Здесь можно найти образцы любых учебных материалов, т.е. получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ и рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


реферат Философия Японии

Информация:

Тип работы: реферат. Добавлен: 02.12.2012. Сдан: 2012. Страниц: 19. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


1. СИНТОИЗМ
Жизнь древнего японца –  это поклонение природе и культ  предков, мифы, легенды и сказания, в которых действуют многочисленные божества и духи. У японцев сложился свой взгляд на окружающий мир и  их собственное происхождение.
Согласно древним синтоистским верованиям, император Японии (тэнно, микадо) является потомком духов неба, а все остальные японцы происходят от божественных духов второго разряда – коми.
Формировавшееся на протяжении многих столетий стойкое убеждение  в принадлежности каждого японца к синто и глубокая вера в наличие  внутренней связи нации с ками до сих пор, действуя на подсознательном уровне, оказывают непосредственное влияние на жизнь народа в целом.
Вся жизнь японца с момента  рождения и освящения его в  местном храме, как в далеком  прошлом, так и сегодня, проникнута духом синто.
Рассматривая религию  синто, интересно проследить в ней  глубинные истоки такого явления, как  самурайство. Где, когда и как возникли в сознании людей те первообразы, архетипы, на основе которых впоследствии сформировалось уникальное в своем роде мировоззрение бусидо. Ведь для того, чтобы понять, каким образом в недрах национального сознания выросли такие морально-этические и духовные ценности, как долг, честь, доблесть, самопожертвование во имя служения господину, беспримерное мужество, стойкость и уважение к людям, венцом которых является всего одно изречение: «Я постиг, что Путь Самурая – это смерть», недостаточно ограничится простым рассмотрением фактов и имевших место событий. Необходим взгляд изнутри, чтобы выделить те духовные источники, которые питают это мировоззрение.
Синтоизм, изначально представлявший собой шаманские и колдовские обряды, возникший из суеверий и  веры в магию, впоследствии под влиянием буддизма отошел от первобытных форм богослужения, но следы первичных  верований сохранились в подсознании  народа до наших дней. Насколько  глубок этот след, видно на примере  культа лисицы. В Японии в честь  нее (и некоторых других животных) построены храмы, где собираются люди-лисицы, которые якобы обладают сущностью этого животного. Под  протяжные завывающие звуки, издаваемые священниками, и ритмичные удары  барабанов люди-лисы впадают в  транс. Они верят в то, что духи лисиц вселяются в них, придавая им силу и способность видеть и  предсказывать будущее. До сих пор  во многих местах таким же поклонением  пользуется стрекоза. В глазах японцев, стрекоза Том-бо является олицетворением храбрости и национального духа. В глубокой древности ее относили к воинственным насекомым, а страну Ямато называли «Землей стрекозы». Сегодня, спустя многие столетия, нередко можно увидеть изображение стрекозы на одежде мальчиков и других предметах.
Приведенные примеры показывают, что первичные формы поклонения природе и животному миру в  виде образов, дополненных фантазией  и элементами духовной культуры, сохранились  и поныне. До сих пор в некоторых  японских деревнях верят в предание о том, что самураи Тайра, проигравшие сражение клану Минамото (первая гражданская война), не умерли, а скрылись в глубинах моря, превратившись в крабов. Поэтому часто крестьяне вывешивают над входом в дом высушенные тельца крабов, считая, что эти амулеты отгоняют злых духов. Нетрудно догадаться, что крабы здесь ассоциируются с самураями Тайра, которые помогают местным жителям оберегать их жилища.
 
Мифы, сказания и легенды, тысячелетиями передающиеся из уст  в уста, изобилуют примерами доблести и героизма, и эти образы глубоко  запечатлелись в памяти поколений. Особенно остро они воспринимаются в детстве: воспетые родителями и  служителями храмов, почерпнутые  из народных сказок. Именно эти героические  образы явились носителями тех первичных  форм, которые на подсознательном  уровне повлияли на формирование духовности как самураев, так и нации в целом.
Загадки японской души становятся более понятны только во взаимосвязи национальной психологии с древними космогоническими мифами, синтоистскими обрядами и верованиями. Самураи же, как сословие, повлиявшее на весь ход развития средневековой и современной Японии, являются лишь наиболее яркими выразителями духовной культуры народа и его мировоззрения.
Синтоизм, веками внедрявший идею целостности и единства живого и неживого, природы и истории, идею о том, что все в мире проникнуто живой сущностью – будь то человек, животные, растения или вещи, дал  людям веру в божества ками, которые живут везде и во всем. Ками существуют и в человеке, и поэтому он тоже может стать – или есть – ками. А значит, нет необходимости искать спасения где-то в другом мире, отличном от мира людей. Ками – здесь, рядом, в повседневной жизни, ками неразрывно связаны с людьми и потому обеспечат спасение.
 
2. БУДДИЗМ И ДЗЕН-БУДДИЗМ
Буддизм зародился в Индии  и проделал долгий через Китай  и сложный путь развития покуда не был принят жителями японских островов.
Основой учения Будды являются 4 благородные истины:
– истина страдания (все в  мире преходяще, не имеет постоянства и полно скорби);
– истина причины (причиной страдания являются жажда бытия, желания, страсти, влечения);
– истина освобождения (освободиться от страданий можно лишь отказавшись  от желаний, подавив в себе все страсти);
– истина пути (для достижения спасения необходимо выключиться из круга перевоплощений, достигнуть состояния  нирваны, то есть угасания или исчезновения).
 
Все это возможно, если следовать  среднему восьмеричному пути спасения:
1. Правильное видение.
2. Правильная мысль
3. Правильная речь.
4. Правильное действие.
5. Правильный образ жизни.
6. Правильное усилие.
7. Правильное внимание.
8. Правильное сосредоточение.
 
В Японию буддизм попал  в VI–VII вв. с прибывшими на острова  монахами, и сначала религиозными источниками учения служили священные  буддийские книги на китайском языке. В скором времени буддизм стал быстро распространяться по всей стране. Но борьба между монахами-миссионерами за сферы влияния в пропаганде учения и привлечение к нему новых  сторонников, а также идеологические различия в толковании доктрины махаяны  привели к появлению большого количества сект, либо аналогичных  китайским, либо образующих новые ответвления. В 754 г. возникла секта Тэндай, затем – Сингон, отличавшаяся особенной терпимостью к синто.
Синтоистские священнослужители  тоже не стремились настраивать своих  приверженцев против буддизма, и через  некоторое время эта обоюдная терпимость привела к тому, что  синтоисты стали рассматривать  буддизм как одну из ветвей в самом  синто. Впоследствии они слились  в одно своеобразное направление
В XII столетии возникли секты Синею, Дзёдо, Нитирэн и Дзэн, а кроме них в Японии еще появились Хоккэ, Синагон, Син, Дзи и другие.
 
Среди многочисленности и  разнообразия сект только Дзэн выделился в уникальный орден – один из самых значительных в буддизме не только с точки зрения его исторической важности и духовной жизненности, но и с точки зрения непревзойденной оригинальности и притягательной силы, претендующий на то, что он передает сущность буддизма непосредственно от его автора, причем без помощи какого-либо тайного документа или таинственного обряда.
 
Триумфальное шествие  дзэн по Японии и внедрение этой религиозной доктрины в среду  самураев имело вполне определенные и веские причины, и одна из них  – суровый образ жизни самураев, чуждый праздности и ориентированный  на простоту. Учение дзэн проповедовало  аскетизм, жизнь без излишеств, правильное оценивание собственных возможностей, постоянное самосовершенствование  и гармонию с природой и окружающим миром, а все это как нельзя лучше соответствовало представлениям самураев о жизни и помогало им реализовать их внутренние духовные устремления.
В отличие от ортодоксального  учения, дзэн не требовал отчуждения от всего мирского, не призывал к полному  отказу от влечений и страстей ради достижения нирваны. Дзэн обращался  к разуму и духу, предлагая интуитивный  путь познания, на котором надо использовать собственные внутренние ресурсы, как  сознательные, так и подсознательные. Основная идея дзэн – контакт с  внутренними процессами человеческого существа без привлечения каких-либо внешних, неестественных воздействий. Самый главный авторитет в дзэн – это собственная внутренняя природа. Разум человека, учит дзэн, постоянно пребывает в суете мирских дел, метаясь в им же созданных условностях и границах и не замечая их противоестественности. Требуется совсем немногое – за обыденностью и монотонностью жизни узреть Великий Символ и, познав глубину всех внешних форм, преодолеть ее. Только тогда все вещи откроются в единстве, а человек преодолеет ту тонкую, невидимую, но чрезвычайно плотную завесу, которая мешает ему слиться с природой и обрести «спонтанность самопроявлений духа».
Подвижники дзэн-буддизма в Японии нередко сами происходили  из самурайских родов и были тесно  связаны с воинским сословием.
Проповедуемые ими философские  концепции во многом соответствовали  образу жизни самураев и совершенствовали их моральную и духовную сферу. Дело в том, что языческие формы  синтоизма хотя и наполняли всю  деятельность самураев всепроникающим духом ками, но все же отставали от культурного роста нации и не могли заполнить образовавшиеся бреши в философском и морально-этическом воспитании. Однако духовные семена, посеянные религией синто, нашли питательную среду в религии буддизма, в частности в одном из его направлений – дзэн.
 
Дзэн-буддизм призывал к  абсолютной гармонии с природой.
Дзэн утверждал непознаваемость  Единой Вселенной, говорил о преходящем всего сущего, отрицал объективность  реальности, называя ее иллюзорным воплощением воображения. Дзэн-буддизм отрицал Бога в традиционном, общепринятом понимании, Бога, который требовал послушания и судил умерших, посылая их души в рай или ад. В дзэн человек выступал одной из жизненных сил мироздания и имел неоцэаниченные возможности. Являясь участником бесконечного цикла перерождений, он должен сам развивать свой внутренний мир и заложенные природой способности, постоянно работая над собой, совершенствуя дух и плоть.
Дзэн-буддизм, выделившись  из многочисленных сект, приспособив  взгляды и идеи махаяны к японским реалиям, вобрав в себя национальные особенности японского менталитета, вырос в жизнеутверждающую религию; высшая цель этого учения, по определению  одного из исследователей буддизма Касимо Хидэо, – это освобождение от страданий, которые большинство людей связывает с жизненными трудностями и несовершенством окружающего мира.
В период XVI–XVIII вв. все сферы  жизни японцев уже были буквально  насквозь пропитаны учением дзэн; что же касается самураев, то дзэн стал неотъемлемой частью их воспитания и  мировоззрения, окончательно определив  их философию и систему ценностей.
 
3. КОНФУЦИАНСТВО
Так же, как и дзэн, конфуцианская  философская мысль внесла настолько  большой вклад в историю, философию  всего японского народа, что его  невозможно очертить никакими границами. Учение великого китайца проникло в  самую душу народа и, наравне с  синтоизмом и дзэн, во многом определило психологию нации, ее культуру и мировоззрение.
В жизни великий мудрец неизменно воздерживался от четырех  вещей, которые нашли воплощение в сути самурайства:
1) не вдавался в пустые разговоры;
2) не был категоричен в своих суждениях;
3) не проявлял упрямства;
4) не думал о себе  лично.
 
Сутью учения Конфуция является понятие Великого Пути: «Человек способен сделать Путь великим, но великим  человека делает не путь». Путь у Конфуция отождествляется с истиной, которая  являет собой не только цель, но и  все, что ведет к ней. Всю философию  Конфуция пронизывает одна, ярко выраженная, идея – стремление к установлению порядка и спокойствия в мире людей. Одна из ключевых ролей в осуществлении  этой идеи отводилась благородному мужу.
«У благородного мужа добродетель  – ветер, у малых же людей она  – трава, склоняется трава вслед ветру».
В этом изречении Конфуция на примере благородного мужа определена вся сущность отношений между  правителями, то есть людьми, наделенными  властью, и подчиненными – народом. Ветер дует – трава склоняется.
Благородным мужем, по Конфуцию, может быть не каждый, а лишь тот, кто, обладая свободой выбора, сознательно  выбирает движение вперед и идет навстречу  судьбе, хотя мог бы остановиться и  отказаться от испытаний. Для исполнения предначертанного необходимо «знание  небесной судьбы», а им может обладать только благородный муж, поэтому  он способен, как хозяин, управлять  и распоряжаться своей судьбой. Судьба же выступает в роли Пути, который отождествляется с истиной, и если многим не под силу первое, то продвижение по Пути, выполнение человеком данной ему от природы  предназначенности, не только доступно, но и соответствует возможностям каждого.
Провозглашенные Конфуцием  добродетели, идея постижения Великого Пути, то огромное значение, которое  он придавал ритуалу, долгу, человечности, составили морально-этическую основу всей будущей системы взаимоотношений  не только в китайском, но и в японском обществе.
 
САМУРАЙСТВО
Представление о  философии  Японии, её современной жизни, экономике, истории, традиционной культуре было бы явно неполным без изучения вопроса  о самурайстве, его исторических аспектах зарождения.
Первые упоминания о самураях как об уже сложившемся воинском сословии, встречающиеся в японских исторических хрониках, в философских, литературных и поэтических произведениях, относятся к X – XII вв. Однако само движение как таковое зародилось в конце VII – начале VIII столетий и территориально вначале охватывало восток и северо-восток страны.
Буси, букэ, цувамоно – «воин», именно так назывались первые представители сословия военно-служилого дворянства. Это были замечательные бойцы, великолепно владеющие приёмами военного искусства, строго следовавшие закону долга и чести.  Позже за этими воинами-дружинниками на многие века закрепилось всем известное название «самурай».
 «Самурай» - образовано  от глагола «сабурау» - служащий великому человеку, человеку высшего сословия.
Историческими предпосылками  возникновения самураев является:
 во-первых,  бесконечная  война японцев с коренными  жителями, исконными обитателями  этих островов – айнами – была связана с постоянными вооруженными стычками, подавлением мятежей и восстаний, охраной границ уже завоёванных территорий;
во-вторых, институт полигамии, распространённый в среде средневековой  аристократии, и высокий уровень  рождаемости в этой среде привели  к неизбежному обособлению большой  группы выходцев из аристократических  семей. Сложная система наследования, принятая в среде японского дворянства тех времён, подобная институту майората в Европе, при котором всё имещество переходило к старшему из живущих сыновей умершего, приводила к тому, что у младших в роду оставалась единственная альтернатива: военная или монашеская карьера;
в-третьих, в раздробленной  на удельные княжества Японии в течении нескольких столетий не прекращались междоусобные войны. Каждый крупный даймё желал иметь хорошую вооруженную и обученную армию;
в-четвёртых, развитие феодальных отношений и растущие расходы  на военные действия соответственно усиливали эксплуатацию крестьян, которые  убегали со своих земель и были вынуждены пополнять ряды военных  отрядов самураев, не принимающих  участие в создании материальных благ.
Именно эти четыре причины  и способствовали выделению воинов-самураев в особую касту, а потом и в  сословие, наконец, превращение самураев в правителей-буси (самураи стали называть себя так, чтобы отдалиться от оскорбительного для нового поколения властителей Японии напоминания о «служении господину»). 
В период  гражданской  войны XII столетия появились предпосылки  будущего сёгуната – управления страной, осуществляемого самурайским сословием с верховным главнокомандующим во главе – Сёгуном. Первым сёгуном стал Минамото Ёритомо после победы в кровопролитной войне с другим могущественным домом – Тайра,  сумевший объединить вокруг себя все кланы самураев Японии.  Императорский двор Киото номинально был сохранён и продолжал существовать без оказания сколько-нибудь действенного политического влияния на жизнь японцев. Страной управлял правительственный орган бакуфу возглавляемый сёгуном. Так началась многовековая власть самураев, отнявших её у немощной и самоустранившейся от государственных дел старой аристократии ради пребывания в неге. Расцветом самураев пришёлся на эпоху Эдо (Токугава).
 


Роль бусидо в жизни самурая.
 Одним из следствий образования сословия воинов было оформление специфического мировоззрения самураев - бусидо - неписаного кодекса поведения самурая в обществе, представлявшего собой свод правил и норм "истинного", "идеального" воина. Бусидо, первоначально трактовавшееся как "путь коня и лука", в последствии стало означать "путь самурая, воина". Кроме того, слово "до" переводится ещё и как "долг", "мораль", что имеет соответствие с классической философской традицией Китая, где понятие "путь" является некой этической нормой (дао-дэ).
Бусидо касалось отношения  самураев к социальной феодальной общности, к людям того или иного класса, к государству. Содержание бусидо вышло за рамки прежних традиций родоплеменного общества - оно включило в себя догмы буддизма и конфуцианства и имело в своей основе новые нормы поведения. Постепенно развиваясь, бусидо превратилось в моральный кодекс воинов, являющийся в то же время преимущественно частью различных религиозных учений (буддизма, конфуцианства и синтоизма - национальной религии японцев), становилось также областью философского знания, предметом этики. Будучи слитым воедино с восточной философией, бусидо носило характер практического нравоучения. Самураи считали его методом совершенствования психической и телесной гигиены. Бусидо нравственно осмысляло философское миро учение в целом и было призвано научить самурая "правильной жизни" в феодальном японском обществе. Оно совмещало в себе теорию бытия и изучение психики человека, решало вопросы, связанные с понятием сущности индивидуума, его роли в окружающем мире, смысла жизни, добра и зла, нравственных ценностей и нравственного идеала. Воин, воспитанный в духе бусидо, должен был чётко сознавать свой моральный долг, должен был сам оценивать свои действия и поступки, морально осуждать себя в случае неправильных действий. Такое моральное самоосуждение влекло за собой харакири. Таким образом самурай смывал кровью бесчестье, позорящее его.
    
 Письменные  источники кодекса самураев.
Бусидо, как способ регулирования поведения воина, не опиралось непосредственно ни на какие специальные учреждения, принуждавшие к соблюдению моральных норм, оно основывалось на силе убеждения, общественного мнения, примера, воспитания, традиций и силе нравственного авторитета отдельных лиц, отмеченных в средневековой истории Японии.Принципы бусидо не были объединены в специальный свод правил и не были изложены ни в одном литературном памятнике феодальных времён, однако нашли своё отражение в легендах и повестях прошлого, рассказывающих о верности вассала своему феодалу, о презрении к смерти, мужестве и стойкости самураев.
По указанию Токугава Иэясу в первые же годы после его прихода к власти было составлено "Уложение о самурайских родах" ("Букэ сё хатто"), определявшее нормы поведения самурая на службе и в личной жизни. Вторым сочинением, посвящённым воспеванию догматов бусидо, было житийное описание подвигов князя
Такэда Сингэна в двадцати томах, авторство которого разделили Косака Дандзё Нобумаса и Обата Кагэнори. Несколько позднее появился труд Дайдодзи Юдзана (1639 - 1730) "Начальные основы воинских искусств" ("Будо сёсин сю"). И наконец, в 1716 г. вышли 11 томов книги "Сокрытое в листве" ("Хагакурэ"), ставшей "священным писанием" буси. Это любопытное произведение принадлежало Ямамото Цунетомо, монаху, а в прошлом самураю клана Сага на южном острове Кюсю. После смерти своего господина, даймё Набэсима Наосигэ, которому он верно служил десять лет, Ямамото принял постриг и всю оставшуюся жизнь посвятил обобщению догматов самурайской чести.
 
 Истоки кодекса самураев.
Самурайская мораль сформировалась в общих чертах одновременно с системой сёгуната, однако основы её существовали задолго до этого времени. Нитобэ Инадзо выделял в качестве основных источников бусидо буддизм и синто,а также учения Конфуция и Мэн-цзы. И действительно, буддизм и конфуцианство, пришедшие в Японию из Китая вместе с его культурой, имели большой успех у аристократии и быстро распространились среди самурайства. То, чего не доставало самураям в канонах буддизма и конфуцианства, в изобилии давало воинам синто. Наиболее важными доктринами, которые бусидо почерпнуло из синтоизма Особенно сильное влияние на бусидо оказал буддизм махаянистского направления, проникший в Японию в 522 г. Многие философские истины буддизма наиболее полно отвечали потребностям и интересам самураев. При этом популярнейшей сектой буддизма была "дзен", монахи которой внесли значительный вклад в дело развития бусидо.
Созвучие мировоззрения  сословия воинов, с положениями дзен-буддизма позволили использовать секту "дзен" в качестве религиозно-философской основы этических наставлений самурайства. Так, например, бусидо восприняло из дзен идею строгого самоконтроля. Самоконтроль и самообладание были возведены в ранг добродетели и считались ценными качествами характера самурая. В непосредственной связи с бусидо стояла также медитация дзен, вырабатывавшая у самурая уверенность и хладнокровие перед лицом смерти, которые рассматривались как нечто положительное и великое, как мужественное вхождение в "му" - небытие.
Из конфуцианства идеология  самураев прежде всего восприняла конфуцианские требования о "верности долгу", послушании своему господину, а также требования, касающиеся морального совершенствования личности. Конфуцианство способствовало возникновению в среде самураев и в их идеологии презрения к производительному труду, в частности к труду крестьян. То же самое легло в основу этико-политической философии Мэн-цзы, другого корифея конфуцианства, который называл принцип управления господствующего класса "всеобщим законом вселенной".
Так под воздействием синто, буддизма и конфуцианства формировались основные принципы самурайской этики, входившие в качестве составной части в мораль феодального общества, имеющую название "дакоту" (кит.: дао-дэ).
В числе главных принципов  самурайской морали выделялись: верность господину; вежливость; мужество; правдивость; простоту и воздержанность; презрение к личной выгоде и деньгам.
 
 
 
ОСНОВНЫЕ  ТРЕБОВАНИЯ БУСИДО
Бусидо даже нельзя назвать  учением в прямом смысле, это, скорее, одна из форм выражения феодальной идеологии, её основные положения и принципы, развивавшиеся из поколения в поколение в течении длительного времени. При всём этом бусидо являлось сословной моралью. Оно служило только самурайству, оправдывало все его действия и отстаивало его интересы. Чётко и довольно вразумительно требования Бусидо сформулированы в "Начальных основах воинских искусств" Дайдодзи Юдзана:
·        "Истинная храбрость заключается в том, чтобы жить, когда правомерно жить, и умереть, когда правомерно умереть.
·        К  смерти следует идти с ясным сознанием того, что надлежит делать самураю и что унижает его достоинство.
·        Следует  взвешивать каждое слово и неизменно задавать себе вопрос, правда ли то, что собираешься сказать.
·        Необходимо быть умеренным в еде и избегать распущенности.
·        В  делах повседневных помнить о  смерти и хранить это слово  в сердце.
·        Уважать  правило "ствола и ветвей". Забыть его - значит никогда не постигнуть добродетели, а человек, пренебрегающий добродетелью сыновней почтительности, не есть самурай. Родители - ствол дерева, дети - его ветви.
·        Самурай  должен быть не только примерным сыном, но и верноподданным. Он не оставит господина даже в том случае, если число вассалов его сократится со ста до десяти и с десяти до одного.
·        Верность, справедливость и мужество суть три природные добродетели самурая.
·        Если самурай, лёжа в постели, слышит разговор о своём господине или собирается сказать что-либо сам, он должен встать и одеться.
    
Основные  принципы бусидо.
Основным в бусидо были верность сюзерену, с которым буси находился в отношениях покровительства и служения, и честь оружия, являвшегося привилегией воина-профессионала, а не идеи лояльности к монарху или патриотического отношения ко всей Японии. Принцип верности выражался в беззаветном служении сюзерену и опирался на положения о верности, почёрпнутые из синто, буддийское убеждение в бренности всего земного, которое усиливало у самурая дух самопожертвования и не боязни смерти, и философию конфуцианства, сделавшую лояльность (верность вассала феодалу) первой добродетелью.
В моральном кодексе самураев феодальной эпохи большое значение придавалось также катакиути - кровной мести, узаконенной бусидо в качестве вида нравственного удовлетворения чувства справедливости. Верность сюзерену требовала непременного отмщения за оскорбление господина.
Рядом с верностью стоял принцип долга, превративший естественную настойчивость и упорство воинов в возвышенное начало морального порядка. В соответствии с догмами конфуцианства долг - это "смысл и закон явлений и жизни", "прямота души и поступков", или "справедливость". Из понятия  справедливость выводилось понятие "благородство", которое считалось "высшей чуткостью справедливости". "Благородство, - сказал один знаменитый буси, - это способность души принять определённое решение. согласно с совестью, без колебания: "Умереть, если это нужно, убить - когда это потребуется". Другой самурай заметил, что без понятия о благородстве "ни талант, ни наука не могут выработать характера самурая".
В японском языке долг, чувство (сознание) долга обозначается словом "гири" (букв.: "справедливый принцип"), которое произошло от "гиси" - "верный вассал, человек чести и долга, человек благородства". Выбор между долгом (гири) и чувствами (ниндзё) всегда должен был разрешаться в пользу долга.
Кроме верности и чувства  долга одним из ключевых требований Бусидо была  личная храбрость, несгибаемое мужество самурая, пример которого даёт нам биография Такэда Сингэна. Мужество подобного рода было плодом физической закалки, психической уравновешенности и спокойного презрения к смерти. Бусидо признавало только разумную храбрость, осуждая напрасный риск; неразумная, бесцельная смерть считалась "собачьей смертью".
     Принцип скромности  вырабатывался вследствие подчинённого положения рядовых воинов, невозможности для них поднимать голову перед своим господином. К скромности было близко также понятие "вежливость", подразумевавшее терпение, отсутствие зависти и зла. В лучшей своей форме вежливость приближалась, по конфуцианским понятиям, к любви. Развитию принципа вежливости способствовали постоянные упражнения в правильности манер, которые должны были привести все члены организма в гармонию, "при которой поведение будет показывать господство духа над плотью".
    
Второстепенные принципы самурайской этики.
Наряду с указанными выше основными принципами самурайская этика включала в себя ряд второстепенных, неразрывно связанных с главными и определявших поступки и поведение самураев.
     Умение владеть собой и управлять своими чувствами было доведено у самураев до большого совершенства. Душевное равновесие являлось идеалом бусидо, поэтому самурайская этика возвела этот принцип в ранг добродетели и высоко его ценила. Яркой иллюстрацией способности к самоконтролю самураев является обряд харакири.
     Отношение самурая  к смерти, многократно воспетое в литературе и неоднократно подтверждённое историческими примерами, отнюдь не являлось чем-то исключительным для народов Дальнего Востока. Наоборот, оно было естественным для всей даосско-буддийской системы мировоззрения, определявшей жизнь человека как звено в бесконечной цепи перерождений. Самоценность земной жизни для ревностного буддиста любого толка была очень невелика.  Буддийский тезис о непостоянстве всего сущего (мудзё-кан) лежит в основе всей японской культуры.
Именно такое представление  о смерти было присуще и самураям, которые видели своё предназначение в том, чтобы "уподобиться опадающим лепесткам сакуры", погибнуть в бою, "словно яшма, разбивающаяся об утёс".
     Самодисциплина, усугублявшаяся изощрёнными регламентациями, заставляла самурая всегда и во всём следовать закону чести, что, согласно убеждениям верующего буддиста, благотворным образом влияло на карму и обеспечивало счастье в следующих рождениях.
Речь идёт не о презрении  к смерти, а о равнодушном отношении к ней, о естественном принятии небытия, ожидающего "по ту сторону добра и зла". Самураи превратили тривиальную религиозную догму в средство воспитания сверхчеловеческого бесстрашия. Самур
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.