На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


Диплом Справедливость как философско-этическая категория. Содержание принципа справедливости. Реализация принципа справедливости в нормах уголовного кодекса РФ. Реализация принципа справедливости в правоприменительной практике.

Информация:

Тип работы: Диплом. Предмет: Правоведение. Добавлен: 18.10.2006. Сдан: 2006. Уникальность по antiplagiat.ru: --.

Описание (план):


2
Переделать:
1. Сократить объем до 70-60 стр.
1. Отредактировать поправки преподавателя
1. Добавить в список литературы 15-30 источников, желательно теоретических (монографии, статьи)
1. КАК МОЖНО БЫСТРЕЕ
1. По книге можно что-нибудь добавить или использовать ссылки.
1. МОЙ e-mail: buro82@mail.ru
Содержание
    Введение 3
    Глава 1. Понятие принципа справедливости 5
      1.1. Справедливость как философско-этическая категория 5
      1.2. Содержание принципа справедливости 13
    Глава 2. Реализация принципа справедливости в нормах уголовного кодекса РФ 27
      2.1. Реализация принципа справедливости в нормах общей части УК РФ 27
      2.2. Реализация принципа справедливости в нормах особенной части УК РФ 39
    Глава 3. Реализация принципа справедливости в правоприменительной практике 46
    Заключение 67
    Список используемой литературы 68
    Содержание
    Введение…………………………………………………………………….3
    Глава 1. Понятие принципа справедливости…………………………….5
    1.1. Справедливость как философско-этическая категория……………..5
    1.2. Содержание принципа справедливости (объединить с п. 1.3. …………………………….12
    1.3. Справедливость как принцип уголовного права…………………...29
    Глава 2. Реализация принципа справедливости в нормах Уголовного Кодекса РФ………………………………………………………………...39
2.1. Реализация принципа справедливости в нормах Общей части УК РФ…………………………………………………………………………..39
2.2. Реализация принципа справедливости в нормах Особенной части УК РФ……………………………………………………………………...52
Глава 3. Реализация принципа справедливости в правоприменительной практике…(можно сократить) …………………………………………………………………59
Заключение………………………………………………………………..88
Список литературы……………………………………………………….89

ВВЕДЕНИЕ


В соответствии с общепризнанным правовым принципом non bis in idem Конституция Российской Федерации устанавливает, что никто не может быть повторно осужден за одно и то же преступление (статья 50, часть 1), Международный пакт о гражданских и политических правах предусматривает, что никто не должен быть вторично судим или наказан за преступление, за которое он уже был окончательно осужден или оправдан в соответствии с законом и уголовно-процессуальным правом каждой страны (пункт 7 статьи 14), а Конвенция о защите прав человека и основных свобод закрепляет, что никакое лицо не должно быть повторно судимо или наказано в уголовном порядке в рамках юрисдикции одного и того же государства за преступление, за которое это лицо уже было окончательно оправдано или осуждено в соответствии с законом и уголовно-процессуальными нормами этого государства (пункт 1 статьи 4 Протокола № 7 в редакции Протокола N 11).
Указанный запрет, по существу, является конкретизацией общеправового принципа справедливости и направлен на обеспечение правовой безопасности и правовой стабильности, что нашло отражение и в уголовном законодательстве Российской Федерации. Согласно статье 6 УК Российской Федерации принцип справедливости в уголовном праве означает, что никто не может нести уголовную ответственность дважды за одно и то же преступление, а наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, т.е. соответствовать характеру и степени опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного. Эти положения корреспондируют и предписанию статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации о допустимости возложения на гражданина только таких ограничений прав и свобод, которые соразмерны конституционно значимым целям и направлены на защиту основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.
Это, конечно, прекрасно. Однако продекларировать, провозгласить какой-либо из принципов в законодательстве - это одно, а обеспечить его выполнение - задача куда более сложная.
Предметом рассмотрения данной дипломной работы является понятие принципа справедливости в уголовном праве и его реализация. Автор попытается выяснить, насколько велика пропасть в отечественном уголовном законодательстве между пафосной декларацией этого принципа, и тем, насколько его реальное воплощение в жизнь обусловлено тем же самым уголовным законодательством. Это и является главной целью данной работы.
В первой главе будут рассмотрены теоретические вопросы о понятии справедливости вообще и справедливости в уголовном праве в частности. Вторая глава также посвящена вопросам теоретического анализа норм Общей и Особенной частей УК РФ на предмет их соответствия принципу справедливости. Третья же глава посвящена анализу судебной практики по данной проблеме.
В работе будут использоваться работы Волженкина Б. В., Прохорова Л. А., Рарога А., Акимовой Е., Юшкова Ю. Н. и других авторов (перечислить фамилии наиболеее важных авторов) различных авторов, , написанные, в основном, в последние годы, а также обширная практика судов общей юрисдикции и Конституционного Суда. На основе анализа источников, автор попытается не только выявить проблемы, но и, по возможности, предложить свое решение, высказать свое отношение.
В конце каждой главы будут подведены промежуточные итоги, а в заключении автор постарается разрешить поставленные перед исследованием задачу, в соответствии с целью данной работы.

ГЛАВА 1. ПОНЯТИЕ ПРИНЦИПА СПРАВЕДЛИВОСТИ

1.1. СПРАВЕДЛИВОСТЬ КАК ФИЛОСОФСКО-ЭТИЧЕСКАЯ КАТЕГОРИЯ

Нравственное чувство справедливости заявляет о себе, прежде всего, как возмущение несправедливостью. Когда мы сталкиваемся, образно говоря, с «наказанием и награждением непричастных», в нас возникает глубокий протест, мы чувствуем, что нарушен важнейший принцип воздаяния по заслугам, и хотим восстановить попранный порядок справедливости. Каждый должен получить то, что он заслужил, и причем в свой срок. Если вознаграждения и сроки путаются, то происходит то, о чем пел Владимир Высоцкий: «А люди все роптали и роптали, а люди справедливости хотят: мы в очереди первыми стояли, а те, что сзади нас, уже едят!» Нас приводит в ярость нарушение равенства там, где оно должно неукоснительно соблюдаться, и доводит до исступления ситуация, когда злодей властвует и торжествует, а добрый и хороший человек унижен, подавлен и проводит свои дни в бедности.

Хотя некоторые специалисты права уверяют нас, что «талионное право» - око за око, зуб за зуб - осталось в далеком прошлом, я очень сомневаюсь в этом. Массовое сознание чаще всего жаждет равного воздаяния за проступок, особенно если этот проступок намеренно жесток и сознательно злокознен. В крайней ситуации это означает, что за оторванное ухо следует отрывать ухо. И «хотя современное просвещенное право стремится к полной отмене смертной казни, а за разбой и бандитизм дает длительные сроки заключения, множество людей продолжают видеть справедливым только наказание, приближенное к содеянному, когда преступник должен испытать те же страдания, что и жертва, а грабитель пережить эмоции ограбленного». Курс советского уголовного права / Под ред. А. А. Пионтковского, П. С. Ромашкина, В. М. Чхиквадзе. - М.: Юридическая литература, 1970. С. 79. Я не буду давать оценку этой тенденции, а просто зафиксирую ее как факт.

Возмущение несправедливостью - очень сильное чувство, способное подвигнуть людей на бунт, революцию, создание тайных обществ и политических партий, на борьбу с несправедливыми законами, которая длится порой всю жизнь. Справедливость - ведущий лозунг всех революций, ради нее жертвуют собственным благополучием, личным счастьем, развитием способностей и даже жизнью. Погибнуть за правое дело - всегда было почетно. Народные герои, в той или иной форме отстаивающие справедливость, надолго сохраняются в исторической памяти. Им ставят монументы, их имена дают улицам и городам.

Однако чувство справедливости, как всякое, впрочем, чувство, оказывается порой весьма коварным. На определенном этапе борьбы за справедливость можно обнаружить, что лозунг «Справедливость для всех» неявно подменяется заботой о справедливости для себя, т.е. под справедливостью скрытно таится забота о собственном благополучии: справедливо то, что хорошо для меня. К сожалению, многие боевитые политические лидеры, говорящие о справедливости от лица народа, как только приходят к власти, начинают понимать справедливость именно таким образом, да к тому же не всегда отдают себе в этом отчет. Они предпочитают «заблуждаться», сохраняя иллюзию о себе как о радетелях справедливости.

«Правовая система, чтобы отвечать требованию справедливости, должна предусматривать наделение равными правами и установление равных обязанностей, а также ответственности всех субъектов при одинаковом уровне поведения». Курс уголовного права. Общая часть. Том 1. Учение о преступлении: Учебник / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжловой. - М.: Зерцало, 1999. С. 97. Такой подход, мягко говоря, не всегда выдерживается. Право закрепляет равенство и неравенство. Так как значительная часть общественных отношений регулируется юридическими нормами, то вполне правомерен вывод о том, что в реальной жизни абсолютной справедливости нет.

Понимание права как равенства (как общего масштаба и равной меры свободы людей) включает в себя с необходимостью и справедливость.

И по смыслу, и по этимологии справедливость (iustitia) восходит к праву (ius), обозначает наличие в социальном мире правового начала и выражает его правильность, императивность и необходимость.

«Латинское слово ьstitia переводится на русский язык и как «справедливость», и как «правосудие». Не совсем ясно, идет ли речь по существу об одном понятии или о разных. Возможно, мы имеем дело в данном переводе со справедливостью, включающей в себя и правосудие. Подтверждение можно найти в образе богини справедливости Фемиды с Весами Правосудия. Интересны символические средства, используемые для данного образа: завязанные глаза, означающие не что иное, как равный (одинаковый, но не уравнительный) правовой подход ко всем (проявление абстрактно-формального равенства), весы и др». Дурманов Н. Д. Советский уголовный закон / Н. Д. Дурманов. - М. Юридическая литература, 1967.

Поступать по справедливости - значит ли действовать соответственно общим и равным требованиям права?

В комментарии к одному преторскому эдикту Ульпиан писал: «Какие правовые положения кто-либо устанавливает в отношении к другому, такие же положения могут быть применены и в отношении его самого» (фраза, напоминающая нам впоследствии сформулированный Кантом категорический императив). По мнению Аристотеля: «Справедливость - это душевная добродетель, состоящая в том, чтобы всем воздать по заслугам».

В ХVIII cтолетии веке английский юрист Блэкстоун дал следующее определение: «Закон есть норма гражданского поведения, предписанная верховной властью в государстве, указывающая на то, что верно и справедливо, и запрещающая то, что неверно и несправедливо». Эта формулировка не раз подвергалась критике, в основу которой была положена мысль о несовместимости права и справедливости. При отрицании правовой природы справедливости мы имеем дело с подменой правового (всеобщего и равного) значения справедливости неким отдельным, частным (даже частичным) интересом и произвольным содержанием. Другой вопрос, что нередко на практике при одинаковом поведении субъекты наделяются разными правами и обязанностями, а также ответственностью.

«Назначение права - регулировать и направлять поведение людей в обществе. Возникая в ответ на общественную потребность в поддержании устойчивости и целостности общества, право выражает общественно-историческую необходимость его существования и развития». Наумов А. В. Российское уголовное право. Общая часть. Курс лекций / А. В. Наумов. - М.: Издательство БЕК, 1997. С. 37. Оно имеет официально закрепленный и гарантированный государством характер. Исполнение его норм обеспечивается силой принуждения с помощью органов государства и должностных лиц. Право в качестве своего источника имеет волю законодателя, будь то народное собрание, монарх, парламент или Государственная Дума.

«Принятые законы формально закрепляют, фиксируют права и обязанности граждан. Заключенные в них требования являются теперь обязательными для исполнения, а нарушения этих требований или отклонения от них рассматриваются как незаконное поведение, предполагающее правовую ответственность». Разгильдяев Б. Т. Задачи уголовного права Российской Федерации и их реализация / Б. Т. Разгильдяев. - Саратов, 1993. С. 42.

Справедливость же, входящая в понятие права, это саморегулятор поведения человека. Человек зачастую руководствуется простыми соображениями собственной выгоды, следуя утилитарному интересу.

Довольно часто вместо «не справедливости» ведут речь о «не праве», бесправии. Если просто следовать языку, подсказывающему, что «неглубокий» есть отрицание «глубины», можно заключить, что несправедливое право есть не-право, и исключить его из сферы действующего права. Но правильно ли это? Цицерон считал и плохой закон действующим («Lex mala»).

Здесь необходимо признать, что справедливость - категория оценочная. То, что представляется справедливостью для одних, часто оборачивается несправедливостью для других. Причем каждая сторона искренне убеждена в истинности и справедливости своей позиции, ее самоочевидности и негодует на несогласных.

Истоки многих конфликтов (экономических, политических, национальных) лежат нередко в разной оценке той или иной ситуации с позиции взаимодействующих сторон. Студент, которому достался «трудный» билет на экзамене недоволен, а другой, которому достался «легкий», - вполне; старушка, которой не уступили места в трамвае, считает такое положение вещей несправедливым, а молодой человек думает, что он заслужил это сидение, так как целый день работал, и т.д.

Учитывая динамизм справедливости, а также ее относительный характер, необходимо четко осознавать, что справедливость содержит в себе элементы несправедливости, доля которых зависит от уровня развития общества (правовых, моральных, экономических, политических и других отношений).

Задача государства и общества состоит в том, чтобы соотношение этих составляющих элементов была в пользу первого, а не второго, чтобы уровень справедливого в регулировании общественных отношений, в положении членов общества неуклонно повышался, а степень несправедливости так же неуклонно шла на снижение. Таким образом, справедливо то, что соответствует праву. Действовать по справедливости - значит действовать правомерно, соответственно всеобщим и равным требованиям права.

Справедливость входит в понятие права. Исходя из определения, право является справедливым, а справедливость - внутреннее свойство и качество права. Поэтому всегда уместен вопрос о справедливости или несправедливости закона - это, по существу, вопрос о правовом или неправовом характере закона, его соответствии или несоответствии праву. Но такая постановка вопроса неуместна, поскольку право (уже по понятию) всегда справедливо и является носителем справедливости в социальном мире. Более того, только право и справедливо. Ведь справедливость потому собственно и справедлива, что воплощает собой и выражает общезначимую правильность, а это в своем рационализированном виде означает всеобщую правомерность, т.е. существо и начало права, смысл правового принципа - всеобщего равенства и свободы. Соотношение права и справедливости в юридической литературе трактуется неоднозначно. Спектр мнений по данному вопросу лежит между полным непризнанием справедливости юридических категорий и общим определением права как нормативно закрепленной справедливости.

Отрицание юридического характера справедливости позволяет сделать заключение о том, что право по своей природе может быть несправедливым. Отсюда можно сделать вывод, что нет принципиальной разницы между ним и произволом, т.к. произвол всегда несправедлив. Но такой подход не будет соответствовать образу права, который сложился в общественном сознании и которое не считает правом несправедливые законы, а несправедливые решения и приговоры суда не воспринимает в качестве актов правосудия.

Какого-либо другого принципа, кроме правового, справедливость не имеет, хотя. (справедливость имеет еще и нравственное значение.) «Отрицание же правового характера и смысла справедливости неизбежно ведет к тому, что за справедливость начинают выдавать какое-нибудь неправовое начало: требование уравниловки или привилегий, те или иные моральные, нравственные, религиозные, мировоззренческие, эстетические, политические воззрения, интересы, требования. Тем самым, правовое (т.е. всеобщее и равное для всех) значение справедливости подменяется каким-либо отдельным, частичным интересом и произвольным содержанием». Игнатов А. Н. Уголовное право. Общая часть. Лекция 1. Введение в изучение уголовного права. Уголовный закон / А. Н. Наумов. - М.: Издательство Норма, 1996. С. 42.

Неточно отождествление права и справедливости, т.к. сущность права не исчерпывается идеей справедливости. Право - это и свобода, равноправие, законность. Справедливость рассматривается не как право в целом, а как один из его общих принципов. В этом качестве справедливость не только взаимодействует с другими отправными началами, но может вступать с ними в известные противоречия. Например, с позиций справедливости каждый преступник должен понести наказание за содеянное. Однако уголовному праву известны такие институты, как давность в совершении преступления, амнистия и помилование, позволяющие освободить виновного от наказания полностью или частично. В данном случае обязательность наказания уступает место милосердию, а действие принципа справедливости корректируется с позиции гуманизма.

Как общий принцип правового регулирования общественных отношений справедливость не получила текстуального закрепления в конкретных правовых нормах, а дедуцируется на совокупности юридических предписаний, выступая одним из критериев, отличающих правовое законодательство от санкционированного произвола. При этом неизбежно возникает вопрос, что считать мерилом самой справедливости, если представления о ней могут меняться не только от одной исторической эпохи к другой, но и от человека к человеку. А судьи кто?

Человеческий суд - зачастую суд неправый. Существует ли вообще объективная основа справедливого, не зависимая от чьего-либо объективного усмотрения?

Таким критерием должен быть сам человек как участник общественных отношений. С этой точки зрения объективно справедливо все, что способствует развитию человеческой личности, ее обогащению и совершенствованию. Отсюда справедливость права заключается в его соответствии главным направлениям социального прогресса, в обеспечении поступательного движения общественных отношений путем закрепления прав и обязанностей их участников, соразмерных достигнутому ими уровню.

«Закрепление такой соразмерности осуществляется как посредством законодательства, так и в результате правоприменения, когда необходимая нормативная база отсутствует либо существующее законодательство противоречит юридическим принципам. В последних двух случаях решающее значение приобретает прецедентная практика судебных органов». Словарь по уголовному праву / Под ред. А. В. Наумова - М.: БЕК, 1997. С. 312.

Наша правовая доктрина отрицает судебный прецедент как источник действующего права, это привело к возникновению такой его альтернативы, как делегированное судебное правотворчество, осуществляющееся внешними судебными инстанциями. Но судебное правотворчество, имеющее неоспоримое преимущество перед нормотворчеством ведомственным, не поспевает за жизнью, так как для него требуется обобщение имеющейся практики. До тех пор, пока это не произошло, и у судов не появилась возможность применять общую норму, их деятельность при разрешении однородных дел не может иметь необходимого единообразия, что наносит ущерб правопорядку, подрывает престиж власти, а в конечном итоге нарушает принцип справедливости. Нужен более гибкий и мобильный механизм восполнения пробелов в действующем законодательстве.

«Социальную справедливость необходимо отлить в четкую форму - конкретные правовые нормы. Это обеспечит силу законодательства, которое должно шагать в ногу с требованиями жизни». Уголовное право Российской Федерации. Общая часть: Учебник / Под ред. проф. Б. В. Здравомыслова. - Изд. 2-е, перераб. и доп. - М.: Юристъ, 1999. С. 48. Пример из истории мы все хорошо помним. Причиной второго похода за данью, совершенного князем Игорем в 945 году, как представляется, была не политика эксплуатации и угнетения, а несовершенство законодательства Древней Руси. Не случайно жена Игоря, Ольга, после его гибели привела законодательство в соответствие с реальностью, вводя «уроки» - строго фиксированные размеры дани. И древляне успокоились.

Для любого общества сложнее всего было «приземлить» абстрактную справедливость, провозгласить верность ей, сделать ее реальной. Препятствует этому несовершенство человека, детерминирующая его склонность к ошибкам, что, безусловно, присуще и тем, кто вершит суд над людьми.

Социальная справедливость есть цель, к которой движется всякое общество. Вряд ли существует социум уже достигший этой цели, поскольку движение к социальной справедливости постоянно тормозится человеческими коллизиями, ошибками и даже преступлениями.

Проблема справедливости как социально-экономического и нравственного явления продолжает оставаться открытой для дискуссий и социальных проектов.

1.2. СОДЕРЖАНИЕ ПРИНЦИПА СПРАВЕДЛИВОСТИ

Одна из важных особенностей Уголовного кодекса РФ заключается в том, что в нем в законодательном порядке закреплены принципы законности, равенства, вины, справедливости и гуманизма (ст. ст. 3 - 7 УК РФ). Они известны давно, много раз исследовались в научной литературе, но ранее существовали в виде научных идей. Теперь же они стали действующими нормами и в связи с этим появились вопросы, которые пока не подвергались глубокому анализу. Адресованы ли эти нормы-принципы только законодателю, который обязан руководствовался ими при формулировании конкретных уголовно-правовых норм, или также правоприменителю? Как поступить, если в УК РФ оказались нормы, противоречащие принципам уголовного права, и должны ли правоприменители руководствоватьсялся нормами-принципами в процессе толкования и применения норм уголовного права, особенно если возникли неясные и спорные вопросы?

Внедрение принципов в правоприменительную практику представляет определенную сложность, в частности, потому что они сформулированы широко и выглядят скорее как лозунги или пожелания, а не как конкретные предписания. Поэтому первой задачей является конкретизация их содержания. Однако некоторые из них можно применять непосредственно. Это касается, прежде всего, принципа справедливости. Его общая формулировка, содержащаяся в ч. 1 ст. 6 УК РФ, конкретизируется в ч. 2 ст. 6 УК РФ: никто не может нести уголовную ответственность дважды за одно и то же преступление. Это правило основано на положении ч. 1 ст. 50 Конституции РФ: никто не может быть повторно осужден за одно и то же преступление. Однако формулировка ч. 2 ст. 6 УК РФ шире: в ней говорится не об осуждении, а об уголовной ответственности, которая включает не только осуждение, но также решение других вопросов, связанных с ним (например, наказуемости). Поэтому несправедливым следует считать повторный учет одних и тех же обстоятельств, ухудшающих положение виновного при назначении ему наказания.

Соответствующее положение зафиксировано ва ч. 2 ст. 63 УК РФ: если отягчающее обстоятельство предусмотрено соответствующей статьей Особенной части в качестве признака преступления, то оно само по себе не может повторно учитываться при назначении наказания. Добавим, что речь идет как об основных, так и о квалифицирующих признаках составов. Например, при назначении наказания за убийство по ст. 105 УК РФ нельзя учитывать наступление тяжких последствий (п. «б» ч. 1 ст. 63 УК РФ), ибо любое убийство заключается в причинении таких последствий. То же можно сказать о групповом совершении преступления (п.п. «а», «в» ч. 1 ст. 63 УК РФ) и других обстоятельствах, если они указаны в нормах Особенной части (п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ и т. д.) и, следовательно, уже учтены в их санкциях. Их повторный учет как обстоятельств, отягчающих наказание, недопустим.

Содержание принципа справедливости раскрывается в ст. 6 УК РФ:

1. Наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельст-вам его совершения и личности виновного.

2. Никто не может нести уголовную ответственность дважды за одно и то же преступление.

Положение ч. 2 ст. 6 УК РФ о том, что никто не должен нести уголовную ответственность за одно и то же преступление, является воспроизведением нормы конституционного права, выраженного в ст. 50 Конституции РФ: «Никто не может быть повторно осужден за одно и то же преступление», что делает этот принцип конституционным.

Справедливость в уголовном праве в известном смысле аккумулирует в себе и другие важнейшие его принципы, и в первую очередь принципы законности, равенства граждан перед законом и гуманизма. Каждый из указанных принципов имеет, как отмечалось, свое специфическое содержание. Вместе с тем каждый из них характеризует определенную качествен-ную сторону (или аспект) справедливости в уголовном праве, без которой нет и не может быть справедливости в целом. Так, нет справедливости, если при отправлении правосудия по уголовному делу нарушается законность, принцип равенства граждан перед законом, принцип гуманизма. Таким образом, справедливость можно рассматривать и как обобщающий принцип или обобщающее начало уголовного права.

Данный принцип есть проявление в уголовном праве этической категории справедливости. Она характеризует соотношение определенных явлений с точки зрения распределения добра и зла между людьми: соотношение между ролью людей (классов, социальных групп) и их социальным положением; соотношение между деянием и воздаянием (частный случай этого явления - соотношение между преступлением и наказанием); правами и обязанностями. Соответствие между характеристиками первого и второго порядков оценивается в этике как справедливость, несоответствие - как несправедливость.
Уголовно-правовое содержание принципа справедливости заключается в том, что наказание или иная мера уголовно-правового воздействия, примененная к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, т.е. соответствовать тяжести преступления, конкретным обстоятельствам совершения преступления и особенностям личности преступника. Этот принцип означает максимальную индивидуализацию ответственности и наказания. Возможность реализации этого принципа заключается в самом содержании уголовного закона. Так, санкции статей Особенной части УК носят относительно-определенный (предусматривают наказание в определенных пределах) или альтернативный (предусматривают не одно, а несколько видов наказания) характер. Еще более широкие пределы индивидуализации ответственности виновного установлены в статьях Общей части УК (например, в ст. 61, 62, 64, 73 - 85), которые позволяют при наличии определенных обстоятельств существенно смягчить ответственность и наказание виновного либо освободить его от уголовной ответственности и наказания.
Одним из важных условий назначения справедливого наказания является правильная юридическая оценка содеянного виновным. Вмененное подсудимому преступление должно быть квалифицировано в точном соответствии со статьей (частью статьи) УК РФ, предусматривающей ответственность за совершение этого деяния. Назначенное наказание должно соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.
Характер общественной опасности преступления зависит от установленных судом объекта посягательства, формы вины (т.е. умысла и неосторожности), отнесения УК РФ преступного деяния к соответствующей категории преступлений, а степень общественной опасности преступления определяется обстоятельствами содеянного (например, степенью осуществления преступного намерения, способом совершения преступления, размером вреда или тяжестью наступивших последствий, ролью виновного при совершении преступления в соучастии). При назначении наказания учитываются обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также иные обстоятельства, характеризующие личность виновного.
Однако это не означает, что только в нормах УК РФ о назначении наказаний в полной мере реализуется принцип справедливости. Вовсе нет. В силу своего предельно абстрактного значения, принцип справедливости, как уже отмечалось, имеет для уголовного права общее значение, то есть, по сути, должен пронизывать любые нормы уголовного закона, как Общей, так и Особенной частей. Разве нормы о вине, субъекте, или, допустим, применении уголовного закона, не должны соответствовать принципу справедливости? Конечно, должны.
Однако в силу традиций теории уголовного права в нашей стране именно правила уголовного законодательства о назначении наказаний прямо ассоциируются с принципом справедливости. Нормы о наказании также неоднородны, и наибольшие проблемы как в теории, так и на практике вызывали вопросы, связанные с институтами неоднократности, совокупности, множественности, рецидиве преступлений.
Например, совокупностью преступлений признается совершение двух или более преступлений, предусмотренных различными статьями или частями статьи УК РФ, ни за одно из которых лицо не было осуждено (ч. 1 ст. 17 УК РФ). Еще в период действия прежнего Уголовного кодекса РСФСР было выработано положение, что если лицо совершило два или более тождественных преступлений, но с разными квалифицирующими признаками, указанными в различных частях одной и той же статьи, то содеянное рассматривалось как совокупность преступлений. Точно так же совокупностью считалось совершение лицом однородных действий, из которых одно квалифицируется как оконченное преступление, а другое - как приготовление, покушение или соучастие в преступлении. Это положение было закреплено в постановлении № 3 Пленума Верховного Суда СССР от 31 июля 1981 г. «О практике назначения наказания при совершении нескольких преступлений и по нескольким приговорам» и многократно реализовывалось в приговорах судов по конкретным делам. Как считают современные исследователи и в соответствии с положениями УК 1996 г., в этих ситуациях действия виновного являются совокупностью преступлений.
В связи с этим до недавнего времени возникали многочисленные проблемы как в теории, так и на практике, рассмотрение во огромном количестве научных работ различных авторов.
«Нетрудно заметить, что в указанных и ряде других случаев (в частности, при совершении однородных преступлений, создающих неоднократность согласно положениям соответствующих статей Особенной части УК) признаки неоднократности и совокупности вступают в коллизию. Казалось бы, решение этой коллизии предложено ч. 3 ст. 16 УК: «В случаях, когда неоднократность преступлений предусмотрена настоящим Кодексом в качестве обстоятельства, влекущего за собой более строгое наказание, совершенные лицом преступления квалифицируются по соответствующей части статьи настоящего Кодекса, предусматривающей наказание за неоднократность преступления». Однако это положение закона приходится толковать ограничительно, поскольку оно может быть применено только к случаям, когда неоднократность состоит исключительно из тождественных преступлений, ничем не отличающихся друг от друга по юридически значимым признакам. Но ведь неоднократность создает и нетождественные преступления. Например, виновный совершил разбой, а затем кражу. Разве можно, руководствуясь положениями ч. 3 ст. 16 УК, квалифицировать все содеянное как кражу, совершенную неоднократно? Очевидно, что в этом и аналогичных случаях имеет место так называемая смешанная неоднократность, поскольку в ней одновременно наличествуют признаки двух видов множественности, предусмотренных УК: совокупность и неоднократность. Преступления квалифицируются по совокупности со вменением признака неоднократности при квалификации второго преступления». Маевский В. Закон не должен противоречить здравому смыслу // Российская юстиция. - 2001. - № 5. - С. 23.
На практике получалось так, что при совокупности преступлений наказание назначается отдельно за каждое совершенное преступление. Когда при смешанной неоднократности наказание за второе преступление будет определено с учетом квалифицирующего признака «неоднократно», получится, что за первое преступление виновный как бы несет ответственность дважды. Подобное можно было бы допустить, если бы продолжали действовать правила назначения наказания по совокупности преступлений, установленные в свое время УК РСФСР, когда применялись принципы поглощения менее строгого наказания более строгим или же принципы полного или частичного сложения назначенных наказаний, но в пределах, установленных статьей, предусматривающей более строгое наказание.
УК РФ закрепил новый порядок назначения наказания по совокупности преступлений (ст. 69). Вышеизложенные принципы применялись лишь в ситуации, когда совокупность составляют только преступления небольшой тяжести. «Если же хотя бы одно из преступлений, совершенных по совокупности, является преступлением средней тяжести, тяжким или особо тяжким, то окончательное наказание назначается путем частичного или полного сложения наказаний. При этом суд имеет право выходить за пределы санкций, предусмотренных за совершение преступлений, входящих в совокупность, и назначить наказание при полном или частичном сложении до двадцати пяти лет лишения свободы». Там же.
С учетом порядка назначения наказания по совокупности преступлений, установленного УК 1996 г., понятия неоднократности и совокупности вошли в резкое противоречие друг с другом. Примеров такого противоречия и несправедливости принимаемых решений при следовании правилам, сформулированным в УК РФ, можно привести множество. Проиллюстрирую это на ряде ситуаций применительно к распространенным случаям совокупности преступлений против собственности и против личности.
Допустим, виновный привлечен к ответственности за совершение двух или более грабежей. По ч. 2 ст. 161 УК РФ он максимально может быть осужден на семь лет лишения свободы. Если же он совершил грабеж, а затем хотя бы одну кражу, то при полном сложении наказаний, назначенных по ч. 1 ст. 161 и по ч. 2 ст. 158 УК РФ, наказание увеличивается до десяти лет лишения свободы. Преступнику, дважды, трижды и т.д. совершившему кражу с незаконным проникновением в жилище, грозит по п. п. «б» и «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ наказание до шести лет лишения свободы. Если же он совершил кражу с проникновением в жилище, а затем обычную кражу, по совокупности преступлений, квалифицируемых по п. «в» ч. 2 ст. 158 и п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, он может быть осужден на двенадцать лет лишения свободы.
Аналогична история с преступлениями против личности. Преступник, совершивший два квалифицированных убийства, например, из корыстных побуждений, может быть приговорен по п. п. «з» и «н» ч. 2 ст. 105 УК РФ только к двадцати годам лишения свободы, а совершивший простое и квалифицированное убийство при сложении наказаний - к двадцати пяти годам лишения свободы. Более того, лицо, совершившее убийство, а затем умышленное причинение тяжкого вреда здоровью и осужденное по совокупности преступлений по ч. 1 ст. 105 и п. «в» ч. 3 ст. 111 УК РФ, может быть наказано строже, чем виновный в совершении двух убийств при отягчающих обстоятельствах. Несправедливость подобных решений очевидна.
Указанная коллизия признаков неоднократности и совокупности преступлений уже отмечалась. Волженкин Б. В. Неоднократность преступлений, их совокупность и рецидив по Уголовному кодексу РФ 1996 г. / Проблемы борьбы с преступностью в условиях Северо-Кавказского региона. Тезисы докладов и сообщений участников межвузовской научно-практической конференции. - Ростов-на-Дону, 1997, С. 12 - 14; Волженкин Б.В. Модельный Уголовный кодекс для государств - участников СНГ и новое уголовное законодательство России / Проблемы уголовного права в связи с реформой уголовного законодательства. Сборник научных трудов. - М., 1997. С. 19 - 20; Попов А. Неоднократность умышленных убийств // Уголовное право. - 1998. - № 1. - С. 28 - 31. Для устранения такого противоречия разработчиками проекта закона о внесении изменений и дополнений в УК РФ было предложено изложить ч. 3 ст. 16 УК в следующей редакции: «В случаях, когда неоднократность преступлений предусмотрена в статьях Особенной части настоящего Кодекса в качестве обстоятельства, влекущего за собой более строгое наказание, каждое из входящих в неоднократность преступлений квалифицируется самостоятельно. Все эти деяния одновременно образуют также совокупность преступлений...». См.: Скуратов Ю. И. Послесловие / Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации // Под ред. Ю. И. Скуратова, В. М. Лебедева, Э. Ф. Побегайло. - М., 1996, С. 801. Примерно такое же предложение высказано Ю. И. Бытко. См.: Бытко Ю. И. Учение о рецидиве преступлений в российском уголовном праве / Ю. И. Бытко. - Саратов, 1998. С. 186. Если это предложение будет принято, даже абсолютно тождественные преступления придется квалифицировать не только как неоднократные, но и по правилам совокупности преступлений и по тем же правилам назначать наказание. Так, действия виновного, совершившего три обычные кражи, будут квалифицироваться по ч. 1 ст. 158 и дважды по ч. 2 ст. 158 УК, и соответственно при сложении назначенных наказаний общий срок наказания может исчисляться в пятнадцать лет. Сразу нашлись и противники этого предложения, позиция которых, на мой взгляд, гораздо убедительнее.
«Такое предложение абсолютно неприемлемо. Осуждение за неоднократное совершение преступлений с одновременным признанием совокупности и применением правил сложения наказаний, назначенных за каждое неоднократное преступление, лишь усугубит нарушение принципа справедливости.
Однако изложенная выше идея проведена в Уголовном кодексе непоследовательно. Признав судимость квалифицирующим признаком для любых преступлений, а судимость два или более раза - особо квалифицирующим признаком, Кодекс фактически сохранил старую концепцию рецидива и особо опасного рецидивиста, существовавшую в УК РСФСР. Ведь лицо, несколько раз судимое, например, за кражи или разбои, и есть особо опасный рецидивист, если пользоваться старой терминологией». Маевский В. Указ соч. С. 24.
В практике применения норм УК РФ возникали парадоксальные ситуации. «Так, Арсеньевским районным судом А. был признан виновным в хищении трех кур на общую сумму 150 руб. по п. п. «б» и «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ. Преступление совершено в период отбывания условного наказания. В соответствии с требованиями ч. 2 ст. 68 УК РФ наказание ему должно быть назначено не ниже двух третей максимального срока (6 лет - по ч. 2 ст. 158 УК РФ), т.е. четырех лет лишения свободы, что суд и сделал, присоединив к тому же еще 6 месяцев по прежнему приговору. Тот же районный суд осудил по ч. 2 ст. 158 УК ранее судимого С., виновного в хищении 10 л моторного масла стоимостью 130 руб., к четырем годам лишения свободы.
Приговором Тепло-Огаревского районного суда по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК к пяти годам лишения свободы за кражу молочного бидона стоимостью 413 руб. осужден С., ранее трижды судимый за кражу». Маевский В. Указ соч. С. 25.
Итак, за кражу трех кур - четыре года лишения свободы, столько же - за хищение 10 л моторного масла, пять лет - за кражу молочного бидона. Нужно ли доказывать, что наказание в приведенных случаях явно не соответствует характеру и степени общественной опасности и совершенного преступления?
Но ведь такие решения предлагаются государственными обвинителями и принимаются судьями вовсе не потому, что у них «сердце шерстью обросло», а потому, что они были убеждены - закон требует от них принятия именно этих решений.
Твердо усвоив новые правила назначения наказания при рецидиве преступления, судьи и прокуроры умудрялись не замечать, что закон (ч. 3 той же ст. 68 УК РФ) определил случаи, когда эти правила не применяются. «Судебная коллегия по уголовным делам Тульского областного суда, рассматривая в кассационном порядке уже упомянутые дела, согласилась с доводами кассационных протестов прокурора о необходимости, несмотря на наличие рецидива преступления, признать незначительность размеров хищений, на основании ст. 64 УК РФ, исключительным обстоятельством, существенно уменьшающим степень общественной опасности этих преступлений. Наказание было снижено». Маевский В. Указ соч. С. 25.
Споры возникали вокруг ситуаций, когда в норме Особенной части в качестве квалифицирующего указано одно обстоятельство (например, неоднократность), а фактически квалификация дается ввиду наличия другого обстоятельства - рецидива, т. е. прежней судимости за аналогичное или однородное преступление (примером мог служить п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ; в котором указана неоднократность, но эта норма применялась также при рецидиве). Возникал вопрос: распространяются ли на подобные случаи правила ч. 2 ст. 63 УК?
Разъяснение Пленума Верховного суда РФ и его решения по приведенным делам соответствовали буквальному тексту ч. 3 ст. 68 УК РФ ибо в ней говорится только о судимости, но не упоминается неоднократность. Однако эта позиция представляется неверной, ибо она приводила к двойному учету одного и того же обстоятельства: и при квалификации преступления как неоднократного, и при обязательном повышении минимальных пределов наказания, предусмотренных ч. 2 ст. 68 УК РФ.
Вопрос о справедливости возникал также при установлении соотношений между правилами учета неоднократности и рецидива как обстоятельств, отягчающих наказание, с одной стороны, и правил назначения наказания по совокупности преступлений и приговоров - с другой. В ст. ст. 69 и 70 УК РФ было предусмотрено сложение наказаний и повышенные по сравнению с общими (для видов наказания) максимальные пределы сложения. Сами по себе эти правила вполне обоснованные, так как совершение нескольких преступлений (и особенно нового преступления во время отбывания наказания, течения испытательного срока при условном осуждении и т. д.) свидетельствуют о повышенной опасности виновного. Проблема была в другом: можно ли при осуждении по совокупности учитывать неоднократность или рецидив преступлений как обстоятельство, отягчающее наказание на основании п. «а» ч. 1 ст. 63 УК?
Практически все авторы на этот вопрос дали отрицательный ответ. Совершение нескольких преступлений или наличие судимости за прежние преступления уже учтено в более строгих (по сравнению с осуждением за одно преступление) правилах назначения окончательного наказания по совокупности преступлений или приговоров и поэтому не должно учитываться еще и как обстоятельство, отягчающее наказание.
К принципу справедливости обращались при решении еще одного вопроса, связанного с назначением наказания за несколько эпизодов тождественных преступлений, квалифицируемых по одной и той же норме Особенной части. При осуждении за все факты одним приговором суд назначал за все содеянное единое наказание, причем в пределах максимального размера санкции статьи (части статьи).
Положение, однако, несколько менялось, если преступления были раскрыты в разное время и по каждому факту выносился отдельный приговор, в связи с чем необходимо было определить наказание, подлежащее фактическому отбытию, и, если оно назначалось путем сложения, то его максимально допустимые пределы. Пленум Верховного суда РФ в п. 16 постановления от 11 июня 1999 г. разъяснил: «Если после вынесения приговора по делу будет установлено, что осужденный виновен еще и в другом преступлении, совершенном им до вынесения приговора по первому делу, и преступления по первому и второму приговорам квалифицированы различными пунктами одной и той же части соответствующей статьи УК РФ (часть вторая ст. 105 УК РФ, части вторая, третья и четвертая ст. 111 УК РФ и т. п.), окончательное наказание назначается по правилам части пятой статьи 69 УК РФ, однако оно не может превышать максимального срока лишения свободы, предусмотренного соответствующей частью статьи Особенной части УК РФ».
«Очевидно, что аналогичное решение должно было быть принято также и тогда, когда содеянное предусмотрено одной и той же частью статьи, которая не делится на пункты, или же статьей, которая не делится на части - важно, что оба преступления тождественны и квалифицируются одинаково. Ссылка же на ч. 5 ст. 69 УК РФ означает, что после назначения окончательного наказания должен быть произведен зачет наказания, отбытого по первому приговору». Лебедев. В. М. О некоторых вопросах применения судами уголовного наказания // Бюллетень Верховного Суда РФ. - 1999. - № 9. - С. 4.
В. Минская критикуя это положение как противоречащее понятию совокупности преступлений, содержащемуся в ст. 17 УК, отмечала «фактически получается, что совокупность преступлений возможна и при квалификации деяний по одной и той же части соответствующей статьи УК РФ, которая содержит в различных пунктах альтернативно квалифицирующие признаки одного и того же состава преступления, запрещенного законом под угрозой наказания, содержащегося соответственно в одной санкции». Минская В. Спорные вопросы назначения наказания // Уголовное право. - 1999. - № 4. - C.21.
Примерно с тех же позиций оценивали указанную рекомендацию А. Рарог и Е. Акимова: подчеркивая, что оба преступления предусмотрены одной и той же частью статьи УК, Пленум как бы намекает на то. что ситуация не подпадает под определение совокупности преступлений, но рекомендует назначать наказание по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ. Рарог А., Акимова Е. Назначение наказания // Российская юстиция. - 1999. - № 11. - С. 28.
Действительно, Пленум рекомендует применять правила назначения наказания по совокупности преступлений (ст. 69 УК РФ) к ситуациям, где совокупности нет, так как содеянное квалифицируется хотя и по разным пунктам, но одной и той же части статьи, а для совокупности необходимо, чтобы было совершено несколько преступлений, предусмотренных различными статьями или частями статьи Особенной части УК РФ.
В. Минская не была согласна также с рекомендацией Пленума определить такое окончательное наказание, которое не может превышать максимального срока лишения свободы, предусмотренного соответствующей частью статьи Особенной части УК РФ, полагая, что эта рекомендация является излишней, так как окончательное наказание всегда будет ниже названного срока лишения свободы, ибо в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК следует зачесть отбытую часть наказания по первому приговору. Минская В. Указ. соч. С. 21. Приведенное замечание представляется необоснованным, так как его автор смешивает две разные вещи - размер окончательного наказания, назначенного по совокупности преступлений по правилам ч. 3 ст. 69 УК, и размер наказания, оставшийся после зачета отбытого на основании ч. 5 ст. 69 УК Максимальные пределы сложения относятся только к первому этапу, т. е. когда определяется размер окончательного наказания, а не тогда, когда производится зачет. Иное решение приведет к необоснованному уменьшению пределов сложения. Поэтому указание Пленума на эти пределы является необходимым и правомерным.
Нельзя согласиться с еще одним критическим замечанием. По мнению В. Минской, указание о том, что окончательное наказание во всяком случае должно быть строже более строгого наказания, назначенного за любое из преступлений, входящих в совокупность, не всегда может быть соблюдено и при этом приводится пример о преступлении, предусмотренном ч. 2 ст. 105 УК, совершенном после вынесения приговора, осудившего лицо за такое же преступление. Там же. Во-первых, здесь вообще какое-то недоразумение, ибо в постановлении Пленума говорится о другом преступлении, совершенном до вынесения приговора по первому делу, а В. Минская в данном месте говорит о преступлении, совершенном после вынесения приговора, т. е. о ситуации, характерной не для совокупности преступлений (ст. 69 УК), а для совокупности приговоров (ст. 70 УК) и поэтому вообще не имеющей отношения к обсуждаемому вопросу.
Из принципа справедливости следует исходить и при формулировании правил исчисления окончательного наказания, назначенного по совокупности приговоров (ст. 70 УК РФ). Если новое преступление было совершено после осуждения за предыдущее, но до полного отбытия наказания за него, то в соответствии с ч. 1 ст. 70 УК РФ к наказанию, назначенному по последнему приговору, частично или полностью присоединяется неотбытая часть наказания по предыдущему приговору. В законе, однако, не указано, какой момент разграничивает отбытую и неотбытую части наказания и с какого момента следует исчислять срок наказания, назначенный по совокупности приговоров. Очевидно, что оба эти момента должны совпадать во времени (в дальнейшем для краткости будем называть его отправным моментом). Пленум в п. 17 упомянутого постановления от 11 июня 1999 г. указал, что срок окончательного наказания, назначенного по правилам ст. 70 УК, исчисляется со дня вынесения последнего приговора с зачетом времени содержания под стражей до суда по последнему делу в порядке меры пресечения или задержания. Следовательно, если новое преступление было совершено во врем отбывания лишения свободы, то отправным моментом служит либо дата избрания меры пресечения (практически перевода из колонии в следственный изолятор), либо дата вынесения последнего приговора. Однако выбор того или иного момента в качестве отправного иногда существенно влияет на общую продолжительность пребывания осужденного в местах лишения свободы, которая увеличивается только из-за того, что дело долго расследовалось или рассматривалось в суде.
При полном сложении наказаний (присоединении полностью неотбытой части наказания) такое влияние не наблюдается - чем позже наступает этот момент, тем меньше присоединяемая неотбытая часть и продолжительность срока окончательного наказания по совокупности приговоров (и наоборот - чем раньше момент, тем больше срок), но конец срока наступит в одно и то же время. Однако закон допускает и частичное присоединение; иногда оно становится обязательным, чтобы не был превышен максимальный предел сложения в 30 лет лишения свободы, предусмотренный ч. 3 ст. 70 УК РФ, и тогда проявляется связь между выбором отправного момента и длительностью непрерывного пребывания в местах лишения свободы Поясним это на простом примере. Лицо было осуждено на 20 лет лишения свободы, через 3 года совершило новое преступление, когда неотбытый срок составлял 17 лет. Тогда же была избрана мера пресечения и в том же году состоялся суд, который назначил за новое преступление также 20 лет лишения свободы, а окончательно по совокупности приговоров 30 лет (полное сложение применить нельзя, так как получится срок в 37 лет). И этот срок будет исчисляться с года совершения, нового преступления и закончится через 30 лет.
Теперь изменим условия: допустим, что преступление, совершенное также через 3 года после начала отбывания наказания, было раскрыто и мера пресечения избрана через 2 года после его совершения, когда неотбытый срок был равен 15 годам. За новое преступление было назначено также 20 лет, окончательное наказание назначено также в виде 30 лет лишения свободы (назначить 35 лет нельзя), но исчисляться этот срок по сравнению с первым вариантом будет с более позднего момента на 2 года, конец срока наступит также через 30 лет после избрания меры пресечения, но уже через 32 года после совершения последнего преступления. Указанное увеличение общей фактической продолжительности произошло только из-за того, что преступление было раскрыто спустя 2 года после его совершения, а это явно несправедливо, ибо положение виновного не должно ухудшаться из-за медлительности в раскрытии преступления и волокиты при рассмотрении дела в суде. Вопрос о волоките поднят не случайно - нередко в подобных случаях мера пресечения вообще не избирается, осужденный во время следствия и суда продолжает находиться в колонии, и тогда ситуация оказывается еще хуже, так как отправной точкой в соответствии с постановлением Пленума служит дата вынесения последнего приговора, отстоящая по времени от даты совершения последнего преступления еще больше, чем дата избрания меры пресечения. Известно конкретное уголовное дело о преступлении, совершенном в колонии, следствие длилось 5 лет, виновный все это время находился в колонии (следователь не выносил постановление об избрании меры пресечения), а затем был осужден и суд исчислил окончательное наказание со дня вынесения последнего приговора - в точном соответствии с п. 17 постановления Пленума.
Очевидно, что такое положение противоречит принципу справедливости. Ликвидировать это противоречие можно только одним способом: единственным моментом, разграничивающим отбытую и неотбытую части наказания и служащим началом исчисления окончательного наказания по совокупности приговоров, должно стать событие, связанное не с деятельностью следственных и судебных органов, а исключительно с поведением виновного. Таким событием является дата совершения нового преступления.
Возможно, есть и другие ситуации, когда для правильного применения закона необходимо обращаться к принципам уголовного права, в первую очередь принципу справедливости, с тем, чтобы он выполнял роль нормы высшего порядка (по отношению к другим нормам) и прямого действия, на которую можно и нужно ссылаться в процессе применения конкретных уголовно-правовых норм.
Таким образом, мы видим, что до недавнего времени содержание принципа справедливости оставалось расплывчатым и неопределенным. Наличие противоречий настолько запутало как теоретические разработки (предлагалось множество разнообразных новых редакций статей УК РФ, из которых в данной работе приведены лишь несколько наиболее известных) и судебную практику (принимаемые решения, как видим, доходили до абсурда), что необходимость разрешения выявленных противоречий вызывало столь же ожесточенные, сколь и бесполезные споры как в научных кругах, так и в практической деятельности судов. Решение пришло неожиданно и оказалось на удивление простым. Конституционный Суд признал неконституционным понятие неоднократности преступлений, а также разъяснил, с позиций Конституции РФ институт рецидива преступлений, изменив до неузнаваемости УК РФ. Теперь споры о понятии и содержании принципа справедливости в уголовном праве, я полагаю, надолго затихнут.
Что же сейчас, на данный момент понимается под принципом справедливости?
2.3. СПРАВЕДЛИВОСТЬ КАК ПРИНЦИП УГОЛОВНОГО ПРАВА
При оценке конституционности оспариваемых положений Уголовного кодекса Российской Федерации Конституционный Суд исходил из вытекающих из Конституции Российской Федерации общих принципов юридической ответственности, которые, определяя как пределы усмотрения законодателя в процессе уголовно-правового регулирования, так и конституционно-правовой статус гражданина, привлекаемого к уголовной ответственности, по своему существу составляют основу взаимоотношений государства и личности в соответствующей сфере.
Согласно статье 71 Конституции Российской Федерации регулирование и защита прав и свобод человека и гражданина (пункт «в»), а также уголовное законодательство (пункт «о») находятся в ведении Российской Федерации. Реализуя принадлежащие ему по предметам ведения Российской Федерации полномочия, федеральный законодатель в предусмотренных Конституцией Российской Федерации пределах самостоятельно определяет содержание положений уголовного закона, в том числе устанавливает преступность конкретных общественно опасных деяний, их наказуемость и иные уголовно-правовые последствия совершения лицом преступления.
Поскольку в Российской Федерации как демократическом правовом государстве человек, его права и свободы являются высшей ценностью, а признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанностью государства, а также, поскольку Конституция Российской Федерации имеет верховенство и высшую юридическую силу (статья 1, часть 1; статья 2; статья 4, часть 2; статья 15, части 1 и 2, Конституции Российской Федерации), закрепление в законе уголовно-правовых запретов и санкций за их нарушение не может быть произвольным. Использование мер уголовной ответственности оправдано необходимостью обеспечения указанных в статье 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации целей защиты основ конституционного строя Российской Федерации, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Данный подход, как следует из сформулированной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 25 апреля 2001 года по делу о проверке конституционности статьи 265 УК Российской Федерации Постановления Конституционного Суда РФ «По делу о проверке конституционности статьи 265 Уголовного Кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина А.А. Шевякова» от 25.04.2001 № 6-П // СЗ РФ от 04.06.2001, № 23, ст. 2408. правовой позиции, предполагает установление такого правопорядка, который должен гарантировать каждому государственную защиту его прав и свобод от преступных посягательств.
Вместе с тем уголовно-правовые институты защиты личности, общества и государства, а также предупреждения преступлений должны основываться на конституционных принципах справедливости и соразмерности уголовной ответственности защищаемым уголовным законодательством ценностям при безусловном соблюдении конституционных гарантий личности в этой области публично-правовых отношений (преамбула, статья 18, статья 19, части 1 и 2; статья 49, часть 1; статья 50, часть 1; статья 54 и статья 55, часть 3, Конституции Российской Федерации).
Одной из таких гарантий является право, закрепленное в статье 50 (часть 1) Конституции Российской Федерации, согласно которой никто не может быть повторно осужден за одно и то же преступление. Это право в силу своей конституционно-правовой природы не подлежит ограничению. По смыслу статьи 50 (часть 1) Конституции Российской Федерации, выражающей общий принцип права «non bis in idem», в системном единстве со статьей 118 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации, запрет повторного возложения на виновное лицо уголовной ответственности и наказания обращен не только к законодательной власти, но и к правоприменителю, который на основании законодательных актов осуществляет привлечение виновных к уголовной ответственности и определяет для них вид и меру наказания.
Требованиям Конституции Российской Федерации корреспондируют обязательства, принятые на себя Российской Федерацией по международным договорам и являющиеся частью ее правовой системы (статья 15, часть 4, Конституции Российской Федерации): никто не должен быть вторично судим или наказан за преступление, за которое он уже был окончательно осужден или оправдан в соответствии с законом и уголовно-процессуальным правом каждой страны (пункт 7 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах); никто не должен быть повторно судим или наказан в уголовном порядке в рамках юрисдикции одного и того же государства за преступление, за которое он уже был оправдан или осужден в соответствии с законом и уголовно-процессуальными нормами этого государства (статья 4 Протокола № 7 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод).
Уголовным кодексом Российской Федерации установлено, что лицо, осужденное за совершение преступления, считается судимым со дня вступления обвинительного приговора суда в законную силу до момента погашения или снятия судимости; судимость в соответствии с данным Кодексом является необходимым условием признания рецидива преступления и учитывается при назначении наказания (часть первая статьи 86).
Судимость, таким образом, представляет собой правовое состояние лица, обусловленное фактом осуждения и назначения ему по приговору суда наказания за совершенное преступление и влекущее при повторном совершении этим лицом преступления установленные уголовным законодательством правовые последствия; имеющаяся у лица непогашенная или неснятая судимость порождает особые, складывающиеся на основе уголовно-правового регулирования публично-правовые отношения его с государством, которые при совершении этим лицом новых преступлений служат основанием для оценки его личности и совершенных им преступлений как обладающих повышенной общественной опасностью и потому предполагают применение к нему более строгих мер уголовной ответственности.
Допуская в силу статьи 55 (часть 3) в отношении лиц, имеющих судимость, возможность закрепления федеральным законом определенных, сохраняющихся в течение разумного срока после отбытия ими уголовного наказания дополнительных обременений, которые обусловлены в том числе общественной опасностью таких лиц, адекватны ей и связаны с обязанностью нести ответственность за виновное поведение, Конституция Российской Федерации вместе с тем требует безусловного соблюдения предусмотренных ею гарантий личности и исходит из необходимости обеспечения справедливости соответствующих ограничений, их соразмерности защищаемым конституционным ценностям. Это предполагает установление публично-правовой ответственности лишь за виновное деяние и ее дифференциацию в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию наказания.
Федеральный законодатель, определяя - при соблюдении конституционных гарантий личности в ее публично-правовых отношениях с государством - уголовно-правовые последствия непогашенной или неснятой судимости, дифференцирует их в зависимости от того, как судимость отражается на общественной опасности тех или иных категорий преступлений. Если само по себе совершение преступления лицом, уже имеющим судимость, повышает его общественную опасность безотносительно к виду преступления, то это рассматривается в нормах Общей части Уголовного кодекса Российской Федерации в качестве обстоятельства, отягчающего наказание. Если же влияние прежней судимости на общественную опасность нового преступления расценивается законодателем как выходящее за рамки обычного, в том числе по причине характерного для конкретного вида преступлений высокого уровня специального рецидива, судимость указывается в качестве относящегося к субъекту преступления квалифицирующего признака состава преступления, антисоциальная природа которого определяется в значительной мере систематичностью преступного поведения лица.
В нормах старой редакции Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации «прежняя судимость» (пункт «в» части третьей статьи 158), а также «неоднократность преступлений» и «совершение преступления лицом, ранее совершившим такое же преступление» (пункт «н» части второй статьи 105, пункт «в» части третьей статьи 111) выступают в качестве квалифицирующих признаков состава преступления. В Общей части Уголовного кодекса Российской Федерации судимость учитывается при определении рецидива преступлений как обстоятельства, отягчающего наказание (пункт «а» части первой статьи 63). Согласно правилу, содержащемуся в статье 18 УК Российской Федерации, которая признает рецидивом преступлений совершение умышленного преступления лицом, имеющим судимость за ранее совершенное умышленное преступление (часть первая), и выделяет категории опасного и особо опасного рецидива (части вторая и третья), рецидив преступлений влечет более строгое наказание на основании и в пределах, установленных Уголовным кодексом Российской Федерации (часть пятая). В частности, предусматривается обязательность учета судимости при определении минимального размера наказания, назначаемого при рецидиве, опасном рецидиве или особо опасном рецидиве.
Такое регулирование - вопреки запрету, содержащемуся в статье 50 (часть 1) Конституции Российской Федерации, - позволяло повторно возлагать уголовную ответственность и наказание за одно и то же преступление, что свидетельствует также о нарушении закрепленного статьей 19 (часть 1) Конституции Российской Федерации принципа равенства всех перед законом и судом.
Конституционному запрету повторного осуждения за одно и то же преступление и соответствующим международным обязательствам Российской Федерации корреспондирует закрепленный в Уголовном кодексе Российской Федерации принцип, в силу которого наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, т.е. соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, и запрещается возложение уголовной ответственности дважды за одно и то же преступление (части первая и вторая статьи 6).
Это означает, что принцип «non bis in idem», как он установлен Конституцией Российской Федерации и регулируется уголовным законодательством Российской Федерации, исключает повторное осуждение и наказание лица за одно и то же преступление, квалификацию одного и того же преступного события по нескольким статьям уголовного закона, если содержащиеся в них нормы соотносятся между собой как общая и специальная или как целое и часть, а также двойной учет одного и того же обстоятельства одновременно при квалификации преступления и при определении вида и меры ответственности.
Вместе с тем названный принцип не препятствует как федеральному законодателю - путем закрепления судимости и связанногоых с ней институтаов неоднократности и рецидива преступлений, влекущегоих предусмотренные уголовным законом правовые последствия, так и суду - в процессе определения в установленном порядке вида и меры наказания, применяемого к лицу, совершившему преступление, учитывать характер преступления, его опасность для защищаемых Конституцией Российской Федерации и уголовным законом ценностей, интенсивность, причины и иные обстоятельства его совершения, а также данные о лице, совершившем преступление, при условии, что регулирование этих институтов и их применение адекватно конституционным принципам юридической ответственности и гарантиям личности в ее публично-правовых отношениях с государством.
Напротив, конституционному запрету дискриминации и выраженным в Конституции Российской Федерации принципам справедливости и гуманизма противоречило бы законодательное установление уголовной ответственности и наказания без учета личности виновного и иных обстоятельств, имеющих объективное и разумное обоснование и способствующих адекватной оценке общественной опасности как самого преступного деяния, так и совершившего преступление лица, и применение одинаковых мер ответственности за различные по степени общественной опасности преступления без учета фактора интенсивности участия конкретного лица в преступлении, его поведения после совершения преступления и после отбытия наказания, если таковое уже назначалось ранее, иных характеризующих личность обстоятельств.
Наличие в уголовном законодательстве различных форм учета прежней судимости при определении ответственности лица за вновь совершенное преступление, в том числе при неоднократности или рецидиве преступлений, во всяком случае, не означает возможность двойного учета одних и тех же обстоятельств одновременно как при квалификации преступлений, так и при назначении наказания, поскольку иное противоречило бы и конституционному принципу равенства всех перед законом и судом в сфере уголовно-правовых отношений.
Регулируя правовые последствия судимости, Уголовный кодекс Российской Федерации устанавливает, что отягчающее обстоятельство, если оно предусмотрено соответствующей статьей Особенной части в качестве признака преступления, само по себе не может повторно учитываться при назначении наказания (часть вторая статьи 63). Такая юридическая конструкция не допускает повторное осуждение лица за одно и то же преступление, в том числе в процессе правоприменения. Следовательно, по смыслу уголовного закона, при назначении наказания исключается как возможность повторного учета судимости в случаях, когда она указывается в качестве самостоятельного квалифицирующего признака состава преступления, так и возможность ее двойного учета в случаях, когда через судимость раскрываются содержащеиеся в Общей и Особенной частях Уголовного кодекса Российской Федерации понятиея «неоднократность преступлений» или «совершение преступления лицом, ранее совершившим преступление». Иное истолкование соответствующих положений, как противоречащее статьям 50 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, является недопустимым, а основанные на нем ошибочные правоприменительные решения должны исправляться вышестоящими инстанциями судов общей юрисдикции.
Вместе с тем положения частей второй и третьей статьи 68 УК Российской Федерации в их взаимосвязи не препятствуют суду при определении вида и меры наказания лицу, ранее судимому и вновь совершившему преступление, учитывать также смягчающие обстоятельства, характеризующие как само преступление, так и лицо, его совершившее, а при наличии исключительных обстоятельств назначать наказание ниже низшего предела, предусмотренного соответствующей статьей Уголовного кодекса Российской Федерации. На это, в частности, обращает внимание Пленум Верховного Суда Российской Федерации, разъяснивший в Постановлении от 11 июня 1999 года № 40 «О практике назначения судами уголовного наказания», что суды в соответствии со статьей 64 УК Российской Федерации при наличии исключительных обстоятельств должны в описательной части приговора мотивировать свое решение о неприменении правил части второй статьи 68 УК Российской Федерации.
Следовательно, предусмотренные Уголовным кодексом Российской Федерации уголовно-правовые последствия прежней судимости при осуждении виновного лица за совершение нового преступления не выходят за рамки уголовно-правовых средств, которые федеральный законодатель вправе использовать для достижения конституционно оправданных целей дифференциации уголовной ответственности и наказания, усиления его исправительного воздействия на осужденного, предупреждения новых преступлений и тем самым защиты личности, общества и государства от преступных посягательств.
Таким образом, статьями 16, 18, 68, пунктом «н» части второй статьи 105, пунктом «в» части третьей статьи 111 и пунктом «в» части третьей статьи 158 УК Российской Федерации, по смыслу содержащихся в них норм, не допускается повторное осуждение за одно и то же преступление ни путем назначения лицу дополнительного к уже отбытому им наказанию за преступление, ни путем двойного учета одних и тех же обстоятельств одновременно как при квалификации преступлений, так и при назначении наказания, и не нарушается конституционный принцип равенства всех перед законом и судом.
Этим не ставится под сомнение право федерального законодателя установить - при соблюдении конституционных гарантий личности в ее публично-правовых отношениях с государством - иное регулирование судимости, неоднократности и рецидива преступлений и их уголовно-правовых последствий. Постановление Конституционного Суда РФ «О проверке конституционности положений Уголовного кодекса РФ, регламентирующих правовые последствия судимости лица, неоднократности и рецидива преступлений, а также пунктов 1 - 8 Постановления Государственной Думы РФ от 26.05.2000 «Об объявлении амнистии в связи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941 - 1945 годов» № 3-П от 19.03.2003 // СЗ РФ от 07.04.2003, № 14, ст. 1302.
Конституционный Суд, таким образом, дал обоснованное и взвешенное толкование норм УК РФ о неоднократности, рецидиве и судимости как институтах уголовного права. С учетом этих разъяснений законодатель внес соответствующие изменения в УК РФ, главная суть которых в следующем: во-первых, неоднократность как квалифицирующий признак и как отягчающее обстоятельство исключена из норм Уголовного Кодекса; во-вторых, рецидив преступлений, как институт уголовного права, хотя и сохранил (на мой взгляд, справедливо) свое существование, однако теперь он учитывается при назначении наказания только в качестве отягчающего обстоятельства в нормах Общей части УК, он исключен в качестве квалифицирующего признака из составов преступлений норм Особенной части; в-третьих, хотя УК РФ до сих пор использует понятия опасного и особо опасного рецидива (ст. 68 УК РФ), но фактически разница между ними стерта (поскольку наказание должно назначаться при равных условиях независимо от вида рецидива, при этом суд, естественно, может учесть вид рецидива при назначении наказания); в-четвертых, теперь даже при рецидиве учитываются смягчающие обстоятельства, предусмотренные ст. 61 УК РФ.
Таким образом, подводя краткие итоги, можно сказать следующее: справедливость как принцип уголовного права не является чем-то застывшим, определенным. То, что сегодня считается соответствующим этому принципу, завтра может быть отвергнуто. Реализация этого принципа в нормах уголовного законодательства должна идти в ногу со временем, соответствовать реалиям жизни. Конечно, сделан большой шаг вперед в разрешении противоречий, которые назрели с момента принятия нового УК РФ, когда законодатель и общество еще совсем по-другому оценивали категорию справедливости в рамках уголовного права, что и породило изначальную противоречивость и несовершенство норм УК РФ на предмет их соответствия принципу справедливости.
Однако, как мы сейчас убедимся, остаются и сейчас многочисленные пробелы и противоречия в УК РФ, многие нормы которого не соответствуют принципу справедливости, не позволяют реализовать этот принцип на практике.

ГЛАВА 2. РЕАЛИЗАЦИЯ ПРИНЦИПА СПРАВЕДЛИВОСТИ В НОРМАХ УГОЛОВНОГО КОДЕКСА РФ


2.1. РЕАЛИЗАЦИЯ ПРИНЦИПА СПРАВЕДЛИВОСТИ В НОРМАХ ОБЩЕЙ ЧАСТИ УК РФ


Принцип справедливости означает, что наказание или иная мера уголовно-правового воздействия, примененная к лицу, совершившему преступление, должна быть справедливой, т. е. соответствовать тяжести преступления, конкретным обстоя-тельствам совершения преступления и особенностям личности преступника. Этот принцип означает максимальную инди-видуализацию ответственности и наказания. Возмож-ность реализации этого принципа заключается в самом со- держании уголовного закона. Так, санкции уголовно-правовых норм носят относительно-определенный (предусматривают наказание в определенных пределах) или альтернативный (предусматривается не один, а несколько видов наказания) характер. Еще более широкие пределы индивидуализации ответственности виновного установлены в статьях Общей части УК (например, в ст. 60 -- 85), которые позволяют при наличии определенных обстоятельств существенно смягчить ответствен-ность и наказание виновного либо освободить его от уголовной ответственности и наказания.
Закон и его применение судом должны быть справедливы (ст. 6 УК РФ). Для кого-то 100 или 2250 руб. не деньги, но для очень многих граждан страны это значительные суммы. Обладание охотничьим ружьем добропорядочным гражданином не вызывает особых опасений, но наличие его у бандита крайне опасно, причем гораздо более опасно, нежели уголовно наказуемые осуществляемые им незаконно ношение газового оружия или хранение пистолета - самоделки. Двое рабочих завода без сомнений привлекаются к уголовной ответственности за кражу группой лиц по предварительному сговору с территории предприятия медной заготовки стоимостью 2300 руб. Вор же, пойманный с поличным при рецидивном совершении карманной кражи, освобождается от уголовной ответственности только потому, что после его задержания вдруг выяснилось, что в кошельке находилось «всего» 2250 руб. и для привлечения его к уголовной ответственности «недостает» 1 рубля. По ст. 7.27 КоАП РФ его можно подвергнуть лишь штрафу, который в итоге вряд ли будет взыскан. А если потерпевшим вдруг окажется педагог, врач, медработник, рабочий или пенсионер, которых в России миллионы и чья заработная плата или пенсия не только не выдается вовремя, но по своим размерам она до сих пор меньше величины установленного постановлениями Правительства РФ прожиточного минимума, то вывод о непреступности действий карманника из-за «недостающего» рубля, как мерила общественной опасности деяния, вряд ли будет убедительным, логичным и справедливым. Решение же о привлечении к административной ответственности лица за незаконное хранение на дому арсенала гладкоствольного охотничьего оружия и торговлю им будет вовсе абсурдным.
Из всех норм общей части УК РФ именно в нормах о наказании преступников в наибольшей степени реализуется принцип справедливости. Наказание выполняет важную роль в борьбе с преступностью, является пиком уголовной ответственности, поэтому совершенно справедливо, что законодатель посвятил вопросам наказания целый раздел в УК РФ. Имеется в виду раздел III «Наказание», включающий в себя две главы:
Глава 9 «Понятие и цели наказания. Виды наказаний»,
Глава 10 «Назначение наказания».
Перефразируя ч. 1 ст. 43 УК РФ «Понятие и цели наказания», можно дать следующее определение наказанию:
Наказание - мера государственного принуждения, назначается по приговору суда, которая применяется к лицу, признанному виновным в совершении преступления, и заключается в предусмотренных УК РФ лишениях и ограничениях прав и свобод этого лица.
Из определения наказания видно, что оно может быть назначено только приговором суда. То есть законодатель возлагает на суд обязанность по выбору меры наказания, которая бы соответствовала характеру и степени общественной опасности совершенного преступления и личности виновного.
Процесс выбора меры наказания судом получил название - назначение наказания. Суд обязан назначить такое наказание, которое достигло бы указанных в УК РФ целей. Данные цели указаны в ч. 2 ст. 43 УК РФ: во-первых, восстановление социальной справедливости; во-вторых, исправление осужденного, и в-третьих, предупреждение совершения новых преступлений.
В первую очередь для достижения этих целей суд должен руководствоваться принципами уголовного права и, прежде всего, принципом справедливости. Он заключается в том, что «наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного». По сути, законодатель обязывает суд индивидуализировать наказание - конкретизировать вид и размер наказания применительно к каждому привлекаемому к уголовной ответственности, то есть дать оценку всех обстоятельств дела, роли виновного в совершении преступления, учесть индивидуальные черты личности виновного, причины и условия, способствующие совершению преступления. См.: Юшков Ю. Н. Назначение наказания по совокупности преступлений и приговоров / Ю. М. Юшков. - М.: Юридическая литература, 1983. С. 159; Бышевский Ю. В. Криминологическая характеристика лиц, неоднократно совершающих кражи, и уголовно-правовые меры предупреждения рецидива. Учебное пособие / Ю. В. Бышевский. - Омск: ОВШМ МВД, 1978. С. 58 - 59.
Ю. Н. Юшков справедливо отметил, что «индивидуализация наказания не может быть ограничена учетом общих положений уголовного законодательства в рамках состава преступления. Этих положений, как правило, явно недостаточно, чтобы принцип индивидуализации наказания получил свое полное завершение. Путь индивидуализации наказания идет от абстрактного к конкретному, от общих указаний уголовного законодательства о составе преступления и личности виновного, совершившего преступное деяние, то есть выполняет задачу частного предупреждения». Юшков Ю. Н. Указ. соч. С. 160 - 161.
Общие требования назначения наказания принято называть общими началами назначения наказания. В теории уголовного права имеется достаточно много определений общих начал назначения наказания. Одни авторы характеризуют их как «основные положения», другие - как «основные правила», третьи - как «основные критерии».
Вместе с тем названные определения не противоречат друг другу, а указывают на обязательность общих начал назначения наказания для суда при выборе вида и размера наказания.
Следовательно, общие начала назначения наказания можно определить как установленные УК РФ основные положения, которыми должен руководствоваться суд при назначении наказания.
Именно единство функции общих начал назначения наказания послужило объединению их в одну норму и позволяет выделить признаки, свойственные каждому из них:
1. Общее начало - это правило.
2. Общее начало носит локальный характер - определяет одну из сторон назначения наказания.
3. Общие начала объединены единой функцией - обеспечение справедливого наказания. Прохоров Л. А. Общие начала назначения наказания и предупреждение рецидивной преступности / Л. А. Прохоров. - Омск: ОВШМ МВД, 1975. С. 11.
Исходя из положений ст. 60 УК РФ, можно выделить следующие общие начала назначения наказания:
1. Наказание должно быть назначено в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части УК РФ.
2. Учет положений Общей части УК РФ.
3. Более строгий вид наказания назначается в том случае, если менее строгий вид наказания не может обеспечить достижения целей наказания.
4. Учет характера и степени общественной опасности преступления.
5. Учет характера и степени общественной опасности личности виновного.
6. Учет обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание.
7. Учет влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.
Таким образом, общим началом назначения наказания является учет положений Общей части УК РФ. Учитываться при назначении наказания должны не только положения, предусмотренные в гл. 10 УК РФ «Назначение наказания», но и другие.
Достаточно часто в санкции статьи Особенной части УК РФ указывается только верхний предел, например: ст. 110 УК РФ «Доведение до самоубийства» - наказывается ограничением свободы на срок до 3 лет или лишением свободы на срок до 5 лет.
Чтобы выяснить минимальный срок ограничения свободы и лишения свободы, необходимо обратиться к ст. 53 УК РФ «Ограничение свободы», где говорится, что ограничение свободы назначается:
1. Лицам, осужденным за совершение умышленного преступления, не имеющим судимости, - на срок от 1 года до 3 лет.
2. Лицам, осужденным за преступления, совершенные по неосторожности, - на срок от 1 года до 5 лет.
Ч. 2 ст. 56 УК РФ «Лишение свободы на определенный срок» - «Лишение свободы устанавливается на срок от 6 месяцев до 20 лет».
Следовательно, за доведение человека до самоубийства может быть назначено наказание в виде ограничения свободы на срок от 1 года до 3 лет или лишения свободы на срок от 6 месяцев до 5 лет.
Несовершеннолетний совершает убийство, предусмотренное ч. 1 ст. 105 УК РФ, где в виде наказания - лишение свободы на срок от 6 до 15 лет. В данном случае необходимо обратиться к положению ч. 6 ст. 88 УК РФ «Виды наказаний, назначаемые несовершеннолетним». Из ч. 6 следует, что лишение свободы назначается несовершеннолетним на срок не свыше 10 лет. Применительно к нашему случаю можно назначить наказание от 6 до 10 лет.
Из сказанного можно сделать вывод о том, что санкция статьи Особенной части не может быть правильно понята без учета положений Общей части УК РФ.
Действующее законодательство указывает на необходимость учета характера и степени общественной опасности преступления при решении вопроса о назначении наказания.
Причем Л. А. Прохоров указывает на необходимость раздельного рассмотрения качественной и количественной сторон общественной опасности преступления, что помогает «понять влияние их на установление законом пределов наказания за конкретный вид преступления, а также на определение судом меры ответственности за отдельное деяние». Прохоров Л. А. Указ. соч. С. 38.
Характер общественной опасности преступления - это «качественное своеобразие деяния, существенный и общий признак, на основании которого определяется принадлежность преступления к определенному роду или виду». Скрябин М. Я. Общие начала назначения наказания и их применение к несовершеннолетним / М. Я. Скрябин. - Казань: Изд-во Казанского государственного университета, 1988. С. 53.
Характер общественной опасности преступления раскрывается при помощи общественных отношений, которым преступлением причиняется вред, то есть объектом преступления, выступающим обязательным элементом состава преступления.
«По характеру общественной опасности будут установлены пределы наказания за преступления определенной группы (вида). Выбор конкретной меры в этих пределах производится на основе учета степени общественной опасности». Прохоров Л.А. Указ. соч. С. 38.
Следовательно, необходимо устанавливать степень общественной опасности.
Степень выступает количественным признаком общественной опасности преступления. Как указывал Л.А. Прохоров: «По качественному признаку объединяются одноименные явления в группы. По количественному признаку они различаются между собой». Прохоров Л.А. Указ. соч. С. 37.
По сути, степень общественной опасности преступления характеризуют все элементы и признаки состава преступления - как обязательные, так и факультативные. Следует отметить, что при решении вопроса о квалификации содеянного большую роль играют обязательные признаки, а при назначении наказания - факультативные.
Если говорить о таком признаке состава преступления, как потерпевший, то он также оказывает влияние на степень общественной опасности преступления. В тех случаях, когда преступление совершается в отношении несовершеннолетнего, и плюс к этому, женского пола, то такое преступление обладает большей степенью общественной опасности, чем при прочих равных условиях в отношении взрослого мужчины. См.: Фаргиев И. Оценка личности и поведения потерпевшего / И. Фаргиев, В. Широков // Российская юстиция. - 1996. - № 10. - С. 48.
Большое влияние на определение степени общественной опасности оказывают признаки, характеризующие объективную сторону преступления (общественно опасное деяние, общественно опасные последствия и причинная связь).
В качестве примера можно рассмотреть следующую ситуацию. Совершаются две кражи чужого имущества, одна - на сумму 2000 рублей, вторая - на сумму 3500 рублей. При тождественности квалификации содеянного - ч. 1 ст. 158 УК РФ, указанные преступления обладают различной степенью общественной опасности. Это связано с тем, что во втором случае причинен больший ущерб.
Также влияют на степень общественной опасности признаки, характеризующие субъективную сторону.
Умышленное преступление при прочих равных условиях обладает большей степенью общественной опасности. Это связано с тем, что, совершая умышленное преступление, виновный осознано стремится к достижению преступного результата, а при совершении неосторожного преступления виновный не стремится к данному преступному результату. Соответственно умышленные преступления более строго наказываются.
Но умысел и неосторожность влияют, прежде всего, на квалификацию содеянного.
Преступление, совершенное с прямым умыслом, более общественно опасно, чем преступление, совершенное с косвенным умыслом.
Преступление, совершенное по легкомыслию, более общественно опасно, чем преступление, совершенное по небрежности.
«Чтобы правильно оценить содеянное, объяснить его причины, сделать сколько-нибудь оправданный прогноз о вероятности совершения осужденным нового преступления и определить выбор лучшей обстановки для его исправления, суду следует полнее использовать как те личностные качества, которые отразились в совершенном преступлении, так и всю многообразную совокупность, которая вошла в структуру личности виновного в процессе его жизнедеятельности». Скрябин М.Я. Указ. соч. С. 64 - 65.
Поэтому следующим общим началом является требование учета личности виновного.
Устанавливая наказания за совершение преступлений, законодатель в большинстве случаев не учитывает характеристики личности виновного, так как одним из принципов уголовного права является принцип равенства граждан перед законом. Согласно данному пр и т.д.................


Перейти к полному тексту работы



Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.