На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


дипломная работа Особенности копинг-стратегий и совладевающего поведения юношей и девушек в процессе постинтернатной адаптации

Информация:

Тип работы: дипломная работа. Добавлен: 02.11.2012. Сдан: 2012. Страниц: 27. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


?107
 
Министерство образования и науки Российской Федерации
ФГАОУ ВПО «Балтийского Федерального Университета им. И. Канта»
Кафедра специальных психолого-педагогических дисциплин
 
 
«УТВЕРЖДАЮ»
«__»  июня 2011 г.
Зав. кафедрой СППД
___________ д.п.н., проф. А.Б. Серых
 
«ОСОБЕННОСТИ КОПИНГ-СТРАТЕГИЙ И СОВЛАДАЮЩЕГО ПОВЕДЕНИЯ ЮНОШЕЙ И ДЕВУШЕК В ПРОЦЕССЕ ПОСТИНТЕРНАТНОЙ АДАПТАЦИИ».
 
Дипломная работа
 
 
 
 
Выполнила:
студентка 5 курса
очной формы обучения
специальности «Социальная работа»
                                                                             
Научный руководитель:
д.п.н., проф. кафедры СППД
_______________________
 
 
Калининград
2011
              ОГЛАВЛЕНИЕ
 
ВВЕДЕНИЕ…………………………………………………………………..3
ГЛАВА 1. Теоретический анализ проблемы совладающего поведения юношей  и девушек в процессе постинтернатной адаптации ……………...…………………………………………………………………..7
1.1 Понятие копинг-стратегий и совладающего поведения……………….7
1.2 Социальное сиротство как социальный и психологический феномен ………………………………..…….………………………………………..26
1.3 Юность как возрастной этап психического развития………………...32
1.4 Интернат как социальная среда и проблемы постинтернатной адаптации    …………………………………………………………………………………43
ГЛАВА 2. Эмпирическое исследование особенностей совладающего поведения и копинг-стратегий юношей  и девушек в процессе постинтернатной адаптации…………………………………………………53
        2.1 Описание выборки и методов исследования……………………...53
2.2 Анализ и интерпретация результатов……………………………..55
2.3 Рекомендации по работе с молодыми людьми, воспитывавшимися в         учреждениях интернатного типа…………………………………………….73
ЗАКЛЮЧЕНИЕ………………………………………………………………76
ЛИТЕРАТУРА………………………………………………………………..79
ПРИЛОЖЕНИЯ………………………………………………………………83
 
 
 
 
 
 
 
ВВЕДЕНИЕ.
Процессы реформирования всех областей социальной жизни и поиски современных путей решения основных социальных проблем, происходящие в нашей стране в последние годы, болезненно отражаются на наименее социально защищенных категориях граждан. В сфере социальной защиты детства ключевой проблемой стало социальное сиротство. Неблагоприятная демографическая ситуация в России усугубляется за счет того, что с каждым годом, при общем снижении рождаемости, относительно большее количество детей рождается в неблагополучных семьях. Не случайно семейная и демографическая политика, защита прав детей объявлены одним из стратегических приоритетов государственной политики.
Дети, воспитывающиеся в интернатных учреждениях, не имеют опыта благополучной семейной жизни, связи с се­мьей изначально атрофированы или разрушены, их никто не любил и о них никто не заботится. Это дети, в отно­шении которых с самого рождения допускается соци­альная несправедливость. Они ощущают себя в этом мире брошенными и очень одинокими. По данным многих исследований, социальное разви­тие таких детей отличается целым рядом особенностей, которые сопровождают развитие на всех возрастных ста­диях. Дети, лишенные родительской опеки, попадают в различные учебно-воспитательные учреждения, которые в своем роде являются институтами социализации. Первую группу существующих институтов социализа­ции детей, лишенных родительской опеки, составляют учеб­но-воспитательные учреждения интернатного типа: дома ребенка, детские дома, школы-интернаты. После проживания там, многие из них нуждаются в помощи адаптироваться к условиям новой жизни.
     Становиться все более  актуальной  деятельность постинтернатных учреждений, которые помогают выпускникам детских домов и интернатов адаптироваться к условиям внешней жизни, и к изменившимся условиям проживания.
В период, когда воспитанники интернатных учреждений и детских домов, покидают привычное им,  место проживания, они сталкиваются с новыми условиями окружающей среды, у них повышается уровень тревожности и стресса.  Для того, что бы молодым людям было проще войти в новую жизнь, и успешнее адаптироваться к новым условиям проживания, создаются учреждения постинтернатной адаптации, в которых юноши и девушки могут проживать год, эти учреждения готовят молодых людей к самостоятельной жизни.
Для того, что бы выявить уровень стресса, и методов ухода от него, или совладения с ним, были созданы «копинг-стратегии».
Копинг-поведение - форма поведения, отражающая готовность индивида решать жизненные проблемы. Это поведение, направленное на приспособление к обстоятельствам и предполагающее сформированное умение использовать определенные средства для преодоления эмоционального стресса. При выборе активных действий повышается вероятность устранения воздействия стрессоров на личность.
     Особенности этого умения связаны с "Я-концепцией", эмпатией, условиями среды.
Цель нашего исследования: изучить и проанализировать особенности совладающего поведения и копинг-стратегии у молодых людей, воспитывавшихся в интернате в процессе постинтернатной адаптации.
Объект исследования: копинг-стратегии и совладающее поведение.
Предмет исследования: особенности копинг-стратегии и совладающего поведения в процессе постинтернатной адаптации у молодых людей, воспитывавшихся в учреждениях интернатного типа.
Задачи исследования:
- проанализировать научную литературу по проблеме исследования;
- провести эмпирическое исследование копинг-стратегий выпускников интернатов в сопоставлении в процессе пост-интернатной адаптации.
Гипотеза исследования: особенностями молодых людей, воспитывавшихся в учреждениях интернатного типа будут отличать более высокие показателях ассертивности поведения (в форме демонстрации уверенности), агрессивных и асоциальных действий, и более низкие значения по шкалам «готовности вступления в социальные контакты» и «поиска социальной поддержки».
Методы исследования:
1. Теоретические - теоретический анализ научной литературы.
2. Экспериментальные :
- опросник SACS – стратегии преодоления стрессовых ситуаций» С. Хобфолл.
- интервью и беседы, с молодыми людьми, проживающими в учреждении постинтернатной адаптации «Открытый Мир».
Научная новизна исследования заключается в том, что:
- впервые выявлены особенности
защитных механизмов личности у молодых
людей, воспитывавшихся в учреждениях
интернатного типа;
- осуществлен анализ различий механизмов совладания
личности , у молодых людей
воспитывавшихся в семье и в детских домах и
интернатах;
- описана специфика реализации
копинг - стратегий молодых людей в условиях постинтернатной адаптации.
Практическая значимость исследования состоит в том, что полученные результаты могут быть использованы для разработки психопрофилактических и психокоррекционных программ, направленных на обучение  юношей и девушек, воспитывавшихся в учреждениях интернатного типа,  адаптивным формам поведения с учетом специфики условий их жизнедеятельности. Разработанные рекомендации могут быть использованы в практической деятельности социальными педагогами и воспитателями, в центрах постинтернатной адаптации. Материалы исследования могут быть положены в основу лекционных курсов в рамках дисциплин: «Социальная работа с подростками», «Технологии социальной работы с сиротами»
Структура работы. Работа состоит из введения, двух глав, заключения, списка литературы и приложений.
 
 
 
 
 
 
 

ГЛАВА I.  ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ПРОБЛЕМЫ СОВЛАДАЮЩЕГО ПОВЕДЕНИЯ ЮНОШЕЙ  И ДЕВУШЕК В ПРОЦЕССЕ ПОСТИНТЕРНАТНОЙ АДАПТАЦИИ.
1.1           Понятие копинг-стратегий и совладающего  поведения.
 
       Копинг-поведение определяется так: копинг — это «непрерывно меняющиеся когнитивные и поведенческие попытки справиться со специфическими внешними и/или внутренними требованиями, которые оцениваются как чрезмерные или превышающие ресурсы человека» [1]. Авторы подчеркивают, что копинг — это процесс, который все время изменяется, поскольку личность и среда образуют неразрывную, динамическую взаимосвязь и оказывают друг на друга взаимное влияние.
      Как показано Лазарусом [Lazarus, 1991], утверждается, что стресс — это дискомфорт, испытываемый, когда отсутствует равновесие между индивидуальным восприятием запросов среды и ресурсов, доступных для взаимодействия с этими запросами. Именно индивид оценивает ситуацию как стрессовую или нет. По Лазарусу и Фолкману, индивиды оценивают для себя величину потенциального стрессора, сопоставляя запросы среды с собственной оценкой ресурсов, которыми они владеют, чтобы справиться с   этими самыми запросами.
      Co временем понятие «копинг» стало включать в себя реакцию не только на «чрезмерные или превышающие ресурсы человека требования», но и на каждодневные стрессовые ситуации. Содержание копинга при этом осталось тем же: копинг — это то, что делает человек, чтобы справиться со стрессом: он объединяет когнитивные, эмоциональные и поведенческие стратегии, которые используются, чтобы справиться с запросами обыденной жизни. Мысли, чувства и действия образуют копинг-стратегии, которые используются в различной степени в определенных обстоятельствах [1]. Таким образом, копинг — это «поведенческие и когнитивные усилия, применяемые индивидами, чтобы справиться со взаимоотношениями человек-среда».
      При этом подчеркивается, что реакции индивида на стрессовую ситуацию могут быть как произвольными, так и непроизвольными. Непроизвольные реакции — это те, что основаны на индивидуальных различиях в темпераменте, а также те, что приобретены в результате повторения и больше не требуют сознательного контроля [Compas, 1998].
      Психологи, занимающиеся проблематикой копинг-поведения, придерживаются разных точек зрения на эффективность стратегий совладания. Если во многих теориях учитывается, что копинг-стратегии по своей сути могут быть как продуктивными, функциональными, так и непродуктивными, дисфункциональными [2], то существуют авторы, с точки зрения которых неотъемлемой характеристикой копинг-поведения является его полезность [2]; они определяют совладание как «адаптивные действия, целенаправленные и потенциально осознанные».
      Альтернативная точка зрения состоит в том, что копинг не всегда является продуктивным; его эффективность зависит от двух факторов: ответной реакции и контекста, в котором этот копинг реализуется.
      Исследователи копинг-стратегий в попытках систематизировать и создать стройную классификацию выделяют несколько уровней обобщенности того, что предпринимает индивид, чтобы справиться со стрессом: это копинговые действия, копинг-стратегии и копинговые стили. Копинговые действия (то, что индивид чувствует, думает или делает) часто группируются в копинг-стратегии, стратегии, в свою очередь, группируются в копинговые стили (например, группу стратегий, которая представляет собой концептуально похожие действия). Например, таким стилем может быть «Обращение к другим». Иногда термины копинговые действия и копинг-стратегия используются как взаимозаменяемые, в то время как копинговые стили в общем относятся к действиям или стратегиям, которые последовательно используются индивидом, чтобы справиться со стрессом. Другие похожие термины — это копинговые тактики и копинговые ресурсы [1].

Ресурсный подход к копинг-стратегиям

Достаточно недавно исследователи, занимающиеся проблематикой копинг-стратегий, при взгляде на копинг стали придерживаться так называемого ресурсного подхода. Ресурсный подход делает акцент на то, что существует процесс «распределения ресурсов» (commerce of resources), который объясняет тот факт, что некоторым людям удается сохранять здоровье и адаптироваться несмотря на различные жизненные обстоятельства [1].
Ресурсные теории предполагают, что существует некоторый комплекс ключевых ресурсов, которые «управляют» или направляют общий фонд ресурсов. То есть «ключевой ресурс — это главное средство, контролирующее и организующее распределение (торговлю) других ресурсов» [3].
К ресурсному подходу относят работы некоторых серьёзных исследователей, в которых ранее отсутствовала связь с изучением копингового поведения [2]. В рамках ресурсного подхода рассматривают широкий спектр различных ресурсов, как средовых (доступность инструментальной, моральной и эмоциональной помощи со стороны социальной среды), так и личностных (навыки и способности индивида) [4]. Хобфолл предлагает теорию сохранения ресурсов (Conservation of Resources, COR — теория), в которой рассматривает два класса ресурсов: материальные и социальные, или связанные с ценностями (esteem). Так, например, М. Селигман, в качестве главного ресурса в совладания со стрессом рассматривает оптимизм. Другие исследователи в качестве одного из ресурсов, влияющих на используемые копинг-стратегии, предлагают конструкт «жизнестойкость» [5].
Конструкт самоэффективности, разработанный А.Бандурой, также можно рассматривать как важный ресурс, влияющий на копинговое поведение. По Э. Фрайденберг, с самоэффективностью связаны познавательные процессы, которые относятся к внутренним убеждениям людей об их собственной способности совладания. Это убеждение в человеке подчеркивает способность к «центральной» организации и использованию собственных ресурсов, а также способность к получению ресурсов из окружающей среды [5].
Ресурсный подход предполагает, что владение и управление ресурсами и применяемые копинг-стратегии могут оказывать друг на друга взаимное влияние. Так, если у подростка нет желания эффективно взаимодействовать со своим социальным окружением, у него будет мало друзей. В этом случае можно заявить, что копинг-стратегия повлияла на ресурсы. Напротив, в случае, если ребенок рос в обедненной социальной среде, то есть, у ребенка были ограниченные ресурсы, это обстоятельство может повлиять на предпочитаемые им копинг-стратегии и на частоту использования им социальной поддержки в качестве стратегии совладания со стрессом [4].
Классификации копинг-стратегий
Поскольку интерес к копинг-стратегиям возник в психологии относительно недавно и из-за сложности самого феномена совладания с трудностями, исследователи ещё не пришли к одной единой классификации копинг-поведения. Работы по копинг-стратегиям пока ещё являются достаточно разрозненными, поэтому чуть ли не каждый новый исследователь при изучении проблематики копингового поведения предлагает свою собственную классификацию. При этом, чтобы хоть как-то систематизировать имеющиеся подходы к копинг-стратегиям, уже прилагаются усилия по классификации самих классификаций.

Проблемно-фокусированные / эмоционально-фокусированные копинг-стратегии

Исследователи, первые использовавшие понятие копинга в психологии, предложили и первую классификацию копинг-стратегий. Лазарус и Фолкман предложили дихотомическую классификацию копинг-стратегий, выделив их следующую направленность: • проблемно-фокусированные стратегии (11 копинговых действий) • эмоционально-фокусированные стратегии (62 копинговых действия) [6].
По Лазарусу в копинговом процессе представлен как проблемно-фокусированный, так и эмоционально-фокусированный аспект.
Другими исследователями предлагались похожие классификации копинг-стратегий. Так, например, Моос и Шеффер, выделяют три стратегии: сфокусированная на оценке (установление для себя значения ситуации); сфокусированная на проблеме (принятие решений и совершение конкретных действий для преодоления стресса); сфокусированная на эмоциях (управление чувствами и поддержание эмоционального равновесия) [6].
Перлин и Шулер, предлагают аналогичную предложенной Моосом и Шеффером классификацию, выделяя в ней три следующих стратегии: стратегия изменения способа видения проблемы, стратегия изменения проблемы, и стратегия управления эмоциональным дистрессом [4].
Эти две классификации практически повторяют классификацию Лазаруса и Фолкмана. При этом Моос и Шеффер и, соответственно, Перлин и Шулер выделяют в стратегии «фокусировка на проблеме» действия двух типов: когнитивные («фокусировка на оценке» и «изменение способа видения проблемы», соответственно) и поведенческие («фокусировка на проблеме» и «стратегия изменения проблемы», соответственно).
Многие из классификаций копинг-стратегий, возникавшие вслед за классификацией Лазаруса и Фолкмана, составлялись в той же традиции, предлагая дихотическое разделение копинг-стратегий по принципу «работа с проблемой» / «работа с отношением к проблеме». Таким образом, многие классификации копинг-стратегий, в основном, сводятся к различению между активными, фокусированными на проблеме усилиями справиться с внешними запросами проблемы против более интроспективных усилий переформулировать или когнитивно переоценить проблему так, что она лучше соответствует внешним требованиям [4].

Когнитивные / поведенческие / эмоциональные копинг-стратегии

Кроме того, некоторые исследователи предлагают классификации, в которых копинг-стратегии различаются в зависимости от типов процессов (эмоциональных, поведенческих, когнитивных), лежащих в их основе. Так, Никольская и Грановская выделяют три больших группы копинг-стратегии, проходящих на следующих уровнях: поведение, эмоциональная проработка подавленного и познание [2].
Есть и классификации, имеющие дело только с одним типом процессов. Так, например, Коплик [Koplik, 1992], рассматривая чисто когнитивные копинг-стратегии, предлагает дихотическую классификацию: стратегия поиска информации и стратегия закрытости для информации. Напротив, Виталиано [Vitaliano, 1990] выделяет три способа эмоционально-ориентированного преодоления: самообвинение, избегание и предпочтительное истолкование [7]. Другая теория [Fabes, Eisenberg & Eisenbud, 1993] также выделяет три вида эмоционального совладания, но в основе этой классификации лежит не тип демонстрируемой реакции, а то, на что направлены действия по совладанию: на регуляцию внутренней (переживаемой) эмоции; регуляцию поведения, связанного с переживанием эмоции; регуляцию контекста, вызывающего эмоцию [7].

Эффективные / неэффективные копинг-стратегии

В то же время, некоторые исследователи пришли к тому, что стратегии лучше всего сгруппировать в копинговые стили, представляющие собой функциональные и дисфункциональные аспекты копинга. Функциональные стили представляют собой прямые попытки справиться с проблемой, с помощью других или без неё, в то время как дисфункциональные стили связаны с использованием непродуктивных стратегий. В литературе принято называть дисфункциональные копинг-стили «избегающим копингом». Так, например, Фрайденберг [Frydenberg, Lewis, 2000] предлагает классификацию, в которой 18 стратегий сгруппированы в три категории: обращение к другим (обращение к другим за поддержкой, будь это сверстники, родители или кто-то ещё), непродуктивный копинг (стратегии избегания, которые связаны с неспособностью справиться с ситуацией) и продуктивный копинг (работать над проблемой, сохраняя оптимизм, социальную связь с другими и тонус). Как видно, копинг-стратегия в категории «Обращение к другим» стоит особняком от категорий «эффективного» и «неэффективного» копинга. Таким образом, несмотря на то, что данная классификация основана на измерении «эффективности / неэффективности», исследователями здесь все же предпринята попытка выделить ещё одно измерение — «социальная активность», которое с точки зрения исследователей не может однозначно оцениваться как продуктивное или непродуктивное [7].

Копинг-стратегии как степень контроля над ситуацией

В психологической литературе также представлены иные классификации, которые рассматривают копинг-стратегии как специфические поведенческие конкретизации процессов произвольного контроля над действием, а именно, как планируемые поведенческие стратегии, которые служат для того, чтобы поддерживать или восстанавливать контроль в ситуациях, когда он подвергается угрозе [8]. Так, например, в предложенной этими авторами классификации BISC [Behavioral Inventory on Strategic Control, «Руководство по стратегическому контролю поведения») предполагается, что копинг-стратегии детей варьируются по четырём измерениям стратегического поведенческого контроля: активная деятельность, косвенная деятельность, просоциальное поведение и антисоциальное поведение.
Похожая классификация предлагается Хобфоллом. В своей COR-теории (Conservation of Resources, «Теория сохранения ресурсов») он предлагает рассматривать в копинг-поведении шесть осей: Просоциальная; антисоциальная направленность, прямое; непрямое поведение и пассивное; активное поведение [8].

Копинг-стратегии и эффективное функционирование индивида

На сегодняшний день проблематика копинг-стратегий активно исследуется в самых разных сферах и на примере самых разных типов деятельности. Серьёзное внимание уделяется изучению связи копинг-стратегий, которые применяет индивид, с его эмоциональным состоянием, успешностью в социальной сфере и т. д. При этом копинг-стратегии оцениваются с точки зрения их эффективности / неэффективности, а за критерий эффективности принимается понижение чувства уязвимости к стрессам [20].
Так, например, получены данные, что копинговые реакции, фокусированные на проблеме (например, попытка изменить что-то в стрессовых взаимоотношениях с другим человеком или между другими людьми в своем социальном окружении) связаны с более низкими уровнями отрицательных эмоций в стрессовых ситуациях, которые воспринимаются как контролируемые [9]. Кроме того, применение проблемно-фокусированных копинг-стратегий отрицательно связано с проблемами в поведении и социальными. При этом показано, что дети, меньше применяющие проблемно-фокусированные копинг-стратегий, переживают больше проблем в адаптации. Напротив, частое использование эмоционально-фокусированного копинга связано с более серьёзными проблемами в поведении, а также с большим количеством симптомов тревожности и депрессии [9].
Такие стратегии, как поиск социальной поддержки, агрессивный копинг (например, вербальная/физическая агрессия для того, чтобы решить проблему или выразить чувства), отрицание также, похоже, связаны с компетентностью и способностью к адаптации. В пользу эффективности стратегии «поиск социальной поддержки» свидетельствуют и данные, полученные в других исследованиях. Здесь было показано, что школьники (мужского пола), получавшие более высокие баллы по шкале успеваемости, активнее использовали данную копинг-стратегию. [9].
Положительной оценки также заслуживает такая стратегия, как активное решение проблем. Так, было показано, что подростки, способные к активному решению проблем, демонстрируют большую легкость в адаптации.
Что касается академической сферы, то, к сожалению, работы по изучению влияния копинг-стратегий на академическую успешность пока представлены в психологической литературе очень слабо. Так, например, нельзя четко и однозначно заявить, что успешные копинг-стратегий ведут к сверх-достижениям в учёбе (под сверхдостижениями — overachievment — здесь понимается более высокий уровень достижений, чем в среднем для учащихся данного уровня способностей). Тем не менее, уже можно ссылаться на данные, свидетельствующие, например, о том, что подростки (мужского пола), которые делают выбор в пользу более продуктивных копинг-стратегий, имеют явное преимущество в учёбе; а именно, они демонстрируют сильную склонность к тому, чтобы успевать лучше, чем мы можем ожидать, исходя из их результатов по тестам IQ.
Стратегии, направленные на решение проблем, в общем, являются более эффективными, чем стратегии, назначение которых — совладание с отношением индивида к проблеме. Но, как бы то ни было, исследования также свидетельствуют, что применение сразу нескольких способов совладания более эффективно, чем выбор только одного конкретного способа реагирования на ситуацию [4]. Как уже было сказано, эффективность копинг-стратегий зависит как от самой реакции, так и от контекста, в котором эта реакция осуществляется. Копинг-стратегии, неэффективные в одних ситуациях, могут оказаться вполне эффективными в других; например, стратегии, неэффективные в ситуации, которая неподконтрольна субъекту, могут быть эффективны в ситуациях, которые субъект способен контролировать и изменять в желаемую сторону [20].
По Малкиной – Пых.
Теория совладания личности с трудными жизненными ситуациями (копинга) возникла в психологии во второй половине XX в. Термин введен американским психологом Абрахамом Маслоу (Maslow, 1987). Под "копингом" (от англ. to соре - справиться, совладать) подразумеваются постоянно изменяющиеся когнитивные и поведенческие попытки справиться со специфическими внешними или/и внутренними требованиями, которые оцениваются как напряжение или превышают возможности человека справиться с ними (Neal, 1998).
Копинг-поведение - форма поведения, отражающая готовность индивида решать жизненные проблемы. Это поведение, направленное на приспособление к обстоятельствам и предполагающее сформированное умение использовать определенные средства для преодоления эмоционального стресса. При выборе активных действий повышается вероятность устранения воздействия стрессоров на личность.
Особенности этого умения связаны с "Я-концепцией", локусом контроля, эмпатией, условиями среды. По представлениям Маслоу, копинг-поведение противопоставлено экспрессивному поведению.
Выделяются следующие способы совладающего поведения:
- разрешение проблем;
- поиск социальной поддержки;
- избегание.
Совладающее поведение реализуется посредством применения различных копинг-стратегий на основе ресурсов личности и среды. Одним из самых важных ресурсов среды является социальная поддержка. К личностным ресурсам относятся адекватная "Я-концепция", позитивная самооценка, низкий нейротизм, интернальный локус контроля, оптимистическое мировоззрение, эмпатический потенциал, аффилиативная тенденция (способность к межличностным связям) и другие психологические конструкты.
В процессе действия стрессора на личность происходит первичная оценка, на основании которой определяют тип создавшейся ситуации - угрожающий или благоприятный [Averill et al., 1971]. Именно с этого момента формируются механизмы личностной защиты. Лазарус [Lazarus, 1991] рассматривал эту защиту (процессы совладания) как способность личности осуществлять контроль над угрожающими, расстраивающими или доставляющими ей удовольствие ситуациями [11].
Процессы совладания являются частью эмоциональной реакции. От них зависит сохранение эмоционального равновесия. Они направлены на уменьшение, устранение или удаление действующего стрессора. На этом этапе осуществляется вторичная оценка последнего. Результатом вторичной оценки становится один из трех возможных типов стратегии совладания:

- непосредственные активные поступки индивида с целью уменьшения или устранения опасности (нападение или бегство, восторг или любовное наслаждение);
- косвенная или мыслительная форма без прямого воздействия, невозможного из-за внутреннего или внешнего торможения, например вытеснение ("это меня не касается"), переоценка ("это не так уж и опасно"), подавление, переключение на другую форму активности, изменение направления эмоции с целью ее нейтрализации и т. д.;
- совладание без эмоций, когда угроза личности не оценивается как реальная (соприкосновение со средствами транспорта, бытовой техникой, повседневными опасностями, которых мы успешно избегаем).
Защитные процессы стремятся избавить индивида от рассогласованности побуждений и амбивалентности чувств, предохранить его от осознания нежелательных или болезненных эмоции, а главное - устранить тревогу и напряженность. Результативный максимум защиты одновременно является минимумом того, на что способно удачное совладание. "Удачное" совладающее поведение описывается как повышающее адаптивные возможности субъекта, реалистическое, гибкое, большей частью сознаваемое, активное, включающее в себя произвольный выбор.
Существует достаточно большое количество различных классификаций стратегий копинг-поведения (Fineman, 1987, 1983, Lazarus, 1966). Можно выделить три основных критерия, по которым строятся эти классификации:
1. Эмоциональный/проблемный:
1.1. Эмоционально-фокусированный копинг - направлен на урегулирование эмоциональной реакции.
1.2. Проблемно-фокусированный - направлен на то, чтобы справиться с проблемой или изменить ситуацию, которая вызвала стресс.
2. Когнитивный/поведенческий:
2.1. "Скрытый" внутренний копинг - когнитивное решение проблемы, целью которой является изменение неприятной ситуации, вызывающей стресс.
2.2. "Открытый" поведенческий копинг - ориентирован на поведенческие действия, используются копинг-стратегии, наблюдаемые в поведении.
3. Успешный/неуспешный:
3.1. Успешный копинг - используются конструктивные стратегии, приводящие в конечном итоге к преодолению трудной ситуации, вызвавшей стресс.
3.2. Неуспешный копинг - используются неконструктивные стратегии, препятствующие преодолению трудной ситуации.
Представляется, что каждая используемая человеком стратегия копинга может быть оценена по всем вышеперечисленным критериям хотя бы потому, что человек, оказавшийся в трудной ситуации, может использовать как одну, так и несколько стратегий совладания.
Таким образом, можно предположить, что существует взаимосвязь между теми личностными конструктами, с помощью которых человек формирует свое отношение к жизненным трудностям, и тем, какую стратегию поведения при стрессе (совладания с ситуацией) он выбирает.
Как отмечают многие авторы, существуют значительные сложности в разграничении механизмов защиты и совладания [Либина, Либин, 1998]. Наиболее распространенной является точка зрения, согласно которой психологическая зашита характеризуется отказом индивидуума от решения проблемы и связанных с этим конкретных действий ради сохранения комфортного состояния [11]. 
В то же время способы совладания подразумевают необходимость проявить конструктивную активность, пройти через ситуацию, пережить событие, не уклоняясь от неприятностей. Можно сказать, что предметом психологии совладания, как специальной области исследования, является изучение механизмов эмоциональной и рациональной регуляции человеком своего поведения с целью оптимального взаимодействия с жизненными обстоятельствами или их преобразования в соответствии со своими намерениями [Либин, Либина, 1996].
Современный подход к изучению механизмов формирования совладающего поведения учитывает следующие положения.
Человеку присущ инстинкт преодоления (Фромм, 1992), одной из форм проявления которого является поисковая активность (Аршавский, Ротенберг, 1976), обеспечивающая участие эволюционно-программных стратегий во взаимодействии субъекта с различными ситуациями.
На предпочтение способов совладания влияют индивидуально-психологические особенности: темперамент, уровень тревожности, тип мышления, особенности локуса контроля, направленность характера. Выраженность тех или иных способов реагирования на сложные жизненные ситуации ставится в зависимость от степени самоактуализации личности - чем выше уровень развития личности человека, тем успешнее он справляется с возникшими трудностями.
Согласно этому положению, встречающиеся в жизни человека препятствия имеют своим источником не только внешние (специфику среды), но и внутренние (индивидуальные предпосылки) условия. Как защитные, так и совладающие стили реагирования связаны с установками и переживаниями, отношением к себе и другим, со структурой жизненного опыта, то есть с когнитивными, эмоциональными и поведенческими уровнями иерархической структуры психики.
В отечественной психологии актуальная проблема поведения личности в стрессе изучалась в основном в контексте преодоления экстремальных ситуаций. Исключение составляют немногочисленные работы, посвященные изучению личности и жизненного пути (Анцыферова, 1995; Либина, 1995 а, б), а также терапии супружеских конфликтов (Кочарян, Кочарян, 1994).
В зарубежной психологии изучение поведения в трудных ситуациях ведется в нескольких направлениях. Лазарус и Фолкмен (Lasarus, Folkman, 1984) подчеркивают роль когнитивных конструктов, обусловливающих способы реагирования на жизненные трудности. Коста и Маккрей (Costa, McCrae. 1992) делают акцент на влиянии личностных переменных, детерминирующих предпочтение индивидом тех или иных стратегий поведения в сложных обстоятельствах. Лер и Томэ (Lehr, Thomae, 1993) уделяют большое внимание анализу самих трудных ситуаций, справедливо предполагая сильное влияние контекста на выбор стиля реагирования. Интерпретация феноменов защиты и совладения связана также с изучением природы индивидуального поведения в контексте проблемы стресса (Селье, 1991).
В зависимости от выбранной точки отсчета, авторы по-разному определяют цели изучения защитного и совладающего поведения. Это и анализ проблем адаптации индивида в окружающем социуме, и проблемы духовного самоопределения, позволяющего сделать выбор с учетом личностного потенциала. По мнению ведущего специалиста в области изучения coping styles ("способов совладания") Лазаруса (Lazarus, 1966, 1991), несмотря на значительное индивидуальное разнообразие поведения в стрессе, существует два глобальных типа стиля реагирования.
Проблемно-ориентированный стиль, направленный на рациональный анализ проблемы, связан с созданием и выполнением плана разрешения трудной ситуации и проявляется в таких формах поведения, как самостоятельный анализ случившегося, обращение за помощью к другим, поиск дополнительной информации.
Субъектно-ориентированный стиль является следствием эмоционального реагирования на ситуацию, не сопровождающегося конкретными действиями, и проявляется в виде попыток не думать о проблеме вообще, вовлечения других в свои переживания, желание забыться во сне, растворить свои невзгоды в алкоголе или компенсировать отрицательные эмоции едой. Эти формы поведения характеризуются наивной, инфантильной оценкой происходящего.
Английский психолог Д. Роджер (Roger et al., 1993) в своем опроснике измерения coping styles выделяет четыре фактора - рациональное и эмоциональное реагирование, отстраненность и избегание. При этом под эмоциональным реагированием также подразумеваются лишь негативные переживания [11]. 
Стратегии поведения раскрываются в различных формах адаптации. Адаптация, в отличие от простого приспособления, понимается сегодня как активное взаимодействие человека с социальной средой с целью достижения его оптимальных уровней по принципу гомеостаза и отличающегося относительной стабильностью.
Проблема адаптации теснейшим образом связана с проблемой здоровья/болезни. Этот континуум неотъемлем от жизненного пути личности. Многофункциональность и разнонаправленность жизненного пути обусловливают взаимосвязь и взаимообусловленность процессов соматического, личностного и социального функционирования. Таким образом, адаптационный процесс включает в себя различные уровни человеческой жизнедеятельности.
Своеобразным "срезом" адаптационного процесса, охватывающего весь жизненный путь от рождения до смерти, является внутренняя картина жизненного пути, которая характеризует качество жизни человека и его адаптационные возможности на разных уровнях. Внутренняя картина жизненного пути - целостный образ человеческого бытия. Это ощущение, восприятие, переживание и оценка собственной жизни и, в конечном счете, отношение к ней. Внутренняя картина жизненного пути включает в себя ряд компонентов:
1. соматический (телесный) - отношение к своей телесности (к своему здоровью, изменениям в нем, включая болезнь, к возрастным и различным соматическим изменениям);
2. личностный (индивидуально-психологический) - отношение к себе как к личности, отношение к своему поведению, настроению, мыслям, защитным механизмам;
3. ситуационный (социально-психологический) - отношение к ситуациям, в которые оказывается включенным человек на протяжении своего жизненного пути.
Стратегии поведения являются различными вариантами процесса адаптации и подразделяются на соматически-, личностно- и социально-ориентированные в зависимости от преимущественного участия в адаптационном процессе того или иного уровня жизнедеятельности личностно-смысловой сферы.
Если жизненный путь, состоящий из множества ситуаций, рассматривать в континууме здоровья/болезни, то окажется, что на полюсах этого континуума окажутся совершенно разные личности, т. е. имеются в виду в первую очередь различные системы ценностей, различный приоритет жизненных значимостей.
Успешное разрешение ситуации зависит не в последнюю очередь от степени адекватности оценки происходящего. Часто тяжелые последствия перенесенного стресса оказываются результатом рассогласования между реальной сложностью неприятного события и субъективной оценкой его значимости. Поэтому успешность выбранного стиля реагирования связана и с тем, будет или нет событие восприниматься как угрожающее (Либина, Либин, 1998).
Смещение по шкале производимой личностью оценки слева направо при анализе значимости конкретной ситуации говорит о необходимости перейти от эмоциональных переживаний к решительным действиям. Если стадия негативных переживаний затягивается, особенно когда стрессовое событие получает субъективно высокую оценку, то неизбежен нервный срыв, провоцирующий неуправляемую и неадекватную реакцию. В этом случае стресс грозит перейти в дистресс [20]. 
Стили реагирования являются промежуточным звеном между случившимися стрессовыми событиями и их последствиями в виде, например, тревожности, психологического дискомфорта, соматических расстройств, сопутствующих защитному поведению, или же характерных для совладающего стиля поведения душевного подъема и радости от успешного решения проблемы.
Нахождение позитивных моментов в трагическом событии позволяет людям легче пережить его. Было выделено пять способов смягчения ситуации (на примере отношения к последствиям пожара) (Томпсон, 1986):
- обнаружение неожиданно появившихся побочных положительных моментов ("Зато мы теперь живем вместе с детьми");
- сознательное сравнение с другими погорельцами ("У нас хоть стоимость дома была не до конца выплачена, а вот у соседей...");

- представление более трагических последствий ситуации ("Мы ведь остались живы, а ведь могли и погибнуть!");
- попытки забыть о случившемся ("Вы о чем говорите? О пожаре? Да мы об этом давно уже забыли").
Стиль реагирования даже у одного человека может изменяться в зависимости от сферы жизни, в которой он проявляется: в семейных отношениях, работе или карьере, заботе о собственном здоровье.
К структурным компонентам относятся наиболее устойчивые базовые характеристики индивидуальности человека, такие, как первая и вторая сигнальная система (Павлов, 1980), свойства нервной системы (Теплов, 1986, Небылицын, 1974) и темперамент (Русалов, 1991).
Под функциональными компонентами подразумевается (Анохин, 1975, Волков и др., 1987) специфика организации поведения и деятельности личности. В данном случае имеется в виду феномен, обозначаемый в исследованиях западных психологов как "фокусинг" (focusing) при изучении психических процессов или "orientation", "attitude" при анализе личности. Отечественные психологи оперируют соответственно термином "установка" и понятием "направленность личности".
Особенный интерес представляет разработанная Неймарк (1972) классификация основных видов направленности личности, согласно которой выделяются направленность на себя, на других и на дело (объект).
Формы совладающего поведения в работе (Либина, Либин, 1998) названы рациональной компетентностью (образованной тремя самостоятельными первичными факторами - предметная направленность при решении проблем, коммуникативная направленность и рациональная саморегуляция) и эмоциональной компетентностью, имеющей схожую структуру. Новый вторичный фактор "эмоциональная компетентность" подчеркивает важность позитивной роли эмоций в осуществлении личностью конструктивной активности.
Эмоциональная компетентность (от лат. emover - волновать и competentis - соответствующий) обозначает способность личности осуществлять оптимальную координацию между эмоциями и целенаправленным поведением (Либина, 1996 а, б), основана на адекватной интегральной оценке человеком своего взаимодействия со средой. Адекватность означает учет внешних (стимул и обстановка) и внутренних (состояние организма и прошлый опыт) факторов, воздействующих на индивидуума в данной ситуации [20]. 
Анализ темперамента и характерологических черт личности в связи со стратегиями поведения в конфликте (Thomas, 1977; Гришина, 1981) показал, что стратегия избегания оказалась связанной со следующими признаками темперамента: низкой предметной (то есть направленной на дело) активностью и высокой эмоциональностью, понимаемой как чувствительность к несовпадению ожидаемого и полученного результата (Русалов, 1990), а также с негативным отношением к себе и низким уровнем самоуправления (Пантилеев, 1994).
Стратегию сотрудничества предпочитают люди, характеризующиеся высокой предметной эргичностью (то есть потребностью в напряженной работе), более низкими показателями эмоциональности, интернальностью локуса контроля (Rotter, 1966) и позитивным отношением к себе и другим [11].  
Стратегия соперничества образует общий паттерн с высоким уровнем эмоциональности в коммуникативной сфере, экстернальным локусом контроля и выраженным ожиданием негативного отношения со стороны окружающих. Предпочитающие стратегию приспособления отличаются самыми низкими в выборке показателями по параметрам предметной и коммуникативной активности.
Таким образом, выяснилось, что некоторые параметры стилей реагирования имеют в своей основе базовые психологические свойства личности. Сравнение индивидуально-психологических особенностей с характеристиками жизненного пространства (в том числе различными классификациями трудных ситуаций) позволит в дальнейшем выделить паттерны признаков, уточняющих природу стилей реагирования.
Итак, копинг-поведение – это форма поведения, отражающая готовность индивида решать жизненные проблемы. Это поведение, направленное на приспособление к обстоятельствам и предполагающее сформированное умение использовать определенные средства для преодоления эмоционального стресса. При выборе активных действий повышается вероятность устранения воздействия стрессоров на личность. Совладающее поведение реализуется посредством применения различных копинг-стратегий на основе ресурсов личности и среды. Одним из самых важных ресурсов среды является социальная поддержка. К личностным ресурсам относятся адекватная "Я-концепция", позитивная самооценка, низкий нейротизм, интернальный локус контроля, оптимистическое мировоззрение, эмпатический потенциал, аффилиативная тенденция (способность к межличностным связям) и другие психологические конструкты. Процессы совладания являются частью эмоциональной реакции. От них зависит сохранение эмоционального равновесия. На предпочтение способов совладания влияют индивидуально-психологические особенности: темперамент, уровень тревожности, тип мышления, направленность характера. Стратегии поведения раскрываются в различных формах адаптации.
 
1.2 Социальное сиротство как социальный и психологический феномен.
 
История социального сиротства в России
Практика призрения детей-сирот в Российском государстве начала оформляться в систему ещё в период средневековья. Призрение бедных и страждущих в России было уже при Владимире Мономахе (начало правления 1114г.) и при Иване Грозном. Основную ответственность за устройство сирот взяли на себя князья и церковь. Многолетняя практика заботы о сиротах в России существовала в двух основных видах: государственно-общественном и частно-церковном. Затем, от подачи милостыни наметился переход к воспитанию и обучению в специальных учреждениях или устройству для этих же целей в семьи. До Октябрьской революции 1917 г. практика социальной помощи детям-сиротам была связана, прежде всего, с милосердием и благотворительностью. Но нужно отметить, что у государства практически никогда не хватало средств на оказание перманентной помощи и планомерной успешной работы [24].  
После 1917 г. года основная форма заботы о детях стала носить государственно-общественный характер. Во времена голода в первые годы после гражданской войны (1921?22 гг.) появилась масса безнадзорных детей, своего рода социальное сиротство. К 30-м годам ХХ века подавляющее число воспитанников детских приёмников всё ещё составляли круглые сироты. Страна производила сирот массовыми раскулачиваниями, репрессиями, войнами. В сталинские времена детские дома пополнялись за счёт детей репрессированных. Совершенно понятно, что и во время Великой Отечественной войны проблема социального сиротства приобрела новое качество. Этому способствовали разруха и бедность, а также гибель взрослых как от рук врага, так и от голода. Кроме того, женщин угоняли на работы в западные страны, дети терялись во время эвакуации.
Серьезные катаклизмы, породившие массовую беспризорность, пришлись на время после распада Советского Союза. Особенностями социального напряжения в тогдашней России стали обострение противоречий между жизненными установками поколений, различных слоев общества, резкое падение уровня жизни большинства населения, прогрессирующее ослабление этических мотиваций в обществе, чему в немалой степени способствовал и “расцвет” масс — культуры, поддерживаемый средствами массовой информации. Проявлением общего духовного кризиса стал и кризис воспитания — серьёзнейшая проблема современной педагогической науки. Сегодня дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, принимаются государством на полное обеспечение. Кроме того, до двадцати трех лет эта категория граждан имеет право на дополнительные социальные гарантии до окончания профессионального обучения в очных образовательных учреждениях. Гарантируя льготы в различных сферах общественной жизни — культуре, спорте, здравоохранении, государственная система воспитания и обучения сирот, как уже отмечалось выше, испытывала значительные материальные трудности практически на протяжении всего периода своего существования. И последние годы также нельзя считать благополучными [24].  
Понятия «сирота», «социальный сирота», определены в Федеральном законе от 21 декабря 1996г. № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной защите детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей».
Дети-сироты – это лица в возрасте до 18 лет, у которых умерли оба родителя или единственный родитель [22].  
Дети, оставшиеся без попечения родителей - это лица в возрасте до 18 лет, которые остались без попечения единственного или обоих родителей в связи с отсутствием родителей или лишением их родительских прав, ограничением их в родительских правах, признанием родителей безвестно отсутствующими, недееспособными (ограниченно дееспособными), находящимися в лечебных учреждениях, объявлением их умершими, отбыванием ими наказания в учреждениях, исполняющих наказание в виде лишения свободы, нахождением в местах содержания под стражей, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений; уклонением родителей от воспитания детей или от защиты их прав и интересов, отказом родителей взять своих детей из воспитательных лечебных учреждений, учреждений социальной защиты населения и других аналогичных учреждений. Таких детей называют социальными сиротами.
Основными причинами широкого распространения социального сиротства являются: рост числа детей, рождающихся вне брака, материальные и жилищные трудности семей, нездоровые супружеские и детско-родительские отношения, слабость нравственных устоев и деградация личности родителей и других взрослых членов семьи (алкоголизм, наркомания, злостное уклонение родителей от обязанностей по воспитанию детей).
Рост числа детей, оставшихся без попечения по причине лишения родителей родительских прав, обусловлен не только масштабами семейного неблагополучия, но и усилением внимания органов власти к данной проблеме и активизацией мер по изъятию детей из семей, где складывается опасная для их жизни и здоровья ситуация вследствие невыполнения родителями своих обязанностей.
В соответствии со ст.123 Семейного кодекса РФ,  дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, подлежат передаче на усыновление, под опеку (попечительство), или в приемную семью, а при отсутствии такой возможности – в учреждения для детей-сирот или детей, оставшихся без попечения родителей, всех типов (воспитательные, лечебные, социальной защиты и др.).  Семейное устройство детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, признано приоритетным. Отечественный и мировой опыт показывает, что у ребенка-сироты, воспитывающегося в семье, эффективность социализации и гарантии обрести достойную жизнь в будущем неизмеримо выше, чем у того, кто находится в интернатном учреждении [25].
В настоящее время в обыденной речи и в теоретических исследованиях широко используются два понятия: сирота (сиротство) и социальный сирота (социальное сиротство).
Социальный сирота — это ребенок, который имеет биологических родителей, но они по каким-то причинам не занимаются его воспитанием и не заботятся о нем. В этом случае заботу о детях берет на себя общество и государство. К числу социальных сирот относятся дети, родители которых фактически не заботятся о них, но юридически не лишены родительских прав.
Социальное сиротство — социальное явление, обусловленное наличием в обществе детей, оставшихся без попечения родителей вследствие лишения их родительских прав, признания родителей недееспособными, безвестно отсутствующими и т. д.
Сиротство - социальное явление, обусловленное наличием в обществе детей, родители которых умерли, а также детей, оставшихся без попечения родителей вследствие лишения родительских прав, признание в установленном порядке родителей недееспособными, безвестно отсутствующими и т. д. Сюда также относят детей, родители которых не лишены родительских прав, но фактически не осуществляют какой-либо заботы  о своих детях [23].
Сиротство, как социальное явление существует столько же, сколько существует человечество, и является неотъемлемым элементом цивилизации.
Дети-сироты - лица в возрасте до 18 лет, у которых умерли оба или единственный родитель.
Закон не проводит принципиального различия между этими категориями детей с точки зрения общих принципов, содержания и мер их государственной поддержки. В Семейном кодексе РФ, например, понятие «дети-сироты» отсутствует, они также считаются оставшимися без попечения родителей [22].  
Наиболее грозным явлением в последние годы стало значительное увеличение размеров «социального» сиротства, появление его новых характеристик. Обнаруживается так называемое «скрытое» социальное сиротство, которое связано с ухудшением условий жизни семьи, падением её нравственных устоев и изменения отношения к детям, вплоть до их полного вытеснения из семей, вследствие чего растёт беспризорность огромного количества детей и подростков. Социальное сиротство - явление устранения или неучастия большого круга лиц в выполнении ими родительских обязанностей (искажение родительского поведения). В обязанности родителей входит: воспитывать детей, готовить их к общественно полезному труду, содержать несовершеннолетних детей, защищать их права и интересы во всех учреждениях и т. д..
В силу несовершенства системы учёта, высокой динамики роста численности детей, утративших попечение родителей, точно количество детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в нашей стране вряд ли возможно [23].
Стремительная урбанизация современного общества, социальные потрясения, интенсивная миграция населения во многих странах сопровождается ростом числа брошенных детей. Однако, до сих пор остаётся малоизученной и непонятной природа этой аномальной формы материнского поведения. Практика работы с такими женщинами, анализ немногочисленной литературы по проблеме свидетельствует о чрезвычайной сложности взаимодействия социальных, психологических и патологических факторов, нарушающих важнейшую форму социального поведения женщин – материнство [24].  
Итак, дети, оставшиеся без попечения родителей - это лица в возрасте до 18 лет, которые остались без попечения единственного или обоих родителей в связи с отсутствием родителей или лишением их родительских прав, ограничением их в родительских правах, признанием родителей безвестно отсутствующими, недееспособными (ограниченно дееспособными), находящимися в лечебных учреждениях, объявлением их умершими, отбыванием ими наказания в учреждениях, исполняющих наказание в виде лишения свободы, нахождением в местах содержания под стражей, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений; уклонением родителей от воспитания детей или от защиты их прав и интересов, отказом родителей взять своих детей из воспитательных лечебных учреждений, учреждений социальной защиты населения и других аналогичных учреждений. Таких детей называют социальными сиротами.
Социальный сирота — это ребенок, который имеет биологических родителей, но они по каким-то причинам не занимаются его воспитанием и не заботятся о нем. В этом случае заботу о детях берет на себя общество и государство. К числу социальных сирот относятся дети, родители которых фактически не заботятся о них, но юридически не лишены родительских прав. Социальное сиротство — социальное явление, обусловленное наличием в обществе детей, оставшихся без попечения родителей вследствие лишения их родительских прав, признания родителей недееспособными, безвестно отсутствующими и т. д.
 

1.3 Юность как возрастной этап психического развития

 
Юношеский возраст - период жизни человека между подростковым возрастом и взрослостью. Психологи расходят­ся в определении возрастных границ юности. В западной психологии преобладает традиция объединения от­рочества и юности в возрастной период, называемый пери­одом взросления, содержанием которого и является переход от детства к взрослости, и границы кото­рого могут простираться от 12/14 до 25 лет.
В отечественной науке юность оп­ределяется в границах 14 - 18 лет и рассматривается как самостоятельный период развития человека, его личности и индивидуальности. Возраст 15 - 17 лет называют ранним юношеским или возрастом ранней юности.
Особенности психического развития в раннем юно­шеском возрасте, во многом, связаны со спецификой со­циальной ситуации развития, суть которой сегодня состо­ит в том, что общество ставит перед молодым человеком настоятельную, жизненно важную задачу осуществить именно в этот период профессиональное самоопределе­ние, причем не только во внутреннем плане в виде меч­ты, намерения кем-то стать в будущем, а в плане реального выбо­ра. Если раньше эта задача решалась преимущественно семьей и школой, то сегодня, родители зачастую оказыва­ются дезориентированными в вопросе выбора профессии и неавторитетными в глазах ребенка [26].  
Принципиально важную характеристику современной ситуации отмечает Б. Д. Эльконин, отстаивая поло­жение о том, что переживаемый нами исторический пери­од в развитии детства может быть охарактеризован как кри­зисный, он видит суть этого кризиса в разрыве, расхожде­нии образовательной системы и системы взросления. Нигде этот разрыв не виден столь отчет­ливо, как в период ранней юности. Взросление про­ходит вне образовательной системы, а образование - вне системы взросления. Возможно суще­ствование двух ведущих деятельностей. Вопрос о ведущей деятельности в период ран­ней юности, который и всегда был дискуссионным, на се­годняшний день остается открытым.
Задача выбора будущей профессии, профессионального самоопределения принципиально не может быть успеш­но решена без и вне решения более широкой задачи лич­ностного самоопределения, включающей построение це­лостного замысла жизни, самопроектирование себя в будущее. Обращенность в будущее, построение жизненных планов и перспектив Л. И. Божович считала аффективным центром жизни старшего школьника. Сам переход от под­росткового к раннему юношескому возрасту она связывала с изменением отношения к будущему. Она утверждает, что подросток смот­рит на будущее с позиции настоящего, а юноша или девушка смотрят на настоящее с позиции будущего [26].  
Решение этих центральных для данного возраста задач сказывается на всем процессе психического развития, включая развитие не только мотивационной сферы, но и развитие познавательных процессов. К пятнадцати-шестнадцати годам общие умственные способнос­ти уже сформированы, однако на протяжении раннего юно­шеского возраста они продолжают совершенствоваться. Юноши и девушки овладевают сложными интеллектуаль­ными операциями, обогащают свой понятийный аппарат, их умственная деятельность становится более устойчивой и эффективной, приближаясь в этом отношении к дея­тельности взрослых.
Спецификой возраста является бы­строе развитие специальных способностей, нередко напря­мую связанных с выбираемой профессиональной облас­тью. Дифференциация направленности интересов делает структуру умственной деятельности юноши или девушки го­раздо более сложной и индивидуальной, чем в более млад­ших возрастах. У юношей этот процесс начинается рань­ше и выражен ярче, чем у девушек. Специализация спо­собностей и интересов делает более заметными и многие другие индивидуальные различия [33].
       В раннем юношеском возрасте продолжается процесс развития самосознания. В юности от­крытие себя как неповторимой индивидуальности нераз­рывно связано с открытием социального мира, в котором предстоит жить. Обращенные к себе в процессе самоанали­за, рефлексии вопросы у юноши в отличие от подростка чаще носят мировоззренческий характер, становясь элемен­том социально-нравственного или личностного самоопределения. Многие психологи именно самоопределение рас­сматривают как основное новообразование, итожащее ран­нюю юность. И.В. Дубровина: «Поскольку мы не разделяем бытующего мнения о том, что в ранней юности завершается процесс личностного развития, и поскольку, с нашей точки зрения, процессы личностного и жизненного самоопределения осу­ществляются и в последующих возрастах, мы полагаем, что главным новообразованием ранней юности является готов­ность (способность) к личностному и жизненному самоопре­делению» [35].
Юность - уникальный период вхождения человека в мир культуры, когда он имеет не только интеллектуальную, но и физическую возможность много читать, путешествовать, ходить в музеи, на концерты, как бы заряжаясь энергией культуры на всю последующую жизнь. Если этот шанс упус­кается в юности, часто в дальнейшем бывает невозможным такое свежее, интенсивное и свободное, не связанное про­фессиональными, родительскими или какими-либо ины­ми нуждами приобщение к культуре.
«Аффективный центр юношеской жизни – это построение планов на будущее» [36] , попытка реализовать еще толком и не понимаемый смысл собственной жизни. В этом возрасте, как правило, окончательно избирается профессия. Уровень социальной жизни таков, что без специальной подготовки, без образования очень сложно построить достойную в материальном отношении жизнь. Также в этом возрасте уже довольно ярко проявляются потребности в престиже, уважении и самоуважении. Юноша испытывает фрустрацию, если что-то на этом пути не получается. Например, невозможность в силу разных причин получить избранную специальность приводит к негативным переживаниям [36].
 
Особенности становления и развития жизненного пути в юношеском возрасте.
Среди разнообразных концепций, теорий, направлений в современной психологии в отдельную дисциплину выделилась психология жизненного пути. Жизненный путь – индивидуальная история развития личности, включающая в себя жизненные цели и задачи, планы, перспективы, субъективную картину и время жизненного пути, смысл жизни, отношение к ней и т.д.  С точки зрения этого направления психологии, юношеский возраст является одним из самых важных периодов становления и развития жизненного пути личности
Хотя в психологии до сих пор нет четких  границ, которые определяют юность как возрастной период жизни, многие отечественные и зарубежные  психологи признают, что она является этапом перехода от подросткового возраста к самостоятельной взрослой жизни. Учитывая многообразие возрастных периодизаций, разработанных учеными разных школ и направлений, автор статьи придерживается мнения, что нижняя граница юношеского возраста определяется началом обучения в старших классах школы – 15-16 лет (период ранней юности 15-18 лет), [31] а верхняя  - возрастом 22-24 года – окончание ВУЗа (период поздней юности или ранней взрослости (зрелости) – 18-24 года).
Старший школьный возраст должен быть причислен к юности как период начала взросления, построения планов будущей жизни, выбора профессии. С окончанием учебы в ВУЗе и началом трудовой деятельности заканчивается юность и начинается период среднего возраста.
В юности завершаются процессы физического созревания. Этот возрастной этап также характеризуется формированием познавательных и профессиональных интересов, устойчивого мировоззрения, нравственного сознания, ценностных ориентаций; способностью строить жизненные планы; потребностью в общественной активности. Значительно уменьшается по сравнению с предыдущими возрастными периодами зависимость от взрослых и утверждается самостоятельность личности.
Особая социальная ситуация развития, заключающаяся в обучении в средних и высших учебных заведениях, получении профессии, ведущей вид деятельности (профессионально-учебная), а также ряд особенностей изучаемого возраста делают его сенситивным для становления и развития жизненного пути.
Конечно, жизненный путь личности начинается не в 15-17 лет, а с рождения человека (или даже еще раньше), но именно в юношеском возрасте начинается «основной» этап жизни, основными характеристиками которого должны стать самостоятельность, ответственность, умение принимать решения, строить жизненные планы [33]
Однако переход к взрослой жизни содержит ряд трудностей и противоречий, связанных с особенностями развития личности.
Получая статус студента (изучаемая возрастная группа состоит в основном из учащихся  СУЗов и ВУЗов), юноши и девушки вместе с ним приобретают и статус взрослого человека. Но поскольку у молодых людей еще нет опыта «взрослой» жизни, ситуация становится кризисной. Так, например, «молодой человек старается всячески подчеркнуть свою самостоятельность в выборе и принятии решения, однако сам этот выбор нередко осуществляет импульсивно, под влиянием обстоятельств» [37] .
Как любой критический период, кризис юношеского возраста имеет свои негативные и позитивные стороны, большая часть которых являются образующими для жизненного пути.
Негативная часть кризиса связана в основном с потерей привычных форм взаимодействия с окружающими людьми и миром. Как уже отмечалось, положение молодежи оказывается очень неоднозначным. С одной стороны, это положение ребенка, которое характеризуется сохраняющейся пока зависимостью от взрослых. Ведь даже при наличии собственного заработка у многих юношей и девушек остается моральная зависимость от родителей и других значимых взрослых в силу небогатого жизненного опыта.
Но с другой стороны, в этом возрасте расширяется диапазон социальных ролей, происходит их качественное изменение. Появление таких «взрослых» ролей требует все большей самостоятельности и ответственности, и положительно сказывается на развитии ряда характеристик жизненного пути.
Появление новых возможностей становления индивидуальности личности юношей и девушек является позитивной стороной возрастного кризиса. Кроме того, данный возрастной этап раскрывает творческий потенциал личности, увеличивая ее активность и потребность в саморазвитии [37] . 
       Юношеский возраст, по Э. Эриксону, строится вокруг кризиса идентичности. Сам кризис состоит из ряда идентификаций, выборов, самоопределений. Идентичность – «чувство самотождественности, собственной истинности, полноценности, сопричастности миру и другим людям. Чувство обретения, адекватности и стабильного владения личностью собственным Я независимо от изменений последнего и ситуации; способность личн6ости к полноценному решению задач, встающих перед ней на каждом этапе развития» [39].
Развитие неадекватной идентичности возможно в нескольких вариантах:
?                        Избегание тесных межличностных контактов, психологической интимности;
?                        Неумение сосредоточиться на какой-то основной деятельности, неспособность мобилизовать внутренние силы, ресурсы, «размывание» творческих способностей»;
?                        Страх перемен, нежелание взрослеть, неспособность строить жизненные планы;
?                        «Негативная идентичность» - отказ от самоопределения и выбор отрицательных образцов для подражания.
Как известно, наиболее важными характеристиками жизненного пути являются:
?                       Смысл жизни,
?                       Представления о прошлом, настоящем, будущем,
?                       Жизненные планы и цели,
?                       Отношение к жизни (удовлетворенность – неудовлетворенность),
?                       Ответственность за свою жизнь.
Рассмотрим юношеский возраст с точки зрения развития этих характеристик.
              Изучаемый возраст является сенситивным периодом для развития смысла жизни. Это связано с появление зрелого мировоззрения, адаптации к системе отношений и ценностей, присущей взрослым людям. Смысл жизни – это то, ради чего человек живет, нечто важное, значимое. М.И. Дьяченко и Л.А. Кандыбович определяют смысл жизни как кардинальную мировоззренческую проблему человеческого существования, решение которой позволяет уяснить сущность человека, его место в мире, жизненное предназначение [ 40]. По мнению И. Кона [ 41] смысл жизни – важнейшее новообразование юности.
Представления о прошлом, настоящем и будущем складываются в особенности самоактуализации личности во времени. Понятие самоактуализации «включает в себя всестороннее и непрерывное развитие творческого и духовного потенциала человека, максимальную реализацию всех его возможностей, адекватное восприятие окружающих, мира и адекватной временной ориентации субъекта, своего места в нем» [42].
Очень важна в этом смысле способность личности жить настоящим, переживать настоящий момент своей жизни во всей его полноте, со всеми радостями и сложностями, а не воспринимать как всего лишь последствия прошлого и/или подготовку к  будущей жизни. Наиболее типичные для человека ориентации на прошлое, настоящее, будущее в психологии называют временными децентрациями. Для человека может быть характерна преимущественная децентрация, т.е. большая ориентация на какое-то одно время. Для юношества более типична временная децентрация в настоящее, поскольку их жизнь насыщена большим количеством разнообразных событий и значимых отношений с другими людьми,  и будущее, поскольку оно представляется как проблема, вызывает тревогу, ощущение неизвестности, но вместе с тем, необходимость ответственности, поскольку обязательно встает вопрос о предвидении и принятии последствий принимаемых решений, об оценке своих возможностей и желаний.
В юности появляется способность к построению жизненных планов формированию жизненных целей, установка на сознательное построение собственной жизни. Жизненные планы, которые начали формироваться еще в старшем школьном возрасте, теперь становятся более реалистичными, более детально проработанными. Они уже не так расплывчаты, подкреплены серьезными основаниями, обдуманы, более реалистичны. В отличие от подростков юноши более четко разграничивают возможное и желаемое.
Жизненный план – «постепенно развертывающаяся последовательность поступков и действий, которые человек намерен совершить в будущем» [43 ], «широкое понятие, которое охватывает всю сферу личного самоопределения (род занятий, стиль жизни, уровень притязаний, уровень доходов и т.д.)» [44]. Как отмечают отечественные психологи, и в том числе И. Кон, жизненные планы молодых людей и девушек могут быть очень противоречивыми. Т.е. достаточно реалистичные ожидания, связанные с будущей профессией и семейной жизнью, у юношей и девушек часто сочетаются с завышенными ожиданиями в плане материального достатка и карьерного роста.
И планы и цели (которые представляют собой осознанные образы предвосхищаемого, желаемого результата, на достижение которого направлено действие человека) в юношеском возрасте пока еще очень неустойчивы. Под влиянием неудач, каких-то переживаний и даже просто мнений значимых людей они могут легко корректироваться или даже полностью меняться.
Удовлетворенность жизнью предполагает состояние общего психологического комфорта, социально - психологическую адаптированность, положительное отношение к событиям собственного жизненного пути. Являясь сложным, конфликтным периодом, юность показывает всю многообразную гамму чувств по отношению к собственному жизненному пути. Для юношей и девушек характерна вся палитра эмоций от полного удовлетворения какими-то событиями или этапами своего жизненного пути, до эмоциональных кризисов, депрессий (чаще всего связанных с межличностными отношениями), стрессов. Сложности могут проявиться в злоупотреблениях алкоголем и ранней алкоголизации, появлении наркотической зависимости. Суицидальное поведение в юношеском возрасте наблюдается реже, чем в более старших возрастных группах. Но по сравнению с детским возрастом, когда сознательных самоубийств практически не бывает, к юности их количество значительно возрастает [44].
Внутригрупповое соперничество, борьба за власть, борьба за сферы влияния между группами, «немотивированная» агрессия, направленная на посторонних людей, также составляет проблему юношеского возраста, унаследованную от подросткового этапа. Такая агрессия – часто признак общей озлобленности, заниженной самооценки, низкого самоуважения и результат пережитых разочарований, неудач и несправедливостей. Также жестокость проявляют те юноши (и реже девушки), которые с детства находились под гиперопекой и не научились отвечать за свои поступки. Агрессия и жестокость для них – своеобразный способ самоутверждения.
Ответственность является одной из важнейших характеристик зрелого отношения личности к своему жизненному пути, т.к. определяет личность как субъекта жизнедеятельности. Быть субъектом жизни – значит выделять себя из общего потока, иметь возможность к саморегуляции своего жизненного пути. Это качество становится очень важным именно в юности, поскольку именно  это время становится оптимальным для построения жизненной стратегии. Ответственность за свою жизнь предполагает самостоятельность в принятии решений, требовательность к себе, повышение притязаний к уровню сложности собственной деятельности и заключается в соотнесении совершаемых действий, поступков, принимаемых решений с теми событиями и отношениями, которые присутствуют в настоящем и прошлом времени жизни личности.
Важной задачей юношеского возраста является выбор жизненной стратегии. Жизненная стратегия по К.А. Абульхановой – Славской – «постоянное приведение в соответствие своей личности (ее особенностей) и характера и способа своей жизни, построение жизни сначала, исходя из  своих индивидуальных возможностей и данных, а затем с теми, которые вырабатываются в жизни. Стратегия жизни состоит в способах изменения, преобразования условий, ситуаций жизни в соответствии с ценностями личности, в отстаивании главного ценой уступок в частном, в преодолении своей боязни потерь и в нахождении самого себя» [45]. Наличие стратегии жизни дает личности возможность реализовать себя направить развитие своего жизненного пути в нужное русло.
Таким образом, юность является чрезвычайно важным периодом для становления развития жизненного пути. Ведь «вступив в юность подростком, молодой человек завершает этот период истинной взрослостью, когда он действительно сам определяет свою судьбу: путь своего духовного развития и земного существования» [42].
Поскольку любые исследования имеет тенденцию устаревать в связи с быстрым темпом развития научно-технического прогресса, постоянными социальными изменениями и потрясениями, изучение всех возрастных периодов, и юности в частности, всегда остается актуальным направлением в науке, в том числе в психологии жизненного пути личности.
Итак, юность ценят все - это возраст, с которым горько рас­ставаться, в который многие хотели бы вернуться, который в этом смысле даже опасно переоценивается в ущерб дру­гим возрастам. С окончанием учебы в ВУЗе и началом трудовой деятельности заканчивается юность и начинается период среднего возраста.
В юности завершаются процессы физического созревания. Этот возрастной этап также характеризуется формированием познавательных и профессиональных интересов, устойчивого мировоззрения, нравственного сознания, ценностных ориентаций; способностью строить жизненные планы; потребностью в общественной активности. Значительно уменьшается по сравнению с предыдущими возрастными периодами зависимость от взрослых и утверждается самостоятельность личности. В юности появляется способность к построению жизненных планов формированию жизненных целей, установка на сознательное построение собственной жизни. Важной задачей юношеского возраста является выбор жизненной стратегии. Стратегия жизни состоит в способах изменения, преобразования условий, ситуаций жизни в соответствии с ценностями личности, в отстаивании главного ценой уступок в частном, в преодолении своей боязни потерь и в нахождении самого себя.
Спецификой возраста является бы­строе развитие специальных способностей, нередко напря­мую связанных с выбираемой профессиональной облас­тью.
 
1.4 Интернат как социальная среда и проблемы постинтернатной адаптации.
 
Социальная адаптация и дезадаптация непосредственно связаны с таким понятием как «социализация». На основе анализа современных данных в области философии, психологии, социальной психологии, социологии, истории и этнографии, педагогики Е.А. Волошиненко определяет сущность социализации следующим образом: социализация – это двухсторонний процесс, включающий, с одной стороны, усвоение личностью социального опыта путем вхождения в социальную среду, систему социальных связей; с другой стороны, процесс активного воспроизводства личностью системы социальных связей за счет ее активной деятельности, активного включения в социальную среду. Личность не просто усваивает социальный опыт, но и преобразовывает его в собственные ценности. Этот момент преобразования социального опыта предполагает не пассивное его принятие, а активность личности в применении такого опыта. Усвоение и преобразование, и воспроизводство личностью социального опыта есть суть процесса взаимодействия личности с социальной средой. Социализация определенной категории детей происходит вне семьи. К этой категории относятся дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей. К числу детей-сирот относятся те, у которых умерли оба или единственный родитель [34].
       К числу детей, оставшихся без попечения родителей, можно отнести детей, кто остался без попечения единственного или обоих родителей в связи:
1. с отсутствием родителей или лишением их родительских прав, ограничением в родительских правах;
2. признание родителей безвестно или недееспособными, находящимися в лечебных учреждениях;
3. объявлением их умершими;
4. отбыванием ими наказания в учреждениях, исполняющих наказание в виде лишения свободы;
5. нахождением в местах содержания под стражей, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений;
6. уклонением родителей от воспитания детей или от защиты их прав и интересов;
7. отказом родителей взять своих детей из воспитательных, лечебных учреждений, учреждений социальной защиты населения  [24].
Сироты – это особая социальная группа, которой присущи явления родительской, социальной, психической депривации. А.М. Прихожан определяет депривацию как неудовлетворение потребностей, которое происходит в результате отделения человека от необходимых источников их удовлетворения – отделения, имеющего пагубные последствия. Родительская депривация рассматривается как явление лишения ребенка возможности  непосредственно находится в контакте с родителями, вступать с ними в отношения и в связи. Для современных детей, лишенных родительской опеки характерно явление социальной депривации, т.е. лишение, ограничение, недостаточность условий, материальных и духовных ресурсов, необходимых для выживания, развития, которые прежде всего охватывают сферу первичной социализации – родительскую семью [24].         
      Следствием родительской и социальной депривации является психическая депривация: психическое и физическое развитие детей в той или иной степени запаздывает относительно возрастной нормы. Дети, лишенные родительской опеки, попадают в различные учебно-воспитательные учреждения, которые в своем роде являются институтами социализации. Первую группу существующих институтов социализа­ции детей, лишенных родительской опеки, составляют учеб­но-воспитательные учреждения интернатного типа: дома ребенка, детские дома, школы-интернаты. В домах ребенка находятся дети в возрасте от 0 до 3 лет — родители от­казались от них в роддоме, бросили, были лишены роди­тельских прав или в силу неблагоприятных условий жиз­ни оставили на временное пребывание в этих учреждени­ях, которые относятся к системе охраны здоровья. Из дома ребенка дети поступают в дошкольный детский дом, где и находятся на полном государственном обеспечении до по­ступления в школу.  На стадии обучения социализация де­тей, лишенных родительской опеки, проходит в школе-интернате. Дети с трехлетнего возраста могут поступать так­же в детские дома смешанного типа. В этом учреждении они только живут, а обучаются в общеобразовательной школе. Комплектуется детский дом смешанного типа деть­ми из одной семьи, которые должны проживать в разно­возрастных семейных группах. Ко второй группе институтов социализации относятся существующие семейные формы: усыновление, опекунские семьи, детские дома семейного типа.  
Характеристики интернатного учреждения, как органа опеки детей, оставшихся без попечения родителей:
      1. Структурная, которая выражается в том, что интер­натное учреждение включает несколько институтов социа­лизации:
а) школу, где дети обучаются;
б) интернат (от лат. internus — внутренний), общежитие. Дети, лишенные родительской опеки, проживают в интернате в одновозрастных груп
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.