На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


курсовая работа Творчество Д.Г. Левицкого. Портретная серия Смольнянки

Информация:

Тип работы: курсовая работа. Добавлен: 07.11.2012. Сдан: 2011. Страниц: 7. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


МИНИСТЕРСТВО  ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РФ
ГОУ ВПО "УДМУРТСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ"
ИНСТИТУТ  СОЦИАЛЬНЫХ КОММУНИКАЦИЙ
Кафедра культурологии и
менеджмента в культуре 
 
 
 

КУРСОВАЯ  РАБОТА
на  тему: " Творчество Д.Г. Левицкого. Портретная серия “Смольнянки”" 
 
 
 

Студент ИСК, 
1 курс, гр. 45-11                                                                        М.П. Бывальцев 

Руководитель,                                                            
доцент                                                                                       О.Н. Никитина 
 
 
 

Ижевск 2011
ВВЕДЕНИЕ 

XVIII век  в России – это не только  время взлета общественного самосознания, общественной и философской мысли,  но и время расцвета искусства.  Рядом с именами корифеев русской  науки и литературы – Ломоносова, Фонвизина, Радищева, Державина стоят  имена русских художников –  Рокотова, Левицкого, Боровиковского, Лосенко, Шибанова.В XVIII веке в живописи начинает преобладать реалистическое направление. Героем искусства, носителем общественного и эстетического идеалов становится живой и мыслящий человек. В это время формируются новые жанры живописи: исторический, пейзажный, бытовой. Разнообразие и полнота жанровой структуры получили развитие в последние десятилетия XVIII в. Живопись широко распространяется: обогащаются царские собраний, складываются фамильные коллекции в столицах, провинциальных городах и усадьбах. Получают общественное признание амплуа живописца, поэта, артиста. С этим же временем связываются первые художественные выставки и продажа произведений, роль профессионального мнения по вопросам искусства, первые эстетические трактаты. На портретную живопись восемнадцатого века значительное влияние оказал Дмитрий Григорьевич Левицкий Именно в творчестве Левицкого воплотилась самая суть российского века Просвещения, чей расцвет приходится на екатерининское царствование. Д.Г. Левицкий – выдающийся художник – портретист России 18 века. Всем известны такие его работы как серия портретов «Смолянки», портреты Екатерины II, портрет А. Ф. Кокоринова, портрет А. М. Голицына. Творчество Д.Г. Левицкого демонстрирует, что Россия окончательно вошла в европейский круг. Просветительские идеалы достоинства, разума и естественности, актуальные для западного культурного сознания, весьма для него значимы. По живописному мастерству его портреты не уступают работам лучших французских и английских современников. Никто так сочно и осязательно не пишет вещественный мир, восхищаясь его драгоценностью и разнообразием: блеском бронзы, тяжестью и переливами тканей. История России в лицах — так можно коротко сказать о творческом наследии Д. Г. Левицкого, живописца редкого дара, чья кисть отразила на полотнах эпоху XVIII века. Цари и царедворцы, философы и светские львы, холодные красавицы и писатели, промышленники и дипломаты, аристократы и купцы, чиновники и военные, родители и дети — их портреты говорят о прошлом гораздо значимей любых слов. Сотни лиц умных и глупых, злых и добрых, чувственных и холодных, лица так называемого галантного века. Что ни лицо — характер. Что ни лицо — биография. Д.Г. Левицкий был очень популярен в свою эпоху, но потом был предан забвению. Слава его имени была возвращена лишь через многие десятилетия. Я решил написать курсовую работу именно на тему творчества Д.Г. Левицкого, потому что меня будоражат созданные им портреты, переданные ими чувства, эмоции. Целью моей работы является стремление узнать подробнее о творчестве этого великого художника-портретиста, проанализировать его картины, сделать общие выводы. В процессе написания курсовой работы, мной была предпринята попытка решить следующие задачи: изучить, описать, рассмотреть творчество Д.Г.Левицкого, проанализировать некоторые его произведения, обнаружить в них связь между эпохой Екатерины Великой и манерой изображения портретируемых Д.Г.Левицким персонажей.
 


СОДЕРЖАНИЕ 
 

ВВЕДЕНИЕ………………………………………………………………………...1
1.Учреждение Смольного Института……………………………………………4
2.Портретная  серия «Смольнянки»……………………………………………..11
ЗАКЛЮЧЕНИЕ........................................................................................................26
СПИСОК ИСПОЛЬЗАВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ……………………………...28 

Глава 1.Учреждение Смольного института благородных девиц. 

В середине 19 века среднее женское образование  пришло в полное противоречие с требованиями жизни. Выдающиеся русские педагоги-демократы  К.Д.Ушинский, Н.И.Пирогов, Н.А.Вышнеградский, революционеры-демократы Н.Г.Чернышевский, Н.А.Добролюбов, Д.И.Писарев резко критиковали систему закрытого привилегированного женского образования, её косность, узкосословный характер, отрыв от реальной жизни, иноязычность обучения (чаще всего обучение происходило на французском языке), пренебрежение к русской культуре. Они требовали воспитания женщины как человека, имеющего равное с мужчиной право на образование. Защищали общеобразовательный, открытый характер воспитания женщины, его бессословность, доступность.
Под влиянием общественного движения в России в 60-е годы несколько расширилась  сеть женских учебных заведений, возросла возможность получения  девочками общего образования в  совместных школах. К середине 60-х  годов Россия стояла на 1-м месте  в Европе по развитию среднего женского образования. Однако по-прежнему средние  школы в основном оставались доступными только для девочек из состоятельных  семей.
В 60-е  годы 19 века всё активнее обсуждался вопрос о необходимости обучения в начальной школе девушек  из народа. В 1861 году был учрежден особый орган по изучению проблемы совместного  обучения в школе мальчиков и  девушек. Девочек стали обучать  в бесплатных воскресных школах совместно  с мальчиками, однако девочек в  школах обучалось еще крайне мало. Так в 1863 году во всех низших учебных  заведениях обучалось 708018 мальчиков  и 157833 девочек.
В 1864 организуются педагогические женские курсы при  Петербургских женских гимназиях. До конца 19 века доступ в ВУЗы женщинам был закрыт. Первые русские женщины, получившие высшее образование, учились  за границей. В 1897 году в Петербурге был открыт женский мединститут. В 1896 году женщинам представилось право поступать в институты и университеты.
Важным  событием в истории женского образования  является первый Всероссийский съезд  по вопросам образования женщин, который  состоялся в 1912 году. На нем подвергалась расширенной критике существующая система образования женщин, строго встал вопрос о равенстве в  правах женщин и мужчин в образовании.
Период  царствования Екатерины Великой  связан с созданием первых общественных воспитательно-образовательных учреждений для обучения национальных кадров домашних педагогов. В.О.Ключевский, рисуя исторический портрет Екатерины II, отмечал ее глубокий ум, целеустремленность, характер противоречивый, но полный «равновесия  духа». Поняв, что без коренных преобразований не решить основных государственных  задач, Екатерина II с решительностью и энтузиазмом берется за создание «новой породы людей».Она открыла  первое в России государственное  учебное заведение для девушек  из благородных семей. По образцу  французского женского учебного заведения  «Сен-Сира»,5 мая 1764 г. в стенах Воскресенского монастыря по велению императрицы открывается Воспитательное общество благородных девиц. На территории монастыря при шведском владычестве размещался Смоляной двор, что впоследствии и повлияло на название нового учебного заведения - «Смольный институт благородных девиц».Организация и содержание обучения и воспитания в институте представляют интерес, хотя они не лишены противоречий и ошибок. На примере «Смольного института» рассмотрим организацию педагогического процесса в первом государственном учебном заведении для девушек дворянского сословия.
Обучение  в Смольном институте начиналось с 5-6 лет. За двенадцать лет учебы  Уставом института предполагалось, что его воспитанницы в совершенстве усвоили:
1) знание  законов;
2) все  правила доброго воспитания, благонравия,  светского обхождения и учтивости.
Внешняя организация быта была заимствована из французского закрытого женского учебного заведения «Сен-Сира», которым интересовался еще Петр I. Так же, как и в заведении госпожи Мэнтенон, возглавлявшей «Сен-Сир», воспитанницы разделялись на четыре возрастные группы:
- с 6 до 9,
- с 9 до 12,
- с 12 до 15,
- с 15 до 18 лет.
Воспитанницы  каждой из возрастных групп носили платья определенного цвета. (В Сен-Сире принадлежность к той или иной возрастной группе определялась цветом ленты при одинаковом черном платье всех воспитанниц.). Воспитанницы 1-й возрастной группы носили платья кофейного цвета, 2-й - голубого, 3-й - серого, а выпускницы старших классов - белого, причем в обычные дни это было строгое камлотное платье, в воскресные и праздничные - нарядное, шелковое. Режим дня строго регламентировался: обучение сменялось прогулками на свежем воздухе, приемы пищи - играми «по склонностям и времени».За каждой из четырех возрастных групп закреплялась надзирательница, постоянно находившаяся при детях и помогавшая учительницам, а в случае необходимости - заменявшая их. Кроме вопросов воспитания и обучения надзирательницы заботились о платье и белье воспитанниц и в системе управления имели преимущество перед учительницами. Восемнадцать монахинь, привезенных из Воскресенского монастыря, обучали девочек с 6 до 9 лет грамоте и ухаживали за больными воспитанницами. В первое время надзирательницами и учительницами были в основном француженки. Штат преподавателей Смольного составляли: два учителя русского языка, три учителя иностранных языков, два танцмейстера, три учителя рисования, по два учителя вокальной и инструментальной музыки, географии, истории и геральдики, и один учитель по архитектуре. По режиму и организации процесса обучения Смольный относился к высшему женскому учебному заведению ,1-го разряда закрытого типа. При поступлении от родителей и родственников требовалось заявление-обязательство по перепоручению опеки воспитанниц на весь срок обучения Воспитательному обществу. Уставом учебного заведения строго предписывалось ни под каким видом не требовать возвращения девушек в дома родителей до достижения ими 18 лет. Гостям и родственникам разрешалось посещать воспитанниц лишь в праздничные и специально определенные дни в присутствии начальницы. Такой режим не мог не сказаться на становлении личности юных девушек, смолянки были наивны в житейских вопросах и оторваны от проблем обыденной жизни.
Екатерина II поддерживала в стенах Смольного  института благородный, аристократический  дух. До 12 лет воспитанницы обеспечивались полным обслуживанием, и лишь с 12 лет они самостоятельно заботились о своих одежде и прическе. У смолянок воспитывали привычку к роскоши: скатерти в старших классах менялись к каждому приему пищи, подавались серебряные столовые приборы.
В младших  классах (от 6 до 9 лет) девочек обучали  русскому и иностранным языкам, арифметике, рисованию, рукоделию, танцам и музыке. С 9 до 12 лет к вышеназванным предметам  добавлялись география и история. С 12 до 15 лет, кроме чтения нравоучительных  и исторических книг и продолжения  курса других предметов, на уроках рукоделия  девушек учили шить для себя платье и вязать чулки. Кроме того, воспитанницам  давали знания и навыки в области  стихосложения, архитектуры и геральдики, рисования, пения и игры на музыкальных  инструментах, обучали умению поддержать салонную светскую беседу и принимать  гостей. В последнем классе (с 15 до 18 лет) материал учебных предметов  повторялся, а также добавлялись  занятия, обучающие «вести экономию»: записывать расходы, производить расчеты  и договариваться о поставках  товаров. В институте существовало и такое правило: начиная с 4 класса, две институтки каждый день, поочередно, давали уроки в младших классах для «заблаговременного навыка». Екатерина II с гордостью за своих воспитанниц писала Дидро: «Мы их воспитываем для того, чтобы они были отрадой семейств, в которые вступят».
Начиная с двух последних старших классов, девушки могли упражняться в  навыках светского обхождения. Для  этой цели по праздникам и воскресным дням в Смольный приезжали именитые гости, кавалеры, родственники. Воспитанницы давали концерты, ставили спектакли (пьесы для которых сочиняла сама государыня), и играли роль хозяек. Императрица  Екатерина II лично участвовала в  обучении девиц светским манерам, она  часто посещала благородное отделение  Воспитательного общества и поддерживала смолянок: любила разговаривать с  ними, вела переписку, приглашала на балы. Подражая императрице, Смольный институт часто посещали великий князь  Павел, члены царской семьи и  иностранные гости.
Но даже пристальное внимание к воспитанницам  Смольного со стороны всей царской  фамилии не прибавило значимости новому учебному заведению.
В высших кругах по-прежнему было принято приглашать в семьи для обучения детей  гувернанток-иностранок. Дворянство не спешило отдавать своих детей  в общественные учебные заведения.
В 1755 г. наряду с отделением для 200 девушек  из благородных семей в Смольном открывается отделение для 240 девушек  из мещанской среды. Сопоставление  содержания систем обучения на двух отделениях института позволяет утверждать, что оно существенно различалось. Мещанкам давались лишь элементарные знания и готовили их в основном к деятельности домашних воспитательниц-гувернанток. Деление воспитанниц по возрастам  сохранялось и на мещанском отделении. С 6 до 12 лет девочек обучали русскому языку, арифметике и иностранным  языкам. Далее, исходя из их природных  данных, - рисованию, танцам, музыке и  пению. В возрасте с 12 до 15 лет особое внимание уделялось совершенствованию  навыков в рукоделии. Девушки  обучались всем работам по дому и  умению поддерживать хозяйство: ткать, шить, вязать, готовить, вести приходно-расходные  книги. В последних классах развивались  те умения, к которым воспитанницы проявляли большую склонность. По окончании обучения каждой выпускнице полагалась определенная сумма с процентами за 12 лет обучения. Успешно окончившие мещанское отделение могли поступить на службу учительницами в училище благородных девиц, а также стать домашними наставницами в семьях дворян и аристократии.
Выпускницы  Смольного института благородных  девиц, успешно завершившие курс обучения, получали награды тpex степеней. К 1-й степени относились шифры и золотые медали (большие и малые), наградами 2-й степени читались серебряные медали большого и малого размеров, выпускниц 3-й степени награждали книгами.
Воспитанницы  Смольного дали вдохновение и  Дмитрию Григорьевичу Левицкому, мастеру  парадного портрета в русском  искусстве 18 века. С 1773 по 1776 год Левицкий по заказу императрицы Екатерины II написал серию портретов воспитанниц  Смольного института для благородных  девиц, основанного императрицей в 1764 году. Однако Левицкого интересовал  человек, его внутренний мир не только в таких вот высоких проявлениях  духовной мощи и красоты. Его радовало и волновало всякое яркое, полнокровное выражение жизни, увлекала возможность  показать своих героев во всем богатстве  их чувств и переживаний. В написанной им в 1773—1776 годах серии портретов  смолянок внимание художника сосредоточено  на том, чтобы передать их эмоциональное  состояние. Портреты смолянок — воспитанниц  Смольного института, находившегося  под особым покровительством императрицы  Екатерины II закрытого учебного заведения  для «благородных девиц» — настоящий  гимн юности, покоряющей полнотой и  естественностью проявления нерастраченных жизненных сил. Всего Левицкий создал семь портретов смолянок: в 1773 году — Ф. С. Ржевской и Н. М. Давыдовой , Е. И. Нелидовой , Е. Н. Хованской и Е. Н. Хрущевой ; в 1775 — А. П. Левшиной; в 1776 году — Г. И. Алымовой , Н. С. Борщовой , Е. И. Молчановой . Годы создания этих портретов были знаменательными в истории «воспитательного общества благородных девиц», как часто называли институт современники. В 1773 году состоялись, обставленные необычайно пышно и торжественно, публичная церемония перевода девиц «среднего возраста» в «старший» и первый большой выезд воспитанниц в свет. 1775 год был отмечен праздником по случаю заключения мирного договора с Турцией. В 1776 году происходил выпуск из института девиц «старшего возраста». Все эти события, сопровождавшиеся балами, маскарадами, концертами и театральными представлениями, привлекли к себе внимание широкой публики и получили соответствующие восторженные отклики в периодической печати и произведениях изящной словесности. Они же скорее всего послужили поводом для заказа императрицей Левицкому портретов тех из наиболее отличившихся воспитанниц, которые пользовались ее особым благоволением. И великолепно обставленные публичные торжества, и портреты смолянок, заказанные Левицкому, и литературные отклики должны были утвердить и восславить результаты «разумного воспитания», полученного девицами в институте, а главное — его «мудрую основательницу», «мать отечества», «неустанно пекущуюся о благе своих подданных». Назначение портретов определило и парадный характер их исполнения. А увеселения, сопровождавшие церемонии, балы, маскарады, концерты, спектакли, были использованы Левицким как сюжетная основа портретов «благородных девиц», показанных в то время, когда они, выступая перед публикой, демонстрируют результаты своего обучения. На фоне театральных декораций танцуют Нелидова и Борщова. В танцевальной позе изображена Левшина. Сценку из спектакля разыгрывает трогательная и слегка комичная пара — Хованская и Хрущева. Томная красавица Алымова музицирует. Даже самые младшие смолянки — Давыдова и Ржевская — демонстрируют свои светские манеры, утверждая тем самым успехи института в воспитании юношества. Обращение к этой хотя и показной, внешней, но очень характерной стороне быта Смольного дало возможность художнику добиться невиданного до того в его искусстве размаха парадности, декоративности изображения без помощи нарочито условных приемов, которые были приняты в традиционных парадных портретах и очень ограничивали их реалистическую выразительность. В смолянках нет ни подчеркнутой торжественности поз и обязательной демонстративности указующих жестов, ни высокомерного и бесстрастного выражения лиц, нет той условности в подборе и размещении вокруг фигуры портретируемого аксессуаров, которые мы видим в портрете Кокоринова и даже Демидова. Смолянки не позируют, они живут в окружающей их среде легко и свободно. Доля же условности, которая есть в их изображениях, оправдывается театральной атмосферой, которая в той или иной мере присуща всем портретам этой серии. Обстановка, отдельные предметы в этих работах Левицкого теряют свою многозначительность, тот аллегорический смысл, который обычно был им свойствен. Место действия становится сценической площадкой, где юные героини портретов ведут себя в соответствии с ролями, ими исполняемыми, и своими индивидуальными данными. Все это придает серии портретов воспитанниц Смольного института такую жизненность и правдивость, помогает художнику достигнуть такой силы характеристики портретируемого человека, которые были невозможны в работах, созданных по ранее обязательному канону. Таким образом, Левицкий в этом цикле делает огромный шаг вперед в развитии принципов парадного изображения. Однако, несмотря на то, что художник в данном случае так решительно отошел от привычных схем, портреты смолянок отнюдь не потеряли своей парадности. Утонченные манеры и светская выучка «благородных девиц», их великолепные костюмы, театральная роскошь окружающей обстановки, передавая характер, стиль жизни института, создают то ощущение исключительности, необычности происходящего, которые сообщают портретам необходимую эффектность и представительность. Этому же служат композиционные и живописные средства, которые применяет художник. Так, например, Левицкий использует прием низкого горизонта, благодаря чему сценическая площадка, на которой происходит действие, располагается как бы над зрителем. Это придает фигурам портретируемых известную монументальность, значительность. Того же результата достигает художник, размещая модели у переднего края холста и направляя движение вдоль его плоскости. А высокое живописное мастерство Левицкого превращает каждый портрет в великолепный цветовой аккорд. Но «блеск и роскошь маскарада» не закрыли для Левицкого человеческих качеств его моделей. «Благородные девицы» на портретах Левицкого ведут себя, несмотря на пройденную ими школу строгого светского воспитания, в полном соответствии с возрастом и особенностями характера каждой. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Глава 2. Портретная серия Д.Г. Левицкого «Смольнянки». 

Вершиной  творчества Левицкого стала серия  портретов воспитанниц Смольного  института благородных девиц, написанная в 1773— 1776 годах. Серия «Смолянок» —  шедевр мирового искусства. Музицирующие, танцующие или разыгрывающие изящные «пьесы» смолянки исполнены девичьей грации, свежести и непосредственности, которые покоряют зрителя независимо от наивного кокетства, считавшегося признаком благородного воспитания. Дмитрий Григорьевич Левицкий создал семь портретов смолянок:  Ф. С. Ржевской и Н. М. Давыдовой , Е. И. Нелидовой , Е. Н. Хованской и Е. Н. Хрущевой ; А. П. Левшиной; Г. И. Алымовой , Н. С. Борщовой , Е. И. Молчановой . Д.Г. Левицкий изображает  Екатерину Нелидову на окруженной зеленью площадке пейзажного парка. Екатерина Нелидова танцует менуэт. Перед нами как бы оживает сцена одного из тех придворных балетов, в которых, как об этом свидетельствуют воспоминания современников, блистала Нелидова. Художник великолепно передает настроение и обстановку театрального представления той поры. Костюм Нелидовой — светло-коричневое, с сероватым отливом, отделанное розовыми лентами платье из упругого шелка, кокетливая соломенная шляпка, украшенная цветами и лентами, — один из тех костюмов, в которых на сцене Нелидовой. Уверенно, со знанием дела исполняет она фигуры менуэта. Ее поза так жива и непринужденна, что начинает казаться, будто Левицкий просто зафиксировал на полотне то, что увидел на сцене. В действительности же построение портрета основано на тонком расчете. Художник показал Нелидову в то мгновение, когда, завершив одно па, она на секунду замерла, прежде чем перейти к следующему. Руки, округло согнутые в локтях, наклон головы придают женственную мягкость позе, а чуть выдвинутая вперед туфелька делает фигуру более устойчивой. В то же время ощущение остановленного, но имеющего продолжение действия, позволяет передать особый — медленный, плавный, чуть торжественный характер движения, подчеркнуть его легкость и изящество. В танце Нелидовой, таком, каким показал нам его художник, соединяются сценическое обаяние исполнительницы и мастерство, природная грация с изысканной утонченностью движений, жеманной игривостью позы и тонкой мимикой лица. Художник умел увидеть сам и открыть нам в этой актрисе, владеющей всем богатым арсеналом приемов женского кокетства, милую и живую непосредственность. Чувствуя свой успех, Нелидова радуется ему со всем пылом и искренностью своих пятнадцати лет. Веселый задор и лукавство светятся в ее черных глазах, беззаботная радость наполняет все ее существо.
Следующий портрет серии Дмитрия Григорьевича- это портрет Е. Н. Хованской и Е. Н. Хрущевой. Он задуман и построен и композиционно и колористически так, что характеры девочек, составляющих оригинальный театральный дуэт, раскрываются через тонко обыгранное художником противопоставление их душевного склада, а также несоответствие «взрослого» сюжета пьесы и обстановки действия возрасту исполнительниц. Контраст этот приобретает особую остроту, так как у одной из них полностью отсутствуют какие бы то ни было актерские данные. Облаченная в мужской костюм бойкая и шаловливая Хрущева очень уверенно чувствует себя на сцене. Она со знанием дела и мастерством ведет свою роль: движения задорного кавалера, которого изображает Хрущева, смелы, естественны и изящны. В них присутствует своеобразная балетная грация, характерная для актерской игры XVIII века, и нет ничего нарочитого и подчеркнутого. Но и лукавый взор, и обольстительная улыбка, и жест опытного волокиты, которым Хрущева треплет по подбородку свою партнершу, приобретают в портрете особое значение именно потому, что художник все время тонко дает почувствовать, что перед нами не настоящая актриса, а резвый и озорной подросток, который лишь старается казаться взрослым. Еще в большей степени относится это ко второй героине портрета — Хованской. Ее высокая, по-детски угловатая фигура в пышном платье рядом с бойкой, уверенной подругой кажется удивительно неловкой и трогательной. Вместо того чтобы быть жеманной и кокетливой, как того требует роль, она как будто замерла в указанной ей позе, не зная, куда девать руки. И смотрит эта очаровательная «поселяночка» на своего кавалера не нежно и задорно, как этого следовало бы ожидать, а серьезно, внимательно и даже строго. Именно эти, так зорко подмеченные и тонко переданные особенности внешнего облика Хованской служат художнику для раскрытия ее внутреннего мира. Перед нами возникает образ застенчивой, серьезной и старательной девочки. Эти качества и определяют характер ее поведения на сцене. Она усердно пытается делать все, как нужно, но робеет, стесняется. Ее движения скованы, поза и жесты напряжены, и никакие ухищрения институтского воспитания не могут заставить Хованскую чувствовать себя легко и свободно перед публикой. Так художник использовал нехитрый пасторальный сюжет, чтобы создать два разных по существу, но одинаково милых детских образа. Секрет живой выразительности портретов Нелидовой, Хованской и Хрущевой не только в этой проникновенной передаче особенностей характеров и возраста их юных героинь. Образы девочек согреты теплым, ласковым отношением художника к своим моделям. Левицкого радует и взволнованное оживление Нелидовой, и бойкость Хрущевой, и робкая застенчивость Хованской. Эмоциональное богатство портретов смолянок неотделимо от приподнятой, радостной атмосферы театрального представления, с таким мастерством переданной Левицким, и во многом обусловливается светлым, исполненным оптимизма и радости восприятия действительности художником. С увлечением фиксирует Левицкий материальную красоту изображаемого: чуть меланхоличную нежность пейзажных фонов, невесомость прозрачных кружев, упругость блестящего атласа. Сама красота живописной ткани портрета, мастерство, с которым художник лепит форму, передает игру света на поверхности материи, то ложащейся глубокими складками, то образующей небольшие плоскости, где основной цвет приобретает вдруг особый, неповторимый оттенок, усиливают эстетическую выразительность образов. Изысканным аккордом серовато-коричневых и блекло-розовых тонов представляется фигура Нелидовой. Благородным, звучным сочетанием серебристо-белого и алого, темно-серого и черного на голубовато-оливковом с розоватыми отсветами фоне восхищает портрет Хованской и Хрущевой. Особенности, присущие портретам Нелидовой, Хованской и Хрущевой, характерны и для других полотен этой замечательной серии.
Ярким примером, выражающим эти особенности, является полотно с изображением Левшиной Александры Петровны — дочери премьер-майора Петра Ивановича Левшина от брака с кн. Татьяной Ивановной Кольцовой-Масальской, родилась 1 января 1757 г., 4-х лет потеряла мать и на восьмом году была определена в Смольный институт при самом его основании. В 1776 г. Левшина закончила свое образование и была выпущена из института одной из первых с золотой медалью первой величины, "знаком отмены" и пожизненной пенсией в 250 руб. ежегодно. 2-го июня того же года она была пожалована во фрейлины императрицы и взята на житье во дворец. Выйдя замуж (29 апреля 1780 г.) за кн. Петра Александровича Черкасского, Левшина жила недолго и скончалась в Москве, 25-ти лет от роду, 26 августа 1782 г.Императрица Екатерина Великая очень любила ее, интересовалась ее судьбой, вела с ней переписку и в шутку звала своей "черномазой Левушкой". Этот портрет стоит несколько особняком в серии смольнянок, хотя ее портрет исполнен с неменьшим мастерством, чем все остальные. Левшина в пышном театральном платье остановилась в танце среди роскошной дворцовой обстановки. Хорошо читается фактура тканей, живописно объединенных меловато-розовым, пепельно-тусклым тоном; точно передано грациозное движение. В данном портрете видимая мелодия танцевального жеста и изысканная декорационная живопись дополняются выразительным воздействием света и тени. Однако лицо семнадцатилетней девушки кажется не по годам взрослым: чуть откинутое в соответствии с танцевальной позой, освещенное благожелательной улыбкой, оно исполнено серьезности и внимания, черные блестящие глаза смотрят вниз неотступно и отчужденно. Отчетливо заметно расхождение “внешнего” и “внутреннего”. Плавны жесты и поза Левшиной, которые, кажется, скорее подошли бы более зрелой особе, мягко распахивают перед нами глубинно-пространственную композицию картины. Правой рукой Левшина приподнимает и отводит в сторону край и без того весьма широкой юбки, заполняя темное пространство глубинного фона. Согнутая в локте левая рука и плечо несколько отведены назад - с помощью этого приема художник связывает фронтальную часть картины и ее задник.
Еще одной  картиной из этой превосходной серии  является портрет Е.И.Молчановой. Екатерина Ивановна Молчанова — фрейлина Екатерины II, одна из пяти лучших выпускниц Смольного института, удостоенных Золотой медали первой величины. Екатерина Ивановна Молчанова происходила из старинной московской семьи. Её отец — скромный коллежский советник Иван Яковлевич Молчанов, семья которого находилась в бедственном положении — у него было всего 30 душ крепостных, к тому же заложенных. Екатерине повезло, она была взята на воспитание влиятельной дамой-супругой обер-егермейстера С. К. Нарышкина Марией Павловной. В 1764 году она определила Екатерину в Смольный институт, положила на её имя две тысячи рублей, которые были выданы девушке после окончания учёбы. Нарышкина назначила Екатерине также ежегодную выплату двухсот рублей, а также обещала (в завещании) наградить приличным приданым, смотря при том и на качество её избранника. В Смольном Екатерина отличалась серьезность, сосредоточенностью, выделялась среди воспитанниц любовью к наукам, любила больше читать, чем участвовать в играх и развлечениях, хотя не раз выступала на сцене устроенного в институте театра. Она хорошо рисовала и вышивала — об это известно из письма Екатерины II, написанного другой смолянке А.Левшиной. В 1776 году Екатерина окончила курс второй, с золотой медалью и «знаком отмены» (золотым шифром императрицы) на ленте с тремя золотыми полосками, она получила также и пенсию по 250 рублей в год из процентов с капитала в 100 тыс. рублей, пожертвованного Екатериной II при первом выпуске смолянок. Портрет Е. И. Молчановой был написан Д.Г.Левицким в  1776 году. Молчанова изображена в белом шелковом платье, установленном для воспитанниц старшего (четвертого) возраста Воспитательного общества благородных девиц. Справа на столе — антлия (вакуумный насос), использовавшийся как пособие при обучении смолянок. В левой руке она держит книгу. Этот атрибут позволяет воспринимать изображение и как Аллегорию Науки (или Декламации). Эти три полотна (Молчанова, Борщова и Алымова), судя по всему, экспонировались в интерьере как триптих. В портрете Молчановой пространство строится с помощью двух встречных диагоналей. Роль первой выполняет освещенная фигура сидящей на первом плане девушки с вытянутой вперед правой ногой. Из темноты ей навстречу выступают диагональные складки казакина юбки. Наиболее светлая часть драпировки расположена в правом верхнем углу картины: оттуда по выпуклым граням складок лучи света скользят навстречу фигуре, словно указывая на нее зрителю. Держащая книгу левая и приподнятая в некоем указующем жесте правая рука Молчановой лишь поддерживают общую светлую массу платья, выделяют ее на общем темном фоне картины.
Преосходно выполнен художником и портрет Борщовой Натальи Семёновны, которая училась в Смольном институте благородных девиц и закончила с золотой медалью, фрейлина великой княгини Марии Федоровны, кавалерственная дама ордена Св. Екатерины (малого креста). Наталья Семёновна — дочь лейб-гвардии отставного фурьера Семёна Ивановича. В 1764 году Наталья была принята в Смольный институт. В институте, обладая хорошим голосом, она принимала участие в театральных постановках. В 1776 году, как одна из лучших учениц, Наталья закончила институт с Большой золотой медалью. Будучи предназначенной к пожалованию фрейлиной при дворе великой княгини Наталии Алексеевне, она была принята ко двору 14 июня 1776 года и назначена состоять вместе с любимой своей подругой по институту Е. И. Нелидовой фрейлиной при второй супруге цесаревича, великой княгини Марии Федоровны. В этом официальном звание Наталья сопровождала « графа и графиню Северных» в их путешествии по Европе в 1782 году и вместе с Екатериной Нелидовой во всех официальных случаях «имела шаг» перед княгиней Салтыковой  и госпожой Бенкендорф, сопровождавших великокняжескую чету неофициально. Наталья Борщова не пользовалась, однако, особенным расположением великой княгини. Но Борщову ценили при «малом дворе» за её сценический талант, где она не раз принимала участие в спектаклях, которые устраивала великая княгиня. Судя во всему, жизнь Н. С. Борщовой прошла вполне спокойно и счастливо. Прожила она дольше всех своих подруг по первому и, как оказалось, самому знаменитому выпуску Смольного института. На портрете, мастерски выполненном Д.Г Левицким стремительная, темпераментная, полная огня и живости Борщова, кажется лишь на мгновение остановилась перед нами. Легкость ее движений, увлечение танцем гармонируют с открытым, улыбающимся лицом. Она смотрит на зрителя весело, ничуть не смущаясь, словно сознавая свою прелесть. Плавный ритм танца подчеркнут вьющейся и переливающейся светом и тенью золотой полосы на подоле бархатной юбки. Движение фигуры Борщовой находит себе подкрепление в тонко продуманном расположении светлых пятен и линий. Ярко освещенное лицо и открытая грудь, кисти рук, розовато-сиреневые прорези рукавов и тонкая золотая оторочка корсажа, причудливым контуром обрисовывающая формы торса - все это вместе образует грациозную ритмическую композицию, которая дополняется выставленной вперед, но не качающейся пола ножкой в белой туфельке. Изящно поднятая правая рука Борщовой, в отличие от всей фигуры танцующей девушки, располагается в левой части картины и, сочетаясь с изображенной в темных тонах ведущей вниз лестницей, уравновешивает правую и левую половины холста.
Так же звестен портрет воспитанницы кисти Д. Г. Левицкого, входящий в цикл «Смолянок». Это искусно выполненный портрет  Глафиры Ивановны Алымовой — фрейлины Екатерины II, одна из первых русских арфисток, предмет старческой страсти Ивана Ивановича Бецкого. Родилась в селе Голяжье (ныне Отрадное), которым владел её отец (Брянский уезд Севской провинции Белгородской губернии). 19-й, посмертный, ребенок полковника Ивана Акинфиевича Алымова. Один из её братьев, Григорий Иванович Алымов, служивший в Сибири, женат был на единокровной сестре В. А. Жуковского Буниной. Приходилась дальней родственницей Пушкину и Вульфам. С 6-ти лет воспитанница Смольного института, пользовалась особой любовью и покровительством Екатерины II, отличавшей музыкальные дарования юной Алымовой. На портрете , выполненном Левицким, она изображена играющей на арфе - она была известна своим искусством. Игру на арфе преподавал Жан Батист Кардон, у него же училась Прасковья Жемчугова. Входила в первый выпуск института 1776 года, закончила воспитание «первою» и была награждена золотой медалью первой величины и «знаком отмены» — золотым вензелем Екатерины на белой ленте с 3 золотыми полосками. За 11 лет, проведённых в Смольном, «Алимушка», как её звала императрица, стала всеобщей любимицей благодаря своему веселому характеру. Екатерина писала ей: ««Алимушка… ты заслуживаешь великую мою благодарность за приятное приветствие, тобою мне сделанное, и что ты умеешь выманивать монахинь из келий своею игривостью, и еще по многим другим причинам». Также её любила великая княгиня Наталья Алексеевна, которая занималась с ней музыкой и обещала взять в свою свиту — уже будучи больной княгиня посылала Глафире записки и цветы вместе с графом Разумовским. По окончании института стала фрейлиной императрицы. Д.Г. Левицкий в портрете Глафиры Алымовой особое внимание уделяет созданию глубинно-пространственной композиции, показу объема фигуры девушки. Однако помимо этого Левицкий диагональю арфы делит пространство картины на две неравные части, отличающиеся не только цветовым решением, но и своим “весом”: легкое, прозрачное, с едва видимыми струнами пространство, занимаемое арфой, контрастирует с более светлой правой частью полотна, содержащей фигуру девушки. Четкую грань этих двух частей нарушают лишь руки девушки и придерживающее арфу левое колено. Не исключено, что Левицкий намеренно “прячет” правую руку Алымовой за ее левым предплечьем, оставляя на виду лишь часть ладони - именно для того, чтобы сохранить и сделать более видимой указанную разграничивающую диагональ.
Строгая архитектоничность построения со всей яркостью обнаруживается в простом и “немногословном” портрете Ржевской и Давыдовой, который не содержит усложняющих композицию нарядных аксессуаров. Если бы фигуры девочек были представлены на гладком фоне, лишенном драпировки, то правая часть портрета, содержащая более крупную из них, перевешивала бы своей тяжестью. Драпировка, помещенная с левой стороны и вклинивающаяся большим треугольником между фигурами, уравновешивает композицию, заполняя пустоту фона над головой меньшей девочки. Высветленная часть занавеса своими наклонными складками нарушает монотонность вертикалей фигур и края драпировки, делящей фон на две равные части. Фигурки девочек повернуты в разные стороны под углом друг к другу; в это же время лица обеих обращены к центральной оси портрета. Это оживляет группу и заставляет зрителя чувствовать реальность той пространственной зоны, которую она занимает. Благодаря этим приемам композиция принимает четкий ясно обозримый характер. Портрет Ржевской и Давыдовой не столь сложен, как другие портреты этой серии - и по характеру героинь и по исполнению. В центре неглубокого затемненного пространства, обозначенного углом столика с гнутой ножкой, занавесом и убегающими к стене линиями дощатого пола - фигура старшей девочки. Она позирует художнику, старательно выпрямившись и расположив руки в танцевальном жесте, тем самым как бы “отталкиваясь” от темной части пространства и стремясь в его более светлую правую часть. Однако выглядывающая из-под подола платья ножка словно чертит невидимую вертикальную линию, подтверждением которой служит повернутое к зрителю лицо девочки. Эта линия композиционно резко контрастирует с общим поворотом девочки вправо. Второй персонаж портрета - младшая девочка тоже поставлена для позирования: она старательно сжимает в кулачке край своего скромно украшенного платья - ее левая рука практически выпрямлена и четко определяет грань между фигурами девочек, которая, впрочем, несколько сходит влево в нижней части полотна. В руке, положенной на край стола - белая роза: символ юности и добродетели. Однако вся эта маленькая фигурка, вопреки необходимости сохранить церемонное изящество, дышит детской непосредственностью, с трудом скрываемым удовольствием от позирования. Особенно выразительно лицо воспитанницы: она с восхищением смотрит на свою старшую подругу снизу вверх. Этот взгляд намечет одну из особых композиционных линий портрета. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ 

О творчестве Д. Г. Левицкого можно говорить бесконечно. В серии его картин «Смолянки» ему удалось передать атмосферу манерности и кокетливого жеманства, которая окружала воспитанниц Смольного института. Манерность этих подростков производит впечатление наигранной и напускной, и за ней ощущается подлинное увлечение их театральными ролями и неподдельное детское веселье. Кроме того, Левицкий не придает чертам девочек благообразия, наоборот, подчеркивая их формирующиеся, подчас непривлекательные черты, а также их детскую угловатость. 
Кроме того, нельзя забывать и о вкладе Д.Г. Левицкого в развитие живописи. Он изобразил так называемый «портрет в роли». Портретам присуща эффектная зрелищность, так как воспитанницы представлены в театральных костюмах на сценических площадках и на фоне живописных кулис. Использование в качестве фона занавесей и театральных декораций — прием, который позволяет автору показать, что предметом изображения является здесь не реальная жизнь, а театр. Но при этом изображениям свойственны жизненность и поэтичность — постоянные приметы стиля художника.
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.