На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


Курсовик Язык и общество. Возникновение наций и национальных языков. Возникновение литературных языков. Языковые отношения при капитализме. Языковые проблемы в России. Заимствование как путь обогащения языка. Место языка среди общественных явлений.

Информация:

Тип работы: Курсовик. Предмет: Ин. языки. Добавлен: 25.04.2006. Сдан: 2006. Уникальность по antiplagiat.ru: --.

Описание (план):


ЯЗЫКОВАЯ ПОЛИТИКА
СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ 3
1. Язык и общество 5
2. ВОЗНИКНОВЕНИЕ НАЦИЙ И НАЦИОНАЛЬНЫХ ЯЗЫКОВ 7
2.1. Возникновение литературных языков 7
2.2. Языковые отношения при капитализме 13
2.3. Языковые проблемы в России 15
2.4. Заимствование как путь обогащения языка 17
ЗАКЛЮЧЕНИЕ 25
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 28
ВВЕДЕНИЕ

Место языка среди явлений общественных. Общее у языка с другими общественными явлениями состо-ит в том, что язык - необходимое условие существования и развития человеческого общества и что, являясь элементом духовной культуры, язык, как и все другие общественные явления, немыслим в отрыве от материальности.
Но функции языка и закономерности его функционирования и исторического развития в корне отличаются от других об-щественных явлений.
Ошибкой языковедов было отождествление языка и культуры. Это отожествление неправильно, так как культура - это идеология, а язык не относится к идеологии.
Отожествление языка с культурой влекло за собой целый ряд неверных выводов, так как данные предпосылки неверны, т. е. культура и язык не одно и то же. Культура в отличие от языка может быть и буржуазной и социалистической; язык, будучи сред-ством общения, всегда общенароден, обслуживает и буржуазную и социалистическую культуру.
Каково же отношение между языком и культурой? Националь-ный язык есть форма национальной культуры. Он связан с культу-рой и немыслим вне культуры, как и культура немыслима без язы-ка. Но язык не идеология, которая является основой культуры. Были попытки уподо-бить язык орудиям производства. Да, язык - орудие, но «орудие» в особом смысле. Язык - это идеологичес-кое орудие. Если орудия производства обладают конструкцией и устройством, то язык обладает структурой и системной организацией.
Таким образом, язык нельзя причислить ни к базису, ни к над-стройке, ни к орудиям производства; язык нетожествен культуре, и язык не может быть классовым. Тем не менее язык - это общественное явление, занимающее свое, особое место среди других общественных явлений и обладающее своими специфическими чертами.
Язык - достояние коллектива, он осуществляет общение чле-нов коллектива между собой и позволяет сообщать и хранить нуж-ную информацию о любых явлениях материальной и духовной жизни человека. И язык как коллективное достояние складывает-ся и существует веками.
Мышление развивается и обновляется гораздо быстрее, чем язык, но без языка мышление - это только «вещь для себя», при-чем не выраженная языком мысль - это не та ясная, отчетливая мысль, которая помогает человеку постигать явления действитель-ности, развивать и совершенствовать науку, это, скорее, некото-рое предвидение, а не собственно видение, это не знание в точном смысле этого слова.
Человек всегда может использовать готовый материал языка (слова, предложения) как «формулы» или «матрицы» не только для известного, но и для нового.
Если мышление не может обойтись без языка, то и язык без мышления невозможен. Мы говорим и пишем думая и стараемся точнее и яснее изложить свои мысли в языке. Казалось бы, что в тех случаях, когда в речи слова не принадлежат говорящему, ког-да, например, декламатор читает чье-нибудь произведение или актер играет роль, то где же тут мышление? То же относится и к цитатам, употребле-нию пословиц и поговорок в обычной речи: они удобны, потому что удачны, лаконичны, но и выбор их, и вложенный в них смысл - след и следствие мысли говорящего. Обычная наша речь - это набор цитат из известного нам языка, словами и выражениями которого мы обычно пользуемся в нашей речи (не говоря уже о звуковой системе и грамматике, где «новое» никак нельзя изо-брести).
Когда мы думаем и желаем передать кому-то то, что осознали, мы облекаем мысли в форму языка.
Таким образом, мысли и рождаются на базе языка и закрепляются в нем. Однако это вовсе не означает, что язык и мышление представляют тожество.
Законы мышления изучает логика. Логика различает поня-тия с их признаками, суждения с их членами и умоза-ключения с их формами. В языке существуют иные значимые единицы: морфемы, слова, предложения, что не со-впадает с указанным логическим делением.
Многие грамматисты и логики XIX и XX вв. пытались устано-вить параллелизм между понятиями и словами, между суждения-ми и предложениями. Однако нетрудно убедиться, что вовсе не все слова выражают понятия и не все предложения выражают суждения. Кроме того, члены суждения не совпадают с члена-ми предложения.
Законы логики - законы общечеловеческие, так как мыслят люди все одинаково, но выражают эти мысли на разных языках по-разному. Национальные особенности языков никакого отно-шения к логическому содержанию высказывания не имеют.
Язык и мышление образуют единство, так как без мышления не может быть языка и мышление без языка невозможно. Язык и мышление возникли исторически одновременно в процессе трудового развития человека.
1. Язык и общество

Проблема «Язык и общество» сложна и многопланова. Для лингвистики наиболее значимыми являются: социальная природа человеческого языка; социальная обусловленность возникно-вения и развития языка; язык и формы исторической общности людей; социальная обусловленность формирования литератур-ных языков и языковой нормы; неравномерность развития отдельных участков языка - в зависимости от потребностей общества; социальная обусловленность дифференциации язы-ковой структуры; функциональные языковые стили и обще-ство; возможности сознательного целенаправленного воздей-ствия общества па язык; зависимость общества от языка; про-блемы речевой культуры как проблемы социального применения языка; язык и научно-техническая революция.
По своей сущности язык социален. Его сущность в его назначении, в его роли, в тех потребностях, которые им обслуживаются и удовлетворяются. Уже в работах В. Гумбольдта и Гегеля высказывалась мысль об удовлетворении языком потребности человека в общении.
Функция общения для языка - главная господствующая подчиняющая или определяющая все остальные. Подчиняя себе все остальные, функция общения вместе с тем оказывается и их основной базой. Именно на базе функции общения существуют такие функции языка, как воздействие, сообщение, моделирова-ние, даже формирование и выражение мыслей и других состояний сознания. «Даже» потому, что эта функция необходима для обще-ния, без выражения мыслей - общение невозможно. Но и вы-ражения мыслей не было бы, если бы не было потребности в общении, поддерживаемой и обновляемой совместной деятельно-стью людей. Образуют единство язык и сознание, образуют един-ство и функции общения, и формирования, и выражения сознания.
Возможно, наука никогда не сможет восстановить реальные облики предъязыков и первых собственно-языков человека. Но какими бы они ни были по своей структуре и набору элементов, они могли быть построены только из того материала, который был в распоряжении предков человека, т. е. из еще не обработанных звуков, уже начавших дифференциацию в зависимости от условий их применения.
Языки разных народов оказываются в неодинаковых условиях развития. Это неизбежно приводит к различиям в темпе развития и в зависящих от этих темпов результатах. Были языки народов, которые не могли развивать многие пласты и «поля» своего словарного состава - и из-за отсутствия письменности, и из-за невозможности свободно развивать науку и культуру, и из-за препятствий в создании своей экономики. В таком именно состоянии оказались в свое время многие так называемые малые народы России, в таком состоянии находились и многие народы Африки. В языках этих народов в сущности не было своей научной терми-нологии, не было лексического и фразеологического слоя, отража-ющего развитие передовой индустрии, и т. д. Это ставило такие языки в неравное положение с развитыми языками стран Запада и Востока - такими, как английский, французский, немецкий, испанский, русский, японский.
Но обогащение словарного состава не может не затрагивать и такие стороны языка, как словообразование, синтаксис, лекси-ческая семантика. Быстрый рост отдельных участков словарного состава ведет к активизации тех или иных моделей и типов сло-вообразования, обогащает их новыми словарными единицами, укрепляет их положение в словообразовательной системе языка. Так, в истории русского языка обогащение терминологической лексики, в связи с развитием науки, техники, производства и управления, идущее уже в течение многих десятилетий XIX- XX вв., активизировало необходимые для такой лексики модели и способы словообразования, в частности те, которые создают имена отглагольные с суффиксами отвлеченности.
В языках, имеющих необходимые условия для своего разви-тия, неодинаково интенсивно обогащаются и изменяются отдельные слои и пласты лексики и фразеологии. Причем те из них, которые активно обогащаются в одну эпоху, могут затормозить развитие в другую.
Напомним слова В. Гум-больдта: «... в каждом языке оказывается заложенным свое миро-воззрение. Если звук стоит между предметом и человеком, то весь язык в целом находится между человеком и воздействующей на него внутренним и внешним образом природой. Человек окружает себя миром звуков, чтобы воспринять и усвоить мир предметов. Это положение ни в коем случае не выходит за пределы очевид-ной истины. Так как восприятие и деятельность человека зависят от его представлений, то его отношение к предметам целиком обусловлено языком. Тем же самым актом, посредством кото-рого он из себя создает язык, человек отдает себя в его власть; каждый язык описывает вокруг народа, которому он принадлежит, круг, из пределов которого можно выйти только в том случае, если вступишь в другой круг. Изучение иностранного языка можно было бы поэтому уподобить приобретению повой точки зрения в прежнем миропонимании...».
2. ВОЗНИКНОВЕНИЕ НАЦИЙ И НАЦИОНАЛЬНЫХ ЯЗЫКОВ
2.1. Возникновение литературных языков

Новый этап в развитии народов и языков связан с возникно-вением наций и национальных литературных языков. В совет-ской науке принято считать, что нация - это исторически сло-жившаяся устойчивая общность людей. Признаками устойчивости этой общности являются: единство территории, экономики и языка. На этой почве вырабатывается то, что называют «единст-вом психического склада» или «национальным характером».
Нация как общественная и историческая категория возника-ет на определенном этапе развития человечества, а именно в эпоху подымающегося капитализма. Нация не просто продолже-ние и расширение родовой и племенной общности, а явление качественно новое в истории человечества.
Хотя нации и подготовлены всем предшествующим развити-ем феодализма, особенно его последним периодом, когда еще резче обозначается различие города и деревни, происходит бур-ный рост ремесленного, торгового населения, когда передвиже-ние населения нарушает территориально замкнутый характер феодальных государств, а главное, видоизменяются производст-венные отношения, и наряду с помещиками и крестьянами обозначаются новые классы общества - буржуазия и пролетари-ат, - все это закрепляется лишь при смене формации, с утверж-дением капитализма.
Если при феодализме главную роль играли поместья, замки и монастыри, то при капитализме на первый план выходят города со смешанным населением, объединяющим разные классы, рас-члененные разными профессиями.
Если при феодализме экономическая жизнь тяготела к нату-ральному хозяйству, то при капитализме широко развивается тор-говля, не только внутренняя, но и внешняя, а с приобретением колоний и освоением международных сообщений - и мировая.
В историко-культурном плане переход от феодализма к ка-питализму связан с так называемой эпохой Возрождения и по-рожденным этой эпохой национальным развитием.
Применительно к языку эпоха Возрождения выдвинула три основные проблемы: 1) создание и развитие национальных язы-ков, 2) изучение и освоение различных языков в международном масштабе, 3) пересмотр судьбы античного и средневекового лин-гвистического наследства.
Новая национальная культура, требующая единства и полно-го взаимопонимания всех членов нового общества, не может со-хранить языковую практику средневековья с его двуязычием, раздробленными поместными диалектами и мертвым литератур-ным языком. В противоположность языковой раздробленности феодального периода требуется единство языка всей нации, и этот общий язык не может быть мертвым, он должен быть спо-собным к гибкому и быстрому развитию.
У разных народов процесс складывания наций и националь-ных языков протекал в разные века, в разном темпе и с различ-ными результатами.
Это зависело прежде всего от интенсивности роста и распада феодальных отношений в данной стране, от состава населения и его географического распространения; немалую роль играли при этом и условия сообщения: так, государства морские (Италия, Голландия, Испания, позднее Франция и Англия) раньше всту-пают на путь капиталистического и национального развития, но в дальнейшем, например, в Италии, этот процесс надолго задер-живается, тогда как в Англии неуклонно развивается, вследствие чего Англия опережает Италию в развитии.
Первой капиталистической нацией была Италия. Конец феодального средневековья, начало современной капиталисти-ческой эры отмечены колоссальной фигурой. Это - итальянец Данте, последний поэт средневековья и вместе с тем первый поэт нового времени.
Данте (1265-1321) написал книгу стихов «Новая жизнь» («Vita nuova»), посвященных Беатриче (в 1290 г.), на итальянском, а не на латинском языке и в дальнейшем (1307-1308) выступил в защиту употребления нового национального литературного язы-ка в латинском трактате «О народном красноречии» («De vulgari eloquentia») и в итальянском «Пир» («II convivio»), где он писал:
«Из тысячи знающих латынь один разумен; прочие пользуются своими знаниями, чтобы добиться денег и почестей», поэтому он пишет не по-латински, а по-итальянски, так как «это язык не избранных, а огромного большинства». По мнению Данте, на-родный язык благороднее латыни, так как это язык «природ-ный», а латынь - язык «искусственный». «Божественная коме-дия» Данте, сонеты Петрарки и «Декамерон» Боккаччо были блес-тящим доказательством преимущества нового национального языка.
На народном языке были написаны отчеты о великих путе-шествиях Колумба, Веспуччи и других. Философ Джордано Бру-но и ученый Галилей также перешли с латыни на национальный язык. Галилей оправдывал это так: «К чему нам вещи, написан-ные по-латыни, если обыкновенный человек с хорошим природ-ным умом не может их читать».
Интересно отметить рассуждение Алессандро Читтолини в произведении под заглавием «В защиту народного языка» (1540), где говорится о том, что технические ремесленные термины нельзя выразить по-латыни, а этой терминологией «самый последний ремесленник и крестьянин располагает в гораздо больших раз-мерах, чем весь латинский словарь».
Таким образом, борьба за народный язык была основана на демократизации культуры.
Итальянский литературный язык сложился на почве тоскан-ских говоров в связи с преобладающими значениями тосканских городов и Флоренции на пути капиталистического развития.
Пути складывания национальных литературных языков мог-ли быть различными. Об этом писали Маркс и Энгельс в «Не-мецкой идеологии»: «В любом современном развитом языке ес-тественно возникшая речь возвысилась до национального языка отчасти благодаря историческому развитию языка из готового материала, как в романских и германских языках, отчасти благо-даря скрещиванию и смешению наций, как в английском языке, отчасти благодаря концентрации диалектов в единый националь-ный язык, обусловленной экономической и политической кон-центрацией».
Французский литературный язык может служить примером первого пути («из готового материала»). Скрещивание народной («вульгарной») латыни с разными кельтскими диалектами на тер-ритории Галлии происходило еще в донациональную эпоху, и эпоха Возрождения застает уже сложившиеся французские диа-лекты, «патуа», среди которых первенствующее значение благо-даря историческому развитию Франции получает диалект Иль-де-Франса с центром в Париже.
В 1539 г. ордонансом (приказом) Франциска I этот француз-ский национальный язык вводится как единственный государст-венный язык, что было направлено, с одной стороны, против средневековой латыни, а с другой - против местных диалектов. Группа французских писателей, объединенная в «Плеяду», горя-чо пропагандирует новый литературный язык и намечает пути его обогащения и развития. Поэт Ронсар видел свою задачу в том, что он «создавал новые слова, возрождал старые»; он гово-рит: «Чем больше будет слов в нашем языке, тем он будет луч-ше»; обогащать язык можно и за счет заимствований из мертвых литературных языков и живых диалектов, воскрешать архаизмы, изобретать неологизмы. Практически все это показал Рабле в своем знаменитом произведении «Гаргантюа и Пантагрюэль».
Главным теоретиком этого движения был Жоаким (Иоахим) Дю Белле (Joachim Du Bеllay) (1524-1560), который в своем трак-тате «Защита и прославление французского языка» обобщил принципы языковой политики «Плеяды», а также по-новому оценил идущее от Данте разделение языков на «природные» и «искусст-венные». Для Дю Белле это не два исконных типа языков, а два этапа развития языков; при нормализации новых национальных языков следует предпочитать доводы, идущие от разума, а не от обычая, так как в языке важнее искусство, чем обычай.
В следующую эпоху развития французского литературного языка в связи с усилением абсолютизма при Людовике XIV гос-подствуют уже другие тенденции.
Вожла (Vaugelas, 1585-1650), главный теоретик эпохи, ставит на первый план «добрый обычай» двора и высшего круга дворян-ства. Основной принцип языковой политики сводится к очище-нию и нормализации языка, к языковому пуризму, оберега-емому созданной в 1626 г. Французской академией, которая с 1694 г. периодически издавала нормативный «Словарь француз-ского языка», отражавший господствующие вкусы эпохи.
Новый этап демократизации литературного французского язы-ка связан уже с французской буржуазной революцией 1789 г.
Примером второго пути развития литературных языков («из скрещивания и смешения наций») может служить английский язык.
В истории английского языка различаются три периода: пер-вый - от древнейших времен до XI в. - это период англосак-сонских диалектов, когда англы, саксы и юты завоевали Брита-нию, оттеснив туземное кельтское население (предков нынеш-них шотландцев, ирландцев и уэйлзцев) в горы и к морю и брит-тов через море на полуостров Бретань. «Готический» период анг-лийской истории связан с англосаксонско-кельтскими войнами и борьбой с датчанами, которые покоряли англосаксов в IX- Х вв. и частично слились с ними.
Поворотным пунктом было нашествие норманнов (офранцу-зившихся скандинавских викингов), которые разбили войска англосаксонского короля Гарольда в битве при Гастингсе (1066) и, покорив Англию, образовали феодальную верхушку, королев-ский двор и высшее духовенство. Победители говорили по-фран-цузски, а побежденные англосаксы (средние и мелкие феодалы и крестьянство) имели язык германской группы. Борьба этих двух языков завершилась победой исконного и общенародного анг-лосаксонского языка, хотя словарный состав его сильно попол-нился за счет французского языка, и французский язык как су-перстрат довершил те процессы, которые намечались уже в эпо-ху воздействия датского суперстрата. Эта эпоха называется сред-неанглийским периодом (XI-XV вв.).
Новоанглийский период начинается с конца XVI в. и связан с деятельностью Шекспира и писателей-«елизаветинцев». Этот период относится к развитию национального английского язы-ка, так как средневековые процессы скрещивания уже заверши-лись и национальный язык сложился (на базе лондонского диа-лекта).
Лексика английского национального литературного языка прозрачно отражает «двуединую» природу словарного состава этого языка: слова, обозначающие явления бытовые, земледель-ческие термины, сырье, - германского происхождения; слова же. обозначающие «надстроечные» явления - государственное правление, право, военное дело, искусство, - французского про-исхождения. Особенно ярко это проявляется в названии живот-ных и кушаний из них.
Германские
Французские
sheep - «овца» (ср. немецкое Schaf)
mutton - «баранина» (ср. фран-цузское тоutоп}
ox - «бык» (ср. немецкое Ochs)
cow - «корова» (ср. немецкое Kiili)
beef- «говядина» (ср. француз-ское bоеuf) и т. п.
В грамматике основа в английском языке также германская (сильные и слабые глаголы, именные слова, местоимения), но в среднеанглийском периоде спряжение сократилось, а склонение утратилось, и синтетический строй уступил аналитическому, как во французском языке.
В фонетике германская симметричная система гласных под-верглась «большому передвижению» (great vowel shift) и стала асимметричной.
Примером третьего пути образования национального языка («благодаря концентрации диалектов») служит русский литера-турный язык, сложившийся в XVI-XVII вв. в связи с образова-нием Московского государства и получивший нормализацию в XVIII в. В основе его лежит московский говор, представляющий пример переходного говора, где на северную основу наложены черты южных говоров.
Так, лексика в русском литературном языке доказывает боль-ше совпадений с северными диалектами, чем южными.
Северные диалекты
Южные диалекты
Литературный язык
петух
кочет
петух
волк
бирюк
волк
рига
клуня
рига
изба
хата
изба
ухват
рогач
ухват и т. п.
В грамматике, наоборот, в северных диалектах больше арха-измов (особые безличные обороты: Гостей было уйдено; имени-тельный при инфинитиве переходного глагола: Вода пить), а также больше глагольных времен в связи с предикативным употребле-нием деепричастий: Она ушодши. Она была ушодчи; обычно со-впадение творительного падежа множественного числа с датель-ным: за грибам, с малым детям, чего нет ни в южных говорах, ни в литературном языке. Но и с южными говорами у литературно-го русского языка есть много расхождений: во многих южнове-ликорусских говорах утрачен средний род (масло мой, новая кино), формы родительного и дательного падежей слов женского рода совпали в дательном (к куме и у куме) и др., чего нет в литератур-ном языке. В спряжении глаголов флексии 3-го лица в литера-турном языке совпадают с северными говорами (т твердое: пьёт, пьют, а не пъёть, пыоть).
В фонетике согласные литературного языка соответствуют северным говорам (в том числе и г взрывное), гласные же в свя-зи с «аканьем» ближе к вокализму южных говоров (в северных говорах «оканье»), однако «аканье» а литературном языке иное, чем в южных говорах, - умеренное (слово город в северных го-ворах звучит [горот], в южных [орат], а в литературном [горт]); кроме того, для южных говоров типично «яканье», чего нет в рус-ском литературном языке; например, слово весна произносится в южных говорах либо [в'асна], либо [в'исна], в северных - либо [в'осна], либо [в'эсна], а в литературном - [в'иэсна]; по судьбе бывшей в древнерусском языке особой гласной фонемы [Ъ] ли-тературный язык совпадает с южными говорами.
Однако в составе русского литературного языка, кроме мос-ковского говора, имеются и иные очень важные элементы. Это прежде всего старославянский язык, который был впитан и ус-воен русским литературным языком, благодаря чему получилось очень много слов-дублетов: свое и старославянское; эти пары могут различаться по вещественному значению или же представ-лять только стилистические различия, например:
Русское
Старославянское
В чем различие
норов (бытовое)
нрав (отвлеченное)
в вещественном значении
волочить »
влачить »
то же
передок »
предок »
» »
невежа »
невежда »
» »
нёбо »
небо »
» »
житьё, бытьё»
житие, бытие»
» »
голова »
глава »
» »
В одних случаях в вещественном значении олова саха-ру - глава книги), в других - только сти-листическое (вымыл
голову, но посыпал пеплом я главу).
одёжа (просторе-чие)
одежда (литератур-ное)
только стилисти-ческое
здоров (литератур-ное)
здрав (высокий стиль)
то же
Старославянские причастия на -щий (горящий) вытеснили рус-ские причастия на -чий (горячий), причем эти последние пере-шли в прилагательные.
Третьим элементом русского литературного языка являются иноязычные слова, обороты и морфемы. Благодаря своему гео-графическому положению и исторической судьбе русские могли использовать как языки Запада, так и Востока.
Совершенно ясно, что состав любого литературного языка сложнее и многообразнее, чем состав диалектов.
Специфическую сложность вносит в его состав использова-ние элементов средневекового литературного языка; это не от-разилось в западнославянских языках, где литературный старо-славянский язык был вытеснен в средние века латынью; это так-же мало отразилось, например, на языках болгарском и серб-ском благодаря исконной близости южнославянских и старосла-вянского (по происхождению южнославянского) языка, но сыг-рало решающую роль в отношении стилистического богатства русского языка, где старославянское - такое похожее, но иное - хорошо ассимилировалось народной основой русского языка; иное дело судьба латыни в западноевропейских языках; элементов ее много в немецком, но они не ассимилированы, а выглядят вар-варизмами, так как латинский язык очень далек от немецкого; более ассимилирована латынь в английском благодаря француз-скому посредничеству; французский литературный язык мог ус-ваивать латынь дважды: путем естественного перерождения на-роднолатинских слов во французском и путем позднейшего ли-тературного заимствования из классической латыни, поэтому получались часто дублеты типа: avoue - «преданный» и avocat - «адвокат» (из того же латинского первоисточника advocatus - «юрист» от глагола advoco - «приглашаю»).
Так по-своему каждый литературный язык решал судьбу анти-чного и средневекового наследства.
2.2. Языковые отношения при капитализме

Развитие капиталистических отношений, усиление роли го-родов и других культурных центров и вовлечение в общегосудар-ственную жизнь окраин содействуют распространению литера-турного языка и оттеснению диалектов; литературный язык рас-пространяется по трактам и водным путям сообщения через чи-новников, через школы, больницу, театр, газеты и книги и, на-конец, через радио.
При капитализме различие между литературным языком и диалектами делается все более и более значительным. У город-ских низов и разных деклассированных групп населения созда-ются особые групповые «социальные диалекты», не связанные с какой-нибудь географической территорией, но связанные с раз-личными профессиями и бытом социальных прослоек, - это «арго» или «жаргоны» (арго бродячих торговцев, странствующих актеров, нищих, воровской жаргон и т. п.).
Элементы арго легко воспринимаются литературным языком, усваиваясь в виде особой идиоматики.
Внутригосударственные вопросы языка осложняются еще более в тех странах, где имеются национальные меньшинства, и в тех многонациональных государствах, где объединяется целый ряд наций.
В многонациональных государствах господствующая нация навязывает язык национальным меньшинствам через печать, школу и административные мероприятия, ограничивая сферу употребления других национальных языков лишь бытовым об-щением. Это явление называется великодержавным шовиниз-мом (например, господство немецкого языка, бывшее в «лоскутной» по национальному составу Австро-Венгрии; туркизация балканских народов; принудительная русификация малых народ-ностей в царской России и т. п.). Национально-освободитель-ные движения в эпоху капитализма всегда связаны с восстанов-лением прав и полномочий национальных языков восставших народностей (борьба за национальные языки против гегемонии немецкого языка в Италии, Чехии, Словении в XIX в.).
В колониях, как правило, колонизаторы вводили свой язык в качестве государственного, сводя туземные языки к разговорной речи (английский язык в Южной Африке, в Индии, не говоря уже о Канаде, Австралии, Новой Зеландии; французский язык в Западной и Северо-Западной Африке и Индокитае и т. п.).
Однако зачастую языковые отношения между колонизатора-ми и туземцами складываются иначе, что вызывается практичес-кими потребностями общения.
Уже первые великие путешествия XV-XVI вв. познакомили европейцев со множеством новых народов и языков Азии, Аф-рики, Америки и Австралии. Эти языки стали предметом изуче-ния и собирания в словари (таковы знаменитые «каталоги язы-ков» XVIII в.).
Для более продуктивной эксплуатации колоний и колони-ального населения надо было объясняться с туземцами, влиять на них через миссионеров и комиссионеров.
Поэтому наряду с изучением экзотических языков и состав-лением для них грамматик требуется найти какой-то общий для европейцев и туземцев язык.
Иногда таким языком служит наиболее развитой местный язык, особенно если к нему приспособлена какая-нибудь пись-менность. Таков, например, язык хауса в Экваториальной Афри-ке или таким когда-то был кумыкский в Дагестане.
Иногда это бывает смесь туземной и европейской лексики, как «пти-нэгр» (petit negre) во французских колониях в Африке или же «ломаный английский» (broken English) в Сьерра-Леоне (Гвинейский залив в Африке). В тихоокеанских портовых жарго-нах - «бич-ла-мар» (beach-la-mar) в Полинезии и «пиджин-ин-глиш» (pidgin English) в китайских портах. В «пиджин-инглиш» в основе английская лексика, но искаженная (например, pidgin - «дело» из business, nusi-papa - «письмо», «книга» из news-paper); значения также могут меняться: mary - «вообще женщина» (в анг-лийском - собственное имя «Мери»), pigeon - «вообще птица» (в английском «голубь»), - и китайская грамматика.
К такому же типу «международных языков» принадлежит и «сабир», употребляющийся в средиземноморских портах, - это смесь французского, испанского, итальянского, греческого и араб-ского.
Однако в более высоких сферах международного общения такого типа смешанная речь не применяется.
В международной дипломатии в разные эпохи употребляют-ся разные языки - в средневековую эпоху: в Европе - латин-ский, в странах Востока - по преимуществу арабский; в новой истории большую роль сыграл французский язык. В последнее время этот вопрос уже не решается однозначно, так как офици-ально в ООН приняты пять языков: русский, английский, фран-цузский, испанский и китайский.
Предпочтение тех или иных языков в этих случаях связано с тем престижем языка, который возникает не по его лин-гвистическим качествам, а по его историко-культурной судьбе.
Жаргоны бывают и у определенных групп населения, как, например, существовал жаргон гвардейских офицеров царской армии и России, на жаргоне изъяснялись «петиметры» и «щего-лихи» XVIII в.. Эта смесь «французского с нижего-родским», как иронически выражался А. С. Грибоедов, представ-лена в сюсюкающей речи представителя старого дворянства XIX в. С. Т. Верховенского в «Бесах» Достоевского.
Следует различать салонные жаргоны социальной верхушки, которые возникают из ложной моды как стилистический нарост на нормальном языке; практической ценности в них нет; осо-бенно опасно их проникновение в литературу (Игорь Северянин и т. п.), и «практические жаргоны», исходящие из профессио-нальной речи и преследующие цели языкового обособления дан-ной группы и «тайноречия» для осуществления своего ремесла и засекречивания сведений о нем. В таких жаргонах (жаргон во-ров, нищих, торговцев-разносчиков и т. п.) может быть искусст-венно придуманная смесь элементов разных языков, например цыганские числительные и тюркские обозначения профессио-нально важных вещей и т. п. Конечно, и у этих жаргонов нет своей особой грамматики и своего основного словарного фонда. Такие жаргоны паразитируют на материале разных языков, но их практическая устремленность не подлежит сомнению.
Наконец, международные жаргоны вызваны еще более ре-альными потребностями общения разноязычных людей в по-граничных областях или в местах скопления разнонационального населения, например в морских портах. Здесь, как мы ви-дели, чаще всего взаимодействуют элементы каких-либо двух языков (французский и негрские, английский и китайский, рус-ский и норвежский и т. п.), хотя бывает и более сложная смесь («сабир»).
2.3. Языковые проблемы в России

Посл и т.д.................


Перейти к полному тексту работы



Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.