На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


Реферат Жаргонизация России как одна из мощнейших доминант современного языкового развития. Тенденции интенсивной динамизации. Основные аспекты исследования и лексикографического описания русского жаргона. Русский общий молодёжный и школьно-студенческий жаргон.

Информация:

Тип работы: Реферат. Предмет: Ин. языки. Добавлен: 25.12.2009. Сдан: 2009. Уникальность по antiplagiat.ru: --.

Описание (план):


5
Университет им. Эрнста Морица Арндта г. Грайфсвальда, Германия

Нужен ли изучающему русский язык (как иностранный) русский жаргон?
"Жаргонизация" России, по объективным наблюдениям многих писателей, журналистов, социологов и лингвистов, стала одной из мощнейших доминант современного языкового развития. Исследователи современного русского языка подчёркивают интенсивность "демократизации" его языковой системы, расшатывание литературных норм, неуправляемый поток переименований, жаргонизацию и внедрение иноязычных заимствований. Наиболее общей доминантой современного состояния не только русского языка поэтому следует признать его интенсивную динамизацию. Она проявляется, как мне кажется, в виде трёх основных тенденций:
1) тенденции к неологизации (новеллизации), т.е. скачкообразному увеличению новых элементов в языке (прежде всего в лексике);
2) тенденции к экспрессивизации, т.е. такого усиления экспрессивности, которое превращает её из эстетического средства в функциональную доминанту;
3) тенденции к демократизации, т.е. расшатыванию и смягчению нормы. Многие наблюдатели, однако, склонны переоценивать "чисто русскую" специфику этого явления, полагая, что оно уникально и неповторимо. Даже беглый взляд в языковую Европу, однако, показывает обратное. Практически во всех европейских странах экспансия жаргона стала реальным фактом, вызывающим тревогу у блюстителей чистоты речи и попытки по-разному оценить и объективно описать эти явления.
Разумеется при этом, что в каждой стране такая экспансия жаргона имеет свою специфику. В Украине, например, современный жаргон испытывает сильное давление со стороны русского - особенно в сфере молодежной речи (Пиркало 1998). В Германии жаргон характеризуется большой региональной маркированностью, что осложняет, например, поиск и дифференциацию немецких эквивалентов-жаргонизмов в двуязычных словарях (Walter, Mokiernko 2001). В России жаргон тяготеет не только к интеррегиональности, но отличается еще и интерсоциальной "проходимостью": воровское арго тесно взаимодействует с молодежным сленгом, профессиональными сленгами и т.д. (БСРЖ 2000; Грачев 1996).
В 1999-2000 гг. немецкая и русская нормативная лексикография совершила поистине революционный акт, достойный перелома столетий. Издательство "Duden", известное уже более века своей строгой ориентацией на языковую кодификацию, выпустило в своей серии „Wцrterbuch der Szenesprachen" (Dudenverlag. Mannheim. Leipzig. Wien. Zьrich. 2000). Русская же Академия наук, всегда неусыпно следящая за "чистотой русского языка" и "культурой русской речи", благословила выход в свет "Толкового словаря русского общего жаргона" (ЕЗР). Разумеется, и немецкий, и русский словари жаргона отразили лишь небольшой фрагмент того неисчислимого множества жаргонной лексики и фразеологии, который переполняет теперь современную живую речь, литературу, публистику и пространства mass-media и "Интернета". Так, в ЕЗР описано около 450 жаргонизмов, в то время как вышедший годом позже "Большой словарь русского жаргона" (БСЖ) фиксирует 25 тысяч слов и 7 000 устойчивых сочетаний. Далеко не всё, конечно, что фиксируется специальными словарями жаргона, употребляется носителями литературного языка. Не всё, но, тем не менее, - достаточно многое.
Термины жаргон - сленг - арго мы употребляем в одном ряду, не настаивая на их строгой дифференциации. В этом - также определенное следование русской терминологической традиции. Эти термины изначально разнородны и разнонаправлены как по их языковым источникам (жаргон и арго французского происхождения, сленг - английского), так и по попыткам (прямо скажем - безрезультативным) их лингвистической унификации, о чем свидетельствует масса специальной литературы, к которой мы и отсылаем заинтересованного читателя (Феньвеши 1996; БСРЖ 2000, 4-9; Вальтер 2002). Не желая отвлекать его от главного объекта описания в этом словаре и не пытаясь открывать очередную Америку в унификации терминологического многоголосья, характерного для нашей проблематики, еще раз подчеркнем, что мы ориентируемся - как и при составлении уже вышедших словарей русского жаргона - на традиционную дефиницию термина жаргон, во многом приравнивающую (в соответствии с терминологическим принципом Б.А. Ларина 30-х гг. XX в) его к арго и сленгу. Эта дефиниция сформулирована в новейшем издании "Энциклопедии русского языка": "Жаргон - социальная разновидность речи, характеризующаяся, в отличие от общенародного языка, специфической (нередко экспрессивно переосмысленной) лексикой и фразеологией, а также особым использованием словообразовательных средств. Жаргон является принадлежностью относительно открытых социальных и профессиональных групп людей, объединённых общностью интересов, привычек, занятий, социального положения и т.п. (напр., Жаргон моряков, лётчиков, спортсменов, учащихся, актёров). В нестрого терминологическом смысле "Жаргон" употребляется для обозначения искажённой, вульгарной, неправильной речи [то же, что арго], но с пейоративной, уничижительной, оценкой" (Скворцов 1998, 129). Эта дефиниция, как кажется, довольно точно отражает круг лексики и фразеологии, оставшихся за пределами литературного языка и региональных диалектов и являющихся объектом жаргонографии.
Многие аспекты исследования и лексикографического описания русского жаргона изучены с достаточной полнотой, в чём можно убедиться, обратившись к новейшим попыткам синтезировать опыт соответствующих исследований в России и за рубежом. Дезидератом остаётся изучение межславянских и трансевропейских связей русской жаргонной системы, глубинное её историко-этимологическое исследование, комплексное социолингвистическое и региональное описание и др.
Работа над некоторыми жаргонными словарями, которая многие годы велась автором этих строк, потребовала создания компьютерной базы данных, представляющей собою свод лексики и фразеологии из всех доступных источников - начиная офенскими словариками В.И. Даля и "Блатной музыкой" В.Ф. Трахтенберга и кончая многочисленными новейшими словарями и словариками и исследованиями по данной проблематике. Большая часть этого материала с помощью наших коллег из разных городов России и Германии была подвергнута проверке на современную "достоверность". Анкетные опросы позволили нам измерить (конечно, далеко не в полной мере, как бы хотелось) степень актуальности того или иного жаргонизма, границы его распространения и оценку носителями современной живой русской речи. Вся эта информация имплицитно или эксплицитно была отражена нами в корпусах "Большого словаря русского жаргона" и "Русско-немецкого жаргонного словаря". Лексикографические принципы словарей полного типа, сформулированные Б.А. Лариным (1928; 1930) и развитые ларинской школой (Мокиенко 1999) дают, однако, не только установку на максимально полную демонстрацию той или иной лексико-фразеологической системы, но и позволяют выявить на основе такого описания ее специализированные блоки и сосредоточить на них особое внимание.
Русский общий молодёжный и школьно-студенческий жаргон имеют много общего. Особо сложна при отборе жаргонного словника для учебников, как известно, проблема разграничения жаргона и просторечия (resp. разговорной речи). В большинстве использованных нами источников и записях русской речи строгая грань между ними не проводится ни составителями словарей русского жаргона, ни его исследователями, ни самими говорящими.
Оправданность терминов и самого понятия жаргонизированная разговорная речь и общий жаргон для русского языкового пространства подтверждается статусом так называемого просторечия, о котором лингвисты спорили и спорят (Bierich 2000). Просторечие постоянно взаимодействует с жаргоном, но при этом, как справедливо подчёркивает В.Б. Быков, "жаргоны не являются первичной системой в соссюровском понимании этого термина, поскольку обладают своебразием лишь в сфере лексики, фразеологии и словообразования" (Быков 1997-Internet,
6) и тем самым производны от просторечия и системы живой речи. Собственно говоря, переходность границы жаргона и разговорно-просторечной стихии для русской языковой системы проявляется и в их взаимодействии с литературным языком. И жаргон, и просторечие постоянно подпитываются элементами последнего, естественно, при этом значительно трансформируя или даже травестируя их.
Трудности разграничения жаргона и разговорно-просторечной стихии, собственно, накладывают свой отпечаток на определение ещё одного важного для составителя этого словаря концепта - так называемой речи (языка) молодёжи или молодёжного жаргона. Это понятие является столь же расплывчивым и относительным, как и понятие возраста, тем более, что процесс "старения" молодёжного жаргона происходит иногда ещё быстрее, чем процесс старения биологического. "Фактор возраста следует понимать в широком смысле, - подчёркивает В.В. Химик, - как психическое, психофизическое и социальное состояние говорящего и целого социума, которое проявляется как в субкультуре (нормы поведения, выбор одежды, художественные вкусы), так и в соответствующем речевом поведении" (Химик 2000, 110). Вместе с тем, без объективной оценки жаргона именно как явления, особо интенсивного именно в молодёжной среде, невозможно понять ни его специфики, ни динамических механизмов, которые придают ему такую мощную экспрессивную энергию. Именно молодёжный жаргон активно прорывается сейчас в средства массовой информации и современную литературу, именно он звучит в основном на улицах и площадях России. "Главный лингвистический феномен молодёжного сленга, - вновь процитируем петербургского исследователя, - служить катализатором обновления, перехода отдельных речевых единиц из частных подъязыков в литературное просторечие, а из просторечия - в разговорный литературный язык" (Химик 2000, 111). Собственно, "молодёжный сленг - это своеoбразное жаргонизированное просторечие молодого поколения" (Грачев 1996, 80).
Являясь "катализатором обновления" современного просторечия, молодёжный жаргон обнаруживает тесные генетические связи с воровским и другими профессиональными жаргонами. И это не случайно, поскольку он если не изначально, то в любом случае после 1917 года в силу известных причин (активная социальная нивелировка, колонизация, служба в армии, принудительные переселения населения, массовые аресты и высылки в ГУЛАГ и Зону и т.п.) был очень тесно связан с жаргоном уголовным и речью политических заключённых. Не случайно один из первых исследователей послереволюционной языковой ситуации в России С.А. Копорский (1927) подчёркивал, что уже в двадцатые годы речь школьников была заметно окрашена элементами воровского жаргона. Этот процесс с годами лишь приобретал большую интенсивность, поскольку, как справедливо констатирует один из современных жаргонологов, "в молодёжном жаргоне, как в зеркале, отражается процесс изменений в обществе, в том числе влияние субкультуры преступного мира на молодое поколение" (Грачев 1996, 78). Тем более, что легко просматриваются контуры двух основных русел русского жаргона вообще - фени, т.е. "афинского", греческого по происхождению потока и "блатной музыки", в истоках которой лежит европейско-еврейский Gaunersprache (воровской жаргон), прошедший через горнило польского и украинского просторечия.
В нашем Словаре русского школьного и студенческого жаргона (Вальтер, Мокиенко, Никитина 2003), пожалуй, мы впервые для русской жаргонографии в таком масштабе провели фронтальную выборку материала из интернетных источников, - разумеется, всесторонне проверив его корректность и уложив его в прокрустово ложе наших лексикографических принципов. Очень важно, что за счёт таких источников мы смогли и значительно расширить региональную "дальнобойность" описываемых в настоящем словаре жаргонизмов. Самое же главное, что в подавляющем большинстве "излучателями" интернетных словариков и словарных материалов студенты и школьники-старшеклассники или молодые пользователи компьютеров, недавно покинувшие стены вузов или школьную парту. Несмотря на кажущуюся разнородность, эти материалы, взаимно перекрещиваясь и дополняя друг друга, создают определённую системность, которую мы постарались отразить различными лексикографическими приёмами.
Исследователи подчёркивают интенсивность демократизации русской языковой системы, расшатывание литературных норм, неуправляемый поток переименований, жаргонизацию и внедрение иноязычных заимствований. Наиболее общей доминантой современного состояния не только русского языка поэтому следует признать его интенсивную динамизацию. Она проявляется, как мне кажется, в виде трех основных тенденций:
1) тенденции к неологизации (новеллизации), т.е. скачкообразному увеличению новых элементов в языке (прежде всего и т.д.................


Перейти к полному тексту работы



Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.