На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти готовые бесплатные и платные работы или заказать написание уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов по самым низким ценам. Добавив заявку на написание требуемой для вас работы, вы узнаете реальную стоимость ее выполнения.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Быстрая помощь студентам

 

Результат поиска


Наименование:


курсовая работа Эмоциональные переживания отношений в связи с рождением внуков

Информация:

Тип работы: курсовая работа. Добавлен: 19.11.2012. Сдан: 2011. Страниц: 33. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


Введение 

     Темой моей курсовой работы мы выбрали «Эмоциональные переживания отношений в связи с рождением внуков». Данная тема мне очень интересна, так как она плохо изучена. Довольно мало авторов пишут об этом, в их числе О.В. Краснова, В.Д. Альперович, Г. Крайг, М.В. Ермолаева, А.Г. Лидерс. Я думаю изучение этой темы не мало важно, так как период появления в семье детей является новым этапом развития семьи, и личности каждого её члена, с чем связано возникновение новых эмоций, переживаний и чувств. Это сказывается на отношения в семье и вне её. Появляются новые цели,планы и заботы.
Объект  исследования: проблема прародительства;
Предмет: эмоциональные переживания отношений  в связи с прародительством;
Гипотеза: рождение внуков способствует появлению изменений в эмоциональных переживаниях;
Цель: доказать или опровергнуть гипотезу о том, что рождение внуков способствует изменениям в эмоциональных переживаниях отношений.
Задачи:
1. Дать  общую характеристику эмоциональной  сферы лиц пожилого возраста;
2. Дать характеристику переживаниям отношений в пожилом возрасте
3. Изучить источники оптимального старения;
4. Раскрыть факторы, определяющих характер прародительства;
5. Провести исследование, направленное на изучение эмоциональных переживаний отношений в связи с рождением внуков;
Методы  и технологии сбора информации:
    Анализ литературы;
    Проведение исследования с помощью методики М. Куна- Т. Маркпартленда «Кто Я»
    Проведения исследования с помощью биографического метода, а именно формализованная биографическая анкета Н.А. Логиновой
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
    Проблема  переживания отношений в связи  с рождением внуков.
 
      Общая характеристика эмоциональной сферы лиц пожилого возраста
 
  Специфика эмоциональной сферы пожилого человека во многом зависит от успешности прохождения  возрастного кризиса, степени решенности возрастных задач, бессознательно принимаемой  стратегии старения. М.В. Ермолаева  выделяет  две основные стратегии эмоционального старения. Первая предполагает возможность дальнейшего личностного роста, вторая направлена на сохранение себя, прежде всего, как индивида, т.е. на биологическое выживание. Поскольку физиологические возможности и потребности медленно угасают, то вторая стратегия не обеспечивает удовлетворенности жизнью и позитивного эмоционального фона. При принятии первой стратегии человек сохраняет возможность социального развития, а также самосовершенствования в идеальном, интеллектуальном и личностно-психологическом плане.  Предполагается, что в этом случае у него сохраняется структура смыслов жизни, повышается степень субъективной удовлетворенности жизнью вне зависимости от объективных условий (здоровья, семейных обстоятельств)[24]. В целом, исследователи отмечают, что в старости преобладает пониженный фон настроения, так как замедляется аффективная живость. Из-за снижения силы и подвижности нервных процессов понижается интенсивность эмоций. Как правило, заостряется тот фон настроения, который преобладал у человека в молодые годы. То есть, если в молодости он чаще был печален, то в пожилом возрасте, это настроение будет  не только преобладать в количественном плане, но и чувствоваться сильнее. В старости наблюдается зависимость эмоционального состояния от типа соматического заболевания. Например, гипертоники повышенно ранимы, обидчивы, мнительны. Типичным явлением для пожилых людей является возрастно-ситуационная депрессия - расстройство настроения без наличия нервно-психического заболевания, равномерное и стойкое, сильное понижение настроения, впервые возникшее в старости. Субъективно она переживается как чувство пустоты, ненужности, неинтересности всего происходящего и негативности будущего, имеет место негативное восприятие молодости. Самому пожилому человеку его состояние кажется обычным, и помощь, поэтому отвергается. Основным  травмирующим фактором является собственный возраст, а содержанием - непринятие своего старения[25].
  Выделено  три варианта течения возрастно-ситуационной депрессии.
  1. Ипохондрическая фиксация на  старческих недугах. Человек "зацикливается"  на болезнях и способах лечения,  при этом он не связывает  их со старостью и надеется  на излечение. 
  2. Бредоподобные идеи о притеснении.  Отношение окружающих представляется  исключительно несправедливым, кажется,  что все вокруг морально притесняют, ущемляют права. Отсутствие притеснений  доказать невозможно, так как  человек не способен к критическому  отношению.
  3. Вымыслы с горделивыми идеями  о собственной значимости. Человек  рассказывает либо выдумывает  избранные эпизоды из жизни. 
  Что касается страхов, у человека в позднем  возрасте сохраняются все страхи, накопленные в течение жизни, и прибавляются специфические страхи этого периода. До 70 доминируют страхи одиночества, болезни, смерти, будущего; после 70 - страх смерти, болезни, плохих людей, одиночества. Для обоих периодов характерны страх беспомощности, иррациональные страхи, моральные страхи, связанные  с необходимостью дать себе отчет  о прожитой жизни[14].
  На  эмоциональное состояние пожилого человека во многом влияет наличие  психосоматических проблем. Многие из них обусловлены переживаниями  в течение жизни, часть появляется уже в пожилом возрасте, которому свойственно наличие большого количества стрессогенных ситуаций и событий. Часто в психосоматических заболеваниях проявляется неудовлетворенность человека прожитой жизнью.  Многим пожилым людям больно обращаться к своему прошлому, поэтому они избегают осмысливания, вытесняют чувства и мысли, что приводит к отчаянию, апатии, а также находит выражение в различных соматических заболеваниях[2].
  Итак, к старости, как правило, человек  становится эмоционально более ранимым,  требует более чуткого внимательного отношения, особенно со стороны близких,  родственников, работников медицинских и социальных учреждений. Несмотря на это, при выборе жизненной стратегии, пожилой человек может чувствовать себя эмоционально благополучно при практически любых жизненных обстоятельствах.  В задачи социальных служб должно входить не только обеспечение психоэмоционального комфорта, но и помощь в выработке позитивной стратегии эмоционального старения[3]. Скорее всего, наибольшее влияние на этот выбор оказывает осмысление жизненного пути.  
 

  1.2. Характеристика переживания отношений  в пожилом возрасте 

     В научной литературе всё более утверждается точка зрения, согласно которой старение не может рассматриваться как простая инволюция, угасание и регресс, скорее это продолжающееся становление человека, включающее многие приспособительные и компенсаторные механизмы.
     Результаты исследований закономерностей возрастного развития в научной школе Б. Г. Ананьева позволили ввести в геронтопсихологию понятие реституциализации в геронтогенезе. Комплекс процессов восстановления, направленных на замедление старения, является новообразованием в пожилом возрасте.
     На пожилого человека воздействует взаимно связанная группа биологических и социальных факторов развития, результатами которой является формирование нового статуса личности позднем возрасте. В особенностях позднего возрастного этапа социализации индивидуума прослеживаются изменения в иерархии мотивов с преобладанием мотива с эстетической направленностью в качестве ведущего в деятельности. Амплитуда изменения личностных качеств может служить во многом отражением, как естественных процессов замедления старения, так и влияния неблагоприятных факторов социального характера.
     Период старости имеет ряд отличительных черт, среди которых важную роль играет прекращение трудовой деятельности или изменение её характеристик ,снижение интенсивности, объёма, и т.п., переход на другую работу. Вследствие изменения социального статуса отмечается избыток свободного времени, сужение  привычного круга общения, утрата ведущей роли в семье, ослабление или изменение воспитательных функций и др[14]. Комплекс только перечисленных факторов неизбежно вызывает нарушение жизненного стереотипа, ведёт к необходимости его смены, адаптации к новым внешним условиям, однако не только к ним.
     Из геронтологических исследований известно, что возрасту старости сопутствует ухудшение здоровья, снижение памяти, нередко спад творческой активности, нарастание неуверенности и тревожности, мнительность, обидчивость, раздражительность, нетерпимость, иногда неуживчивость и чёрствость, появление или усиление подавленности.
     Очевидно, что люди позднего возраста вынуждены приспосабливаться не только к новой ситуации вовне, но и реагировать на изменения в самих себе.
     Наряду с процессами старения в организме человека развиваются приспособительные психологические механизмы, благодаря которым полноценная деятельность может продолжаться до глубокой старости. Ортодоксальные, плохо коррегируемые взгляды могут противоречить обстоятельствам жизни, вызывая тяжёлые душевные переживания у пожилых. В этом случае в качестве компенсаторного противовеса выступают защитные механизмы личности. Не изменяя своих критериев ценности, пожилой человек представляет внешние обстоятельства особым образом, а желания выступают в роли фантазий, и, погружаясь в нереальный мир, он начинает в нём жить, как страус, который прячет голову в песок, когда скрывается от преследователей[6]. В данном случае пожилые люди нуждаются в проведении психологической коррекции для усиления способности к изменению отношения к самому себе, чтобы научиться переоценивать и включать свой внутренний опыт, принимать противоположную позицию.
     У людей в позднем возрасте складывается жёсткий внутренний порядок структуры личности. Активизация компенсаторных механизмов личности требует глубинной перестройки иерархии  мотивов. Без этого попытки принудительного введения в сознание вытесненных переживаний, не предварённые систематической работой по укреплению ясно осознаваемых психологических установок, вызывают резкое сопротивление и порождают отрицательное отношение пожилого человека  подобному вмешательству. Становится понятно, почему советы пожилым людям не всегда находят у них поддержку[9]. Советы нужно давать тогда, когда они расположены слушать, и предлагать в косвенной форме.
   Личностям с жёсткой и косной системой принципов поведения особенно трудно и подчас невозможно действовать в разнообразной и изменчивой среде, если бы защитные механизмы не оберегали их психику. Очевидно, что способ защиты личности и стратегия поведения в позднем возрасте зависят от жизненного пути, особенностей личности, сформировавшихся стереотипов поведения.
   Люди  по-разному реагируют на свои внутренние трудности. Некоторые пожилые люди, отрицая существование проблем, подавляют свои стремления, которые  доставляют им неудобства, и отвергают  их как нереальные и невозможные. Приспособление в этом случае достигается  за счёт понижения уровня притязаний. Негативной стороной является отрицание того, что требует усилий. Пожилой человек постепенно может привыкнуть к такой ориентации, действительно отказаться от необходимого и действовать так, как если бы потребности не существовало.
   Многие  из пожилых людей преодолевают конфликты, пытаясь манипулировать мнением  окружения, стремясь овладеть событиями  и изменить их в нужном направлении. Другие находят выход в самооправдании и снисхождении к своим слабостям. Некоторые прибегают к различным  формам самообмана[13]. Формирование у пожилых людей достаточной психической гибкости позволяет правильно понять себя и окружающих, способствует адаптации к переменам.
   У пожилых людей прослеживается тенденция  поделиться своими воспоминаниями. Они  охотно рассказывают о тягостных  обстоятельствах своей жизни  и связанных с ними переживаниях. Разрядка возникает от совместно  прочувствованной ситуации. Рассказывая  о себе, пожилой человек становится слушателем.[1] Подобная обратная связь помогает ему лучше разобраться в себе, поделиться тяжёлыми впечатлениями. Кроме того, собеседнику, чаще всего пожилому человеку, его беды близки, так как они сверстники – люди одного поколения. Нередко в процессе исповеди человек расстаётся с тайнами, которые требуют больших специальных усилий по их сокрытию, и это тоже способствует облегчению состояния. Очищение исповедью и признанием заключается в снятии различных форм напряжения путём разделения ноши с близким, переложения части ответственности на другого.
   Другим  способом психологической защиты, к  которому охотно прибегают пожилые  люди, является включение. В этом случае человек сталкивается с более  тяжёлой ситуацией в жизни  по сравнению с его личной травмой. Тогда важность травмирующего события  понижается на фоне трагедии, разыгравшейся  с другим человеком. Примером защиты по типу включения является разрешение внутреннего конфликта при сопереживании. Если человек наблюдает и сопереживает драматические ситуации других людей, существенно более тягостные и глубокие, чем те, которые тревожат его самого, он начинает смотреть на свои неудачи по-другому, оценивая их по сравнению с чужими[5]. Люди, способные искренне сопереживать страданиям окружающих, не только облегчают их другим, но способствуют улучшению и своего психического состояния.
   Человек в глубокой старости старается выполнять  обязанности по самообслуживанию. Ему  становится трудно с ними справляться. Прежние социальные мотивы поведения  утрачивают своё значение. Такая ситуация способствует резкому сужению круга  интересов и заострению черт характера. Человек преклонного возраста перестаёт  интересоваться тем, что выходит  за пределы его субъективного  мира. Оставшуюся энергию направляет  на самосохранение[8]. Резкое сужение круга интересов в конце жизни следует рассматривать как приспособительное явление, направленное на сбережение иссякающих возможностей организма и поддержание наиболее важных жизненных функций. 
   По  мере старения роль семьи в жизни  пожилого человека возрастает: прекращение  работы при достижении пенсионного  возраста, часто наступающее в  этот период ухудшение здоровья и  усиливающее снижение мобильности  ограничивает интересы и виды деятельности пожилых людей, всё внимание переключается  на семейные дела[5]. Семейные контакты при этом заменяют другие утраченные контакты.
   Ослабление  здоровья, возрастающее с годами, физическое одряхление ставят пожилого человека всё в большую зависимость  от других членов семьи, он нуждается  в их помощи  и опеке. Находясь в семье, пожилые и старые люди могут надеяться на безопасность и независимость от трудностей, с которыми им приходится сталкиваться.
   В то же время, выполняя посильную работу по дому, помогая остальным членам семьи в ведении домашнего  хозяйства и в уходе за детьми, пожилой человек обретает чувство уверенности в своей полезности, что помогает ему в определённой мере адаптироваться к периоду старости.
   Место пожилого человека в семье, так же как и в обществе в целом, определяется общим социально-экономическим культурным развитием, материальным и хозяйственными взаимоотношениями, личностными, в  частности, национальными обычаями.
   В настоящее время процесс расчленения  сложной семьи прогрессирует, и  это приводит к тому, что всё  чаще мы встречаем семьи, состоящие  из одной пожилой супружеской  пары, которая через определённое время может в результате смерти одного из супругов, перейти в категорию  одиночек. Семейная жизнь у стариков продолжается, приближаясь к своей  золотой свадьбе, они, нормальные живые  люди, трогательнее и трепетнее относятся  друг к другу. Знаков внимания становится больше, в них и скрытая просьба, и намёк, и юмор, и не растраченное чувство. Нормальные семьи в старости приобретают совершенно фантастическое качество – супруги становятся внешне похожими друг на друга[22].
   Сейчас  молодые способны материально обеспечить себя сами, а старшее поколение  получает пенсию и другие виды социальной помощи. Всё это способствует относительной  материальной независимости поколений  друг от друга. В связи с этим уменьшается  необходимость кооперации, и тем  самым разрушается семейная солидарность, взаимная зависимость. В современном  обществе ответственность за пожилых  становится формальной, ритуальной и  деперсональной. Рассматривая современную  семью в нашем обществе, Александрова указывает на то, что старики – отцы семейства не играют прежней роли, что молодое поколение не нуждается в поддержке стариков, а старики и вовсе отходят от семьи, не выполняя роли дедушек и бабушек.
   Большинство пожилых людей состоит в сложных, разнообразных отношениях с семьёй, друзьями и соседями. Между тем  идеал существования пожилых  – это тесные социальные связи  при достаточно высоком уровне независимости, то есть рациональное сочетание семейной заботы и личностной автономии.
   Одиночество связано с усугублением чувства  изоляции в обществе. После 60 лет  постепенно приходит осознание социального  отчуждения стариков от последующих  поколений, которое переживается болезненно, особенно в обществах, где нет  необходимой социальной поддержки  старости. Психологическая неудовлетворённость  своим положением нередко влечёт за собой быстрое наступление  физического одряхления, сопровождающегося  иногда психическим расстройством. Как правило, одинокие старики живут  в худших экономических и бытовых  условиях, чем семейные[2].
   Довольно  часто одиночество приводит к  суицидальным поступкам. И у мужчин, и у женщин достаточно высок социальный риск в случае утраты одного из супругов или другого родственника. Перенести  смерть близкого человека, пережить её – самый мощный стрессовый фактор жизни. В целом 25% суицидов связаны  с необратимой утратой: смертью  или гибелью близкого человека.
   Семья становится основным фактором, сдерживающим суицидное поведение пожилого человека. В ней должно строиться отношения  на основе личной ответственности за благополучие всех и каждого, стремления облегчить положение лиц старшего возраста.
   Характерно, что пожилые люди склонны очень  высоко оценивать свои семейные отношения  и качество помощи, получаемой ими  от семьи. Необходимо, однако, иметь  в виду, что сам по себе уход со стороны близких людей вызывает естественную благодарность у беспомощного человека, поддерживая его уверенность  в том, что он занимает в семье  надлежащее ему место и пользуется любовью и уважением. Однако из средств  массовой информации, а чаще всего  из практики, мы узнаём и о случаях  отказа семьи от ухода за стариками. 

    1.3. Источники оптимального старения 

  Психическое и соматическое здоровье и благополучие пожилых людей зависит от отношения к будущему. Масштаб жизненных планов, который является индикатором зрелой личности, значимо коррелирует с установленным врачами уровнем здоровья. Если окружающая среда продолжает побуждать и стимулировать человека и особенно если будущее еще открывает перед ним известные возможности, то можно ожидать высокую степень постоянства поведения при выходе на пенсию.
     Отечественные психологи отмечают, что изменение социальной ситуации развития приводит к динамике ведущих мотивов пожилого человека еще в период подготовки к выходу на пенсию. При этом приводят исследования Томпсона, который выявил, что влияние смены социальной ситуации на мотивационную сферу проходит три стадии:
    Сбрасывание оборотов. Этот этап характеризуется желанием человека освободиться от ряда трудовых обязанностей и стремлением сузить сферу ответственности, чтобы избежать внезапного резкого спада активности при выходе на пенсию.
    Перспективное планирование. Человек старается представить свою жизнь на пенсии, наметить некоторый план тех действий или занятий, которыми он будет заниматься в этот период времени.
    Жизнь в ожидании пенсии. Людьми овладевают заботы о завершении работы и оформлении пенсии. Они практически живут уже теми целями и потребностями, которые будут побуждать их к действиям в оставшийся период жизни.
  Каждый  человек, ушедший на пенсию, по-разному переживает это событие. В связи с тем, какое отношение формируется у него в процессе осознания данного факта, происходят соответствующие изменения в его мотивационно-потребностной сфере[11].
  Одни  воспринимают свой выход на пенсию как сигнал конца своей полезности, безвозвратной потери главного смыслообразующего мотива всей жизни. Поэтому они изо всех сил стараются подольше остаться на своем рабочем месте и работать до тех пор, пока хватает сил. Для таких людей работа — это стремление к определенным целям: от обычного поддержания материального благополучия до сохранения и приумножения карьерных достижений, а также возможность перспективного планирования, во многом определяющего их желания и потребности.
  Отсутствие  работы приводит человека к осознанию ослабления своей роли в обществе, а иногда и к ощущению ненужности и бесполезности. Иными словами, переход к жизни пенсионера служит для него сигналом «утраты власти, беспомощности и автономии». В этом случае человек сосредотачивает свои усилия на поддержании социального интереса, выражающегося в целенаправленном поиске тех видов деятельности, которые дают ему ощущение своей полезности и сопричастности с жизнью общества.
  Изменение социальной ситуации в связи с выходом на пенсию переживается пожилыми людьми не одинаково, что обуславливает различие их стратегий адаптации к старости, совладания с ней.
  Эта проблема заставляет задуматься над  тем, насколько неизбежна, «фатальна» старость как психологический возраст. Конечно, в плане биологического возраста «от старости лекарства нет», но психологический возраст — это иное. Человек переходит в иной возраст в связи с изменением социальной ситуации развития[23]. А если она не меняется, то есть если человек не исключается из системы социальных связей, то вступает ли он в возраст «психологической старости»?
  По  нашему мнению, человек, уходя на пенсию, сталкивается с необходимостью важного, трудного и абсолютно самостоятельного выбора — между социальной и индивидуальной жизнью. Возраст в полной мере заявляет о себе как адаптогенный фактор именно в тот момент, когда человек в связи с уходом на пенсию лишается обязательной поддержки общества и системы определенных социальных связей, обусловленных профессиональной деятельностью, занимаемым в обществе местом. Уходя на пенсию, человек не только теряет общественные связи; отчуждение от социально значимой деятельности и соответствующее положение одновременно «уравнивают» людей в их пенсионном (оторванном от производительного труда) состоянии.
  Социальные  приобретения в прошлом, достигнутый за время работы материальный уровень жизни не избавляют человека от выбора стратегии старения. По сути, человек на пороге старости решает для себя вопрос: пытаться ли ему сохранять и формировать новые сферы своих социальных связей или перейти к жизни, ограниченной кругом своих житейских интересов и интересов близких, то есть перейти к жизни в целом индивидуальной. Это решение определяет две основные стратегии адаптации — сохранение себя как личности и сохранение себя как индивида[14].
  Э. Эриксон оставлял за старостью альтернативу исхода, но альтернатива эта, по мнению автора, в целом определяется характером прохождения предшествующих этапов жизни. Однако если рассматривать старость как ступень развития, то следует принять за ней право и необходимость выбора смысла и цели жизни, а следовательно, возможности прогрессивного или регрессивного изменения личности. В целом свободный, хотя и трудный выбор позволяет характеризовать старость как возраст развития, возраст потенциальных возможностей и дает шанс противостояния тотальному угасанию. Итоговый выбор определяется решением задачи на смысл — смысл оставшейся жизни. В соответствии с этим выбором и, соответственно, стратегией адаптации в старости ведущая деятельность в старости может быть направлена либо на сохранение личности человека (поддержание и развитие его социальных связей), либо на обособление, индивидуализацию и «выживание» его как индивида на фоне постепенного угасания физических, физиологических и психофизиологических функций. Оба варианта старения подчиняются законам адаптации, но обеспечивают различное качество жизни и даже ее продолжительность. В литературе наиболее полно описан второй вариант старения, при котором возрастные изменения проявляются в качественно своеобразной перестройке организма с сохранением особых приспособительных функций на фоне общего их спада. Эта стратегия адаптации предполагает постепенную перестройку основных жизненно важных процессов и в целом структуры регуляции функций в целях обеспечения сохранности индивида, поддержания или увеличения продолжительности жизни. Эта стратегия адаптации предполагает превращение «открытой» системы индивида в систему «замкнутую»[2]. В литературе указывается, что относительная замкнутость в психологическом плане контура регуляции в старости проявляется в общем снижении интересов и притязаний к внешнему миру, эгоцентризме, снижении эмоционального контроля, «заострении» некоторых личностных черт, а также в нивелировании индивидуальных качеств личности. Во многом эти личностные изменения обусловлены замкнутостью интересов старого человека на самом себе. Как отмечают многие авторы, неспособность пожилого человека что-либо делать для других вызывает у него чувство неполноценности, углубляемое раздражительностью и желанием спрятаться, чему способствует неосознаваемое чувство зависти и вины, которое впоследствии прорастает равнодушием к окружающим.
  Очевидно, что в случае стратегии адаптации к старости по принципу «замкнутого контура» этот возраст трудно было бы считать возрастом развития. Возможна, однако, альтернативная стратегия адаптации, когда пожилой человек стремится сохранить себя как личность, что связано с поддержанием и развитием его связей с обществом. В этом случае в качестве ведущей деятельности в старости можно рассматривать структуризацию и передачу опыта. Другими словами, позитивная революция в старости возможна в том случае, если пожилой человек найдет возможность реализовать накопленный опыт в значимом для других деле и при этом вложит в это частицу своей индивидуальности, своей души. Тиражирование своего опыта, плодов своей жизненной мудрости делает пожилого человека значимым для общества (хотя бы с его собственной точки зрения) и тем самым обеспечивает сохранность и его связей с обществом, и самого чувства социальной причастности обществу. Спектр таких социально значимых видов деятельности может быть самым широким: продолжение профессиональной деятельности, писание мемуаров, воспитание внуков и учеников, преподавание и многие другие дела, к которым всегда тянулась душа. Главное здесь — момент творчества, которое позволяет не только повысить качество жизни, но и увеличить ее продолжительность. Именно этот вид ведущей деятельности обеспечивает в старости внутреннюю интегрированность, необходимые социальные связи, отвлекает от навязчивых мыслей о здоровье, укрепляет чувство собственного достоинства, позволяет поддерживать преимущественно хорошие и теплые отношения с окружающими.
  Сохранение  себя как личности, реализация потребности в систематизации и передаче своего опыта последующим поколениям связаны с работой осмысления своего существования — нынешнего и прошлого. Б.Г. Ананьев показал, что размышления над вопросами, связанными со смыслом жизни, оказывают принципиальное влияние на характеристику завершающих фаз жизненного пути. По мнению автора, парадокс завершения жизни заключается в том, что «умирание» форм человеческого существования наступает раньше «физического одряхления» от старости и в условиях социальной изоляции происходит ломка, сужение смысла жизни, что приводит к деградации личности. Таким образом, сохранность личности в старости связана с сопротивлением условиям, благоприятствующим такой изоляции. Многие исследователи возрастных аспектов осознания и переживания смысла жизни указывают на важность и самого факта, и результатов этого осознания для выбора пути старения. Так, В.Э. Чудновский, рассматривая смысл жизни как идею, содержащую в себе цель жизни, как обобщенное итоговое отношение к жизни, в котором отражена взаимосвязь настоящего, прошлого и будущего, указывает, что в старости убывающие силы направляют человека на поиск смысла жизни.
  Вопрос  о ведущей деятельности в старости остается открытым для обсуждения и изучения. Существует точка зрения А.Г. Лидерса, согласно которой ведущей деятельностью пожилого человека является особая «внутренняя работа», направленная на принятие своего жизненного пути. Пожилой человек осмысливает не только свою текущую жизнь, но и всю прожитую жизнь. Плодотворная, здоровая старость связана с принятием своего жизненного пути. Для пожилого человека практически исчерпаны возможности серьезных реальных изменений в его жизненном пути, но он может бесконечно много работать со своим жизненным путем в идеальном плане, внутренне[5].
     Значительное изменение мировоззрения и социального окружения нарушает идентичность пожилых людей, дестабилизирует их психическое состояние, снижает уровень социально-психологической адаптации. Картина общества, предстающая перед человеком, не имеет стабильности, неопределенным видится не только будущее, но и прошлое. Это дезорганизует пожилых людей, усиливает у них напряженность, вызванную неудовлетворительным самочувствием в связи с возрастными изменениями в организме и новым, непривычным статусом, обусловленным выходом на пенсию[15]. В связи с этим для пожилых людей в условиях современной социальной ситуации нашего общества более важной становится не высокая оценка всей прожитой жизни и цельности своей личности, а внешние показатели жизненного благополучия: наличие работы, роли в семье, оказание помощи семье.
  Присвоение  внешней социальной роли пожилых заставляет людей играть эту роль, т.е. считать, что они «прожили достойную жизнь», что они «достойные» и в то же время «обездоленные», «ограбленные государством», нуждающиеся в социальной защите люди. Налицо осознанная позитивная социальная идентичность пожилых. В то же время, особенности негативной социальной идентичности заключаются в том, что она не осознается большинством пожилых. Они стараются компенсировать ее за счет приписывания себе и своей группе (группе пожилых) положительных индивидуальных и личностных качеств, и поэтому в структуре их личности существуют противоречия. При этом есть основания считать, что более молодые люди также оценивают пожилых людей по внешним социальным ролям, т.е. принимают образ «обездоленных» государством пожилых, признают их большой жизненный опыт, уважают и жалеют их, сочувствуют им[19].
  На  основании проведенного анализа  О.В.Краснова делает вывод, что пожилые люди адаптировались к современной социальной ситуации путем включения защитных механизмов. Далее автор подводит некоторые итоги и определяет практические шаги решения проблемы адаптации пожилых к новой социальной ситуации. При этом подчеркивается, что современная социальная ситуация как фактор адаптации пожилых людей характеризуется зарождением новой конфигурации общества, в котором разрушаются существовавшие особенности социального поведения, система социальной регуляции, отсутствуют ценностно-ориентационные основы новой регуляции, наблюдается кризис социальных ценностей и идеалов советского общества, в котором выросли и состарились нынешние пожилые люди. Логика развития новой социальной ситуации в стране ведет к переоценке и изменению ценностей общества и пожилого человека в нем, переосмыслению жизни пожилыми людьми, что приобретает характер социальной адаптации. При этом социальная адаптация пожилых осуществляется за счет включения защитных механизмов:
    проявляется высокая степень позитивности личностной и социальной идентичности;
    осуществляется компенсация негативной социальной идентичности пожилых за счет приписывания себе положительных личностных качеств при игнорировании неблагоприятных данных о себе;
    появляется новый феномен — инкорпоризация пожилых, т.е. замыкание их интересов на проблемах узкого социального пространства.
  Поэтому особое значение приобретает становление  и развитие системы социально-психологической поддержки пожилых людей. Общество должно реально взять на себя заботу о них. При этом не требуется, например, перенимать их ценности или пытаться изменить мировоззрение пожилых людей. Помощь пожилым людям должна бытьоказана на «внешнем» уровне — не только повышение пенсий, но и оказание уважения, внимания, т.е. того, что помогает им чувствовать себя компетентными. Для этого необходима государственная программа обеспечения пожилых социальной и психологической помощью.
  Во-первых, необходимо совершенствование информационного обеспечения: средства массовой информации должны формировать образ «позитивной старости».
  Во-вторых, создание социальных клубов пожилых людей и геронтопсихологических центров должно помочь в решении проблем, стоящих перед стареющим человеком, снять психологическую напряженность, содействовать выработке самоуважения, уверенности в собственных силах. 
 

1.4. Прародительство. Факторы, определяющие его характер 
 

   Самой большой радостью для стариков являются внуки. У многих дедушек и бабушек возникают прочные дружеские отношения с внуками. Такие привязанности являются результатом регулярных контактов и лежат в основе близких, любящих отношений.
   Бенгстон предположил, что у дедушек и бабушек существуют четыре важные, пусть даже иногда чисто символические роли, имеющие различную мотивационную направленность:
    Присутствие, которое обуславливает стремление бабушки и дедушки создать спокойную обстановку, особенно при наличии угрозы распада семьи или внешней катастрофы. Они хотят сохранить стабильность в семье, а иногда послужить сдерживающим фактором при распаде внутри нее.
    Семейная «национальная гвардия». Некоторыми бабушками и дедушками движет желание принимать активное участие в жизни семьи и заботе о подрастающем поколении. В этой ситуации пожилые люди выходят далеко за рамки простого присутствия.
    Арбитры. Действия бабушек и дедушек направляются стремлением сохранять семейные ценности, поддерживать нерушимость семьи, помогать сохранять связь между поколениями. Хотя у разных поколений бывают различные ценности, некоторые пожилые люди считают, что им легче уладить конфликты между своими взрослыми детьми и внуками, так как они имеют больше опыта и могут посмотреть на конфликт со стороны.
    Сохранение семейной истории побуждает бабушек и дедушек к различным действиям, поддерживающим преемственность между поколениями и передающим внукам семейное наследие и традиции.
   Каждая  из упомянутых ролей может быть реальной или символической.
   В некоторых работах американских авторов предпринимались попытки изучить роли "прародителей" - "бабушек" и "дедушек". В 60-е годы была предложена классификация, в которой присутствуют следующие типы семейных ролей:
   "формальный" - бабушки и дедушки имеют жестко зафиксированные представления о ролях, которые они должны исполнять в семье, а также представление о социальных ролях внуков;
   "суррогатные  родители" — те, кто принял на себя ответственность и заботу о внуках;
   "источник  семейной мудрости" - пожилые, которые обеспечивают потомков информацией о своем культурном наследстве и семейных корнях;          "заряд шуток"пожилые, которые активно вовлекают внуков в проведение веселого досуга;
   "далекий" - пожилые, редко взаимодействующие с внуками.
   Отечественные авторы Спиваковская А.С. и Варга  Н.Я. выделили две роли бабушек в семье: "бабушка-жертва" и "бабушка-соперница". Однако эти характеристики присущи только тем женщинам, которые становятся бабушками сразу после рождения внуков, и остается непонятным, насколько они сохраняют выбранный стиль поведения в семье в дальнейшем, когда внуки вырастают. Можно расширить круг вопросов, которые остаются открытыми: какие критерии взяты за основу типологии "прародителей" и "бабушек"? Насколько предложенные типологии связаны с динамикой семейной жизни женщин? Насколько характерны предложенные типы для разных социальных групп? Для ответа хотя бы на некоторые из них было проведено в конце 90-х годов пилотажное исследование взаимоотношений старших и младших поколений в семье (бабушек/дедушек и внуков) и роли старшего поколения в жизни семьи. Всего было опрошено 85 пожилых москвичей по специально разработанной анкете, в которую вошли вопросы, имеющие отношение к разным сферам общения, деятельности и представлений бабушек/дедушек о воспитании внуков. Ответы на часть поставленных вопросов были заранее сформулированы. Другая часть предполагала самостоятельное формулирование респондентами ответов.
   Одна  из гипотез состояла в том, что  у пожилых людей существуют "стили  прародительства" по отношению к  внукам в такой же степени, в какой  они существуют у родителей по отношению к своим детям. Эта гипотеза не подтвердилась, но проведенное исследование позволило выделить этапы "прародительства" и типы бабушек, а также объяснить динамику семейной жизни пожилых женщин в условиях большого города. Кроме того, были изучены роли старшего поколения в семье и их соответствие нормативным и личностным моделям поведения. Основной вывод исследования заключался в том, что стадии "прародительства" женщин, живущих в большом городе, зависят от возраста внуков, социального статуса пожилых женщин и состояния их здоровья. В ходе дальнейшего исследования была доработана анкета, применявшаяся в пилотажном исследовании. Всего было опрошено 123 женщины Подмосковья из небольших городов (Щелково, Фрязево, Монино) в возрасте от 40 до 85 лет, каждая из которых имеет внука или внуков. Анализ полученных результатов осуществлялся по тем же параметрам, которые использовались в пилотажном исследовании: образование, совместное или раздельное проживание с детьми, наличие работы, характер родственных связей (внук от дочери или от сына, внуки от дочери и сына). Для того, чтобы результаты могли быть сравнимы между собой, из московской выборки пилотажного исследования взята только группа женщин (всего 69 человек). Респонденты были разделены на три группы. Первая - до 55 лет (возрастная граница определяет официальный выход на пенсию). Вторая - от 55 до 65 лет (как правило, они переходят в группу "пенсионеров" и имеют внуков в возрасте до 10-11 лет, т.е. тех, кто в наибольшей степени нуждается в опеке со стороны бабушек). Третья группа – свыше 65 лет (внуки представительниц этой группы обычно старше 10-11 лет и соответственно в меньшей степени нуждаются в опеке).
   После этого с помощью кластерного  анализа были выделены 5 "типов  поведения",под которыми подразумеваются все разновидности совместных занятий бабушек с внуками.
Типы  поведения Виды совместной деятельности внуков и бабушек, живущих  в большом городе Виды совместной деятельности внуков и бабушек, живущих в малых городах
1 Только гуляют с внуками на улице и читают им Только смотрят  телевизор и читают внукам
2 Смотрят телевизор  с бабушками, читают и обсуждают  книги фильмы и просмотренные  телепередачи, играют и гуляют с  ними Гуляют с  внуками, смотрят телевизор, иногда играют с ними
3 Активно смотрят  телевизор и обсуждают телепередачи с внуками, играют с ними и помогают делать уроки. Культурно проводят досуг. -----------------
4 Проводят вместе только лето. -----------------
5 Только гуляют с внуками, или гуляли,когда внуки  были маленькими Только разговаривают  с внуками.
 
   Нетрудно  видеть, что самым активным типом  поведения всех бабушек является третий, когда они не только гуляют с внуками и читают им, но помогают делать уроки и занимаются культурным просвещением своих внуков, посещая вместе с ними театры, выставки и обсуждая телепередачи[20]. Тем не менее обращает на себя внимание "бедность" совместных занятий только прогулки, чтение и просмотр телевизионных передач. Отсутствуют игровые, спортивные и обучающие занятия (например, такие,где бы бабушки учили что-то мастерить, вышивать или шить или активно проводили бы время с внуками по типу "здорового образа жизни"). Выделенные типы отнесены нами к "формальному" (первый и второй), "активному" (третий) и "далекому" (четвертый и пятый). Формальный тип поведения: чтение, прогулки и просмотр телепередач не требуют больших усилий от бабушек, но, скорее, требуют времени; это "приятные" дела, которые полезны и самой бабушке. Активный тип: игры, уроки и культурное проведение досуга требуют, кроме времени, некоторого напряжения и усилий, как моральных, так и физических. Далекий тип: совместное проведение лета бабушек с внуками предполагает, что первые в значительной степени занимаются не только хозяйственно-бытовым обслуживанием внуков, например, приготовлением обедов, стиркой и пр., но и дачно-огородными делами, к которым иногда привлекают внуков; однако в этом случае отсутствуют совместные игры, чтение и др. Разговоры и воспоминания остаются единственным видом совместных занятий в редкие встречи бабушек и внуков[20].
        Фактор возраста.
        Рассмотрим зависимость типов поведения бабушек от их возраста. До 55 лет, т.е. до выхода на пенсию, большая часть бабушек обеих групп в основном занимаются с внуками "формально". Преобладающим видом совместного времяпрепровождения являются прогулки и просмотр телевизионных передач. Однако, начиная с 55 лет, т.е. с момента выхода на пенсию, их поведение изменяется и включает активный и далекий типы поведения. В дальнейшем (после 65 лет) преобладают все типы поведения.
   Таким образом, прослеживается связь между  возрастом бабушек и их типом поведения с внуками. Обращает на себя внимание фактор выхода на пенсию, когда формальное поведение бабушек начинает меняться в сторону "удаления" или "сближения" с внуками.
   Кроме этого, в пилотажном исследованиибыло предположение, что еще один фактор, возможно, влияет на тип поведения бабушки - возраст внука. Ведь в первой возрастной группе и частично во второй находятся в основном те бабушки, возраст внуков которых до 10-11 лет (нуждающихся в опеке со стороны старшего поколения). Среди внуков старшей возрастной группы бабушек больше подростков и молодых людей, с которыми уже не нужно гулять и которым не нужно читать, поэтому основным видом деятельности становятся беседы с ними или совместное проведение "лета на даче". С этой целью все внуки были разделены на три группы. В первую группу вошли внуки до 11 лет. Вторая группа представлена теми, чей возраст старше 11 лет, но младше 18 (подростки). И третья группа - старше 18 лет.
   Исследование  показало, что в период, когда  младшему члену семьи требуются внимание, а также уход и помощь со стороны старшего поколения, бабушки формально выполняют свои обязанности, т.е. гуляют с ними, читают им или вместе смотрят телевизор. Большая вероятность выполнения бабушками своих обязанностей обеспечена в случае, если их возраст до 65 лет, а возраст внуков - до 11 лет. По мере того, как дети подрастают, становятся подростками и все меньше начинают нуждаться в
   помощи  со стороны старшего поколения, объем  обязанностей бабушек по отношению к ним уменьшается и увеличивается количество разнообразных видов совместной деятельности, т.е. бабушки включаются в обучающие или воспитательные виды деятельности (помогают делать уроки, водят внуков в театры, на выставки и т.д.). Когда внуки вырастают, достигают 18 лет, бабушки, становясь также старше (после 65 лет), "отходят" от внуков и ограничиваются совместным проведением лета или просмотром с ними телепередач. Небольшое отличие московских бабушек от подмосковных заключается в том, что первые больше уделяют внимание воспитательным, обучающим и культурным видам занятий с внуками.
   Прослеживается  очевидная связь типов поведения  с возрастом, вернее, выходом на пенсию, когда бабушки, достигнув 55 лет, меняют свой тип поведения. Работающие (как правило, более молодые, до 65 лет) женщины могут выполнять свои обязанности бабушек только в свободное от работы время и, учитывая условия большого города (например, значительные расстояния между домами родителей и взрослых детей), только в выходные дни.
   Только после выхода на пенсию бабушки или вовлекаются в совместную деятельность с внуками, или ограничивают ее. Для выборки подмосковных бабушек влияние работы на выбор типа поведения не является дифференцирующим. Поэтому группы работающих и не работающих бабушек из Подмосковья с разными типами поведения не различаются между собой. Итак, формальный переход в группу "пенсионеров" играет определенную роль при выборе типа поведения пожилых женщин, живущих только в условиях большого города. Они, выйдя на пенсию, или отстраняются от процесса воспитания и общения с внуками, или начинают общаться с ними уже на другом, более высоком уровне.
   Фактор  образования
   Сопоставление уровней образования и типов  поведения московских бабушек показало, что активным типом поведения, который соответствует наибольшей вовлеченности в воспитание и обучение внуков, характеризуются те женщины, которые имеют среднее образование. Пятый тип поведения бабушек, когда общение с внуками минимальное, характерен для тех, кто имеет высшее образование. Остальные типы равномерно распределены по уровням образования. Аналогичная картина наблюдается и у подмосковных бабушек. Более того, если в первой выборке не были представлены женщины с начальным или незаконченным средним образованием, то в подмосковной выборке присутствуют три группы бабушек: с высшим, средним и неполным средним образованием. Обнаружено: чем ниже уровень образования, тем больше бабушка "вовлечена" в совместную деятельность с внуком.
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.