На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


реферат Речевая культура

Информация:

Тип работы: реферат. Добавлен: 11.11.2012. Сдан: 2012. Страниц: 7. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


?МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА И ПРОДОВОЛЬСТВИЯ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ
УЧРЕЖДЕНИЕ ОБРАЗОВАНИЯ
«БЕЛОРУССКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АГРАРНЫЙ ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ»
 
 
Кафедра белорусского и русского языков
 
 
 
 
 
 
 
Реферат по дисциплине риторика                                           
                                                                                                                              Тема: Речевая культура . Речевой этикет
 
 
 
              Выполнил: студент  группы  71 зм
            Проверил:       Слыхалова Н.Г.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Минск
2012

РЕЧЕВАЯ КУЛЬТУРА. РЕЧЕВОЙ ЭТИКЕТ
 
Культура речи и ее аспекты. Культура речи – это такой выбор и организация языковых средств, которые в определенной ситуации общения при соблюдении современных языковых норм и этики общения позволяют обеспечить наибольший эффект в достижении поставленных коммуникативных задач. Еще в 20-е годы известный филолог Г. О. Винокур подчеркивал: «Для каждой цели свои средства, таков должен быть лозунг лингвистически культурного общества». Об этом же писал и С. И. Ожегов: «Высокая культура речи – это умение правильно, точно и выразительно передать свои мысли средствами языка. Правильной речью называется та, в которой соблюдаются нормы современного литературного языка... Но культура речи заключается не только в следовании нормам языка. Она заключается еще и в умении найти не только точное средство для выражения своей мысли, но и наиболее доходчивое (то есть наиболее выразительное) и наиболее уместное (то есть самое подходящее для данного случая) и, следовательно, стилистически оправданное».
Выделяют три аспекта культуры речи: 1) нормативный; 2) этический; 3) коммуникативный.
Опорой русского литературного языка – языка культуры, языка образованной части народа – является литературная норма. Кодифицированные нормы литературного языка – это такие нормы, которым должны следовать все носители литературного языка. Одна из основных задач культуры речи – это охрана литературного языка и его норм. Такая охрана является делом национальной важности, поскольку литературный язык объединяет нацию. В процессе активной языковой политики сложились представления о нормализации языка, отклонениях от литературной нормы, ошибках и языковых вариантах. Существуют орфографические, орфоэпические, грамматические словари, словари лексических труд­ностей русского языка, словари паронимов, синонимов, антонимов, фразеологические словари русского языка.
Становление норм современного русского литературного языка неразрывно связано с именем А. С. Пушкина. Русские языковеды дореволюционного периода подвели некоторый итог раз­витию орфоэпических, морфологических и синтаксических норм, свидетельством чего явился анализ норм русского языка в вышедшей в 1913 года книге В. И. Чернышева «Чистота и правильность русской речи». Особой заботы потребовали общелитературные нормы после 1917 года: в активную общественную жизнь включались широчайшие народные массы, которые недо­статочно хорошо владели литературным языком. Естественно, возникла угроза расшатывания литературной нормы. Большую работу по пропаганде культуры речи проводили филологи В. В. Виноградов, Г. О. Винокур, Б. А. Ларин, Л. В. Щерба, Л. П. Якубинский.
Новым этапом в развитии культуры речи как научной дисциплины стали послевоенные годы. Крупнейшей фигурой этого периода был С. И. Ожегов, получивший широчайшую известность как автор самого популярного однотомного «Словаря русского языка» – настольной книги многих поколений. После смерти С. И. Ожегова в 1964 году активную работу по обновлению словаря ведет академик РАН Н. Ю. Шведова; в 1992 году вышел «Толковый словарь русского языка», авторами которого названы С. И. Ожегов и Н. Ю. Шведова. К. И. Чуковский справедливо писал в статье «Памяти С. И. Ожегова»: «Его подвиг никогда не забудется нами, и я верю, что созданный чудесный словарь сослужит великую службу многим поколениям советских словарей».
Нормативный аспект культуры речи – один из важнейших, но не единственный. Чешский лингвист К. Гаузенблас пишет: «Нет ничего парадоксального в том, что один способен говорить на ту же самую тему нелитературным языком и выглядеть более культурно, чем иной говорящий на литературном языке». И это абсолютно верно. Можно привести большое количество самых разнообразных по содержанию текстов, безупречных с точки зрения соблюдения общелитературных норм, но не совсем понятных.
Язык располагает большим арсеналом средств. Главнейшее требование к хорошему тексту таково: для создания определенного текста из всех языковых средств должны быть выбраны такие, которые с максимальной полнотой и эффективностью выполняют поставленные задачи общения, или коммуникативные задачи. Изучение текста с точки зрения соответствия его языковой структуры задачам общения в теории культуры речи получило название коммуникативного аспекта культуры владения языком.
Еще один аспект культуры речи – этический. В каждом обществе существуют свои этические нормы поведения. Они касаются и многих элементов общения. Завтракая дома, вполне этичным будет попросить: Передай-ка мне хлеб. Но если вы сидите за большим праздничным столом с незнакомыми или не очень близкими вам людьми, то по отношению к ним ту же просьбу уместно будет выразить так: Не можете ли вы (вас не затруднит) передать мне хлеб?. И первое, и второе высказывание соответствует нормам русского литературного языка. С точки зрения эффективности коммуникации первое высказывание прямым образом и, следовательно, более ясно выражает мысль, чем второе, в котором мысль выражена косвенно, но в ситуации праздничного стола все же уместна вторая форма. Раз­личие между высказываниями в следовании этическим нормам. Нормы речевого этикета касаются в первую очередь обращения на «ты» и «вы», выбора полного или сокращенного имени (Ваня или Иван Петрович), выбора обращений типа гражданин, господин и др., выбора способа приветствия и прощания (здравствуйте, привет, до свидания, всего доброго, до встречи, пока и т. п.). Этические нормы во многих случаях национальны. Например, сфера общения на «вы» в английском и немецком языках уже, чем в русском; эти языки чаще, чем русский язык, допускают сокращенные имена.
Культура речи и функциональные разновидности языка. Важным требованием культуры владения языком является требование отличать его функциональные разновидности, свободно пользоваться любой из них, четко представляя, какая из разновидностей языка должна выбираться в соответствии с задачами общения. Одно из основополагающих отличий такой нелитературной формы языка, как просторечие, от литературного языка состоит в том, что носители просторечия не различают или плохо различают разновидности языка. Попадая, например, в официально-деловую обстановку, носитель просторечия будет стремиться говорить не так, как он привык говорить дома, но как именно говорить в данной ситуации, он точно не знает.
В рассказе В. Шукшина «Чудик» читаем:
«В аэропорту Чудик написал телеграмму жене:
«Приземлился. Ветка сирени упала на грудь, милая Груша, меня не забудь. Васятка».
Телеграфистка, строгая сухая женщина, прочитав телеграмму, предложила:
– Составьте иначе. Вы – взрослый человек, не в детсаде.
– Почему? – спросил Чудик. – Я ей всегда так пишу в письмах. Это же моя жена!.. Вы, наверное, подумали...
– В письмах можете писать что угодно, а телеграмма – это вид связи. Это открытый текст.
Чудик переписал:
«Приземлились. Все в порядке. Васятка».
Телеграфистка сама исправила два слова: «Приземлились» и «Васятка». Стало: «Долетели. Василий».
Культура владения разными функциональными разновидностями языка – это прежде всего такой выбор и такая организация языковых средств, которые отличают данную разновидность от других, определяют ее лицо.
Учение о функциональных разновидностях языка имеет свою историю. Долгое время разные сферы общения понимались как стили языка и стили речи. Стилями языка считались язык нayки, язык хyдoжecтвенной литературы, разговорная речь. Стилями речи признавались частные реализации стилей, такие, как учебная лекция и научный доклад, в основе которых лежит научный стиль. В последнее время лингвисты пришли к выводу, что языковые различия между некоторыми сферами общения столь значительны, что использовать по отношению к ним одно общее понятие «стиль» едва ли целесообразно, поэтому вводится понятие «функциональная разновидность языка». Широкое признание получила типология функциональных разновидностей языка,  предложенная академиком Д. Б. Шмелевым.
Эта типология такова: разговорная речь, язык художественной литературы, функциональные стили – официально-деловой, научный, публицистический.
Стилями Д. Н. Шмелев называет только функциональные сти­ли, которые (все вместе) по своей языковой организации имеют существеннейшие отличия как от языка художественной литературы, так и от разговорной речи.
Главной отличительной особенностью языка художественной литературы является его особая по сравнению со всеми другими разновидностями предназначенность. Вся организация языковых средств в таком тексте подчинена не просто передаче содержания, а передаче содержания художественными средствами. С этой целью могут использоваться не только функциональные разновидности литературного языка, но и нелитературные формы национального языка: диалекты, просторечие, жаргонизмы и др.
Особое положение языка художественной литературы в системе функциональных разновидностей языка состоит еще и в том, что он оказывает огромное влияние на литературный язык в целом. Неслучайно в название нормированного национального языка включено определение «литературный». Именно писатели формируют в своих произведениях нормы литературного языка.
Среди функциональных разновидностей особое место занимает разговорная речь. Если язык художественной литературы и функциональные стили языка строятся на основе зафиксированных в словарях и грамматиках правил языка, то особенности разговорной речи нигде не фиксируются. Нигде не говорится, например, что в определенных условиях общения можно встретиться с употреблением именительного падежа существительного в высказываниях типа: Нe скажете, Третьяковка как пройти?
Для официально-делового стиля характерной чертой является штамп. Невозможно представить себе вольную форму в заявлении о командировке или об отпуске, существуют установленные образцы дипломов, паспорта и других документов. Но, конечно, культура владения официально-деловым стилем не ограничивается только знанием штампов: разные его жанры требуют разных речевых навыков. Исследователь этого стиля П. В. Веселов, рассматривая культуру ведения деловой беседы по телефону, отмечает, что для эффективности беседы необходимо сразу же отрекомендоваться (следует говорить: «Иванов у телефона», «Петров слушает», а не «Я у телефона», «Слушаю»), а при ведении разговора не должно быть никаких стилевых излишеств. «Служебный диалог по телефону, – пишет П. В. Веселов, – не подробный обмен мнениями, а обмен информацией оперативного значения с целью достижения определенных действий». И продолжает: «Подобно тому, как унифицирована письменная деловая речь, можно унифицировать и устную. Зачем? Чтобы меньше говорить и больше делать».
Особый жанр официально-делового стиля – это юридические документы: конституция, своды законов и др. Главное для этих документов – четкие, полные, не оставляющие места для двусмысленности формулировки: ничто не должно оставаться в подтексте; неявно выраженный смысл для официально-делового стиля не характерен. Некоторая тяжеловесность многих юридических текстов неизбежна. Такие юридические тексты не предназначены для быстрого усвоения неспециалистами: они требуют неоднократного прочтения.
Эффективный набор языковых средств для построения качественных в плане культуры речи научных текстов подчиняется таким требованиям, как логичность изложения, точное обозначение понятий и реалий. Научный текст немыслим без терминологии, поскольку именно она обеспечивает точность обозначения. Последовательное развитие научной мысли не позволяет использовать неявно выраженный смысл и требует того, чтобы новое предложение постоянно вбирало в себя смысл предшествующих. В тексты многих научных специальностей (математика, физика, химия, логика и др.) входят формулы. Поэтому научные тексты объективно трудны для восприятия. К ним нельзя предъявлять требование вседоступности. Следует, однако, заметить, что объективные трудности восприятия научных текстов не имеют ничего общего с субъективной трудностью восприятия некоторых научных текстов. Существует ложное убеждение, что наука в принципе должна быть непонятна для непосвященных. Основное требование к культуре владения научным стилем можно сформулировать таким образом: следует выражаться настолько сложно, насколько сложен объект исследования.
Существуют различия между письменной и устной формами научного стиля. Например, вполне оправданна глубокая информационная насыщенность письменных научных текстов, поскольку письменный текст, если он не сразу понят, может быть вновь прочитан. Устный научный текст, например, лекция, такого повторного восприятия не допускает. Поэтому опытный лектор подает информацию как бы порциями, часто возвращаясь к уже сказанному, вновь активизируя его в сознании слушающих.
Нетрудно видеть, что официально-деловой и научный стили имеют немало общего. Это прежде всего точность обозначений (термины), отказ от смысла в неявном выражении. Эти стили относятся к разряду строгих. Они заметно отличаются от нестрогой разговорной речи.
Особое промежуточное положение между строгими и нестрогими функциональными разновидностями языка занимает публицистический стиль. Известный языковед В. Г. Костомаров, анализируя один из основ­ных жанров публицистики, язык газет, отмечает, что в нем соединяются две тенденции: тенденция к стандартизации, свойственная строгим стилям, и тенденция к экспрессив­ности, характерная для разговорной речи и языка художественной литературы.
Культура разговорной речи. Известный русский психолог и лингвист Н. И. Жинкин однажды заметил: «Как это ни парадоксально, я думаю, что лингвисты долгое время изучали человека молчащего». Считалось, что говорят так же или примерно так же, как и пишут. Только в 60-е годы XX века, когда появилась возможность фиксировать разговорную речь с помощью магнито­фонов, эта речь попала в поле зрения языковедов в полном объеме.
Разговорная речь как особая функциональная разновидность языка, а соответственно и как особый объект лингвистического ис­следования характеризуется тремя экстралингвистическими, внешними по отношению к языку признаками. Важнейшим признаком разговорной речи является ее спонтанность, неподготовленность. Если при создании простых письменных текстов каждое высказывание обдумывается, то спонтанный текст не требует подобного рода операций. Второй отличительный признак разговорной речи состоит в том, что разговорное общение возможно только при неофициальных отношениях между говорящими. Третьим признаком разговорной речи является то, что она может реализоваться только при непосредственном участии говорящих. Такое участие говорящих в коммуникации очевидно при диалогическом общении, но и при общении, когда говорит в основном один из собеседников, другой собеседник не остается пассивным; он имеет право, в отличие от условий реализации монологической официальной речи, постоянно «вмешиваться» в коммуникацию, соглашаясь или не соглашаясь со сказанным в форме реплик да, конечно, хорошо, нет или же просто демонстрируя свое участие в коммуникации междометиями типа угу, реальное звучание которых трудно передать на письме. Примечательно в этом отношении такое наблюдение: если вы долгое время говорите по телефону и не получаете с другого конца каких-то подтверждений, что вас слушают, то вы начинаете беспокоиться, а слушают ли вас вообще, прерывая себя репликами типа алло, ты меня слышишь? и подобными.
Особую роль в разговорном общении имеет прагматический фактор. Прагматика – это такие условия общения, которые включают влияющие на языковую структуру коммуникации характеристики адресанта (говорящий, пишущий), адресата (слушающий, читающий) и ситуации. Разговорное неофициальное общение с непосредственным участием говорящих осуществляется обычно между хорошо знающими друг друга людьми в конкретной ситуации. Поэтому говорящие имеют определенный общий запас знаний. Эти знания называют фоновыми. Именно фоновые знания позволяют строить в разговорном общении такие высказывания, которые вне этих фоновых знаний совершенно непонятны. Например, в вашей семье знают, что вы пошли сдавать экзамен, вернувшись домой, вы можете сказать одно слово отлично. Столь же глубокое влияние на языковое оформление разговорного высказывания может оказывать ситуация.
Спонтанность разговорной речи, ее большие отличия от кодифицированной речи ведут к тому, что так или ина­че зафиксированные на письме разговорные тексты оставляют у носителей языка впечатление некоторой неупорядоченности, многое в этих текстах воспринимается как речевая небрежность или ошибка, если разговорная речь оценивается с позиций кодифицированных предписаний.
Нормой в разговорной речи признается то, что постоянно употребляется в речи носителей литературного языка и не воспринимается при спонтанном восприятии речи как ошибка – «не режет слуха».
Укажем на некоторые особенности разговорной речи:
1) гораздо более сильное, чем в кодифицированном языке, изменение гласных звуков, а также упрощение групп согласных;
2) крайне редкое употребление причастий и деепричастий в своих прямых функциях, связанных с созданием причастных и деепричастных оборотов;
3) организация смысловых отношений между словами и частями сложного предложения на основе значений соединяемых компонентов без использования специальных синтаксических средств: предложно-падежных форм, союзов и союзных слов. Так, именительный падеж существительного может употребляться на месте многих косвенных падежей: Майка эта темная, покажите мне (Покажите мне эту темную майку); Ваша собака, какая-порода? (Ваша собака какой породы?);
4) употребление бессоюзных сложных предложений;
5) употребление неполных предложений;
6) многочисленные и своеобразные способы выделения в предложении наиболее важных для понимания смысла предложения компонентов;
7) развитая система собственных способов номинации (называния): о чело-веке – в плаще, в очках, с зонтиком, двор убирает, газеты разносит, вечерка (вечерняя газета), самоволка (самовольная отлучка), маршрутка (маршрутное такси), лабораторка (лабораторная работа), диплом (дипломная работа), декрет (декретный отпуск), сад, садик (детский сад), окончить (учебное заведение), поступать (в учебное заведение), снять (с занимаемой должности).
В условиях разговорного общения не следует бояться спонтанных проявлений разговорной речи, отличая их от ошибок, которые, конечно же, тоже могут присутствовать: неправильные ударения, произношение, морфологические формы и т. п. Широко распространенное убеждение, что культурные люди должны говорить во всех случаях так же, как и пишут, является в корне ошибочным. Если следовать этому убеждению, то легко попасть в положение тех «героев», о которых иронично писал К. И. Чуковский в книге о языке «Живой как жизнь»:
«В поезде молодая женщина, разговорившись со мною, расхваливала свой дом в подмосковском колхозе:
– Чуть выйдешь за калитку, сейчас же зеленый массив!
– В нашем зеленом массиве так много грибов и ягод.
И видно было, что она очень гордится собою за то, что у нее такая «культурная речь».
Та же гордость послышалась мне в голосе одного незнакомца, который подошел к моему другу, ловившему рыбу в соседнем пру­ду, явно щеголяя высокой «культурностью речи», спросил:
– Какие мероприятия принимаете вы для активизации клева?»
Этика речевого общения и этикетные формулы речи. Соблюдение норм речевого этикета – необходимое условие ведения любого делового разговора. Этика речевого общения начинается с доброжелательного отношения к адресату, демонстрации заинтересованности в разговоре, настроенности на мир собеседника, искреннего выражения своего мнения, сочувственного внимания. Сигналами внимания, участия, правильной интерпретации и сочувствия являются не только реплики, но и такие средства, как мимика, улыбка, взгляд, жесты, поза. Особая роль при ведении беседы принадлежит взгляду.
Речевая этика – это правила должного речевого поведения, основанные на нормах морали и национально-культурных традициях. Этические нормы воплощаются в специальных этикетных речевых формулах и выражаются в высказываниях разноуровневыми средствами.
Главный этический принцип речевого общения – соблюдение паритетности – находит свое выражение на всем протяжении разговора.
Приветствие и обращение задают тон всему разговору. В зависимости от социальной роли собеседников, степени их близости выбирается ты-общение или вы-общение и соответственно приветствия здравствуй или здравствуйте, добрый день (вечер, утро), привет, приветствую и т. п. Важную роль играет также ситуация общения. Хотя общепринятым этикетом предусмотрено, что первым здоровается мужчина с женщиной, младший по возрасту со старшим, нижестоящий по должности с вышестоящим, не следует дожидаться, пока с вами поздоровается младший по возрасту или занимаемому положению сотрудник. Следует поприветствовать своего собеседника первым.
Обращение выполняет контактоустанавливаюшую функцию, является средством интимизации отношений, поэтому на протяжении всей речевой ситуации обращение следует произносить неоднократно; это свидетельствует и о добрых чувствах к собеседнику, и о внимании к его словам. К коллегам по работе предпочтительно обращаться по имени и отчеству. По имени обращаются только к ближайшим коллегам, если они молоды.
Национальные и культурные традиции предписывают определенные формы обращения к незнакомым людям. Если в начале века универсальными способами обращения были гражданин и гражданка, то во второй половине XX века большое распространение получили формы обращения по признаку пола – женщина, мужчина. Это обращение не всегда удачно, поэтому мы часто обращаемся к незнакомому человеку безлично: извините, позвольте, будьте так добры. Выработка одинаково приемлемого обращения к мужчине и к женщине – дело будущего: здесь скажут свое слово социокультурные нормы.
В каждом языке закреплены способы выражения наиболее частотных и социально значимых коммуникативных намерений. Taк, при выражении просьбы в прощении, извинении принято употреблять прямую, буквальную форму, например, извини(те), прости(те). При выражении просьбы принято представлять свои «интересы» в непрямом, небуквальном высказывании, смягчая выражение своей заинтересованности и оставляя за адресатом право выбора поступка. Просьбой Вы не могли бы сказать?; Вы не скажете? следует предварить и свой вопрос.
Устные формы некоторых жанров разговорной речи также в значительной степени несут печать ритуализации, которая обусловлена не только речевыми канонами, но и «правилами» жизни, которая проходит в многоаспектном человеческом «измерении». Это касается таких ритуализованных жанров, как тосты, благодарности, соболезнования, поздравления, приглашения. Этикетные формулы, фразы к случаю – важная составная часть коммуникативной компетенции, а их знание – показатель высокой степени владения языком.
Исторически в языковой системе сложились способы иной номинации всего, что оскорбляет вкус и нарушает культурные стереотипы общения. Поддержание культурной атмосферы общения, желание не огорчить собеседника, не оскорбить его косвенно, не вызвать дискомфортное состояние – все это обязывает говорящего, во-первых, выбирать эвфемистические номинации (от греч. euphemia – ‘воздержание от неподобающих слов, смягченное выражение’) и, во-вторых, смягчающий способ выражения. Сравните, например, употребляющиеся в функции своеобразных терминов слова слабослышащий вместо глухой, незрячий вместо слепой. Канцелярский штамп заслуженный отдых в сочетании уйти (проводить) на заслуженный отдых ощущается говорящими как более вежливое выражение, чем слово пенсия, в особенности если оно употребляется в присутствии лица, о котором идет речь.
Смягчающими приемами ведения разговора являются также косвенное информирование, намеки, которые дают понять адресату истинные причины подобной формы высказывания. Кроме того, смягчение отказа или выговора может реализоваться приемом «смены адресата», при котором делается намек или проецируется речевая ситуация на третьего участника разговора.
В традициях русского речевого этикета запрещается о присутствующих говорить в третьем лице (он, она, они), таким образом, все присутствующие оказываются в одном пространстве речевой ситуации «я – ты (вы) – здесь – сейчас». Так показывается уважительное отношение ко всем участникам общения.
Вежливое поведение в речевом общении предписывает выслушивать реплики собеседника до конца. Однако высокая степень эмоциональности участников общения, демонстрация своей солидарности, согласия, введение своих оценок «по ходу» речи партнера – рядовое явление диалогов. По наблюдениям исследователей, перебивы характерны для мужчин, более корректны в разговоре женщины. Кроме того, перебивание собеседника – это сигнал некооперативной стратегии. Такого рода перебивы встречаются при потере коммуникативной заинтересованности.
Культурные и социальные нормы жизни, тонкости психологических отношений предписывают говорящему и слушающему активное создание благожелательной атмосферы речевого общения, которая обеспечивает успешное решение всех вопросов и приводит к согласию.
В русском языке широко распространено вы-общение, свидетельствующее об уважении участников диалога. Чаще вы-общение при длительном знакомстве наблюдается среди женщин. Мужчины разных социальных слоев склонны к ты-общению. При установившихся отношениях вы-общения часто предпринимаются попытки намеренного снижения социальной самооценки адресата и навязывания ты-общения. Это является деструктивным элементом, уничтожающим коммуникативный контакт. Принято считать, что ты-общение всегда является проявлением душевного согласия и духовной близости и что переход на ты-общение является попыткой интимизации отношений, однако при ты-общении часто теряется ощущение уникальности личности и феноменальности межличностных отношений.
Паритетные отношения как главная составляющая общения не отменяют возможности выбора вы-обшения и ты-общения в зависимости от нюансов социальных ролей и психологических дистанций.
Одни и те же участники общения в различных ситуациях могут употреблять местоимения «вы» и «ты», что может свидетельствовать об отчуждении, о желании ввести в речевую ситуацию элементы ритуала.
Важным элементом вежливости в деловой жизни является представление. Этикетом предусмотрены определенные нормы, указывающие, когда и как необходимо представлять и быть представленным, и ими не следует пренебрегать. Прежде всего принято представлять младшего по возрасту старшему, холостого – женатому, низшего по иерархии – высшему, мужчину – женщине, более молодую женщину – старшей и т. д. Следует избегать вольностей, лучше употреблять простые фразы типа: Это Иван Владимирович, мой коллега; Представляю вам Анну Сергеевну и т. п. Когда мужчину представляют женщине, он встает и слегка кланяется, сидящая женщина в таких случаях не встает. Представляя ближайшего родственника, говорят: Мой отец; Мой брат Петр, опуская фамилию. Если возникла необходимость быть представленным, а вокруг нет никого, кто мог бы вам в этом помочь, то следует просто подать руку и четко назвать себя.
В деловых разговорах руководителя с подчиненными должна соблюдаться служебная субординация, однако при этом всем участникам таких разговоров необходимо соблюдать вежливость. Так, в случае, когда нужно поручить подчиненному что-либо сделать, суть распоряжения лучше всего изложить в форме просьбы. Распоряжение, высказанное в форме просьбы, сближает людей, способствуя более уважительному отношению друг к другу. Например, лучше сказать Иван Иванович! Не смогли бы вы…, чем Иван Иванович! Я требую… (или несколько мягче: Иван Иванович! Я прошу…). Для подчиненного ясно, что это не просьба, а распоряжение, но современный служебный речевой этикет требует всегда, когда это возможно, придерживаться демократической формы служебного разговора. Такая форма свидетельствует, что руководитель учитывает интересы подчиненного, но, поскольку необходимо выполнить более срочную работу, он просит прервать текущую работу и заняться другой.
Для того чтобы у окружающих не создавалось впечатление, что руководитель говорит о своих личных нуждах, желательно, чтобы каждый раз, отдавая подчиненным устные рас­поряжения, руководитель исключал личные местоимения я, мне. Сказанное не распространяется на такие высказывания руководителя, которые начинаются со слов я думаю, мне думается.
На практике часто случается, что руководитель, чтобы подчеркнуть свою занятость, упирает взгляд в бумаги и не поднимает головы при появлении посетителя. Тот уже вошел и поздоровался, а начальник все еще не отрывается от бумаг. Надо ли говорить, что такого рода ситуация демонстрирует неуважение к человеку? Разговаривая с подчиненным, естественно, необходимо быть предельно внимательным к нему и не отвлекаться на какие-либо посторонние дела. Так, нужно к минимуму свести телефонную беседу, которая неожиданно может состояться, или диалог с третьим лицом, вторгшимся во время встречи. Особенно это относится к телефонным разговорам неслужебного характера. Такое поведение не только может быть истолковано как отсутствие должного уважения к собеседнику, но и представляет собой растрату времени самого руководителя, ибо беседа с перерывами порождает необходимость вновь возвращаться к уже рассмотренному вопросу.
Опытный руководитель, будучи вынужден дать отрицательную оценку действию подчиненного, характеризует факт, действие или бездействие и избегает общих оценок работника как такового. Это, конечно, не значит, что подобные оценки неправомерны и не нужны. В надлежащих случаях они, разумеется, необходимы. Однако если старший по должности в связи со сравнительно небольшой ошибкой или нарушением со стороны подчиненного делает в его присутствии общие выводы о нем как о работнике, то это никак не способствует установлению нормальных деловых отношений.
Не следует при третьих лицах давать отрицательные оценки действиям подчиненного в его отсутствие. Ведь здесь вполне реальна опасность дополнения того, что сказал руководитель, различного рода подробностями, которые настолько исказят его слова, что подчиненный вместо того, чтобы задуматься над своими недостатками, будет стремиться «выяснить отношения» с руководителем или затаит на него обиду.
Необходимо также знать, что не всегда уместно давать отрицательную оценку публично. Здесь необходимо учитывать и характер ошибки, и особенности личности работника. Самолюбивый человек воспринимает болезненно сам факт высказывания отрицательной оценки при других людях. В подобном случае содержание этой оценки, ее истинность или неистинность могут быть поставлены под сомнение.
Форма высказывания отрицательной оценки, а также тон, каким она дана, выражение лица руководителя, – все это небезразлично подчиненному. Важно, чтобы сотрудник усмотрел в форме выражения отрицательной оценки заботу об интересах дела, а не стремление унизить его, показать свою власть.
Речевой служебный этикет требует, чтобы ко всем
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.