На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


контрольная работа Философская мысль Древнего Востока

Информация:

Тип работы: контрольная работа. Добавлен: 03.11.2012. Сдан: 2012. Страниц: 7. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):



Содержание:
 
 
 
 

1. Философская мысль Древнего Востока.

2. Список используемых источников.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Философия как особый способ познания мира и человека одновременно возникла на Западе и на Востоке. Становление восточного философствования происходит в двух традициях – китайской и индийской.
   Восточная и западная системы мысли имеют сходное происхождение, но они представляют собой философствование разного типа. Эти отличия обусловлены отношением к мифу и представлением о месте человека в космосе и социуме. Восточная философская мысль развивает истины, отраженные в мифе, усложняет, легализует их, привлекая для этого логический аппарат.
   Теоретические трактаты Древнего Востока имеют особую специфику аргументации. Логика текста не всегда выстраивается доказательно, иногда рассуждения сменяются фрагментами псевдомифологических сюжетных текстов, призванных не просто подкрепить мысль, а высказать ее. Это смешение философского и дофилософского способов доказательства – намеренное использование освященных традицией архаических историко – культурных форм выражения.
   Специфично в восточной традиции построение текста. Любой философский памятник многослоен. В нем содержится напластование имен, образов, идей, и концепций. Текст является произведением не одного автора, а целой школы, а время его создания измеряется столетиями. Представление о человеке как о части мира обязанной гармонично вписываться в превосходящее его целое, приводит к тому, что в индийской и в китайской традициях школа – не группа учеников – последователей, разделяющих систему взглядов своего учителя, а община, организованная по аналогии с семьей, имеющая общее тело, единую волю, единое намерение, единую ответственность. Ученик рассматривался как продолжение тела учителя, тот, кто вправе развивать его идеи и корректировать тексты.
     Со специфическим для китайской и индийской культур пониманием места человека в мире связаны особенности тематики восточного философствования. Идеалом человеческого бытия в этих традициях выступает нацеленность на вживание в окружающую среду и обращенность человеческой активности на свой собственный внутренний мир, что и обуславливает рационально – практическую направленность философии Древнего Китая и религиозно – мифологический характер основных философских школ Древней Индии.
   Истоком китайской философской мысли является школа Инь – Ян (темного и светлого начал). Учение о том, что все космические события вытекают из взаимодействия универсальных мироустроительных сил «инь» и «ян», базируется на древнейшей мифологиме китайской культуры. Учение об универсальном дуализме (двойственности) мира и пяти началах всего сущего находит продолжение в классической китайской философии, которая представлена даосизмом и конфуцианством, легизмом и моизмом.
   История становления и развития философии неразрывно связана с классовой борьбой в обществе, отражает эту борьбу. Противостояние философских идей отражало борьбу различных классов в обществе, борьбу между силами прогресса и реакцией, цеплявшиеся за все старое освящавшее авторитетом традиции, нерушимость и вечность своего господства. В конечном итоге столкновения взглядов и точек зрения выливались в борьбу двух основных направлений в философии – материалистического и идеалистического – с той или иной степенью осознания и глубиной выражения этих направлений.
   Специфика китайской философии непосредственно связана с ее особой ролью в той острой социально-политической борьбе, которая имела место в многочисленных государствах Древнего Китая периодов “Весны и осени” и “Сражающихся Царств”.    Развитие социальных отношений в Китае не привело к четкому разделению сфер деятельности внутри господствующих классов. В Китае своеобразное разделение труда между политиками и философами не было ярко выражено, что обусловило прямую, непосредственную подчиненность философии политической практике. Вопросы управления обществом, отношения между различными социальными группами, между царствами – вот что преимущественно интересовало философов Древнего Китая.
    Другая особенность развития китайской философии связанно с тем, что естественнонаучные наблюдения китайских ученых не находили, за небольшим исключением, более или менее адекватного выражения в философии, так как философы, не считали нужным обращаться к материалам естествознания. Единственным исключением в этом роде является школа моистов и школа натурфилософов, которые, после эпохи Чжоу прекратили свое существование.
   Философия и естествознание существовали в Китае, как бы отгородившись друг от друга непроходимой стеной, что нанесло им непоправимый ущерб. Тем самым китайская философия лишила себя надежного источника для формирования цельного и всестороннего мировоззрения, а естествознание, призираемое официальной идеологией, испытывая трудности в развитии, оставалась уделом одиночек и искателей эликсира бессмертия. Единственным методологическим компасом китайских естествоиспытателей оставались древнее наивно-материалистические идеи натурфилософов о пяти первостихиях.
   Этот взгляд возник в Древнем Китае на рубеже VI и V веков и просуществовал вплоть до нового времени. Что касается такой прикладной отрасли естествознания, как китайская медицина, то она и по сей день руководствуется этими идеями. Таким образом оторванность китайской философии от конкретных научных знаний сузило ее предмет. В силу этого натурфилософские концепции, объяснения природы, а также проблемы сущности мышления, вопросы природы человеческого сознания, логики не получили в Китае большего развития.
   Обособленность древнекитайской философии от естествознания и неразработанность вопросов логики являются одной из главных причин того, что формирование философского понятийного аппарата шло весьма медленно. Для большинства китайских школ метод логического анализа остался фактически неизвестным.
    Даосизм как религиозно-философское учение возник примерно в VI-V вв. до н.э. В начале средних веков даосизм разделяется на философское и религиозное направления. Причиной этих перемен было сначала образование таких огромных древних монархий, как империи Цинь и Хань (III в. до н.э. – IIIв. Н.э.), а затем их крушение, сопровождавшееся 100-летними войнами. В этот период любой человек – из высшего сословия или низшего, житель срединных земель или окраин – не находил опоры ни в семье, ни в общине, ни в государстве. Чувство потерянности обостряло религиозные устремления, побуждало искать в старых авторитетах учителей, знающих иные жизненные пути и способных навести из бедствий реального мира. В даосизм в это время проникали древние божества, знакомые по догосударственным и местным культам, заново выстроилась их иерархия. Не замедлили появиться и новые учителя, которые в очередной раз по-своему истолковали прежние предания и открыли новых богов.
   Характер происходивших изменений, отраженный в философской и жизнеописательной литературе того времени, можно суммировать приблизительно следующим образом. Мир Неба, или мир Бесформенного, начинает стремительно приближаться и “обживаться”. На небе появляются дворцы, сады; между небом и землёй снуют гонцы; ладья-дракон пересекает границу между небом и землёй – Небесный океан; боги и духи заселяют небесное пространство. Богов связывают человеческие отношения – они испытывают любовь и ненависть, им знакомы радости и печали, усталость и гнев, их обуревают страсти и желания. Боги отличаются от людей только тем, что живут долго, по нескольку тысяч лет, и не стареют, парят в небесах, пьют нектар, едят персики, ведают судьбами людей. Они чисты, светозарны, одеты в прекрасные одежды и обладают чарующей внешностью. Однако они не могут  карать отступников веры.
     Помимо всех этих перемен в самом даосизме важно и то, что первые века новой эры в Китай приходит буддизм. История его проникновения в страну окутана легендами. Одна из них – версия о “золотом сне”. Некий император во сне видел золотого человека высокого роста с лучистым сиянием над головой. Толкователи снов объявили, что это – Будда. Тогда император якобы отправил в Индию посольство, и оно привезло оттуда статую Будды и буддийские тексты. По этой версии, начало буддизма в Китае относится к I в. н.э. Однако бесспорным историческим свидетельством является постройка в Китае буддийских храмов в конце II – начале III в.
   Даосизм первых веков новой эры проявил не меньшую гибкость и приспособляемость, впитав в себя элементы буддизма. Не без влияния буддизма даосы начали размышлять о новых условиях жизни, о том, каковы теперь задачи и цели человека. Даосизм – это религия духообщения. Потому в разных школах порой насчитывалось до сотни духов и богов, которым следовало поклоняться, причём с таким фантастическим числом объектов поклонения была установлена строгая очерёдность, что привело к рождению сложного культа.
   Во главе пантеона духов стоял верховный правитель, которого именовали либо Тянь цзюнь (Небесный владыка), либо Дао цзюнь (Господин Дао). В формах поклонения ему проявилась особая черта не только даосизма, но и всего китайского комплекса религий: верховному владыке поклонялись значительно реже, нежели более мелким и на первый взгляд менее значимым богам. Поскольку весь мир наполнен духами, в мистических сектах даосы говорили, не о сезонах года, а о передаче власти от одного духа-шень другому, что выражалось в смене времен года. Духи-шень соответствовали сторонам света и пяти первостихиям традиционной китайской натурфилософии. Ритуал почитания этих духов состоял из поклонов на четыре стороны света (пятой “стороной” считался центр земли или место, где совершается поклонение).
   По представлениям даосов, истинный человек является существом, стоящим вне добра и зла. Это соответствует даосскому пониманию истинного состояния мира – пустоте, где нет ни добра, ни зла, ни противоположностей вообще. Стоит лишь появиться добру, как тотчас возникает и его противоположность – зло и насилие. В даосизме можно говорить о некоем законе “парных рождений” – вещи и явления существуют лишь как противоположности друг друга.
    В отличие от многих других религиозных систем в даосизме адепты не интересуются моральными и нравственными поисками. И всё же существуют определённые правила поведения, которые тем не менее никак нельзя назвать нравственностью. Классическими стали пять правил, которые можно встретить  практически во всех школах: не убивать, не злоупотреблять вином, стремиться к тому, чтобы речи не расходились с велениями сердца, не воровать, не заниматься развратом. Даосы считали, что, соблюдая эти запреты, можно “сконцентрировать заслуги и вернуться к корням”, т.е. достичь Дао.
  Конфуцианство.  Конфуций (Кун-цзы, 551479г. До н. э.) родился и жил в эпоху больших социальных и политических потрясений, когда чжоуский Китай находился в состоянии тяжелого внутреннего кризиса. Разрушались патриархально-родовые нормы, в междоусобицах гибла родовая аристократия. Крушение древних устоев семейно-планового быта, междоусобные распри, продажность и алчность чиновников, бедствия и страдания простого народа – все это вызывало резкую критику ревнителей старины. Выступив с критикой своего века и высока ставя века минувшие, Конфуций на основе этого противопоставления создал свой идеал совершенного человека изюнь-цзы. Высоко моральный цзюнь-цзы должен был обладать двумя важнейшими в его представлении достоинствами: гуманностью и чувством долга. Гуманность (жень) включало в себя скромность, сдержанность, достоинство, бескорыстие, любовь к людям и т. п. Жень – это почти недосягаемый идеал, совокупность совершенств, которыми обладали лишь древние. Из современников он считал гуманным лишь себя и своего любимого ученика Янь Хуэя. Однако для настоящего цзюнь-цзы одной гуманности было недостаточно. Он должен был обладать еще одним важным качеством – чувством долга. Долг – это моральное обязательство, которое гуманный человек в силу своих добродетелей накладывает на себя сам.
    Чувство долга обусловлено знанием и высшими принципами, но не расчетом. “Благородный человек думает о долге, низкий человек заботится о выгоде,” – учил Конфуций. Он также разработал и ряд других понятий, включая верность и искренность (чжэн), благопристойность и соблюдение церемоний и обрядов (ли). Следование всем этим принципам было обязанностью благородного цзюнь-цзы, и, таким образом, “благородный человек” Конфуция – это умозрительный социальный идеал, назидательный комплекс добродетелей. Этот идеал становился обязательным для подражания, приблизится к нему было делом чести и социального престижа.
  Конфуций стремился создать идеал рыцаря добродетели, боровшегося за высокую мораль, против царившей вокруг несправедливости. Но с превращением его учения в официальную догму на передний план выступила не суть, а внешняя форма, проявлявшаяся в демонстрации преданности старине уважения к старым, напускной скромности и добродетели. В средневековом Китае постепенно сложились и были канонизированы определенные нормы и стереотипы поведения каждого человека в зависимости от занимаемого места в социально-чиновничьей иерархии. В любой момент жизни, на любой случай, при рождении и смерти, поступлении в школу и при назначении на службу – всегда и во всем существовали строго факсированые и обязательные для всех правила поведения. В эпоху Хань был составлен свод правил – трактат Лицзы, компендиум конфуцианских норм. Все записанные в этом обряднике правила следовало знать и применять на практике, причем тем старательнее, чем более высокое положение в обществе человек занимал.
   Конфуций, отталкиваясь от сконструированного им социального идеала, сформулировал основы того социального порядка который хотел бы видеть в поднебесной:
     “Пусть отец будет отцом, сын – сыном, государь – государем, чиновник – чиновником,” т.е. все станет на свои места, все будут знать свои права и обязательства и делать то, что им положено. Упорядоченное таким образом общество должно состоять из двух основных категорий, верхов и низов – тех, кто думает и управляет и тех, кто трудится и повинуется. Критерием разделения общества на верхи и низы должны были служить не знатность происхождения и не богатство, а степень близости человека к идеалу цзюнь-цзы. Формально этот критерий открывал путь наверх для любого намного сложнее: сословие чиновников было отделено от простого народа “стеной иероглифов” – грамотность. Уже в Лицзы было специально оговорено, что церимониалы и обряды не имеют отношения к простотонародью и что грубые телесные наказани не применяются к грамотным.
Конечной и высшей целью управления Конфуций провозглашал интересы народа. Одна при этом они были убеждены, что самому народу его интересы непонятны и недоступны и без опеки образованных конфуцианцев – управителей он обойтись никак не может: “Народ следует заставлять идти должным путем, но не нужно объяснять, почему.”
    Одной из важных основ социального порядка, по Конфуцию, было строгое повиновение старшим. Слепое повиновение его воле, слову, желанию – это элементарная норма для младшего, подчиненного, подданного как в рамках государства в целом, так и в рядах клана, семьи. Конфуций напоминал, что государство – это большая семья, а семья малое государство.
   Конфуцианство придало культу предков глубокий смысл символа спец. Порядка и превратило его в первейшую обязанность каждого китайца. Конфуций разработал учение о сяо, сыновей почтительности. Смысл сяо – служить родителям по правилам ли, похоронить их по правилам ли и приносить им в жертву по правилам ли.
   Конфуцианский культ предков и нормы сяо способствовал расцвету культа семьи и клана. Семья считалась сердцевиной общества, интересы семьи намного превосходили интересы отдельной личности. Отсюда и постоянная тенденция к росту семьи. При благоприятных экономических возможностях стремлении к совместному проживанию близких родственников резко преобладало над сепаратистскими наклонностями. Возникал мощный разветвленный клан и родичей, державшихся друг за друга и населявших порой целую деревню.
    И в семье и в обществе в целом любой, в том числе влиятельный глава семьи, важный чиновник императора, представлял собой прежде всего социальную единицы, вписанную в строгие рамки конфуцианских традиций, выйти за пределы которых было невозможно: это означало бы “потерять лицо”, а потеря лица для китайца равносильно гражданской смерти. Отклонения от нормы не допускались, и никакой экстравагантности, оригинальности ума или высшего облика китайские конфуцианство не поощряло: строгие нормы культа предков и соответствующего воспитания подавляли эгоистические наклонности с детства. Человек с детства привыкал к тому, что личное, эмоциональное, свое на шкале ценностей несоизмеримо с общим, принятым, рационально обусловленным и обязательным для всех.
   Конфуцианство сумело занять ведущие позиции в китайском обществе, приобрести   структурную прочность и обосновать свой крайний консерватизм, нашедший наивысшее выражение в культе неизменной формы. Соблюсти форму, во чтобы то ни стало сократить вид, не потерять лицо – всё это стало теперь играть особо важную роль, ибо рассматривалось как гарантия стабильности. Наконец, Конфуцианство выступало и как регулятор во взаимоотношениях страны с небом и – от имени неба – с различными племенами и народами, населявшими мир. Конфуцианство поддержало и вознесло созданный в иньско-чжоуское время культ правителя, императора “сына неба” управляющего поднебесной от степи великого неба. Отсюда был только шаг до разделения всего мира на цивилизованный Китай и некультурных варваров, прозябавших в теплоте и невежестве и черпавших знания и культуру из одного источника – из центра Мира, Китая.
    Конфуцианство – это так же и политика, и административная система, и верховный регулятор экономических и социальных процессов – словом это основа всего китайского образа жизни, квинтэссенция китайской цивилизации. В течение двух с лишним тысяч лет конфуцианство формировало умы и чувства китайцев влияло на сих убеждения, психологию поведение, мышление, восприятие, на их быт и уклад жизни.
  Легизм. Так называемые законники, представители другого направления древнекитайской философии, противопоставили конфуцианскому ритуалу (ли) закон (фа) и отказались от методов убеждения, т. е. от нравственного принуждения, целиком положившись на правовое принуждение и наказание. Совесть они заменили страхом. Наивные представления о государстве как о большой семье были заменены представлением о государстве как бездушном механизме. Место добродетельных мудрецов заняли чиновники, место правителя – отца своего народа – деспот-гегемон, который мнил себя превыше предков, народа и самого неба. Высшей целью стала внешняя цель победы своего царства в борьбе царств, покорения других царств и воссоединения Поднебесной, Китая. Ради этого изгонялись всякие излишества, упразднялось искусство, пресекалось разномыслие, уничтожалась философия. Все упрощалось и унифицировалось. Экономическую основу могущества государства законники видели в земледелии (ремесла и торговля ими ущемлялись).
     Земледелие и война – главное, на что государство должно опираться и ради чего оно должно существовать. Положительным у законников было то, что они выдвинули концепцию равных возможностей, согласно которой государственные должности должны замещаться по способностям, а не по именитости, а тем более не должно быть наследственных должностей. Законники ввели систему круговой поруки.
     Шан Ян, советник правителя в царстве Цинь в середине IV в. до н.э. провел реформы вошедшие в историю как "реформы Шан Яна". Была введена частная собственность на пахотные земли. В области управления утвердилась система круговой поруки и взаимного доносительства. С именем Шан Яна связывают книгу "Шан цзюнь шу" ("Книга правителя области Шан").
    Выступая против конфуцианского управления, Шан Ян заявлял, что "доброта и человеколюбие – мать проступков", что истинная добродетель "ведет свое происхождение от наказания". Чтобы можно было наводить порядок еще до того, как вспыхнут беспорядки, необходимо: 1) иметь в государстве много наказаний и мало наград, 2) карать жестоко, внушая трепет, 3) жестоко карать за мелкие преступления (например, человек, обронивший по дороге горящий уголек, карается смертью), тогда большим неоткуда будет взяться, 4) разобщать людей взаимной подозрительностью, слежкой и доносительством.
     Однако народ царства Цинь не принял методов управления Шан Яна. И как только благоволивший к Шан Яну правитель Цинь умер, Шан Ян был казнен. Однако семена, посеянные Шан Яном, не погибли. Они дали всходы и принесли плоды для всего Китая, правда, не сразу, а через 125 лет.
      Хань Фэй-цзы. Это последний значительный философ периода Чжань-чo, ученик Сюнь-цзы. Хань Фэй-цзы использовал в интересах школы "фа цзя" учение Сюнь-цзы о злой природе человека и необходимости единомыслия. Если Сюнь-цзы полагал, что злая природа человека изменяется воспитанием, то Хань Фэй-цзы утверждал, что эта природа вообще не может быть изменена в лучшую сторону, она может лишь быть пресечена наказанием и страхом перед наказанием.
    Однако сам Хань Фэй-цзы опирался в своем мировоззрении на даосизм. Он пытается разъяснить учение Лао-цзы. Но это разъяснение было в духе школы фа-цзя. Хань Фэй-цзы понял дао как юридический закон, которому подчиняется само небо. Дао – законы вещей. Все подчинено законам: небо, вещи, человек. Не подчинены закону только дао и правитель.
     Правитель – государственное воплощение дао. Его сердце – вместилище дао. Правитель должен быть подобен дао. "Отрешенность, спокойствие, недеяние – такова сущность дао. Поэтому следует отбросить проявления радости и гнева и сделать свое отрешенное сердце вместилищем дао". Дао единственно и неделимо – и правитель должен быть единственным и полагаться только на самого себя. "Дао" пусто, неподвижно, спокойно и уединенно – правитель должен скрывать все глубоко в себе, не открываться своим подданным, своим чиновникам. Правитель должен быть окружен таинственностью, в противном случае он будет окружен не послушными чиновниками, а тиграми.
    После генеральной репетиции в царстве Цинь при Шан Яне программа законников была реализована в империи Цинь, образовавшейся вследствие того, что из борьбы царств победителем вышло царство Цинь. Периоду "борющихся царств" пришел конец. Правитель царства Цинь стал китайским императором по имени Цинь Ши-Хуан. Он ввел единое для всего Китая законодательство, единые денежные единицы, единые единицы измерения, единую письменность, единую имущественную и социальную градацию населения, единый военно-бюрократический аппарат, завершил строительство Великой китайской стены. После этого перешли к унификации культуры.
    Новый император принял законопроект своего советника Ли Сы, ранее бывшего вместе с Хань Фэй-цзы учеником Сюнь-цзы. В законопроекте говорилось: "В древности, когда Поднебесная пребывала в смуте и раздробленности, никто не мог привести ее к единству и поэтому господствовали влиятельные князья. А все проповедники восхваляли старое, для того чтобы нанести ущерб новому. Они прибегали к лживым словам, чтобы внести в существующий порядок путаницу. Люди хвалили те философские учения, которые нравились им, и признавали ложным все, что установилось сверху. Но вы, государь, объединили Поднебесную, отделили белое от черного и установили единопочитание лишь одного императора. В такое время частные школы творят беззакония. Стоит им узнать, что издается тот или иной указ, как они начинают истолковывать его по-своему. Во-первых, этим они смущают собственную душу, а во-вторых, возбуждают кривотолки. Они осмеливаются осуждать деяния повелителя, возбуждают незаконные интересы и, возглавляя толпу, сеют клевету. Если не запретить эти частные учения, то государь может потерять авторитет и среди его подданных будут сколачиваться группировки. Поэтому закрыть частные учения благоразумнее всего. Я просил бы изъять все имеющиеся литературные произведения, книги стихов, исторические издания и сочинения всех философов. Тех, кто через тридцать дней после опубликования этого труда не сдаст книги, ссылать на каторжные работы. Можно не изымать лишь медицинские, гадательные и сельскохозяйственные книги. Люди, желающие учиться, пусть учатся у ваших чиновников".
     На основе этого законопроекта, ставшего законом, большинство книг было сожжено, сотни философов утоплены. Такова была первая "культурная революция" в Китае (213 г. до н.э.). Она не принесла никаких плодов, кроме тех, которые обычно несет с собой деспотизм: страх, обман, доносительство, физическое и умственное вырождение народа. За утайку книг кастрировали и отправляли на строительство Великой китайской стены, стоившее' жизни сотням тысяч людей. За недоносительство казнили, доносчиков награждали и повышали в должности. Цинь Ши-Хуан заболел манией преследования. Когда он умер, были умерщвлены все его бездетные жены, а строители гробницы замурованы живьем вместе с мертвым императором.
     Просуществовав всего лишь 15 лет, империя Цинь пала. Ее сменила империя Хань.
    Период империи Цинь – единственный период в истории Китая, когда была прервана традиция. Новая династия Хань восстановила традицию. Уничтоженные книги (среди них и конфуцианский "Лунь юй") были восстановлены по памяти. В 136 г. до н.э. ханьский император У-ди возвел конфуцианство на уровень государственной идеологии Китая. Но это было уже конфуцианство с примесью легизма. В этом неоконфуцианстве "ли" (ритуал) и "дао" (закон) слились воедино, методы убеждения и приказа, с одной стороны, и принуждения и наказания – с другой, пришли в состояние гармонии. Другие философские школы (монеты, школа имен) так и погибли, третьи (даосы) рассматривались как неофициальные (наряду с пришедшим из Индии буддизмом). Характерные для доциньского периода явления духовной жизни общества: плюрализм школ, борьба мнений, невмешательство властей в область мировоззрения – так никогда и не были восстановлены.
В этом смысле период Чжаньго действительно был "золотым веком" китайской философии.
   Упанишады ("сидеть около", т.е. у ног учителя, получая наставления; или – "тайное, сокровенное знание") – философские тексты, появившиеся около одной тысячи лет до нашей эры и по форме представлявшие, как правило, диалог мудреца-учителя со своим учеником или же с человеком, ищущим истину и впоследствии становящимся его учеником. В общей сложности известно около сотни Упанишад. В них доминирует проблема первопричины, первоначала бытия с помощью которого объясняется происхождение всех явлений природы и человека. Господствующее место в Упанишадах занимают учения, полагающие в качестве первопричины и первоосновы бытия духовное начало – Брахман, или атман. Брахман и атман употребляются обычно как синонимы, хотя Брахман чаще употребляется для обозначения бога, вездесущего духа, а атман – души. Начиная с Упанишад, Брахман и атман становятся центральными понятиями всей индийской философии (и прежде всего – веданты). В некоторых Упанишадах идет отождествления Брахмана и атмана с материальной первопричиной мира – пищей, дыханием, вещественными первоэлементами (вода, воздух, земля, огонь), или со всем миром в целом. В большинстве же текстов Упанишад Брахман и атман трактуются как духовный абсолют, бестелесная первопричина природы и человека.
Красной нитью через все Упанишады проходит идея о тождестве духовной сущности субъекта (человека) и объекта (природы), что нашло свое отражение в знаменитом изречении: "Тат твам аси" ("Ты есть то", или "Ты – одно с тем").
      Познание и приобретенное знание подразделяются в Упанишадах на два уровня: низшее и высшее. На низшем уровне можно познавать только окружающую действительность. Это знание не может быть истинным, так как оно по своему содержанию является отрывочным, не полным. Высшее – познание истины, т.е. духовного абсолюта, это восприятие бытия в его целостности. Приобрести его можно только с помощью мистической интуиции, последняя же в свою очередь формируется в значительной степени благодаря йогическим упражнениям. Именно высшее знание дает власть над миром.
   Одна из важнейших проблем в Упанишадах – исследование сущности человека, его психики, душевных волнений и форм поведения. Мыслители Древней Индии отмечают сложность структуры человеческой психики и выделяют в ней такие элементы, как сознание, воля, память, дыхание, раздражение, успокоение и т.п. Подчеркивается их взаимосвязь и взаимовлияние. Несомненным достижением следует считать характеристику различных состояний человеческой психики и, в частности, бодрствующее состояние, легкий сон, глубокий сон, зависимость этих состояний от внешних стихий и первоэлементов внешнего мира.
     В области этики в Упанишадах преобладает проповедь пассивно-созерцательного отношения к миру: высшим счастьем провозглашается избавление души от всяких мирских привязанностей и забот. В Упанишадах проводятся различия между материальными и духовными ценностями, между благом, как спокойным состоянием души, и низменной погоней за чувственными удовольствиями. Кстати, именно в Упанишадах впервые высказывается концепция переселения душ (самсара) и воздаяния за прошлые действия (карма). Здесь выражено стремление определить причинно-следственную связь в цепи человеческих поступков. Делается также попытка с помощью нравственных принципов (дхармы) скорректировать поведение человека на каждой стадии его существования. Упанишады по существу являются фундаментом для всех или почти всех последующих философских течений, появившихся в Индии, так как в них были поставлены или разрабатывались идеи, которые длительное время "питали" философскую мысль в Индии.
     Философские течения индуистской мысли подразделяются на ортодоксальные – астика (основанные на ведицских знаниях) и оппозиционные - настика. К последним относятся буддизм и джайнизм. Ортодоксальных школ шесь, и, как правило, они представлены попарно: ньяя/вайшешика, санкхья/йога и миманса/веданта.
НЬЯЯ/ВАЙШЕШИКА. Эти два учения возникли как самостоятельные школы примерно в IV в. до н. э. и впоследствии объединились в одну философскую систему.
     Ньяя представляет гносеологическую школу. Адепты этого учения занимались теорией познания. Так, были определены четыре основных источника знания: восприятие, умозаключение, свидетельство и аналогия. Согласно учению, именно эти четыре аспекта определяют мотивацию поступков человека. Вайшешика является школой, тяготеющей к метафизическому осмыслению бытия и представляет космологические аспекты познания. В рамках этой школы был предпринят структурный, анализ базовых элементов — земли, воды, огня и воздуха — и сопряженных с ними понятий — вкуса, цвета, осязания и запаха. Это течение провозгласило параману — невидимую субстанцию, составляющую все сущее, ибо это подтверждает последовательная фрагментация любого объекта на все более мелкие компоненты.
      За основу философск
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.