Здесь можно найти образцы любых учебных материалов, т.е. получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ и рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


курсовая работа Менеджмент в Китае и Корее

Информация:

Тип работы: курсовая работа. Добавлен: 26.10.2012. Сдан: 2011. Страниц: 18. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


       СОДЕРЖАНИЕ

       Введение………………………………………………………………….2

    1.Корейская   модель менеджмента………………………..……………4

    1.1 Общая  характеристика экономики Республики  корея….…………4

    1.2 Корейский  менеджмент……………………..……………………...11

    1.3 Корейская  модель менеджмента: влияние японской  упраленческой практики…………………………………………………..……………..12

    1.4 Конфуцианские  традиции в корейской деловой  культуре  ……..14

    1.5 Современная  корейская модель менеджмента………..………….18

    2. Китайская  модель менеджмента……………………………….….. 22

    2.1 Общая  характеристика экономики Китая…………..…………….22

    2.2 Модель  экономического развития в КНР……….………………..23

    2.3 Оценка  эффективности китайской модели  экономики …………28

    2.4 Особенности  китайской деловой культуры………………………30

    2.5 Семейное  предпринимательство и семейный  менеджмент……. 31

    2.6 Государственные предприятия и менеджмент   …………………36

    2.7 Профиль  китайского менеджера…………………………………..37

    2.8 Подготовка  менеджеров и специалистов в  области экономики и управления  ……………………………………………………………..38

    2.9 Роль зарубежной  китайской диаспоры………………………….. 41                            2.10 Тенденции в развитии китайской модели менеджмента………42                            

    Заключение…..…………………………………………………………44

    Список  использованной литературы…………………………………48

 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Введение
   Важнейшим фактором, определяющим развитие мировой экономики в наши дни, является глобализация мирового хозяйства. Ее основу составляет рост взаимозависимости национальных экономик и все более тесная их интеграция. Возникают глобальные системы инфраструктуры (транспортная сеть, Интернет и др.). Возрастает значение глобальных проблем современности, решение которых требует сотрудничества всех стран мира.    Существенное влияние на протекающие процессы оказывает научно-технический прогресс, в первую очередь, в области информационных технологий и телекоммуникаций. Процесс глобализации затрагивает не только уровень межгосударственных отношений, но и все уровни экономики. Значительное влияние он оказывает и на развитие компаний различных стран.   
С одной стороны происходит определенное сближение стран, усиливается сходство и стратегии развития организации, технологии производства, развитии инновационных процессов. В этом аспекте национальная принадлежность менеджеров не имеет решающего значения, поскольку он работает открыто и создает материальные ценности именно в той стране , где работает. Менеджеры должны уметь работать в различных условиях.
   С другой стороны, устойчиво сохраняются культурные ценности различных стран, а  следовательно, и присущие им отличия в системе управления. Менеджеры призваны учитывать в своей деятельности особенности национальной культуры той страны, в которой они работают.[5].
  Общей теории менеджмента, пригодной для всех времен и народов, не существует-есть только общие принципы управления, которые порождают японскую, американскую, французскую или немецкую системы менеджмента со своими неповторимыми особенностями, поскольку учитывают определенные национальные ценности, особенности национальной психологии, менталитете и т.д. [3]
    Возникновение международных корпораций, потребность в изучении успешное ведение бизнеса на разных континентах заставляет расширять границы менеджмента. Международный менеджмент является особым видом менеджмента, главными целями которого выступают формирование, развитие и использование конкурентных преимуществ фирмы за счет возможностей ведения бизнеса в различных странах и соответствующего использования экономических, социальных, культурных и иных особенностей этих стран и межстранового воздействия. Международный менеджмент изучает управленческие отношения в международных компаниях.
   Исследования национальных моделей  менеджмента позволяют избежать  повторения чужих ошибок. Потребность  в таких исследованиях испытывают  как российские предприятия и  организации, внедряющие мировой  управленческий опыт, так и зарубежные компании, открывающие свои филиалы в других странах, с другим менталитетом, культурой,   национальными традициями. [2].
Исследования, в которых влияние национальной культуры на управление бизнесом было предложено рассматривать на основе анализа измеряемых культурных переменных с применением математических и статистических методов, были проведены Г.Хофстеде.
В 1970-е годы Г.Хофстеде, в то время создатель и руководитель департамента исследований по вопросам персонала в IBM Europe выполнил грандиозный межкультурный проект. По составленной им анкете было протестировано более ста тысяч работников из различных подразделений IBM, размещенных в 72 странах мира. В результате в руках ученых оказался огромный массив данных, который Г.Хофстеде смог обработать и глубоко проанализировать после того, как ушел из IBM Europe и стал вести научно-педагогическую деятельность в школе бизнеса IMD ( Лозанна, Швейцария). Итогом анализа стала изданная в 1980 году знаменитая книга «Влияние культуры: международные различия в отношении к труду», в которой были обоснованы четыре параметра для измерения и сопоставления  национальных культур- дистанция власти, избежание неопределенности, соотношение мужественности и женственности, соотношение индивидуализма и коллективизма. Позднее был добавлен пятый параметр- кратко- и долгосрочная ориентация, или конфуцианский динамизм. [1]. 
   Целью работы является изучение корейской и китайской моделей менеджмента.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

1.Корейская модель менеджмента 

1.1.Общая характеристика экономики Республики Корея
  После окончания Второй мировой войны Южная Корея, как и другие государства Юго-Восточной Азии, представляла собой достаточно отсталую аграрную страну, в которой, кроме риса и ряда добываемых полезных ископаемых, практически ничего не производилось. К настоящему же времени Республика Корея превратилась в одно из самых быстроразвивающихся государств мира, которое одевает и обувает, снабжает бытовой электроникой и продуктами питания и США, и Японию, и Западную Европу. Уровень качества произведенной здесь продукции отвечает самым высоким стандартам, технологии отличаются своей прогрессивностью, повышается экологичность производств и товаров. Республика Корея уже всерьез теснит ведущие страны мира на мировых рынках. Корейской компании Daewoo дает заказы на производство конструкций для крыльев самолетов А340-600 и А320 европейский концерн Airbus Industry, американский концерн Boeing оснащает корейскими комплектующими свои новейшие лайнеры Will. Компания LG Electronics первой в мире получила международный сертификат экологической чистоты продукции от Британского института стандартов. Автозаводы Kia Motors, Daewoo, Hyundai работают no всему миру, в том числе в России и других странах бывшего Советского Союза. Корея превратилась в достаточно крупный финансовый центр мира и ведущего мирового экспортера капитала. Каким же образом удалось добиться таких успехов? Ответ на вопрос заключается в особенностях экономического развития Юго-Восточной Азии.
 Характеризуя модель развития Республики Корея, как, впрочем, и других стран данного региона, прежде всего стоит, пожалуй, отметить культурные особенности восточноазиатских стран. Именно благодаря своеобразной восточной культуре и менталитету им удалось достичь таких успехов в своем развитии. Общими чертами азиатских стран, в частности, являются:
    уважение и беспрекословное подчинение властям;
    высокий уровень образовательных стандартов (по оценкам международных организаций, интеллектуальный уровень молодежи выше всего в Сингапуре, Корее, Японии и Гонконге);
    большое усердие и трудолюбие;
    командный дух и чувство локтя ( так называемый сюивизм);
    тесные семейные узы (так называемое кумовство).
Большое значение для восточноазиатских стран имел опыт Японии, которой в кратчайшие сроки удалось добиться успехов в послевоенном экономическом развитии. Японское «экономическое чудо» и стало для стран ЮВА образцом развития, практически все государства региона пошли по японскому пути реформирования.
  В 1950-е гг. в странах региона было в наличии только отсталое сельское хозяйство, практически не существовало промышленности. Из ресурсов точно так же, как и у Японии, имелась лишь дешевая многочисленная рабочая сила. Реформа сельского хозяйства стала предпосылкой для индустриализации. Осуществлялись конфискация крупных землевладений, раздел земли, высвобождение рабочих рук.
 Базой индустриализации стало первоначально крайне отсталое текстильное производство. Страны региона экспортировали на мировой рынок дешевую некачественную продукцию (одежду, обувь и т. п.). За счет невысоких цен, привлекательного внешнего вида (упаковки), широкого ассортимента продукции им удалось найти свою нишу на мировом рынке. Экспортная выручка направлялась на модернизацию производства и, как в Японии, на развитие новых секторов экономики.
 Большую роль в экономическом развитии стран Юго-Восточной Азии сыграло государство. Экономическая стратегия правительства в послевоенный период мало чем отличалась от классического меркантилизма: стимулировался экспорт и достаточно жестко ограничивался импорт. Политика протекционизма, включающая таможенные и административные барьеры импорту, защищала национальных производителей от иностранных конкурентов. На внутреннем рынке действовала политика импортозамещения: местные потребители могли рассчитывать только на товары местного производства. Подобные ограничения способствовали ускорению индустриализации, защите национальных производителей, стимулировали экспортное производство.
 Одновременно в экономику стран Юго-Восточной Азии активно привлекался иностранный капитал. Осуществлялись инвестиции в новые производства, внедрялись передовые технологии. Притоку зарубежного капитала способствовала низкая стоимость рабочей силы и благоприятный инвестиционный климат (государство гарантировало зарубежным инвесторам сохранность и приумножение их капиталов). На базе привлечения иностранного капитала и технологий в регионе появилось конкурентоспособное производство.
 Очень важную роль на первом этапе развития сыграла политика импортозамещения:
    высокие таможенные пошлины защищали местных производителей от качественной продукции западных конкурентов;
    относительно недорогие товары местного производства быстро насытили внутренний рынок;
    иностранная валюта, полученная от экспорта, тратилась не на импорт товаров потребительского назначения — на нее закупались самое передовое оборудование и технологии, что поддерживало процесс индустриализации.
В ходе индустриализации стратегию экономического развития, приоритетные отрасли национального хозяйства, методы стимулирования экспорта и защиты местных производителей от иностранных конкурентов — все это определяло государство. Не случайно успехи развития стран Юго-Восточной Азии объясняются продуманностью действий их правительств, правильным выбором приоритетных отраслей экономики, быстрой реакцией на конъюнктуру мирового рынка. Даже несмотря на полномасштабное вмешательство государства в экономику, все ключевые решения принимались в зависимости от потребностей и состояния рынка, на основании рыночных законов. Гибкое сочетание политики протекционизма с ориентацией местных производителей на внешние рынки дало для стран региона великолепные результаты.
 Приоритеты промышленной политики государства постоянно менялись. Активная государственная поддержка и финансирование оказывались новым, прогрессивным, нарождающимся отраслям, пользовавшимся режимом временной монополии. Более нейтральная политика проводилась по отношению к достаточно развитым отраслям, которые получали от государства различные льготы и преференции для поддержания своего существования. Подобным образом государство само создавало и ликвидировало стимулы для экономического развития. Гибкость государственных мер содействовала развитию экономики, но одновременно такая политика приводила к сращиванию предпринимательской элиты с государственным аппаратом и образованию по сути дела олигархического, кланового капитализма. Уже в конце 1990-х гг. именно эта клановость не позволила государству вовремя отреагировать на первые симптомы валютно-финансового кризиса, поразившего регион в 1996-1998 гг.
  Важной чертой государственной политики были действия правительства в валютной сфере. Власти препятствовали повышению курса национальных валют, избегали его резких колебаний. Увеличение курса валют по мере наращивания экспорта и роста конкурентоспособности национальных товаров государство компенсировало субсидиями для экспортеров, что продолжало делать экспорт выгодным. Государство осуществляло контроль над притоком иностранного капитала: привлекались только долгосрочный капитал, прямые инвестиции. Отказ от такой политики в 1990-е гг. был одной из причин кризиса в регионе.
 Приоритетами промышленной политики государства в странах Юго-Восточной Азии, в том числе в Республике Корея, в разные периоды времени были следующие отрасли:
    1950-е гг.: текстильное и стекольное производство;
    1960-е гг.: производство цемента, минеральных удобрений, переработка нефти, сталелитейная промышленность, производство синтетических тканей;
    1970-е гг. (после мировых нефтяных и экономических кризисов): судостроение, производство инвестиционных товаров и предметов длительного пользования (оборудование, автомобили и т. п.);
    1980-е гг.: электротехническая промышленность, телекоммуникации, информатика;
    1990-е гг.: производство новых материалов и технологий, аэрокосмическая промышленность.
Важным элементом поддержки привилегированных отраслей и предприятий был их льготный доступ к кредитам под достаточно низкие проценты. Таким образом была решена проблема нехватки капитала для поддержания стабильно высоких темпов роста экономики. В свою очередь, это стимулировало создание огромных компаний-конгломератов, которые специализировались сразу в нескольких несмежных отраслях. Кроме того, все шире открывался доступ местных компаний к зарубежным кредитам под гарантии правительства, что создавало предпосылки для валютно-финансового кризиса 1990-х гг.
 По мере укрепления национальной промышленности в странах Юго-Восточной Азии роль государства в экономике начала снижаться. Государство уменьшило таможенные пошлины, отменило нетарифные ограничения во внешней торговле. Если для некоторых стран региона была характерна диктатура или так называемая жесткая мужская демократия, то в конце XX в. наступила пора демократизации всего общества. Прежние диктаторы сменились новыми демократически настроенными лидерами, вспыхнули скандалы о коррупции в государственном аппарате (по обвинению в коррупции за решеткой оказались даже первые демократически избранные президенты Республики Корея).
 Свою роль сыграла и тенденция к неоконсервативизму в развитых странах мира в 1980-е — начале 1990-х гг. Государство в странах Юго-Восточной Азии тоже отказалось от прямого вмешательства в экономику, все чаще начали применяться косвенные методы регулирования. Однако либерализация некоторых секторов экономики при отсутствии либерализации всей экономической системы была преждевременной. В частности, отход правительства от контроля за финансовыми рынками и банковской системой, использование методов монетаризма в кредитно-денежной сфере (фиксированный валютный курс и регулирование процентной ставки для увеличения притока иностранного капитала в экономику), рост спекуляций в сфере недвижимости и на финансовых рынках заложили мину замедленного действия под финансовую систему стран Юго-Восточной Азии, которая сработала во время валютно-финансового кризиса в регионе в конце 1990-х гг.
 Современной особенностью стран региона является то, что их прежняя модель развития, в основе которой лежала экспортная ориентация экономики, уже во многом себя изжила. Рост квалификации рабочей силы, увеличение уровня заработной платы делают товары, произведенные в самых продвинутых экономиках Юго-Восточной Азии, таких как Южная Корея, все менее и менее конкурентоспособными на мировых рынках. Перенакопление капитала заставило задуматься о продолжении роста, в основе которого лежат инвестиции. Крупные компании-конгломераты с широко диверсифицированной деятельностью (знаменитые южнокорейские чоболы) испытали в 1990-е гг. серьезные трудности, причем часть конгломератов была вынуждена прекратить свое существования в результате структурных изменений в сфере бизнеса. Открытость экономики обернулась проблемой расчета по внешним долгам с внешними кредиторами в условиях снижения экспортного потенциала. Поэтому странам Юго-Восточной Азии требуется продолжение перестройки национальной экономики на основе рыночных принципов хозяйствования. Кумовство и клановый капитализм обернулись коррупцией и неэффективностью принятия решений на государственном уровне. Пределы экстенсивного роста на базе вовлечения новых ресурсов уже пройдены.
 Выходом из сложившейся ситуации стала модернизация экономики и переход на новый уровень развития, в основе которого лежат новые технологии, наукоемкое и нематериальное производство. Потенциал у стран Юго-Восточной Азии в этом плане очень даже неплохой. Наукоемкость их производственной базы постоянно повышается, квалифицированных кадров вполне достаточно, по мере роста доходов населения сложился емкий внутренний рынок. Характерным примером достигнутых успехов может служить опыт Южной Кореи в освоении информационных технологий.
 В настоящее время Республика Корея строит свою национальную политику в области науки и техники на основе Программы тотальных инноваций. Национальная инновационная система должна стать важнейшим фактором роста экономики страны. Соответствующая политика правительства Кореи призвана сделать инновации мотором экономики XXI в., она осуществляется путем внедрения в государственную промышленную политику приоритетов развития науки и технологий. Разработчиком и координатором выполнения Программы тотальных инноваций является Совет по науке и технологиям при президенте страны. Основной приоритет получило развитие таких информационных отраслей национальной экономики, как: цифровое вещание, производство специальных дисплеев для цифровой передачи данных, производство интеллектуальных роботов, производство цифрового контента. Данные отрасли должны стать катализатором новой фазы роста корейской экономики. Как ожидается, благодаря их развитию экспорт Кореи увеличится на $180 млрд, а число вновь созданных рабочих мест в информационной экономике составит 1,5 млн. Кроме того, правительство Республики Корея активно проводит дерегулирование в ряде отраслей информационной экономики, которое способствует существенным успехам страны в некоторых наиболее важных областях информационных технологий.
 Так, особый интерес представляет опыт Республики Корея в создании высокоскоростного Интернета. Южная Корея, бесспорно, является мировым лидером в полномасштабном охвате населения высокой скоростью доступа к Интернету. Здесь около 75% домохозяйств могут пользоваться оптоволоконными каналами выхода в Интернет со скоростью доступа до 20 Мбит в секунду, в то время как в самой «продвинутой» информационной державе мира — США — лишь 18% домохозяйств используют высокоскоростной Интернет с параметрами передачи данных в секунду, не превышающими 3 Мбит.
 Успех Кореи объясняется открытостью рынка телекоммуникаций для конкуренции (политика либерализации рынка телекоммуникаций стала одной из приоритетных государственных программ в Республике Корея), что привело к резкому снижению ежемесячных абонентских платежей за пользование высокоскоростным Интернетом. Так, если в США скорость связи в 6 Мбит в секунду обходится абонентам SBC Communication Inc. в $199 в месяц, то в Южной Корее скорость доступа в Интернет 20 Мбит в секунду стоит менее $50 в месяц.
Обеспечение высокоскоростного доступа в Интернет является долгосрочной стратегией развития рынка телекоммуникаций, поскольку стимулирует передачу телевизионной картинки в онлайновом режиме без потерь качества изображения не только на экран персонального компьютера, но и на мобильные переносные устройства с выходом в Интернет, которые чрезвычайно популярны в Республике Корея. Антимонопольная политика правительства Кореи поощряет, таким образом, не только конкуренцию между телефонными операторами и провайдерами оптоволоконной связи, но и развитие технологий передачи видеокартинки в Интернете, что способствует конкурентным преимуществам южнокорейских производителей мобильных устройств с доступом в Интернет (LG Electronics, Samsung).
 Таким образом, не только Корея, но и другие страны региона Юго-Восточной Азии перешли к нишевой специализации на мировом рынке на основе высоких (в том числе информационных) технологий, а также начали достаточно активно работать на своем внутреннем рынке. Значительно возрос и сектор услуг, включая производство информационных технологий, туризм и финансы, что дает дополнительные шансы на долговременное развитие.
 Более подробно характеризуя экономику Республики Корея, нужно отметить, что по совокупной величине ВВП ($925 млрд по паритету покупательной способности в 2004 г.) это четырнадцатая экономика мира. Население страны в 2005 г. составило 48,4 млн человек (сопоставимо с населением Украины) и характеризуется своей этнической однородностью.
 С 1979 г. Корея проводит политику открытости экономики для зарубежных инвесторов, что привело к широкомасштабным американским, японским и европейским инвестициям в страну по линии ТНК. К концу 1980-х гг. собственные корейские компании-конгломераты уже всерьез начали конкурировать с западными ТНК. Страна, начав, как и Япония, с заимствования иностранных технологий не первой свежести, постепенно превратилась в довольно сильную в научно-техническом плане державу, производящую наукоемкую продукцию и запускающую спутники. Научно-технический потенциал страны находится под особым патронажем правительства.
 Несмотря на определенные успехи в развитии, экономика Кореи в настоящее время переживает серьезные проблемы. Предприятия-конгломераты, так называемые чоболы, чрезмерно диверсифицировали свою деятельность, что привело к распылению финансовых ресурсов, неконкурентоспособности в большом спектре избранных сегментов бизнеса. Эффект экономии на масштабах производства, которым пользовались чоболы, перестал действовать в результате появления большого числа национальных и зарубежных конкурентов и затоваривания на мировых рынках. Чоболы, теряя прежние прибыли, стали разваливаться, становиться банкротами. Заработная плата в наукоемкой корейской промышленности превысила европейский уровень, сделав невозможным конкуренцию на основе экономии на издержках на оплату труда. Стабильный курс вона отрицательно сказался на дальнейшем наращивании корейского экспорта.
 Дополнительный удар по Корее нанес валютно-финансовый кризис 1997 г., который привел к накоплению у предприятий значительных внешних долгов в результате девальвации вона. Растущий дефицит торгового и платежного баланса на время снизил конкурентоспособность корейского экспорта при одновременной необходимости импорта зарубежных технологий и инвестиционных товаров. Безработица, которой практически не существовало за весь период бурного развития Кореи, в 2004 г. составила 3,6% экономически активного населения. Темпы экономического роста в 2003 г. составили довольно скромные 2,8%.
 Каковы же причины современных трудностей корейской экономики? Дело в том, что предшествующая макроэкономическая политика стремилась любыми средствами форсировать экономический рост. Практически все было направлено на поддержание высоких темпов роста любой ценой. Экспортно ориентированная модель экономики не ставила перед собой задачу поиска внутренних резервов роста, задействуя исключительно внешние факторы. Очевидно, что подобная стратегия развития в настоящее время подлежит пересмотру. Корея, став в довольно короткие сроки страной с развитой экономикой, далее не может действовать по прежним канонам, она должна вывести свой экономический рост на новый уровень, используя интеллектуальный потенциал и внутренний спрос. Нуждается Корея и в структурных преобразованиях, в разукрупнении своих гигантских монополий и их специализации на конкретных сегментах рынка. МВФ, оказывая Корее финансовую помощь на ликвидацию последствий кризиса 1997 г., как раз и поставил перед правительством страны задачу структурной перестройки экономики и внедрения рыночных методов управления на смену прежнему государственному контролю за экономикой. Как представляется, в начале XXI в. многие поставленные перед страной задачи довольно успешно решаются, в том числе и благодаря довольно своеобразной корейской модели менеджмента. 
 

1.2. Корейский менеджмент
Корейский менеджмент нередко представляют как «уникальный» пример заимствования и копирования японской модели управления, причем не отдельных ее элементов, а практически всей системы управления. Это, в свою очередь, порождает вопрос об оригинальности, самостоятельности (самодостаточности) и вообще о существовании корейской модели менеджмента.
Вне зависимости от ответа на данный вопрос изучение ключевых аспектов менеджмента в Южной Корее (далее — Корея) представляет значительный интерес по ряду причин. Во-первых, Корея наглядно продемонстрировала пример чрезвычайно быстрого перехода от преимущественно аграрного общества к индустриальной экономике. Причем она стала мировым лидером в ряде важных секторов, включая как традиционные (выплавка стали, судостроение), так и новые отрасли (электроника). «Когда в середине 1950-х гг. Южную Корею посетили североамериканские экономические советники, — пишут А. С. и Н. А. Селищевы, — дела здесь обстояли хуже — некуда. Кругом нищета. Темпы ВВП не поспевали за рождаемостью человека. "И эти ленивые корейцы не желали работать, спали средь белого дня вдоль обочин дорог, и жирные мухи ползали по их лицам"! Американские советники вынесли вердикт: Южная Корея — безнадежный клиент. Но проходит всего несколько десятилетий — и что можно сказать про Южную Корею сегодня? Куда подевались все эти лодыри и лежебоки?» [1] 

 Во-вторых, впечатляющий рост экономики так называемого азиатского дракона (тигра) был обусловлен рядом факторов, в том числе государственным вмешательством в экономику, регулированием и взаимодействием (поддержкой) с крупнейшими корейскими корпорациями, чоболами (табл.1). Эти могущественные диверсифицированные корпорации стали известны во всем мире благодаря своим потребительским товарам и зарубежным предприятиям. Успехи корейской экономики основываются на ее управленческой культуре, отдельные формы которой имеют свои корни в культурных и институциональных традициях страны. Корейский менеджмент в настоящее время претерпевает определенные изменения в результате попыток реструктуризации корпораций. Несмотря на «вестернизацию» и «японизацию», имеются определенные ограничения для быстрых и глубоких изменений, корейский менеджмент остается достаточно уникальным явлением в международных сопоставлениях. 
 
 
 
 
 
 

Таблица 1.Общие факторы корейской модели экономического развития[1] 
 

Факторы
          Аспекты
ВВнешние ЭЭкономическая помощь США РРоль иностранных компаний (например, японских)
ВВыгоды экспортной ориентации на зарубежные рынки
ГГосударство ТТвердая «видимая рука» авторитарных политических режимов Тесные связи с бизнесом и банками Роль наставника, помощника
ББизнес ММодель чоболей Ссочетание патернализма и предпринимательства в отношениях между собственниками и менеджментом
РРесурсы ДДешевая рабочая сила Ввысокая квалификация работников
РРегулируемость трудовых отношений
Культура ККонфуцианские традиции Групповая гармония ННацеленность на рост и культивирование духа «ты можешь сделать это»
 
1.3. Корейская модель менеджмента: влияние японской управленческой практики
      В исследованиях по сравнительному менеджменту корейская модель в основном сопоставляется с японской моделью, реже — с американской и еще реже — с европейской или китайской моделями менеджмента. Знание корейского стиля менеджмента, его особенностей и отличий важно для зарубежных, в том числе российских, компаний, ищущих деловых партнеров в Азиатско-Тихоокеанском регионе для организации совместных предприятий и стратегических альянсов.
 Несколько десятилетий в первой половине XX в., до конца Второй мировой войны, Корея была японской колонией, что оказало огромное влияние на развитие современной корейской управленческой системы. Это влияние остается особенностью организационных структур в корейских фирмах вплоть до прямого копирования японских оргструктур.
 В своем экономическом развитии в 1970-1980-х гг. Корея рассматривала Японию как доминантную модель. Как и японское, корейское правительство проводило активную политику регулирования частного сектора, оказывая влияние на процентные ставки и валютные курсы, и поддержку инвестиционных проектов предприятий. Рост экспорта был национальной экономической стратегией Кореи до конца 1980-х гг. Правительство в целях стимулирования экспорта гарантировало значительные поощрения в виде низких процентных ставок по долгосрочным кредитам, экспортных субсидий и прямой поддержки при вступлении в некоторые привлекательные отрасли. Благодаря такой поддержке избранные компании стали развиваться гораздо быстрее других и осуществлять масштабную диверсификацию. Образовавшиеся в результате чоболы были похожи на довоенные японские дзайбацу. Прямое и косвенное влияние Японии, а также традиции конфуцианства и буддизма дают основание говорить о сходстве японского и корейского менеджмента.
Я. Ли ( Yangho Lee) и соавторы рассмотрели две гипотезы: [1]
    по мере роста размеров фирм корейская система менеджмента будет сближаться с японской системой и постепенно стили менеджмента крупных корейских компаний будут становиться все больше такими же, как в японских фирмах;
    то же самое будет происходить по мере роста интернационализации (масштабов международной деятельности, измеряемых долей экспорта в общем объеме продаж) корейских компаний. Обе гипотезы были подтверждены в исследовании, т. е. и рост и интернационализация компаний являются движущими силами конвергенции стилей менеджмента между корейскими и японскими фирмами, причем скорее на региональном, нежели на глобальном уровне.
 Вместе с тем одну модель от другой отличают ряд особенностей, среди которых наиболее заметными являются следующие:
    практика пожизненного найма является более гибкой в корейских фирмах, в которых увольнения работников более привычны, а работники могут менять место работы более свободно по сравнению с японскими фирмами;
    топ-менеджмент в корейских фирмах склонен к авторитаризму и единоличному принятию важных решений;
    большинство крупных корейских фирм, входящих в состав чоболов, управляется членами семей их основателей.
В ряде исследований обнаружено, что по сравнению с японцами корейцы более индивидуалистичны, ибо «Я» у них сосуществует с «Мы». Кроме того, кровное родство является серьезным основанием для занятия должностей. Такие различия могут свидетельствовать о том, что из-за индивидуалистической и иерархической особенностей культуры в корейском менеджменте не может быть достигнута та степень «группизма», которая свойственна японской модели. Этот вывод, однако, расходится с оценками соотношения индивидуализма и коллективизма, полученными в исследованиях Хофстеде: 18 (Корея) и 46 (Япония). В соответствии с Хофстеде получается, что для корейской культуры характерен больше как раз коллективизм, ассоциирующийся с семейственностью и клановостью. [1]
К другим особенностям корейской деловой культуры относятся:
    высокая дистанция власти и авторитаризм (значение индекса Хофстеде — 60);
    высокий уровень избегания неопределенности (85).
 Кроме того, исследователи отмечают относительно высокую контекстуальность культуры, так как считается, что корейцы предпочитают получать информацию, полагаясь больше на личные или семейные связи либо на доступные неформальные источники.
    1.4. Конфуцианские традиции в корейской деловой культуре
     Конфуцианство было официальной религией в Корее на протяжении более 500 лет, начиная с 1392 г., времен правления династии Йи (Кг), и заканчивая 1910 г., когда страна была аннексирована Японией.
 В XX в. весьма заметным становится влияние христианства. В настоящее время Корея является единственной страной в Юго-Восточной Азии (за исключением Филиппин), где доля населения, исповедующего христианские религии, является весьма значительной (свыше 20%). Распространение христианства в Корее началось в конце XVIII в. Значительную роль в процессах модернизации и вестернизации, которые развертывались в Корее на рубеже XIX-XX вв., сыграли именно корейские христиане, прежде всего протестанты. В 1920-1930-е гг. христианство в Корее окончательно стало восприниматься как национальная религия. Причем его дальнейшему распространению фактически способствовали японцы, для которых в период оккупации оно было менее опасной формой протеста со стороны корейцев. После корейской войны, когда основным союзником Южной Кореи становятся США, позиции и роль христианства становятся еще более заметными. О его влиянии в послевоенный период можно было судить не только по созданным по западному образцу учреждениям образования и здравоохранения, демократическим процессам в сфере политики, но и по распространению приемов и методов западной деловой практики. Тем не менее корейцы, которые исповедуют христианство, в душе остаются конфуцианцами. Многие характерные черты конфуцианского мировосприятия сохранились в корейском обществе и проявляются в национальной деловой культуре и управленческой практике.
 Иерархичность. Особенностью корейской деловой культуры является иерархичность, основанная на традиционной конфуцианской системе межличностных отношений. Эти отношения построены по вертикальному принципу и разделяются на пять типов: государь — подданный (начальник — подчиненный), отец — сын, муж — жена, старший брат — младший брат, друзья. В строго иерархизиро-ванной пирамиде, с которой отождествляются общество и государство, невозможен абсолютно равный статус двух общающихся, за исключением, возможно, отношений между друзьями.
 Обычно при знакомстве друг с другом корейцы стараются узнать о том, на какой иерархической ступеньке находится собеседник. Определяющими критериями помимо возраста и пола являются уровень образования, род занятий, служебное положение. Вежливые вопросы-ответы помогают впервые встретившимся людям определить статус друг друга в общественной иерархии и соответственно построить стратегию общения.
 Иерархичность во многом способствовала корейскому «экономическому чуду», ибо дисциплинированность рабочей силы, готовность корейских работников без ропота сносить лишения и без пререканий исполнять приказы руководителей стали одним из факторов, который обеспечил политическую стабильность в стране и высокую производственную дисциплину. К позитивным сторонам иерархичности можно отнести также упорядоченность системы и четко работающий административный механизм, так как иерархия предполагает ясное разграничение сфер ответственности.5 С другой стороны, излишняя иерархизированность становится в последнее время серьезной проблемой, ибо она во многом сковывает инициативу и творческое мышление, сдерживает карьерный рост. Если в западном обществе умный и способный менеджер может сделать карьеру достаточно быстро, обгоняя лиц старшего возраста, но менее компетентных, то в корейском обществе это практически невозможно.
 Ритуализация как приверженность традициям и ориентация на внешние формы. Иерархичность имеет внешнее проявление в специфических формах речи, жестах, поведении (глубокие поклоны, особая манера приветствия, специальный самоуничижительный стиль в разговоре). В корейском обществе чрезвычайно велика сила традиций, ритуалов и норм поведения, что оборачивается в деловой культуре формализмом, чрезмерным вниманием к внешним формам. Строжайшее соблюдение всех формальностей при исполнении решения или оформлении процедуры нередко оказывается более важным, чем достигаемый ими эффект. В корейской системе аудита, например, большее внимание обращается на правильность оформления документов, чем на отрицательный результат деятельности, ответственность за который может быть ниже, чем за несоблюдение ритуала.
 Действия, выходящие за рамки традиционных правил, с точки зрения корейских менеджеров, могут привести к «потере лица». Связанные с этим опасения делают менее вероятным принятие решений на основе собственного мнения, которое может показаться отличным от мнения общества или коллектива.
 Соотношение общественного престижа и материальных ценностей, моральных и материальных стимулов. Несмотря на влияние западной культуры предпринимательского типа и немалые масштабы коррупции, по-прежнему сильны конфуцианские традиции, в соответствии с которыми общественный престиж, почет и уважение не менее важны, чем материальное благосостояние. Среди предпочитаемых форм стимулирования и поощрения значительную роль играют знаки внимания, почетные сувениры, грамоты, благодарности и т. п. Стремление к получению богатства любой ценой воспринимается с пренебрежением, а престижная работа далеко не всегда является высокооплачиваемой. Так, многие корейские профессора стремятся перейти из менее престижных частных в более престижные государственные университеты, хотя заработная плата там на 25-35% ниже.
Трудовая этика и трудолюбие. К конфуцианскому наследию можно отнести трудовую этику корейцев. Конфуцианство всегда высоко ценило напряженный систематический труд, самодисциплину и способность к работе в коллективе. Трудолюбие корейцев, часто рассматриваемое как черта национального характера, сделало возможным «экономическое чудо» в стране, разоренной войнами, коррупцией, политической нестабильностью. Хотя, как отмечалось ранее, оценки иностранных наблюдателей в предшествующий период были прямо противоположными («...ленивые корейцы не желали работать, спали средь белого дня вдоль обочин дорог...»). [1] За пределами Кореи (например, в США, России, Казахстане, Узбекистане) представители корейской диаспоры выделяются своим трудолюбием.
 Корейская фирма и наемный работник. Представления корейцев о государстве как своего рода большой патриархальной семье не только сохранились, но и оказались также перенесены и на фирму, на отношения в ней. В большинстве крупных компаний даже ведется целенаправленная пропагандистская работа, направленная на то, чтобы сформировать у работников дух единства. Эта «семейная» атмосфера играет двоякую роль. С одной стороны, власть руководства компании является беспрекословной, сотрудники должны мгновенно выполнять любые приказы, ни при каких обстоятельствах не высказывать недовольства, с готовностью оставаться на сверхурочные работы и воздерживаться от непосредственного обсуждения перспективы повышения заработка. С другой стороны, компания, особенно крупная, берет на себя ряд функций по социальной защите работника, предоставляет ему различные льготы, что очень важно в стране с почти полностью отсутствующей системой государственного страхования, и, наконец, гарантирует ему пожизненную занятость: пока существует фирма, ее сотрудник может быть переведен с места на место, из подразделения в подразделение, но уволить его могут лишь в исключительных случаях (относится это, правда, только к квалифицированным работникам — мужчинам).
 Что касается мобильности работников, то сами служащие и работники нередко меняют место работы. Поскольку понятие лояльности в Корее основано на межличностных отношениях, то лояльность служащих часто имеет место по отношению к конкретному руководителю. Когда менеджер переходит в другую компанию, он может переманивать туда своих сотрудников по прежнему месту работы.
 Деловая карьера. В соответствии с традиционными представлениями организовано в корейских фирмах и продвижение по службе. До недавнего времени определяющую роль при продвижении играл стаж работы. Сейчас это правило все чаще нарушается, но в целом стаж остается одним из важнейших факторов, который определяет назначения и перемещения. Любой работник знает, что он получит повышение и когда это приблизительно произойдет, так что поводов к подсиживанию и взаимным интригам в коллективе остается совсем немного. Все это позволяет достичь стабильности и гармонии во внутриорганизационных отношениях. Правда, платой за это является негибкость, неповоротливость корейского менеджмента, присущее ему боязливое отношение к нестандартным решениям.
Как и японские, корейские фирмы предпринимают значительные усилия по совершенствованию своего персонала на всех уровнях. Однако в отличие от японской системы ротации кадров они уделяют внимание больше формированию положительных отношений, нежели получению новых профессиональных знаний и навыков. Считается, что лояльность, преданность и дух товарищества более важны для фирмы и ее корпоративной культуры. Цель компании состоит в том, чтобы воспитать «всестороннего человека», или «всесторонне развитую личность». Такой человек обладает общими навыками и способностями, но он — не специалист. Его приверженность к компании и ее сотрудникам не подвергается сомнению, и прежде всего он вписывается в группу. Обучение же позволяет наряду с другими методами привить такое отношение служащим во всей корпорации.
 Стремление к бесконфликтности, гармонии. Характерной чертой корейского менталитета, которая объединяет его с японским и китайским, является стремление к бесконфликтности, гармонии. Несмотря на распространенность в корейском обществе соперничества и столкновении разнообразных группировок, внутри семьи и фирмы открытого конфликта стремятся избегать всеми силами. В большинстве случаев, например, неприязнь, существующая на работе между двумя сотрудниками, не найдет выхода в открытой ссоре, а будет скрываться и подавляться. В том же случае, если разногласия приводят к открытому столкновению, окружающие склонны считать виновным не столько того, кто виновен по сути дела, сколько того, кто придал конфликту открытую форму, вынес, так сказать, сор из избы. По этой же причине в служебных и семейных отношениях корейцев прямые «выяснения отношений» встречаются крайне редко.
 Роль государства. Для дальневосточной культуры всегда был характерен этатизм, особая роль государства, которое воспринималось не как нечто чуждое, враждебное и механистическое (подход, в той или иной степени свойственный европейскому или ближневосточному сознанию), но, наоборот, как органичная сила, как естественный защитник человека. Вмешательство государства в самые разные стороны жизни считалось благом, тем более что исторический опыт однозначно говорил человеку, выросшему в условиях дальневосточной цивилизации: слабое государство — это кризис оросительных систем, это голод, это жестокие внутренние смуты и еще более жестокие вторжения кочевников.
 Этот подход, хотя и несколько поколебленный распространением западных ценностей, в целом сохранился и до наших дней. Уважительное отношение к власти, законопослушность остаются и поныне заметными чертами корейского национального характера. В период правления военных диктаторов (1948-1987) корейское государство было авторитарным и в его распоряжении находился немалый полицейский аппарат. И в нынешней Южной Корее существует развитая система органов принуждения. Достаточными являются незначительные усилия от властей для того, чтобы обеспечить выполнение официальных распоряжений. В бизнесе рекомендации правительственных органов воспринимаются как категорические приказы.
1.5. Современная корейская модель менеджмента
Конфуцианство является основным источником, определяющим характерные черты корейской системы менеджмента (рис. 1.). [1]
                   Конфуцианские               Характеристики
ценности менеджмента
Лояльность к правителю                    Принятие решений сверху вниз 

Сыновнее почитание родителей            Патернализм
Уважительное отношение к старшим               Принцип старшинства
Преданность друзьям                           Личные заимоотношения,
                                                   доверие, групповая гармония 

Рис. 1. Характеристики корейского менеджмента, связанные с конфуцианскими ценностями[1] 

 Собственность и менеджмент. В крупных корейских компаниях, многие из которых остаются, по сути, семейными фирмами, собственность не отделена от менеджмента. Во главе фирм находятся либо их основатели, либо, чаще, сыновья — наследники основателей. Действующий руководитель обычно заранее решает, кому из сыновей или иных близких родственников предстоит стать его преемником. Члены семей собственников занимают высшие управленческие должности. Во главе многочисленных дочерних фирм также находятся братья, племянники, сыновья и внуки основателя, имя и деяния которого в большинстве чоболов окружены почти религиозным культом. Корейцы очень высоко ценят кровно-родственные отношения, на основе которых формируются настоящие кланы. Клановость обеспечивает безопасность членам семьи.
 Сложная система перекрестного владения акциями дочерних компаний означает, что чобол фактически принадлежит сам себе, а все стратегические решения принимаются в правящем клане. Влияние «простых» акционеров, не являющихся членами семьи, ничтожно, да и «посторонние» менеджеры, как правило, не могут занимать высших постов.
 Профессионализация менеджмента. В последние годы под давлением правительства предпринимаются активные попытки отделить управление от владения, добиться того, чтобы в руководстве концернов было больше профессиональных менеджеров, напрямую не связанных с кланами основателей.
 Профессиональные менеджеры и руководители, многие из которых учились или стажировались в США, становятся влиятельной силой. Важную роль в формировании менеджерского корпуса играют личные связи, устанавливаемые по месту рождения и учебы. Распространенной практикой является привлечение руководителями компаний на управленческие должности своих школьных или университетских друзей, а также друзей детства. В некоторых компаниях среди топ-менеджмента доминируют выпускники какого-либо престижного университета (Сеульского национального или Йонсей, например).
Таблица2. Организационные факторы корейской модели менеджмента [1] 
 

 Власть и лидерство на основе патернализма. Конфуцианские традиции поддерживают регламентацию и авторитаризм в организации. Поэтому в корейских фирмах власть концентрируется на высшем уровне управленческой иерархии, которая начинается с председателя правления, президента и т. д. вплоть до диспетчеров и «синих воротничков». Иерархия четко поддерживается функциональным контролем со стороны штабных подразделений (планирование, финансы, персонал). Генеральный директор или основатель обычно несет личную ответственность за все дела в фирме. Отношения между руководителями и подчиненными в чоболах отличаются высокой степенью патернализма. Считается, что руководитель или управляющий лично отвечает за результаты деятельности своих подчиненных, а те, в свою очередь, отвечают соответствующим уважением и покорностью. При этом руководитель или менеджер будет активно интересоваться личной и семейной жизнью своих подчиненных, принимать участие в похоронах или днях рождения, делать подарки по разным поводам и т. д.
 Стиль менеджмента и принятия решений. Многими исследователями выделяются такие черты корейского стиля менеджмента, как иерархичность, авторитаризм, централизованность. Это верно, в частности, по отношению к чоболам, где их основатели-предприниматели склонны принимать лично все основные управленческие решения. Авторитарная природа процесса принятия решений в Корее позволяет фирмам действовать быстро и решительно, они не скованы необходимостью согласования решений с подразделениями и службами по всей вертикали иерархии. Однако такой стиль не находит адекватного понимания и восприятия со стороны всех сотрудников, а решения принимаются (могут приниматься) без достаточного объема знаний и информации.
 Принятие решения, особенно если речь идет о вопросах управления финансами, централизовано и строго контролируется топ-менеджерами, которые принимают решения в одностороннем порядке или в малых группах после консультации с различными вовлеченными сторонами. В целом предпочтение отдается быстрым действиям в ущерб детальному планированию по принципу «сначала сделать, а потом исправить». Выдвижение предложений для их последующего обсуждения, пумми (pummi), выглядит как аналог японской системы принятия решений ринги. Однако пумми служит главным образом для обеспечения документации при разработке всех проектов компании и новых предприятий, а также для распространения ответственности за выполнение принятых решений. После того как решение принято, ответственность за его выполнение становится децентрализованной.
  Семейные традиции проявляются в лидерстве и принятии решений. Руководители корейских компаний, особенно их основатели, стремятся использовать в управлении принципы семьи или клана. В традиционной корейской семье отец является непререкаемым и уважаемым главой. Он обладает практически неограниченной властью и при этом несет ответственность за благосостояние семьи, воспитание детей и обеспечение их будущего. Сохранение семейной традиции в деловом лидерстве в корейских компаниях выражается в авторитарном стиле управления.
М. Чен (Min Chen) отмечает, что «принятие решений по принципу сверху вниз является типичным ... около 80% полномочий сосредоточено на высшем уровне управления и очень ограниченный объем — на среднем и низшем уровнях, ...однако, авторитарный стиль не является деспотическим»." Лидерство в корейских компаниях отражает такую ценность корейской культуры, как инва (inwha), которая означает гармонию и подобна японскому ва (та). Инва подчеркивает гармонию между неравными по должности, власти и престижу (классическое конфуцианское понятие). Корейские менеджеры поддерживают межличностные отношения со своими подчиненными и стараются держать в памяти их чаяния и нужды. [1] 

 Коммуникация. Формальная коммуникация достигается в основном по вертикали иерархии. В процессе вертикальной коммуникации руководители дают указания, а подчиненные принимают их. Причем эти указания имеют часто общий характер, без детализации и спецификации. Подчиненные, как предполагается, должны самостоятельно определить способ их применения и выполнения. Однако они могут остерегаться обращений к руководителям, когда директивы кажутся малопонятными или неоднозначными. Причина такого поведения может состоять в боязни вызвать недовольство со стороны начальника или потерять лицо.
 Корейская культура представляет собой наглядный пример высококонтекстуальной культуры, в которой невербальные, пространственные и тактильные знаки играют важную роль в коммуникации.
М. Чен отмечает, что склонность руководителей и менеджеров оперировать в процессе коммуникации общими указаниями в сочетании с высокой дистанцией власти представляет основной источник недоразумений в корейских компаниях. [1]
  Поэтому для подчиненных чрезвычайно важно уметь распознать и расшифровать намерения руководителя из его общих указаний. Близкие личные отношения с руководителями помогают подчиненным преодолевать иерархические барьеры коммуникации. Кровное родство, а также земляческие и университетские связи могут улучшить взаимное понимание и доверие, способствуя, таким образом, более эффективной коммуникация. Те, кто добиваются лучшей коммуникации, образуют в результате неофициальную управленческую клику в компании.
 Корейцы проявляют сдержанность в открытой коммуникации на формальных встречах и испытывают затруднения в высказывании собственных взглядов, особенно если они противоречат суждениям других. Культурные традиции корейцев не поощряют открытость в общении, за исключением близких личных отношений. Однако они оказываются хорошими собеседниками в неформальных ситуациях, особенно в непосредственном общении один на один с руководителем. Так что есть много возможностей для неформальной коммуникации между подчиненными и руководителями. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

2. Китайский менеджмент
2.1. Общая характеристика экономики Китая
   Территория Китайской Народной Республики (КНР) составляет 9,6 млн км2, а население — около 1,3 млрд человек (2007 г.). ВВП КНР в 2006 г. по паритету покупательной способности составил около $10 трлн, и по этому показателю Китай занял второе место в мировой экономике вслед за США. Показатель ВВП на душу населения (около $7,7 тыс. в 2006 г.), впрочем, не слишком высок, хотя Китай делает определенные успехи в данном направлении, с каждым годом сокращая свое отставание в относительных показателях от ведущих стран мира. В частности, существенным успехом Китая можно считать то, что за последние два года КНР удалось сократить число бедных в стране на 200 млн человек.
 Называя страну Китай, следует помнить, что фактически Большой Китай состоит из трех частей. Во-первых, это КНР, которую мы кратко охарактеризовали. Затем это Гонконг, ставший частью КНР с лета 1997 г., но сохраняющий в течение 50 лет с момента объединения с КНР автономный статус и собственное законодательство. И наконец, это Тайвань, суверенитет которого Пекин не признает, а долгосрочная политика КНР направлена на возвращение в состав коммунистического Китая мятежного Тайваня. В рамках данной главы, говоря о Китае, мы будем иметь в виду именно КНР.
 КНР — одна из великих мировых держав. Страна входит в ядерный клуб, запускает космические аппараты (в том числе пилотируемые), является постоянным членом Совета Безопасности ООН. Китай обеспечен огромными ресурсами. По численности населения страна не имеет себе равных, поскольку каждый пятый житель Земли — китаец. Существенны также земельные ресурсы и запасы полезных ископаемых. Китай является крупнейшим в мире производителем зерна, мяса, овощей и фруктов, олова, угля, хлопка. Кроме того, КНР входит в пятерку крупнейших мировых производителей свинца, цинка, алюминия, никеля и древесины. Древняя китайская цивилизация обладает богатейшим культурным наследием.
  Китай еще в древние времена был ведущей державой мира по степени развития науки и техники. История изобретений, сделанных китайцами, в частности, включает такие немаловажные вплоть до настоящего времени изобретения, как:
    компас (I в. до н. э.);
    бумага (I в. н. э.);
    процесс производства железа (IV в.);
    бумажные деньги (X в.);
ракеты (XI-XII вв.) и т. д.
 Китайские технологии переменили мир еще в 600-1500-е гг., когда Китай представлял самую передовую в техническом плане страну мира. И до сих пор Китай сохраняет значительный потенциал производства технологий мирового класса, обладая передовыми учеными и крупными исследовательскими центрами. Признанием научно-технического потенциала КНР служит тот факт, что в ноябре 1998 г. в Пекине был создан исследовательский центр компании Microsoft, единственный за пределами США. По признанию руководителей компании, лучшего места в мире было просто не найти. Кроме того, Китай является одной из трех стран мира (наряду с США и Россией), запускающих пилотируемые космические корабли.
 Экономическая система КНР своеобразна тем, что представляет собой рыночные отношения под контролем коммунистической партии. Такую систему Китай начал вводить с 1978 г. Несмотря на коммунистическую идеологию, Китай является одним из мировых лидеров по темпам экономического роста, а в 2010 г. он должен, по замыслу коммунистической партии Китая (КПК), догнать США по совокупному объему ВВП. Тем не менее называть Китай сверхдержавой пока преждевременно. КНР испытывает серьезные трудности в своем развитии, которые в первую очередь связаны с нехваткой собственных технических и финансовых возможностей для модернизации национальной экономики.
2.2.Модель экономического развития КНР
Характерными чертами модели экономического развития КНР вплоть до конца 1990-х гг. являлись две особенности:
    Высокие темпы развития.
    Преимущественно экстенсивный характер экономического роста.
Высокие темпы развития. Китай — крупнейшая в мире аграрно- индустриальная держава, поэтому главной стратегической целью КНР стал выход на первые позиции в мире по уровню промышленного производства. Для ликвидации отсталости, для повышения уровня ВВП, как совокупного, так и в расчете на душу населения, Китаю необходимо поддерживать достаточно высокие темпы своего развития. Не случайно средние темпы роста экономики КНР в 1990-е гг. достигли почти 10%, а в начале XXI в. Китай оказался одной из немногих стран мира, способной поддерживать рост ВВП на уровне 9% в год (в 2004 г. темпы роста ВВП составили 9,1%).[1]
«Мотором» экономического роста КНР служат внутреннее потребление и внутренний спрос колоссального и быстро увеличивающегося населения страны. Основными источниками роста являются:
    трудовые ресурсы;
    природные ресурсы;
    формирование устойчивого накопительного инвестиционного механизма, в основе которого лежат высокие нормы накопления и инвестирования (в структуре ВВП страны инвестиции составляют около трети, что более чем вдвое превышает аналогичный показатель США).
Высокие темпы роста КНР наблюдаются наряду с преобразованиями всей экономической системы, для которой характерны такие изменения, как:
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.