На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


реферат PR в управлении конфликтами

Информация:

Тип работы: реферат. Добавлен: 18.11.2012. Сдан: 2012. Страниц: 12. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


    Актуальность  темы. Осуществляемая в настоящее время экономическая и социально-политическая модернизация российского общества носит всеохватывающий, масштабный характер. Преобразования и реформы сопровождаются ростом социальной напряженности и как следствие — усилением конфликтогенных факторов. Поэтому сегодня особенно актуальна проблема управления социальными конфликтами, к числу которых принадлежат правовые конфликты в сфере СМИ.
    В нашем обществе средства массовой информации являются одним из важных социальных институтов, призванных обеспечить свободу  слова и свободу массовой информации, что составляет первостепенное условие построения правового государства и вызревания гражданского общества.
    При этом необходимо учитывать, что средства массовой информации долгое время находились под влиянием правящей партии (КПСС), что обусловило создание и существование единой медийной модели, которая получила обозначение «советская модель». В этом ракурсе освобождение СМИ из-под прессинга партийно-государственного аппарата и сложный процесс преобразования авторитарной советской медийной модели в плюралистическую, неизбежно сопровождается ростом напряженности в информационном постсоветском пространстве.
    Так, если в 1996 году неправительственной  правозащитной организацией
    «Фонд защиты гласности» было зарегистрировано 405 конфликтов с участием
    1 *) СМИ , то в 1998 году таких конфликтов было отмечено 1081 , в 2001 году —
    12871. В дальнейшем можно прогнозировать если не увеличение числа столкновений в сфере средств массовой информации, то сохранение довольно высокого потенциала социального напряжения. Конфликты в сфере СМИ иллюстрируют следствие общего политического и экономического кризиса, которым до настоящего момента охвачены ключевые сферы страны.
    Имеет смысл акцентировать внимание на том, что в последние годы произошли определенные изменения приоритетов федерального центра в отношении российских средств массовой информации. На сегодняшний день наблюдается максимальное огосударствление масс-медиа и установление контроля (в той или иной форме) над негосударственными СМИ. Осуществляется встраивание региональных СМИ в медиа-холдинги, подчиняющихся непосредственно полномочным представителям президента в федеральных округах или в разной мере ими контролируемых. Такой социальный контекст детерминирует усиление конфликтогенных факторов в сфере СМИ.
    Что касается региональных СМИ, а именно средств массовой информации Центрально-Черноземного региона, представляющих интерес для  нашего исследования, здесь положение с конфликтностью близко тому, что наблюдается в целом по Российской Федерации. В 1996 году в Центрально-Черноземном регионе было зарегистрировано 97 конфликтов в сфере СМИ2, в 1998 — 2063, в 2001 году — 1324 конфликта.
    Это обстоятельство актуализирует проблему научного подхода к управлению медийными конфликтами и изучению тех процессов, в которых СМИ играют достаточно большую роль. Необходимо констатировать, что мы разделяем социально-философскую традицию, согласно которой конфликт является неотъемлемой частью социального бытия, одним из двигателей социальной динамики. При этом нельзя не принимать во внимание то обстоятельство, что конфликты, в том числе медийные, не получая должного регулирования, уходя вглубь и превращаясь в затяжные, дополнительно усиливают социальную напряженность в обществе, что ведет к разочарованию общественного мнения в конституционно закрепленной свободе массовой информации.
    Итак, конфликты в сфере СМИ представляют собой довольно серьезную проблему, которая требует тщательного  изучения с целью минимизации  потерь от медийных столкновений и  максимизации приобретений. Научно- обоснованное управление медийными конфликтами  несомненно будет сказываться на оптимизации других сфер социума. При этом выявить адекватные подходы к управлению конфликтами в сфере СМИ можно только основываясь на теоретических знаниях о природе медийных конфликтов и диагностике таких столкновений.
    Таким образом, актуальность темы диссертационного исследования обусловлена, на наш взгляд, следующими причинами:
    возрастанием роли конфликтов в сфере СМИ на общероссийском и региональном уровнях;
    необходимостью в теоретическом и практическом изучении медийных конфликтов в регионе;
    - потребностью в научном управлении конфликтами в сфере СМИ для усиления их конструктивного и ослабление деструктивного потенциала.
    Степень научной разработанности темы исследования. Научно- практическая потребность в изучении медийных конфликтов остается пока неудовлетворенной, хотя существует достаточно обширная литература по кон-
    п
    фликтологии в целом. В 1992 году под редакцией  А. Анцупова и А. Шипилова издан аналитический  обзор отечественных междисциплинарных  исследований конфликтов за весь период советской истории, в котором  собрана информация о публикациях  по различным отраслям науки - биологии, искусствоведению, математике, педагогике, политическим наукам, правоведению, психологии, социологии, философии. Указанное издание позволяет сделать вывод о том, что до 1992 года проблема конфликтов в интересующей нас сфере в отечественной науке не обсуждалась.
    о
    Основополагающую  трактовку социального конфликта  дали О. Конт, К. Маркс5 и Г. Зиммель6. О. Конт поставил в центр своего внимания социальный консенсус, который может быть достигнут на основе преодоления конфликтов в процессе синтезирования диахронного и синхронного компонентов исторического процесса. К. Маркс конкретизировал представление о социальном конфликте как источнике изменения социальных систем, посредством выявления конкретных субъектов конфликтной ситуации — двух основных противоборствующих классов с противоположными интересами. Конфликтный функционализм Г. Зиммеля обращает внимание на условия, при которых может изменяться острота конфликта и проявляться его интегративные последствия.
    Для изучения социальных конфликтов, к  числу которых принадлежат медийные, немаловажное значение имеют выдвинутые западными социологами следующие теоретические положения: о законе конфликта, как всеобщем и основополагающем законе (Г. Спенсер), о конфликтной модели развития общества (Р. Дарендорф), рационалистическая теория разрешения микроконфликтов (Э. Дюркгейм), концепция «позитивно-функционального конфликта» (JI. Козер, Т. Парсонс), «общая теория конфликта» (К. Боулдинг), идея ситуационной вариативности социальных конфликтов (КуртЛеви), теория социальной напряженности (Куинси Райт).
    Для выработки целостного теоретико-методологического  подхода к проблеме медийных конфликтов немаловажное значение имеют исследования общей теории и методологии социальных изменений. Это труды Р. Арона, М. Вебера, К. Маркса, Т. Парсонса, Н. Смелзера, П. Сорокина, Ю. Хабермаса7.
    Кризисные процессы в российском обществе активно  стимулировали изучение социальной природы конфликтов российскими учеными. К настоящему
    К началу девяностых годов в России была создана сеть организационных  структур, целью которых стало  изучение различных аспектов конфликтологической теории: Центр конфликтологии РАН, кафедры, центры, отделения в высших учебных заведениях. Центром конфликтологии РАН при участии Института социологии РАН, Центра общечеловеческих ценностей, Российской ассоциации политической науки подготовлено серийное издание «Социальные конфликты: экспертиза, прогнозирование, технологии разрешения»8, что можно расценить как своеобразную энциклопедию социальных конфликтов в РФ. Отдельно стоит сказать и о том, что многие российские ученые — конфликтологи систематизировали основные проблемы конфликтологии в специальных учебных пособиях для студентов и широкого круга читателей.
    Исследованию  социальных конфликтов посвящен ряд  диссертационных работ, вынесенных на защиту в течение последних  пяти — семи лет. Среди диссертаций, на взгляд автора, наиболее значительными являются труды Е.И Степанова (духовно-мотивационный аспект конфликтов); А.В. Глуховой (анализ политического конфликта); Е.И. Васильевой (концептуальный анализ социального конфликта в современной американской социологии); О.В. Панфиловой (механизмы управления социальными конфликтами); О.А. Парысевой (сущность и пути разрешения политических конфликтов);
        А. Белова (теоретические и технологические основы диагностики организа-
    1 б
    ционных конфликтов); Н.М. Кобзевой (инновационные  конфликты) .
    Тема  управления социальными конфликтами  получила зарождение и развитие прежде всего в трудах зарубежных авторов, среди которых в России наиболее известны работы В. Зигерта, JI. Крисберга, JI. Ланга, Дж. Скотта, Р. Фишера, У. Юри9. Эта тема нашла свое дальнейшее развитие в трудах многих отечественных ученых, в том числе Н.С. Данакина, Л .Я. Дятченко,
        Н. Иванова, И.А. Ильяевой, Г.А. Котельникова, В.И. Патрушева, В.В. Скворцова, В.И. Сперанского, В.П. Шейнова, А.И. Чумикова10.
    Однако  среди всего массива конфликтологических  исследований непосредственно изучению правовых конфликтов в сфере СМИ посвящено крайне ограниченное число работ, в числе которых наиболее значимыми является труд
          Р. Ратинова и Г.Х. Ефремовой «Масс-медиа в России: законы, конфликты, правонарушения»11.
    Проблема  медийных конфликтов рассматривается  также авторами Общественной экспертизы по «измерению свободы слова в России» (Проект выполнен под патронажем Союза журналистов РФ, Фонда защиты гласности и ряда научно-исследовательских неправительственных организаций). В этой работе в основу типологии медийных региональных картин положен уровень медийной конфликтности того или иного региона и выявлены параметры, характеризующие конфликтогенный процесс в сфере СМИ.
    Поскольку объектом конфликтов в сфере СМИ  является особый ресурс общества —  массовая информация, для исследования немаловажное значение имеют публикации по социологии СМИ, теории массовых коммуникаций, аналитические статьи по проблемам информатизации общества и информационной безопасности, а также исследования зарубежных и отечественных авторов, посвященные выявлению особенностей российских средств массовой информации в постсоветский период. В частности, обоснованию трансформации «советской медийной модели» в «рыночную медийную модель» посвятили свои работы Б.В. Багиров, И.И. Засурский, М.М. Ковалева, Б. Макнейр, С.И. Семилетов,
          П. Терин12 и другие.
    Для изучения медийных столкновений важное значение имеет нахождение адекватного  способа диагностики таких конфликтов. В диссертационном исследовании мы прибегли к использованию социологического мониторинга. Содержание и особенности мониторинга, как способа познавательной и предметно-практической деятельности, является предметом рассмотрения многих современных авторов, в числе которых Б.В. Докторов, B.JI. Зайченко, В.Н. Иванов, И.А. Кривобоков, Г.П. Лесников, А.В. Милехин, Н.К. Серов,
            И. Уемов13.
    Сказанное выше дает основание сделать вывод  о том, что на сегодняшний день практически неразработанной остается проблема теоретического и практического исследования медийных конфликтов, включая их диагностику и способы управленческого воздействия, что дополнительно актуализирует наше исследование.
    Представление об актуальности темы, степени ее разработанности  в научной литературе дают основание для формулировки проблемы исследования. Проблема диссертационного исследования заключается в существовании противоречия между объективной потребностью в комплексном изучении правовых конфликтов в сфере СМИ - с одной стороны; и недостаточным теоретическим обеспечением адекватных способов управленческого воздействия на медийные конфликты с учетом состояния конфликтогенного процесса в сфере СМИ в регионе - с другой стороны.
    Актуальность  проблемы, ее несомненная востребованность практикой функционирования средств  массовой информации и других социальных институтов (партий, общественных организаций, в том числе правозащитных организаций, государственных структур, профессиональных сообществ журналистов, и др.) а также неразработанность феномена медийного конфликта обусловили выбор объекта и предмета диссертационного исследования, его цели и задач.
    Объектом исследования является процесс управления правовыми конфликтами в сфере средств массовой информации. Предметом — выступают механизмы взаимодействия субъектов медийных конфликтов, детерминирующие стратегию управленческого воздействия на столкновения в региональных СМИ.
    Целью диссертационной работы является теоретический анализ и диагностика медийных конфликтов, разработка и систематизация на этой основе методов и процедур управленческого воздействия на столкновения для максимизации их конструктивных и минимизации деструктивных функций.
    В соответствии с целью автор ставит перед собой следующие задачи:
    исследовать источники и факторы, детерминирующие возникновение медийных конфликтов и проанализировать их природу;
    определить состояние, динамику и особенности конфликтогенного процесса медийных моделей региона на основе мониторинга;
    выявить содержание и организационно-технологический механизм управления конфликтами в сфере СМИ на региональном уровне.
    Гипотезы  исследования. Первое предположение заключается в том, что конфликты в сфере СМИ обладают значительным потенциалом, который при определенных условиях может быть использован как мощный рычаг для совершенствования отношений субъектов, взаимодействующих в медиапростран- стве с целью максимизации конструктивных функций конфликтов. Второе предположение заключается в том, что способы управления конфликтами в сфере СМИ зависят от понимания условий, в которых функционируют СМИ, выявления факторов, определяющих развитие и особенности конфликтогенного процесса в поле масс-медиа. Это позволяет разработать аналитическую модель медийного конфликта, выявить содержание ее переменных. Третье предположение заключается в том, что содержание переменных структурной и факторной моделей медийного конфликта будет определяющим при выработке подходов к управлению конфликтами в сфере СМИ.
    Теоретико-методологические основы исследования. Диссертационное  исследование основывается на фундаментальной  теоретической базе классиков конфликтологии, которые заложили основу для междисциплинарного подхода к исследованию конфликта  как особого социального явления.
    Это теоретические положения Г. Зиммеля  о социальном конфликте; П. Сорокина - о многофакторной обусловленности  общественных процессов, их социокультурных  детерминантах и переменных; Т. Парсонса - об устойчивости социальных систем и условиях ее обеспечения; Р. Мертона — о социальных дисфункциях как источнике возникновения конфликтов; JT. Козера о позитивной направленности большинства функций конфликта; Р. Дарендорфа — о детерминантной цепи конфликтности, сконцентрированной вдоль оси власти24.
    Обозначенные  методологические установки реализуются  при помощи системного, субъектно-деятельного и сравнительно-исторического методов научного познания.
    Системный подход позволяет рассматривать  медийные конфликты как сложно организованные объекты, состоящие из иерархически связанных подсистем, входящих в свою очередь в качестве подсистем в системы более высокого уровня. Принцип системного подхода позволяет выявить многообразие элементов, входящих в структуру конфликта, установить связь между ними, взаимоотношения конфликтов в сфере СМИ с внешней средой функционирования масс-медиа.
    Субъектно-деятельный подход дает возможность рассматривать  конфликт в сфере СМИ как диалектический процесс субъект-объектных и субъект- субъектных отношений и помогает выделить и проанализировать в определенной системе - интересы, потребности, цели и субъективные явления, играющие в конфликтном взаимодействии огромную роль.
    Сравнительно-исторический подход показывает необходимость учета  в процессе анализа медийных конфликтов принципа историзма социальных противоречий, включая столкновения в медиапространстве.
    Эмпирической  базой диссертационного исследования являются результаты мониторинга медийных конфликтов, проводимого Центрально- Черноземным региональным Центром защиты прав СМИ (г. Воронеж) при активном участии диссертанта. Исследования проводились на протяжении пяти лет. Под мониторинговым наблюдением находились 1090 СМИ Центрально- Черноземного региона. За это время выявлено 884 медийных конфликта. В ходе мониторинга использовались следующие методы сбора информации: прямое наблюдение, опросы, неформализованный анализ документов, различные методы измерения индикаторов конфликтов и группировки первичных эмпирических данных.
    В работе использовались результаты мониторинга  медийных конфликтов под патронажем Фонда защиты гласности и данные научно-исследовательского проекта  «Общественная экспертиза: анатомия свободы слова», а именно, индексы свободы средств массовой информации и структура бюджетов СМИ Центрально-Черноземного региона.
    Научная новизна диссертационного исследования заключается в следующем:
    разработана концептуальная модель конфликтов в сфере СМИ, имеющих правовую природу, включающая в себя переменные структурной, динамической, факторной и функциональной моделей медийного конфликта;
    обоснованы критерии типологии медийных конфликтов и раскрыто содержание столкновений в сфере средств массовой информации;
    предложен вариант четырехуровневого управления конфликтами в сфере СМИ посредством воздействия на переменные медийных столкновений через систему методов информационного, организационного, нормативного, коммуникативного, социально-психологического, обучающего характера.
    Положения, выносимые на защиту:
      Авторская трактовка понятия конфликтов в сфере СМИ (медийных конфликтов), согласно которой под медийными понимаются конфликты, связанные с нарушением законодательства, регламентирующего свободу-несвободу СМИ, где объектом столкновения сторон является специфический ресурс - массовая информация.
      Модель диагностики медийных конфликтов, представляющая собой социологический мониторинг как средство систематического наблюдения за столкновениями в сфере СМИ, и анализ состояния и тенденций конфликтогенного процесса в средствах массовой информации Центрально-Черноземного региона.
      Инструментальная база управленческого воздействия, направленного на снижение деструктивных функций медийных конфликтов, представляющая собой совокупность средств и методов, применяемых на всех стадиях конфликтного взаимодействия третьими лицами, выполняющими посреднические функции.
    Научно-практическая значимость диссертации. Положения и выводы диссертационного исследования о состоянии конфликтогенного процесса в сфере СМИ в Центрально-Черноземном регионе и разработанные автором положения концепции управленческого воздействия на медийные конфликты предоставляются в распоряжение Белгородского областного отделения Союза журналистов РФ.
    Материалы исследования могут быть использованы в практической деятельности для выявления медийных конфликтов любой организацией заинтересованной в урегулировании подобных столкновений. Предложенные автором подходы, способы и организационные формы предупреждения конфликтов, основанные на существе переменных медийных конфликтов, выявленных в ходе мониторинга, могут быть применены в реальной практике управления правовыми конфликтами в СМИ в Центрально-Черноземном регионе.
    Теоретические положения диссертации могут применяться для разработки модели социального партнерства между возможными конфликтантами в медийной сфере с использованием «переговорных инвестиций» по темам: «Доступ к информации»; «СМИ и политкорректность»; «Свобода слова и власть», «Гласность и судопроизводство»; «Гласность и правоохранительные органы»; «Гласность и бизнес».
    Материал диссертации, как теоретический так и эмпирический, может быть положен в основу разработки учебных дисциплин: «Правовые основы журналистики»; «Правовые основы медийной рекламы»; «Техника юридической безопасности СМИ»; «Медийные конфликты и способы их урегулирования» для студентов, обучающихся по специальностям «Журналистика» и «Юриспруденция».
    Внедрение и апробация результатов исследования. Работая в качестве волонтера в рамках деятельности регионального Центра защиты прав СМИ, диссертант принимал непосредственное участие как в теоретико- методологическом обосновании основ построения и функционирования социологического мониторинга, разработке мониторинговой карты, так и в отслеживании информации о медийных конфликтах по Белгородской области.
    Выводы исследования, его материалы и результаты были использованы при чтении курсов «Правоведение» для студентов БГТУ им. В.Г. Шухова, проведения семинаров «Способы предупреждения медийных конфликтов» для журналистов г. Белгорода
    Основные  положения диссертации нашли  отражение в публицистических и  научных работах автора на страницах  СМИ в научных изданиях кафедры  социологии БГТУ им. В.Г. Шухова - в сборниках «Диагностика и прогнозирование социальных процессов». Всего подготовлено шесть публикаций.
    Автор принимал участие в научно-методических семинарах, проводимых Центрально-Черноземным  Центром защиты прав СМИ по темам: «Техника юридической безопасности для журналистов» (Воронеж 1998), «Правозащитники и СМИ» (Воронеж 1999), «СМИ и выборы» (Москва 2000); «Международное законодательство о диффамации» (Санкт-Петербург, 2001 г.)
    Диссертация обсуждена и рекомендована к  защите на кафедре социологии БГТУ им. В. Г. Шухова и кафедре социальных технологий БелГУ. 

    18
    РАЗДЕЛ  I.
    Концептуально-теоретический  анализ конфликтов в сфере СМИ
    Объектом  нашего диссертационного исследования является процесс управления правовыми  конфликтами в сфере средств  массовой информации. Потребность в  управлении правовыми конфликтами  в сфере СМИ вызвана необходимостью использования конфликтного потенциала для снижения деструктивных последствий столкновений и повышения их конструктивных функций.
    В научной литературе существует много  толкований понятия конфликт, хотя среди целого ряда научных классификаций  конфликтов мы не находим определения  правовых конфликтов в сфере СМИ (медийных конфликтов). При построении содержательной дефиниции конфликт наше исследование опирается на два широко распространенных концептуальных подхода: первый ориентирован на актуальные действия (Р. Мак, Р. Снайдер), второй на мотивы действия (Р. Дарендорф). Таким образом, под конфликтом нами понимается «процесс развития и разрешения противоречивых целей, отношений и действий людей, детерминируемый объективными и субъективными причинами и протекающий в двух диалектически взаимосвязанных формах - противоречивых психологических состояний и открытых противоречивых действий сторон на индивидуальном и групповом уровнях»14. Системный подход позволяет преодолеть концептуальные и теоретические разногласия ученых в отношении содержательной дефиниции конфликт. Так как правовой конфликт в сфере СМИ представляет собой открытую и динамическую систему, то его аналитические модели должны иметь системный характер. При этом в качестве системообразующего фактора выступает совокупность методологических принципов, вытекающих из общей теории систем и обеспечивающих научно обоснованный характер моделирования. Принцип системного подхода предполагает:
    рассмотрение изучаемого явления (процесса) как системы, то есть отграниченного множества взаимодействующих элементов;
    определение состава, структуры, организации элементов и частей системы, обнаружение ведущих взаимодействий между ними;
    выявление внешних связей системы (процесса), выделение из них главных;
    определение функций системы;
    обнаружение закономерностей и тенденций развития системы.
    Предварительным условием для управления правовыми  конфликтами в
    сфере СМИ является проведение их диагностики.
    В качестве теоретической основы диагностики  конфликтов выступают аналитические  модели. Существует шесть типов аналитических  моделей, применяемых для диагностики конфликта, как социального процесса. Среди них: структурная, динамическая, факторная, функциональная, технологическая и типологическая15.
    Исходя  из поставленной в исследовании цели и специфики объекта сосредоточим внимание на факторной модели правовых конфликтов в СМИ (медийных конфликтов).
    Детерминация  конфликтов в сфере СМИ факторными переменными дает основание выделить внешние и внутренние факторы, комплекс которых способен привести к возникновению столкновения. Внешние факторы характеризуют процессы, которые оказывают воздействие на возникновение медийных конфликтов опосредованно. К ним относятся: политико-экономический, нормативно-правовой, позиционный, массово-психологический.
    Политико-экономический  фактор рассматривается как совокупность трансформационных процессов в  постсоветском пространстве, вызванных  экономической и социально-политической модернизацией российского общества. Отличительными признаками этого фактора являются: изменение функций масс-медиа — от единой, связанной с обслуживанием власти, к многообразию, вплоть до использования СМИ как бизнеса; появление медиабюрократии, экономически заинтересованной в информационных «войнах»; раздробленность медийного информационного пространства и ослабление коммуникативных связей, поддерживаемых СМИ между государством и обществом.
    Нормативно-правовой фактор обозначает наличие правового  поля функционирования средств массовой информации и взаимоотношений СМИ с другими социальными институтами в границах свободы-несвободы массовой информации. Отличительными признаками этого фактора являются: уровень развитости законодательной базы в сфере СМИ, реальная возможность реализации журналистами и другими субъектами, взаимодействующими в поле масс-медиа, права на информацию, права на защиту диффамации и других прав в рамках за- коноустановлений.
    Позиционный фактор включает в себя позиции структур государственной и муниципальной  власти по отношению к средствам  массовой информации. Отличительными признаками этого фактора являются: открытость или закрытость власти, что выражается в готовности (или неготовности) властных структур к взаимодействию с институтами гражданского общества посредством СМИ для обеспечения «прозрачности» власти; огосударствление СМИ через соучредительство или финансовую поддержку СМИ на условиях, выдвинутых властными структурами.
    Массово-психологический  фактор включает в себя процессы манипуляции  масс-медиа со стороны власти, бизнеса, политических партий через медиа- управленцев  для решения собственных задач, а также манипулирование общественным сознанием самими СМИ, вплоть до создания виртуальной реальности. Отличительными признаками этого фактора являются: финансовая зависимость СМИ от власти и бизнеса, жесткое управление масс-медиа со стороны учредителей и спонсоров; неприемлемость медийной информации из-за неполных и неточных фактов, дезинформации, ненадежных источников информации, обнародования информации, которая оскорбляет чувства и ценности аудитории СМИ, нарушение принципа конфиденциальности.
    Последовательно рассмотрим наиболее важные из названных  факторов.
    Особенности трансформационных процессов российских масс-медиа выявляются на основе сравнительно-исторического подхода, что нашло отражение в работах зарубежных и отечественных ученых, в коорых анализируются основные этапы преобразований СМИ от единой советской модели к множеству разнообразных моделей масс-медиа, фиксируются условия, которые оказали существенное влияние на изменение функций СМИ и повлекли социальные причины медийной конфликтности.
    Шотландский ученый Брайан Макнейр16 выделяет три фазы в развитии российских масс-медиа. Первая: 1985-1990 год — начинается с апрельского Пленума ЦК КПСС и завершается принятием Закона СССР о СМИ. Второй фазе ученый дает название «золотой век российской прессы» и ограничивает период ее действия августом 1991 года. Это начало «выживания» российских СМИ в условиях рынка прессы.Стартовым «толчком» третьей фазы явился резкий рост цен на периодические издания после распада СССР.
    Другую  периодизацию российских средств массовой информации в пост- советский период дают Я.Н. Засурский и Е.В. Яковлев . Они выделяют период гласности: с 1985 по 1990 годы, когда осуществлялось партийное  управление средствами массовой информации, но уже в соответствии с новым  курсом на демократизацию общества. Далее, с 1993 года пресса, по мнению авторов, начинает играть роль самостоятельного института. Наконец, с середины 1995 года, по определению Я. Засурского, вычленяется период «коммерческой прессы и концентрации», а по Е. Яковлеву — период «управления прессы капиталом».
    Нам представляется наиболее полной периодизация СМИ, предложенная исследователем Иваном Засурским17, тоже основанная на конкретных исторических событиях и анализе экономических процессов, происходящих в России. Ученый выделяет в новейшей истории российских масс-медиа пять периодов.
    Первый - протекает до 1990 года (то есть до принятия закона о печати) и характеризуется  как время гласности и перестройки. До 1990 года в России независимой прессы не было вообще, за исключением самиздата. Этот период можно назвать предысторией российских СМИ. Второй период — с 1990 года до 1992 года автор обозначает как «золотой век» российской печати. В это время началась приватизация СМИ. Между властью и прессой (за исключением отдельных ультраконсервативных изданий) устанавливается согласие и взаимопонимание. СМИ активно отражают реформы 80-90-х годов и превращаются в союзника набирающего политический вес Б. Ельцина. В условиях острой политической борьбы пресса по сути становится единственной опорой власти. На российском рынке СМИ появляются новые издания, телеканалы и радиостанции. Третий период продолжается с 1992 по 1996 годы. И. Засурский называет его периодом формирования новой российской системы СМИ. Это время политического противостояния и первых экономических трудностей масс-медиа, которые сменяются недолгой политической стабилизацией, после чего происходит активизация политизированного капитала и формирование новой пропагандистской системы перед президентскими выборами 1996 года. После президентских выборов (1996 г.) начинается четвертый период в истории российской прессы, который продолжался до середины 1998 года. СМИ становятся основной средой политической коммуникации. Происходит переплетение сферы политики и масс-медиа, что позволяет сделать вывод о медитизации политики и формировании медиа-политической системы. Российская пресса распадается на сферу господства политизированного капитала и сектор коммерческих масс- медиа. Август 1998 года рассматривается в качестве своеобразной границы между эпохой прежнего и нового государственного курса, и кладет начало пятому периоду в пост-советской истории российских масс-медиа. Важным отличием этого этапа является усиление роли государства в системе СМИ.
    Итак, используя в качестве вектора  периодизацию СМИ, предложенную И. Засурским, рассмотрим более подробно отдельные  социальные процессы, оказавшие наиболее значимое влияние на состояние российских масс-медиа и породившие социальную напряженность, проявившуюся в возникновении кон- фликтогенных факторов в медийном пространстве.
    Так, в СССР СМИ выступали орудием  правящей партии, которая открыто  использовала возможности масс-медиа  вначале для пропаганды коммунистической идеологии, позже - в качестве механизма управления обществом и содействия промышленному развитию18. Дискредитация советского политэкономи- ческого проекта была воспринята значительной частью общества как победа либеральной идеологической парадигмы. В рамках вышеназванной парадигмы, основанной на рыночном фундаментализме и трансформационной утопии, начало формироваться новое представление о роли СМИ в обществе.
    В книге Е. Андрунас «Перемены в  российских масс-медиа: структурные  и экономические альтернативы»19 представлена точка зрения, согласно которой СМИ могут быть либо частью пропагандистской машины командно- административной системы, либо рыночно-демократическими. В последнем случае акцент делается на саморегулирующей функции СМИ, то есть продажи информации ради прибыли, а не в идеологических целях.
    Освобождение  прессы из-под прессинга власти послужило  толчком к ду-' ховным поискам, в  ходе которых общество искало новые  идеалы и ценности, а журналисты — новую доктрину. Результатом  поисков, как считает И. Засурский, стала «радикализация» взглядов в обществе и формирование рыночного  фун-
    'Х'У
    даментализма  и трансформационной утопии» . Реализатором проекта переобустройства России и орудием радикальных преобразований не без активной поддержки масс-медиа становится Борис Ельцин. В это время демократические СМИ видят свою главную задачу в продвижении нового политического лидера на вершину власти и в борьбе с общими врагами реформ.
    С принятием советского закона о СМИ, впервые был разрешен легальный  выпуск масс-медиа без согласования с аппаратом пропагандистской системы. Впервые обозначилось и отчетливое различие в развитии центральной  и региональной прессы, которое в дальнейшем усилилось. Центральная пресса разделилась на два противоположных лагеря — «демократический» и «оппозиционный», которые активно участвовали в политических баталиях. Региональная пресса, за исключением коммунистических и националистических изданий, удалилась от политики вообще.
    При этом произошло падение тиражей  центральных газет, а региональные издания завоевывают у читателей  все большую популярность. Очевидно, сказывается близость провинциальной печати к реальным житейским проблемам и нуждам потребителя, уставшего от длительной политической риторики «столичных» СМИ. Результатом вышеозначенных процессов явилась фрагментация аудитории средств массовой информации.
    Политический  кризис, начавшийся в марте 1993 года, разрешился известным октябрьским противостоянием исполнительной и законодательной власти. Последствия октябрьских событий оказались для прессы не столь радужны и во многом разрушили иллюзии журналистов в отношении новой власти. После подавления так называемого бунта «красно-коричневых», решением Министерства печати и информации, были запрещены ряд изданий. Поводом послужило использование «материалов, которые значительно усилили дестабилизацию об становки во время массовых беспорядков в Москве» . С приближением очередных парламентских выборов в пространстве масс-медиа происходят новые изменения: в СМИ хлынул политизированный капитал. Не столь далекие президентские выборы этот процесс только усилили.
    Особенно  знаковые трансформации в СМИ  происходят накануне президентских выборов 1996 года. Немаловажно то, что накануне выборов рассчитывать на победу Ельцину было достаточно проблематично. Его рейтинг был низок. Кроме крупных медиа-холдингов, сосредоточенных в столице, печать оказалась раздробленной на многочисленные региональные рынки. Применять силовое давление на СМИ было бесперспективно. Ключом к изменению ситуации послужило использование современных избирательных технологий. В результате использования таких технологий удалось на время выборов возродить масс-медиа в качестве пропагандистского аппарата партии власти и добиться победы.
    Описание  всей сути предвыборных технологий не отвечает задачам нашего исследования, но нельзя не заметить главное - в ходе ельцинской предвыборной кампании была создана и внедрена в массовое сознание виртуальная реальность, в которой положительные перемены, устраняющие или смягчающие недовольство прежней политикой президента, оказались возможными. Последствия президентских выборов для российских СМИ проявились в том, что был сформирован новый класс медиа-управленцев, которые прошли в ходе предвыборной компании школу манипуляции общественным мнением и манипуляции самими СМИ.
    Репутация прессы в результате этого упала, было очевидно, что СМИ использовались властью для самовоспроизводства власти. После выборов объединившиеся во имя общей цели медиа-магнаты и политики рассорились между собой и начали применять «информационное оружие» друг против друга, что и дало толчок «эпохе» выброса компромата в СМИ.
    Функционирование  масс-медиа в режиме информационных войн привело к тому, что СМИ  перестали поддерживать коммуникацию в обществе, создавать адекватное представление о реальности. Фактически масс-медиа утратили роль посредника между обществом и властью, ослабла  их способность служить средством  диалога общественных групп. Журналист  Глеб Павловский связывает это явление с формированием класса медиа-бюрократии, заинтересованной в продолжении внутривластных разборок, так как каждая «война» является источником прибыли для СМИ20.
    В результате масс-медиа воспринимаются обществом как продолжение политики «грязными средствами» компромата, как инструмент сведения счетов между  «сильными мира», которых не интересует жизнь и заботы рядового человека21.
    Важной  особенностью этого периода в  истории российских масс-медиа является повышенная активность политизированного и коммерческого капитала в проникновении на региональные рынки СМИ, что объясняется стремлением сформировать новые пропагандистские системы в преддверии парламентских выборов 1999 года и президентских 2000. Эта тенденция проявилась в том, что в общенациональных СМИ появляются региональные выпуски, в регионы проникают московские телерадиовещатели благодаря формированию новых вещательных сетей.
    Однако  в регионах концентрация СМИ в  руках политизированного капитала протекает менее интенсивно, чем в столице. Сдерживающим фактором на пути расширения круга региональных медиа-холдингов является в целом неприбыльность инвестиций в СМИ. Это, однако, не означает, что региональные СМИ остались свободны от чьего-либо влияния. Как правило, контроль за масс-медиа в субъектах федерации осуществлялся либо региональной (областной) администрацией, либо крупными предприятиями. (Возможен и вариант совместного контроля.)
    Августовский  кризис 1998 года стал границей, отделяющей процессы, происходившие в России за последние восемь лет, от последующих. Изменение идеологии правительственной  политики и структуры банковской системы привело к трансформации и системы российских СМИ. События 1998 года поставили под удар как крупные медиа-холдинги, так и коммерческие СМИ. Отток рекламы явился оттоком важнейшего источника финансирования.
    Новый виток трансформации медиа-политической системы выражается сегодня в нескольких аспектах. Во-первых, наблюдается дальнейшая коммерциализация масс-медиа, принадлежащих политизированным холдингам. Во- вторых, происходит уход политизированного капитала из сферы СМИ в пользу партийного аппарата. Медиа-политическая система демонстрирует свою раздробленность, контроль за медиа-рынком поделен на всех уровнях, включая региональный. (За этим, кстати, кроется опасность нивелирования влияния масс- медиа внутренними противоречиями информационной системы и разнообразием возможных источников информации.) В-третьих, сегодня становится очевидным усиление роли государства в системе СМИ. Российские государственные СМИ используются в основном в тактических целях борьбы за власть.
    Касательно  региональных СМИ, по мнению Союза журналистов  РФ22, региональные власти видят на сегодняшний день в СМИ прежде всего инструмент собственного влияния на происходящие процессы, а уже затем инструмент развития демократии и транслятор культурных ценностей.
    Проанализировав трансформационные процессы в средствах  массовой информации в постсоветский период, можно сделать вывод о том, что формирование новой российской системы СМИ, в основе которой лежит рыночная концепция медийной модели, влечет за собой ряд факторов, создающих социальную напряженность в медиа-пространстве, в числе которых следующие:
    рост независимости СМИ в связи с разрушением единой идеологической концепции развития России и стремление масс-медиа функционировать в режиме «четвертой власти»;
    выявление множественности функций СМИ, включая использование массовой информации для извлечения прибыли;
    ослабление коммуникативной роли СМИ в социуме и неадекватное информирование общества о реальности;
    манипулирование СМИ со стороны властных структур и крупных собственников, вплоть до использования компромата и фальсификации фактов;
    усиление государственного влияния на масс-медиа, и как следствие — дозирование информации и создание барьеров на пути свободы слова;
    раздробленность единого информационного пространства и ослабление корпоративных связей внутри журналистского сообщества.
    Следующим актуальным фактором, оказывающим опосредованное влияние на возникновение конфликтов в сфере СМи является нормативно-правовой фактор.
    Свобода средств массовой информации, к которой  привели трансформационные процессы в российском социуме может быть рассмотрена только в контексте законодательства. В 1993 году впервые на конституционном уровне Российская Федерация установила приоритет международных договоров, участницей которых является Россия, а также общепризнанных принципов и норм международного права, над положениями внутреннего законодательства. Из этого следует, что свобода массовой информации гарантируется в РФ в соответствии с основным законом страны Международным Пактом о гражданских и политических правах 1966 года (вступил в силу в РФ 1976 году) и Европейской Конвенцией о защите прав человека и основных свобод, которую Россия обязалась соблюдать после вступления в Совет Европы в 1998 году.
    Так, статья 19 Международного Пакта о  гражданских и политических правах содержит право на свободу выражения мнения, которое включает свободу искать, получать и распространять всякого рода информацию и идеи независимо от государственных границ. Статья 10 Европейской Конвенции о защите прав человека защищает помимо непосредственного права на свободу выражения, еще и право на получение информации и право на ее свободное распространение.
    Имплементация международно-правовых норм о правах человека осуществлена на уровне основного закона страны - Конституции РФ, статья 29 которой содержит краткую, но емкую формулу: «Гарантируется свобода массовой информации. Цензура запрещается» . При сопоставлении этой правовой гарантии с другими положениями Конституции, вышеназванная норма обретает конкретность содержания и системность: «каждому гарантируется свобода мысли и слова», право «свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом». Закон предусматривает также недопустимость принуждения человека «к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них» (ст. 29 Конституции РФ). Перечисленные конституционные свободы относительно обособлены, но имеют глубинную генетическую взаимосвязь и с точки зрения юридического содержания дополняют одна другую.
    К конституционным гарантиям свободы  массовой информации можно отнести также следующие правовые нормы: признание идеологического разнообразия (ч. 1 ст. 13 Конституции РФ); право каждого на достоверную информацию о состоянии окружающей среды (ст. 42 Конституции РФ); свободу творчества, охрану интеллектуальной собственности (ч. 1 ст. 44 Конституции РФ); открытость заседаний палат Федерального Собрания (ч. 2, ст. 100 Конституции РФ); открытость судопроизводства (ч. 1, ст. 123 Конституции РФ); возможность законодательного освобождения от обязанности давать свидетельские показания против себя самого (ч. 2 ст. 51 Конституции РФ).
    Закон о СМИ в дополнение к конституционным  гарантиям обязывает государственные органы и организации, общественные объединения, их должностных лиц представлять сведения о своей деятельности по запросам средств массовой информации. Что касается механизма реализации на практике принципа свободы массовой информации, то журналисту корреспондируются права «искать, запрашивать, получать и распространять информацию, излагать свои личные суждения и оценки в сообщениях и материалах, предназначенных для распространения за его подписью», журналист вправе «отказаться от подготовки за своей подписью сообщения или материала, противоречащего его убежде- ниям» (ст. 47 закона «О СМИ») .
    Законодательством предусмотрены и определенные гарантии от злоупотребления свободой массовой информации. Так, статья 29 Конституции РФ содержит правовой запрет такого содержания: «Не допускается пропаганда или агитация, возбуждающая социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду. Запрещается пропаганда социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства». К числу конституционных гарантий, ставящих заслон на пути злоупотребления свободой массовой информации, следует отнести также положение об охране достоинства личности (ч. 1, ст. 21 Конституции РФ); о неприкосновенности частной жизни, личной и семейной тайне, защите чести и доброго имени (ч. 1 ст. 23 Конституции РФ); о недопустимости сбора, хранения, использования и распространения информации о частной жизни лица без его согласия (ч. 1 ст. 24 Конституции РФ).
    Законом «О СМИ» предусмотрена недопустимость злоупотребления свободой массовой информации в целях совершения уголовно наказуемых деяний, для призыва к захвату власти, насильственному изменению конституционного строя и целостности государства, для пропаганды войны, а также для пропаганды порнографии, культа насилия и жестокости (ст. 4 Закона «О СМИ»).
    Помимо  вышеперечисленного, законодательством  вводятся и иные ограничения свободы массовой информации, обусловленные защитой интересов национальной безопасности в соответствии с демократическими принципами. Так, в случае возникновения чрезвычайного положения, которое представляет угрозу жизни страны, возможно ограничение свободы выражения мнений и свободы информации (ч. 3 ст. 56 Конституции РФ). Не допускается также разглашение сведений, составляющих государственную тайну (ч. 4 ст. 29 Конституции РФ) или иную, специально охраняемую законом тайну (ст. 4 Закона «О СМИ»).
    Помимо  норм международного права, Конституции  РФ и закона «О СМИ», правовое поле функционирования масс-медиа в России определяется законами «О порядке освещения деятельности органов государственной власти в госу- дарственных средствах  массовой информации» , «О государственной  поддержке средств массовой информации и книгоиздания»23, «Об экономической поддержке районных (городских) газет»24. Определенные правовые аспекты деятельности СМИ закреплены в законах РФ «О государственной тайне»25, «Об информации, информатизации и защите информации»26, «Об авторском праве и смежных правах»27, «О связи»28, «О рекламе»46, «О таможенном тарифе»29, «Об обязательном экземпляре документов»30, «Об основных гарантиях избирательных прав граждан...»31, «О референдуме Российской Федерации»32, а также в действующих кодексах.
    Поскольку Россия имеет федеративный характер государственного устройства, а защита прав и свобод относится к сфере совместной компетенции РФ и ее субъектов (п. «б» ст. 72 Конституции РФ), то республики, области, края и прочие субъекты РФ вправе принимать свои нормативные акты, регулирующие функционирование СМИ. Стоит заметить, что определенной четкости в разграничении полномочий между органами Федерации и субъектов в этом вопросе не существует, за исключением механизма регистрации средств массовой информации (здесь в качестве главного критерия закон «О СМИ» (ст. 8) избрал территориальный принцип).
    Итак, в соответствие с международными нормами и российским законодательством, свобода массовой информации может быть рассмотрено как право «...свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом». Таким образом, свобода массовой информации распадается на три основных компонента:
    первый  — возможность свободно искать и  получать информацию;
    второй - возможность свободно производить  информацию;
    третий  — возможность свободно распространять информацию.
    Рассмотрим  более подробно, как на законодательном  уровне обеспечивается осуществление каждого из названных компонентов свободы массовой информации.
    Возможность свободно искать и получать информацию связана с законодательством о защите информации. Его основные положения были впервые сформулированы в Указе Президента РФ «О дополнительных гарантиях права граждан на информацию» (1993 г. № 2334). Этот нормативный акт ввел в оборот принципы информационной открытости, которые составляют концептуальную основу федерального закона «Об информации, информатизации и защите информации». Законом «Об информации...» (помимо Закона «О СМИ») определено, что доступ физических и юридических лиц к государственным информационным ресурсам является основой осуществления общественного контроля за деятельностью органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных, политических и иных организаций, а также за состоянием экономики, экологии и других сфер общественной жизни. Органы государственной власти и органы местного самоуправления должны соответственно создавать доступные для каждого информационные ресурсы по вопросам своей деятельности и в пределах своей компетенции обеспечивать пользователей (граждан, юридических лиц, в том числе СМИ, и т.д.) информацией по вопросам прав, свобод и обязанностей граждан, их безопасности и другим вопросам, представляющим общественный интерес. Иначе говоря, основное правило, закрепленное в законе «Об информации, информатизации...» сводится к тому, что государственные информационные ресурсы РФ являются открытыми и общедоступными. При этом закон четко устанавливает, что запрещено относить к информации с ограниченным доступом (то есть к информации, представляющей государственную тайну и конфиденциальной информации).
    Следующее важное положение, касающееся свободы  доступа к информации, есть доступ журналистов к материалам суда. Согласно Конституции РФ разбирательство дел во всех судах открытое. Принцип гласности означает, что любые граждане, в том числе представители масс-медиа, не участвующие в производстве по делу, имеют право присутствовать при разбирательстве дела в суде. Однако в статье 123 Конституции особо оговаривается, что в случаях, предусмотренных федеральным законом, допускается слушание дел и в закрытом судебном заседании. Принцип гласности судопроизводства включает в себя также право журналиста делать записи во время судебного процесса. Данное право прямо вытекает из норм действующего законодательства, точнее из ст. 15 Арбитражно-процессуального кодекса, а также из Постановления Пленума Верховного Суда СССР 1986 года.
    Доступ  журналистов к материалам Совета Федерации и Государственной  Думы Федерального Собрания РФ равно  как правовые основы информирования населения о работе парламента, осуществляется в настоящее время на основе федерального закона «О порядке освещения деятельности органов государственной власти в государственных средствах массовой информации»33.
    Ранее было сказано, что на государственные  органы и организации, общественные объединения и их должностных лиц законом налагается обязанность предоставлять журналистам информацию о своей деятельности. В отношении же коммерческих юридических лиц (равно как и некоммерческих) законодательство такого требования не содержит. Значит ли это, что органы управления коммерческим юридическим лицом вправе накладывать запрет на информацию в СМИ о своей организации? Здесь можно апеллировать к тому, что подобные запреты нарушают конституционное право граждан свободно искать, получать и передавать информацию.
    В статье 58 Закона «О СМИ» указывается  на неправомерность установления ограничений на контакты с журналистом и передачу ему информации, за исключением сведений, составляющих государственную, коммерческую или иную специально охраняемую законом тайну.
    Избирательная кампания является специфической сферой деятельности СМИ. Масс-медиа в этой ситуации служат каналом оповещения избирателей о ходе избирательной  кампании, средством предвыборной агитации, инструментом общественного контроля. Деятельность СМИ во время избирательной кампании регулируется Федеральным законом «Об основных гарантиях избирательных прав граждан Российской Федерации», а также региональным законодательством. В законе определен ряд базовых принципов, которыми масс- медиа должны руководствоваться в целях регулирования процесса агитации, интерпретируемого законодателем как деятельность, побуждающая избирателей к голосованию за или против того или иного кандидата, но изложение этих принципов выходит за рамки интересующей нас темы.
    Важным  институтом свободы доступа к  информации является аккредитация журналистов. Общие принципы, регулирующие правоотношения в этой сфере, заложены в статье 48 Закона РФ «О СМИ». В соответствии с этими основами аккредитация призвана облегчить доступ журналистов к информации о деятельности органов государственной власти и управления, организаций, учреждений, органов общественного объединения и обеспечить открытость этих органов для общества и граждан. Развивая и дополняя нормы федерального законодательства, субъекты РФ принимают свои правила в сфере аккредитации на основании общих принципов, заложенных в статье 48 Закона РФ «О СМИ».
    Как свидетельствует практика, региональное законодательство по вопросам аккредитации в большинстве случаев является не полностью соответствующим духу и букве федеральных законов, то есть содержит те или иные нарушения, затрудняющие доступ журналистов к получению информации.
    Вторым  компонентом свободы массовой информации является возможность свободно производить информацию, то есть учреждать средства массовой информации и обеспечивать их нормальное функционирование. Правила регистрации средств массовой информации, установленные законом «О СМИ» достаточно просты. Целью процедуры является оформление юридического факта - появление СМИ и признание за ним правового состояния средства массовой информации. В законе определен исчерпывающий перечень сведений, необходимых для регистрации СМИ. Основания для отказа перечисляются тоже исчерпывающим образом и не допускают расширительного толкования.
    Немаловажным  для деятельности СМИ является вопрос регулирования права собственности. Применительно к СМИ можно  вести речь о праве собственности на имущество (например, редакции), на само средство массовой информации, а также на результаты интеллектуальной деятельности (интеллектуальная собственность); авторское право на периодическое издание в целом и право на фирменное наименование, товарный знак.
    Финансируют СМИ по общему правилу их учредители и издатели. Но производство информации обеспечивается также федеральным  законом «О государственной поддержке средств массовой информации и книгоиздания в Российской Федерации».
    Суть  этого закона в создании благоприятных  условий для производства и распространения  СМИ, причем, законодательство предусматривает  создание одинаковых условий для  всех СМИ, независимо от форм собственности, состава учредителей и направленности СМИ. Экономическая помощь государства проявляется в форме налоговых, таможенных, валютных и иных финансовых льгот. Система государственных дотаций СМИ тоже существует. Впервые введенная постановлением Верховного Совета РФ (от 17.06.1992 г.) «Об экономической поддержке и правовом обеспечении деятельности средств массовой информации» форма финансовой помощи, в первую очередь местных изданий, нашла отражение в Федеральном законе «Об экономической поддержке район- ных (городских) газет» , который предусматривает формирование федерального реестра местных газет, утверждаемого Государственной Думой при принятии бюджета.
    Наконец, свобода распространения - третья и  последняя стадия движения массовой информации к аудитории. Порядок  распространения СМИ прежде всего  регулируется законом «О СМИ», а  также региональным законодательством, в компетенцию которого входит создание льгот для распространителей печати и определение количества инстанций, согласие которых необходимо получить для установления газетного киоска. Статья 25 закона «О СМИ» содержит правовой запрет на воспрепятствование осуществляемому на законном основании распространению продукции средств массовой информации со стороны граждан, объединений граждан, должностных лиц, предприятий, учреждений, организаций и государственных органов. Так, распространение СМИ может быть прекращено только по решению суда в случае нарушения редакцией, издателем или распространителем имущественных либо личных неимущественных прав авторов и в иных случаях, предусмотренных законом. Что касается льгот для распространителей, то как свидетельствует практика, в большинстве субъектов РФ какие-либо льготы (на аренду нежилых государственных помещений, на аренду земли, по коммунальным платежам, по договорам, по налогу с продаж и т.д.) отсутствуют. Именно по этой причине в современных российских условиях, в подавляющем большинстве регионов действует одна (реже две) распространительских сети.
    Проанализировав компоненты свободы-несвободы массовой информации, обусловленные законодательством, можно сделать вывод о том, что нарушение правового поля функционирования масс-медиа порождает  социальную напряженность, которая проявляется в следующем:
    - первый компонент свободы массовой  информации — право на получение  информации — может выступать  в качестве конфликтогенного  фактора в медийной сфере, если журналисту (СМИ) отказывают в получении общественно- значимой информации, включая право на аккредитацию, а также в случае злоупотребления со стороны масс-медиа свободой массовой информации, включая разглашение сведений, составляющих государственную и иную охраняемую законом тайну; и в результате несоблюдения масс-медиа избирательного законодательства;
    конфликты на пути производства информации могут возникнуть в результате необоснованного отказа в регистрации СМИ; незаконного приостановления деятельности СМИ; в случае покушения на собственность редакции, в частности на результаты интеллектуальной деятельности; конфликтогенным фактором является и потенциальная возможность отказа в финансировании СМИ, если такие действия предусмотрены договором или законом;
    конфликты, связанные с распространением СМИ, могут возникнуть в случае незаконного запрета на распространение СМИ и в ситуации, вызванной необоснованными требованиями распространителя монополиста.
    Проанализировав наиболее важные факторы косвенного воздействия на СМИ, порождающие  медийную конфликтность, обратимся  к рассмотрению факторов прямого  воздействия на масс-медиа. Факторы  прямого воздействия (или внутреннего  аспекта) характеризуют процессы, которые  происходят внутри СМИ как социального института, и обуславливают возникновение конфликтов субъективными причинами. К ним относятся структурно-функциональный, социально-психологический, личностный факторы.
    Структурно-функциональный фактор включают в себя наличие семи региональных моделей СМИ, сформировавшихся на постсоветском пространстве, в числе которых авторитарная медийная модель, патерналистская, модернизированная советская, переходная к рыночной, рыночная, конфронтационная, депрессивная. Отличительным признаком этого фактора является качество (как уровень доверия читателей, зрителей) функционирования средств массовой информации, что определяется степенью зависимости от властных структур, уровнем свободы производства и распространения информации, объемом медийного рекламного рынка, характером самоорганизации журналистского сообщества, профессионализмом журналистов.
    Социально-психологический  фактор обозначает особенности взаимодействия субъектов медийного пространства, их включенность в социальные группы.
    Отличительными  признаками этого фактора выступают  возможные потери и искажения  информации в процессе межличностной  коммуникации; разбалан- сированное ролевое  взаимодействие субъектов; подход к  проблеме информационного взаимодействия с разных позиций; информационный фаворитизм.
    Личностный  фактор характеризует особенности  социального поведения журналистов  в медийной сфере. Отличительными признаками этого фактора являются индивидуально-психологические  особенности журналиста (в том  числе, способность к эмпатии, характер притязаний), уровень правовой и  конфликтологической грамотности, конфликтоустойчивость.
    Наиболее  значимым фактором в комплексе факторов внутреннего аспекта является структурно-функциональный. Проанализируем его содержание более  подробно.
    Теории, классифицирующие прессу, разрабатываются  в настоящее время в основном зарубежными исследователями и  представляют собой некие наборы принципов, по которым должны функционировать  масс-медиа. Авторы книги «Четыре  теории прессы» Сиберт, Шрам и Питерсон , которая была издана в США в 1956 году, а недавно переведена и выпущена в России, выделяют четыре системы («теории») масс-медиа: авторитарную, либертарианскую (свобода прессы - «западная модель»), социальной ответственности (свобода плюс ответственность - «современная западная модель»), советскую.
    Такой же подход демонстрирует и Раймонд  Уильяме, в исследованиях которого тоже выделяются четыре системы прессы: авторитарная, патерналистская, коммерческая и демократическая. Авторитарной, по мнению Уильямса, является такая система СМИ, в которой основной задачей коммуникации является передача инструкций, идей и подходов правящей группы34. Патерналистская система - это авторитарная модель, где у правящей группы есть все же ответственность перед обществом, то есть «ценности и цели, выходящие за рамки удержания власти». Советскую модель, исходя из логики Уильямса, можно считать либо авторитарной, либо патерналистской, то есть предполагающей наличие меньшинства, управляющего большинством. Коммерческая модель по сравнению с двумя названными ранее имеет большую степень внутренней свободы, но и свои ограничения, вызванные трудностью получения прибыли от некоторых форм коммуникации. Четвертая модель по Уильямсу — демократическая - представляет собой не более чем систему принципов, ибо исследователь не смог найти реального примера для воплощения демократической модели как таковой.
    Классификация масс-медиа Дениса Макуэйла построена  по близкой схеме представлений  о СМИ, что и вышеозначенные теории. В своем труде «Теория массовых коммуникаций»35 Макуэйл усовершенствует вариант четырех теорий прессы и рассматривает, помимо упомянутых, еще модель «развивающихся стран» и модель «демократического участия». Модель СМИ «развивающихся стран» предполагает активное участие прессы в деле государственного строительства, а модель «демократического участия» по своей сути совпадает с идеальной демократической моделью. Так как классификация Макуэйла построена по нормативному принципу, иначе говоря, исходит из должного, а не сущего, то есть не опирается на обобщение реальных медийных картин, использование ее, равно как и вышеописанных моделей, применительно к российским масс- медиа является проблематичным.
    Прежде  чем перейти к рассмотрению медийных ситуаций в России имеет смысл  акцентировать внимание на том, что  модернизация российского общества явилась толчком к бурному процессу дивергенции региональных политических режимов, получившему название «парад суверенитетов». Межрегиональные различия стремительно нарастали и в области способов легитимизации власти, и по характеру взаимодействия субъектов политического процесса, и в других сферах. Важным фактором дивергенции стало быстрое нарастание экономических различий между регионами, отличий в политических настроениях, в культуре и в иных аспектах. В процессе складывания регионального разнообразия не последнюю роль сыграли и средства массовой информации. В системе воспроизводства культурных, экономических, политических, социальных отношений в каждом из российских регионов масс-медиа выполняли и выполняют различные задачи. Иначе говоря, разнообразие медийных ситуаций в нашей стране можно напрямую связать с той или иной политикой региональных властей. «Поведение» СМИ, которое во многом зависит от уровня развития их материальной базы, информационных потребностей региона, покупательских возможностей населения, местных традиций, сегодня прежде всего определяется взаимоотношением масс-медиа с властью.
    За  основу типологии медийных моделей  в России имеет смысл взять  концепцию Алексея Симонова - Ольги Никулиной, выработанную в ходе проведения Общественной экспертизы по «измерению свободы слова в России». В основу типологии медийных региональных картин исследователи положили семь параметров, среди которых следующие:
    информационная открытость власти (открытая, средняя, закрытая);
    уровень свободы производства информации;
    уровень свободы распространения информации;
    медийная насыщенность региона;
    развитие регионального медийного и рекламного рынков;
    уровень медийной конфликтности региона, характер конфликтов (правовой, внеправовой);
    уровень и характер самоорганизации медийного сообщества.
    Анализируя  содержание каждого из семи параметров, несложно увидеть,
    что из первых трех параметров складывается типологическая характеристика медийной политики власти. Четвертый и пятый  характеризуют потенциал и характер (рыночный или внерыночный) местных СМИ. Шестой параметр во многом является производным от взаимодействия первых пяти. Седьмой параметр тесно связан со всеми шестью предыдущими, но имеет свою внутреннюю логику, что требует отдельного исследования. Стоит особо подчеркнуть: в основе типологии масс-медиа Симонова-Никулиной лежит некий базовый процесс.
    Обозначим еще раз его содержание: средства массовой информации России, как и  вся страна в целом, находятся  в настоящее время в состоянии  трансформации от советской модели к демократии, от закрытого общества к открытому обществу, от государственной экономики к рыночной. Таким образом, исходный пункт преобразований для каждого российского региона (имеем в виду СМИ) единственный - это советская модель масс-медиа, а результаты такой трансформации на данном временном этапе в разных регионах различны. Опираясь на вышеназванные типологические параметры можно выделить семь региональных моделей СМИ, присутствующих в настоящее время на медийном пространстве РФ:
    1) авторитарная; 2) патерналистская; 3) модернизированная  советская модель; 4) переходная к  рыночной; 5) рыночная; 6) конфронтационная; 7) депрессивная.
    Авторитарная, патерналистская и модернизированная  модели являются вариантами советской модели масс-медиа. Основная характеристика такого типа медийных моделей следующая: СМИ по-прежнему получают указания и ресурсы из единого центра, то есть управляются и контролируются властью. Разница между авторитарной, патерналистской и модернизированной советской моделью заключается в формах, методах и характере административного руководства СМИ, уровнях нетерпимости к инакомыслию, степенях развития СМИ в регионе, что требует адекватных методов управления прессой.
    Рыночная  медийная модель характеризуется тем, что исключает возможность командовать и управлять СМИ со стороны власть предержащих. На смену прямому управлению приходит так называемое влияние на масс-медиа. Механизмы цивилизованного влияния на медийный процесс достаточно сложны, что, в частности, предполагает умение создавать информационные поводы, отслеживать рейтинги, умение общаться с журналистами и т.д.
    Конфронтационная  модель возникает на базе рыночной, если власть пытается все же командовать независимыми СМИ, что перерастает в войну власти с частью независимой прессы. Что касается переходной к рыночной модели, то такая модель характерна для тех регионов, где СМИ четко делятся на две части - государственные и негосударственные. Базовый медийный процесс при этой модели состоит в изменении соотношения между этими секторами.
    Наконец, депрессивная модель воспроизводится  в регионах с крайне низкой медийной насыщенностью, где практически нет рынка СМИ, а взаимоотношения власти и общества осуществляются без посредничества масс-медиа.
    Поскольку данная типология основана на анализе  и обобщении фактов и процессов, которые происходят в регионах России, имеет смысл обозначить медийные модели по названиям тех регионов, медийная практика в которых наиболее характерна для каждой модели. Так, авторы Общественной экспертизы по «измерению свободы слова в России» выделяют:
      Калмыцко-адыгейскую модель (авторитарный вариант советской медийной модели или «зона бесконфликтности»).
      Белгородско-башкортостанскую модель (патерналистский вариант советской модели).
      Кубанско-татарстанскую медийную модель (модель управляемой свободы СМИ или модернизированный вариант советской медийной модели).
      Переходную к рыночной медийную модель.
      Свердловскую медийную модель (рыночную).
      Приморско-тульскую модель (конфронтационную).
      Депрессивную медийную модель.
    Каждая  из семи региональных моделей объединяет различное число субъектов РФ: авторитарная модель - 9 субъектов РФ; патерналистская - 7; модернизированная - 6; переходная к рыночной — 33; рыночная — 11; конфронтаци- онная - 10; депрессивная - 11 субъектов РФ. Каждая медийная модель представляет собой специфический медийный организм, позволяющий понять природу и функции СМИ, которые они выполняют в том или ином регионе. Различие природы и функций масс-медиа в различных регионах дает основание предполагать, что различна и мера свободы СМИ, которую в силу своей внутренней логики и конструкции имеет каждая из семи моделей СМИ, различна и степень конфликтности каждого типа медийных моделей.
    К сказанному необходимо сделать уточнение. В любом, даже рыночном регионе, весь медийный и рекламный рынок сосредоточен, как правило, в областных или крупных городах. Все районные (и многие городские) газеты, которых в стране около двух тысяч, находятся вне рыночных условий. Поэтому отнесение региона к той или иной модели зависит от того, какие отношения и процессы доминируют в субъекте федерации, при этом в самом регионе могут быть представлены признаки разных моделей масс-медиа. Так, на территории Центрально-Черноземного региона присутствуют сегодня - патерналистская; модернизированная советская; переходная к рыночной и конфронтационная модели масс-медиа.
    Так как объектом нашего исследования является управление медийными конфликтами, а уровень медийной конфликтности  представляет собой один из параметров для типологии медийных моделей, предпримем попытку рассмотреть каждую из обозначенных моделей СМИ в ракурсе конфликтности.
    Калмыцко-адыгейская модель («зона бесконфликтности) характерна для регионов с низким уровнем  медийных запросов населения, низкой медийной насыщенностью и невысоким уровнем  экономического развития. Власть в  отношении СМИ проводит жесткую авторитарную политику. Рекламный рынок почти что отсутствует. Медийных конфликтов немного, и это обусловлено тем, что большинство средств массовой информации контролируется местной властью, а обстановка авторитарного режима залавливает прохождение в СМИ любой несанкционированной информации, в том числе и о немногочисленных конфликтах в медийной сфере, которые возникают при авторитарном варианте советской медийной модели.
    Белгородско-башкортостанская модель (патерналистский вариант  советской медийной модели). Эта модель отличается довольно высокой медийной насыщенностью региона, большим объемом государственных дотаций на лояльные СМИ. В результате региональная власть сохраняет практически полный контроль за массовой информацией, осуществляя негласную цензуру, а в случае необходимости подключая «репрессивный аппарат»: налоговую инспекцию, милицию, суд и т.д. Власть предпочитает давать информацию обществу «сверху вниз», используя для этой цели пресс-конференции, брифинги. Для такой модели характерен низкий или средний уровень медийной конфликтности. Конфликты, как правило, протекают в виде «бунта одиночек», которые не находят (или почти не находят) поддержки сообщества журналистов.
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.