На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


реферат Русские летописи

Информация:

Тип работы: реферат. Добавлен: 22.10.2012. Сдан: 2012. Страниц: 8. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


?Оглавление
 
    Введение ……………………………………………………………………………………………2
    Основная часть …………………………………………………………………………………..2
2.1.   Понятие летописи ………………………………………………………………………….2
2.2.   Содержание летописи ……………………………………………………………………..5
2.3.   Методы изучения летописи ………………………………………………………………7
2.4.   Лаврентьевская летопись ……………………………………………………………….10
    Заключение ………………………………………………………………………………………15
    Библиография ……………………………………………………………………………………16
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Введение
 
Хочу начать с того, что летописи, исторические произведения XI-XVII вв., в которых повествование велось по годам. Рассказ о событиях каждого года в летописях обычно начинался словами: «в лето» - отсюда название - летопись. Слова «летопись» и «летописец» равнозначащи, но летописцем мог называться также и составитель такого произведения. Летописи - важнейшие исторические источники, самые значительные памятники общественной мысли и культуры Древней Руси.
Обычно в летописи излагалась русская история от ее начала, иногда летописи открывались библейской историей и продолжались античной, византийской и русской. Летописи играли важную роль в идеологическом обосновании княжеской власти в Древней Руси и пропаганде единства русских земель. Летописи содержат значительный материал о происхождении восточных славян, об их государственной власти, о политических взаимоотношениях восточных славян между собой и с др. народами и странами.
Основные задачи моей работы:
?       раскрыть понятие летописи;
?       рассмотреть содержание летописи;
?       выявить методы изучения летописи.
 
 
Основная часть
 
Понятие летописи
 
В Киеве в XII в. летописание велось в Киево-Печерском и Выдубицком Михайловском монастырях, а также при княжеском дворе. Галицко-волынское летописание в XII в. сосредоточивается при дворах галицко-волынских князей и епископов. Южнорусское летописание сохранилось в Ипатьевской летописи, которая состоит из «Повести временных лет», продолженной в основном киевскими известиями (кончая 1200), и Галицко-Волынской летописи (кончая 1289-92). Во Владимиро-Суздальской земле главными центрами летописания были Владимир, Суздаль, Ростов и Переяславль. Памятником этого летописания является Лаврентьевская летопись, которая начинается «Повестью временных лет», продолженной владимиро-суздальскими известиями до 1305, а также Летописец Переяславля-Суздальского (изд. 1851) и Радзивилловская летопись, украшенная большим количеством рисунков. Большое развитие получило летописание в Новгороде при дворе архиепископа, при монастырях и церквах..
 
Монголо-татарское нашествие вызвало временный упадок летописания. В XIV-XV вв. оно вновь развивается. Крупнейшими центрами летописания являлись Новгород, Псков, Ростов, Тверь, Москва. В летописных сводах отражались гл. образом события местного значения (рождение и смерть князей, выборы посадников и тысяцких в Новгороде и Пскове, военные походы, битвы и т.д.), церковные (поставление и смерть епископов, игуменов монастырей, постройка церквей и пр.), неурожай и голод, эпидемии, примечательные явления природы и др. События, выходящие за пределы местных интересов, отражены в таких летописях слабо. Новгородское летописание XII-XV вв. наиболее полно представлено Новгородской Первой летописью старшего и младшего изводов. Старший, или более ранний, извод сохранился в единственном Синодальном пергаменном (харатейном) списке XIII-XIV вв.; младший извод дошел в списках XV в. В Пскове летописание было связано с посадниками и государственной канцелярией при соборе Троицы. В Твери летописание развивалось при дворе тверских князей и епископов. Представление о нем дают Тверской сборник и Рогожский летописец. В Ростове летописание велось при дворе епископов, и летописи, созданные в Ростове, отражены в ряде сводов, в т.ч. в Ермолинской летописи к. XV в.
 
Новые явления в летописании отмечаются в XV в., когда складывалось Русское государство с центром в Москве. Политика московских вел. князей нашла свое отражение в общерусских летописных сводах. О первом московском общерусском своде дают представление Троицкая летопись н. XV в. (исчезла при пожаре 1812) и Симеоновская летопись в списке XVI в. Троицкая летопись кончается 1409. Для составления ее были привлечены разнообразные источники: новгородские, тверские, псковские, смоленские и др. Происхождение и политическая направленность этой летописи подчеркиваются преобладанием московских известий и общей благоприятной оценкой деятельности московских князей и митрополитов. Общерусским летописным сводом, составленным в Смоленске в к. XV в., была т.н. Летопись Авраамки; др. сводом является Суздальская летопись (к. XV в.).
 
Летописный свод, основанный на богатой новгородской письменности, «Софийский временник», появился в Новгороде. Большой летописный свод появился в Москве в к. XV - н. XVI вв. Особенно известна Воскресенская летопись, кончающаяся на 1541 (составление осн. части летописи относится к 1534-37). В нее включено много официальных записей. Такие же официальные записи вошли в обширную Львовскую летопись, включившую в свой состав «Летописец начала царства царя и великого князя Ивана Васильевича», до 1560. При дворе Ивана Грозного в 1540-60-х был создан Лицевой летописный свод, т.е. летопись, включающая рисунки, соответствующие тексту. Первые 3 тома Лицевого свода посвящены всемирной истории (составленной на основании «Хронографа» и др. произведений), следующие 7 томов - русской истории с 1114 по 1567. Последний том Лицевого свода, посвященный царствованию Ивана Грозного, получил название «Царственной книги». Текст Лицевого свода основан на более ранней - Никоновской летописи, представлявшей огромную компиляцию из разнообразных летописных известий, повестей, житий и пр. В XVI в. летописание продолжало развиваться не только в Москве, но и в др. городах. Наиболее известна Вологодско-Пермская летопись. Летописи велись также в Новгороде и Пскове, в Печерском монастыре под Псковом. В XVI в. появились и новые виды исторического повествования, уже отходящие от летописной формы, - “Книга степенная царского родословия” и «История о Казанском царстве».
 
В XVII в. происходило постепенное отмирание летописной формы повествования. В это время появились местные летописи, из которых наиболее интересны Сибирские летописи. Начало их составления относится к 1-й пол. XVII в. Из них более известны Строгановская летопись и Есиповская летопись. В к. XVII в. тобольским сыном боярским С.У. Ремезовым была составлена “История Сибирская”. В XVII в. летописные известия включаются в состав степенных книг и хронографов. Слово “летопись” продолжает употребляться по традиции даже для таких произведений, которые слабо напоминают Летописи прежнего времени. Таким является Новый летописец, повествующий о событиях к. XVI - н. XVII вв. (польско-шведская интервенция и крестьянская война), и «Летопись о многих мятежах».
 
Содержание летописи
 
Характерной чертой Летописи является вера летописцев во вмешательство божественных сил. Новые Летописи составлялись обычно как своды предшествующих Летописи и различных материалов (исторических повестей, житий, посланий и пр.) и заключались записями о современных летописцу событиях. Литературные произведения вместе с тем использовались в Летописи в качестве источников. Предания, былины, договоры, законодательные акты, документы княжеских и церковных архивов также вплетались летописцем в ткань повествования. Переписывая включаемые в Летописи материалы, он стремился создать единое повествование, подчиняя его исторической концепции, соответствовавшей интересам того политического центра, где он писал (двор князя, канцелярия митрополита, епископа, монастыря, посадничья изба и т.п.). Однако наряду с официальной идеологией в Летописи отображались взгляды их непосредственных составителей, иногда весьма демократически прогрессивно настроенных. В целом Летописи свидетельствуют о высоком патриотическом сознании русского народа в XI-XVII вв. Составлению Летописи придавалось большое значение, к ним обращались в политических спорах, при дипломатических переговорах. Мастерство исторического повествования достигло в Летописи высокого совершенства. Списков Летописи дошло не менее 1500. В составе Летописи сохранились многие произведения древнерусской литературы: Поучение Владимира Мономаха, Сказание о Мамаевом побоище, Хожение за три моря Афанасия Никитина и др. Древние Летописи XI-XII вв. сохранились только в позднейших списках. Наиболее известный из ранних летописных сводов, дошедший до нашего времени, - «Повесть временных лет». Ее создателем считают Нестора - монаха Печерского монастыря в Киеве, написавшего свой труд около 1113.
 
Феодальная раздробленность XII-XIV вв. отражена и в летописании: своды этого времени выражают местные политические интересы. В Киеве в XII в. летописание велось в Печерском и Выдубицком монастырях, а также при княжеском дворе. Галицко-волынское летописание в XIII в. (см. Галицко-Волынская летопись) сосредоточивается при дворах галицко-волынских князей и епископов. Южнорусское летописание сохранилось в Ипатьевской летописи, которая состоит из «Повести временных лет», продолженной в основном киевскими известиями (кончая 1200), и Галицко-Волынской Летописи (кончая 1289-92) (ПСРЛ, т. 2, Летописи по Ипатьевскому списку). Во Владимиро-Суздальской земле главными центрами летописания были Владимир, Суздаль, Ростов и Переяславль. Памятником этого летописания является Лаврентьевская летопись, которая начинается «Повестью временных лет», продолженной владимиро-суздальскими известиями до 1305 (ПСРЛ, т. 1, Летописи по Лаврентьевскому списку), а также Летописец Переяславля-Суздальского (издание 1851) и Радзивилловская летопись, украшенная большим количеством рисунков. Большое развитие получило летописание в Новгороде при дворе архиепископа, при монастырях и церквах.
 
Монголо-татарское нашествие вызвало временный упадок летописания. В XIV-XV вв. оно вновь развивается. Крупнейшими центрами летописания являлись Новгород, Псков, Ростов, Тверь, Москва. В летописных сводах отражались главным образом события местного значения (рождение и смерть князей, выборы посадников и тысяцких в Новгороде и Пскове, военные походы, битвы и т.д.), церковные (поставление и смерть епископов, игуменов монастырей, постройка церквей и пр.), неурожай и голод, эпидемии, примечательные явления природы и др. События, выходящие за пределы местных интересов, отражены в таких Летописи слабо. Новгородское летописание XII-XV вв. наиболее полно представлено Новгородской Первой Летописи старшего и младшего изводов (см. Новгородские летописи). Старший, или более ранний, извод сохранился в единственном Синодальном пергаменном (харатейном) списке XIII-XIV вв.; младший извод дошел в списках XV в. (Новгородская Первая Летописи старшего и младшего изводов, ПСРЛ, т. 3). В Пскове летописание было связано с посадниками и государственной канцелярией при соборе Троицы (ПСРЛ, т. 4-5; Псковские летописи, в. 1-2, 1941-55). В Твери летописание развивалось при дворе тверских князей и епископов. Представление о нем дают Тверской сборник (ПСРЛ, т. 15) и Рогожский летописец (ПСРЛ, т. 15, в. 1). В Ростове летописание велось при дворе епископов, и Летописи, созданные в Ростове, отражены в ряде сводов, в том числе в Ермолинской летописи кон. XV в3.
 
Летописный свод, основанный на богатой новгородской письменности, "Софийский временник", появился в Новгороде. Большой летописный свод появился в Москве в конце XV - начале XVI вв. Особенно известна Воскресенская летопись, кончающаяся на 1541 (составление основной части Летописи относится к 1534-37). В нее включено много официальных записей. Такие же официальные записи вошли в обширную Львовскую летопись, включившую в свой состав "Летописец начала царства царя и великого князя Ивана Васильевича", до 1560. При дворе Ивана Грозного в 40-60-х гг. XVI в. был создан Лицевой летописный свод, т. е. летопись, включающая рисунки, соответствующие тексту. Первые 3 тома лицевого свода посвящены всемирной истории (составленной на основании "Хронографа" и др. произведений), следующие 7 томов - русской истории с 1114 по 1567. Последний том лицевого свода, посвященный царствованию Ивана Грозного, получил название "Царственной книги". Текст лицевого свода основан на более ранней - Никоновской летописи, представлявшей огромную компиляцию из разнообразных летописных известий, повестей, житий и пр. В XVI в. летописание продолжало развиваться не только в Москве, но и в др. городах. Наиболее известна Вологодско-Пермская летопись. Летописи велись также в Новгороде и Пскове, в Печерском монастыре под Псковом. В XVI в. появились и новые виды исторического повествования, уже отходящие от летописной формы, - "Книга степенная царского родословия" и "История о Казанском царстве".
 
В XVII в. происходило постепенное отмирание летописной формы повествования. В это время появились местные Летописи, из которых наиболее интересны Сибирские летописи. Начало их составления относится к 1-й половине XVII в. Из них более известны Строгановская летопись и Есиповская Летописи. В конце XVII в. тобольским сыном боярским С. У. Ремезовым была составлена "История Сибирская" ("Сибирские летописи", 1907). В XVII в. летописные известия включаются в состав степенных книг и хронографов. Слово "Летописи" продолжает употребляться по традиции даже для таких произведений, которые слабо напоминают Летописи прежнего времени. Таким является Новый летописец, повествующий о событиях конца XVI - начала XVII вв. (польско-шведская интервенция и крестьянская война), и "Летопись о многих мятежах".
 
Летописание, получившее значительное развитие в России, в меньшей степени было развито в Белоруссии и на Украине, входивших в состав Великого княжества Литовского. Наиболее интересным произведением этого летописания начала XVI в. является "Краткая Киевская летопись", содержащая Новгородскую и Киевскую сокращенную Летописи (1836). Древняя история Руси представлена в этой Летописи на основании более ранних летописных сводов, а события конца XV - начала XVI вв. описаны современником. Летописание развивалось также в Смоленске и Полоцке в XV-XVI вв. Белорусские и смоленские Летописи легли в основу некоторых Летописи по истории Литвы. Иногда Летописи называют и некоторые украинские исторические произведения XVIII в. (Летопись Самовидца и др.). Летописание велось также в Молдавии, Сибири, Башкирии.
 
Летописи служат основным источником для изучения истории Киевской Руси, а также России, Украины, Белоруссии в XIII-XVII вв., хотя они и отражали в основном классовые интересы феодалов. Только в Летописи сохранились такие источники, как договоры Руси с греками X в., Русская правда в краткой редакции и т.п. Громадное значение имеют Летописи для изучения русской письменности, языка и литературы. Летописи содержат также ценный материал по истории др. народов СССР.
 
Изучение и публикация Летописи в России и СССР ведется более двухсот лет: в 1767 в "Библиотеке Российской исторической, содержащей древние летописи и всякие записки" был опубликован летописный текст, а с 1841 до 1973 выходит Полное собрание русских летописей.
 
В.Н. Татищев и М.М. Щербатов положили начало изучению Летописи Сорок лет посвятил исследованию "Повести временных лет" А. Летописи Шлецер, очищая летопись от ошибок и описок, объясняя "темные" места. П.М. Строев рассматривал летописи как сборники или "своды" предшествующего материала. Используя методику Шлецера и Строева, М.П. Погодин и И. И. Срезневский обогатили науку множеством фактов, которые облегчили изучение истории русской Летописи
 
И.Д. Беляев классифицировал Летописи на государственные, фамильные, монастырские и летописные сборники и указал, что позиция летописца определялась его территориальным и сословным положением. М.И. Сухомлинов в книге «О древней русской летописи как памятнике литературном» (1856) попытался установить литературные источники начальной русской летописи. К. Н. Бестужев-Рюмин в работе «О составе русских летописей до конца XIV в.» (1868) впервые разложил летописный текст на годовые записи и сказания. Подлинный переворот в изучении Летописи был произведен акад. А. А. Шахматовым. Он применял сличение различных списков, тонко и глубоко анализируя материал, и сделал этот метод основным в своей работе над исследованием Летописи Шахматов придавал большое значение выяснению всех обстоятельств создания Летописи, каждого списка и свода, обращал внимание на изучение различных хронологических указаний, встречающихся в Летописи, уточняя время их составления и исправляя фактические неточности. Много данных извлекал Шахматов из анализа описок, погрешностей языка, диалектизмов. Он впервые воссоздал цельную картину русского летописания, представив его как генеалогию почти всех списков и вместе с тем как историю русского общественного самосознания. Метод Шахматова получил развитие в трудах М.Д. Приселкова, усилившего его историческую сторону. Значительный вклад в изучение русской Летописи внесли последователи Шахматова - Н.Ф. Лавров, А.Н. Насонов, Летописи В. Черепнин, Д.С. Лихачев, С.В. Бахрушин, А.И. Андреев, М.Н. Тихомиров, Н.К. Никольский, В.М. Истрин и др. Изучение истории летописания составляет один из самых сложных разделов источниковедения и филологической науки.
 
Методы изучения летописи
 
Методы изучения истории летописания, примененные Шахматовым, легли в основу современной текстологии.
 
Восстановление летописных сводов, предшествовавших «Повести временных лет», принадлежит к увлекательнейшим страницам филологической науки.
 
Так, например, в начале списков Новгородской первой летописи (кроме Новгородской первой по Синодальному списку, где начало рукописи утрачено) читается текст, частично сходный, а частично различный с «Повестью временных лет».
 
Исследуя этот текст, А.А. Шахматов пришел к выводу, что в нем сохранились отрывки более древней летописи, чем «Повесть временных лет». В числе доказательств А.А. Шахматов приводит и отмеченные выше места, где в тексте «Повести временных лет» обнаруживаются вставки. Так, под 946 г. в Новгородской первой летописи отсутствует рассказ о четвертой мести Ольги и повествование развертывается логически: «и победиша древляны и возложиша на них дань тяжку», то есть именно так, как, по предположению А.А. Шахматова, читалось в летописном своде, предшествовавшем «Повести временных лет».
 
Так же точно отсутствует в Новгородской летописи и договор Святослава с греками, который, как указывалось выше, разорвал фразу: «И рече: «Поиду в Русь и приведу больше дружине; и поиде в лодьях»6.
 
На основании этих и многих других соображений А.А. Шахматов пришел к выводу, что в основе начальной части Новгородской первой летописи лежит летописный свод более древний, чем «Повесть временных лет». Летописец, составивший «Повесть временных лет», расширил его новыми материалами, различными письменными и устными источниками, документами (договорами с греками), выписками из греческих хроник и довел приложение до своего времени.
 
Однако свод, предшествовавший «Повести временных лет», восстанавливается по Новгородской первой летописи лишь частично, например, в нем отсутствует изложение событий 1016 - 1052 гг. и 1074 - 1093 гг. Свод, легший в основу и «Повести временных лет», и Новгородской первой летописи, А. А. Шахматов назвал «Начальным», предполагая, что с него именно и началось русское летописание.
 
Шаг за шагом в различных исследованиях А.А. Шахматову удалось восстановить полностью его состав, установить время его составления (1093-1095 гг.) и показать, в какой политической обстановке он возник.
 
Начальный свод составился под свежим впечатлением страшного половецкого нашествия 1093 г. Описанием этого нашествия он заканчивался, размышлениями о причинах несчастий русского народа он начинался. Во вступлении к Начальному своду летописец писал, что бог казнит Русскую землю за «несытство» современных князей и дружинников. Им, алчным и своекорыстным, летописец противопоставляет древних князей и дружинников, которые не разоряли народ судебными поборами, сами содержали себя добычей в далеких походах, заботились о славе Русской земли и ее князей.
 
Назвав этот свод Начальным, А.А. Шахматов не предполагал, что вскоре это название окажется неточным. Дальнейшие исследования А. А. Шахматова показали, что и в составе Начального свода имеются различные наслоения и вставки. А.А. Шахматову удалось вскрыть в основе Начального свода два еще более древних свода.
 
Таким образом, история древнейшего русского летописания представляется А.А. Шахматову в следующем виде.
 
В 1037-1039 гг. была составлена первая русская летопись - Древнейший Киевский свод.
 
С начала 60-х гг. ХI в. игумен Киево-Печерского монастыря Никон продолжал ведение летописания и к 1073 г. составил второй летописный свод7.
 
В 1093-1095 гг. в том же Киево-Печерском монастыре был составлен третий летописный свод, условно называемый Начальным. Наконец, в начале ХII в., не сразу, а в несколько приемов, была составлена дошедшая до нас «Повесть временных лет».
 
А.А. Шахматов не останавливался на выяснении главнейших фактов истории начального русского летописания. Он стремился к восстановлению самого текста каждого из перечисленных выше сводов. В «Разысканиях о древнейших русских летописных сводах» (1908 г.) А.А. Шахматов дал восстановленный им текст древнейшего свода в редакции 1073 г.,- то есть текст свода Никона 1073 г., с выделением в нем при помощи особого шрифта тех частей, которые вошли в него из Древнейшего свода 1037-1039 гг. В более позднем своем труде «Повесть временных лет» (т. 1, 1916) А.А. Шахматов дал текст «Повести временных лет», в котором крупным шрифтом выделил те части ее, которые восходят к Начальному своду 1093-1095 гг.
 
Необходимо отметить, что в своей чрезвычайно смелой попытке наглядно представить всю историю русского летописания, восстановить давно утраченные тексты А.А. Шахматов сталкивался с целым рядом вопросов, для решения которых не могло быть подыскано достаточного материала.
 
Поэтому в этой последней части работы А.А. Шахматова - там, где он поневоле должен был, реконструируя текст, решать все вопросы - даже и те, на которые было почти невозможно ответить, - выводы его носили только предположительный характер.
 
Наряду с крупнейшими достоинствами исследования А.А. Шахматова обладают, однако, существенными недостатками. Эти недостатки - в первую очередь методологического характера. Для своего времени общее понимание А.А. Шахматовым истории русского летописания отличалось прогрессивными чертами. А.А. Шахматов впервые внес в тонкий, но формальный филологический анализ буржуазной филологии исторический подход. Он обратил внимание на политически острый и отнюдь не бесстрастный характер летописей, на их связь с феодальной борьбой своего времени.
 
Только на этих предпосылках А.А. Шахматов смог создать историю летописания. Однако исторический подход А.А. Шахматова был не всегда правилен. В частности, А.А. Шахматов не исследовал летопись как памятник литературы, не замечал в ней изменений чисто жанровых. Жанр летописи, способы ее ведения представлялись А.А. Шахматову неизменными, всегда одними и теми же8.
 
Следуя А.А. Шахматову, мы должны были бы предположить, что уже первая русская летопись соединила в себе все особенности русского летописания: манеру составлять новые записи по годам, особенности языка, широкое привлечение фольклорных данных для восстановления русской истории, самое понимание русской истории, ее основных вех. Мы должны были бы предположить также, что летопись стояла вне социальной борьбы своего времени.
 
Само собой разумеется, что такое начало летописания маловероятно. На самом деле, как мы увидим ниже, летопись, ее литературная форма и ее идейное содержание росли постепенно, меняясь под влиянием идей и направлений своего времени, отражая внутреннюю, социальную борьбу феодализирующегося государства.
 
В самом деле, вставки, переделки, дополнения, соединения разнородного идейно и стилистически материала характеризуют и Древнейший летописный свод даже в том его виде, в каком он восстанавливается А.А. Шахматовым.
 
Лаврентьевская летопись
 
Лаврентьевская летопись, пергаменная рукопись, содержащая копию летописного свода 1305, сделанную в 1377 группой переписчиков под руководством монаха Лаврентия по заданию суздальско-нижегородского князя Дмитрия Константиновича со списка начала 14 в3. Текст начинается с "Повести временных лет"и доводится до 1305. В рукописи отсутствуют известия за 898—922, 1263—1283, 1288—94. Свод 1305 представлял собой великокняжеский владимирский свод, составленный в период, когда великим князем владимирским был тверской князь Михаил Ярославич. В основе его лежал свод 1281, дополненный (с 1282) тверскими летописными известиями. Рукопись Лаврентия была написана в Благовещенском монастыре в Нижнем Новгороде или во Владимирском Рождественском монастыре. В 1792 её приобрёл А. И. Мусин-Пушкин и впоследствии преподнёс Александру I, который передал рукопись Публичной библиотеке (ныне им. М. Е. Салтыкова-Щедрина), где она и хранится. Полное издание осуществлено в 1846 ("Полное собрание русских летописей", т. 1)4.
 
С именем суздальско-нижегородского князя Дмитрия Константиновича связан летописный свод, составленный для него в 1377 г. по поручению епископа Дионисия мнихом Лаврентием и являющийся древнейшим из всех сохранившихся и бесспорно датируемых списков русской летописи.
 
Добытые исследованиями акад. А. А. Шахматова5 и М. Д. Приселкова6 бесспорные выводы сводятся к признанию переписанного Лаврентием памятника за тожественный с протографом Троицкой летописи великокняжеский Летописец 1305 г., между Лаврентьевским списком которого и тем, что Лаврентий списывал (т. е. этим самым сводом 1305 г.), никаких промежуточных этапов летописания не было. Следовательно, все то в списке Лаврентия, что по каким бы то ни было соображениям возвести к своду 1305 г. оказалось бы невозможно, надо без колебаний приписать ему самому. Работа мниха Лаврентия над его летописным источником отчетливо характеризуется анализом рассказа о татарском нашествии 1237 г.
 
Рассказ Лаврентьевской летописи под 1237—1239 гг., начинаясь с описания рязанских событий, касаясь Коломны и Москвы, живо и подробно рисует затем осаду и взятие Владимира, упоминая попутно о взятии Суздаля; ведет затем нас на Сить, где стали станом Юрий Всеволодович и Василько ростовский и куда приносят Юрию весть о гибели Владимира, которую он оплакивает; кратко говорится затем о победе татар и убиении Юрия; с подробностями ростовского происхождения изображается далее кончина Василька; говорится о погребении Юрия, и все заканчивается его похвалой.
 
Старшая версия рассказа об этих событиях читалась в Троицкой летописи, текст которой восстанавливается по Воскресенской. Эта старшая версия содержалась и в летописном источнике, который переделывал мних Лаврентий. Весь рассказ в целом, как он выглядел в Троицкой летописи, рисуется в следующем виде.
 
Более подробный, чем в Лаврентьевской летописи, пересказ рязанских событий и связанных с ними (а не с Юрием владимирским) событий в Коломне, сменялся, как в Лаврентьевской, описанием осады и взятия Владимира с мелкими, но существенными от нее отличиями; после общего с Лаврентьевской указания на исход 6745 г., рассказ непосредственно переходил к отсутствующему в Лаврентьевской летописи эпизоду с Дорожем, послом князя Юрия, отправленным разведать местонахождение татар, к выдержанной в тоне воинских повестей картине битвы на Сити, с кратким упоминанием об убиении Юрия, и с подробным изображением кончины Василька; церковный элемент ограничивался тремя молитвами Василька с привнесениями в них стиля причитаний; «похвала» Васильку перечисляла затем его мирские достоинства; «похвалы» Юрию не было; рассказ заканчивался перечнем князей, во главе с Ярославом, спасшихся от татар, «молитвами святыя богородица». Первоначальность этой восстановленной редакции рассказа о Батыевой рати в Троицкой летописи, а, следовательно, в Летописце 1305 г., сравнительно с близкой к ней, но более распространенной редакцией в Лаврентьевской, не подлежит сомнению. Все распространения, сокращения или замены в Лаврентьевской сравнительно с тем, что читалось о Батыевой рати в Летописце 1305 г., могли быть сделаны только тем, кто этот Летописец в 1377 г. собственноручно переписывал, т. е. мнихом Лаврентием. Его авторский вклад в рассказ о Батыевой рати теперь может быть, следовательно, легко обнаружен.
 
Свой труд над текстом протографа мних Лаврентий начал с пропуска той обличительной тирады о небратолюбии князей, которая читалась, несомненно, в Летописце 1305 г. и, восходя к рязанскому своду, направлена была против князя Юрия Всеволодовича.7
 
В Лаврентьевской летописи весь рязанский эпизод сокращен, но при этом так, что ни переговоры рязанцев с Юрием Всеволодовичем, ни его отказ им в помощи даже не упомянуты; нет и вызванной всем этим грозной тирады. Нет, кроме того, упоминания о татарских послах к Юрию во Владимир; отбросив его вместе со всем остальным во вступительном эпизоде о Рязани, Лаврентий учел, однако же, это упоминание ниже: им начинается та «похвала» Юрию, на которой заканчивается в Лаврентьевской летописи весь рассказ о Батыевой рати и которой не было в Троицкой и в Летописце 1305 г. Вот это-то собственное послесловие к рассказу в целом Лаврентий и начинает с опущенной в начале детали протографа. «Бяхуть бо преже прислали послы свое злии ти кровопийци, рекуще: мирися с нами; он же (Юрий) того не хотяше, яко же пророк глаголеть: брань славна лучше есть мира студна». Деталь о татарских послах из осудительного для Юрия Всеволодовича контекста (в протографе) перенесена, таким образом, Лаврентием в свой собственный контекст хвалебный. Понятным только для современников полемизмом проникнута поэтому вся «похвала» в целом. У русских летописцев издавна было в обычае полемизировать с тем, что выпускалось из протографа при переписке. Вспомним полемику киевского летописца о месте крещения Владимира. Так же точно и в данном случае «похвала» Юрию мниха Лаврентия полемизирует с пропущенной, при переписке протографа, гневной инвективой рязанца. Обвинению там князя Юрия в небратолюбии «похвала» с первых же слов противополагает нечто прямо обратное: «се бо чюдный князь Юрьи потщася божья заповеди хранити... поминая слово господне, еже рече: о семь познають вы вси человеци, яко мои ученици есте, аще любите друг друга». Что «похвала» Юрию вообще не некролог, написанный после его смерти тотчас, а литературный памятник с большой перспективой в прошлое, — видно сразу же из его литературных источников. Она вся как бы соткана из выборок в предшествующем тексте той же Лаврентьевской летописи. Основой послужила читающаяся там под 1125 г. «похвала» Владимиру Мономаху, расширенная выписками из статей об отце Юрия — князе Всеволоде и его дяде — Андрее Боголюбском.
 
Мозаичный подбор применимых к Юрию летописных данных о его предках: отце Всеволоде, дяде Андрее и прадеде Владимире Мономахе, в ответ при этом на опущенную в начале отрицательную его характеристику из переписывавшегося протографа, — литературный прием, во всяком случае, не современника. Задачу исторической реабилитации современник выполнил бы, конечно, иначе. Только у биографа из другой эпохи могло оказаться в распоряжении так мало подлинных фактов о реабилитируемом лице. Из всей «похвалы» ведь только вставку о строительной деятельности Юрия можно признать за конкретный признак данного исторического лица, да и то слова «грады многы постави» имеют в виду не столько факты, сколько далеко отстоящую от них, по времени возникновения, легенду.8 А все остальное — просто перенесенные на Юрия отвлеченные признаки чужих книжных характеристик. И замечательно, что прием этот у Лаврентия «похвалой» не ограничивается; он распространяется и на весь предшествующий рассказ о самом нашествии. Кое-что, впрочем, в него внесли из той же летописи еще до Лаврентия предыдущие редакторы этого рассказа.
 
Большую часть приурочений выборок из рассказов о половецких набегах к событиям 1237 г. есть все основания приписать самому Лаврентию; даже авторское послесловие, заканчивавшее когда-то собою повествование о набеге 1093 г. Начального Киевского свода («Се бо аз грешный и много и часто бога прогневаю и часто согрешаю по все дни»), целиком повторил и Лаврентий, с характерною лишь припиской: «Но ныне на предреченая взыдем». Весь дальнейший отрывок опять пропитан подобными предыдущим заимствованиями. В основу положена летописная статья 1015 г. о кончине Бориса и Глеба; но есть заимствование и из статьи 1206 г. На заимствованной основе строится, как видим, новый литературный образ: плач Глеба об отце и брате разрастается у Юрия в риторический плач о церкви, епископе и «о людях», жалеемых превыше себя и своей семьи. Самый плач заимствуется из рассказа о кончине жены Всеволода, матери Юрия.
 
Дальнейшая переработка протографа под пером Лаврентия выразилась в переносе на скупо представленного там Юрия черт и признаков главного (первоначально) действующего лица, ростовского Василька, а также Андрея Боголюбского и отца Василька, Константина (под 1175, 1206 и 1218 гг.). Лаврентий умышленно не передает, однако, слов протографа о погребении Василька: «Не бе же слышати пения в мнозе плаче»; их, как и дату, он приурочивает ниже к Юрию. А на место этих, отнятых у Василька слов, — перед светской его «похвалой» — Лаврентий опять помещает нечто, относящееся не к Васильку, а к Юрию: подробность о вложении в гроб головы Юрия, в протографе, вернее всего, не читавшуюся вовсе.
 
Итак, весь литературный труд мниха Лаврентия, в пределах статьи о Батыевой рати, сосредоточен на одном обра
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.