На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


Диплом Южно-курильская территориальная проблема до 1990-х годов. Южно-курильская территориальная проблема начала перестройки. Южно-курильская территориальная проблема в 1994-1996 годы. Развитие южно-курильской территориальной проблемы в 1997-2000 годы.

Информация:

Тип работы: Диплом. Предмет: Правоведение. Добавлен: 16.07.2008. Сдан: 2008. Уникальность по antiplagiat.ru: --.

Описание (план):


1
Оглавление:
Введение
Основная часть:
Глава 1. 1990-е годы: Горбачев и Ельцин:
1.1. Южно-курильская территориальная проблема до 1990-х годов
1.2. Южно-курильская территориальная проблема начала перестройки
1.3. Южно-курильская территориальная проблема в 1994-1996 годы
1.4. Развитие южно-курильской территориальной проблемы в 1997-2000 годы
Глава 2. 2000-е годы: Путин:
2.1. Территориальная проблема Южных Курил в начале 20 века
2.2. Правовые трактовки Южно-курильской территориальной проблемы
Заключение
Список использованной литературы
Введение
Актуальность темы исследования.

Территориальный спор России с Японией вот уже полвека остается наиболее острым конфликтным вопросом, осложняющим отношения двух стран. Японская сторона начала этот спор еще в советские времена -- вскоре после смерти Сталина и продолжает его инициировать по сей день, упорно добиваясь уступок ей как мини-мум четырех южных Курильских островов, наиболее удобных для хозяйственного освоения и наиболее важных в военно-стратегическом отношении островов архипелага. В настоящее время политические споры по поводу территориальной проблемы между двумя странами приобрели тупиковые очертания и оказывают негативное влияние на развитие торгово-экономических отношений. В связи с этим воссоздание объективной исторической картины о месте о. Сахалина и Курильских островов в системе российско-японских отношений поможет, на наш взгляд, оказать положительное воздействие на систему политических, научных и общественных представлений, связанных с межгосударственными отношениями между Россией и Японией, снизить уровень напряженности в переговорном процессе между двумя странами, оживить диалог между народами и перевести их в плоскость научных и юридических споров. Отсутствие глубокого и ясно изложенного исследования истории зарождения и развития территориальной проблемы между Россией и Японией мешает правильному, объективному восприятию причин притязаний Японии на часть территории субъекта Российской Федерации - Сахалинской области. Актуальность темы исследования обусловлена также нарастающими усилиями японских политиков по возврату части территорий Сахалинской области Японии. На решение этой задачи направлены последовательные действия политических ведомств, научных и общественных организаций, Совета по вопросам национальной безопасности Японии, в состав которого входят ученые, политики и бывшие дипломаты, долгие годы работавшие с Советским Союзом и Россией, бывшие и действующие представители японских властей острова Хоккайдо. Степень научной разработанности проблемы. Исследование территориальной проблемы как истории борьбы России и Японии за обладание рассматриваемой зоной, включающей помимо Хоккайдо Южный Сахалин и Южные Курильские острова, в определенном смысле является новым направлением, однако отдельные аспекты этой истории неоднократно привлекали внимание специалистов. Отечественную историографию исследуемой проблемы можно разделить на три периода. В дореволюционный период проблематика Южного Сахалина и Южных Курильских островов не являлась предметом специального изучения. Работы русских исследователей касались в основном выяснения причин возникновения интереса России к Японии, истории первых контактов русских и японцев и появления государственной устремленности к Южному Сахалину и Южным Курильским островам. В русской историографии преобладающей стала точка зрения, что первыми сведениями о Японии, полученными непосредственно от японца, являются «скаски» Денбея (Дэмбээя) Татэкава, записанные в Москве в начале 1702 г. в Сибирском приказе и впервые опубликованные Н.Н. Оглоблиным в 1891 г. Эти сведения, зафиксированные по поручению Петра I, положили начало ознакомлению русских с Японией и Курильскими островами и послужили стимулом правительственного стремления присоединить к России вновь открытые земли - Камчатку и Курильские острова и получить экономические выгоды от торговли с Японией. Важное значение имели систематизация исторических документов по истории Сибири и Дальнего Востока и издание книг «Памятники сибирской истории» Памятники Сибирской истории XVIII века. Спб., 1882., предпринятые в конце XIX в. В этой серии были опубликованы документы, раскрывающие процесс развития интереса России к Японии, а также шаги, предпринимаемые для выполнения поручений императора о завязывании отношений с японцами. Особое значение для оценки места и влияния Японии на Курильские острова имеют сведения, полученные И. П. Козыревским, которого по праву можно считать первооткрывателем Японии для России, оставившим человечеству свои знаменитые донесения о походе на Курильские острова и тексты Чертежа морских островов. Солидный материал для исследования содержится в трудах Г. Ф. Миллера, С. П. Крашенинникова, участников второй Камчатской экспедиции, который позволяет составить представление о роли японского влияния на торгово-экономические связи Курильских островов и Камчатки и сделать выводы о регулярности посещений японцами этих территорий и возможности проникновения японцев на «северные земли» в период «самоизоляции» Японии. Большое значение для глубокой оценки событий, относящихся к периоду возникновения территориальной проблемы между Россией и Японией, имеют фундаментальные исследования Д. М. Позднеева. В его монографии содержатся подробные материалы по истории исследования и освоения японцами Хоккайдо, юга Сахалина и Южных Курил, приводятся сведения о ранних российско-японских контактах и различных аспектах российско-японских отношений до середины XIX в. Д. М. Позднеев ввел в научный оборот широкий круг японских источников по истории русско-японских отношений и территориального размежевания между Россией и Японией; затронул проблемы взаимоотношений русских и японцев на Южном Сахалине и Южных Курильских островах. Его публикации раскрывают предпосылки и начало новой социально-экономической политики Японии по отношению к коренному населению Южного Сахалина и Курильских островов, а также особенности ее изменения в связи с ростом русского присутствия на Северных Курильских островах и попытками установления русскими первопроходцами торговых отношений с Японией. Заметный вклад в освещение проблемы русско-японских отношений внесли А. А. Полонский и А. И. Сгибнев, в чьих публикациях сделана попытка проследить развитие русско-японских отношений в период XVIII - начала XIX в. С. Н. Полонский привлек и проанализировал целый ряд документов, раскрывающих особенности зарождения и развития двухсторонних контактов, показал проблемы, повлиявшие на отношения между русскими японцами в период первого и второго русских посольств в Японию во главе с А. К. Лаксманом и Н. П. Резановым. Развитие территориальной проблемы, затрагивающей Южный Сахалин и Южные Курильские острова, можно проследить по письмам Н. П. Резанова к российскому императору, его дневниковым записям, по его поручениям, отдаваемым офицерам Российско-Американской компании Н. А. Хвостову и Г. И. Давыдову о проведении военной акции против японцев на Южном Сахалине и Южных Курильских островах в 1806-1807 годах. Интересные наблюдения, размышления и факты, касающиеся формирования целенаправленной политики России по отношению к Сахалину, начала колонизационных мероприятий в период конца 1840 -- начала 1850-х гг. и российско-японских взаимоотношений оставили в своих трудах Е. В. Путятин Путятин Е. В. «Проект преобразования морских учебных заведений, с учреждением новой гимназии». М., 1895., Г. И. Невельской Невельской Г. И. «Подвиги русских морских офицеров на крайнем Востоке России 1849 - 1855 гг.». М., 1884. и другие участники Амурской экспедиции, которые сделали попытку осмысления развития русско-японских отношений в период XVIII - начала XIX века. Значительную работу по изучению социально-экономических взаимоотношений японцев и русских, развития торговых отношений между ними проделали участники различных экспедиций по Дальнему Востоку: Л. И. Шренк Шренк Л. И. «О течениях Охотского, Японского и смежных с ними морей». М., 1874., М. И. Венюков Венюков М. И. Очерки Японии. М., 1869., Н. В. Слюнин Слюнин Н.В. Охотско-Камчатский край. СПб., 1900. и другие. Их труды содержат разнообразные материалы, точные характеристики и оценки, позволяющие оценить особенности миграции коренных народов, их степень зависимости друг от друга, взаимодействие с японцами и китайцами, вопросы товарного обращения и места русских в развитии торговых обменов и т.д. В целом же большинство работ дореволюционных авторов носили описательный характер. В этот период началось накопление подлинных первичных документов, дневниковых и литературных записей участников исторических событий, получены первые исследовательские результаты по изучению русско-японских отношений. Второй период -- период советской историографии - можно разделить на два этапа. Первый этап охватывает 1917 - 1946 гг. В эти годы Южный Сахалин и Курильские острова находились во владении Японии. Поэтому освещение проблем принадлежности и освоения этих территорий в работах советских историков имело достаточную степень объективности. Среди наиболее интересных и основательных можно назвать труды известных историков Ю. Н. Жукова Жуков Ю. Н. Сталин: тайны власти. М., 2005. , Л. С. Берга Берг Л.С. Великие русские путешественники. М., 1950.. В них авторы воссоздают правдивую картину освоения русскими людьми территорий Дальнего Востока, Камчатки, Курильских островов и Сахалина, акцентируют внимание на стремлении России установить торгово-экономические отношения с Японией, а также на проблемах, возникавших в русско-японских отношениях. Второй этап советской историографии начинается со второй половины 40-х гг. XX в. и завершается в конце 1980-х гг. В эти годы под влиянием политических факторов изложение истории Южного Сахалина и Южных Курильских островов претерпевает существенные изменения. С переходом Южного Сахалина и Курильских островов под юрисдикцию Советского Союза японское участие в процессе освоения и заселения этих территорий стало почти полностью игнорироваться. При этом и японские и советские исследователи обвиняли противостоящие стороны в хищническом отношении к территориям, в захватнической политике и т.д. Политическое давление и идеологические установки 1950-1980-х гг. значительно снизили интерес исследователей к изучению истории российско-японских отношений. Тем не менее, отдельные историки предпринимают попытки исследовать и раскрыть роль русских первопроходцев в первооткрытии, перводостижении и хозяйственном освоении Сахалина и Курильских островов. В этом плане многое было сделано такими учеными как А. И. Алексеев Алексеев А.И. Геннадий Иванович Невельской. М., 1984., И. А. Сенченко Сенченко И. А. Сахалин и Курилы - история освоения и развития. М., 2006., Б. П. Полевой Полевой Б.П. Новое об открытии Камчатки. М., 1997. и др. К сожалению, в их работах наряду с введением в научный оборот новых архивных документов, касающихся заслуг русских первопроходцев в открытии и освоении Дальнего Востока, практически полностью замалчивается роль Японии в истории Сахалина и Курильских островов. В публикациях указанных авторов почти не затрагивались проблемы русско-японских отношений, не уделялось внимание фактам, раскрывающим особенности японского освоения и заселения Южного Сахалина и Курильских островов, делались попытки доказать полное преобладание русской инициативы и российского приоритета. На этом этапе большой вклад в изучение российско-японских отношений был внесен Л. Н. Кутаковым Кутаков Л.Н. Внешняя политика и дипломатия Японии. М, 1964., чей труд доныне сохраняют немаловажное значение и определенную актуальность. Однако, несмотря на обстоятельность и глубину этих работ, их особенностью является исключение значительной части информации, касающейся японского влияния на Сахалин и Курильские острова, и однобокость освещения действий русских в период борьбы за Южный Сахалин и Южные Курильские острова. В середине 1980-х гг., с началом перестроечных процессов в Советском Союзе, предпринимаются первые попытки более объективного освещения истории Сахалинской области. Подробный анализ советской историографии истории открытия и исследования Сахалина и Курильских островов был выполнен сахалинским историком. Третий - постсоветский -- период открывается с начала 1990-х гг. и характеризуется сменой методологических ориентиров, отказом от идеологизации и политизации исторической науки. Это открывает возможности для утверждения более объективных и взвешенных подходов к освещению истории русско-японских отношений, способствует вовлечению в научный оборот новых документов по истории территориального размежевания между Россией и Японией. Вполне закономерно, что в эти годы начинается процесс по переосмыслению истории Дальнего Востока, исследователи стремятся пробить «брешь» в устоявшихся представлениях о роли Японии в освоении дальневосточных территорий, об истории зарождения и развития русско-японских отношений, в частности, появляются интересные работы Б. П. Полевого, В. В. Кожевникова, Л. И. Галлямовой, К. Е. Черевко. Происходит значительная активизация исследовательской деятельности сахалинских историков по изучению истории освоения Сахалина и смежных островов - М.С. Высокова, А.И. Костанова, И.А. Самарина, В.О. Шубина, В.М. Латышева и др. Работы этих авторов отличает стремление более полно и объективно осветить историю Сахалинской области с использованием результатов практической археологии и вовлечением в научный оборот ранее не известных архивных документов. Однако, несмотря на очевидные позитивные изменения последних лет в вышедших в свет работах пока не вполне объективно и системно излагается история Сахалина и Курильских островов, до сих пор недостаточно раскрыто японское участие в заселении и освоении островных территорий и пр. Зарубежной историографии также принадлежит ряд (без учета японской) интересных исследований. В первую очередь это труды участников различных экспедиций Ж. Лаперуза Лаперуз Ж. Ф. Путешествие Лаперуза в Южном и Северном Тихом океане. М., 1995., Г. Сноу, как правило, свидетельствующие о заметном японском влиянии на освоение Южного Сахалина и Южных Курильских островов. Эти работы позволяют реально взглянуть на положение коренных жителей Южного Сахалина и Южных Курильских островов, их взаимоотношения с японцами, уровень торгово-экономических связей и их образ жизни до прихода в эти районы русских первопроходцев. О распространении японского влияния на северные территории писал немецкий японовед Ф. Зибольд Зибольд Ф. Путешествие в Японию. М., 1854.. В англоязычной историографии проблема русско-японского территориального разграничения на Сахалине рассматривается Дж. Гаррисоном. Значительное место в историографии русско-японских отношений занимают работы Г. Ленсена, Дж. Стефана Стефан Дж. Сахалин. М., 1971.. Эти работы представляют интерес тем, что в них делаются попытки совместить японскую и русскую составляющие в истории Южного Сахалина и Южных Курильских островов. Авторы опираются не только на японские и русские материалы, но и использует научные и исторические источники других стран. Особое место в зарубежной историографии занимают труды японских историков. Подробный анализ японской историографии, посвященной истории русско-японских отношений, был выполнен учеными Института истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока ДВО РАН и обобщен в соответствующем сборнике Вопросы археологии Дальнего Востока СССР. 1988.. Анализ работ японских исследователей достаточно обстоятельно проделан К.Е. Черевко Черевко К.Е. Советско-японская война. М., 2006.. Благодаря его публикациям отечественные историки получили хорошее представление о содержании трудов таких японских авторов, как Хакусэки Араи, Хиронага Мацумаэ, Кандзан Мацумия, Сихэй Хаяси, Хасукэ Кудо, Сёин Ёсида, Такэсиро Мацуура, Фумихико Оцуки, которые в разное время исследовали уровень японского влияния на «северные территории», предлагая различные планы укрепления обороноспособности Японии в связи с продвижением русских с севера, а также проводили идеи японской территориальной экспансии на Дальнем Востоке. К. Черевко способствовал знакомству и с другими, появившимися позднее, публикациями японских историков - Ё. Накамура, С. Манабэ, Акира Такано, К. Сугимори, В. Фудзимото, посвятивших свои исследования истории японо-русских отношений. Следует отметить, что характеристике японских исследований по северным территориям уделил в свое время значительное внимание И. Д. Позднеев Позднеев И.Д. Материалы по истории Северной Японии. М., 1909.. Он же привел выдержки из целого ряда документальных японских материалов, отразивших историю японо-русских контактов в XVIII-XIX вв.
Представляет интерес и тот факт, что многие довоенные японские авторы, например, Тории Рюдзо, Хираока Масахидэ, Като Цуёси, Киёдзава Киёси, подходили к освещению истории Сахалина и к вопросу территориального размежевания на острове с националистическо-патриотических позиций, подчеркивая экспансионистский характер российской внешней политики на Дальнем Востоке. Другая группа японских авторов - Вада Сэй, Хора Томио, Икэгами Дзиро, - подробно исследовала наличие с древнейших времен тесных исторических связей японцев с айнами Южного Сахалина и Южных Курильских островов. Вообще в работах того периода русские научные источники практически не упоминались, а существование северной части острова просто игнорировалось; характерной особенностью являлось употребление обязательных идеологических штампов (например, освоение русскими Дальнего Востока обозначается словом «синряку» - агрессия). Работы некоторых японских авторов - Синтаро Накамура, Кацургава Хо-сю, Иноуэ Ясуси, X. Вада - были переведены и изданы в Советском Союзе. Они позволяют понять взгляды японцев на проблему отношения Японии к северным районам, их стремление понять образ действий своих северных соседей. Важно, что эти публикации представляют собой реальные исторические записки и свидетельства японцев, побывавших в разные годы в России, а также на Южном Сахалине и Южных Курильских островах. Заметное место в японской историографии занимают работы Исии Ко и Ясуока Акио, посвященные изучению дипломатии правительства Мэйдзи. Можно выделить также исследования Акидзуки Тосиюки, посвященные истории изучения Сахалина японцами в XVII - XVIII вв. и их административно-хозяйственной деятельности на юге острова, процесса территориального размежевания на острове между Россией и Японией. В частности, в своей работе «Японо-российские отношения и остров Сахалин» Т. Акидзуки подробно Рассматривает исторические и архивные материалы княжества Мацумаэ, бакуфу, губернаторства Хакодатэ и Колонизационного бюро. Сопоставляя японские материалы с источниками на русском языке, автор пытается дать взвешенную оценку истории возникновения территориальной проблемы и причин возникновения страха японцев перед территориальной экспансией России. В целом же можно констатировать, что, несмотря на достаточно обширную историографию, тем не менее, специальных исследований по «буферной зоне» в истории не имеется. Поэтому представляемая дипломная работа является первой попыткой осветить проблему с точки зрения «буферной зоны». В то же время необходимо отметить, что многие труды отечественных и зарубежных историков принадлежат к двум обособленным направлениям в историографии, вследствие чего имеют место абсолютно противоположные трактовки одних и тех же событий и явлений. Причинами этого являются не только необходимость придерживаться жестких идеологических установок своего государства, как это было в недавнем историческом прошлом у нас в стране, но также и отсутствие сравнительного анализа исторических источников России и Японии. Цель данной работы состоит в рассмотрении Южно-Курильской территориальной проблемы. Для достижения поставленной цели в работе решаются следующие частные задачи: рассмотреть Южно-Курильскую территориальную проблему в 1990-е годы при Горбачеве и Ельцине; рассмотреть Южно-Курильскую территориальную проблему в 2000-е годы при Путине. Объект исследования - Южно-Курильская территориальная проблема. Предметом исследования являются общественные отношения, связанные с рассмотрением Южно-Курильской территориальной проблемы.
Глава 1. 1990-е годы: Горбачев и Ельцин

1.1. Южно-курильская территориальная проблема до 1990-х годов

Вплоть до начала 1990-х гг. позиция советского правительства относительно территориальных претензий Японии (а это, напомним, южные острова Курильской гряды, составляющие более половины площади архипелага и включающие два крупнейших острова - Итуруп и Кунашир) твердо состояла в том, что "территориальный вопрос между СССР и Японией решен и закреплен соответствующими международными соглашениями, которые должны соблюдаться".
Наиболее полно, четко и аргументированно эта позиция в последний раз была официально изложена в 1989 г. ("Известия" от 24.04.89) заместителем министра иностранных дел СССР Игорем Рогачевым (в настоящее время посол РФ в Китае)www.mid.ru/nsrasia.nsf/1083b7937ae580ae432569e7004199c2/432569d80021985f4325699c003b5e28?OpenDocument. В статье на основе подробного анализа фактов и документов было показано, что:
а) приоритет открытия и освоения Южных Курил принадлежит нашей стране;
б) в то время, когда эти острова принадлежали Японии, она использовала их как плацдарм для агрессии в отношении соседних государств, в частности, для нападения на Перл-Харбор в 1941 г. и на советские мирные суда в течение Второй мировой войны, когда действовал советско-японский пакт о нейтралитете “Northern Territories” and beyond: Russian, Japanese and American perspectives / edited by James E.Goodby, Vladimir I.Ivanov, Nobuo Shimotamai; under the auspices of the United states Institute of Peace. Westport, Connecticut. : Praeger, 1995.;
в) Япония, как государство-агрессор во Второй мировой войне, на основании решений стран-победительниц была лишена части территории, в том числе и всех Курильских островов, в качестве наказания за эту агрессию;
г) пересмотр этих решений будет означать пересмотр итогов Второй мировой войны, что "...чревато потенциальной опасностью внесения ненужных деструктивных элементов".
В то же самое время было подтверждено стремление Советского Союза развивать сотрудничество на основе равенства и взаимной выгоды, а также "зафиксировать послевоенные границы между Советским Союзом и Японией" Кимура Хироси. Японское направление внешней политики России (взгляд из Японии) / М: Наука,2003. -№3. -с84..
Итак, углубимся в историю взаимоотношений России и Японии по Южно-курильской территориальной проблеме.
Южные Курилы включают в себя четыре островных образования, состоящие из островов Хабомаи, а также островов Шикотан, Кунашир и Итуруп. Острова Хабомаи и Шикотан, входящие в состав Cеверных территорий, тянутся цепочкой на северо-восток от мыса Носаппу полуострова Нэмуро, расположенного на восточном краю острова Хоккайдо, образуя как бы продолжение этого мыса. Остров Кунашир вклинивается между полуостровом Нэмуро и полуостровом Сирэтоко, которые как бы охватывают его с двух сторон, а остров Итуруп тянется на северо-восток от этого острова и находится у южной оконечности островной дуги, простирающейся в океане на север до принадлежащего России полуострова Камчатка Кутахов В. О самых дальних наших островах. 1996. -22 окт. - С. 7..
Хабомаи представляет собой ряд небольших островов и островов-скал. Самый близкий из них к острову Хоккайдо _ остров Кайгара (о. Сигнальный). Он расположен всего лишь в 3,7 км от мыса Носаппу у города Нэмуро. Остров Кунашир виден с полуострова Сирэтоко и с берега залива Нэмуро, находящегося на острове Хоккайдо Кутаков Л.Н. Исторические свидетельства в пользу японо-русского добрососедства. 1998. -№9. -с 86.. Общая площадь островов Хабомаи, Шикотан, Кунашир и Итуруп - 5036 кв. км.
Термин “Северные территории” был введен в употребление по окончании второй мировой войны японской стороной, выдвинувшей требование к России возвратить эти четыре северных островных образования Японии. Исходя из этого, российская сторона в течение длительного времени ставила это словосочетание в кавычки Панов А.Н. Россия и Япония: становление и развитие отношений в конце XX начале XXI : достижения, проблемы, перспективы. М., 2007..
Гряда островов к югу от Камчатки до упомянутых Cеверных территорий именуется островами Тисима или Курильскими островами (“Kuril Islands”, англ.) Japan and Russia: the tortuous path to normalization, 1949-1999. / edited by Gilbert Rozman. New York; St.Martin's Press, 2000..
“Cеверные территории”, их определение и пределы имеют чрезвычайно важный политический смысл. Это объясняется тем, что в отношениях между Японией и Россией общего определения пределов Курильских островов не существовало. Это обстоятельство затрудняет дискуссию по вопросу принадлежности территорий Японии или России и разрешение территориального конфликта на общей основе Hasegawa Tsuyoshi, 1941-. The Northern Territories dispute and Russo-Japanese relations / Tsuyoshi Hasegawa. Berkeley, CA: University of California, International and Area Studies, 1998..
Во время присутствия Cоветской Армии (в конце августа -- начале сентября 1945 г.) на островах Хабомаи, Шикотан, Кунашир и Итуруп, население этих островов составляло около 17 тыс. японцев. Три года спустя все они были депортированы в японскую метрополию. После включения Иосифом Сталиным этих территорий в состав Советского Союза на острова переселились граждане СССР, привлеченные более благоприятными условиями труда.
В 1953 году землетрясение в открытом море в районе Токати вызвало цунами на островах Хабомаи, и после этого постоянное население, кроме пограничников, там больше не проживало. На трех других островах проживают обычные семьи российских граждан.
С 1960-х годов власти проводили набор техников и рабочих, выплачивая высокую заработную плату и прибегая к предоставлению невиданных, по сравнению с другими районами бывшего Советского Союза, привилегий: выплачивались повышенные пенсии, предоставлялись длительные отпуска.
Используя такие методы, власти целенаправленно посылали на эти острова специалистов по обработке морепродуктов и организовали на государственном рыбоконсервном заводе производство и вывоз готовой продукции. С середины 1980-х годов такой порядок работы перестал строго соблюдаться, стали возможны свободный приезд и отъезд рабочей силы и на эти острова стали переселяться свободные предприниматели Glaubitz Joachim. Between Tokio and Moscow : the history of an uneasy relationship, 1972 to the 1990s / Joachim Glaubitz. London: Hurst&Company, 1995..
С распадом Советского Союза пришла в упадок и инфраструктура области: заводам по обработке морепродуктов стало не хватать сырья, работающим перестали выплачивать заработную плату, выросли цены. Население островов столкнулось с очень серьезными трудностями Панов А.Н. Россия и Япония: становление и развитие отношений в конце XX начале XXI : достижения, проблемы, перспективы. М., 2007..
В Южно-Курильске (Фурукамаппу), центре острова Кунашир, размещается администрация Южно-Курильского района Сахалинской области. Во времена японского правления это был поселок, тянувшийся вдоль морского побережья. После цунами этот поселок и многие коммунальные объекты были выстроены заново, примерно на 30 м выше прежнего и получили название “нового района”.
Советские вооруженные силы вступили на южный Сахалин и Курильские острова в августе 1945 года после объявления советским правительством войны милита-ристской Японии, Правовой основой для включения названных территорий в состав Советского Союза послужили реше-ния Ялтинской конференции трех союзных держав: США, Beликобритании и Советского Союза (февраль 1945 г.), предусматривавшие возвращение Советскому Союзу южного Сахалина, отторгнутого Японией 1905 году в итоге Русско-японской войны, а также передачу России Куриль-нях островов, входивших в 18 веке в состав Российской империи, но затем в 19 веке подвергшихся вторжению японцев и подпавших под контроль Японии в соответствии с российско-японскими договорами, подписанными в 1855 и 1875 годах.
В первые годы после окончания Второй мировой войны Япония не предъявляла Советскому Союзу упомянутых выше территориальных требований, выдвижение подобных требо-ваний исключалось тогда хотя бы уже потому, что Советский Союз наряду с Соединенными Штатами и другими союзными державами принимал участие в оккупации Японии, а Япония как страна, согласившаяся на безоговорочную капитуляцию, была обязана выполнять все принятые союзными держава-ми решения, в том числе и решения, касавшиеся ее границ. Именно в тот период сложились новые границы Японии с на-шей страной Молодяков В.Э. Гото Симпэй и русско-японские отношения : к 150-летию со дня рождения Гото Симпэй. М., 2006. .
Итак, в Конвенции об основных принципах взаимоотношений между СССР и Японией от 20 января 1925 г., провозгласившей установление дипломатических отношений между Советским Союзом и Японией, Советский Союз согласился, что Портсмутский договор 1905 г. остается в силе Марков А. Проблемы российско-японских отношений. 1995. -№10 -с 46..
В Англо-американской декларации (Атлантической хартии) от 14 августа 1941 г., к которой Советский Союз присоединился 24 сентября 1941г., сказано, что "США и Великобритания не стремятся к территориальным и иным приобретениям" и "не согласятся ни на какие территориальные изменения, не находящиеся в согласии со свободно выраженным желанием заинтересованных народов" Указ. Сочинение, с. 48..
В Каирской декларации США, Великобритании и Китая от 27 ноября 1943 г., к которой 8 августа 1945 г. присоединился Советский Союз, отмечается, что союзники "не стремятся ни к каким завоеваниям для самих себя и не имеют никаких помыслов о территориальной экспансии". Одновременно в декларации сказано, что цель союзников заключается, в частности, в том, чтобы "изгнать" Японию с территорий, "которые она захватила при помощи силы и в результате своей алчности".
Крымское (Ялтинское) соглашение трех великих держав (СССР, США и Великобритании) по вопросам Дальнего Востока от 11 февраля 1945 г. предусматривало в качестве одного из условий вступления СССР в войну против Японии "передачу Советскому Союзу Курильских островов". Советский Союз утверждал, что благодаря Ялтинскому соглашению было получено юридическое подтверждение передачи ему Курильских островов, включая острова Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи. Япония придерживается той позиции, что Ялтинское соглашение не является решением относительно окончательного территориального урегулирования и что Япония, которая не была участником данного соглашения, ни юридически, ни политически не связана его положениями Молодяков В.Э. Гото Симпэй и русско-японские отношения : к 150-летию со дня рождения Гото Симпэй. М., 2006. .
В Потсдамской декларации США, Великобритании и Китая от 26 июля 1945 г., к которой 8 августа 1945 г. присоединился Советский Союз, зафиксировано, что условия Каирской декларации будут выполнены и японский суверенитет будет ограничен островами Хонсю, Хоккайдо, Кюсю, Сикоку и менее крупными островами, которые укажут союзники. Япония 15 августа 1945 г. приняла Потсдамскую декларацию и капитулировала Молодяков В.Э. Гото Симпэй и русско-японские отношения : [к 150-летию со дня рождения Гото Симпэй]. М., 2006. .
В Пакте о нейтралитете между СССР и Японией от 13 апреля 1941 г. стороны обязались взаимно уважать территориальную целостность и неприкосновенность друг друга. В Пакте указывалось, что он сохраняет силу в течение пяти лет и что если ни одна из договаривающихся сторон не денонсирует Пакт за год до истечения срока, он будет считаться автоматически продленным на следующие пять лет.
После того, как Советский Союз объявил о желании денонсировать советско-японский Пакт о нейтралитете 5 апреля 1945г., Пакт должен был утратить силу 25 апреля 1946 г. Советский Союз объявил войну Японии с 9 августа 1945 г.
В конце августа - начале сентября 1945 г. Советский Союз занял острова Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи, а Указом Президиума Верховного Совета СССР от 2 февраля 1946 г. эти территории были включены в состав РСФСР Кутаков Л.Н. Россия и Япония. М., 1988. .
В Сан-Францисском мирном договоре с Японией от 8 сентября 1951 г. зафиксирован отказ Японии от всех прав, правооснований и претензий на Курильские острова и южную часть о. Сахалин. Договор, однако, не устанавливал, к какому государству переходят упомянутые территории. Советский Союз этот договор не подписал Кацура Таро, Гото Симпэй и Россия : сб. док., 1907 - 1929. М., 2005..
Вопрос о пределах Курильских островов, от которых Япония отказалась по Сан-Францисскому договору, затрагивался в заявлении директора договорного департамента МИД Японии К.Нисимуры в парламенте Японии 19 октября 1951 г., в заявлении парламентского заместителя министра иностранных дел Японии К.Мориситы в парламенте Японии 11 февраля 1956 г., в памятной записке государственного департамента США, являющихся одним из составителей этого договора, правительству Японии от 7 сентября 1956 г.
Поскольку Советский Союз не подписал Сан-Францисский мирный договор, между Советским Союзом и Японией были проведены отдельные переговоры о заключении мирного договора. Однако из-за расхождения позиций сторон по его территориальной статье согласия достигнуто не было.
В обменных письмах между первым заместителем министра иностранных дел СССР А.А.Громыко и полномочным представителем правительства Японии С. Мацумото от 29 сентября 1956 г. зафиксировано согласие сторон на продолжение после восстановления дипломатических отношений переговоров о заключении мирного договора, включающего и территориальный вопрос. Обмен указанными письмами открыл путь к восстановлению советско-японских дипломатических отношений и подписанию Совместной декларации СССР и Японии.
Совместная декларация СССР и Японии от 19 октября 1956 г. прекращала состояние войны и восстанавливала дипломатические и консульские отношения между двумя странами. В Совместной декларации зафиксировано согласие СССР и Японии на продолжение после восстановления нормальных дипломатических отношений переговоров о заключении мирного договора, а также согласие Советского Союза на передачу Японии островов Хабомаи и Шикотан после заключения мирного договора Lensen George Alexander, 1932-. Japanese recognition of the USSR: Soviet-Japanese relations, 1921-1930. / G.A.Lensen. Tokyo, Sophia University, in cooperation with the Diplomatic Press. Tallahassee, Florida, 1970..
Совместная декларация СССР и Японии была утверждена парламентом Японии 5 декабря 1956 г. и ратифицирована Президиумом Верховного Совета СССР 8 декабря 1956 г. Обмен ратификационными грамотами был произведен в Токио 12 декабря 1956 г.
В частности, в статье 9 этого документа было написано, что Советский Союз и Япония «согласились на продолжение по-сле восстановления нормальных дипломатических отноше-ний между Союзом Советских Социалистических Республик и Японией переговоров о заключении мирного договора Kim Young C. Japanese-Soviet relations: interaction of politics, economics, and national security / Young C.Kim. Beverly Hills, Calif: Sage Publications, 1974.. При этом Союз Советских Социалистических Республик, «идя на-встречу пожеланиям Японии и учитывая интересы японского государства», соглашается на передачу Японии островов Хабомаи и Шикотан, с тем, однако, что фактическая передача этих островов Японии будет произведена после заключения мирного договора между Союзом Советских Социалистиче-ских Республик и Японией» Иконникова Т.Я. Очерки истории взаимоотношений России и Японии в конце XIX в. - 1917 г. Хабаровск, 2001..
Включение в текст Совместной декларации статьи 9 означало косвенное признание обеими сторонами их неспо-собности заключить в тот момент мирный договор по причи-не выдвижения японской стороной неприемлемых для Со-ветского Союза территориальных требований и нежелания советской стороны удовлетворить эти требования Nimmo William F. Japan and Russia: a reevaluation in the post-soviet era / William F.Nimmo. Westport, Connecticut. : Greenwood Press, 1994..
Что же ка-сается упоминания в статье 9 о намерении Советского Союза передать Японии в будущем острова Хабомаи и Шикотан, то эта передача трактовалась советским руководством как де-монстрация готовности Советского Союза поступиться ча-стью своей территории во имя добрых связей с Японией.
За период с 1956 года предпринимались и предпринимаются отдельные попытки сузить объем обязательных для соблюдения положений Декларации путем утверждений о том, что процитированная выше ее девятая статья утратила силу.
Так, подобная попытка содержалась в Памятной записке советского правительства правительству Японии от 27 января 1960 г., где, в частности, говорилось следующее относительно японо-американского договора безопасности: «в связи с тем, что этот договор фактически лишает Японию независимости и иностранные войска, находящиеся в Японии в результате ее капитуляции, продолжат свое пребывание на японской территории, складывается новое положение, при котором невозможно осуществление обещания Советского правительства о передаче Японии островов Хабомаи и Сикотана» Иконникова Т.Я. Очерки истории взаимоотношений России и Японии в конце XIX в. - 1917 г. Хабаровск, 2001..
Советское правительство, учитывая, что новый военный договор, подписанный правительством Японии, направлен против Советского Союза, как и против Китайской Народной Республики, не может содействовать тому, чтобы передачей указанных островов Японии была бы расширена территория, используемая иностранными войсками Кутаков Л.Н. Россия и Япония. М., 1988. .
Ввиду этого Советское правительство считает необходимым заявить, что только при условии вывода всех иностранных войск с территории Японии и подписания мирного договора между СССР и Японией острова Хабомаи и Сикотан будут переданы Японии, как это было предусмотрено Совместной декларацией СССР и Японии от 19 октября 1956 года» «Правда», 29 января 1960 г..
В ответной Памятной записке японского правительства от 5 февраля 1960 г. указывалось:
"...Совершенно трудно объяснить то обстоятельство, что Советское правительство в своей памятной записке связывает новый японо-американский договор с вопросом о передаче островов Хабомаи и острова Сикотан.
По поводу островов Хабомаи и Сикотан в японо-советской Совместной декларации имеется следующее ясное указание: "Союз Советских Социалистических Республик, идя навстречу пожеланиям Японии и учитывая интересы японского государства, соглашается на передачу Японии островов Хабомаи и острова Сикотан с тем, однако, что фактическая передача этих островов Японии будет произведена после заключения мирного договора между Союзом Советских Социалистических Республик и Японией" Иконникова Т.Я. Очерки истории взаимоотношений России и Японии в конце XIX в. - 1917 г. Хабаровск, 2001..
Указанная Совместная декларация представляет собой международное соглашение, регулирующее основы японо-советских отношений, она является официальным международным документом, ратифицированным высшими органами обеих стран. Следовательно, вряд ли есть необходимость говорить о том, что нельзя в одностороннем порядке менять содержание этого торжественного международного обязательства Латышев И.А. Россия и Япония: В тупике территориального спора: 4 года невнятной дипломатии В. Путина, 2000-2004. М., 2004..
Кроме того, когда подписывалась японо-советская Совместная декларация, уже существовал договор безопасности, не ограниченный никаким сроком действия. В тот период в Японии уже находились иностранные войска. Следовательно, Совместная декларация заключалась с учетом этих фактов. Уже этих фактов достаточно для того, чтобы заявить, что указанные выше обстоятельства не могут влиять на взаимное согласие, зафиксированное в японо-советской Совместной декларации.
Иные основания для утверждений об утрате силы статьей девятой выдвигал Президент СССР М.С.Горбачев во время и после своего визита в Японию в 1991 году. Выступая на сессии Верховного Совета СССР 26 апреля 1991 года, он говорил: "Премьер Кайфу настаивал на том, чтобы декларация 1956 года была названа в заявлении. Мы на это не пошли. И вот почему: в ней говорится не только об окончании состояния войны и восстановлении дипломатических отношений, но и о передаче Японии островов после заключения мирного договора. Мы считаем, что следует опираться только на ту часть документа, которая стала исторической реальностью, имела международно-правовые и физические последствия. А то, что не состоялось, что последующая история как бы "стерла", невозможно, спустя 30 лет, просто так реанимировать. Шанс тогда был упущен. С тех пор возникли новые реальности. Из них и надо исходить" Визит М.С.Горбачева в Японию. М., 1991. С. 94..
В докладе заместителя председателя Комитета защиты Курил и территориальной целостности России А.Ю. Плотникова на заседании депутатской группы по связям с Парламентом Японии Госдумы РФ 19 сентября 2000 года утверждалось следующее: «В любом случае, в нынешних условиях девятую статью Декларации 1956 г. следует безусловно признать утратившей свою силу как ввиду отказа Японии от первоначальных условий, на которых была заключена Декларации, так и ввиду того, что предусмотренная в этой статье передача Японии островов Малой Курильской гряды была рассчитана на заключение мирного договора в ближайшие годы в конкретных условиях послевоенного времени. За прошедшие десятилетия ситуация в районе южных Курил полностью изменилась, и возврат к договоренностям сорокапятилетней давности уже просто невозможен» Латышев И.А. Россия и Япония: В тупике территориального спора: 4 года невнятной дипломатии В. Путина, 2000-2004. М., 2004..
По мнению А.Ю. Плотникова, заявление японской стороны о том, что Япония будет добиваться возвращения ей не только островов Хабомаи и острова Сикотан, но также и «других исконных японских территорий», под которыми подразумевались острова Кунашир и Итуруп (см. выше Памятную записку японского правительства от 5 февраля 1960 г.), «напрямую принципиально меняло ситуацию, из которой стороны исходили при заключении Декларации, так как означало прямой односторонний отказ и пересмотр Японией первоначальных условий Совместной декларации» Информационно-аналитический бюллетень депутатской группы по связям с Парламентом Японии Госдумы РФ №3, сентябрь 2000 г., с.17.
Однако «договор представляет собой единое целое, сбалансированный комплекс норм. Прекратить можно лишь договор в целом. Нельзя выбирать изюм из пирога. Прекращение действия отдельных постановлений возможно лишь в том случае, если это допускается договором или согласовано между сторонами. Лишь в исключительных случаях могут быть прекращены, приостановлены или объявлены недействительными только некоторые постановления договора. Необходимым условием является возможность отделения соответствующих постановлений от договора в плане его дальнейшего действия без коренных изменений в правах и обязательствах сторон» Латышев И.А. Россия и Япония: В тупике территориального спора: 4 года невнятной дипломатии В. Путина, 2000-2004. М., 2004..
В данном случае нет ни исключительных обстоятельств, ни возможности «безболезненного» обособления статьи девятой от целостного текста Декларации. Как можно видеть, японское правительство в процитированной выше Памятной записке от 5 февраля 1960 г. ссылалось именно на международно-правовые процедуры обращения с договорами, не допускающие одностороннего отказа от взятых на себя в договорном порядке обязательств.
В результате работы большого исследовательского коллектива ученых и специалистов из Японии, США и России было зафиксировано следующее: "В 1956 г. в Совместной декларации об установлении дипломатических отношений с Японией и прекращении состояния войны Советский Союз обязался передать Японии острова Хабомаи и Шикотан после подписания мирного договора.
С точки зрения международного права то обстоятельство, что это обязательство было оформлено в виде добровольного волеизъявления Советского Союза, не имеет никакого юридического значения в отношении обязательства России вернуть два меньших острова.
Оно не может быть отменено или изменено в одностороннем порядке: декларация была ратифицирована парламентами двух стран и имеет силу закона, обязательного к выполнению обеими сторонами Гребенщиков Э.. Тихоокеанская Россия и Япония: регионализация отношений. 2004. -№1. -с 90..
Попытки советского правительства в нескольких заявлениях января-мая 1960 г. поставить под сомнение законность этого обязательства неправомочны. Единственным законным путем аннулирования этой декларации была бы ее совместная денонсация Верховным Советом и японским парламентом или принятие Японией и Советским Союзом совместного документа, определяющего изменения в декларации Латышев И.А. Россия и Япония: В тупике территориального спора: 4 года невнятной дипломатии В. Путина, 2000-2004. М., 2004..
Подобный совместный документ должен быть ратифицирован верховной законодательной властью обеих стран для того, чтобы обрести силу международного права. Тот факт, что Совместная декларация не аннулирована после 1960 года и до сих пор является единственным документом, согласно которому обе стороны осуществляют международные отношения, означает, что она и по сей день имеет силу закона для двух стран" От холодной войны к трехстороннему сотрудничеству в Азиатско-Тихоокеанском регионе. М., 1993, с.20..
Предметом оживленного обсуждения является вопрос о том, как же следует квалифицировать официальные настояния японской стороны о возвращении Японии, кроме Хабомаи и Сикотана, также Кунашира и Итурупа, о которых не шло речи в Декларации, если эти настояния не образуют исключительных обстоятельств, позволяющих отказаться от статьи девятой.
Вот точка зрения японоведа Ю.В. Георгиева: "Из текста Совместной декларации с несомненностью следует, что нынешние требования японской стороны о возвращении ей Кунашира и Итурупа являются требованиями односторонних уступок от России и фактически представляют собой такой же дипломатический "перехлест", как и требование советской стороны в 1960 г. вывода из Японии иностранных войск как дополнительного условия для передачи японской стороне островов Хабомаи и Шикотан» Георгиев Ю.В. Курилы - острова в океане проблем. М., 1998..
Тем не менее, следует четко представлять себе, что компромиссный характер решений, зафиксированных в Совместной декларации, дал японской дипломатии основание на собственную интерпретацию положений декларации, отличавшуюся от толкования советской стороны. Отличия в толковании Совместной декларации сохраняются у российской и японской дипломатии и в настоящее время Латышев И.А. Россия и Япония: В тупике территориального спора: 4 года невнятной дипломатии В. Путина, 2000-2004. М., 2004..
Японские дипломаты считают, что им удалось на переговорах в Москве зафиксировать обязательство СССР передать Японии острова Хабомаи и Шикотан - по Совместной декларации, и кроме того добиться согласия советской стороны на продолжение переговоров о возвращении Кунашира и Итурупа - в соответствии с договоренностью в обменных письмах.
Естественно, что согласие советской стороны на продолжение переговоров по мирному договору, хотя оно и сопровождалось фактическим отказом передать Японии Кунашир и Итуруп, тем не менее давало японской стороне право ставить вопрос о судьбе этих двух островов, и это обстоятельство активно эксплуатировалось дипломатией Японии Латышев И.А. Россия и Япония: В тупике территориального спора: 4 года невнятной дипломатии В. Путина, 2000-2004. М., 2004..
Что касается советской стороны, то она рассматривала Совместную декларацию как документ, практически регулировавший основные вопросы послевоенных взаимных отношений СССР и Японии, в том числе и территориальный вопрос" Георгиев Ю.В. Курилы - острова в океане проблем. М., 1998, с.253..
Это суждение дает пищу для некоторых комментариев, предварить которые целесообразно пояснением, о каких обменных письмах идет речь. Незадолго до подписания Декларации, а именно 29 сентября 1956 г., состоялся обмен письмами между полномочным представителем правительства Японии С. Мацумото и первым заместителем министра иностранных дел СССР А.А. Громыко. Письмо С.Мацумото гласило:
"Господин первый заместитель министра, Имею честь сослаться на послание премьер-министра г-на Хатояма от 11 сентября 1956 г. и на ответное послание Председателя Совета Министров СССР от 13 сентября сего года и заявить нижеследующее: Правительство Японии готово вступить в переговоры в Москве о нормализации советско-японских отношений без заключения в настоящее время мирного договора, как было сказано в вышеуказанном послании премьер-министра г-на Хатояма. При этом японское правительство считает, что и после восстановления дипломатических отношений в результате нынешних переговоров весьма желательно, чтобы японо-советские отношения достигли более прочного развития на основе формального мирного договора, включающего в себя и территориальный вопрос.
В этой связи японское правительство будет считать, что переговоры относительно заключения мирного договора, включающего территориальный вопрос, будут продолжены и после восстановления нормальных дипломатических отношений между нашими странами. Приступая к переговорам в соответствии с посланием премьер-министра г-на Хатояма, я буду весьма признателен, если советское правительство также предварительно подтвердит, что и оно придерживается того же мнения" Латышев И.А. Россия и Япония: В тупике территориального спора: 4 года невнятной дипломатии В. Путина, 2000-2004. М., 2004..
В ответном письме А.А. Громыко подтверждалось получение письма С. Мацумото и сообщалось следующее: "В связи с этим по поручению правительства СССР имею честь сообщить, что Советское правительство разделяет указанное выше мнение японского правительства и заявляет о своем согласии на продолжение после восстановления нормальных дипломатических отношений между нашими странами переговоров о заключении мирного договора, включающего и территориальный вопрос" От холодной войны к трехстороннему сотрудничеству в Азиатско-Тихоокеанском регионе. М., Восточная литература, 1993, с. 159.. С начала 1960-х годов настояния на том, чтобы будущий мирный договор предусматривал возвращение Японии не только Хабомаев и Сикотана, но также Кунашира и Итурупа, последовательно включаются японской стороной в повестку дня переговоров о заключении мирного договора. Ю.В.Георгиев прав в том, что редакция текста Декларации и приведенный выше обмен письмами между С.Мацумото и А.А.Громыко дают японской стороне определенные основания для такой трактовки Декларации и этих писем, которая позволяет выдвигать вышеназванные настояния. Наше мнение состоит в том, что трактовка, принадлежащая японской стороне, не является полностью убедительной, да и сам статус писем нельзя считать достаточно определенным.
Поэтому аргументация японской стороны не пересиливала прошедшее время доводы российской стороны, согласно которым в Декларации обеими сторонами было решено, что Японии должны быть переданы только Хабомаи и Сикотан.
Наличие у японской стороны определенных оснований для своей трактовки в 1960 г. опровергало утверждения, будто попытки включить в число подлежащих передаче островов также Кунашир и Итуруп влекли за собой утрату силы статьей девятой Декларации. В свете этих оснований нельзя согласиться с оценкой Ю.В.Георгиева, по которой "нынешние требования японской стороны о возвращении ей Кунашира и Итурупа являются требованиями односторонних уступок от России и фактически представляют собой… дипломатический "перехлест" Георгиев Ю.В. Курилы - острова в океане проблем. М., 1998..
Не случайно, как не раз подчеркивали в дальнейшем советские комментаторы, речь шла в статье о «передаче» Японии ука-занных островов» а не об их «возвращении», как склонна бы-ла тогда истолковывать суть дела японская сторона. Слово «передача» призвано было означать намерение Советского Союза уступить Японии часть своей, а не японской террито-рии Латышев И.А. Россия и Япония: В тупике территориального спора: 4 года невнятной дипломатии В. Путина, 2000-2004. М., 2004..
Иначе говоря, советская сторона исходила из того, что все южные Курильские острова, оказавшиеся предметом спора, принадлежали не Японии, а Советскому Союзу и что в данном случае речь шла о великодушной готовности совет-ского правительства поделиться своей собственностью с Японией во имя дружбы между народами обеих стран.
Однако фиксация в декларации опрометчивого хрущевского обещания преподнести Японии авансом «подарок» в виде части советской территории явля-ла собой образец политического недомыслия тогдашнего кремлевского руководства, не имевшего ни юридического, ни морального права превращать территорию страны в пред-мет дипломатического торга.
Недальновидность этого обсуж-дения стала очевидна уже в течение двух-трех последующих лет, когда японское правительство в своей внешней полити-ке взяло курс на упрочение военного сотрудничества с США и усиление самостоятельной роли Японии в японо-американ-ском «договоре безопасности», острие которого вполне определенно направлялось в сторону Советского Союза Robertson, Myles L.C. (Myles Leonard Caie), 1958-. Soviet policy toward Japan: an analysis of trends in the 1970s and 1980s / Myles L.C. Robertson. Cambridge: Cambridge University Press, 1988..
Не оп-равдались надежды советского руководства и на то, что его готовность «передать» Японии два острова побудит японские правительственные круги к отказу от дальнейших территори-альных притязаний к нашей стране.
Первые же месяцы, прошедшие после подписания декларации, показали, что японская сторона не была наме-рена успокоиться. Вскоре в дипломатическом багаже Японии появился новый «аргумент» в территориальном споре с Со-ветским Союзом, основанный на искаженном толковании со-держания Совместной декларации и текста ее девятой статьи.
Суть этого «аргумента» сводилась к тому, что-де нормализа-ция японо-советских отношений не кладет конец, а, наобо-рот, предполагает дальнейшие переговоры по «территориаль-ному вопросу» и что фиксация в девятой статье декларации готовности Советского Союза передать Японии по заключе-нии мирного договора острова Хабомаи и Шикотан еще не подводит черту территориальному спору двух стран, а, наобо-рот, предполагает продолжение этого спора по двум другим' островам южных Курил: Кунаширу и Итурупу.
Более того, в конце 50-х годов японское правительство стало активнее, чем прежде, использовать так называемый территориальный вопрос» для раздувания среди японского населения недобрых настроений в отношении нашей страны.
В последующие месяцы 1960 года в советской печати были опубликованы и другие ноты и заявления МИД CCCP советского правительства, свидетельствовавшие о нежела-нии руководства СССР продолжать бесплодные переговоры по поводу японских территориальных притязаний. К их числу относилась памятная записка МИДа СССР от 24 февраля 1960 года, в которой указывалось, что Советский Союз считает «территориальный вопрос» решенным «соответствующими международными соглашениями» Kim Young C. Japanese-Soviet relations: interaction of politics, economics, and national security / Young C.Kim. Beverly Hills, Calif: Sage Publications, 1974..
А далее, 22 апреля 1960 года, последовало заявление советского правительства пра-вительству Японии, в котором отвергались как необоснован-ные утверждения японской стороны о том, будто «территориальный вопрос еще не решен и оставлен обеими сторонами для дальнейшего двустороннего обсуждения. В заявлении указывалось» что советское правительство отклоняет подобные утверждения как не соответствующие действительности, и подчеркивалось, что «территориальный вопрос между СССР и Японией решен и закреплен соответствующими соглашения ми, которые должны соблюдаться.
С этого времени надолго, точнее, более чем не 20 лет политика Советского правитель став в отношении территориальных притязаний Японии стала предельно простой и четной: «территориального вопроса в от ношениях двух стран нет потому, что этот вопрос «уже решен предшествующими международными соглашениями.
Твердая и четкая позиция советской стороны в отноше-нии японских территориальных притязаний привела к тому. что на протяжении многих годов никому из японских гоcy дарственных деятелей и дипломатов не удалось втянуть советский МИД и его руководителей в сколько-нибудь развернутую дискуссию по поводу японских территориальных домогательств».
Примечательно, что слова «северные территории» приоб-рели в ходе развертывания этого «движения» весьма растя-жимое содержание. Одни политические группы, в частности правительственные круги, имели в виду под «северными тер-риториями» четыре южных острова Курильской гряды; другие, включая социалистическую и коммунистическую партии, -- все Курильские острова, а третьи, особенно из числа привер-женцев ультраправых организаций, не только Курильские острова, но и южный Сахалин.
Агрессивность намерений японской стороны проявля-лась чем далее, тем более, даже те поборники территориаль-ных притязаний к Советскому Союзу, которые ограничива-лись тогда в своих требованиях четырьмя южными острова ми не исключали в перспективе возможности наращивания этих требований, а подчас с циничной откровенностью вы сказывались в пользу именно такой перспективы Кимура Хироси. Японское направление внешней политики России (взгляд из Японии) / М: Наука,2003. -№3. -с84..
Для обработки общественного мнения страны и втягива-ния как можно большего числа японцев в «движение за воз-вращение северных территорий» использовались при этом все новые и новые уловки. Так, например, широко стали практиковаться поездки на остров Хоккайдо в район города Немуро, откуда хорошо видны южные Курильские острова, специализированных групп туристов из других районов страны, В программы пребывания этих групп в городе Немуро в обязательном порядке включались «прогулки» на судах вдоль границ южных островов Курильской гряды с целью «печаль-ного созерцания» земель, некогда принадлежавших Японии.
Значительную долю участников этих «ностальгических прогу-лок» составляли к началу 80-х годов школьники, которым по-добные вояжи засчитывались как «учебные поездки», преду-смотренные школьными программами. По такому же мар-шруту ежегодно стали совершать демонстративные выезды в район южных Курил наиболее видные представители япон-ского правительства, включая министров иностранных дел, начальников канцелярии премьер-министра, а позднее и премьер-министры.
Новым моментом в 70-е годы стали апелляции японских организаторов антисоветской кампании к зарубежной обще-ственности. Первым примером того стала речь японского премьер-министра Эйсаку Сато на юбилейной сессии Гене-ральной Ассамблеи ООН в октябре 1970 года, в которой гла-ва японского правительства попытался втянуть мировую об-щественность в территориальный спор с Советским Союзом. В дальнейшем, в 70--80-х годах, попытки японских дипломатов использовать трибуну ООН с той же целью предпринимались неоднократно Japan in dynamic Asia: copying with the new security challenges / edited by Yoshiro Sato and Satu Limaye. Lanham, MD. : Lexington Books, 2006..
Начиная с 1980 года по инициативе кабинета Судзуки в стране стали ежегодно отмечаться так называемые «дни се-верных территорий». Таким днем стало 7 февраля. Именно в этот день в 1855 году в японском городе Симоде был подпи-сан русско-японский трактат, по которому южная часть Ку-рильских островов оказалась в руках Японии, а северная часть осталась за Россией. Выбор этой даты в качестве «дня северных территорий» должен был подчеркнуть, что Симодский договор (растоптанный и аннулированный самой Япони-ей в 1905 году в ходе Русско-японской войны, а также и в 1918--1925 годах в ходе японской интервенции на Дальнем Востоке и в Сибири) якобы и поныне сохраняет свою значи-мость.
К концу 80-х годов все более заметное влияние на поли-тику советских правящих кругов и дипломатов стали оказы-вать сторонники «нового мышления», сгруппировавшиеся в окружении М.С. Горбачева, а также «демократы», образовав-шие во вновь избранном Верховном Совете СССР так назы-ваемую «межрегиональную группу». В публичных заявлениях многих из этих «новаторов», пронизанных злобным непри-ятием сталинской внешней политики, появились призывы к пересмотру ялтинской системы международных отношений, сложившейся в итоге Второй мировой войны, и к безотлага-тельному завершению территориального спора с Японией пу-тем «справедливого компромисса», под которым подразу-мевались уступки японским территориальным притязаниям.
Первые откровенные заявления такого рода прозвучали в октябре 1989 года из уст народного депутата, ректора Московского архивного института Ю. Н. Афанасьева, заявившего во время своего пребывания в Токио о необходимости слома ялтинской системы и скорейшей передачи Японии четырех южных островов Курильской гряды.
Вслед за Ю. Афанасьевым стали высказываться в пользу территориальных уступок при приездах в Японию и другие видные межрегиональщики: Д. Сахаров, Г. Попов, Б. Ельцин, Не что иное, как курс на постепенные, растянутые во време-ни уступки японским территориальным требованиям представляла собой, в частности, "Программа пятиэтапного реше-ния территориального вопроса", выдвинутая тогдашним лиде-ром межрегиональной группы Ельциным в ходе его визита в Японию в январе 1990 года Загорский А. Новый взгляд на известную тему. 1997. -№5. -с 151..
Не без ведома горбачевского окружения в активную раз-работку курса на «компромисс» с Японией и уступки японским территориальным домогательствам включились в те же дни редакции ряда центральных российских газет и журналов («Известий», «Московских новостей», «Нового времени» и дру-гих), а также работники некоторых исследовательских цен-тров Академии наук СССР и, в частности, японоведы Институ-та мировой экономики и международных отношений (ИМЭМО) Георгиев Ю.В. Курилы - острова в океане проблем. М., 1998.. Осенью 1990 года научный сотрудник ИМЭМО Г. Кунадзедал интервью японской газете «Ёмиури», в котором изложил некую формулу «два плюс альфа» Крупянко М.И. Япония после «холодной войны». Политика обеспечения национальной безопасности. М., 2001..
Появление в политическом мире Советского Союза груп-пы сторонников территориальных уступок Японии окрылило японских политиков и дипломатов и возродило у них угасшие было надежды на скорую реализацию их планов пересмотра японо-советских границ, сложившихся в итоге Второй миро-вой войны. Именно с этими надеждами готовились они к ви-зиту в Японию Президента СССР М.С. Горбачева, который по-сле нескольких отсрочек состоялся в апреле 1991 года Загорский А. Новый взгляд на известную тему. 1997. -№5. -с 153..
Не исключено, что визит Горбачева в Японию завершил-ся бы реализацией курса прояпонски настроенных сторонни-ков «нового мышления» на передачу под контроль Японии по крайней мере части южных Курил, если бы их дела в горба-чевском окружении, в ИМЭМО и в некоторых средствах мас-совой информации не получила отпора со стороны влиятель-ных представителей Политбюро ЦК КПСС и командования советских вооруженных сил, отвергавших с порога идею тер-риториальных уступок Японии.
Именно этот отпор «консерва-тивной» части советского руководства, данный поборникам «нового мышления» накануне отъезда Горбачева в Японию, вынудил Президента СССР занять на переговорах в Токио бо-лее твердую позицию, чем это предполагалось им ранее, хотя и эта позиция была все-таки гораздо мягче и податливей, чем у прежних руководителей Советского Союза.
Итогом длительных и напряженных переговоров Горбаче-ва с японским премьер-министром Тосики Кайфу явилось Со-вместное заявление, подписанное руководителями двух стран. Заявление это отражало характерную для Горбачева непо-следовательность во взглядах и в защите национальных ин-тересов государства. С одной стороны, несмотря на настойчи-вые домогательства японцев, советский руководитель не до-пустил включения в текст Совместного заявления каких-либо формулировок, открыто подтверждающих готовность совет ской стороны передать Японии острова Хабомаи и Шикотан. Не пошел он и на отказ от нот Советского правительства, на-правленных Японии в 1960 году Крупянко М.И. Япония после «холодной войны». Политика обеспечения национальной безопасности. М., 2001..
Однако, с другой стороны, в текст Совместного заявления оказались все-таки включены довольно двусмысленные формулировки, позволявшие япон-цам истолковывать их в свою пользу. Речь идет о тех строках заявления, в которых указывалось, что руководители обеих стран «провели обстоятельные и углубленные переговоры по всему комплексу вопросов, касающихся разработки и заключения мирного договора между Японией и СССР, включая проблему территориального размежевания, учитывая пози-ции обеих сторон о принадлежности островов Хабомаи, Ши-котан, Кунашир и Итуруп.
Казалось бы, вопрос исчерпан, тем более что послевоенную границу соблюдали обе стороны, поскольку действия Японии (в частности, подписание соответствующих договоров) означали фактическое признание ею этой границы. Однако общее ослабление государственного механизма в постперестроечные годы и жесткое противостояние в борьбе за власть между Михаилом Горбачевым и Борисом Ельциным привели к тому, что средством этого противостояния стала и внешняя политика, в частности "курильский вопрос" Крупянко М.И. Япония после «холодной войны». Политика обеспечения национальной безопасности. М., 2001..
1.2. Южно-курильская территориальная проблема начала перестройки

9 октября 1990 года в «Комсомольской правде» была опубликована статья А. Янова «Курилы: козырь перестройки», автор которой утверждал: «Эти острова «вам, собственно, не нужны» Георгиев Ю.В. Курилы - острова в океане проблем. М., 1998..
В том же октябре 1990 года С. Б. Станкевич предложил японцам разработанный им совместно с Г.Х.Поповым план создания на спорных островах «совместной российско-японской администрации». Не прошло и месяца, как на сессии Верховного Совета СССР президент Киргизии А.Акаев призвал М.С.Горбачева срочно продать острова Японии.
Весной 1991 года, будучи не в Токио, а всего-навсего в Норильске, Н.И.Травкин, тем не менее, завел речь на ту же тему: нужно отдать Японии Курилы! Под чисто корыстные замыслы подводилось историко-теоретическое обоснование. Например, в «Комсомольской правде» 2 марта 1991 года была напечатана статья В. М. Пескова «Как продавали Аляску», смысл которой сводился к следующему: правильно сделали, что продали, а то бы американцы силой отняли.
В какой мере США были действительно способны на это в 1867 году, когда только-только закончилась война Севера с Югом, сильно истощившая страну, В.Песков умалчивал, да и не в Аляске было дело. Говорилось об Аляске, а намек содержался на Курилы: надо скорей продать, а то просто отнимут. 11 апреля 1991 года в той же "Комсомольской правде" призвал уступить «не японцам, а здравому смыслу» К. Саркисов из Института востоковедения. Осенью 1991 года на Курилы приехал зам. министра иностранных дел РСФСР Г. Кунадзе с целью подготовить местное население к мысли о неизбежности передачи Южных Курил Японии. Н.Александров в корреспонденции с Курил «Там, где начинается земля» ("Союз", 1991, №14) выкопал откуда-то самурая Мураками Сиринори, который якобы открыл Южные Курилы, впервые нанес их на карту в 1635 году и преподнес эту карту правящему дому Токугава.
Но кроме всех посторонних открывателей на Курилах были и коренные обитатели - айны. «Независимая газета» поместила 28 декабря 1991 года большую статью о них под названием «Хозяева Курил», и это совершенно правильное название. Однако в том же печатном органе 28 января 1992 года напечатана статья Л.Васильева «Курилы и Палестина», автор которой признает, что историческое право на острова имеют лишь айны, но тут же утверждает, будто айны фактически вымерли и ассимилированы японцами.
Характерно, что ни один глава Советского государства, правительства и КПСС ни разу не был с визитом в Токио. Единственным исключением оказался советский президент М. Горбачев. Итогом его визита в Японию 16--19 апреля 1991 г. стало официальное признание наличия разногласий по территориальному вопросу.
Новым фактором в развитии советско-японских отношений явилась внутриполитическая борьба в СССР. Усиливающаяся демократическая оппозиция искала новые подходы к курильской проблеме. В январе 1990 г. Б. Ельцин во время посещения Токио предложил пятиэтапный план решения судьбы Южных Курил. План предусматривал следующие этапы:
1. Официальное признание Советским Союзом существования территориальной проблемы в советско-японских отношениях.
2. Демилитаризация островов Кунашир, Итуруп, Шикотан и Хабомаи.
3. Объявление этих островов зоной свободного предпринимательства с соответствующим льготным режимом для Японии. Заключение договора между РСФСР и Японией по вопросам развития сотрудничества в торгово-экономической, научно-технической, культурной и гуманитарной сферах.
4. Заключение мирного договора между СССР и Японией.
5. Решение территориального вопроса с новым поколением политиков через 15--20 лет. При этом среди возможных вариантов решения названы «совместный протекторат СССР и Японии», придание островам статуса «свободной территории», передача островов Японии.
Вопрос об окончательном размежевании Б.Н. Ельцин предлагал решить будущему поколению политиков.
Таким образом, нам представляется, что первоначально "пятиэтапный план" был представлен как тактический ход демократической оппозиции РСФСР в обход официальной позиции МИД СССР. Далее, в апреле 1991 года в Японию пожаловал сам президент СССР М.С. Горбачёв. Он провёл в Токио несколько раундов переговоров со своим коллегой Т. Кайфу. Итогом этих переговоров явилось заключение "Совместного советско-японского заявления".
Реакция Японии на визит Б.Н. Ельцина в январе 1990 года на представленный им план решения проблемы "северных территорий" была довольно скептической.
В откликах на программу Б.Н. Ельцина преобладали не столько приветственные, сколько критические оценки. Объяснялось это рядом обстоятельств, но главным из них всё же явилось то, что японские политические круги считали тогда, что власть М.С.Горбачёва в СССР достаточно прочна, а приход к власти Ельцина в ближайшее время казался им маловероятным.
Кроме того, в 1991 году ожидался визит самого президента СССР М.С. Горбачёва, и японцы ждали от визита "реального" лидера СССР не какие-то отдалённые по времени, а безотлагательные уступки японским территориальным требованиям [отдать все 4 острова]. Однако, несмотря на все эти нюансы, лидер демократов РСФСР был благосклонно принят в Японии и впоследствии являлся особо популярной личностью в "стране восходящего солнца" Афонин Б.М. Россия - Япония: итоги, которых могло бы и не быть: к 50-летию Совместной советско-японской декларации: [приложение к журналу "Россия и АТР", выпуск 2] / Владивосток: Дальнаука, 2006. .
Таким образом, нам представляется, что первоначально "пятиэтапный план" был представлен как тактический ход демократической оппозиции РСФСР в обход официальной позиции МИД СССР. Далее, в апреле 1991 года в Японию пожаловал сам президент СССР М.С. Горбачёв. Он провёл в Токио несколько раундов переговоров со своим коллегой Т. Кайфу. Итогом этих переговоров явилось заключение "Совместного советско-японского заявления".
Подписанное М.С. Горбачёвым в апреле 1991 года "Совместное советско-японское заявление", по сути дела, отразило те положения, которые были зафиксированы и прописаны в "пятиэтапном плане" Б.Н. Ельцина. Официальное признание существования территориальной проблемы в отношениях между СССР и Японией - суть первого этапа концепции Б.Н. Ельцина. Таким образом, первый этап плана был реализован уже в апреле 1991 года политическим руководством СССР.
После событий в Москве 18-21 августа 1991 года, реальная власть в стране оказалась в руках демократов во главе с президентом РСФСР Б.Н. Ельциным. Состав участников территориального спора расширился: МИД Японии, МИД СССР, МИД РСФСР.
На переходном этапе (август-декабрь 1991 года) политическое руководство РСФСР, нуждавшееся в срочной экономической помощи, которую предлагала Япония, вернулось к "пятиэтапному плану" решения территориальной проблемы. С этого момента план Ельцина был взят на вооружение МИДом РСФСР, а позднее и МИДом РФ.
Таким образом, являясь в самом начале своего рождения тактическим ходом российской демократической оппозиции в январе 1991 "пятиэтапный план" эволюционировал в новое исходное качество: он стал базой, на которой впоследствии строился весь комплекс российско-японских отношений. Это означает, что стратегия российского руководства в 90-е годы ХХ столетия формировалась в процессе осуществления на практике положений, зафиксированных в "пятиэтапном плане".
Впоследствии, будучи уже президентом РФ, Ельцин, хоть и говорил об имеющихся у него чуть ли не четырнадцати вариантах решения "курильской проблемы", пятиэтапного плана с повестки дня ни разу не снимал, как, впрочем, ни разу его на официальном уровне не озвучивал.
При этом практические действия и самого Ельцина, и исполнительных властей на разных уровнях дают веские основания говорить о том, что этот план неуклонно, хотя и с некоторыми корректировками, исполняется Георгиев Ю.В. Курилы - острова в океане проблем. М., 1998..
В свою очередь, Токио начал пытаться балансировать между советскими и новыми российскими властями. Отметим здесь, что 24 августа 1991 г., то есть сразу после августовского путча, некий японский дипломат явился к высокопоставленному представителю МИДа РСФСР с предложением, чтобы президент Ельцин незамедлительно выступил с заявлением, что советский режим виновен во многих преступлениях и демократическая Россия отрекается от них и готова в отношениях с Японией руководствоваться Симодским трактатом 1855 г. в той его части, которая касается Курильских островов Rozman Gilbert. Japan's response to the Gorbachev era, 1985-1991. : a rising superpower views a declining one / Gilbert Rozman. Princeton, N.Y. : Princeton University Press, 1992..
Представитель Токио заявил, что предлагаемое им заявление от лица российского президента трактовалось бы японской стороной как подлинный жест доброй воли со стороны демократического руководства РСФСР. Сущность японского предложения может быть понята через контекст вакуума власти в СССР, который существовал в это время. Также данная японская инициатива должна рассматриваться как черта, характеризующая и степень давления со стороны Токио на власти РСФСР с тем, чтобы добиться решающего прорыва в курильской проблеме.
Общепринятое мнение, существующее в Российской Федерации, сводится к тому, что это государство является государством--правопреемником СССР. Следовательно, делают отсюда вывод политики и ученые, Россия наследует не только права, но и обязательства государства--предшественника. По словам С. Филатова, в рамках именно этого понимания к России перешли место постоянного члена Совета Безопасности ООН, а также иные права и обязательства по целому ряду основополагающих международных договоров, заключенных Советским Союзом.
Распад СССР в принципе мог привести к радикальным изменениям в подходе Москвы к отношениям с Токио. По некоторым косвенным данным мы можем прийти к заключению, что российское руководство в первой половине 1992 г. серьезно рассматривало возможность разрешения курильского вопроса на условиях, которые удовлетворяли бы основные претензии японской стороны Hasegawa Tsuyoshi, 1941-. The Northern Territories dispute and Russo-Japanese relations / Tsuyoshi Hasegawa. Berkeley, CA: University of California, International and Area Studies, 1998..
Так, 22 и 29 мая 1992 г. заместитель министра иностранных дел Российской Федерации Г. Ф. Кунадзе представил Государственной комиссии по подготовке визита президента Б. Ельцина в Японию (визит был назначен на сентябрь 1992 г.) предложение МИДа передать Японии Хабомаи и Шикотан, как это было предусмотрено советско-японской декларацией 1956 г., а также продолжить переговоры относительно судьбы Кунашира и Итурупа.
23 июля 1992 г. Кунадзе сообщил прессе, что текст мирного договора с Японией в целом подготовлен. По словам этого высокопоставленного дипломата, «остается совсем немного договориться о проблеме территориального размежевания». Мирный договор Россия была готова подписать в рамках тех существующих договоренностей, правовых и политических реалий, которые сложились в то время. Кунадзе высказал мнение, что «нет другого пути, кроме реализации совместной советско-японской декларации от 1956 г.», согласно которой предусматривалось возвращение Японии двух из четырех спорных островов Южных Курил.
Характерно, что Кунадзе при этом особо подчеркнул, что политика России в отношении Японии не должна становиться объектом внутриполитической борьбы. В российском парламенте в то время активизировались силы, выступавшие с критикой курса руководства страны, который они оценивали как излишне прозападный, и Кунздзе, судя по его заявлению, был заинтересован в их нейтрализации во время обсуждения вопроса о принадлежности Южных Курил Rozman Gilbert. Japan's response to the Gorbachev era, 1985-1991. : a rising superpower views a declining one / Gilbert Rozman. Princeton, N.Y. : Princeton University Press, 1992..
Определение позиции МИДа России в отношении курильской проблемы не означало, что все звенья исполнительной власти разделяли мнение Кунадзе и его коллег. В структуре исполнительной власти Российской Федерации президентская команда занимала решающее место в сравнении с МИДом.
Поэтому принципиально важно, что в период начавшейся дискуссии о южнокурильской проблеме руководитель администрации Президента Петров заявил, что Россия еще не определила окончательно свою позицию по Южным Курилам и только изучает возможные подходы к спорному вопросу. «Если пойти на изменение границ,-- отмечал он,-- то это может создать своего рода прецедент и вызвать целый ряд подобных проблем.
Учитывая существование горячих точек в Молдове, Южной Осетии, Нагорном Карабахе, сейчас не лучшее время создавать новый очаг напряженности». В заявлении Петрова прозвучали и намеки на основной принцип подхода к курильскому вопросу, которым руководствовалась близкая ему политическая группа в исполнительной власти: решение может быть найдено на основе укрепления взаимного доверия путем развития политических и экономических связей, дружбы и сотрудничества.
Отметим здесь же, что существование противоречий между МИДом и Петровым косвенным образом подтверждает в своих воспоминаниях и министр иностранных дел А. В. Козырев.
Между тем курильская проблема оказалась в центре внимания Верховного Совета Российской Федерации, который провел 28 июля 1992 г. закрытое заседание по этому поводу. В докладе МИДа на этом заседании отмечалось, что министерство разработало новые подходы к решению проблемы Южных Курил. Суть их состоит в том, чтобы вернуть Японии острова Хабомаи и Шикотан, а затем продолжить двусторонние переговоры о судьбе Кунашира и Итурупа Георгиев Ю.В. Курилы - острова в океане проблем. М., 1998..
Основания к такому решению дипломаты видели в том, что с точки зрения международного права Москва не обеспечила законности своего владения этими островами. В частности, по их мнению, Ялтинские соглашения, на которые ссылался бывший СССР, на самом деле не предусматривали, что Курилы полностью отходят к СССР.
В соглашениях с точки зрения МИДа лишь указывалось, что Москва имеет право требовать передачи под ее контроль всех островов при условии заключения с Японией мирного договора. Вместе с тем Токио по мирному договору 1951 г., подписанному в Сан-Франциско, отказался от всех претензий на Курильские острова. Однако в договоре ничего не говорилось о том, какой стране отныне будут принадлежать Курилы, а также не определялось, какие именно острова входят в понятие Курильской гряды.
Новые подходы российской дипломатии к проблеме Курил стали отражением провозглашенной правительством Российской Федерации готовности к проведению внешнеполитического курса на основе «законности и справедливости».
Следующим хронологическим событием в развитии южнокурильского диспута в России был визит в Японию заместителя премьер-министра М. Полторанина в начале августа 1992 г. Вице-премьер подтвердил, что Российская Федерация, как правопреемник СССР, строит свою позицию на приверженности советско-японской совместной декларации 1956 г. в той ее части, которая касается передачи Шикотана и Хабомаи Японии.
Что касается Кунашира Итурупа, то Полторанин выразил готовность вести по их поводу переговоры. Вице-премьер сделал в Японии несколько иных заявлений, касающихся процедуры передачи островов. Впрочем, после возвращения в Москву он объявил, что «подбрасывал» варианты решения курильской проблемы только для зондажа общественного мнения, а вести переговоры по территориальному вопросу он просто не был уполномочен Указ. сочин. С. 292..
Перед предполагавшимся визитом Б. Ельцина в Токио в сентябре 1992 г. российская сторона подверглась массированному нажиму со стороны Токио. В ряде случаев российские должностные лица даже охарактеризовали японскую тактику как «ультимативную форму ведения диалога».
Министр иностранных дел Японии М. Ватанабэ открыто ставил вопрос не только о подтверждении Совместной декларации 1956 г., но и о необходимости высказать «отношение к вопросу о принадлежности Кунашира и Итурупа», подчеркивая, что только после выполнения этих условий перед японо-российскими отношениями откроются широкие перспективы.
Между тем заявления представителей МИДа и регулярные утечки информации резко накалили общественную атмосферу. В Верховном Совете представители различных политических сил высказывали мнение, что президенту лучше отложить визит в Токио. Началось разногласие в президентской администрации и иных структурах исполнительной власти Указ. сочин. С. 293..
В конечном счете, президент принял решение временно отменить свой визит в Токио. Позднее Б. Ельцин подписал указ о предоставлении Курильским островам, включая Южные Курилы, статуса свободной экономической зоны с широкими правами для местных властей, раздачей в аренду земельных участков сроком до 99 лет, налоговыми привилегиями и другими льготами. Тем самым Москва определила зону, которую японцы считают спорной, как территорию, безусловно принадлежащую Российской Федерации. Однако после протестов официального Токио действие указа было практически заморожено в той его части, которая относилась к Южным Курилам.
Как следствие этих событий, в 1993-1994 гг. произошло резкое снижение числа публикаций по Курильской проблеме. Вместе с тем, как отмечают наши исследователи, под влиянием жесткой критики, отринув «прояпонскую политику», российский МИД в итоге постепенно вернулся к позиции МИД СССР, которая предусматривала провести сначала полномасштабное улучшение двусторонних отношений, а уж затем приступить к решению спорных проблем.
Поэтому первый официальный визит президента России в Японию, состоявшийся в октябре 1993 г., по комментариям большинства японских газет, выявил отсутствие перспектив скорейшего перехода спорных территорий под управление Японии. Как отмечала редакция газеты «Йомиури», «у Б.Н.Ельцина не чувствуется намерения решить территориальный вопрос в период своего пребывания у власти» Указ. сочин. С. 275.. Газета оказалась права. В период президентства Б.Н.Ельцина вопрос о Курильских островах так и не был решен.
Признание факта существования японских территориальных претензий (т.е. на дипломатическом языке - согласие обсуждать эти претензии), впервые зафиксированное в подписанном Михаилом Горбачевым в 1991 г. советско-японском заявлении, было подтверждено и усилено Борисом Ельциным в Токийской декларации 1993 г. (подписанной сразу же после расстрела Верховного Совета РСФСР), а затем в Московской декларации 1998 г.
Анализ этих документов свидетельствует о первых серьезных уступках Японии по так называемой проблеме северных территорий. В Токийской декларации, в частности, говорится, что стороны "...провели серьезные переговоры по вопросу принадлежности островов Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи Зиланов В., Плотников А. Курильская ловушка «холодной войны». 2001. -№1 -с 20..
Стороны соглашаются в том, что следует продолжить переговоры с целью скорейшего заключения мирного договора путем решения указанного вопроса". Обращаем внимание на формулировку: "о принадлежности", а не "о японских территориальных претензиях", как это должно было быть, поскольку не существует проблемы принадлежности островов - они принадлежат России, - есть лишь проблема территориальных претензий Японии на эти острова: «2. Премьер-министр Японии и Президент Российской Федерации, придерживаясь общего понимания о необходимости преодоления в двусторонних отношениях тяжелого наследия прошлого, провели серьезные переговоры по вопросу о принадлежности островов Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи. Стороны соглашаются в том, что следует продолжать переговоры с целью скорейшего заключения мирного договора путем решения указанного вопроса, исходя из исторических и юридических фактов, и на основе выработанных по договоренности между двумя странами документов, а также принципов законности и справедливости и таким образом полностью нормализовать двусторонние отношения. В этой связи Правительство Японии и Правительство Российской Федерации подтверждают, что Российская Федерация является государством-продолжателем СССР и что все договоры и другие международные договоренности между Японией и Советским Союзом продолжают применяться в отношениях между Японией и Российской Федерацией Того Т. Япония и Россия в XXI веке. 1997. -№5. -с16..
Правительство Японии и Правительство Российской Федерации отмечают также, что в рамках рабочей группы по мирному договору между двумя странами до настоящего времени осуществлялся конструктивный диалог и одним из его результатов явилось совместное опубликование японской и российской сторонами в сентябре 1992 года "Совместного сборника документов по истории территориального размежевания между Японией и Россией".
Правительство Японии и Правительство Российской Федерации соглашаются предпринять ряд шагов в целях углубления взаимопонимания, прежде всего в плане дальнейшего совершенствования проведения взаимных поездок постоянных жителей упомянутых выше островов и жителей Японии, которые осуществляются в рамках установленной на основе договоренности между двумя сторонами процедуры.
3. Премьер-министр Японии и Президент Российской Федерации, будучи уверены, что расширение политического диалога является полезным и эффективным средством развития японо-российских отношений, соглашаются продолжать, углублять и развивать политический диалог путем осуществления регулярных взаимных визитов на уровне высших руководителей, министров иностранных дел, а также заместителей министров иностранных дел» «Токийская декларация о японо-российских отношениях» (подписана 13 октября 1993 г. в Токио)..
Кроме того, сами острова ни разу не названы территорией Российской Федерации, что, на наш взгляд, совершенно недопустимо в документах подобного рода.
То же самое почти без изменения повторено и в Московской декларации "Об установлении созидательного партнерства между РФ и Японией" 1998 г., в которой, кроме того, особо и неоднократно подчеркивается необходимость заключения к 2000 г. пропагандистского Мирного договора.
Пропагандистского потому, что, как хорошо известно, потребность в документе подобного рода давно отпала, так как все вопросы, необходимые для нормального развития двусторонних отношений, включая вопрос о границе, решены еще в Декларации 1956 г. о восстановлении дипотношений и в настоящее время, как уже отмечалось, мирный договор нужен Японии только как средство добиться удовлетворения своих территориальных претензий к РФ.
Есть и еще один существенный момент. В Московской декларации было предусмотрено создание в рамках Совместной российско-японской комиссии по вопросам заключения мирного договора специальной Подкомиссии по пограничному размежеванию. Интересно, что она собирается "размежевывать", если наш МИД заявляет о нерушимости российского суверенитета над Южными Курилами? Вопрос также без ответа.
Есть, наконец, и еще одно важное обстоятельство, связанное с Токийской и Московской декларациями, которое официальные российские власти почему-то упорно забывают, хотя оно не менее важно, чем сам факт "признания".
И в заявлении 1991 г., и в Токийской и Московской декларациях претензии Японии признавались почему-то не на два - Хабомаи и Шикотан, - а на четыре острова, включая острова Кунашир и Итуруп, хотя в Совместной советско-японской декларации 1956 г., на которую все время ссылаются в Токио как на базу развития двусторонних отношений, говорится о возможной передаче Японии после заключения мирного договора только первых двух островов (островов Малой Курильской гряды), а о Кунашире и Итурупе не говорится ни слова.
Таким образом, опираясь на Декларацию 1956 г., о претензиях Японии можно говорить применительно лишь к островам Малой Курильской гряды, а о двух других островах (напомним, крупнейших в архипелаге) речь вообще идти не должна Судзуки М.. Процесс углубления взаимопонимания создает базу для новых российско-японских отношений. 2001. -№1. -с 20..
Ни Токийская, ни Московская декларации в отличие от аналогичных документов прошлых лет не были обсуждены, как того требуют подобные межгосударственные договоренности, в высшем органе представительной власти - Федеральном собрании.
Можно предположить, что администрация президента Ельцина сделала это сознательно, понимая, что эти документы, содержащие откровенно невыгодные для России положения, будут подвергнуты суровой критике и не имеют никаких шансов на одобрение их парламентом.
Таким образом, первый этап пятиэтапного плана был завершен быстро и без каких-либо существенных осложнений.
Количество таких нарушений достигало 10 тыс. в год. В этих условиях тогдашний директор ФПС генерал Николаев добился разрешения на применение против нарушителей силы вплоть до открытия огня, что ранее, в советское время, никогда не применялось.
Такое развитие событий поставило под угрозу весь пятиэтапный план Ельцина. Срочно были применены дипломатические коррективы, начались переговоры о предоставлении японским судам (по существу браконьерам) права промысла в наших территориальных водах Латышев И.А. Россия и Япония: В тупике территориального спора: 4 года невнятной дипломатии В. Путина, 2000-2004. М., 2004..
Не менее важным и выгодным для японской стороны достижением является то, что в Токийской и Московской декларациях Россия отошла от своего всегда твердо отстаиваемого в прошлом принципа обеспечения государственной безопасности, который должен лежать в основе развития международных отношений во всех без исключения случаях и со всеми без исключения странами Судзуки М.. Процесс углубления взаимопонимания создает базу для новых российско-японских отношений. 2001. -№1. -с 20..
Так, если в Декларации 1956 г. и советско-японском Заявлении 1991 г. положение о безопасности было главенствующим, то из Токийской и Московской деклараций оно исчезло. Вместо него было введено новое понятие законности, которое каждая сторона, естественно, может трактовать по-своему, что успешно и делает при попустительстве наших официальных органов японская сторона.
Предшественник К. Того на посту посла Японии в Моск-ве посол Кодзи Ватанабэ, завершив к концу 1996 года свою миссию, вернулся в Японию и стал весьма активно и убеди-тельно рассказывать в различных японских аудиториях о тех кардинальных изменениях, которые претерпела Россия пос-ле 1992 года.
При этом он особо подчеркивал, что, по его мнению, Россия никогда вновь не станет коммунистичес-кой страной, никогда вновь не возникнет Советский Союз, не возродится центральное планирование экономики, что два фундаментальных института демократии -- свобода прессы и открытие и честные выборы уже в целом соблюдаются в Рос-сии. В главном его вывод сводился к тому, что «Россия про-шла точку возврата».
Очевидно, что к мнению видных японских дипломатов прислушивались в политических» общественных» деловых и науч-ных кругах Японии, и позиция японских послов оказывала свое воздействие на формирование нового восприятия Рос-сии японской политической и экономической элитой. К тому же можно предположить, что именно в вышеизложенном духе послы информировали о ситуации в России и перспективах отношений с ней в своих донесениях из Москвы.
Но в Японии достаточно громко высказывалось и мнение о том, что Россия еще радикально не изменила свой курс в от-ношении Японии в той же степени, как в отношении США и Западной Европы. Отсюда вывод -- спешить не следует Судзуки М.. Процесс углубления взаимопонимания создает базу для новых российско-японских отношений. 2001. -№1. -с 20..
Можно отметить, что и Япония тогда еще не сделала выбор в пользу движения к «новой эпохе» в отношениях с Россией, ограни-чиваясь заявлениями о необходимости «полной нормализации двусторонних отношений путем заключения мирного договора» и констатацией в общей форме намерения «развивать связи с Москвой в различных областях» Латышев И.А. Россия и Япония: В тупике территориального спора: 4 года невнятной дипломатии В. Путина, 2000-2004. М., 2004..
1.2. Южно-Курильская территориальная проблема в 1994-1997 годы

Сильное землетрясение, которое произошло в октябре 1994 года в открытом море у острова Шикотан, и цунами до основания разрушили жизнь островного населения. В результате многие заводы по переработке морепродуктов, школы, детские сады были либо полностью уничтожены, либо полуразрушены. Денежных средств на разборку и снос пострадавших зданий недоставало, людям выделяли для проживания аварийные помещения, а разрушенные здания оставляли в прежнем состоянии Латышев И.А. Россия и Япония: В тупике территориального спора: 4 года невнятной дипломатии В. Путина, 2000-2004. М., 2004..
Работавшие с простоями заводы по переработке морепродуктов из-за трудностей в их финансировании оказались на грани банкротства. Некоторые семьи, имевшие знакомых на материке, стали переселяться к ним. На островах оставались семьи, не имевшие возможности устроиться в другом месте. Они существовали за счет приусадебных участков, выращивая на них овощи Черевко К. Как продлить «цветение сакуры»: в поисках путей к заключению мирного договора с Японией. 1998. -№11. -с 82..
Но некоторые военные и их семьи не могли найти работу и жилье на материке и после демобилизации вынуждены были оставаться на островах и вести самостоятельный образ жизни. До землетрясения 1994 г. на островах Хабомаи, Шикотан, Кунашир и Итуруп проживало 25,4 тыс. российских граждан, но к июлю 1998 года их число сократилось до 16,14 тыс. человек (на Шикотане -- 2,45 тыс. человек, на Кунашире -- 5,5 тыс. человек и на Итурупе -- 8,19 тыс. человек).
Согласно политико-административному делению России острова Хабомаи, Шикотан и Кунашир входят в Южно-Курильский район, а остров Итуруп -- в Курильский район. Для управления каждым районом назначается администрация _ в Южно-Курильском районе она находится в Южно-Курильске (Фурукамаппу), в Курильском районе -- в Курильске (Сяна) Максимов А.Я. Наши задачи на Тихом океане : Полит. Этюды. М., 1901..
На этих островах главным производством стала обработка морских продуктов. В последние годы появились рыболовные суда, находящиеся в личной собственности. Рыбаки занимаются промыслом самостоятельно. Для сообщения с островами жители пользуются регулярными рейсами пароходов, которые ходят с Сахалина и курсируют между островами, а также рейсами самолетов, летающих с Сахалина на острова Кунашир и Итуруп.
Федеральная Программа социального и экономического развития Курильских островов на 1993-1995 годы и до 2000 года предусматривала проведение подготовительных работ по строительству магистральной дороги. Эти работы были проведены, ведутся работы по замене балок мостов через реки, но на островах до сих пор (за исключением части острова Кунашир) шоссейные дороги не готовы к эксплуатации 52 года спорили - решили за 2 дня. 1997.-4 ноября. -с 1.. Важную роль в российско-японских отношениях сыграл визит в Япо-нию министра иностранных дел Е. М. Примакова в середине ноября 1996 года Латышев И.А. Россия и Япония: В тупике территориального спора: 4 года невнятной дипломатии В. Путина, 2000-2004. М., 2004..
Российский министр вел свой разговор с японским колле-гой Ю, Икэдой подчеркнуто уважительно к Японии. Он делал акцент на том, сколь большое значение придает Россия разви-тию отношений с Японией, исходит из того, что самостоятель-ная, сильная, политически активная в международных делах Япония является фактором стабильности на мировой арене. В этом контексте российский министр вновь подтвердил, что Россия приветствует полномасштабное участие Японии в Со-вете Безопасности ООН.
Российский министр подчеркивал важность придать новый импульс переговорам по мирному договору и в этой связи высказался за более активное налаживание контактов, обменов в районе Южных Курил, подтвердил намерение российской стороны вести дело к выводу своих войск с этих островов. На-конец, он предложил рассмотреть возможность осуществле-ния совместной хозяйственной деятельности на островах и, в случае заинтересованности в этом японской стороны, изучить под новым углом зрения даже вопросы юрисдикции Судзуки М.. Процесс углубления взаимопонимания создает базу для новых российско-японских отношений. 2001. -№1. -с 20..
В целом, говорил российский министр, такая совместная деятельность имела бы не только экономическое, но и политическое значе-ние, приближала бы страны к каким-то компромиссным реше-ниям по проблеме территориального размежевания.
Впервые идея налаживания взаимовыгодной хозяйствен-ной деятельности применительно к островам наряду с дру-гими мерами по решению «околоостровных проблем» была озвучена Президентом СССР М. С. Горбачевым на перегово-рах с премьер-министром Т. Кайфу в апреле 1991 года и была включена в совместное заявление в качестве официального предложения российской стороны. Эта идея затрагивалась с российской стороны и во время визита в Японию в декабре 1994 года первого заместителя Председателя Правительства России О. Н. Сосковца Латышев И.А. Россия и Япония: В тупике территориального спора: 4 года невнятной дипломатии В. Путина, 2000-2004. М., 2004..
Японский министр обещал, что японская сторона изучит предложение о совместной хозяйственной деятельности на ост-ровах, но при условии, что это не заменит переговоры по тер-риториальной проблеме, а будет в качестве временной меры до ее урегулирования способствовать созданию более благоприят-ного климата для ведения таких переговоров.
Такой подход не вызывал возражений с российской сто-роны.
Удачно прошла и встреча Е. М. Примакова с премьер министром Р. Хасимого. Глава японского правительс-тва подчеркивал важность наращивании политического диало-га, который начал налаживаться, выводить его на самый высокий уровень. В этой связи он подтвердил свое намерение посетить Россию в 1997 году Трехсвятский А.В. Сахалин в системе русско-японских отношений в XIX в.: Автореф. дис. На соиск. учен. степ. к.ист.н.. Владивосток, 2003..
В целом и российская, и япон-ская стороны были удовлетворены итогами визита в Японию министра иностранных дел России. Японская сторона начала приходить к заключению, что российское руководство дейс-твительно стремится наладить отношения с Японией Солнцев В. Япония-Россия: поствизитный синдром. 2000. -№38. -с16..
Один из наиболее опытных и авторитетных японских политических деятелей Ясухиро Накасонэ говорил о том, что, беседуя с Е. М. Примаковым, когда тот в качестве министра иност-ранных дел посетил Токио, он почувствовал большое желание России, прежде всего Президента Б.Н. Ельцина, улучшить российско-японские отношения.
Особое внимание в японских политических, общественных, деловых и научных кругах привлекла идея налаживания сов-местной хозяйственной деятельности на Южных Курилах, ко-торую Е. М. Примаков специально подробно озвучил и на сво-ей пресс-конференции в Токио, Об этой идее много писала и японская пресса.
Реакция на предложение изучить возможность совместной хозяйственной деятельности на островах имела в России в це-лом положительную реакцию. Согласно опросам общественно-го мнения, проведенного Российским центром международных социальных исследований, 55 % опрошенных поддержали это предложение, а против высказались лишь 19 % В Японии это предложение было встречено неоднозначно. С одной стороны - и об этом сообщала японская пресса - в «поиском правительстве и правящей либерально-демократической партии было много тех, кто позитивно воспринял предложение России о совместной российско-японской хозяйственной деятельности на Южных Курилах, а ряд японских компаний был готов при согласии японского правительства начать на островах совместное предпринимательство в сфере рыбного хозяйства Того Т. Японо-российские отношения: прорыв в XXI век. 1998. -№1. -с 7..
Появилась поддержка идеи совместного хозяйственного освоения и среди представителей японских средств массо-вой информации. Московский корреспондент газеты «Майнити симбун» Кадзутака Иидзима высказывался за принятие российского предложения о совместном развитии островов, поскольку, по его мнению, этот путь может стать «кратчай-шим» к урегулированию территориальной проблемы Трехсвятский А.В. Сахалин в системе русско-японских отношений в XIX в.: Автореф. дис. На соиск. учен. степ. к.ист.н.. Владивосток, 2003..
Но сразу же обозначились и противники реатизации такой идеи. Та же газета писала о том, что, по мнению руководя-щих работников японского МИД, это может привести к ущем-лению суверенных прав Японии на острова; что в мировой практике не было прецедента, чтобы совместная деятельность осуществлялась на спорных территориях, что возникнет масса неразрешимых вопросов, касающихся юридических аспектов такой деятельности; что российская сторона просто стремит-ся привлечь японские капиталы к экономическому развитию островов, население которых испытывает серьезные социаль-но-бытовые проблемы.
Важную роль в выводе двусторонних отношений на принципиально новый уровень, а также в становлении дружеских. Доверительных отношений между лидерами двух стран сыграла встреча Президента Б. Н. Ельцина с премьер-министром Р.Xaсимото в Денвере во время проведения очередного саммита ведущих государств мира в третьей декаде июня 1997 года Трехсвятский А.В. Сахалин в системе русско-японских отношений в XIX в.: Автореф. дис. На соиск. учен. степ. к.ист.н.. Владивосток, 2003..
Появилась поддержка идеи совместного хозяйственного освоения и среди представителей японских средств массо-вой информации. Московский корреспондент газеты «Майнити симбун» Кадзутака Иидзима высказывался за принятие российского предложения о совместном развитии островов, поскольку, по его мнению, этот путь может стать «кратчай-шим» к урегулированию территориальной проблемы Саркисов К. Осечка №2. 2005. - №47. - с22..
Но сразу же обозначились и противники реализации такой идеи. Та же газета писала о том, что, по мнению руководя-щих работников японского МИД, это может привести к ущем-лению суверенных прав Японии на острова; что в мировой практике не было прецедента, чтобы совместная деятельность осуществлялась на спорных территориях, что возникнет масса неразрешимых вопросов, касающихся юридических аспектов такой деятельности; что российская сторона просто стремит-ся привлечь японские капиталы к экономическому развитию островов, население которых испытывает серьезные социаль-но-бытовые проблемы Россия и Япония: пропущенные вехи на пути к мирному договору. М., 2001..
Важную роль в выводе двусторонних отношений на принципиально новый уровень, а также в становлении дружеских Доверительных отношений между лидерами двух стран сыграла встреча Президента Б. Н. Ельцина с премьер-министром Р.Xaсимото в Денвере во время проведения очередного саммита ведущих государств мира в третьей декаде июня 1997.
Накануне этой встречи Москву с официальным визитом посетил министр иностранных дел Ю. Икэла. Он был принят Президентом России, который высказался за то, чтобы в Ден-вере провести обстоятельную» как он выразился, «непроходную встречу» с Р. Хасимото. Тогда же он предложил по примеру своих встреч с канцлером Германии Г. Колем обменивался с японским премьер-министром раз в год неформальным визитами, чтобы без протокола детально обсуждать политические и экономические вопросы двусторонних отношений. Так было предложено проводить встречи руководителей России и Японии «без галстуков» Россия и Япония: пропущенные вехи на пути к мирному договору. М., 2001..
На встрече в Денвере Президент Б. Н. Ельцин сообщил пре-мьеру Р. Хасимото, что российские ракеты с ядерными боего-ловками более не нацелены на Японию. Японские аналити-ки признавали, что это действие с российской стороны име-ло немаловажное не только символическое, но и практическое значение с точки зрения обеспечения безопасности Японии и формирования ее военной политики. Безусловно, что такое за-явление шло в копилку доверия между двумя странами Солнцев В. Япония-Россия: поствизитный синдром. 2000. -№38. -с16..
Саммит в Денвере имел особое значение для России и российского Президента. Впервые Россия «на равных правах» под-ключилась к деятельности «семерки», а президент Б.Н. Ель-цин впервые стал полноправным участником дискуссий в рам-ках этого форума.
В то же время первоначально японская сторона негатив-но отреагировала на идею Президента США Билла Клинтона о том, чтобы Россия на равных правах участвовала в самми-тах «семерки», а само это объединение трансформировалось в «восьмерку». Мотивировалась такая позиция тем, что участие России в саммитах может создать «нежелательную ситуацию, когда между двумя членами «восьмерки» не будет мирного до-говора и существуют ненормальные отношения». Затем японс-кое правительство изменило свою позицию, но все же насто-яло на том, чтобы Президент России не присутствовал при обсуждении на саммите в Денвере ряда международных фи-нансовых и экономических проблем. Кроме того, было выра-жено пожелание, чтобы страны-участницы саммитов обраща-ли бы внимание России на необходимость скорейшей полной нормализации отношений с Японией. В таком духе высказался премьер Р. Хасимото уже на первом раунде форума Россия и Япония: пропущенные вехи на пути к мирному договору. М., 2001..
И все же российская сторона положительно восприняла изменение японской позиции, и это сыграло свою роль в том, что двусторонняя встреча Б. Н. Елыцина-Р. Хасимото, состояв-шаяся 20 июня, прошла в конструктивном духе. Оба лидера высказались за улучшение российско-японских отношений, договорились регулярно обмениваться визитами и согласились по предложению японского премьера провести неофициальную встречу на высшем уровне до конца года в одном из городов российского Дальнего Востока -- впоследствии это согласие ре-ализовалось в проведении встречи в Красноярске Трехсвятский А.В. Сахалин в системе русско-японских отношений в XIX в.: Автореф. дис. На соиск. учен. степ. к.ист.н.. Владивосток, 2003..
Пройдет несколько лет, и японское правительство, убедив-шись в конструктивности и эффективности российского учас-тия в форумах ведущих государств мира, не станет возражать против «стопроцентного» превращения «семерки» в «восьмер-ку» и предоставления России права провести очередную встречу лидеров этого форума в 2006 году в Москве.
24 июля 1997 года премьер-министр Р. Хасимото выступил в «Ассоциации экономических единомышленников» (Кэйдзай доюкай) с изложением новой внешнеполитической доктрины страны.
«Доктрина Хасимото» была ориентирована на обеспечение за Японией активной и самостоятельной роли в мировых делах, прежде всего в поддержании мира и стабильности в АТР, С учетом реальностей постконфронтационной эпохи и глоба-лизации, при сохранении союза с США как основы японской внешней политики Россия и Япония: пропущенные вехи на пути к мирному договору. М., 2001..
В таком контексте была акцентирована важность для Япо-нии стабильной системы отношений в четырехугольнике США--Китай-Россия-Япония и улучшения отношений с Рос-сией, поскольку, как отметил Р. Хасимото, именно в японо-российских отношениях наблюдается наибольшее отставание по сравнению с другими сторонами «четырехугольника». Со-ответственно центральное место в новой внешнеполитической концепции «в качестве одной из самых приоритетных ставилась задача улучшения японо-российских отношений в целях установления нового сотрудничества между двумя странами». Выдвижение этой концепции фактически означало радикаль-ное изменение японской политики в отношении России.
Анализируя подоплеку разработки и появления новой концепции, можно было прийти к следующим заключениям Солнцев В. Япония-Россия: поствизитный синдром. 2000. -№38. -с16..
Во-первых, по прошествии более чем пяти лет со времени распада Советского Союза и начала осуществления в России демократических реформ в японском политическом истеблиш-менте наконец-то начал брать верх вывод о том, что измене-ния в России приняли необратимый характер (особенно после президентских выборов в 1996 году) и ныне Россия разделяет общие с Японией и другими западными демократами ценнос-ти.
Потому успех преобразований в России отвечает интересам всего демократического международного сообщества, включая Японию.
Россия принята в «клуб» развитых, демократических госу-дарств, и для Японии появляется немало полезного от взаимо-действия с Россией в рамках «восьмерки». Не случайно япон-ская пресса с тревогой отмечала, что в связи с тенденцией стран Запада идти на сближение с Россией, Японии грозит оказаться в изоляции, если она не внесет коррективы в свою пассивную политику на российском направлении.
Во-вторых, после длительных размышлений было признано целесообразным начать процесс адаптации внешней полити-ки страны к новым международным реалиям. Ведь на смену биполярной схеме советско-американского соперничества пе-риода «холодной войны» стала нарождаться новая конфигура-ция международных отношений в Северо-Восточной Азии, где тесно переплетаются интересы Японии, России, Китая, США, а также других стран Россия и Япония: пропущенные вехи на пути к мирному договору. М., 2001..
Появилось осознание важности иметь в лице России серьезного партнера в мировых делах, в том числе в целях реализации стратегической внешнеполитичес-кой цели повышения роли Японии на международной арене, включая обретение постоянного членства в СБ ООН, а также в целях использования отношений с Россией для обеспечения стабильности и безопасности, прежде всего в наиболее чувс-твительном для японских интересов регионе Северо-Восточ-ной Азии Солнцев В. Указ. сочин. С. 17..
В период «холодной войны» Япония воспринимала Совет-ский Союз как угрозу своим национальным интересам и вы-полняла свои обязательства по военно-политическому союзу с США, ограничивала отношения с Москвой. И в Вашингтоне следили за тем, чтобы Токио не шел на серьезное улучшение отношений с Советским Союзом.
В этой связи показательна публикация в японской прессе содержания закрытых перегово-ров, которые вел в Пекине в феврале 1973 года государственный секретарь США Генри Киссинджер с китайским руководителем Мао Цзэдуном. На беседе с Мао 17 февраля Г. Киссинджер де-лал акцент на том, что «будет опасно, если Япония и Советский Союз установят тесные политические отношения» Россия и Япония: пропущенные вехи на пути к мирному договору. М., 2001..
Примечательно, что почти через четверть века в японской политической элите определяющим стало мнение, что с уче-том всего комплекса проблем Японии с Китаем и США То-кио жизненно важно усилить «российский вектор» политики. Потому национальным интересам Японии отвечает сближение с Россией.
Эти выводы находили подтверждение и в публикациях япон-ской прессы, а также в высказываниях видных ученых. Газе-та «Иомиури симбун» в статье, посвященной проблемам рос-сийско-японских отношений, указывала на то, что стремление премьер-министра Рютаро Хасимото к улучшению отношений с Россией связано с намерением обеспечить поддержку России на получение Японией статуса постоянного члена Совета Безо-пасности ООН, а также важностью нормализовать отношение с Россией с учетом китайского фактора, поскольку Китай начал стремительно наращивать свою мощь Солнцев В. Указ. сочин. С. 17..
В-третьих, в Японии более обращалось внимание на то, что создание в России рыночной экономики открывало новые перспективы для японо-российского взаимодействия в экономической сфере. Именно в то время японская пресса, в том числе близкая к деловым кругам, с озабоченностью указывала на тот факт, что в 1996 году объем двусторонней торговли сократил-ся на 17%, А он и без того не был значительным: японский экспорт- около 1 млрд. долл., а импорт из России - 3,9млрд. долл. Японская пресса призывала японские компании не ус-тупать европейским и американским фирмам, которые начали завоевывать определенные сегменты российского рынка Солнцев В. Указ. сочин. С. 17..
Наконец, играло свою роль и развитие внутриполитических процессов в Японии. В 1996 году пост премьер-министра пос-ле некоторого перерыва вновь занял представитель либераль-но-демократической партии, ее лидер Р. Хасимото.
Таким об-разом, завершился период определенной внутриполитической нестабильности, и состоялось возвращение к власти наиболее влиятельной политической силы современной Японии. Пред-седатель либерально-демократической партии Р. Хасимото од-ним из первых среди японских политиков осознал важность улучшения отношений с Россией. Еще будучи министром вне-шней торговли и промышленности, он выступил инициатором выдвижения плана японского содействия российским эконо-мическим реформам.
Можно сказать, что Р. Хасимото проявил большую дальновидность, правильно оценил важность хороших отношений с Россией с точки зрения национальных интересов Японии, продемонстрировал немалую политическую смелость, предло-жив нестандартный подход к поиску выхода на урегулирова-ние территориальной проблемы Россия и Япония: пропущенные вехи на пути к мирному договору. М., 2001..
В целом его роль в форми-ровании нового качества отношений с Россией сопоставима в известной степени с деятельностью другого видного японско-го политика - Итиро Хатоямы, внесшего с японской стороны решающий вклад в дело нормализации японо-советских отно-шений после Второй мировой войны. Р. Хасимото обосновал принципы, на которых должно основываться улучшение япо-но-российских отношений.
Во-первых, это принцип доверия.
Излагая свою «доктрину», японский премьер-министр осо-бо отметил, что «в конечном счете, межгосударственные отно-шения не смогут получить продвижения до тех пор, пока не будет отношений подлинного доверия между теми, кто непос-редственно сидит за столом переговоров» Россия и Япония: пропущенные вехи на пути к мирному договору. М., 2001..
В этом контексте он выразил намерение установить еще бо-лее тесные, дружеские, доверительные отношения с Президен-том России.
Второй принцип продвижения японо-российских отноше-ний был определен как принцип взаимной выгоды. Он подра-зумевает, что Япония и Россия, согласовывая взаимные инте-ресы, не будут пытаться получить одностороннюю выгоду, то есть не будут применять подход, предполагающий появление выигравшего и проигравшего. В этом смысле японский пре-мьер разделял неоднократно высказывавшуюся Президентом Б. Н. Ельциным мысль о том, что после завершения эпохи «хо-лодной войны» в международных отношениях не должно более быть «победителей и побежденных» Перепеченко В.П. Южные Курилы или «северные территории? Вологда, 2001..
В качестве третьего принципа Р. Хасимото назвал принцип долгосрочного подхода. При этом имелась в виду необходи-мость создать прочную основу для улучшения японо-россий-ских отношений, которые будут унаследованы следующими поколениями японцев и россиян и будут развиваться в 21 веке и даже далее.
Три принципа, выдвинутые главой японского правительс-тва, - доверие, взаимная выгода, долгосрочный подход - отра-жали именно то, что следовало сделать базой построения дву-сторонних отношений, отвечающих реалиям новой эпохи Солнцев В. Там же. С. 18..
Российская сторона предложила дополнить три принци-па четвертым - принципом тесного экономического сотруд-ничества. Японская сторона выразила свое согласие, и выше-упомянутые четыре принципа были включены в Московскую декларацию об установлении созидательного партнерства, под-писанную 13 ноября 1998 года Президентом Б. Н. Ельциным и премьер-министром К. Обути в ходе официального визита пос-леднего в Москву.
Об экономическом сотрудничестве довольно подробно гово-рил в своем выступлении в Кэйдзай Доюкай R Хасимото.
В качестве наиболее перспективного направления тако-го сотрудничества он выдвинул идею совместной разработки энергетических и сырьевых ресурсов России, в первую очередь в районах Сибири и Дальнего Востока. Причем эффективное использование этих ресурсов виделось, с одной стороны, как своего рода «детонатор* для стабильного экономического раз-вития России, с другой - как фактор стабилизации энергети-ческой ситуации в азиатском регионе, как фактор, способству-ющий укреплению доверия и становлению мирных отношений во всей Восточной Азии Перепеченко В.П. Южные Курилы или «северные территории? Вологда, 2001..
Принцип долгосрочного подхода предписывает использо-вать уже накопленный положительный опыт по укреплению доверия в районе островов, а именно: посещение японцами могил, обмены между жителями четырех островов и Японии, переговоры по заключению соглашения о безопасном промыс-ле. Все это для того, чтобы «обозначить направление к реше-нию территориальной проблемы». Мы, подчеркнул Хасимото, намерены спокойно продолжать переговоры, основываясь на долгосрочном подходе Солнцев В. Там же.. С. 17..
В российском руководстве «многоплановый подход» воспринимали как отход от устаревшего и маю что давшего для раз-вития двусторонних отношений и продвижения к заключению мирного договора «принципа расширяющегося баланса отно-шений»- Как полагали в Москве» речь не идет о намерении японской стороны менять свою позицию по территориальной проблеме, но о ее решении сделать свой курс более реалис-тичным, прагматичным, то есть не превращать весь комплекс двусторонних отношений «в заложника одной территориальной проблемы» Солнцев В. Там же.. С. 17..
Нестандартность, новизна политики на российском направлении вызвали негативную реакцию тех сил в Японии, которые в оценке России продолжали руководствоваться стереоти-пами эпохи «холодной войны», считали, что улучшение отно-шений с Москвой -- это «забегание вперед» Перепеченко В.П. Южные Курилы или «северные территории? Вологда, 2001..
Вновь зазвучали голоса, выражавшие «опасение, что япон-ское правительство, выдвинув на первый план сотрудничество с Россией, может похоронить территориальный вопрос.
Однако воспрепятствовать начавшемуся процессу серьезной активизации двусторонних отношений практически во всех сферах подобные взгляды уже не могли.
Таким образом, можно сделать вывод, что Отношение к вопросу о рассматриваемых территориях таких российских политиков, как президент СССР М.С. Горбачев, бывший президент РФ Б.Н. Ельцин и премьер-министр РФ Е.М. Примаков, имеет один общий момент. Это -- тенденция попытаться отложить решение названного вопроса на будущее. Другими словами, такой подход к данному вопросу означает “тактику, направленную на то, чтобы отложить территориальный вопрос в долгий ящик”.
Если прочитать воспоминания М.С. Горбачева то становится ясно, что он ограничивается выводом о том, что для этого необходимо было заблаговременно “создать атмосферу” для разрешения вопроса о Северных территориях. Его воспоминания непременно разочаруют тех, кто непосредственно желает решения этой проблемы. Какое бы место в этих воспоминаниях мы ни взяли, нигде нельзя прочитать о том, что если российская сторона сначала возвратит северные острова Хабомаи, Шикотан, Кунашир и Итуруп, т.е. в последовательности, обратной вышеуказанной, то российско-японские отношения немедленно улучшатся. В последнее время бывший президент СССР М.С. Горбачев стал даже заявлять: “Если бы я оставался на своем прежнем посту, вопрос о Северных территориях, вероятно, уже давно был бы разрешен” Крупянко М.И. Япония после «холодной войны». Политика обеспечения национальной безопасности. М., 2001..
Бывший премьер-министр Е.М. Примаков придерживался в этом вопросе еще более жесткой позиции, чем президент Б.Н. Ельцин. Он был приверженцем того, чтобы разрешение вопроса о Северных территориях “отложить в долгий ящик”. Е.М. Примаков в январе 1996 года на пресс-конференции, состоявшейся сразу после назначения его министром иностранных дел, заявил, что разрешение вопроса о Северных территориях, существующего в российско-японских отношениях, следует отложить на усмотрение будущих поколений, как это сделано с вопросом об островах Сэнкаку в японо-китайских отношениях Тихвинский С.Л. Век стремительных перемен. М., 2005. С. 172..
После того как ему был вручен протест Министерства иностранных дел Японии, Министр иностранных дел того времени Е.М. Примаков, взял назад свое предложение, направленное на то, чтобы отложить разрешение вопроса о Северных территориях в долгий ящик в соответствии с “формулой Сэнкаку”, и вместо этого выдвинул предложение о совместном хозяйственном освоении названных выше островов.
Итак, в истории российско-японских отношений 1997 год, по сути, стал переломным.
В июле премьер-министр Рютаро Хасимото выступил с новой концепцией курса Японии в отношении России. В ноябре состоялась красноярская встреча лидеров двух стран. В результате началось интенсивное развитие двусторонних связей по всем направлениям.
Подводя итоги трехлетнего "нового периода" в российско-японских отношениях (1994-1997 гг.), можно сделать следующие выводы Крупянко М.И. Япония после «холодной войны». Политика обеспечения национальной безопасности. М., 2001..
Во-первых, стороны убедились в том, что хорошие отношения друг с другом отвечают стратегическим, национальным интересам обеих стран.
Во-вторых, подтвердилось, что с ходу, за один этап, решить территориальную проблему невозможно. Невозможно ее решить и на основе лишь хороших, дружеских отношений лидеров двух стран. Даже сильный лидер не в состоянии решить эту проблему, если его в этом не поддерживает общественное мнение своей страны.
Подтверждается правильность вывода о том, что выйти на решение территориальной проблемы можно лишь при соблюдении следующих условий:
· отношения достигают такого уровня, когда решение воспринимается как естественное, отвечающее национальным интересам каждой из стран, а не принимается по принуждению, под давлением или с позиции слабости, вынужденности;
· общественное мнение в каждой из стран поддерживает формулу решения проблемы;
· обе стороны идут к решению проблемы через создание особых условий в районе островов.
В-третьих, выявились расхождения в трактовке положений Токийской декларации Там же.. С. 174..
В Японии имеет место тенденция толковать ее положения о "необходимости заключения мирного договора путем решения вопроса о принадлежности островов Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи" как фактическое согласие российской стороны на передачу этих островов, и потому речь на переговорах может идти лишь о сроках, формах, условиях такой передачи.
В России же это положение трактуется как согласие с тем, что территориальный вопрос существует, его надо решать, но каким будет это решение - выявится только в результате переговоров на основе развития отношений по всем направлениям и последовательного решения околоостровных проблем. Эти расхождения отчетливо проявились при выдвижении сторонами своих предложений по мирному договору - каванскому и московскому.
Говоря в Красноярске о необходимости приложить все усилия к заключению мирного договора до конца столетия, Борис Ельцин имел в виду вышеизложенную российскую позицию (можно вспомнить его пятиэтапный план решения территориальной проблемы - сначала мирный договор, а затем решение территориальной проблемы). А Рютаро Хасимото исходил тогда же из японского толкования Токийской декларации.
К 1997 году в Японии начала раздаваться определенная критика в адрес российской стороны: японская сторона сделала максимум возможного для продвижения к мирному договору и улучшения отношений, а российская сторона "вела себя пассивно", в т.ч. не работала с российским общественным мнением. Нет ничего более вредного и неправильного, чем такой вывод Там же.. С. 174..
Если встать на такую точку зрения, то получается, что японская сторона хорошим отношением к России пыталась как бы "купить территории" Крупянко М.И. Япония после «холодной войны». Политика обеспечения национальной безопасности. М., 2001.. Это способно лишь усилить в России настроения относительно того, что для Японии Россия важна лишь до тех пор, пока не решен территориальный вопрос.
1.4. Развитие южно-Курильской территориальной проблемы в 1997-2000 годы

Особое место в истории развития южно-курильской территориальной проблемы отношений занимает 1997 год. Он дал старт регулярным встречам на высшем уровне, интенсивным политическим кон-тактам. Только в течение одного года имели место три важ-нейших события -- в ноябре 1997 года в Красноярске, в апреле 1998 года в Каване прошли встречи Президента Б. Н, Ельцина с премьером R Хасимото «без галстуков», в ноябре 1998 года состоялся официальный визит премьер-министра К. Обути в Москву. Ничего подобного ранее в двусторонних отношениях не происходило.
Причем каждая встреча характеризовалась своей особеннос-тью, имела важное значение для формирования новой атмо-сферы отношений, вносила большой вклад в решение практи-ческих вопросов, а также в переговорный процесс по мирному договору Кошкин А. Советско-японский пакт о нейтралитете. Окончание. 2001. -№8. -с54..
Красноярская встреча фактически дала старт переговорам по мирному договору, а также придала большое ускорение разви-тию двусторонних связей во всех областях.
Хотя первую встречу «без галстуков» Б. Н. Ельцин - Р. Хаси-мото принято называть «красноярской», на самом деле она со-стоялась 1-2 ноября в гостевой резиденции «Сосна», располо-женной в 10 километрах от города. Б. Н. Ельцин и Р. Хасимото провели вместе более 8 часов.
Встреча завершилась достижением ряда весьма важных договоренностей.
Во-первых, был согласован развернутый план поступатель-ного развития российско-японского экономического сотрудни-чества, получивший название «План Б. Н. Ельцина -- Р. Хаси-мото». План предусматривал заключение соглашения о защите инвестиций, оказание японского содействия в подготовке рос-сийских управленческих кадров предприятий, развитие взаи-модействия в сфере энергетики, в том числе атомной, подде-ржку вступления России во Всемирную торговую организацию и многое другое.
Япония в ответ на обращение российской стороны выразила готовность предоставить по линии Экспортно-импортного банка несвязанный кредит в размере 1,5 млрд. долл. для оказания со-действия российским реформам. Этот кредит особо помог Рос-сии, когда ее экономика оказалась в весьма сложном положе-нии после экономического кризиса в августе 1998 года Крупянко М.И. Япония после «холодной войны». Политика обеспечения национальной безопасности. М., 2001..
Во-вторых, японская сторона информировала о решении поддержать присоединение России к форуму Азиатско-Тихо-океанское экономическое сотрудничество. К тому времени среди членов этой организации фактически только Япония выра-жала «сомнения» относительно целесообразности российского участия в ее работе. Изменение японской позиции «открыло перед Россией дверь» в АТЭС, что вскоре и произошло. При-чем премьер-министр Р. Хасимото после красноярской встречи позвонил Президенту США Б. Клинтону и сообщил ему об этом решении японской стороны Карасин Г.. Там же. с 8..
В-третьих, было достигнуто согласие активизировать диалог по вопросам стабильности и безопасности в азиатско-тихооке-анском регионе, расширить контакты и обмены между военны-ми ведомствами двух стран.
Неожиданностью стало то, к каким выводам пришли Б. Н. Ельцин и Р. Хасимото при обсуждении проблем, связан-ных с мирным договором. Вот как они были сформулированы в российском сообщении для прессы по итогам встречи:
«Оба руководителя договорились приложить активные совместные усилия к развязыванию этого исторического узла (име-ется в виду мирный договор), опутывающего российско-япон-ские отношения. Было отмечено общее понимание, что, дви-гаясь к этой цели, Москва и Токио будут активно развивать весь комплекс двусторонних связей, включая крупномасштабное экономическое сотрудничество, решение «окодоостровных» воп-росов. В частности, обе страны изъявили намерение дать инс-трукции своим делегациям на переговорах о рыболовном про-мысле в районе Южных Курил с тем, чтобы как можно скорее заключить соответствующее соглашение.
Наряду с этим было решено совместно работать над разъ-яснением общественности двух стран причин ситуации, коша между Россией и Японией отсутствует мирный договор, не номализованы отношения и не зафиксировано территориальное размежевание Головнин В. Там же. -с48.. Лидеры выразили единое мнение, что эту аномальную ситу-ацию следует выправить как можно скорее» Крупянко М.И. Япония после «холодной войны». Политика обеспечения национальной безопасности. М., 2001..
И, наконец, главное, что привлекло внимание: «Оба руководителя согласились приложить все усилия для того, чтобы заключить мирный договор к 2000 году на основе Токийской декларации 1993 года» Крупянко М.И. Япония после «холодной войны». Политика обеспечения национальной безопасности. М., 2001..
Почему был предложен 2000 год? Премьер-министр Японии неоднократно, в том числе на встречах с российскими пред-ставителями, говорил о «необходимости решить проблемы, воз-никшие в 20 столетии, до начала следующего». Президент был, судя по всему, осведомлен об этой позиции. Следует учитывать и то, что в 2000 году у Б. Н. Ельцина кончался второй срок пре-бывания на посту президента.
Услышав от Б. Н. Ельцина предложение вести дело к подпи-санию мирного договора к 2000 году, Р. Хасимото, как он сам вспоминал впоследствии в интервью японским СМИ, испытал «чувство удивления и воодушевления».
Заместитель министра иностранных дел Японии М. Тамба, присутствовавший практически на всех беседах Президента с премьер-министром, в интервью газете «Асахи симбун» расска-зал, что впервые Б. Н. Ельцин заговорил на тему мирного до-говора во второй половине дня 1 ноября во время прогулки на катере по Енисею. Именно тогда он предложил заключить мир-ный договор до 2000 года и разработать «план действий для до-стижения этого». По словам М. Тамбы, Президент, тем не менее, не конкретизировал свою идею «плана действий», не высказы-вался и по его возможному содержанию.
Что стояло за столь неординарным предложением Президен-та, которое в окончательном виде было сформулировано как «договоренность прилагать максимум усилий для заключения мирного договора до 2000 года на основе Токийской деклара-ции»? На этот счет высказывалось немало версий и догадок Крупянко М.И. Япония после «холодной войны». Политика обеспечения национальной безопасности. М., 2001..
Можно исходить из того, что, выдвигая инициативу по мир-ному договору, Б. Н. Ельцин действовал в присущем ему сти-ле. Не раз он поражал своих партнеров - лидеров многих госу-дарств неожиданными заявлениями и предложениями. Делалось это, в том числе и с тем, чтобы «предельно обострить ситуацию» для более четкого понимания того, насколько она созрела для Достижения конкретного результата. С другой стороны, своими неординарными шагами он как бы «перекидывал мяч на поле партнера, ожидая адекватной или заинтересованной реакции.
Так, накануне его несостоявшегося визита в 1992 году в Япо-нию Президент Б. Н. Ельцин, выступая в программе Эн-Эйч-Кэй, которая в прямом эфире транслировалась на Японию, со-общил, что у него имеется 14 предложений относительно воз-можного решения территориальной проблемы, однако он пока не решил, какое из них выбрать. На самом деле таких предло-жений не существовало.
Президент в близком ему окружении действи-тельно говорил, что у него есть несколько вариантов решения территориальной проблемы» которые ему предлагали россий-ские политики, ученые, журналисты. Однако это были скорее не варианты, а довольно абстрактные идеи. Например, среди них фигурировали такие, как - сделать острова международным парком-заповедником, сдать их Японии в аренду и так далее Головнин В. Там же.. -с4..
Б.Н. Ельцин, чувствуя слабую подготовку своего визита, особенно в части, касающейся разговоров в Токио по территориальной проблеме, говоря о «многочисленных предложениях», посылал своего рода «последний сигнал» японской стороне -- «я смогу что-то предложить на переговорах по мирному договору, но все зависит от степени готовности японского правительстве пой-ти навстречу России». И когда на этот своеобразный «зондаж из 14 предложений» никакой реакции из Токио не последовало, Б.Н. Ельцин еще раз убедился в нецелесообразности в таких условиях осуществлять визит в Японию.
Последующие события подтверждают данное заключение. Стороны выдвинули предложения по решению проблемы мирного договора: японская сторона -- «каванское» в апреле 1998 года, российская -- «московское» в ноябре 1998 года. И хотя к 2000 году заключить мирный договор не удалось, дву-сторонние связи начали развиваться невиданными в истории российско-японских отношений темпами.
Итоги красноярской встречи вызвали в Японии двойствен-ную реакцию.
Официальные оценки были весьма высокими.
5 ноября премьер-министр Р. Хасимото направил послание Президенту Б.Н. Ельцину, в котором в свете красноярской до-говоренности по мирному договору выразил ему искреннее ува-жение за проявленную «героическую решимость». В послании подчеркивалось, что «встреча в Красноярске имела исключи-тельно большое значение для укрепления и расширения отно-шений между Японией и Россией в XXI веке».
Министерство иностранных дел Японии публично оценило итоги красноярской встречи как «исторический успех».
В целом с доброжелательными комментариями выступали даже традиционно скептически настроенные специалисты по японо-российским отношениям Головнин В. Там же. -с 28..
В целом позитивно комментировали результаты краснояр-ской встречи японские средства массовой информации. Вот некоторые из них: «поворотный пункт в истории двусторонних отношений -- от противостояния к сотрудничеству», «достигнут большой прогресс как в политической, так и экономической областях», «появилась возможность, что в японо-российских отношениях, включая территориальный вопрос, произойдет ис-торический поворот» Крупянко М.И. Япония после «холодной войны». Политика обеспечения национальной безопасности. М., 2001..
Но были и не столь радужные, даже пессимистические оцен-ки, нередко с оттенком негативизма. Так, сообщалось, что сре-ди высокопоставленных сотрудников министерства иностранных дел Японии сохраняется мнение, что основы политики России в отношении Японии не изменились - Президент Б. Н. Ельцин в условиях, когда НАТО, расширяясь, приближается к россий-ским границам, ищет теперь друзей на Востоке, а также рас-считывает на японскую экономическую помощь для восстанов-ления российской экономики». Эти взгляды разделяли и неко-торые политологи-аналитики.
В Красноярске Б. Н. Ельцин и Р. Хасимото договорились провести вторую «встречу без галстуков» в Японии в середине апреля 1998 года. Подготовка к ней началась незамедлительно и шла с нарастающим темпом.
Уже в середине ноября 1997 года состоялся визит в Токио министра иностранных дел Е. М. Примакова. В ходе его пере-говоров с министром иностранных дел К. Обути предстояло на-метить план действий на «посткрасноярский период».
На переговорах Е. М. Примакова с К. Обути 3 ноября с российской стороны была подчеркнута важность реализации всех красноярских договоренностей без каких-либо отступлений и предложено в качестве практических шагов в этом направле-нии сформировать специальные переговорные группы для того* чтобы поднять переговорный процесс по мирному договору на качественно новый уровень Головин М. Для решения «курильской проблемы» потребуется время. 2005. -14 янв. -с4..
В ходе дальнейших консультаций на основе этого предложе-ния была достигнута договоренность о создании Совместной рос-сийско-японской комиссии по вопросам заключения мирного до-говора под председательством министров иностранных дел, а так-же подкомиссии на уровне заместителей министров иностранных Дел. Причем имелось в виду, что в подкомиссии будет развернута практическая работа над вопросами, могущими составить содер-жание мирного договора.
В ноябре 1998 года в рамках подкомисии по предложению японской стороны, выдвинутому в ходе визита Москву премьера К. Обути, были созданы две группы - по вопросам пограничного размежевания и по вопросам совместной хозяйственной деятельности на Южных Курилах. Во время официального визита министра иностранных дел Японии в Москву 21-23 февраля 1998 года министры Е. М. Примаков и К. Обути утвердили договоренность о начале деятельности подкомиссии на уровне заместителей министров иностранных дел.
Тогда же 21 февраля было подписано Соглашение о некото-рых вопросах сотрудничества в области промысла морских жи-вых ресурсов в районе Южных Курил.
Подписание соглашения венчало трехлетний переговорный процесс, который шел непросто, поскольку имел непосредс-твенное отношение к известным позициям стран по террито-риальной проблеме. Тем не менее, стороны, подтвердив, что соглашение не наносит ущерба этим позициям (в документе есть специальная статья - «данное соглашение и все действия, предпринимаемые в связи с ним, никоим образом не затрагива-ют позиций сторон и не могут являться основанием для каких-либо ссылок на изменение позиций сторон», нашли формулу, по которой японским рыбакам была предоставлена возможность вести на коммерческой основе рыболовный промысел в спе-циально выделенных участках в районе Южных Курил.
Таким образом, было заключено не имеющее прецедентов в между-народной практике соглашение, по которому одно государство предоставляло право рыбакам другого государства вести промы-сел в своих территориальных водах Имантов В. Японцы почувствовали свой шанс. 1998. -12 ноября. -с3..
Соглашение закрывало проблему японского браконьерского промысла в российских водах и одновременно открывало, как полагала российская сторона, путь к выходу на договоренность о совместной хозяйственной деятельности на островах. Однако с японской стороны на официальном уровне сразу же зазвучали утверждения о том, что .перейти с моря на сушу, весьма слож-но, поскольку, мол, практически нет прецедентов.
1 октября 1998 года начался первый промысел японскими рыбаками в районе Южных Курил в соответствии с соглаше-нием о рыболовном промысле.
О том, как далеко зашел Кремль в этом направлении, свидетельствует упомянутое Рыболовное соглашение, на котором следует остановиться подробнее.
Подписанное Б.Е. Немцовым, в то время зампредом правительства РФ, в феврале 1998 г. сроком на три года межправительственное Рыболовное соглашение является по своей антироссийской направленности уникальным Жириновский В.В. Россия и Япония: острова останутся российскими. М., 2001..
Главное, что обращает на себя внимание, это фактически зафиксированный в нем отказ России от своих суверенных прав в своих территориальных водах в районе Южных Курил, т.е. на своей территории.
Этот вывод прямо вытекает из текста Соглашения, где в первой статье сказано, что "стороны сотрудничают в целях осуществления промысла живых ресурсов японскими рыболовными судами в морском районе... у островов Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи, а также сохранения, рационального использования и воспроизведения живых ресурсов в этом морском районе". Получается, что мы сотрудничаем с иностранным государством, ведущим промысел в наших территориальных водах (т.е. на нашей территории), а не разрешаем ему вести этот промысел за соответствующую плату, как это всегда бывает в подобных случаях (и о чем и идет речь в указанном Соглашении).
Более того, из формулировок статей 1 и 2 вытекает также, что японские рыбаки будут вести промысел в явочном порядке не в территориальных водах России, а в безымянном, никому не принадлежащем "морском районе", о государственной принадлежности которого не говорится ни слова. Исходя из такого подхода - фактического отказа России от своих прав в территориальных водах вокруг Южных Курил в пользу японских рыбаков, - любые другие государства могут также потребовать себе аналогичные "привилегии". И возражать России будет трудно Галузин М. Визит президента Путина в Японию - важный шаг к партнерству. 2000. -№6. -с 14..
В основном документе - собственно Соглашении - нет ни единого слова о контроле за ведением промысла японскими судами со стороны российских органов рыбоохраны и пограничников, равно как ничего не говорится о соблюдении японскими рыбаками наших законов и правил.
Иными словами, Япония как государство не берет на себя никаких официальных обязательств по этому ключевому вопросу.
Между тем в аналогичных соглашениях прошлых лет, в частности, Соглашениях о промысле морской капусты в районе Малой Курильской гряды 1963 и 1981 гг., было четко зафиксировано, что "японские рыбаки, занимающиеся промыслом морской капусты... должны соблюдать законы, постановления и правила Союза Советских Социалистических Республик, действующие в этом районе" (выделено нами). Это важнейшее положение, действовавшее свыше 30 лет, исчезло из Соглашения от 21 февраля 1998 г.
В результате мы фактически имеем дело с небывалым случаем, и это следует особо подчеркнуть, - предоставлением японским подданным в наших территориальных водах экстерриториального статуса, т.е. неподчиненности их законам Российской Федерации в ее территориальном море, статуса с точки зрения современного международного права дискриминационного и в отношениях между государствами недопустимого. По мнению В.Головнина и В.Солнцева, это не что иное, как ползучая передача Японии морской территории России Головнин В, Солнцев В. Японский дракон летит к Ельцину. 1997. - №44. -с5..
В "Меморандуме о понимании" к Соглашению (документ, на основе которого осуществляется конкретное ежегодное "сотрудничество" между сторонами) на 1998 и 1999 гг. и в "Руководстве по порядку промысла морских живых ресурсов японскими рыболовными судами" наряду с русскими употребляются японские географические названия, включая даже названия мысов.
Подобный подход к международному договору России не только является грубым нарушением Закона РФ "О наименовании географических объектов", предусматривающего использование в официальных документах только собственных географических названий. Он также закономерно вызывает вопрос, существует ли у России с Японией кондоминиум (совместное владение) над Южными Курилами или острова принадлежат России.
Не менее важно и то обстоятельство, что присутствие в российских территориальных водах иностранных рыболовных судов, фактически неподконтрольных российским законам, непосредственно затрагивает и вопросы безопасности территории и проживающих на ней граждан Кутаков Л.Н. Россия и Япония. М., 1988. .
Совершенно очевидно, что Японии здесь удалось добиться небывало выгодных для себя юридических формулировок - формулировок, о которых еще несколько лет назад они не могли и мечтать, создающих необходимую правовую базу, серьезно "размывающую" российский суверенитет над Южными Курилами, формулировок, создающих юридический прецедент, который в дальнейшем будет весомым аргументом на переговорах или, если понадобится, и в Международном суде. И возразить здесь что-либо нам опять будет весьма сложно Жириновкий В. Россия и Япония: есть ли проблема раздела территории. М., 2001. С. 629..
Вероятно, понимая всю уязвимость и невыгодность для России этого соглашения, министр иностранных дел И.Иванов счел необходимым успокоить общественность, заявив, что "он осведомлен о некоторой настороженности, существующей в отношении данного соглашения" Жириновский В.В. Россия и Япония: острова останутся российскими. М., 2001.. Смеем заверить министра, здесь не о настороженности следует говорить, а о срочном исправлении допущенных ошибок, наносящих ущерб национальным интересам страны.
"Венцом" третьего этапа плана Б.Н. Ельцина, кроме соглашения 1998 г., стала также выдвинутая еще Е.М. Примаковым в бытность его министром иностранных дел РФ идея "совместной российско-японской экономической деятельности" на Южных Курилах. В целях практической реализации этого направления создана и действует российско-японская подкомиссия по совместной хозяйственной деятельности. Хотя пока больших результатов для жителей Южных Курил деятельность данной комиссии не принесла, можно констатировать, что и четвертый этап плана начался. Однако здесь Японию поджидает самое трудное - заключение желанного мирного договора "путем решения вопроса принадлежности островов" Крупянко М.И. Япония после «холодной войны». Политика обеспечения национальной безопасности. М., 2001..
26 марта 1998 года в Токио состоялись консультации на уров-не заместителей министров иностранных дел, в рамках которых было проведено заседание подкомиссии по вопросам заключе-ния мирного договора. Было достигнуто согласие, что договор должен носить «всеобъемлющий характер», т. е. включать в себя не только положения, касающиеся проблемы территориального размежевания, но и содержать статьи, фиксирующие принципы и направления развития двусторонних отношений Гребенщиков Э.. Тихоокеанская Россия и Япония: регионализация отношений. 2004. -№1. -с 89..
Основное внимание было уделено обсуждению проблемы мирного договора. Б. Н. Ельцин, начиная разговор с Р. Хасимото по проблеме мирного договора, подтвердил, прежде всего, свою приверженность выдвинутому им пятиэтапному плану урегулирования территориальной проблемы и Токийской декларации 1993 года. Он также предложил готовить не просто "Договор о мире", а более широкий документ - «Договор о мире, дружбе и сотрудничестве», поскольку состояние войны между двумя странами давно прекращено и следует смотреть в будущее, ведя речь о более широких рамках отношений меж-ду двумя странами. Что же касается конкретного продвиже-ния к урегулированию проблемы территориального размежевания, то он высказался за то, чтобы начать с налаживания на Южных Курилах совместной экономической деятельности, например, осуществить совместное строительство заводов по рыбопереработке.
Со своей стороны, Р. Хасимото выдвинул, как он сам выра-зился, «новое крупное предложение»- по содержанию «террито-риального раздела» будущего договора. Суть его состоит в том. чтобы в мирном договоре записать, что японо-российская гра-ница проходит между островами Итуруп и Уруп, а также за-фиксировать признание Японией законности российского ад-министративного контроля над островами Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи на определенный период до достижения между сторонами отдельной договоренности относительно пе-редачи островов Японии.
Иными словами, речь шла о признании российской сторо-ной японского «потенциального суверенитета» над четырьмя островами, хотя эти слова и не употреблялись. Сама передача островов Японии предполагалась после определения сторонами временного лимита сохранения прав административного конт-роля России над этими территориями Кривцов.А. Россия и Дальний Восток. 1993. -№1. -с 82..
Президент реагировал в том плане, что предложение инте-ресное, однако российской стороне потребуется время для его изучения.
На совместной пресс-конференции по окончании казанских бесед и Президент, и премьер-министр заявили о своей реши-мости ускорить работу над мирным договором, дать соответствующие указания участникам переговоров. Р. Хасимото сообщил о том, что внес новое предложение по содержанию дого-вора, но его суть публично не раскрыл. Б. Н. Ельцин в ответ сказал, что намерен его серьезно изучить.
На своей беседе лидеры решили не предавать огласке предложение, сделанное Р. Хасимото. Однако практически сразу же по окончании каванскои встречи японская пресса опубликовала содержание этого предложения.
На каванской встрече была достигнута договоренность о ви-зите в Москву премьер-министра Японии в октябре 1998 года.
Визит главы японского правительства в Москву состоялся, но не в октябре, а в ноябре, и совершил его не Р. Хасимото, а новый премьер-министр К. Обути.
Лето 1998 года было наполнено драматическими событиями как в Японии, так и в России. В июле после неудачного вы-ступления правяшей партии на парламентских выборах ушел в отставку с поста главы правительства Р. Хасимото. В августе после финансового кризиса покинул кресло Председателя Пра-вительства России С. В. Кириенко Костин А. Прогнозы пессимистов не сбылись. Визит Путина в Японию. 2005. -№12. -с 76..
Однако встреча С. В. Кириенко и Р. Хасимото состоялась, когда впервые в 150-летней истории двусторонних контактов глава российского правительства 13--14 июля нанес официаль-ный визит в Японию. Уже сам этот факт имел немаловажное значение. В ходе визита в основном рассматривались вопросы активизации двустороннего торгово-экономического сотрудничества. Проблематика мирного договора затрагивалась лишь в самом общем плане.
На переговорах Президента России с премьер-министром Японии 12 ноября 1998 года в Кремле российское стороной был передан развернутый ответ на "каванское предложение". Но не только. Российская сторона выдвинула свой вариант решения проблемы мирного договора.
26 февраля 1999 года газета "Иомиури симбун" опубликовала подробное изложение российской позиции, выдвинутой на московских переговорах. Вновь имела место "утечка" с японской стороны.
Прежде всего, в российском ответе указывалось на неприемлемость для российской стороны «каванского предложения», поскольку оно, по существу, подразумевает признание Россией суверенитета Японии над четырьмя южнокурильскими остро-вами и не будет принято общественностью и законодательной властью России Жириновский В.В. Россия и Япония: острова останутся российскими. М., 2001..
По опросу общественного мнения в Японии и России, проведенному накануне визита премьера К. Обути в Москву, про-тив идеи признать суверенитет Японии над Южными Курила-ми, но реальную передачу произвести в будущем высказалось 60 % российских граждан. На самих Южных Курилах, а так-же на Сахалине число противников этой идеи оказалось еще больше - соответственно 75 и 83 %, Примечательно, что среди жителей Японии мнения в отношении этой идеи разделились почти поровну -- "за" высказались 44 % опрошенных, "против" - 38 % Что касается российского варианта решения проблемы мирного договора, то он был охарактеризован российской стороной как «компромиссный» и состоял в следующем.
Предлагалось попробовать подписать до 2000 года «Договор о мире, дружбе и сотрудничестве», в котором оговорить, что сто-роны продолжат поиск взаимоприемлемой формулы решения вопроса о границе. Таким образом, имелось в виду подписать два договора: первый о мире, дружбе и сотрудничестве, второй - об установлении линии прохождения границы в районе островов.
При этом «территориальную статью» в первом договоре предлагалось формулировать таким образом, чтобы стороны подтверждали, что территориальное размежевание между ними возможно лишь в атмосфере полномасштабного дружественного развития российско-японских отношений» в интересах которого и заключается настоящий договор Жириновкий В. Россия и Япония: есть ли проблема раздела территории. М., 2001. С. 635..
Имелось в виду, что в целях создания благоприятных условий для окончательного урегулирования указанного вопроса стороны будут поощрять и развивать широкие контакты между жителями островов. Сахалинской области в целом и жителями Японии, включая расширение безвизовых обменов; разработают особый правовой режим, который, не нанося ущерба государственным интересам и политическим позициям обеих сторон, способс-твовал бы созданию благоприятной атмосферы и юридической базы для совместной хозяйственной или иной деятельности на указанных островах; будут расширять сферы и совершенствовать содержание сотрудничества в рамках Соглашения о некоторых вопросах сотрудничества в области промысла морских живых ресурсов.
Имелось в вицу записать в договоре и принципы, на основе которых возможна договоренность о фиксации границы между Россией и Японией в районе островов. Среди них принципы международного права, законности и справедливости, а также такие принципы, как ненанесение ущерба национальным ин-тересам двух стран, как учет исторического наследия и сущес-твующих реалий Кривцов А. Япония и Россия в современном мире. 1993. -№12. -с 107..
Таким образом, российская сторона, полагая, что для окончательного урегулирования проблемы территориального размеже-вания ситуация еще не созрела, предлагала заключить, по сути дела, «промежуточный договор». Это и стало бы тем «путем» (митнсудзи) выхода на окончательное урегулирование пробле-мы территориального размежевания, о котором говорил премьер Р. Хасимото в своей речи в июле 1997 года.
Опираясь на этот договор, стороны на основе взаимных обязательств, еще более уверенно развивая отношения во всех сферах, создавали бы ус-ловия, необходимые для решения территориальной проблемы, и одновременно вели бы поиск такого решения.
"Московское предложение" заключалось не в том, чтобы отложить в сторону территориальную проблему, а в том, чтобы добиваться ее поэтапного решения. В «Договоре о мире, друж-бе и сотрудничестве» имелось в виду зафиксировать намерение сторон решать территориальный вопрос, а в другом договоре определить конкретное прохождение пограничной линии.
Более того, российская сторона пошла на неординарный шаг - предлагалось совместно с японской стороной разработать особый правовой режим для обеспечения юридических и иных условий для совместной хозяйственной и другой деятельности на четырех островах. Это был существенный, компромиссный шаг российской стороны Кунадзе Г. Заговор патриотов. 2001. -№26. -с24..
Примечательно, что руководство Сахалинской области, традиционно особо решительно настроенное против каких-либо «территориальных уступок» Японии, не выступило с критикой та-кой идеи. Губернатор области И.Фархутдинов был согласен с тем, чтобы создать особые условия на островах для японского бизнеса и даже ввести там специальную администрацию.
Учитывая изложенное, нельзя согласиться с прозвучавшей со стороны ряда японских ученых-политологов и журналистов оценки «московского предложения» как «повторение предло-жения о заключении «Договора о добрососедстве и сотрудни-честве, внесенного Советским Союзом в начале 1978 года». Достаточно указать на то, что в то время Советский Союз не признавал наличия территориальной проблемы в отношениях с Японией со всеми вытекающими отсюда последствиями.
Российская и японская стороны, выдвинув соответствен-но «каванское» и «московское» предложения, обозначили свои «стартовые позиции» на переговорах по мирному договору После этого предстояло вести дело к их сближению, поиску взаимоприемлемого компромисса.
В подписанной 13 ноября Президентом Б.Н. Ельциным и премьер-министром К. Обути Московской декларации было зафиксировано указание правительствам двух стран активизировать переговоры о заключении мирного договора. Было поручено создать подкомиссии по пограничному размежеванию и по совместной хозяйственной деятельности на островах в рамках возглавляемой министрами иностранных дел совмес-тной комиссии по вопросам заключения мирного договора Жириновский В.В. Россия и Япония: острова останутся российскими. М., 2001..
Причем предложение о создании подкомиссии по совместной хозяйственной деятельности прозвучало с японской стороны и свидетельствовало об отходе от пассивного подхода к этой проблеме. В японском правительстве, как сообщала японская пресса, возобладала точка зрения, согласно которой в целях развития переговоров с российской стороной по «каванскому предложению» и «в качестве одного из звеньев усилий по под-готовке соответствующего климата японская сторона выражает готовность обсуждать вопросы, касающиеся создания необхо-димой для осуществления совместной деятельности системы, а также конкретные вопросы» Кошкин.А. Проблема мирного урегулирования с Японией. Исторический аспект. 1997. -№4. - с 138..
Вместе с тем сразу же проявились японские критики тако-го изменения позиции. Признавая, что в совместной хозяйс-твенной деятельности есть «плюс» для Японии, так как про-изойдет наращивание японского присутствия на островах и это будет способствовать созданию условий для решения террито-риального вопроса, они указывали и на «минус» -- в результа-те развития островов с помощью японских капиталов среди их жителей могут возникнуть настроения в пользу сохранения статус-кво Галузин М. Необходим откровенный диалог с Японией. 2001. -№6. -с 17..
Исходя из гуманитарных соображений, по предложению японской стороны, на высшем уровне была достигнута принци-пиальная договоренность об организации облегченного поряд-ка посещения островов японскими гражданами - их бывшими кителями и членами их семей.
В декларации была также подчеркнута важность сотрудни-чества в районе островов, имея в виду, что оно способствует Углублению взаимопонимания между жителями соседних райо-нов России и Японии, развитию взаимовыгодных отношений и тем самым созданию условий для скорейшего заключения мир-ного договора.
Московские переговоры не ограничились обсуждением про-блемы мирного договора. Была подписана Московская деклара-ция - уникальный документ в двусторонних отношениях, пос-кольку он подразумевает установление отношений созидатель-ного партнерства между Россией и Японией.
Российская сторона понимает созидательное партнерство как органическое соединение тесного сотрудничества с политичес-кой, экономической, научно-технической и гуманитарной сфе-рах со стремлением урегулировать еще нерешенные вопросы и идти к мирному договору Добринская О. Отношения Японии с крупными державами АТР. 2003. -№3. -с98..
В декларации записано, что отношения между Россией и Японией занимают одно из важных мест во внешнеполитичес-ком курсе каждого из государств и что важнейшей задачей для обеих стран является установление долгосрочного партнерства на базе принципов доверия, взаимной помощи, долгосрочной перспективы и тесного экономического сотрудничества Кожевников В.В. Российско-японские отношения в XVIII-XIX веках. Владивосток, 1997..
Как уже отмечалось выше, принципы - доверие, взаимная выгода, долгосрочные перспективы -- были выдвинуты премьер-министром Р. Хасимото, а принцип тесного экономического со-трудничества предложен российской стороной.
В декларации решимость сторон, осущест-вляя созидательное партнерство» не только совместно решать вопросы, существующие между двумя странами, но и вносить вклад в мир и стабильность в АТР и в мировом сообществе в целом.
В целом визит японского премьера отчетливо показал, что в российско-японских отношениях продолжался процесс на-копления позитивного потенциала, стороны двигались к фор-мированию отношений созидательного партнерства. Оба лидера подчеркнули, что российско-японские отношения укрепились и это отвечает стратегическим и геополитическим интересам обе-их стран.
По мнению Латышева 1998 год вошел в историю российско-японских отношений как наиболее насыщенный и продуктивный с точки зрения их развития, как год, заложивший основы построения созидатель-ного партнерства между двумя странами Латышев И.А. Путин и Япония. Будут ли уступки?, 2000-2005. М., 2005..
В 1998 году Россия и Япония обменялись предложениями относительно того, как они видят выход на заключение мирного договора через свое отношение к проблеме урегулирования тер-риториальной проблемы. Стало «официально ясно» то, что было очевидно. Позиции сторон весьма серьезно расходятся.
Вместе с тем стороны подтвердили решимость продолжить переговоры по проблеме мирного договора. На переговорах ми-нист и т.д.................


Перейти к полному тексту работы



Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.