На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


курсовая работа Австрийская школа маржинализма

Информация:

Тип работы: курсовая работа. Добавлен: 18.10.2012. Сдан: 2012. Страниц: 12. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


Содержание 

      Введение………………………………………………………………….3
      1. Зарождение и методологические особенности
австрийской школы маржинализма…………………………………….........6
      2. Учение о благах и обмене К. Менгера……………………………..11
      3. Совершенствование О. Бём-Баверком теории предельной и
суммарной полезности экономических  благ……………………………......23
      4. Теория капитала и процента О. Бём-Баверка……………………..31
      Заключение……………………………………………………………...37
      Список  используемой литературы……………………………………40 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Введение 

      В современной научной литературе экономическая теория рассматривается обычно как отрасль человеческих знаний, в рамках которой изучают взаимосвязь между данными ограниченными средствами, имеющими альтернативные возможности использования. Но чтобы исчерпывающе и полно понять сложный и тернистый путь ее эволюции экономисту требуется постоянное возвращение к наиболее значимым этапам истории экономической мысли.
      Одним из таких этапов в развитии теоретической  экономики является последняя треть XIX века, в течение которой произошла  знаменитая «маржинальная революция». А начало последней в значительной мере связано с исследованиями представителей австрийской школы маржинализма, стоявших у истоков предельного экономического анализа, то есть выявления предельных величин для характеристики происходящих изменений в хозяйственных явлениях.
      Австрийская школа своим названием и особенностями  обязана видным ученым-экономистам  Венского университета конца XIX - начала XX столетий и, прежде всего, таким профессорам кафедры политической экономии этого университета, как К. Менгер и О. Бём-Баверк. Именно благодаря им и другим их единомышленникам центральному положению классической политической экономии о затратном происхождении стоимости был противопоставлен принципиально новый подход ее определения, базирующийся на теории предельной полезности, позволивший в конечном счете разрешить давний в истории экономической мысли парадокс «вода - бриллианты».
      Однако, в отечественной и зарубежной экономической литературе, включая  историко-экономическую, осмысление творческого  наследия австрийской школы маржинализма представлено весьма с противоречивых позиций: в одних источниках доминируют сугубо отрицательные оценки, в других - преимущественно позитивные.
      Между тем при изучении теоретической  экономики и особенно микроэкономики, как одного из важнейших ее разделов, нельзя упускать из виду, что именно К. Менгер и Бём-Баверк в числе других маржиналистов положили начало основам маржиналистской методологии и современным принципам микроэкономического анализа. Благодаря этим ученым, кроме того, достоянием экономической науки стали теории потребностей и предельной полезности, учет фактора времени в процессе ценообразования. Им также принадлежат первые научно обоснованные концепции неэквивалентности обмена, аддитивного и мультипликативного методов определения суммарной полезности благ, являющиеся ныне неотъемлемыми элементами знаний при формировании будущих специалистов-экономистов.
      Таким образом, необходимость комплексного историко-экономического исследования научного наследия австрийской школы  весьма целесообразна и актуальна.
      Отдельные аспекты творчества австрийцев и  особенно К. Менгера и О. Бем-Баверка рассматривались и получили различные интерпретации в трудах таких российских авторов, как В. С. Автономов, В. С. Афанасьев, С. А. Бартенев, Г. П. Журавлева, А. С. Квасов, В. Н. Костюк, С. А. Красильников, Р. Я. Левита, Е. М. Майбурд, Л. М. Мордухович, М. И. Туган-Барановский,
Я. С. Ядгаров и других, а из числа зарубежных - М. Блауг, Ш. Жид, В. Леонтьев, А. Маршалл, Т. Негиши, В. Ойкен, Ш. Рист, П. Самуэльсон, Б. Селигмен, Ф. Хайек, Дж. Хикс, Й. Шумпетер и других. Но фрагментарный характер рассматриваемых вопросов и различия во взглядах самих исследователей творчества родоначальников австрийской школы маржинализма не позволяют получить целостное и исчерпывающее представление о месте и роли этой школы в истории экономической мысли. Это обстоятельство свидетельствует о том, что историко-экономическое исследование по избранной теме настоятельно необходимо.
      Цель  курсовой состоит в том, чтобы показать научные достижения австрийской школы маржинализма и на этой основе выявить те методологические и теоретические заслуги данной школы, которые имеют непреходящее значение для судеб современной экономической теории и практики хозяйственной жизни.
      В соответствии с этой целью в курсовой работе поставлены следующие основные задачи:
    определить общие и специфические характерные признаки австрийской школы;
    исследовать сущность нововведений К. Менгера в области методологических принципов экономического анализа;
      -    показать своеобразие нематематизированных теорий К. Менгера о предельной полезности, комплементарности, ценности и обмене экономических благ;
    изучить сущность дополнения О. Бём-Баверка в теорию предельной полезности австрийской школы в части разработанной им концепции оценки суммарной ценности запасов определенного блага;
    выявить позитивные элементы теории прибыли О. Бём-Баверка и особенности их отображения в современной теоретической экономике.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
1. Зарождение и методологические особенности
австрийской школы маржинализма 

      В современной экономической литературе принято считать, что одной из главных предпосылок возникновения  австрийской школы, как и других школ маржинализма, является так называемая «маржинальная революция» 1870-1890 годов.
      Но, по мнению известного английского историка-экономиста М. Блауга, в указанный период времени правомерно вести речь не об одной, а сразу о трех взаимопереплетающихся революциях, как-то [1, С.83]:
    «субъективистская революция» в Австрии (связана с именем и творчеством К. Менгера и его учеников);
    «революция предельной полезности» в Англии (У. Джевонс, А. Маршалл и др.) и США (Дж. Б. Кларк);
      3) «революция общего равновесия» во Франции (Л. Вальрас) и Италии (В. Парето).
      Однако, не отрицая возможность «видения»  в конце XIX столетия не одной, а трех, как по Блаугу, революций «маржиналистского» свойства, все же правомерно, очевидно, признать, что именно в 70-е годы имело  место, говоря его же словами, некое начало, которое положили «...все три основателя теории предельной полезности» [5, С.306].
      Это «начало» называют ныне, как известно, началом I-го этапа «маржинальной революции», учитывая, что труды К. Менгера, У. Джевонса и Л.Вальраса были опубликованы в пределах всего трех лет 1871-1874 гг. Данный этап историки-экономисты именуют также временем зарождения «субъективного направления» в политической экономии, что обусловлено прежде всего разработкой первыми маржиналистами ставшей для них первостепенной (центральной) теории предельной полезности. Согласно последней ценность любого товара определяется оценкой его полезности с позиции конкретного человека, и признается, что эта позиция носит сугубо психологический характер и в основе своей является субъективной.
      Завершающий II-й этап «маржинальной революции» связан с появлением в 90-е годы трудов А.Маршалла, Дж. Б. Кларка и В. Парето, ознаменовавших «отказ от субъективизма и психологизма 70-х годов» и «формирование неоклассической политической экономии» [16, С.138].
      Итак, зарождение и бурное развитие маржинального (предельного) экономического анализа  в последней трети XIX века, говоря словами вышеупомянутых французских историков экономической мысли Ш. Жида и Ш. Риста, имело «космополитическое происхождение». Но несмотря на это, одна из теоретических школ маржинализма, на их взгляд, «получила название австрийской школы, ибо в Австрии, - поясняют они, - она нашла своих наиболее выдающихся представителей» [6, С.528].
      Родоначальником и несомненным лидером австрийской  школы является К. Менгер, более 30 лет работавший на кафедре политической экономии в венском университете, из которых свыше 25 лет являлся ее руководителем. Высоко оценивая его экономическое учение, один из основоположников маржинализма на втором этапе «маржинальной революции» А. Маршалл в своих «Принципах экономике» писал, что «Карл Менгер дал большой импульс тонким и интересным исследованиям австрийской школы экономистов в области потребностей и полезностей» [12, С.154].
      Но  с середины 1880-х годов большую  известность стали получать труды его последователей, таких, как Ойген фон Бём-Баверк и Фридрих фон Визер, Эмиль Сакс, Роберт Цуккеркандль и другие. Причем в их отношении слово «школа» действительно «уместно, как никогда», так как они «почти все ... были профессорами в университетах» [11, С.369].
      Главные методологические особенности австрийской  школы можно сформулировать следующим  образом.
      Последовательный  и бескомпромиссный субъективизм. Все категории экономической науки австрийцы в отличие от представителей других направлений маржинализма стремятся вывести только из отношения индивида к вещи, его предпочтений, ожиданий, познаний. Как настойчиво, раз за разом подчеркивает К. Менгер, любые блага сами по себе, с точки зрения экономиста, лишены каких-либо объективных свойств, и прежде всего объективной ценности. Ценность придает им лишь соответствующее отношение того или иного субъекта.
      Согласно  теориям австрийской школы, в  определении ценности благ в конечном счете не участвуют факторы, связанные  с их предложением и производством. Австрийцы переосмыслили категорию издержек, трактуя их как упущенную пользу, которую производительные блага могли бы принести, если бы были употреблены не так, как на самом деле, а следующим по эффективности способом.
      Впервые в истории экономической мысли  Менгер уделил первоочередное внимание когнитивным компонентам модели человека. Он отметил, что для строгой экономической теории аксиомы собственного интереса недостаточно: необходима также предпосылка «всезнания» и «непогрешимости суждения». При этом в действительности экономический субъект не гарантирован от ошибок – он может неверно оценить как свои будущие потребности, так и средства их удовлетворения. Более того, Менгер не только признает их существование, но и в отличие от других маржиналистов использует этот факт в своей теории. Так, ошибочные оценки того или иного блага не отбрасываются рынком, а играют свою роль наравне с более правильными оценками в определении цены блага. Описывая происхождение денег как общественного института, Менгер подчеркивает, что оно явилось следствием непреднамеренных и неосознанных действий экономических субъектов (этот вариант «невидимой руки», создающей целесообразные общественные институты, был позднее взят не вооружение Ф. Хайеком).
      В целом степень рациональности, требуемая  от хозяйственного субъекта, находится в теориях австрийцев не порядок ниже, чем в моделях Джевонса и Вальраса.
      Строгий методологический индивидуализм. Все экономические проблемы, в том числе и те, которые мы в настоящее время относим к макроэкономическим, австрийцы рассматривали и решали на микроуровне, на уровне индивида. В полемике с представителями исторической школы Менгер подчеркивал, что народное хозяйство нельзя трактовать как большое индивидуальное хозяйство – это результат функционирования бесчисленных индивидуальных хозяйств. Позднее это привело последователей Менгера (в первую очередь Мизеса) к непризнанию специфических макроэкономических явлений, не сводимых к равнодействующей индивидуальных предпочтений и решений.
      Дискретность  анализа. В отличие от других направлений  маржинализма «австрийцы» обращают внимание на то, что блага не могут быть бесконечно делимыми (не случайно в качестве примера обмениваемого блага у них фигурируют кони — благо явно неделимое, тогда как Маршалл, например, в своем анализе спроса предпочитал использовать такое практически бесконечно делимое благо, как чай). Поэтому в австрийской теории не может быть непрерывных функций спроса и предложения. Возможна только дискретная шкала спроса и предложения, а следовательно, нет и однозначно определяемой точки равновесной цены - определить можно только интервал, в котором эта цена будет находиться.
      Отсюда, в свою очередь, вытекает невозможность  применить в австрийской теории математические методы. Кроме того, математическая версия теории предельной полезности предполагает, что хозяйственный субъект безошибочно находит единственный оптимальный для себя вариант, а это противоречит упомянутым выше положениям австрийцев (прежде всего Менгера) о неопределенности и ошибках. Австрийский маржинализм - чисто словесный, без формул и диаграмм, и дело тут не в том, что представители австрийской школы не получили достаточного математического образования, а прежде всего в их желании не только охватить своей теорией более широкий круг явлений, но и остаться в рамках несколько более реалистичной модели человеческого поведения.
      Рассмотрение  экономики как процесса, происходящего  в реальном времени. Эта черта, в  которой также можно заметить стремление к большей реалистичности анализа, отделяет австрийскую школу  от других направлений маржинализма. Австрийцы рассматривали не только и не столько итоговое оптимальное состояние равновесия, сколько ведущий к нему процесс. Но такой подход неминуемо ведет к тому, что приходится учитывать фактор времени, неопределенность, знания, ожидания и даже ошибки экономических субъектов. В дальнейшем исследования в области экономики информации, неопределенности и риска во многом опирались на австрийскую традицию. Повышенное внимание австрийцев к фактору времени сказалось и в теории процента и капитала, разработанной Бём-Баверком. С другой стороны, этот подход явился еще одним препятствием на пути обобщения и формализации экономического анализа, что повредило репутации австрийской школы в мировом сообществе экономистов.  
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

2. Учение о благах и обмене К. Менгера 

      Карл  Менгер (1840-1921), изучал юриспруденцию в Пражском и Венском университетах и лишь в 1867 г. Приступил к занятиям экономической теорией. Его ставшая классической работа «Основания политической экономии» (1871) была представлена в Венский университет как обоснование для того, чтобы быть принятым на должность приват-доцента. В течение 30 последующих лет (до 1903 г.) деятельность Менгера была связана с Венским университетом, где он стал первым в истории заведующим отдельной кафедры экономической теории. «Основания…» были задуманы как первый том исследований Менгера в области экономической теории, но, увлекшись методологической полемикой с представителями немецкой исторической школы, Менгер посвятил свою вторую книгу «Исследование о методе общественных наук и политической экономии в особенности» (1883) исключительно методологическим проблемам.
      Главная тема «Оснований…» Менгера – изложение  его субъективной теории ценности. Начинается оно с развернутого учения о благах.  В соответствии с менгеровским определением, «вещи или действия, которые насыщают (удовлетворяют) наши потребности, называются благами» [8, С.85] или, что одно и то же, блага следует рассматривать «как объекты потребностей каких-то людей» [11, С.371], то есть «благо - это причина, а удовлетворение потребности - следствие» [14, С.160].
      Важно отметить, что в теории экономических  благ К. Менгера всякая вещь рассматривается с учетом ее места внутри общей иерархии способностей вещей удовлетворять желание людей. Блага, по его мысли, становятся экономическими тогда, когда требуемое их количество превышает их предложение (а таковые составляют подавляющее большинство), и имеют характер неэкономических - когда их предложение превышает потребность в них. Но своего рода «твердой границы» между благами экономическими и неэкономическими (ныне принято говорить «свободные блага») ученый не проводит, допуская, что «экономические блага могут переходить в неэкономические и обратно» [11, С.372].
      Наряду  с характеристикой деления благ на экономические и неэкономические автором «Оснований» особое внимание уделяется аргументации тезиса о делении благ экономических на блага «первого порядка» (или «низшего порядка») и «отдаленного порядка» (или «высшего порядка»). К первым - благам первого порядка - им отнесены потребительские блага (блага, обеспечивающие непосредственное удовлетворение потребностей человека); ко вторым - благам отдаленного, то есть второго, третьего или более высокого порядка - производительные ресурсы (факторы производства), требующиеся в зависимости от числа стадий или процессов производства для их превращения в потребительские блага. И еще одно различие, которое предусмотрел К. Менгер в своей теории экономических благ - это подразделение благ по принципу, как он выразился, «комплементарности», то есть дополняемости, из чего следует, с одной стороны, существование самостоятельно функционирующих благ и, с другой - благ, используемых только в сочетании с другими благами.
      «Если мы располагаем комплиментарными благами какого-либо высшего порядка, то сперва эти блага должны быть преобразованы в блага ближайшего низшего и так далее, пока мы не получим блага первого порядка, которые можно уже непосредственно применить к удовлетворению наших потребностей. Промежутки времени, лежащие между отдельными фазами этого процесса… все же вполне исчезнуть не могут»[13, С.53]. Итак, по Менгеру, непосредственное удовлетворение потребностей человека обеспечивает распоряжение благом первого порядка, а обладание благом второго, третьего и более отдаленных порядков требует, чтобы их «опосредованным образом» можно было бы «применить к удовлетворению наших потребностей». При этом ценно замечание ученого о том, что «мы ни в коем случае не в состоянии употребить единичное благо высшего порядка на удовлетворение наших потребностей, если в то же время не располагаем остальными благами высшего порядка», поскольку не имея, например, «в своем распоряжении… для производства хлеба… блага второго порядка … хлеб не может быть изготовлен даже при наличии… всех остальных необходимых благ»[13, С.45 – 46].
      Именно  из принципа дополняемости благ, заключает  ученый, «вытекает закон, по которому действительная надобность в отдельных благах высшего порядка по отношению к определенным промежуткам времени обусловлена наличием в нашем распоряжении комплементарных количеств соответственных благ высшего порядка» [1, С.67-68].
      Здесь одновременно следует обратить внимание на упоминание К. Менгером об «определенных промежутках времени». Этот фактор он считал принципиально важным потому, что при наличии требуемых комплементарных благ высшего порядка процесс их преобразования «в блага ближайшего низшего порядка» вплоть до получения «благ первого порядка» будет происходить в тех или иных временных фазах. Отсюда, подчеркивает он, нужно учитывать: «Промежутки времени, лежащие между отдельными фазами этого процесса ... все же вполне исчезнуть не могут» [1, С.53].
      Затронув  вопрос о факторе времени, К. Менгер пытался разработать не только концепцию комплементарности благ и деления последних на экономические и неэкономические, но и дать количественную характеристику принадлежащих к числу благ вещей. В этой связи он, с одной стороны, признавал безграничный характер расширения потребностей людей, но с другой - считал, что «в каждый данный момент они составляют определенную величину (то есть попросту заданную величину)» [14, С.161].
      Далее теоретические нововведения К. Менгера связаны с его теорией потребностей, через которую он выходит сначала на свою теорию предельной полезности, а затем и теорию стоимости (ценности). В значительной мере эта проблематика затрагивается им в третьей главе его «Оснований». Именно в процессе удовлетворения многообразных потребностей человек, утверждает он, сознает зависимость их наличия в своем распоряжении.
      Каждый  человек, по Менгеру, в силу порождаемых  у него определенных потребностей стремится умерить возникающее от их неудовлетворенности чувство беспокойства и неудобства. Степень последних имеет различную интенсивность, поскольку в процессе удовлетворения потребностей между человеком и окружающей средой поддерживается равновесие. Иными словами, в менгеровском понимании потребности - это «разновидность неудовлетворенных желаний или неприятных ощущений, проистекающих из своеобразного нарушения физиологического равновесия», и «с помощью определенного товара можно удовлетворить данную потребность в большей или меньшей степени, причем в известной степени эта потребность продолжает оставаться неудовлетворенной» [14, С.160].
      В теории потребностей К. Менгера последовательность актов удовлетворения каждой потребности рассматривается посредством их ранжирования в зависимости от важности удовлетворяемых благами потребностей. С этой целью он приводит условный схематический пример о потреблении десяти различных благ, допуская, что акт потребления каждого из них возможно оценивать ниже предыдущего на единицу. Если номера актов потребления обозначить арабскими, а номера потребляемых благ римскими цифрами, то менгеровская схема имеет следующий вид: 

I     II     III     IV     V     VI     VII     VIII     IX     X
10  9      8       7       6      5        4         3        2      1
9    8      7       6       5      4        3         2        1      0
8    7      6       5       4      3        2         1        0      .
7    6      5       4       3      2        1         0        .      .
6    5      4       3       2      1        0         .         .       .
5    4      3       2       1      0        .          .         .       .
4    3      2       1       0       .         .          .         .       .
3    2      1       0       .       .         .          .         .       .
2    1      0        .        .       .         .          .         .       .
1    0      .        .        .       .         .          .         .       .
0     .       .        .        .       .         .          .         .       . 

      В предложенном К. Менгером примере благо I - это пища, удовлетворение потребности в котором до определенного предела важнее, чем удовлетворение потребности в табаке (благо V). Но уже пятая единица пищи приносит человеку такое же удовлетворение, что и первая единица потребления табака. С данного момента индивид удовлетворение своей потребности в пище и табаке будет стараться привести в равновесие. Так, для него равнозначными будут шестая единица пищи и вторая единица табака и т.д. [9, С.73].
      В числе прочего данная менгеровская схема показывает, что в процессе ранжирования человеком различных  потребностей одни им могут расцениваться как важные, а к другим он может быть безразличным. Указывая на это обстоятельство, О. Бем-Баверк, в частности, отмечал, что «вещь, способная быть полезною для человека, может оказываться, однако же, безразличною с точки зрения человеческого благополучия, - ну, а «безразличность» и «важность» представляют ведь собою понятия противоположные, взаимно исключающие друг друга…» [3, С.20].
      Наряду  с этим схема К. Менгера позволила ему четче доказать, что наименее удовлетворенные потребности имеют большую «конечную интенсивность» и, наоборот, потребности, удовлетворенные полностью, имеют нулевую «конечную интенсивность».
      Таким образом, согласно теории потребностей К.Менгера, «исходным пунктом экономического поведения являются существующие у человека потребности (неудовлетворенные желания и стремления)», а «полезность - это то, что люди приписывают благам в зависимости от соотношения между объемом предложения и степенью удовлетворения потребностей» [8, С.85]. И именно через теорию потребностей глава австрийской школы выходит на свою теорию предельной полезности, пытаясь вскрыть зависимость полезности от редкости предметов потребления. При этом предельная полезность, по Менгеру, определяется не только редкостью конкретного блага, но и «конечной интенсивностью» индивидуальной потребности, то есть с увеличением объема запаса блага «при данной (фиксированной) интенсивности потребности предельная полезность блага уменьшается, и наоборот» [15, С.8].
      Переходя  к рассмотрению теории стоимости  К. Менгера, уместно обратить внимание на то, что хотя в своих разработках этот ученый опирался в основном на литературные источники немецких авторов, ему совершенно не были знакомы произведения таких немецких предшественников маржинализма, как И.-Г. фон Тюнен и Г. Госсен. Поэтому он действительно как бы заново открыл для себя так называемые «законы Госсена», когда в рамках собственной теории стоимости принял за основу принципы убывающей предельной полезности и оптимизации структуры потребления при наличии в распоряжении человека благ, необходимых для удовлетворения его потребностей.
      Маржиналистский подход к проблеме стоимости позволил К. Менгеру противопоставить представителям классической политической экономии принципиально новую теорию, в соответствии с которой ценностью обладают только экономические блага, а сама ценность являет собой сугубо субъективную характеристику, то есть «лишь то значение, которое мы прежде всего придаем удовлетворению наших потребностей» [1, С.97]. Основываясь на таких рассуждениях, пишет Б. Селигмен, К. Менгер пришел к выводу о том, что «по мере того, как увеличивается количество блага, его дополнительные единицы обладают все меньшей способностью удовлетворять потребности», что «данное положение есть не что иное, как принцип убывающей предельной полезности, по которому стоимость однородного запаса того или иного блага определяется стоимостью последней, или наименее важной, его единицы» [14, С.161].
      Однако, ответа на вопрос, как сопоставить  между собой полученное от двух потребляемых благ удовлетворение с точки зрения производимых на них затрат труда  или их денежной оценки, К. Менгер решительно избегал. Он настаивал на субъективном характере стоимости (ценности) благ, а сам механизм ценообразования сводил к свойству передавать (вменять) свою стоимость благам высшего порядка теми потребительскими благами, в изготовлении которых они участвуют.
      Таким образом, из теории стоимости К. Менгера вытекают следующие положения [1, С.101, 125, 126, 128]:
      ценность - это суждение, которое хозяйствующие люди имеют о значении находящихся в их распоряжении благ для поддержания их жизни и их благосостояния, и поэтому вне их сознания не существуют;
      ценность субъективна не только по своему существу, но и по своей мере;
      труд, затраченный в том или ином количестве на производство блага, о котором идет речь, не находится в необходимой и непосредственной связи с величиной стоимости;
      определяющим моментом при обсуждении ценности блага является не количество труда или прочих предметов производства, необходимое для воспроизводства блага, а то количество услуг, которых можно лишится, не будь этого блага в нашем распоряжении;
      ценность благ высшего порядка определяется предполагаемой ценностью благ низшего порядка, на производство которых они предназначаются или предположительно предназначаются людьми.
      Вышеназванные менгеровские положения, как и известные  положения классиков о затратном  характере происхождения стоимости, «представляют собой тупиковый  вариант определения истинной цены товаров (благ)», поскольку фактически по его теории, «получившей название «теория вменения», предполагается, что доля стоимости (ценности) блага «первого порядка» вменяется благам «последующих порядков», использованных при его изготовлении» [16, С.150].
      Иными словами, если у классиков ценность того или иного товара (блага) ставится в зависимость исключительно  от предложения, то у К. Менгера - от спроса, который изменяется в зависимости от предельной полезности.
      Идея  К. Менгера о наделении потребительскими благами (при производстве с их использованием) ценности производственных ресурсов получила понимание как у его учеников, так и у многих историков экономической мысли. Причем введенное в научный оборот одним из приверженцев учения главы австрийской школы Ф. Визером толкование «теории вменения» ныне прочно закрепилось во многих научных и учебных изданиях по теоретической экономике.
      Возвращаясь к теории стоимости К. Менгера, необходимо отметить, что в ней с позиций современной теоретической экономики можно выделить ряд несомненных элементов научной новизны. К примеру, менгеровская теория, обосновав знаменитый принцип «вменения» стоимости «низших» благ благам «высшего» порядка, позволяет принимать во внимание фактор времени, то есть те промежутки времени в процессе создания предметов конечного потребления, которые в сумме образуют, по терминологии главы австрийской школы, «производственный период». И поскольку в силу изменений численности и состава населения, его запросов и предпочтений и других причин длительность производственных периодов может сокращаться либо удлиняться, то вполне резонно ожидать и соответствующие изменения как в размере совокупного спроса, так и интенсивности различных потребностей. Отсюда насущной задачей экономической науки становится отслеживание в контексте менгеровской теории стоимости и принципа вменения соотношений между количествами различных благ и потребностями в них по всей хозяйственной системе [11, С.371, 372].
      Теория  обмена К. Менгера - одна из наиболее значимых в экономическом учении главы автсрийской школы. Содержащиеся в ней идеи нашли затем определенное развитие в трудах многих других ученых. Так, глава австрийской школы ввел в научный оборот понятие «способность к сбыту», показав, что у различных товаров эта способность к сбыту, а по сути к обмену, различна, что она характеризует не только стремление к непосредственному потреблению, но и является побудительным мотивом обмена. Кроме того, новыми в менгеровской теории обмена являются положения, в соответствии с которыми [1, С.161-163]:
      обмен проявляет себя, как правило, как  индивидуальный акт партнеров, обеспечивая результат обоюдовыгодный, но не эквивалентный;
      для обменивающихся индивидов он означает некое присоединение к их имуществу  нового объекта имущества;
      в хозяйственном смысле обмен сравним  с производительной деятельностью промышленности и сельского хозяйства;
      меновая операция, отнимающая часть экономической  пользы и превращающая обмен в экономическую жертву, нередко делает реализацию невозможной даже там, где она была еще мыслима;
      характеристика  классической политической экономией  людей, занятых в торговле, по существу хозяйственными паразитами (из-за получения  ими некоторой части выгоды) основана на ложном представлении о непродуктивности обмена;
      деятельность  всех, кто занят в сфере обмена, хотя и не связана с физическим увеличением количества благ, но способствует возможно более полному удовлетворению человеческих потребностей;
      спор  о том, отдаются ли блага в обмен  одно на другое, потому что они - эквивалентны, или блага потому эквивалентны, что  в акте мены отдаются одно за другое, является напрасной тратой усилий, так как в действительности нигде не бывает равенства в ценности двух количеств благ (равенства в объективном смысле).
      Итак, К. Менгер, подобно А. Смиту, исходит из положения о том, что человеку присуще стремление к обмену, и что возникает оно, когда имеющиеся у него блага им рассматриваются как менее желательные, чем у того субъекта, для которого эти же блага являются весьма желательными. Но в отличие от А. Смита и других классиков, по Менгеру, обмен не может быть эквивалентным, поскольку в соответствии с законом убывающей предельной полезности «пропорции взаимного обмена двух благ определяются соотношением их предельных полезностей» [8, С.86].
      Одним из первых с аргументированной поддержкой теории обмена К. Менгера выступил в своих трудах О. Бём-Баверк. В частности, в «Основах теории ценности хозяйственных благ» им высказаны в данной связи следующие положения [3, С.141-143, 145,164]:
      обмен оказывается экономически возможным  только между такими двумя лицами, которые определяют ценность предлагаемой для обмена и получаемой в обмен вещи неодинаковым, даже противоположным образом;
      если  брать слово «ценность» в субъективном смысле, то окажется, что эквивалентности  между даваемыми и получаемыми  в обмен материальными благами  не только не должно, но и прямо не может даже быть;
      мы  не совершаем меновой сделки, когда  обмен не приносит нам выгоды; а обмен выгоды нам не приносит, когда вещь, получаемая нами в обмен, имеет в наших глазах совершенно такую же субъективную ценность, что и вещь, отдаваемая нами в обмен;
      наивысшею обменоспособностью (по Менгеру, «меновая сила») обладает тот из участников обмена, который оценивает свою собственную вещь всего ниже по отношению к другим обмениваемым вещам, или, - что то же самое, - который оценивает нужную вещь всего выше по отношению к предлагаемой за нее собственной вещи;
      при изолированном обмене между двумя  лицами цена устанавливается в пределах между субъективною оценкою товара со стороны покупщика, как максимумом, и оценкою товара со стороны продавца, как минимумом;
      все действующие при разумно-эгоистическом  установлении цен влияния мы свели к субъективным оценкам товаров участниками обмена, к рациональному определению субъективных ценностей обмениваемых вещей.
      В этой связи, завершая данный раздел, рассмотрим коротко позитивные оценки нововведений К. Менгера в области микроэкономики и других аспектов экономической теории, которые даны рядом широко известных зарубежных и отечественных ученых экономистов конца XIX - XX вв.
      Так, согласно воззрениям наиболее яркого последователя менгеровского экономического учения О. Бём-Баверка, ценность экономических благ [4, С.11]:
      не  возникает в готовом виде из производства, как нечто необходимое, а приобретается  извне - из взаимоотношения потребностей и их удовлетворения в хозяйственном мире;
      возникает не в мастерских, в которых были созданы блага, а определяется потребностями, которые она должна удовлетворять;
      не  может быть выкована, как молоток, или соткана, как кусок полотна: если бы это было возможно, то в наших  народных хозяйствах не было бы тех  ужасных потрясений, которые мы называем кризисами.
      Значимость  данного аспекта в творчестве К. Менгера высоко оценивают также видные историки экономической мысли конца XIX - начала XX столетий Ш. Жид и Ш. Рист, которые пишут, в частности, что в «Основаниях» этого ученого заложены «основы современной доктрины о ценности» [6, С.425].
      Благодаря К. Менгеру и другим австрийцам, считает А. С. Квасов, впервые были поставлены и прочно вошли в сферу экономических исследований такие проблемы, как взаимодействие спроса и предложения в процессе ценообразования, взаимосвязь потребительной стоимости (полезности) и стоимости, соотношение платежеспособного спроса и цен [15, С.10].
      Р. Я. Левита, в свою очередь, указывает на то, что впервые непосредственно К. Менгером [9, С.75]
      сформулировано  положение о субституции производительных благ: один и тот же продукт может  быть создан с помощью различных  комбинаций производственных факторов; на этой основе позднее выросла  теория производственных функций;
      высказана идея «комплементарности» благ, участвующих  в производстве, то есть взаимозависимости их ценности; если хоть какого-то элемента производства не хватает, обесцениваются и все другие производственные блага; это обесценение не имеет места только в случае, если оказавшиеся излишними блага могут быть использованы в другой «комплементарной связке» для изготовления другого продукта.
      О нововведениях К. Менгера свидетельствует также ряд аргументированных высказываний Б. Селигмена. Теория экономических благ К. Менгера, по его мнению, имеет важное значение для экономической науки не только в связи с тем, что проливает свет на теоретическое осмысление потребностей и «конечной интенсивности» их удовлетворения, концепции индивидуалистической экономики и товарного обмена в его условиях, но и потому, что «еще немного расширив логическое понятие блага, можно избегнуть свойственного классической школе деления труда на производительный и непроизводительный, так как удовлетворение потребностей может быть достигнуто как с помощью материальных предметов, так и с помощью невещественных услуг» [14, С.160]. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

3. Совершенствование О. Бём-Баверком теории предельной и
суммарной полезности экономических  благ 

      Ойген фон Бём-Баверк (1851–1914) окончил Венский университет как юрист. В отличие от других представителей австрийской школы он был в первую очередь государственным деятелем высшего ранга: трижды занимал пост министра финансов, был представителем Верховного апелляционного суда и президентом Академии наук, отдавая свободное время преподаванию в Венском университете (в его семинаре занимались Й. Шумпетер, Л. Мизес, Р. Гильфердинг и другие, получившие впоследствии известность австрийские экономисты). Не случайно все значительные произведения Бём-Баверка были созданыим за первые относительно спокойные десять лет его карьеры (1880–1889), когда он преподавал в Иннсбургском университете. В 1881 г. вышла в свет его работа «Права и отношния с точки зрение учения о народно-хозяйственных благах», в которой Бём-Баверк попытался применить теорию субъективной ценности Менгера к правам собственности, в частности к патентам. В 1884 г. была опубликована первая часть его основного труда «Капитал и процент», содержащая критику предшествовавших теорий капитала и процента. В 1886 г. вышла работа «Основы  теории ценности благ», содержащая пожалуй, наиболее ясное и доходчивое изложение теории ценности и цены австрийской школы. В 1889 г. был опубликован второй том «Капитала и процента», который будет ниже рассмотрен более подробно. Наконец, в 1890 г. выходит книга «К завершению марксистской системы», в которой Бём-Баверк одним из первых подверг критике теорию стоимости Маркса, ссылаясь на противоречие между I и III томами «Капитала» (так называемая проблема трансформации стоимости в цену производства). Обладая блестящим стилем и полемическим задором, Б ём-Баверк при жизни приобрел наибольшую известность из всех представителей австрийской школы. 
      Теория  предельной полезности, имеющая для  австрийской школы основополагающую роль, в творчестве О. Бём-Баверка получила определенное развитие. Как и К. Менгер, характеризуя сущность и роль предельной полезности в политической экономии нематематическими средствами, он в своих сочинениях проводит мысль о различиях между потребностями и их относительной интенсивностью. Однако, логически вытекающие отсюда выводы о «законе убывающей предельной полезности» и об обусловленности стоимости наименьшей предельной полезностью или, по его терминологии, «предельной пользой» сформулированы им не только с учетом субъективных, но и объективных аспектов данной проблематики и некоторых других дополнений.
      Так, для оценки субъективной полезности О. Бём-Баверк предлагает использовать шкалу потребностей, упорядоченных по степени их важности для индивида, как-то [8, С.87]:
    потребности, неудовлетворение которых ведет к смерти;
    потребности, неудовлетворение которых ведет к болезни;
    потребности, неудовлетворение которых ведет к кратким страданиям;
    потребности, неудовлетворение которых ведет к малым неприятностям.
      При этом по его убеждению, при определении  ценности материальных благ следует  за основу брать «отнюдь не шкалу  видов потребностей, а только шкалу  конкретных потребностей», а также  «точнее выяснить некоторые пункты, касающиеся состава шкалы конкретных потребностей, и обосновать их еще  прочнее» [3, С.37]. В развитие этого тезиса, напомнив предварительно о том, что большинство духовных и физических потребностей по мере их непрерывного удовлетворения «начинает доставлять нам все меньше и меньше удовольствия» и может превратиться «в неприятность и отвращение» (как, например, ощущения человека, поясняет ученый, от увеличения числа потребляемых блюд пищи или долго продолжающейся лекции, прогулки, игры и т.д.), он, подобно К. Менгеру, предлагает схематический условный пример шкалы потребностей, имеющий, правда, зеркально противоположный вид и некоторые другие особенности [3, С.38-39]:
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.