На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


реферат Гениальные люди

Информация:

Тип работы: реферат. Добавлен: 29.10.2012. Сдан: 2011. Страниц: 7. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
   РЕФЕРАТ 

   ПО  ДИСЦИПЛИНЕ “ПСИХОЛОГИЯ ” 

   ТЕМА: Гениальные люди. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Содержание
1. Введение…………………………………………………………………………………………………………...стр.2
2. Сходство  гениальных  людей  с   помешанными   в  физиологическом
отношении……………………………………………………………………………………………………………стр.2
3. Гениальные  люди, страдавшие умопомешательством: Гаррингтон, Болиан,
Кодацци,  Ампер,  Кент,  Шуман, Тассо, Кардано, Свифт, Ньютон, Руссо, Ленау, 
Шопенгауэр  и другие…………………………………………………………………………………………...…...стр.6
4. Специальные  особенности гениальных людей,  страдавших  в то же время  и помешательством…………………………………………………………………………………………………...стр.10
5. Аномалии  черепа у великих людей……………………………………………….……….…………………....стр.13
6.  Исключительные особенности гениальных людей.  Заключение…………….…………………………...…стр.14
7. Список  литературы……………………………………………………………………………………………….стр.15
    

О, гениальность! ты богов  подарок, ты свет небесный!
В каком жестоком мире твой рок гореть!
Сколь часто дух твой истязает недуг телесный
И пламя жизни заставляет тлеть.
Твои  измотанные нервы  сколь часто не дают тебе
Победу  одержать над болью  в самоотверженной  борьбе
Увы! нужда печальный  гость...
Д.Краббе  

1.Введение
Среди многих не решенных до сих пор проблем  тайны разума существует столь важная, как проблема гениальности. Откуда она, и что это такое, каковы причины ее исключительной редкости? Действительно ли это подарок богов? И если это так, то почему такие подарки даются одному, тогда как тупость удел другого? Рассматривать появление гениальных людей среди мужчин и женщин как чисто случайное, как результат слепого случая, или в зависимости только от физических причин способен лишь материалист.
Еще  Аристотель, этот великий  родоначальник  и учитель всех философов, заметил,  что  под влиянием  приливов  крови к  голове  "многие  индивидуумы делаются  поэтами, пророками  или прорицателями и что Марк Сиракузский писал довольно хорошие стихи, пока был маньяком, но, выздоровев, совершено утратил эту способность".
  Платон утверждает, что  "бред  совсем  не  есть  болезнь, а,  напротив, величайшее  из  благ, даруемых нам богами; под влиянием  бреда дельфийские и додонские прорицательницы оказали тысячи услуг гражданам Греции, тогда как в обыкновенном состоянии они приносили мало пользы  или же  совсем оказывались бесполезными".
Демокрит  даже  прямо  говорил, что не считает  истинным поэтом человека, находящегося в здравом уме. 

2. Сходство  гениальных  людей  с   помешанными   в физиологическом
отношении
Многие  из великих мыслителей подвержены, подобно помешанным, судорожным сокращениям  мускулов и отличаются резкими, так называемыми  "хореическими", телодвижениями. Так, о Ленау и Монтескье рассказывают, что на полу у столов, где   они  занимались,  можно   было  заметить   углубления  от  постоянного подергивания  их ног. Наполеон  страдал постоянным подергиванием правого плеча и  губ, а во время припадков гнева -- также и икр. Ампер не мог иначе говорить, как ходя и шевеля всеми членами. Седина и облысение, худоба тела,  а также  плохая   мускульная   и  половая   деятельность,   свойственные  всем помешанным, очень часто  встречаются и у великих  мыслителей. Д'Аламбер и Наполеон были в  молодости очень худы. Бледность  всегда  считалась принадлежностью и даже, украшением великих людей. Кроме того,  мыслителям наравне с помешанными свойственны: постоянное переполнение  мозга кровью (гиперемия),  сильный  жар в  голове и охлаждение конечностей, склонность к острым болезням мозга  и слабая чувствительность к голоду и холоду. О гениальных людях, точно  так  же, как и о сумасшедших, можно сказать, что они всю жизнь остаются одинокими, холодными, равнодушными к обязанностям семьянина  и   члена  общества.  Микеланджело  постоянно  твердил,  что  его искусство заменяет ему жену.
       Нередки  случаи, когда вследствие  тех же  причин, которые так часто вызывают сумасшествие, т.е. вследствие болезней  и повреждений головы, самые обыкновенные  люди  превращаются  в   гениальных.  Вико  в детстве упал  с высочайшей лестницы и раздробил себе правую  теменную кость. Гратри, вначале плохой  певец,  сделался  знаменитым артистом  после  сильного ушиба  головы
бревном. Мабильон, с детства слабоумный, достиг известности своими талантами, которые развились в нем  вследствие полученной им раны в  голову.
   Те  из гениальных людей, которые наблюдали за собою, говорят, что под влиянием   вдохновения    они    испытывают   какое-то   невыразимо-приятное лихорадочное состояние, во время которого мысли невольно рождаются в их уме и брызжут сами собою, точно искры из горящей головни. Наполеон говорил, что исход битв  зависит от одного мгновения, от одной мысли, временно остававшейся бездеятельной;  при наступлении  благоприятного момента  она  вспыхивает,  подобно искре, и  в  результате  является  победа. Лучшие стихотворения Ку  были  продиктованы им в состоянии, близком к умопомешательству. В те минуты, когда с уст его слетали чудные строфы, он был не способен рассуждать даже о самых простых вещах. Беттинелли называет  поэтическое творчество сном с открытыми глазами, без  потери  сознания,  и это, пожалуй,  справедливо, так как  многие  поэты диктовали свои стихи в состоянии, похожем на, сон. Гете  тоже  говорит,  что  для  поэта   необходимо  известное  мозговое раздражение  и  что он сам сочинял многие из своих песен, находясь  как бы в припадке сомнамбулизма. Во сне Вольтер задумал одну из  песен Генриады, Сардини -- теорию игры на  флажолете, а Секендорф  -- свою песню  о  Фантазии. Ньютон  и Кардано во сне разрешали математические задачи.
  Лагранж замечал  у себя  неправильное  биение пульса, когда писал,  у Альфьери же в это время темнело в глазах, он также называл себя барометром -- до такой степени изменялись его творческие способности смотря по времени года. На одном из  своих сонетов он собственноручно сделал  такую надпись: "Случайный. Я не хотел его писать".  Это преобладание  бессознательного в  творчестве гениальных  людей замечено было еще в древности.
  Сократ  первый  указал на то,  что  поэты создают свои  произведения не вследствие  старания  или  искусства,  но  благодаря  некоторому  природному инстинкту. Таким  же образом прорицатели говорят прекрасные вещи, совершенно не сознавая этого.
    Таким образом, величайшие идеи  мыслителей развиваются настолько  же бессознательно, как  и необдуманные поступки  помешанных. Но  как   только  прошел  момент  экстаза,   возбуждения,  гений превращается  в  обыкновенного  человека  или  падает  еще   ниже,  так  как отсутствие  равновесия есть  один  из признаков  гениальной натуры. 
  Марини однажды во время работы над новой рукописью не заметил, что сильно обжег ногу.  Тассо  в период  творчества  казался  совершенно  помешанным. Кроме  того,  обдумывая что-нибудь,  многие  искусственно   вызывают  прилив  крови  к  мозгу,  как, например, Шиллер, ставивший ноги в лед,  и Паизиелло, сочинявший не иначе  как  укрывшись  множеством  одеял.  Мильтон и  Декарт  опрокидывались головою  на диван, Боссюэ удалялся в холодную комнату и клал себе на  голову теплые припарки; Куйас  работал лежа вниз лицом на ковре. О  Лейбнице сложилась поговорка, что он мыслил только в  горизонтальном положении, т.к. это было необходимо ему для умственной  деятельности. Мильтон сочинял, запрокинув  голову назад на подушку, а Тома и Россини - лежа  в  постели; Руссо  обдумывал  свои  произведения под  ярким полуденным солнцем с открытой головой.
 Очевидно, все они  инстинктивно  употребляли   такие  средства,  которые временно  усиливают прилив крови  к   голове в ущерб остальным   членам  тела.
 Здесь   кстати  упомянуть о том,  что  многие  из  даровитых и  в  особенности гениальных людей  злоупотребляли  спиртными  напитками.  Не  говоря  уже  об Александре Великом, который под влиянием опьянения убил своего лучшего друга и умер после того, как десять  раз  осушил кубок Геркулеса, -- самого Цезаря солдаты часто  приносили домой  на  своих плечах. Сократ, Сенека,  Катон до  такой  степени отличались невоздержанностью, что  все  умерли  от пьянства вследствие белой горячки. Запоем страдали также Коннетабль  Бурбонский, и многие живописцы,  например  Карраччи,  Стен,  Барбателли, и целая множество во главе с Тассо, писавший в одном из  своих писем: "Я не отрицаю, что я безумец; но мне приятно думать, что мое безумие произошло от пьянства и любви, потому что я действительно пью много".
 Немало  пьяниц  встречается  и в   числе  великих  музыкантов,  например Дюссек,  Гендель и  Глюк,  говоривший,  что "он  считает  вполне справедливым  любить  золото, вино и славу,  потому  что первое  дает  ему   средство  иметь второе, которое,  вдохновляя, доставляет ему славу".
Замечено,   что   почти  все  великие   создания   мыслителей  получают окончательную   форму   или, по  крайней   мере,  выясняются  под  влиянием какого-нибудь специального ощущения, которое играет здесь спецефическую  роль. Факты  доказывают, что все великие открытия были сделаны под влиянием органов чувств. Изохронические (одновременные) качания люстры и падение яблока натолкнули Ньютона и Галилея на создание великих систем. Альфьери сочинял и обдумывал свои трагедии, слушая музыку.  Моцарт  при виде апельсина вспомнил народную  неаполитанскую песенку,  которую  слышал  пять лет  тому назад,  и тотчас же  написал  знаменитую  кантату  к  опере  "Дон Жуан".  Взглянув  на какого-то  носильщика, Леонардо  задумал  своего Иуду, а Торвальдсен нашел подходящую позу для сидящего  ангела  при виде кривляний своего натурщика.
     Гете  создал  свою  теорию  развития  черепа  по  общему  типу  спинных
позвонков во время прогулки, когда, толкнув  ногою валявшийся на дороге череп
овцы, увидел, что он разделился на три части.
Некоторые ученые падали в обморок от восторга при чтении сочинений Гомера.
Живописец Франчиа  умер от восхищения,  после  того как  увидел картину Рафаэля.
Ампер  до такой степени живо чувствовал  красоты  природы,  что едва не умер  от  счастья,  очутившись  на  берегу Женевского озера.  Найдя  решение какой-то задачи, Ньютон был до того потрясен, что  не мог продолжать  своих, занятий. Архимед, восхищенный решением задачи, в костюме Адама выбежал на  улицу с криком: "Эврика!" ("Нашел!").
       Но именно эта  слишком сильная  впечатлительность гениальных или   только даровитых  людей   является  в  громадном  большинстве   случаев  причиною  их несчастий,  как действительных, так и воображаемых.
Гений раздражается всем, и что для обыкновенных  людей кажется просто булавочными уколами,  то при его чувствительности уже представляется ему ударом кинжала.
Буало  и Шатобриан не могли  равнодушно слышать  похвал  кому  бы то ни было, даже своему сапожнику.
       Болезненная  впечатлительность порождает также и непомерное  тщеславие, которым отличаются не только люди гениальные, но и вообще  ученые, начиная с древнейших  времен;  в  этом  отношении  те  и  другие  представляют большое сходство с мономаньяками, страдающими горделивым помешательством.
Поэт  Люций не вставал с места при  входе Юлия Цезаря в  собрание поэтов, потому что считал себя выше его  в искусстве стихосложения. Ариосто, получив лавровый венок от Карла  V, бегал точно сумасшедший по улицам. Знаменитый  хирург  Порта,  присутствуя в Ломбардском институте при чтении медицинских сочинений, всячески  старался  выразить  свое презрение и недовольство ими, каково бы ни было их  достоинство, тогда как сочинения по математике или лингвистике он выслушивал спокойно и внимательно.
Шопенгауэр  приходил в ярость и отказывался  платить по счетам, если  его фамилия  была написана через два п.
Все, кому выпадало  на  долю редкое  счастье жить в обществе гениальных людей,  поражались их способностью перетолковывать в  дурную  сторону каждый поступок окружающих, видеть всюду преследования  и во  всем находить повод к глубокой, бесконечной  меланхолии.  Эта способность  обусловливается  именно более  сильным развитием умственных сил, благодаря которым даровитый человек более  способен находить истину  и в  то  же  время легче придумывает ложные доводы  в  подтверждение  основательности  своего  мучительного заблуждения.
       Отчасти  мрачный взгляд гениев  на окружающее зависит, впрочем,  и  оттого, что, являясь новаторами  в  умственной сфере, они с непоколебимой  твердостью высказывают убеждения, не сходные с общепринятым мнением, и  тем отталкивают от себя большинство дюжинных людей. Меланхолия,  уныние, застенчивость, эгоизм -- вот жестокая  расплата за высшие  умственные   дарования. Гете сознавался,  что его настроение  бывает  то чересчур веселым, то чересчур печальным.
            Иногда   чувствительность   искажается   и    делается   односторонней, сосредоточиваясь  на одном  каком-нибудь  пункте.  Несколько идей пределённого порядка и некоторые особенно  излюбленные ощущения  мало-помалу  приобретают значение главного стимула, действующего на мозг  великих людей и даже на весь их организм.
Малерб, совсем уже  умирающий,  поправлял  грамматические ошибки  своей сиделки  и  отказался  от  напутствия  духовника потому,  что  он  нескладно говорил. Богур (фр.), специалист грамматики, умирая, сказал: "Je vais ou je va mourir" -- "то и другое правильно". Сантени сошел с ума от радости, найдя эпитет, который тщетно приискивал  долгое время. Фосколо говорил о себе: "Между  тем  как  в  одних вещах  я в высшей степени  понятлив, относительно других понимание у меня не только хуже, чем у всякого мужчины, но хуже, чем у женщины или у ребенка".
Известно, что Корнель,  Декарт,  Виргилий, Аддисон, Ла-фонтен, Драйден, Манцони, Ньютон почти совершенно не умели говорить публично. Пуассон говорил,  что жить  стоит лишь  для того, чтобы заниматься математикой.  Д'Аламбер и Менаж, спокойно  переносившие  самые мучительные операции,  плакали от легких  уколов критики. Лючио  де  Лансеваль  смеялся, когда ему отрезали ногу, но не мог вынести резкой критики Жофруа. Шестидесятилетний  Линней,  впавший  в  паралитическое и  бессмысленное состояние после апоплексического удара, пробуждался от сонливости, когда его подносили к гербарию, который он прежде особенно любил. Когда Ланьи лежал в глубоком обмороке и самые сильные средства не могли возбудить в нем сознания, кто-то вздумал спросить у него, сколько будет 12 в квадрате, и он тотчас же ответил: 144. Себуйа,  арабский  грамматик,  умер  с  горя оттого, что с его  мнением относительно какого-то  грамматического  правила не  соглашался халиф  Гаруналь-Рашид.
Следует еще  заметить,  что среди  гениальных  или  скорее ученых людей часто  встречаются  те  узкие  специалисты,  которых  называют   монотипичными   субъектами;  они  всю   жизнь   занимаются  одним каким-нибудь  выводом, сначала занимающим  их мозг и  затем уже охватывающим его  всецело: так,  Бекман в продолжение целой жизни изучал патологию почек, Фреснер --  луну, Мейер  -- муравьев,  что представляет  огромное сходство с мономанами.
О Ньютоне  рассказывают,  что однажды он  стал набивать себе трубку  пальцем  своей  племянницы и  что,  когда  ему случалось  уходить  из  комнаты, чтобы принести  какую-нибудь  вещь,  он  всегда возвращался,  не  захватив  ее.  О Тюшереле говорят, что один раз он забыл даже, как его зовут.
Бетховен  и Ньютон,  принявшись --  один за  музыкальные  композиции,  а другой за  решение задач, до  такой  степени становились нечувствительными к голоду, что бранили слуг, когда те приносили им кушанья, уверяя, что они уже пообедали. Джиоия  в припадке творчества написал целую главу на доске  письменного стола вместо бумаги. Аббат Беккария,  занятый  своими  опытами,  во  время  служения  обедни произнес, забывшись: "Ite,  experientia facta est"  ("A все-таки  опыт  есть факт").
      Подобным  же образом объясняется,  почему великие гении не  могут  иногда усвоить понятий, доступных   самым дюжинным умам, и в то  же время высказывают такие  смелые  идеи, которые  большинству кажутся нелепыми. Дело в  том, что ум,  находящийся под влиянием экстаза, не  воспринимает слишком простых  и  легких положений,  не соответствующих его  мощной энергии.  Так, Монж, делавший  самые  сложные  дифференциальные  вычисления, затруднялся  в извлечении квадратного корня, хотя эту задачу легко решил бы всякий ученик. Гений обладает способностью  угадывать то, что ему не  вполне известно: например,  Гете подробно описал Италию, еще не видавши ее.
      Самые  жестокие  преследования   гениальным  людям   приходится  испытывать  именно  от  ученых  академиков,  которые  в   борьбе против гения, обусловливаемой   тщеславием, пускают в ход свою  "ученость", а также авторитет,  по преимуществу признаваемого за ними как  обычными людьми, так  и  правящими  классами,  тоже по большей  части  состоящими из обычных же людей.
      Значение  расы  в развитии  гениальности, а также и помешательства  видно из того, что как то, так  и другое почти совершенно  не зависит от воспитания, тогда как наследственность оказывает на них громадное влияние.
Научно  обосновано, что шансы родственников  знаменитых  людей относятся как 15,5:100 -- для отцов; 13,5:100 - для братьев; 24:100 -- для сыновей. Помешательство,  напротив,  передается по  наследству целиком. Мало  того,  оно  как  будто  даже  усиливается  с  каждым новым поколением.  Но  есть случаи, когда это влияние проявляется еще с большею силою, что особенно заметно по отношению к  алкоголикам (помешанным от  пьянства).
Но  еще  поучительнее в этом отношении  биографии великих  людей.  Отец Фридриха Великого и мать Джонсона  были помешанные, сын  Петра  Великого был пьяница  и маньяк; сестра Ришелье воображала, что у нее спина стеклянная,  а сестра Гегеля  --  что она превратилась в почтовую  сумку;  сестра  Николини считала себя осужденной на вечные муки за еретические убеждения своего брата и несколько раз пыталась ранить его. Сестра Ламба убила в припадке бешенства свою мать;  у  Карла  V мать страдала  меланхолией и умопомешательством,  у Циммермана брат был помешанный; у Бетховена отец был пьяница; у Байрона мать -- помешанная, дядя и  дед Шопенгауэра  были  помешанные, отец же  был чудак  и  впоследствии  сделался  самоубийцей. 
3. Гениальные люди, страдавшие умопомешательством: Гаррингтон, Болиан,
Кодацци,  Ампер,  Кент,  Шуман, Тассо, Кардано, Свифт, Ньютон, Руссо, Ленау,
Шопенгауэр  и другие
Приведенные  здесь  примеры  аналогичности  сумасшествия с гениальностью если и не  могут служить доказательством  полного сходства их между собою, то, по крайней  мере,  убеждают  нас в том,  что первое не  исключает присутствия второй в  одном  и том  же субъекте.
В самом  деле, не говоря уже  о многих гениях, страдавших галлюцинациями более  или  менее продолжительное время, как  Андраль, Челлини, Гете,  Гоббс, Грасси, или потерявших рассудок в конце  своей славной жизни, как, например, Вико  и другие,  немалое  число  гениальных  людей  было в  то  же  время  и мономаньяками  или всю  жизнь  находились  под  влиянием  галлюцинаций.  Вот несколько примеров такого совпадения.
       Мотанус,   всегда   жаждавший   уединения  и   отличавшийся  странностями,  кончил  тем, что  считал себя превратившимся в  ячменное зерно, вследствие чего  не хотел выходить на улицу  из  боязни, чтобы его не склевали птицы.
       Гаррингтон  воображал, что мысли  вылетают у него изо рта   в виде пчел и птиц, и прятался  в беседку с метлой в руке, чтобы разгонять их. Галлер,  считая  себя  гонимым  людьми  и   проклятым  от  Бога  за  свою  порочность, а также за свои еретические  сочинения,  испытывал такой ужасный страх, что мог избавляться от него только громадными приемами опия и беседой со священниками.
Ампер сжег свой трактат о  "Будущности химии" на том  основании, что он написан по внушению сатаны. Мендельсон страдал меланхолией.  Латре в старости сошел с ума. Великий голландский живописец Ван Гог думал, что он одержим бесом.
Знаменитый  живописец Фон Лейден  воображал  себя отравленным и последние  годы своей жизни провел не вставая  с постели. Карл    Дольче,  религиозный   липеманьяк    (липемания   --   мрачное помешательство), дал обет брать только священные сюжеты для своих картин  и посвятил свою  кисть Мадонне, но потом для изображения ее пишет портрет со своей невесты -- Бальдуини.  В день  своей свадьбы  он исчез, и после долгих поисков его нашли распростертым перед алтарем Богоматери.
Томмазо Лойд, автор прелестнейших  стихотворений, представляет  в своем характере  странное  сочетание  злости, гордости, гениальности и психического расстройства. Когда  стихи выходили у него не совсем удачными, он опускал их в стакан  с водой, "чтобы очистить их", как он выражался. Все, что случалось ему найти  в своих карманах или  что попадалось ему под руки,  -- все равно, была ли это бумага, уголь, камень, табак, -- он имел обыкновение примешивать к пище и уверял, что уголь очищает его, а камень минерализирует.
Материалист Гоббс  не  мог остаться в темной комнате без  того, чтобы ему  тотчас же не начали представляться привидения. Поэт Гольдерлин, почти  всю жизнь  страдавший  умопомешательством, убил себя в припадке меланхолии в 1835 году. Моцарт был убежден, что итальянцы собираются отравить его. Мольер часто страдал припадками сильной меланхолии.  Россини сделался в 1848 году настоящим липеманьяком вследствие огорчения  от невыгодной  для себя покупки дворца.  Он вообразил, что теперь  его ожидает нищета, что ему даже придется просить  милостыню  и  что  умственные  способности  оставили  его;  в  этом состоянии он не только  утратил способность писать музыкальные произведения, но  даже  не мог  слышать  разговоров  о  музыке.  На Кларка чтение исторических сочинений производило  такое впечатление, что он воображал  себя очевидцем  и даже действующим  лицом  давно прошедших исторических  событий.  Блэк  и  Баннекер  представляли  себе  действительно существующими фантастические образы, которые они  воспроизводили на полотне, и видели их перед собой.
       Шуман, предвестник того  направления  в  музыкальном  искусстве,  которое известно  под  названием  "музыки  будущего",  родившись  в  богатой  семье, беспрепятственно  мог заниматься  своим любимым искусством и  в своей  жене, Кларе Вик, нашел  вполне достойную его  подругу  жизни. Несмотря на это, уже на 24-м году он сделался жертвою липемании, а в 46 лет совсем почти лишился  рассудка:   то   его   преследовали  говорящие   столы,  обладающие всеведением,  то  он  видел  не дававшие ему  покоя звуки,  которые  сначала складывались  в  аккорды, а  затем и  в целые музыкальные фразы.  Бетховен и Мендельсон из своих могил диктовали ему различные мелодии. В 1854 году Шуман бросился  в  реку, но  его спасли, и  он умер в Бонне. Вскрытие обнаружило у него образование остеофитов -- утолщений мозговых оболочек и атрофию мозга.
Великий  мыслитель  Огюст  Конт,  основатель  позитивной  философии,  в продолжение  десяти  лет лечился  у Эскироля от психического расстройства.  Перед  смертью  он  объявил  себя апостолом  и священнослужителем материалистической религии, хотя раньше  сам проповедовал  уничтожение  всякого  духовенства. В сочинениях  Конта рядом с поразительно глубокими положениями  встречаются чисто безумные мысли,  вроде той,  например,  что  настанет  время, когда  оплодотворение  женщины  будет совершаться без посредства мужчины.
Все  математики   преклоняются  перед  гениальностью   геометра  Больяи,  отличавшегося, однако, безумными  поступками. Так,  например,  он вызвал на дуэль 13 молодых людей, состоящих на государственной  службе,  и в промежутках между  поединками развлекался  игрою  на  скрипке,  составлявшей единственную движимость в  его  доме. Когда ему назначили  пенсию, он  велел напечатать  белыми буквами  на  черном фоне пригласительные билеты  на  свои похороны и сделал сам  для себя  гроб.  Через семь  лет  он снова  напечатал второе  приглашение  на  свои  похороны,   считая первое   уже недействительным, и в духовном завещании обязал наследников посадить на его могиле  яблоню,  в память Евы,  Париса и Ньютона. И такие штуки проделывал великий математик, исправивший геометрию Евклида!
Кардано, о котором современники говорили, что это умнейший из людей и в то же время глупый,  как ребенок, первый из смельчаков,  решившийся исключить огонь из числа стихий и назвать помешанными колдунов и католических святых, этот великий человек был сам душевнобольным всю свою жизнь. Сын, двоюродный  брат  и отец  его тоже
страдали  умопомешательством. Кардано сам  сознавался,  что  обладает  всеми  пороками  --  склонен  к пьянству, к игре,  ко лжи,  к разврату и зависти. Он говорит также, что  раза четыре   во  время   полнолуния   замечал    в    себе   признаки   полного умопомешательства. Впечатлительность у него  была извращена до  такой степени,  что он чувствовал себя хорошо только под влиянием какой-нибудь физической боли, так что даже причинял ее себе искусственно, до крови  кусая губы или руки. "Если у меня ничего не болело, -- пишет он, --  я старался вызвать  боль ради того приятного  ощущения, какое доставляло мне прекращение  боли и ради того еще, что, когда я не  испытывал физических страданий, нравственные  мучения мои делались  настолько сильными,  что всякая  боль  казалась мне ничтожной в сравнении с ними". На  закате  своей многострадальной  жизни Кардано,  подобно Руссо и Галлеру, написал свою автобиографию и предсказал  день желанной  для него смерти. В назначенный день  он действительно  умер или, может быть, умертвил себя, чтобы доказать безошибочность своего предсказания.
       Свифт,  отец иронии и юмора, уже в своей молодости предсказал, что  его ожидает помешательство; гуляя  однажды  по  саду  с Юнгом, он увидел вяз, на вершине своей почти лишенный листв
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.