На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


Курсовик Биография Франсиско Франко Баамонде. Война между Испанией и Соединенными Штатами Америки (1898 год). Военная карьера Франко, неприязнь между военными метрополии и африканистами. Значение операции под Алусемасе. Удачный брак - билет в высшее общество.

Информация:

Тип работы: Курсовик. Предмет: История. Добавлен: 26.09.2014. Сдан: 2009. Уникальность по antiplagiat.ru: --.

Описание (план):


Военная карьера Франсиско Франко

Франсиско Франко Баамонде появился на свет ночью 4 декабря 1892 года в доме № 108 по улице Марии Совершенной в галисийском портовом городе Эль Ферроль. Он был вторым сыном в семье офицера флотского интендантства Николаса Франко. При крещении в гарнизонной церкви Сан Франсиско мальчика нарекли Франсиско Паулино Эрменгильдо Теодуло, что по испанской традиции обеспечивало ребенку высокое покровительство одноименных святых: чем больше имен - тем больше покровителей. Кроме того, как всякий испанец, маленький Пако (сокращенное от Франсиско) носил двойную фамилию Франко Баамонде, первую часть которой он унаследовал от отца, а вторую - от матери.
Глава семьи Николас Франко Сальгадо Арухо, родившийся 22 ноября 1855 года, был выходцем из семьи андалусийских дворян. Он выбрал обычную в его роду профессию - стал военным моряком. Молодость его прошла в заокеанских владениях Испании. Он служил на Кубе и Филиппинских островах. Затем удачно складывавшаяся карьера привела его в Эль Ферроль, который являлся важной военно-морской базой на Атлантическом побережье Иберийского полуострова. Здесь в мае 1890 г. Николас женился на донье Пилар Баамонде. Донья Пилар была уроженкой Галисии, где ее предки жили уже более двух веков. Она принадлежала к небогатому, но уважаемому дворянскому роду, многие представители которого были связаны морской службой.
Супруги Франко представляли собой далеко не идеальную пару. Отличный специалист морской интендантской службы, но по-солдатски грубоватый и вспыльчивый, Николас отнюдь не был примерным мужем и отцом. Он имел склонность к игре и выпивке, явно предпочитая эти бравые занятия заботам о доме и семье. Горячая кровь андалусийских предков и привычки молодости, проведенной в колониях, послужили причиной чрезмерного увлечения прекрасным полом, что тоже не укрепляло в нем тягу к домашнему уюту. Его взгляды на жизнь во многом отличались от тех, что было приняты в его кругу. Циник по натуре, дон Николас в обществе слыл если не вольнодумцем, то достаточно скандальной личностью.
Донья Пилар, напротив была образцовой по представлениям «среднего класса» супругой и матерью. Будучи на десять лет моложе мужа, она являла собой совсем иной тип темперамента. Воспитанная в духе приверженности традиционным испанским ценностям, эта уравновешенная и добрая женщина все свои силы отдавала домашним заботам и воспитанию детей, которых было в семье четверо: Николас, родившийся в 189? г., Франсиско, единственная девочка - Пилар и младший - Рамон. Младшие дети были соответственно на три и четыре года моложе Франсиско. Еще одна девочка умерла в пятилетнем возрасте. Дети росли под опекой матери, прививавшей им любовь к семье, религии и испанским традициям. Донья Пилар, ровно относившаяся ко всем детям, была опорой семьи и пользовалась любовью и уважением.
Иначе складывались отношения младших отпрысков семьи с отцом. Дон Николас выделял из детей старшего сына и дочь и недолюбливал Франсиско и Рамона. Франсиско и характером, и привычками представлял собой полную противоположность отцу. Спокойный и рассудительный, подчеркнуто аккуратный, средний сын слишком напоминал мать, отношения с которой у дона Николаса уже в первые годы супружества были весьма прохладными. Мальчик, не способный вызватьпривязанности и одобрения отца, избегал общения с ним и больше тянулся к матери. Это еще больше раздражало дона Николаса. Нередким явлением были «домашние аресты» Франсиско, если отец находил его в чем-то виноватым. В таких случаях лучшей защитницей «узника» была сестра, которая пользовалась большим расположением отца.
Роль отца в воспитании четко проявилась лишь в одном: все сыновья не видели себе иной карьеры, кроме военной. Наиболее привлекательной они считали карьеру морского офицера: к этому располагали рассказы отца, книги и атмосфера, царящая в захолустном Эль Ферроле. Жизнь города с населением в 20 тыс. человек вращалась вокруг порта и кораблей. Люди, связанные с флотом, являлись естественной элитой этого небольшого замкнутого мирка. Поэтому любовь к морю и кораблям будущий каудильо сохранил на всю жизнь, о чем впоследствии говорил и писал.
Достаток семьи Франко позволял дать детям хорошее образование. Однако департамент образования Эль Феррола мог предложить только начальную школу с очень скромным уровнем преподавания. Франсиско Франко позднее сообщал о ней следующее: «Уровень образования в Ферроле был в основном базисным... Не было школы второй ступени обучения, а для экзаменов необходимо было посылать работы в Ла Корунью».
С 1901 по 1907 г. Франсиско вслед за старшим братом Николасом окончил школу первой ступени - феррольский иезуитский колледж Св. Сердца Господня и затем колледж Кармен, дававший желающим начальные знания по морскому делу. Таким образом, он завершил подготовку к поступлению а военное учебное заведение.
Именно здесь в судьбу будущего вождя Испании вмешались обстоятельства, чрезвычайно важные не только для него, но и для страны в целом. Речь идет о разразившейся в 1898 г. войне между Испанией и Соединенными Штатами Америки. К концу XIX в. взгляды североамериканцев, закончивших освоение своего континента, обратились к заморским территориям, которые практически были уже поделены между старыми европейскими державами, а столкновение с ними не сулило США легкого успеха. В 90-е гг. позиции молодой сверхдержавы настолько окрепли, что первый эксперимент в соперничестве со старыми колониальными державами мог закончиться успешно.
Американцев особенно заинтересовали колонии старейшей и слабейшей из них - Испании, которой принадлежали Куба, чье стратегическое значение в Карибском бассейне было по достоинству оценено в Белом доме, и Филиппины, представляющие аналогичные возможности для контроля над юго-западной частью Тихого океана. Оба лакомых «куска» были должным образом «подогреты для потребления», поскольку испанская система колониального владения привела к возникновению мощных национальных движений, направленных на завоевание независимости от незадачливых колонизаторов. Накануне войны на Кубе началось крупномасштабное восстание против испанского владычества. Размах и решительность действий повстанцев вскоре поставили войска метрополии в крайне затруднительное положение.
В разгар событий на Кубе в Гаванскую бухту вошел американский броненосный крейсер «Мэн». 15 февраля 1898 г. этот корабль взорвался при весьма загадочных обстоятельствах, унеся на дно 266 моряков. Большинство исследователей полагают, что это был случай так называемого «казуса белли», проще говоря, военно-политической провокации.
Администрация США сполна реализовала предоставленную возможность, и после двух месяцев нагнетания антииспанской истерии 23 апреля вспыхнула трагическая для Испании война.
Рива находилась уже в руках повстанцев, осаждавших Гавану. 3 июля командующий испанской эскадрой адмирал Сервера, получил приказ прорваться в Гавану с грузом продовольствия и боеприпасов. Полагая, что его планы известны неприятельскому командованию, адмирал отменил приказ на ночной выход в море. Утром испанская эскадра пошла на прорыв, и это попытка закончилась гибелью всех тяжелых кораблей Серверы,
Испанское командование отказалось от активных действий, разбросав войска по укрепленным районам, где они пассивно выжидали своей очереди на разгром. 1 июля пал Сантьяго де Куба, 25 июля американский десант захватил остров Пуэрто Рико. К началу августа бессмысленность сопротивления стала очевидной для испанского руководства. По условиям Парижского мира Испания отказалась от Кубы. Американцы, провозгласив независимость острова, де факто получили над ним протекторат. Филиппины перешли во владение САСШ за чисто символическую компенсацию в 20 млн долларов. Кроме того, Соединенные Штаты получили Пуэрто Рико и Гуам. К результатам войны можно отнести и факт передачи Каролинских и Марианских островов Германии, претензиям которой потерявшая остатки державного престижа Испания не могла более сопротивляться.
Катастрофические последствия испано-американской войны были заметны особенно в Эль Ферроле. В городок, где проживало всего 4 000 семей, связанных в основном с военным флотом, с войны не вернулось более 250 человек, погибших при защите последних заокеанских владений Испании.
Позорное поражение в 110-дневной борьбе против САСШ стало причиной сильнейших перемен в сознании испанского общества. Целое поколение испанцев, воспринявшее утрату империи как катастрофу и познавшее всю глубину национального унижения, оправившись от шока, пришло к пониманию необходимости серьезной модернизации страны. Так родилось понятие «поколение 98 года» (другие названия: «поколение катастрофы», «поколение восстания»). К нему относили себя самые различные люди, от крупных писателей и философов, таких, как Унамуно, Асорин, Ортега-и-Гассет, до юного испанского монарха Альфонсо XIII, вынужденного сразу же при вступлении на престол пожинать плоды злополучной войны. Все они считали: «такая Испания нам не нравится» и были убеждены в необходимости скорейших перемен. Но пути выхода из тупика им виделись разные.
Война скорректировала и биографию Франсиско Франко: ему пришлось расстаться с мечтами о военно-морской карьере. Война нанесла смертельный удар по испанскому флоту, восстановить морские силы в достаточном объеме слабая экономика страны не могла. Появилась масса безработных морских офицеров. Сократившаяся потребность в кадрах привела к сокращению набора в военно-морскую академию. Для Франсиско условия конкурсного поступления оказались слишком жесткими.
Отец, здраво рассудив, что ожидать скорых перемен к лучшему не приходится, предложил сыну поступить в пехотную академию. Тем самым дон Николас решил судьбу Франсиско. Предложение отца не вызвало серьезных возражений молодого человека, твердо решившего стать военным. Летом 1907 г. он вместе с двоюродным братом Франсиско Франко Сальгадо Арухо отправился из Ла Коруньи в Толедо, где находилось избранное ими учебное заведение.
Успешно сдавший 28 августа 1907 г. вступительные экзамены, четырнадцатилетний Франсиско Франко Баамонде стал кадетом первого курса этого старейшего военного училища Испании, в том же году произошла еще одна серьезная перемена в жизни семьи Франко: дон Николас получил новое назначение в Мадрид, но отправился туда один, оставив семью в Эль Ферроле. Николас Франко прожил в Мадриде до самой своей смерти в 1942 г., так что нелегкий переход к взрослой жизни усугублялся для Франсиско переживаниями, связанными с тяжелыми домашними обстоятельствами.
Академия, где предстояло учиться Ф. Франко, располагалась е замке Алькасар, древней толедской резиденции испанских монархов. Эта величественная крепость стояла на холме, откуда открывался широкий вид на город, прекрасно отображенный на полотнах Эль Греко и мало изменившийся со времени их создания. Выстроенный императором Карлосом V (для испанцев он был королем Карлосом 1) как символ «империи, в которой никогда не заходит солнце», Алькасар превосходно подходил для воспитания а кадетах почти мистического благоговения перед былым величием и славой Испанской державы, которое, трансформируясь в традиционалисткий национализм, становилось основной чертой мировоззрения офицерской касты.
Первое знакомство с суровым бытом Алькасара было для Франсиско достаточно тяжелым испытанием. Привычный к окружавшему его дома материнскому вниманию, он поначалу плохо переносил аскетические порядки, царившие в академии. Невысокому, изящному до хрупкости подростку досталось немало насмешек от товарищей - за рост, составлявший менее 160 см и за то, что среди 300 с лишним первокурсников академии он был самым младшим. В довершение неприятностей командир роты кадетов отдал унизительное для Франко распоряжение выдать ему для строевых упражнений винтовку, укороченную на 15 см, что вызвало шквал насмешек однокурсников. Его стали называть Франкито, или Пакито. Ко всему добавилось заметное ухудшение здоровья, вызванное постоянным пребыванием в плохо отапливаемых помещениях старого замка. Частые бронхиты и гаймориты нередко укладывали молодого человека на госпитальную койку.
Впрочем, со временем проблем стало меньше. Спала острота тоски по дому и матери, пришло уважение товарищей и уверенность в собственных силах. В этот период у Франсиско появились друзья, многие из которых стали его соратниками на всю жизнь. Среди них: Камило Алонсо Вега, Хуан Ягуэ и Эмилио Эсте-Бан Инфантес. Сблизился он со своим двоюродным братом Франсиско Франко Сальгадо Арухо, которого в академии по контрасту с маленьким Пакито называли за крепкое сложение Пакон. Всех их объединяла общность происхождения и интересов. Каждый происходил из почтенной, но небогатой семьи и серьезно относился к военному ремеслу, без которого не представлял себе дальнейшей судьбы.
Характеризуя систему обучения в академии во времена пребывания в ней нашего героя, надо сказать, что Алькасар не вполне соответствовал важной задаче насыщения испанской армии высококвалифицированными командными кадрами. Методика преподавания и изучаемый материал были в значительной степени архаичны. Приоритетными дисциплинами в академии считались специальные военные предметы и строевая подготовка. Меньшее внимание уделялось верховой езде, фехтованию и огневой подготовке, и уж совсем неважно велось преподавание общеобразовательных дисциплин, кроме военной истории и истории Испании. Однако даже специальную подготовку будущих командиров трудно было назвать полноценной и отвечавшей требованиям своего времени.
Основным учебным пособием для кадетов являлся «Регламент теоретических инструкций сухопутных войск», который основывался преимущественно на анализе уроков франко-прусской войны 1870-1871 гг. и далеко не соответствовал реалиям военного искусства начала XX века. Англо-бурская и русско-японская войны, явившие миру новое оружие и соответствующие ему тактические решения, совершенно не нашли отражения в учебных программах Алькасара. Даже собственный опыт борьбы в колониях не анализировался должным образом, а, следовательно, не предлагался к рассмотрению слушателей академии. В частности, недооценивалась возросшая роль артиллерии и инженерных войск. В условиях, когда пехота должна была действовать, используя пулеметы, колючую проволоку, полевые телефоны и рассыпной строй, курсантов учили приемам и методам, соответствовавшим условиям середины XIX века.
Но в области морально-политической подготовки кадетов Дела в академии обстояли превосходно. Слушателям старательно прививали чувство глубокой ответственности за судьбу
Испании, учили смотреть на армию как на главную защитницу испанских национальных традиций и государственности. Древний Толедо, облик которого напоминал о временах реконкисты и Сида Компеадора, вселял в будущих офицеров любовь к историческим традициям, монархии и знакам былой славы. Такое воспитание приносило свои плоды: с одной стороны, выпускники академии покидали ее настоящими солдатами и патриотами, с другой, - они проникались убежденностью в собственной исключительности. Эти будущие члены замкнутой военной касты стремились служить не столько народу своей страны, сколько абстрактной идее возрождения величия Испании.
Такому настроению в немалой степени способствовало особое внимание, уделяемое армии молодым монархом Альфонсо XIII, который сам был воспитан по модели «король-солдат» и видел в вооруженных силах надежную опору престола и инструмент для проведения в жизнь намеченных им преобразований. Король был полон благих намерений, но путь к возрождению Великой Испании и благоденствию народа усматривал в усилении роли военных в жизни страны, в приобретении новых колоний взамен утраченных. Словом, король мыслил категориями просвещенного монарха Карлоса Hi, стремившегося все делать «для народа, но без народа».
Однако в мире, поделенном между крупнейшими европейскими державами, из числа которых Испания давно выбыла, оставалось совсем немного мест, где можно было проявить свои амбиции. Такая возможность имелась лишь в северо-западном районе Африканского континента, в Марокко. Эта страна еще не потеряла своей независимости и потому притягивала к себе внимание Германии, Франции, Англии и Испании. Удачно сыграв на противоречиях своих влиятельных партнеров, Испания получила право осуществлять контроль над территорией в 20 000 кв. км, что было воспринято правительственными кругами как некая моральная компенсация за позор 1898 года. Впрочем, очень быстро стало очевидно, что Марокко оказалось не столько приобретением, сколько тяжким бременем для Испанского королевства.
Дело в том, что марокканские племена, номинально находившиеся под властью султана, собиравшего с местных князей непомерные налоги, постоянно восставали против него. С приходом испанцев положение не изменилось. Испания приобрела вместе с Марокко тлевший очаг конфликта, требовавший постоянного и все увеличивающегося военного присутствия. Для испанских военных это стало своего рода продолжением давней многовековой борьбы с «неверными». Большая часть испанского общества иначе восприняла факт приобретения Марокко. Широкие слои народа были возмущены непрерывными рекрутскими наборами, проводившимися для продолжения малоуспешной войны. Каждая новая неудача в Марокко приводила к росту антивоенных настроений.
Пик обострения общественной напряженности пришелся на тот период, когда <Р. Франко учился в Толедо. Летом 1909 г. племена Рифской области нанесли несколько последовательных поражений испанской экспедиционной армии, а проведенный после этого новый рекрутский набор вызвал массовые беспорядки в июле 1909 года. Все началось с того, что сформированная из резервистов-каталонцев легкая пехотная бригада отказалась отправиться на театр военных действий. Вскоре волнения охватили многие районы страны, которым предстояло выделить новобранцев для формируемых воинских частей. Антивоенные манифестации прокатились в Каталонии, Валенсии и Арагоне, рабочие бастовали в знак протеста против неспособности правительства быстро и эффективно решить свои «африканские проблемы». Когда в столицу Каталонии Барселону вошли войска, город покрылся баррикадами, завязались бои между войсками и повстанцами. Порядок был восстановлен только после применения артиллерии. Эти события получили название «трагическая неделя».
Именно тогда кадет Ф. Франко столкнулся с тем, что интересы государства и армии не всегда находят сочувственный отклик в народных массах, которые расплачиваются кровью своих сыновей за национальные амбиции, именно тогда он Увидел признаки глубокого кризиса, в котором находилась его страна Трудно понять позицию будущего каудильо, не учитывая того, как мог воспринимать эти события воспитанник Алькасара, проникнутый культивируемыми там ценностями.
С одной стороны, для него должна была быть очевидной неспособность либерального правительства привести в повиновение колонии. Для этого требовалось лучше снарядить и оснастить действовавшие в Марокко войска, обеспечить им толковое руководство. С другой, - поражала готовность пацифистов, возглавлявших антиправительственное движение, пожертвовать жизнью гораздо большего числа испанцев, чем того требовала крупная операция в Африке, виновниками кровопролития Ф. Франко считал в равной мере и министров-либералов, и анархистов, направляемых каталонскими сепаратистами.
Невзирая на происходящие события, в Алькасаре жизнь текла своим чередом. Накал политических страстей за стенами академии скоро спал, и кадета-второкурсника стали волновать его собственные проблемы. Учеба давалась Ф. Франко легко, но особым усердием он не отличался. Его любимыми предметами были военная история и топография. Прочие дисциплины интересовали молодого человека меньше и успехи в них оценивались как посредственные. Гораздо больше его занимали иные, вне учебные проблемы, те рассказы, которыми делились товарищи по училищу, познакомившиеся с ночной жизнью Толедо. Однако после ухода отца материальное положение семьи Франко стало затруднительным, и Франсиско почти не имел карманных денег, что весьма осложняло возможность приобщиться к «взрослой» жизни.
Как многие однокурсники, Франко мечтал по окончании академии получить назначение в Марокко. Но, когда 13 июля 1910 г. Франсиско Франко Баамонде в чине II лейтенанта вступил в ряды испанского офицерского корпуса, его ожидала незавидная участь. Согласно распределению он отправился в заштатный гарнизон родного города Эль Феррола. Его рапорты с просьбами о переводе в Марокко командование про-игнорировало потому, что сложное положение в Африке заставляло придирчиво подбирать кадры для колониальных войск. Лейтенант Франко был в реестре выпускников на малопочетном 251 месте среди 318 кадетов, т. е. считался бесперспективным офицером. Да и возраст его не соответствовал цензовым требованиям.
8-й пехотный полк, расквартированный в Галисии, где с августа 1910 г. до февраля 1912 г. прозябал молодой честолюбивый военный, имел в его глазах единственное достоинство - возможность находиться рядом с матерью. Он специально поселился в родном доме, чтобы материально поддерживать семью. Его жалованье в 150 песет, хотя и весьма скромное, было некоторым подспорьем для матери и младшего брата.
К этому времени старший из братьев Франко Николас получил специальность флотского инженера. В дальнейшем карьера его складывалась спокойно и плавно - уже в 1921 г. он носил звание капитана второго ранга, a s 1926 - в возрасте тридцати пяти лет получил под командование единственный на восточном побережье Испании плавучий док. Впрочем, карьерный рост мало волновал этого жизнерадостного, совершенно лишенного тщеславия человека. Более всего Николас ценил личный комфорт и возможность получить от жизни максимум удовольствий. Он не занял в испанской истории места, сопоставимого с тем, чего добились средний и младший из братьев, хотя в середине 30-х годов и оказался вовлеченным в «большую» политику.
Иное дело Рамон, которого донья Пилар мечтала увидеть священником. Наотрез отказавшись от такого удела, он, вслед за Франсиско, поступил в Алькасар. По окончании академии °н а числе лучших выпускников получил возможность самому выбирать место службы. Рамон выбрал только зарождавшуюся тогда авиацию. После окончания летной школы способный молодой пилот стал считаться лучшим летчиком Испании. 1926 г. он первым совершил трансатлантический перелет в Буэнос-Айрес. В,20-х гг. Рамон был в армии фигурой более приметной, нежели Франсиско Франко. Отважный, любивший покрасоваться маленький Рамон (ростом он был меньше Франсиско) активно занимался политикой, которая развела братьев по разные стороны баррикад: один был убежденным консерватором, другой придерживался крайне левых политических убеждений. Особенно ярко имя Рамона Франко прозвучало в 1931 г. в числе офицеров, способствовавших провозглашению республики.
Что касается Франсиско, то его военная карьера развивалась иным путем. Будучи командиром подразделения в 8-м полку, он выполнял обычные офицерские обязанности: сначала участие в утреннем разводе, затем тактические занятия до обеда, потом совершенствование е искусстве верховой езды. Около четырех часов дня рабочий день заканчивался. Такая легкая, но совершенно бесперспективная жизнь не устраивала молодого офицера. Темпы служебного роста в войсках, находившихся в метрополии, были удручающе медленными. Назначение его в сентябре 1911 г. исполняющим обязанности зам. командира 2-го батальона мало его обрадовало, поскольку хлопотная адъютантская служба, не дававшая никаких преимуществ, была ему неприятна. Его тянуло в Африку, где карьера энергичного и смелого человека могла быть быстрой, где строгая субординация уступала место боевому товариществу. Наконец, за ту службу можно было заслужить признание нации. Кроме того, содержание офицеров в действующей армии было значительно больше, чем на полуострове, а материальные условия его семьи оставляли желать лучшего.
В период службы в Эль Ферроле Ф. Франко бомбардировал командование ходатайствами о переводе его в Марокко. Этого добивались и попавшие в Эль Ферроль друзья по Алькасару Камило Алонса Вега и Франсиско Франко Сальгадо Арухо. Их усилия увенчались успехом - 6 февраля 1911 г. в момент очередного обострения обстановки в Марокко рапорты трех феррольских офицеров были одобрены. Друзьям было предложено прибыть в Мелилью, где дислоцировался резерв Африканской армии. Из Эль Феррола Франсиско и его спутники отправились в Малагу, откуда на борту торгового судна «Паулина» отплыли в Марокко.
Действительность, представшая перед глазами офицеров, сошедших с борта транспорта в порту Мелилья, выглядела удручающе. Вместо мощного форпоста испанской колониальной политики они увидели пыльный полуразрушенный городок, а вместо готовой к победам армии - толпу резервистов всех возрастов под предводительством усталых, издерганных офицеров. Хотя оперативная инициатива находилась в этот момент в руках испанцев, сказать, что их дела шли хорошо, было бы большим преувеличением: испанская армия топталась на месте не в силах добиться окончательного разгрома мятежных племен. Громоздкая, насквозь прогнившая бюрократическая машина, руководство которой больше заботилось об уровне жизни генералов, чем об обновлении артиллерийского парка, демонстрировала свою неспособность стабилизировать положение в колонии. Никаких активных операций по ликвидации очагов беспорядков армия не вела. Ценой больших усилий ей удавалось лишь удерживать укрепленные линии вокруг важнейших городов и осуществлять контроль за самыми необходимыми линиями коммуникаций.
Слабая техническая оснащенность армии приводила к тому, что стоило войскам покинуть укрепления, как их боевая мощь оказывалась почти такой же, как и возможности отрядов Марокканцев. Более того, те получали заметное преимущество, поскольку кочевники, упорные в защите своей земли, лучше знали местность, увереннее маневрировали и, зачастую, обращались с оружием более ловко, чем новобранцы испанской армии. Потери испанцев были хотя и небольшими, но ежедневными, а в армии крепла ненависть к министрам-либералам, которые послали солдат за море, не поставив им конкретных целей и не обеспечив их всем необходимым.
По прибытии лейтенант Ф. Франко Баамонде был отправлен в форт Тифасор, где формировались части внешней обороны Мелильи. Командовал базой в форту бывший начальник Алькасара полковник Хосе Вильяба Рикельми, помнивший своего воспитанника. От него девятнадцатилетний лейтенант перенял много полезных навыков, значительно отличавшихся от тех, что он получил в академии и феррольском гарнизоне. Вскоре вновь прибывшие офицеры, в том числе Ф. Франко, были расписаны по небольшим отрядам, созданным для восстановления разрушенных укреплений внешнего обвода крепости. Работая на ремонте разбитых фортов и взорванных блокгаузов, он увидел, какова эффективность той тактики, которая привела к поражению на Кубе, где многочисленные испанские войска пассивно выжидали, заняв укрепленные позиции, и были разбиты.
13 июля 1912 г. Ф. Франко был произведен из вторых лейтенантов в лейтенанты. За всю его военную карьеру это повышение было первым и единственным, соответствовавшим реальной выслуге лет. Вместе с новым званием он получил новое назначение - командовать укрепленным районом на передовой. Форт Уикан на реке Керт считался опасным местом, поэтому назначение девятнадцатилетнего лейтенанта комендантом этого укрепления можно рассматривать как проявление доверия командования. Еще до конца 1912 г. за трехмесячное непрерывное пребывание на передовой и образцовое выполнение своих обязанностей Ф. Франка получил первую боевую награду - Крест Мерито Мелитар Первой степени. Отличие было вполне заслуженным: за прошедшие месяцы молодой человек, который, по собственному его признанию, а первую ночь на позиции не мог спокойно заснуть и бродил по лагерю с пистолетом, не доверяя бдительности часовых, стал настоящим командиром, мужественным, расчетливым, пользующимся доверием подчиненных и начальников.
С той же настойчивостью, которая была им проявлена в повышении профессионального мастерства, Ф. Франко начал добиваться внимания от предмета своей первой любви. Он начал ухаживать за племянницей верховного комиссара колонии сеньоритой Софией Субиран. Продолжавшиеся почти год ухаживания оказались безрезультатными, и он, не слишком опечаленный, отказался от своих притязаний.
Гораздо большее упорство он проявил в изыскании возможностей для карьерного роста. Большие перспективы сулил переход во вновь создаваемые части Los fiegulares. Осознав необходимость иметь в Марроко пусть небольшие, но профессиональные воинские формирования по поддержанию порядка, мадридское руководство санкционировало создание воинских частей, набираемых по найму, для замены обычных армейских подразделений в наиболее опасных местах. Эти войска оказались намного боеспособнее.
Ф. Франко добился места в рядах регуляторов и 15 апреля 1913 г. был переведен в лагерь Луасьен под Тетуаном, где шло формирование войск нового типа. Служба регуляторов решительно отличалась от спокойного армейского быта. Они оказывались на острие ударов по противнику. Постоянный риск и возможность отличиться весьма импонировали Франко. Между 14 августа и 27 сентября ему довелось участвовать в операции против одного из опорных пунктов повстанцев. Она принесла не очень существенную, но громкую победу испанской армии, а Франко - второй крест за военные заслуги и славу инициативного и смелого командира.
За храбрость в бою при Бен Салеме 1 февраля 1914 г. в окрестностях Тетуана он был досрочно произведен в капитаны. Столь быстрое повышение (Франко было тогда 21 год) состоялось благодаря заслуженной им репутации офицера, решительного, способного отлично организовать снабжение своих войск и интересующегося теорией своего дела. Такая официальная аттестация вполне соответствовала действительности: чтобы убить скуку или от подлинной любви к профессии Франко в этот период много работал над изучением теории военного искусства и сопутствующих ему наук.
До определенного момента судьба Ф. Франко мало отличалась от судеб его товарищей. Можно сказать, что в ходе боевых действий в Марокко формировалось целое поколение молодых честолюбивых офицеров, мечтавших проявить себя и способствовать возвышению Испании. Их называли «африканистами». Свою службу в североафриканской колонии они рассматривали как продолжение борьбы с «неверными» вне полуострова, задуманной еще во времена Изабеллы Католической.
Они были своего рода военной модификацией «поколения 98 года», получивших в Испании название «военных поколения 15 года».
Это было влиятельное направление, возникшее в испанской армии, и «африканисты» играли в нем ведущую роль. От «поколения 98 года» их отличало наличие четко очерченного идеала, представления о той Испании, которую они хотели бы видеть. Она должна была быть «единым и неделимым» унитарным государством, принципы организации которого надлежало приблизить к простой и ясной модели армейского устройства. Ведь армия, по их представлениям, являлась воплощением патриотизма и надполитического национального единства, а либеральная монархия 1876 года связывалась с упадком государственности и национальным унижением.
Именно армия, средоточие всего лучшего в нации, может и должна возродить престиж страны и обеспечить «испанскую легитимность». Все противостоящие этому силы: либералы, анархисты и пацифисты - должны быть сметены во имя о и т.д.................


Перейти к полному тексту работы



Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.