определенным участником (участниками) товарищества, а сделки совершены при отсутствии общего согласия либо неуполномоченными участниками, эти сделки могут быть признаны недействительными, только если контрагент был осведомлен о наличии ограничений. Очевидно, тот факт, что контрагент был осведомлен, должно будет доказывать товарищество.
Любой полный товарищ имеет право вести предпринимательскую деятельность от имени товарищества, следовательно, каждый товарищ должен иметь статус предпринимателя, т.е. быть физическим лицом - индивидуальным предпринимателем либо юридическим лицом коммерческого типа. Участие в товариществе некоммерческих организаций, имеющих право в соответствии с учредительными документами осуществлять предпринимательскую деятельность, представляется весьма спорным, т.к. у данных организаций иная цель создания. Думается, именно поэтому ГК РФ в п. 4 ст. 66 прямо устанавливает невозможность для некоммерческих организаций быть полным товарищем как в полном, так и в коммандитном товариществе.
Еще одно требование, предъявляемое к полным товарищам, состоит в том, что полный товарищ имеет право в этом качестве участвовать только в одном товариществе (полном либо коммандитном). Это объясняется тем, что товарищ своим участием гарантирует интересы кредиторов, которые, имея дело с товариществом, рассчитывают получить удовлетворение за счет личного имущества товарищей, поэтому участие лиц в качестве полных товарищей в нескольких товариществах ослабит гарантии прав кредиторов. Так ли это? Отвечая на этот вопрос, вспомним, что любой субъект гражданского права, вступая в гражданско-правовые отношения, несет ответственность всем своим имуществом, на которое может быть обращено взыскание по требованию кредиторов. Соответственно, полный товарищ имеет право заключать любые непредпринимательские сделки. Что касается сделок предпринимательских, то ГК РФ (п. 3 ст. 73) содержит только одно ограничение - товарищ не вправе без согласия остальных товарищей в своих интересах либо в интересах третьих лиц совершать сделки, однородные с теми, которые составляют предмет деятельности товарищества, т.е. конкурировать с ним. Поскольку ГК РФ ничего не говорит об иных сделках, мы приходим к выводу о правомерности их заключения. То есть полный товарищ имеет право вести собственную предпринимательскую деятельность, если она не аналогична той, которую осуществляет товарищество. Получается, что товарищ может вести собственную предпринимательскую деятельность и не может ее осуществлять путем участия более чем в одном товариществе. Такая ситуация представляется нелогичной; соответственно, было бы целесообразнее исключить из ГК РФ положения, запрещающие участие субъекта в качестве полного товарища более чем в одном полном товариществе[31].
Вкладчиками товарищества на вере могут быть любые субъекты (включая коммерческие организации), кроме тех, кому это запрещено законом. В настоящее время такой запрет распространяется на государственные органы и органы местного самоуправления, которые в соответствии с ч. 3 п. 4 ст. 66 ГК РФ не вправе выступать участниками хозяйственных обществ и вкладчиками в товариществах на вере. В отношении участия в качестве вкладчиков в товариществах, финансируемых собственником учреждений, ч. 4 п. 4 ст. 66 ГК РФ устанавливает необходимость разрешения на это собственника.
Особенности правового положения коммандитистов состоят в том, что, во-первых, они не участвуют в деятельности товарищества и не отвечают по его обязательствам; во-вторых, их участие в товариществе может не раскрываться. ГК РФ не предъявляет требований, в соответствии с которыми учредительный договор должен содержать информацию о вкладчиках и подписываться ими. В учредительном договоре необходимо лишь указать совокупный размер вкладов, вносимых вкладчиками. Соответственно, только полные товарищи могут решать вопрос о конкретном вкладчике и размере его доли; внесение вклада удостоверяется свидетельством, выдаваемым вкладчику. Таким образом, допускается анонимное участие субъекта в качестве коммандитиста в товариществе на вере.
 


2. СПЕЦИФИКА ПРАВОВОГО СТАТУСА ХОЗЯЙСТВЕННЫХ ТОВАРИЩЕСТВ

 

2.1. Стороны учредительного договора о создании хозяйственных товариществ и обществ

 
Договор об учреждении хозяйственных товариществ и обществ (учредительный договор) относится к категории договоров о совместной деятельности. На него распространяются (за некоторым исключением) общие нормы гражданского законодательства о сделках, в частности, требования, предъявляемые к участникам договора.
Учредителями (участниками) хозяйственных товариществ и обществ могут быть физические и юридические лица, а также государственные органы и органы местного самоуправления в случаях, установленных законом (п.4 ст.66 ГК РФ).
На наш взгляд, следует разграничивать понятия «учредитель», «учредитель-участник» и «участник» хозяйственного товарищества или общества.
Сторонами учредительного договора о создании юридического лица являются учредители данной организации. С момента государственной регистрации юридического лица учредительный договор прекращает свое действие вследствие исполнения, а его стороны (учредители) приобретают статус участников вновь созданной организации. Однако их статус несколько отличается от положения участников, не выступавших в качестве учредителей. Так, участники-учредители являются субъектами ответственности по обязательствам, возникшим в связи с созданием юридического лица и не исполненным на момент его государственной регистрации; на них распространяются и другие ограничения, предусмотренные законодательством, например, учредители банка не могут выходить из состава его участников в течение первых трех лет со дня его регистрации (ст.11 Федерального закона «О банках и банковской деятельности»[32]).
Физическим лицом-учредителем хозяйственного товарищества или общества может быть как гражданин РФ, так и иностранный гражданин либо лицо без гражданства, являющиеся полностью дееспособными.
В литературе высказывалось мнение о том, что «несовершеннолетние граждане и лица, ограниченные в дееспособности в установленном законом порядке, ни лично, ни через представителя не могут быть участниками учредительного договора»[33]. Однако действующее гражданское законодательство не запрещает лицам, достигшим возраста 14 лет или ограниченным судом в дееспособности (ст.26, 30 ГК РФ), выступать в качестве стороны учредительного договора с согласия своих законных представителей (родителей, усыновителей, попечителей).
Более того, по нашему мнению, от имени несовершеннолетнего, не достигшего возраста 14 лет - малолетнего, или лица, признанного в установленном порядке недееспособным, при наличии у них своего имущества (например, полученного в порядке наследования или по безвозмездным сделкам (дарение)) вправе выступать учредителями хозяйственных обществ и товариществ их законные представители (родители, усыновители, опекуны), если посчитают участие в учредительном договоре наилучшим способом распоряжения имуществом подопечного. Дополнительной гарантией интересов подопечного в данном случае является необходимость получения опекуном либо попечителем предварительного согласия органов опеки и попечительства на совершение любых сделок, связанных с уменьшением имущества подопечного. Заключение же учредительного договора всегда влечет за собой некоторое уменьшение имущества учредителя, поскольку основной обязанностью учредителя является оплата уставного капитала создаваемой организации.
Физические лица, не имеющие статуса индивидуального предпринимателя, не могут выступать учредителями-участниками (применительно к данному виду юридического лица понятия учредителя и участника совпадают) полных товариществ и полными товарищами в товариществах на вере.
Если учредителями становятся иностранные инвесторы (иностранное физическое либо юридическое лицо, лицо без гражданства), требуются дополнительные гарантии исполнения ими основной обязанности учредителя - оплатить уставный капитал создаваемого юридического лица. Поэтому законодательством России предусмотрен особый порядок создания таких хозяйственных обществ и товариществ. В основном эти требования сводятся к предоставлению документов о платежеспособности иностранного инвестора, выданных обслуживающим его банком или иным кредитно-финансовым учреждением (с заверенным переводом на русский язык), заключений соответствующих экспертиз в предусмотренных законом случаях и проч.[34]
Для юридических лиц возможность образовывать общества и товарищества зависит от объема правоспособности, которая может быть ограничена учредительными документами либо законодательством, и от правомочий по распоряжению принадлежащим им имуществом. В силу этого, в частности, не могут выступать учредителями хозяйственных обществ и товариществ юридические лица, не являющиеся собственниками своего имущества, без согласия собственника. К данной категории относятся государственные и муниципальные унитарные предприятия, федеральные казенные предприятия, учреждения.
Однако отдельным видам учреждений такое право предоставлено законом. Например, в 1992 г. было предусмотрено право государственных учреждений культуры и образовательных учреждений «участвовать в уставных фондах товариществ (акционерных обществ) и других организаций только своей собственностью»[35]. Данное исключение предусмотрено в настоящее время и п.4 ст.66 ГК РФ: «финансируемые собственником учреждения могут быть участниками хозяйственных обществ и вкладчиками в товариществах с разрешения собственника, если иное не установлено законом».
Возникает вопрос: какое имущество учреждение может вносить в качестве вклада в уставной капитал учреждаемого юридического лица? В соответствии с п.1 ст.298 ГК РФ оно не вправе даже с согласия собственника отчуждать закрепленное за ним как движимое, так и недвижимое имущество собственника, а также имущество, приобретенное за счет средств, выделенных ему по смете. Эта часть имущества находится у учреждения на праве оперативного управления. Другая часть имущества, приобретенная учреждением в результате осуществления приносящей доходы деятельности и учитываемая на отдельном балансе, находится на особом вещном праве, прямо не названном законодателем. Однако, как справедливо отмечает профессор Е.А. Суханов, характер этого права не оставляет сомнений в том, что оно является правом хозяйственного ведения[36], таким образом, учреждение может самостоятельно, без согласия собственника, распоряжаться движимым имуществом, в том числе и вносить его в учредительный капитал хозяйственных товариществ и обществ (ст.295 ГК РФ). С мнением авторов, считающих, что «учреждение в любом случае может участвовать в создании и быть акционером общества лишь с согласия финансирующего его собственника»[37], согласиться нельзя.
Казенные предприятия в любом случае могут участвовать в учредительном договоре только с согласия собственника их имущества.
Государственным и муниципальным унитарным предприятиям, которым их имущество принадлежит на праве хозяйственного ведения, закон разрешает вносить в качестве вклада в уставный или складочный капитал обществ и товариществ лишь движимое имущество, распоряжение же недвижимым имуществом возможно только с согласия собственника в лице соответствующего государственного комитета по управлению имуществом. На возникающие в этой связи отношения не распространяются нормы законодательства о приватизации[38].
Наибольшие проблемы на практике возникают при определении правового положения государственных органов и органов местного самоуправления как учредителей коммерческих юридических лиц. По общему правилу, сформулированному в п.4 ст.66 ГК РФ, они не могут выступать участниками хозяйственных обществ и вкладчиками в товариществах на вере, если иное не установлено законом.
Более того, ранее, согласно действовавшему до принятия Гражданского кодекса РФ 1994 г. законодательству, не было ясности в вопросе о том, какие государственные и муниципальные органы вправе принимать участие в создании коммерческих структур вне приватизационных процессов. Данные органы при учреждении юридических лиц выступали от своего имени, а не от имени соответственно Российской Федерации, ее субъекта или органа местного самоуправления.
Неоднозначно определяло законодательство и правовой режим вкладов учредителей в уставный капитал учреждаемых субъектов хозяйствования. Так, в период с 1991 по 1995 г., с одной стороны, Закон РСФСР от 25 декабря 1990 г. N 445-I «О предприятиях и предпринимательской деятельности» закреплял, что имущество юридических лиц принадлежало их участникам на праве общей долевой собственности. С другой стороны, юридические лица признавались собственниками этого же имущества, включающего и вклады учредителей (ст.14 Закона РСФСР от 14 июля 1990 г. «О собственности на территории РСФСР», ст.11 Основ гражданского законодательства).
В соответствии с действующим в настоящее время законодательством права акционеров (в акционерных обществах) по вкладам государства и муниципальных образований осуществляют соответствующие комитеты по управлению имуществом или иные уполномоченные государственные органы и органы местного самоуправления (ст.94 Федерального закона от 26 декабря 1995 г. N 208-ФЗ «Об акционерных обществах»[39]). Согласно п.4 ст.7 этого же закона, общества, учредителями которых являются государственные органы и муниципальные образования (за исключением обществ, образованных в процессе приватизации), могут быть только открытыми.
Возникают трудности и при определении круга органов государственной власти - учредителей юридических лиц. Не могут быть учредителями коммерческих юридических лиц:
а) федеральные органы исполнительной власти, входящие в состав Правительства России: министерства, комитеты, ведомства;
б) государственные органы, осуществляющие функции контроля и управления и образующие единую федеральную систему, например, Федеральная комиссия по рынку ценных бумаг и ее региональные отделения[40], федеральная служба налоговой полиции и подчиненные ей службы в субъектах Российской Федерации.
Права и обязанности учредителей определяются основной целью их деятельности (получение в будущем прибыли, заработанной учрежденным ими юридическим лицом), направленной на создание юридического лица. Процесс организации хозяйственных товариществ и обществ требует определенных затрат: необходимо оплатить услуги юриста, разработавшего учредительные документы, работу оценщика в случае необходимости проведения независимой оценки вкладов в виде имущества, внести государственные пошлины и сборы и проч. По данным обязательствам учредители несут солидарную ответственность. Если договор (или иное обязательство), заключенный одним из учредителей, не связан с созданием общества, то ответственность за его исполнение несет непосредственно учредитель, заключивший этот договор. Обязательства, взятые на себя учредителями в период и по поводу создания юридического лица, и ответственность по ним не переходят к вновь созданному юридическому лицу после его государственной регистрации.
Основной обязанностью учредителей является оплата уставного капитала учреждаемого юридического лица. Норматив минимального размера уставного капитала банков и иных кредитных организаций устанавливается Банком России в зависимости от их вида.
Требование закона об определении минимального размера уставного капитала товариществ представляется неразумным и препятствующим развитию данной организационно-правовой формы юридического лица. Основная функция уставного капитала - определить минимальный размер имущества, гарантирующий интересы кредиторов организации. Участники товарищества несут солидарно субсидиарную ответственность своим имуществом по обязательствам товарищества, т. е. в данном случае закон предусматривает неограниченную ответственность учредителей. Поэтому требование о величине уставного капитала является излишним.
При учреждении хозяйственных обществ и товариществ учредители вправе привлекать как собственные, так и заемные средства, за исключением кредитных организаций, при создании которых «не могут быть использованы привлеченные денежные средства» (ст.11 закона «О банках и банковской деятельности»[41]).
 

2.2. Общее положение о хозяйственных товариществах

 
В России и до революции, и во времена нэпа большинство купеческих торговых домов существовало именно в форме полных товариществ или товариществ на вере. Современный коммерсант стремится создать общество с ограниченной ответственностью с минимальным уставным капиталом, вместо денег вложить какое-нибудь «ноу-хау» или интеллектуальную собственность, которые потом неизвестно как можно использовать. К такому коммерсанту отношение будет соответствующее. Если он придет в банк за кредитом, то нормальный банкир не даст ему кредит просто так, а попросит обеспечение. Вот в чем разница между этими формами.
Полное товарищество, не нуждается ни в каких специальных органах управления. Это очень простая форма, которой не нужен даже устав.
В такой фирме нет ни директора, ни президента, ни совета директоров. Любой из участников может выступать в этой роли. Единственным учредительным документом полного товарищества является учредительный договор. Содержание этого учредительного договора раскрыто в Гражданском кодексе РФ[42].
Хозяйственные общества в отечественном законодательстве подразделяются на акционерные общества и общества с ограниченной ответственностью.
Акционерные общества представлены двумя типами - открытые и закрытые.
В литературе и на практике, в том числе при обсуждении вопросов дальнейшего развития и совершенствования корпоративного законодательства, высказывались сомнения по поводу целесообразности существования двух видов обществ, имеющих большое сходство. Отмечалось, что достаточно иметь общества с ограниченной ответственностью и открытые акционерные общества, отказавшись от закрытых акционерных обществ. При этом в обоснование этой точки зрения приводились примеры из зарубежной практики[43]. Единую модель акционерных обществ (без деления их на открытые и закрытые) предлагают установить и авторы Концепции развития корпоративного законодательства[44].
Существует и другая точка зрения на указанную проблему. При наличии многих общих черт общество с ограниченной ответственностью и закрытое акционерное общество имеют и принципиальные различия, которые отражены прежде всего в разном правовом режиме уставного капитала каждого из названных обществ, а в связи с этим и в разных условиях обеспечения экономической стабильности общества.
Так, Закон об ООО[45] предусматривает возможность выхода его участников из общества в любое время и обязанность последнего выплатить такому участнику действительную стоимость его доли, которая выплачивается за счет разницы между стоимостью чистых активов общества и размером его уставного капитала. Однако если такой разницы нет либо она недостаточна, действительная стоимость доли выплачивается за счет уменьшения уставного капитала общества (ст. 26 Закона об ООО). Предусмотрены и другие случаи, когда выплата действительной стоимости доли осуществляется таким же образом: при переходе доли по наследству либо в порядке универсального правопреемства юридических лиц, если
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.