На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


контрольная работа Федеративное государство

Информация:

Тип работы: контрольная работа. Добавлен: 01.11.2012. Сдан: 2012. Страниц: 16. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


?ПЕРМСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ
Кафедра «Социологии и политологии».
 
 
 
 
 
 
 
Федеративное государство
 
 
 
Контрольная работа по политологии
 
Выполнил студент 1-го курса
Гуманитарного факультета заочного отделения группы ГМУ 06 (1) Андреянов С.Н.
 
Преподаватель кафедры «Социологии и политологии» Курбатова Л.Н.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
ПЕРМЬ, 2007г.
Оглавление
 
Оглавление________________________________________________________1
Введение___________________________________________________________2
1.       Принципы федеративного устройства______________________________3
1.1         Понятие федеративного государства_____________________________4
1.2         Возникновение федеративных государств_________________________5
2.       Федеративные устройства зарубежных государств___________________7
3.       Особенности и проблемы федерализма в России_____________________16
Заключение________________________________________________________29
Список литературы_________________________________________________31
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Введение
В современном мире насчитывается свыше 190 независимых государств. Каждое из них имеет свои особенности конституционно-правового строя.
Один из самых актуальных вопросов - это вопрос формы государственного (территориально-политического) устройства. Форма государственного устройства входит элементом в состав формы государства. Другими составными элементами являются форма правления и политический (государственный) режим.
Определение оптимальной формы государственного устройства особенно важно для многонационального государства. Очень важно установить правовые гарантии сохранения и свободного развития языка, культуры, обычаев национальных групп. Каждая нация обладает своеобразным суверенитетом, который предполагает и решение вопроса о национальной государственности. Исторические особенности и культурный уровень одних наций определяет их желание жить в многонациональном сообществе, а других — создавать свое национальное государство. Но в любом случае нации стремятся не допустить дискриминации и обеспечить себе свободное развитие, а объединяющее их государство — исключить основу для межнациональных конфликтов. Функция государственного устройства состоит в создании необходимых политико-правовых условий для эффективного экономического и социального развития всех частей государства.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
1.     Принципы федеративного устройства
 
1.1 Понятие федеративного государства
Термин “федерация” происходит от латинского слова “федераре”, что означает “объединять”, “укреплять союзом”. Федерация - это сложное государство. В отличие от унитарного государства составными частями федерации являются государства-члены или государственные образования. Они называются по разному: штаты (США, Индия и др.), земли (Австрия, Германия), провинции (Канада, Пакистан и др.), кантоны (Швейцария), эмираты (ОАЭ) и т.д. Обобщенно их называют обычно субъектами федерации. Этот термин принят теперь и отдельными конституциями. Наряду с субъектами федерации, которые занимают всю (например, Австрия) или подавляющую часть территории государства (Индия), существуют иногда и другие части федеративного государства территории или союзные территории (например, Индия, США), владения (Венесуэла), федеральный или столичный округ (Бразилия, Нигерия), ассоциированные государства, занимающие особое положение (США).
Исторически идея федерализма была обоснована в 18 веке, как способ децентрализации управления (горизонтальное разделение власти) – то есть инструмент демократизации государственного строя.
В настоящее время среди зарубежных стран существует 23 федеративных государства, шесть из которых находятся в Европе (Австрия, Бельгия, Германия, Россия, Швейцария, Югославия, а также созданная в 1995 г. сербо-хорвато-мусульманская федерация в Боснии и Герцеговине — бывшей республике Югославии, а ныне самостоятельном государстве), четыре в Азии (Индия, Малайзия, ОАЭ, Пакистан), шесть в Америке (Аргентина, Бразилия, Венесуэла, Канада, Мексика, США), четыре в Африке (Коморские Острова, Нигерия, Танзания, Эфиопия, где федерация учреждена в 1994 г ), три в Океании (Австралия, Папуа — Новая Гвинея, Соединенные Штаты Микронезии). Многие из них имеют свои особенности, но сербо-хорвато-мусульманская федерация уникальна это “государство в государстве”, федеративное государство внутри унитарного. Таким путем на основе международного соглашения был найден выход для прекращения длительных военных действий, возникших на этнической и религиозной основе.
Большинство федераций — крупные и средние государства, в которых в совокупности проживает около трети населения Земли. Среди них есть мощные в экономическом отношении страны (Германия, США и др. ), небольшие государства с высоким уровнем развития (Австрия, Бельгия и др. ), но есть и отсталые государства, где промышленность развита крайне слабо (Нигерия) или ее вообще нет (Коморские Острова).
Субъекты федерации обладают политической самостоятельностью. Им присущи определенные признаки государства. Территориальная организация власти в федеративном государстве закрепляет децентрализацию государственной функции. Сложность взаимоотношений федерации со своими субъектами предопределила меньшую по сравнению с унитарной распространенность федеративной формы государственного устройства.
Часто вместо термина “федеративное государство” употребляется термин “союзное государство”. Именно так по официальной терминологии именуется Союзная Республика Югославии, Федеративная Республика Германии — в буквальном переводе звучит как Союзная Республика Германии, а названия ее федеральных органов также буквально переводятся как президент Союза, союзное собрание, союзный совет.
Федеративное государство по своей природе является более демократичным чем унитарное, поэтому федерации в основном имеют республиканскую форму правления. Есть, однако, и исключения. К федерациям с монархической формой правления относятся такие страны, как Бельгия, Малайзия, Канада, Австралия. В Бельгии, Канаде и Австралии субъекты федерации организуются по республиканскому типу, а в Малайзии часть субъектов имеет республиканскую форму правления, часть — монархическую.
Федеративное государство может образоваться:
- в результате договора между независимыми субъектами о создании нового государственного объединения с превращением участников договора в субъектов федерации,
- путем присоединения к государству новых территории и наделения их правами субъекта федерации или образования новых субъектов федерации на части территории прежде существовавшего государства,
- в результате повышения статуса прежних региональных образований и превращения их в субъекты федерации,
- путем эволюции конфедерации в федеративное государство с превращением прежде независимых государств в субъектов федерации.
Федерация как форма государственного устройства обладает рядом специфических признаков:
1. Федерацию составляют государственные образования (штаты в США, Мексике, Индии, Австралии, земли в ФРГ и Австрии, провинции в Канаде, кантоны в Швейцарии) которые имеют статус субъектов федерации с собственным административно-территориальным устройством и собственной организацией власти. Эти образования обладают собственной компетенцией. Субъекты федерации созданы, как правило, не по национально-территориальному (хотя таковые также имеются, например, Союзная Республика Югославия и Российская Федерация), а по естественно-географическому (США, Австралия) или историческому (ФРГ, Австрия, Швейцария) признаку.
2. В отличие от унитарного государства территория федеративного государства не представляет собой единого целого. Она состоит, как правило, из территорий субъектов федерации. Однако в некоторых федерациях в ее состав могут входить территориальные единицы, не являющиеся субъектами федерации (так, например, в США самостоятельными территориальными единицами являются федеральный округ Колумбия, на территории которого размещаются все федеральные учреждения, свободно присоединившееся государство Пуэрто-Рико и некоторые другие территории; территория Бразилии состоит из штатов — субъектов федерации, федерального округа и двух особых территорий; в Индии наряду с 25 штатами — субъектами федерации имеется 7 союзных территорий). Субъекты федерации не обладают правом сецессии, т. е. правом выхода из союза. Попытки сецессии могут иметь место и обычно ведут к внутреннему конфликту и даже вооруженному противостоянию. Обычно попытки сецессии оканчивались неудачей.
3. Субъекты федерации не являются государствами в собственном смысле слова, они не обладают суверенитетом, хотя он формально провозглашается в некоторых федерациях. Субъекты федерации, как правило, либо полностью лишены права участия в международных отношениях (Австрия), либо их внешнеполитическая компетенция сильно ограничена и осуществляется под контролем федерации (США, Канада, ФРГ, Швейцария). Как правило, она касается вопросов, отнесенных к компетенции субъектов федерации и не затрагивает сферу политических отношений. Можно привести в качестве примера культурные соглашения между канадской провинцией Квебек и Францией, соглашение между германской землей Нижняя Саксония и Нидерландами о совместных мерах по охране морского побережья, соглашение германской земли Бавария со швейцарскими кантонами об охране природной среды в Альпах и др. Известны отдельные случаи участия членов некоторых федераций в международных конференциях. Так, провинция Квебек участвует в различных конференциях франкоязычных государств. Однако немногочисленные случаи выступления членов тех или иных федераций на международной арене по отдельным второстепенным вопросам не означают, что эти государственные образования являются субъектами международного права. Федеративный характер государственного устройства нередко используется для отказа от участия в международных соглашениях. Например, США и Канада не ратифицировали международные пакты о правах человека и ряд конвенций МОТ, ссылаясь на особенности законодательства субъектов федерации и нежелание последних приводить его в соответствие с указанными соглашениями.
4. В большинстве зарубежных федераций наряду с общефедеральной конституцией и общефедеральными законами действуют конституции и законы субъектов федерации (США, ФРГ, Канада, Австрия, Швейцария и др.). При этом обеспечивается верховенство федеральной конституции и федеральных законов. В то же время не во всех федеративных государствах субъекты федерации имеют собственные конституции. Отсутствуют конституции у субъектов федерации ряда афро-азиатских стран (Индия, Пакистан, Малайзия, Нигерия) и Российской федерации. В некоторых федеративных государствах в целях единообразного регулирования однотипных общественных отношений предпринимаются организационно-правовые меры по унификации законодательства субъектов федерации.
5. В большинстве зарубежных федераций наряду с федеральным гражданством существует и гражданство субъектов федерации.
6. Отличительным признаком федеративного государственного устройства является двухпалатная структура парламента. В прошлом имели место однопалатные парламенты при федеративном государственном устройстве (например, в Пакистане по Конституции 1962 г.). В настоящее время бикамерализм (двухпалатная внутренняя структура парламента) принят практически во всех федеративных государствах.
7. В федеративном государстве наряду с федеральной системой законодательной, исполнительной и судебной власти существуют системы законодательной, исполнительной и судебной власти субъектов федерации. Порядок их организации и компетенцию определяют, как правило, конституции субъектов федерации. Если законодательные органы субъектов федерации действуют строго в рамках компетенции этого субъекта, то исполнительная власть обладает более широкой компетенцией. Она организует исполнение не только местного законодательства, но и федеральных законов на территории соответствующего субъекта. Аналогично решается вопрос и в отношении судебной власти субъектов федерации. Основная масса гражданских и уголовных дел рассматривается судами субъекта федерации, которые применяют не только местное, но и общефедеральное материальное и процессуальное право. Со своей стороны федеральная исполнительная власть в ряде федераций имеет право федеральной интервенции, если субъект федерации неудовлетворительно исполняет свои обязанности в отношении федерации (ФРГ, Индия, Аргентина).
 
1.2 Возникновение федеративных государств
Создание федераций в зарубежных странах проходило по разному. Некоторые из них были созданы на основе союза, объединения независимых государств (например, образование Танзании на основе объединения Танганьики и Занзибара в 1964 г.), объединения или вступления в союз государственных образований политических единиц, имевших фактически (но не юридически) некоторые признаки государственности (штаты в США, кантоны в Швейцарии, эмираты в ОАЭ). Многие федерации образовывались “сверху”, актами государственной власти (Индия при реорганизации федерации в 1956 г , современный Пакистан на основе конституции 1973 г ) . Первая группа федераций стала называться федерациями на основе союза или договорными федерациями. В прошлом в некоторых из них субъекты федерации сохраняли суверенитет и право сецессии (выхода) из федерации, что было записано и в конституциях. Отсюда проистекала концепция “двойного суверенитета” федерации и ее субъектов, членов. Субъекты такой федерации обязательно имели свои конституции, свое гражданство. Границы субъектов не могли быть изменены без их согласия.
Вторая группа федераций — это федерации на основе автономии, или конституционные федерации. Субъекты таких федераций не обладают суверенитетом (конституционное положение о внутреннем суверенитете штатов в Мексике относится лишь к самостоятельному решению ими внутренних вопросов), зачастую не имеют собственных конституций, их границы иногда изменяются актами центральных органов (парламента). При этом мнение субъектов (штатов, провинций и т.д.) должно быть выслушано, но оно имеет лишь консультативный характер.
Деление федераций на указанные две группы в современных условиях имеет преимущественно исторический характер. После распада социалистических федераций не стало конституций, где говорится о суверенитете субъектов и о праве выхода. Подавляющее большинство федерации основаны фактически на принципах автономии составных частей. Единственным исключением является конституция Эфиопии 1994 г, где говорится о праве выхода из состава федерации, но это право сформулировано не как право штатов, а как право национальностей.
С точки зрения структуры различают симметричные и асимметричные федерации. В первом случае в состав федерации входят только однопорядковые субъекты (например, земли в Австрии, Германии, эмираты в ОАЭ), несубъектов — федеральных территорий, владений и др. — в ее составе нет. Абсолютно симметричная федерация предполагает полное равенство субъектов, их одинаковый статус и полномочия. На деле таких федерации нет. В Германии земли представлены неодинаково в верхней палате, в ОАЭ эмираты имеют неодинаковое представительство в однопалатном консультативном Национальном собрании.
В трети зарубежных федераций есть не субъекты — особые территориальные образования. Во всех зарубежных федерациях есть какие-то элементы асимметрии, если не юридические, то фактические (например, влияние каждого из двух субъектов — Сербии и Черногории — на федеральные дела в Югославии).
В науке и конституционной практике используются три различных подхода к структуре федерации - национально-территориальный, территориальный и комплексно-территориальный. В “чистом” виде ни один из них не применяется, всегда используются несколько факторов, следовательно, имеются элементы комплексного подхода. Речь в данном случае идет о том, какому из факторов придается решающее значение. Подавляющее большинство федерации в зарубежных странах построено по территориальному признаку. Национальный момент нет учитывался, а зачастую и не мог быть учтен. Германия, Мексика, Бразилия, ОАЭ, США, Швейцария построены по территориальному признаку. При создании некоторых из них учитывались исторические, а иногда экономические или географические факторы.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
2. Федеративные устройства зарубежных государств
 
Существует множество терминологических проблем в определении таких явлений, как федерализм и федерация; исследователи не приходят к единому мнению о классификации моделей федерализма и видов федераций. Кроме того, недостаточно внимания уделяется авторами одному из основных вопросов: по какой причине государство выбирает ту или иную форму административно-территориального устройства и почему федеративные государства настолько разнообразны и не похожи, что ученые не могут единодушно согласиться ни с одной из десятков предложенных классификаций и выделяют в общей сложности до 60 видов федераций (в некоторых работах их называют «моделями федерализма»).
В рамках этой проблемы необходимо акцентировать внимание на нескольких ее аспектах:
— история становления федерализма;
— различные подходы к определению таких явлений, как федерализм и федерация;
— классификация федерализма и федерации;
— причины многообразия форм федеративного устройства и критерии, которые позволят дать четкую классификацию федерации и федерализма.
Идея объединения народов и государств возникла еще в античности. Так, Платон в диалоге «Критий» повествует о легендарном острове Атлантида, на котором был создан союз десяти независимых частей (государств), сочетавший в себе признаки и федерации (части союза были не вправе нарушить единство), и конфедерации (наличие суверенитета у составляющих его государств, наличие абсолютной власти правителя каждой из частей, а также обязательства государств по отношению друг к другу).
В Древнем Риме существовали так называемые федеративные общины (foederatae civitates), свобода которых обеспечивалась договором (foedus) и которые, находясь под властью Рима, пользовались некоторой самостоятельностью. Мыслители Древнего Рима внесли весомый вклад в развитие идеи единства человеческого рода. Римские политические мыслители, как и римские юристы, заложившие основы римского права, видели объединение стран и народов как единую юридическую организацию человечества, единую империю под эгидой Рима. Например, Цицерон, развивая учение стоиков, пришел к выводу о необходимости союза человечества, распространяя его до мирового общения. Этот союз воспринимался прежде всего как юридический принцип, вытекающий из единого естественного права. Античный мир, как отмечал А. Ященко, «в теории и на практике пришел к единой юридической организации человечества в виде построенной на монархическом принципе всемирной империи».
В Средние века идея мирового единства возрождается на основе христианского понимания божественной воли как направления мира к единой цели.
На рубеже XV—XVI вв. в Западной Европе формировались капиталистические отношения, а в политическом плане шел процесс оформления национальных государств, сопровождавшийся бесконечными войнами и конфликтами из-за государственных границ.
На фоне этих обстоятельств Н. Макиавелли разработал доктрину, касающуюся государственного устройства, роли государя, методов его руководства страной. Он считал необходимым объединить государства для создания более сильного и сплоченного союза, способного противостоять агрессии. Добиваться этого путем завоевания представлялось Макиавелли наименее приемлемым, более удачным вариантом он считал приобретение союзников за счет добровольного присоединения при сохранении за консолидирующим государством верховенства. Достоинства такого союза Макиавелли видел в возможности избежания войн и насилия, в способности сохранения и приумножения приобретенного. Большое значение для современного понимания принципов федерализма представляют размышления Макиавелли о характере объединяющихся государств. Он полагал, что государства, образующие федерацию, не должны быть разнохарактерными и находиться слишком далеко друг от друга.
Родоначальником теории социального федерализма считается И. Альтузиус, сильное влияние на которого оказала доктрина договора У. Цвингли и Ж. Кальвина (Бог передал право на управление не Правителю и не Римскому папе, а народу Израиля). Согласно Альтузиусу, власть также принадлежит не Правителю, а народу, который лишь наделяет его ограниченными полномочиями.
В своем наиболее известном сочинении «Politika Methodice Digesta et exemlis sacris etprofanis illustrata» (1603—1614) он сконструировал такую политическую систему, которая пронизана социальными отношениями, основанными на согласии и социальной солидарности.
Государство согласно вышеуказанной теории характеризовалось как союз общностей. Федерация должна учреждаться в результате иерархического возвышения нового союза над меньшими по размерам союзами, начиная с семьи и вплоть до государства, которые связаны между собой прямо или косвенно особым соглашением. Альтузиус пытался доказать, что дуализм между сословием и князем, проявляемый в управлении средневекового государства, можно снять при помощи конституционного регулирования, что, по его мнению, возможно лишь путем создания федерации.
Разрабатывая идею народного суверенитета в рамках безусловного господства государства в лице Правителя, Альтузиус предвосхитил идею договора, получившую свое полное развитие в учениях Гоббса о договоре принуждения, Локка — о политическом трасте и Руссо — об общественном договоре.
Однако, в отличие от Гоббса, Альтузиус не отделял власть от церкви, а трактовал ее как данную Богом. Король не обладает абсолютной властью, он лишь имеет ограниченные, регулируемые полномочия. Будучи ограниченными, властные полномочия также делимы, следовательно, могут быть переданы местным властям, городу, области и, наконец, Империи. Федеративное устройство представлялось Альтузиусу как ряд сообществ, складывающихся на следующих друг за другом уровнях. Образованный таким образом союз он называл общественно-политическим союзом (consociatio politico).[6]
Альтузиус одним из первых исследователей природы федерализма обозначил проблему сохранения отдельных социально-экономических и культурно-религиозных сообществ (как сегментов общего образования) в пределах целостного государства. И именно поэтому его «Политику» называют первой современной теорией федерализма.[7]
Дж. Локк под федерализмом понимал сообщество людей, подданных государства, противопоставляя его остальной части человечества. Поэтому ущерб, нанесенный одному из членов сообщества (государства), по его мнению, следует считать ущербом всему народу, государству.[8] Эта мысль в последующем была развита А. Гамильтоном, который суть американского федерализма видел не в договоре между штатами и федерацией, а в договоре между гражданами государства.
Выдающуюся роль в развитии идей современного федерализма сыграл Ш. Монтескье. Современный федерализм — это реализация политологической модели, предложенной им в XVIII в. Монтескье исходил из парадокса: настоящая демократия может быть реализована лишь в небольшом по размерам государстве, но такое образование легко становится добычей неприятеля. С другой стороны, большая Империя неуязвима для внешнего врага, но демократия внутри такой огромной структуры невозможна.
Идея Монтескье состояла в том, чтобы синтезировать две формы власти, используя преимущества обеих: большое и сильное государство должно состоять из ряда локальных демократических республик, во многом автономных, но делегирующих центру права в области коллективной обороны, внешней политики, денежного обращения и т. д. Наблюдая природу человеческого общества, Монтескье пришел к выводу о неизбежности международной солидарности и о необходимости разделения властей, что, по Монтескье, является принципом наиболее целесообразного и разумного государственного устройства.
В первых трех главах IX книги «Духа законов» Ш. Монтескье размышляет о сильных и слабых сторонах федеративных отношений. Федерацию он рассматривает как договор, основанный на доброй воле государств, заключающих его с целью создания более сильного государства, сознательно идя на утрату международно-правового статуса и права самостоятельного заключения международных договоров.[9]
Идея объединения стран и народов возникла много веков назад, но реально федерализм в современном его понимании насчитывает чуть более двух веков. Впервые потребность теоретического осмысления проблем федерализма с политических и правовых позиций применительно к конкретной политической ситуации возникла при образовании Соединенных Штатов Америки.
Потребность создания единого и сильного государства стимулировала «отцов-основателей» Соединенных Штатов на изучение прежде всего принципиальных вопросов, касающихся самой сущности федеративных отношений, полномочий федерального правительства и его взаимоотношений с правительствами штатов. Так появился знаменитый «Федералист», который представляет собой серию статей А. Гамильтона, Д. Мэдисона и Д. Джея, опубликованных под псевдонимом «Публий» в ряде ведущих американских газет в период, предшествующий принятию Конституции США 1787 г.[10] Книга стала классическим документом мировой политико-правовой мысли.
Большую популярность идеи федерализма получили во второй половине XIX и в XX в., когда интенсифицировались процессы образования современных национальных государств. К XXI в. большинство государств выбрали федеративную форму государственного устройства, хотя все они значительно отличаются друг от друга.
XX столетие стало веком теоретических разработок в области федерализма. С наибольшими трудностями исследователи столкнулись при определении таких явлений, как «федерализм» и «федерация» (некоторые ученые склонны не разделять эти явления).
«Федералистская» терминология широко используется в гуманитарных и других науках, в публицистике и даже в художественной литературе; она употребляется в названиях различных организаций (например, Американская федерация труда — Конгресс производственных профсоюзов, Всемирная федерация женщин).
Идею федерализма нередко распространяют на очень широкий круг общественных, а иногда и личных отношений. В свое время сторонники анархизма М. Бакунин, П. Кропоткин, П. Прудон писали о необходимости охватить федерализацией каждую область человеческой деятельности — экономическую, социальную, культурную с тем, чтобы получить подлинно децентрализованное целое, в котором власть уживалась бы со свободой. Иногда в наше время под федерализмом понимают персональные отношения, связанные с множеством ролей человека в обществе (он одновременно член семьи, трудового коллектива, профсоюза и т. д., представляет регион, государство, международное объединение).[11]
В специальных исследованиях, посвященных федерализму, это понятие распространяют на ООН, другие международные объединения.[12] И нельзя не согласиться с сотрудниками Католического университета г. Лейвена (Нидерланды) Л. Карафиелло и К. Малфрит, утверждающими, что ис­пользование для обозначения различных явлений одних и тех же терминов (например, «федерализм», «суверенитет», «автономия») может стать источником недоразумений.[13]
Круг вопросов, касающихся федерализма, широк и разнообразен. Он включает в себя вопросы сущности, содержания и назначения федерализма, его функций, места и роли в жизни общества и государства, характера взаимоотношений центра и субъектов федерации, деятельности судебных органов в условиях федерализма и многие другие, включая определение самого понятия «федерализм», установление основных форм его проявления, выявление его общих и специфических черт, роли и назначения. Так можно ли говорить о федерализме в обобщенном виде, либо речь должна идти только о понятии американского, российского или иного федерализма? Противопоставлять эти два аспекта было бы неверным. С одной стороны, нельзя говорить о федерализме только как об общем понятии, не учитывая индивидуальность федеральных систем, так же как нельзя изучать политические системы различных стран, не занимаясь сравнительным анализом, не проводя обобщений и не пытаясь найти признаки, являющиеся общими для всех федераций.
Возможно, компромиссом в этом споре могло бы стать разделение таких явлений, как «федерация» и «федерализм», хотя это поддерживается не всеми учеными.
Э. В. Тадевосян и В. Е. Чиркин отстаивают мнение о том, что федерализм — это самостоятельное явление, отличное от федерации. Представителями противоположного взгляда можно назвать В. Г. Вишнякова, Л. М. Карапетяна и О. Ю. Оболдина, которые склонны к отождествлению понятий «федерализм» и «федерация» и, соответственно, к отрицанию существования моделей федерализма, утверждая, что единственной моделью федерализма является федерализм.
В. Е. Чиркин утверждает, что «в отличие от термина "федерация", которая характеризует прежде всего статическое, организационное, институциональное состояние, федерализм соотносится с динамикой, процессом, определенного рода отношениями и в целом обозначает более широкое явление».[14] С такой позицией согласен и Э. В. Тадевосян, который пишет, что «понятие "федерализм" шире понятия "федерация". Федерализм — это теория и практика строительства не только собственно федеративных государств (хотя это, несомненно, ядро, главная часть федерализма), но и конфедераций, и некоторых унитарных государств».
Действительно, можно полагать, что федерализм — явление более широкое, чем федерация. Употребляя термин «федерация», мы, скорее всего, подразумеваем какую-то конкретную страну, имеющую федеративное государственное устройство, делая акцент на территориальном устройстве и распределении полномочий между центральными и территориальными органами управления.
Федерация — это явление практики, в рамках которого следует изучать особенности территориального деления, способа образования и распределения полномочий между субъектами и государственной властью каждой конкретной страны, имеющей федеративную форму государственного устройства. Каждое государство обладает своими особенностями, в рамках которых можно проводить различные классификации, искать новые и интересные критерии классификации федераций, из которых с течением времени и будут сформированы наиболее устоявшиеся и признанные виды.
Что касается понятия «федерализм», то, как было сказано ранее, практически все исследователи, признающие его самостоятельность, согласны с тем, что оно шире понятия федерации. Таким образом, федерализм представляет собой некую систему, где, помимо знаний о существующих федерациях, есть и другие элементы.
Во-первых, в рамках теории федерализма должны рассматриваться вопросы, связанные с федерализацией. Это еще один термин, используемый исследователями, который делает акцент не на статику, а на динамику, отражая в первую очередь не организационную сторону явления, а процесс.
Во-вторых, определяя структуру такого явления, как «федерализм», следует учитывать культурные, исторические и геополитические особенности тех стран, которые на определенном этапе своего развития стали федерациями. И именно в этих особенностях кроется ответ на вопрос, почему те или иные государства становятся федеративными и почему другие государства предпочитают иную форму государственного устройства. Больший интерес здесь представляет не практическая организация власти и территории в существующих федерациях, а культурные, геополитические факторы, влияющие на процессы федерализации и в федерациях, и в унитарных государствах, которые не стали федерациями. При таком подходе возникает необходимость обосновать причины различного функционирования многочисленных фе­дераций, опираясь в первую очередь не на институционально-правовой каркас, а на культурное наполнение. Исходя из этого, требуется своеобразный тип федералистской культуры. Так, по мнению А. Захарова, прочность федеративных устоев зависит от укорененности в той или иной стране клас­сического набора либеральных ценностей.
И в этом основное отличие «федерализма» от «федерации», где делается акцент, как уже говорилось выше, на особенности административно-территориального деления страны.
Различая такие явления, как «федерализм» и «федерация», необходимо разрабатывать их классификации. В «федерациях» можно выделять их «виды», а в «федерализме» — «модели». Здесь следует признать, что сторонники моделей федерализма, разграничивая его с федерацией, не делают различия в их классификациях. Например, при рассмотрении моделей федерализма, используются термины симметричная и асимметричная федерация и ничего не говорится о том, какие можно выделить виды федераций и чем они отличаются от моделей федерализма. Такое отношение к терминам приводит к путанице и сомнению в существовании федерализма и его моделей. Зачем нужно вводить термин «модель федерализма», когда фактически речь идет о тех же самых видах федерации? Либо в таком случае нужно рассуждать о «федерализме» как о более широком явлении, но не говорить о его моделях, что само по себе не вполне логично, так как у любого явления можно выделить те или иные его разновидности.
В современной литературе нет единой, признанной классификации федераций; кроме того, почти все приведенные в литературе классификации федерализма скорее нужно отнести к видам федерации. К тому же, все они подвергаются обоснованной критике. Например, классификация В. Е. Чиркина, основным критерием которой является степень соотношения элементов самоуправления и раздельного правления, даже по мнению самого автора обладает определенной долей условности.[17]
В. Е. Чиркин выделяет симметричные и асимметричные, централизованные и децентрализованные, договорные, конституционные и конституционно-договорные федерации.
Симметричная федерация предполагает однопорядковый конституционный статус субъектов федерации. По мнению некоторых исследователей, их статус может быть асимметричным. Но такая асимметрия возможна не в конституционном статусе субъектов федерации, а в их представительстве в федеральных органах, объеме полномочий. Другие полагают, что асимметрия может существовать как возможность объединения в федеративном государстве наряду с субъектами федеральных земель ассоциированных членов, примкнувших территорий и т. п.
В основном симметричными называют федерации в Австрии, Германии (хотя в последней земли неодинаково представлены в верхней палате парламента) и ОАЭ, где тоже существует неодинаковое представительство эмиратов в безвластном Национальном собрании. Юридически сохранена симметрия в Эфиопии, где есть только равноправные штаты и даже нет федерального округа.
Асимметричная федерация предполагает наличие частей с неодинаковым правовым положением, в ней есть субъекты и несубъекты и различия в названиях. В качестве примера можно привести США, где существует неодинаковое юридическое положение штатов, федеральных территорий, федерального округа, ассоциированных государств.
Существует мнение, что теория асимметричной федерации фактически отвергает важнейший принцип построения федеративного государства (формально-юридическое равноправие субъектов).
По способу распределения и осуществления властных полномочий В. Е. Чиркиным выделяются централизованные и децентрализованные федерации.
Такое деление обладает определенной долей условности, как замечают сами сторонники такого разделения. Степень централизации может быть различной, и в некоторых случаях четко отнести ту или иную федерацию к какому-либо виду сложно (высокоцентрализованными федерациями называют Индию и Пакистан).
С точки зрения способа создания различаются договорные, конституционные и конституционно-договорные федеративные государства.
Договорные федерации возникают на основе соглашения, договора, заключенного между самостоятельными государствами (так, например, шло развитие созданного в 1922 г. СССР и образованной в 1787 г. федерации США). Договор может заключаться и между отдельными государственными образованиями, без какого-либо акта общего характера (таким образом, сначала создавалась конфедерация, ставшая затем федерацией, в Швейцарии).
Конституционные федерации создаются в результате актов государственной власти. Они учреждаются обычно путем принятия конституции или поправок к ней (в 1956 г. — Индия, в 1993 г. — Бельгия).
Вместе с тем сторонники такого разделения федераций говорят, что нельзя поставить непреодолимый рубеж между договорными и конституционными федерациями. Создание федераций в США, Швейцарии, Германии и в некоторых других странах имело по существу договорно-конституционный характер.
Итак, В. Е. Чиркин разделил федерации на симметричные и асимметричные, централизованные и децентрализованные, договорные и конституционные.
Но можно заметить, что полностью симметричных федераций не существует; скорее всего, нет даже двух государств с одинаковой степенью централизации. Что касается выделения договорного и конституционного видов федераций, то федеративного государства, которое было бы создано только на основе письменного договора, без конституционного закрепления такого устройства, в истории не было. Кроме того, нельзя утверждать, что в федерациях, создание которых закрепилось сразу в конституции, не было договоренности об учреждении федеральной формы административно-территориального устройства государства.
Помимо видов федераций, указанных в приведенной выше классификации В. Е. Чиркина, в юридической науке выделяются и другие виды федераций:
1)  Классический, который анализируется на основе исторического опыта США. Этот вид характеризуется следующими особенностями: договорной природой федерации, разделением предметов ведения между разными уровнями осуществления власти, ключевой ролью федеративной конституции, сочетанием двух уровней государственной власти и др.;
2) Дуалистический, который рассматривается как система отношений властей двух уровней, каждая из них в пределах своих полномочий независима от другой. Считается, что такой федерализм не предусматривает обязательного объединения штатов, земель и т. п. в союзное государство (США, некоторые латиноамериканские государства, Португалия, Испания);
3)  Кооперативный (модифицированная модель дуалистического федерализма). В основе такой федерации лежит идея объединения усилий центра и мест для выполнения общих задач и целей. Сторонники выделения этого вида федераций ссылаются на концепцию германского кооперативного федерализма, основанную на идее выгодного сотрудничества центра и субъектов федерации, взаимодополняющих друг друга.
Существующие на сегодняшний день классификации федерализма не содержат четких критериев для выделения видов федерации; зачастую в обоснование того или иного вида кладутся общие принципы построения любой федерации.
В различных классификациях так или иначе говорится о процессе создания федераций, и именно этот критерий нужно положить в основу разделения федеративных государств на виды. Исходя из способа образования, можно выделить федерации, созданные «снизу», — те, которые образовались путем слияния самостоятельных государств либо произошли из конфедераций, как, например, Швейцария; созданные «сверху», т. е. образованные в результате разделения единого государства на субъекты в ходе федерализации унитарного государства. Первоначальное создание федерации одним из вышеуказанных способов не исключает последующего изменения ее состава. Таким примером являются США, где 13 штатов стали основой федерации при ее создании, большинство включено позже, а часть штатов выделена из других.
Способ создания федерации («сверху» или «снизу») оказывает большое влияние и на взаимоотношения между органами государственной власти и власти субъектов. В федерациях, созданных «снизу», за субъектами, как правило, сохраняется больший круг полномочий и они являются менее централизованными. Это совершенно естественно, так как данные образования до создания федерации были полностью самостоятельными.
Субъекты, которые до создания федеративного государства не имели самостоятельных полномочий, на первоначальном этапе должны быть более централизованными, так как наличие обширной компетенции по управлению на своей территории не приведет к положительным результатам, им нужно время для того, чтобы научиться эффективно реализовать свои полномочия на своей территории. Здесь нужно сознательно ограничивать объем полномочий субъекта, постепенно увеличивая его, а контроль за деятельностью органов управления в субъектах должны осуществлять органы государственной власти; тогда развитие федерации будет плавным и эффективным.
Отношение этих двух видов федераций к союзу различное. Суть такого явления выразил Р. Эшли, который писал о причинах различного отношения к Америке «старых» и «новых» штатов: «Причина этого очевидна. Старые штаты рассматривают союз как свое творение, тогда как новые — как своего творца».
При классификации федерализма следует говорить не о видах, как в федерации, а о моделях, поскольку, во-первых, такая терминология дает меньше поводов для смешения этих понятий, а, во-вторых, слово «модель» несет в себе более широкий смысл по сравнению со словом «вид». Модель предполагает некий образец,[20] содержащий в себе характеристики, обладая которыми те или иные субъекты следуют той или иной модели, в данном случае модели построения государства.
Наибольший интерес с таких позиций представляют классификации А. Подберезкина и А. Дугина. Исследовав 24 «конституционные федерации», А. Подберезкин разделил их на 7 типов: западноевропейский, североамериканский, латиноамериканский, островной, афро-азиатский, нигерийский и российский.
В западноевропейский тип входят Германия, Австрия, Бельгия, Швейцария, старые западноевропейские демократии, связанные или не связанные с национальной структурой населения, с длительными традициями самоуправления или независимой государственностью составных частей, устойчивым соотношением между политической и этнической идентичностью. К этому типу можно отнести многие полуфедеральные западноевропейские государства: Испанию, Великобританию, Финляндию, Италию и др.
Североамериканский тип охватывает США, Канаду, Австралию — старые англоязычные переселенческие федерации, созданные снизу в ходе строительства либеральной демократии, мало связанные с этническими и иными социальными различиями; это федерации с устойчивой политической идентичностью, высокой децентрализацией государственной власти.
Латиноамериканский тип включает Мексику, Аргентину, Венесуэлу, Бразилию — старые переселенческие федерации, созданные сверху в результате распада испанской и португальской империй из частей их колоний, не связанные с этническими различиями, асимметричные, с большим числом субъектов и высокой централизацией государственной власти, сочетающейся с развитыми институтами самоуправления в субъектах. Многочисленность регионов и асимметричность федерации, создание новых полноправных субъектов из территорий или путем деления старых шта­тов, особенно в районах нового освоения, традиционно использовались в латиноамериканских странах как клапаны для регулирования внутри федеральных отношений и социальной напряженности.
Островной тип включает Федеративные Штаты Микронезии, Сент-Китте и Невис, Коморские острова, молодые островные федерации, созданные в результате распада колониальных империй, асимметричные и слабо интегрированные.
Афро-азиатский тип — это Индия, Малайзия, ОАЭ, ЮАР, молодые, но устойчивые централизованные федерации, созданные сверху на базе компромисса между элитами существовавших прежде федеральных государств и/или национальными элитами регионов, ставших субъектами федерации, высокоасимметричные, с сильными различиями в потенциале регионов, как правило, с сохранением существенных элементов авторитарного правления в центре и на местах. ЮАР, в которой процесс государственного строительства после слома режима апартеида еще не завершен, сочетает признаки афро-азиатского и переселенческого типов; это регионы, основывающиеся на прежнем размежевании между независимыми бантустанами и традиционными историческими провинциями, возникшими в ходе освоения территории европейскими переселенцами.
В нигерийский тип входят Нигерия, Пакистан, Эфиопия, Мьянма — молодые высокоцентрализованные федерации с неустойчивыми авторитарными режимами, возникшие в результате деколонизации, в которых принципы федеративного устройства использованы центральными властями (сверху) как средство сохранения единства разнородных в этническом, социальном и экономическом отношении регионов, асимметричные, со слабыми и формальными институтами самоуправления на местах, узаконенным частым вмешательством центра в дела регионов, вплоть до коренной перекройки границ между ними.
В представленной классификации присутствуют, с одной стороны, критерии, которые употребляются, например, В. Е. Чиркиным в качестве основных при выделении видов федерации: симметричность и асимметричность, централизованность и децентрализованность, способ образования федераций. Но не они являются основополагающими в данной типологии, иначе классифицировать модели федерализма нужно было бы по-другому: например, все типы, кроме североамериканского, в основном являются централизованными и асимметричными. В этой же типологии отводится значительное место культурным, историческим, этническим, традиционным особенностям существующих федераций, и не только федераций, но и некоторых полуфедеральных государств.
Существует еще одна классификация, представителем которой является известный геополитик А. Г. Дугин. В различных странах федерализм проявляет себя по-разному, и если отталкиваться от мысли, что в основе этого многообразия лежат различия культурного свойства, то можно выделить, по крайней мере, две модели федерализма: атлантистскую и евразийскую. В основе такого разделения лежит выделение Евразии как геополитического субъекта.
А. Г. Дугин утверждает, что геополитическая сфера является главной и приоритетной для характеристики функции центра в случае евразийского федерализма. Она диктует также целый ряд второстепенных прикладных направлений, которые как составные элементы входят в общее русло геополитики. Во всем этом комплексе должны доминировать нейтралистский подход, гомогенная правовая, административная среда. Данный аспект связан с евразийством как геополитическим понятием, и в нем сосредоточены ограничительные стороны подхода к федерализму, то, что ли­митирует внутреннюю структуру федерализма как тенденции к автономизации регионов.
Основное отличие атлантистского федерализма от евразийского, по мнению А. Г. Дугина, заключается не в том, что он в большей или меньшей степени централизован, автономен, коммунален или демократичен. «Это иная — качественная, содержательная, цивилизационная сторона геополитики».
Основные различия между федерализмом атлантистского (США) и евразийского типа заключаются в том, что субъектом первого являются простые административно-территориальные единицы, не имеющие никаких особых качественных характеристик, заселенные однородным населением, которое представляемо не как общины, народы, культуры и конфессии, а как атомарные индивидуумы, распределенные по количественному пространству. Евразийский федерализм является антитезой атлантистскому. Субъект евразийского федерализма исторически обусловлен, а не произволен, связан с общиной, а не с условно выделенным территориальным сектором, основан на непрерывных традициях, а не составлен искусственно. В данном случае проявляется различие между сухопутным континентальным цивилизационным типом (свойственным Евразии) и морским (свойственным англосаксонскому миру и США). Субъект общества сухопутного — коллектив, основанный на традициях. Субъект общества морского, модернистского — индивидуум, свободный и эгоистичный предприниматель-потребитель. Отсюда и различие в субъекте федерирования: система Штатов есть просто промежуточная инстанция между отдельным индивидуумом и всем обществом в целом.
Евразийский федерализм отражает содержание евразийства как учения о ценности традиции и качественных различиях, о важности сохранения народов и культур, конфессий и племен. Субъектом такого федерализма является самобытное многомерное исторически укорененное, связанное с почвой, с корнями, с традициями, с культурой органическое образование. И главная задача федерализма — обеспечить этому образованию максимально благоприятные и естественные условия для существования и развития.
Итак, «федерализм» и «федерация» — различные явления, каждое из них необходимо самостоятельно классифицировать. Виды федерации можно классифицировать исходя из способа образования федерации, а именно созданные «сверху» и «снизу».
Что касается моделей федерализма, то наиболее уместна их классификация, основанная на культурных особенностях и геополитических свойствах государства. Этот принцип классификации моделей федерализма объясняет причину многообразия форм федеративного устройства государства: становится ясно, что не все государства, которым свойственна федеративная форма государственного устройства, применяют единые принципы построения федерации. Кроме того, не каждое государство способно стать федерацией, и такая форма государственного устройства одним народом может восприниматься как ценность, благо, а другим — как произвол. Изучая в первую очередь геополитические и культурные особенности, можно делать выводы:
— как более эффективно организовать становление государства в процессе федерализации;
— как более рационально, исходя из культурных, этнических, экономических предпосылок, выделить количество субъектов и разделить территорию;
— какой объем полномочий и свободы способны реализовать те или иные субъекты при осуществлении своей компетенции.
В теоретическом плане рассмотрение видов федерации и моделей федерализма с изложенных позиций, во-первых, уменьшает путаницу, сложившуюся на сегодняшний день в интерпретации данных явлений, способствует раскрытию феномена федерализма в сущностном аспекте; во-вторых, дает возможность каждому из них иметь свои предмет и цели исследования, что поможет лучше понять явление, которое остается одним из самых популярных и перспективных.
 
 
 
 
3. Особенности и проблемы федерализма в России
 
В России проблемы федерализма приобретают особое значение в связи с полиэтническим характером общества и государства, и федерализм в этой связи видится возможным решением задачи сохранения целостности и единства страны.
Особенностью современной России является отсутствие неких очевидных констант и ориентиров, которые были бы предложены обществу в качестве предельных оснований его политического бытия. Политические процессы начала 90-х годов (дезинтеграция, республиканизация, суверенизация) сверх меры ускорили и даже деформировали политическое развитие страны. Попав в ситуацию недостаточновызревшего исторического выбора, общество встало перед трудной альтернативой, когда наиболее привычные, и уже в силу этого, более ресурсообеспеченные варианты развития, оказались непривлекательными, а наиболее привлекательные недостаточно освоенными. В результате судьбоносный выбор делался наобум.
Принципиально важно, что те территориальные образования в составе РСФСР, которые сейчас конструированы как субъекты Федерации, до 1991 года не являлись политическими сообществами.
Идеи Российского федерализма формировались на базе общинных традиций, опыта земского городского самоуправления, элементов асимметрии в системе управления отдельными частями империи, в условиях переплетения центростремительных и центробежных факторов в государственном развитии.
Декоративно-камуфляжный характер российского федерализма совет­ского периода практически не оставлял пространства для политического развития областей, краев и республик в составе РСФСР и в институцио­нальном, и в нормативно-правовом, и в программно-идеологическом отно­шениях. Формально процесс трансформации территориально-администра­тивных образований в политические сообщества начался с момента распада СССР.
Таким образом, принятие в 1993 году новой Конституции РФ означа­ло что власть сделала — по крайней мере конституционно — заявку на обустройство иных, нежели до этого времени, федеративных отношений. Объективность и отнюдь не исключительный по сравнению с опытом дру­гих стран характер целей и задач российских федералистских преобразова­ний тем не менее изначально предполагали несколько принципиальных вариантов их возможного развития. Вероятны были:
1. восстановление унитарного государства советского образца при сохранении внешней атрибутики федерализма и демократии. На раннем эта­пе федералистских преобразований вариант мог быть не только проходим, но и с большой вероятностью широко поддержан обществом — ностальгия по «советскому единству и порядку» оставалась достаточно сильной;
2. сохранение «жесткого» варианта федерации с отдельными консти­туционными послаблениями республикам и некоторым регионам, но с воз­можным укреплением всей атрибутики властной одновекторной вертикали «Центр — регионы»: единого бюджета, двухканальной налоговой системы, Центрального банка, единой армии и силовых структур, других инструментарных возможностей властного контроля Центра над регионами;
3. противопоставление стихии децентрализации варианта «мягкого» федерализма. Тенденция этого типа развития нашла наиболее полное воп­лощение в механизме решения взаимоотношений между федеральным Центром и Татарстаном, в попытках поливалентного подхода к различ­ным субъектам Федерации. Такой вариант чреват опасностью серьезного ос­лабления единого государства, но при подключении к механизмам его реа­лизации бюджетного федерализма и жесткой иерархичности федерального законодательства оказывался вполне перспективен;
4. развитие «ползучего конфедерализма», вполне вероятный сценарий, условиями реализации которого становится несостоятельность полити­ки Центра. Он возможен в случаях затяжных и тупиковых кризисов власти (примеры — октябрьские события 1993 года, апрельский и августовский правительственные кризисы 1998-го), при которых резко возрастает стрем­ление регионов к дистанцированию от Центра;
5. вариант распада России, казавшийся почти невозможным до по­литически провальной политики Центра на «чеченском направлении», возникновения дискуссий вокруг проблемы Уральской республики, до­пущения региональных референдумов по общефедеральным проблемам, как в Приморье, ряда иных направлений.
Реальное развитие федерализма в стране оказалось намного сложнее, противоречивее и подчас сочетало в себе элементы едва ли не всех вариан­тов одновременно. Важно иметь в виду, что и после принятия Конституции 1993 года становление федерализма происходило главным образом за счет реальной политической практики, на основе существовавшего баланса по­литических сил, часто вопреки конституционным положениям или благода­ря правовому несовершенству и противоречивости самой Конституции РФ, которая заложила основные принципы, «общие правила» построения под­линной федерации (см. статьи 4 и 5 Конституции РФ):
суверенитет Российской Федерации на всей ее территории;
верховенство на всей территории страны федеральной Конституции и федеральных законов;
государственная целостность страны;
единство системы государственной власти;
разграничение предметов ведения и полномочий между федераль­ными органами государственной власти и органами государственной власти субъектов Российской Федерации;
равноправие и самоопределение народов в Российской Федерации;
равноправие субъектов Федерации между собой в их взаимоотно­шениях с федеральными органами государственной власти.
К концу 1990-х годов государственность России начала приобретать бо­лее ясные очертания, поскольку имела сформированную через общенацио­нальное согласие правовую базу: Конституцию, Договор об общественном согласии, Федеративный договор, около 50 договоров о разграничении пред­метов ведения и полномочий между органами власти различного уровня, Концепцию государственной национальной политики, Положение о регио­нальной политике в Российской Федерации, закон о национально-культур­ной автономии и об общих принципах организации местного самоуправле­ния, Бюджетный и Налоговый кодексы. После более чем трех лет борьбы был принят Федеральный закон «О принципах и порядке разграничения предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Рос­сийской Федерации». Получили поддержку Совета Федерации и подпись Президента РФ законы «О государственном регулировании внешнеторговой деятельности», «О координации внешнеэкономических и международных связей субъектов Российской Федерации» и ряд других правовых актов, важ­ных и необходимых для развития федеративной России. Это дает основания утверждать, что первичная база федерализма, основанного на принципах демократии и уважении прав человека, в 1990-х годах была практически сформирована.
Однако дискуссии, развертывающиеся в Государственной думе и Со­вете Федерации Федерального собрания Российской Федерации при обсуж­дении законопроектов, выступления и заявления государственных деятелей федерального и регионального уровней, не прекращающиеся споры специ­алистов, экспертов и политологов в научной литературе и средствах массо­вой информации о характере создаваемой Федерации и о дальнейших пу­тях ее развития, сам ход становления федерализма в многонациональной стране свидетельствуют о том, что конкретного видения, окончательного проекта уже строящейся системы Российской Федерации пока все еще нет. Отсюда вытекают всевозможные сложности и противоречия, с которыми сталкиваются политики, ученые, граждане РФ на всех уровнях нашего го­сударства.
 
ВЫРАБОТКА ПОЛИТИЧЕСКОГО КУРСА в России с начала 1990-х годов коренным образом отличается от соответствующих процессов, имев­ших место во все иные периоды российской истории. Принципиально но­выми являются роль региональных факторов в процессе выработки поли­тического курса и их отношения с центральной властью. Необычно и обязательство, принятое на себя центральными властями в 1990-е годы, по крайней мере на словах: найти демократические и федеративные формы организации отношений между Центром и регионами. Хотя практика часто бывает весьма далека от заявленных стремлений, вербальный контекст спо­собствует формированию пространства для выработки последовательного политического курса.
«Политика в отношении федеративного устройства в целом оставалась неизменной с 1991 года до преобразований президента В. В. Путина, хотя отдельные ее составляющие и отличаются непоследовательностью. Главным примером этого удивительного постоянства на фоне ранее частых смен пре­мьер-министров и правительств является существование так называемого «московского консенсуса» относительно политики либерализации экономики страны и ее интеграции в мировую систему»2.
Только «в 1991—1995 годах субъекты Российской Федерации заключи­ли более 300 соглашений о торговом, экономическом и гуманитарном сотруд­ничестве с иностранными государствами, что подорвало монополию центра в сфере международных отношений и переключило внимание с высокой дипломатии на нужды российских регионов. Некоторые субъекты Федера­ции препятствовали разрешению международных проблем, прежде всего регионы Дальнего Востока, выступавшие против договора с Китаем о госу­дарственной границе, другие, такие как Республика Карелия, Псковская и Калининградская области, старались упрочить свои международные отно­шения»3.
Сегодня российский федерализм вышел на очередную, несомненно, более высокую ступень своего развития, которая, качественно отличаясь от предшествовавших ступеней, в то же время отнюдь не означает завер­шения процесса формирования самого федерализма. Очевидными представ­ляются сегодняшние проблемы развития; в то же время достаточно хоро­шо просматриваются как завтрашние трудности, так и перспективы по­ступательного развития федеративных отношений.
Совершенно определенно можно констатировать, что и система базо­вых постулатов-ценностей, и институциональное строение, и нормативно-правовая ткань сконструированной и легитимизированной в 1990-е годы по­литической системы страны пока видятся как некие элементы, нацеленные на перспективу.
В полной мере сказанное относится к масштабному проекту федерали­зации государственного устройства России, проекту, изначально заявлен­ному в качестве одного из ключевых пунктов всей программы политической модернизации страны. Разумеется, никто и не ожидал, что одной кон
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.