На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


Реферат Победы Вилльгардуена в Эвбее. Сдача Негропонта и борьба против Гвидо Афинского. Помилование Гвидо Вилльгардуеном, поездка во Францию за помилованием к Людовику IX. Поражение Вилльгардуена в Пелагонийском бою. Завоевание Константинополя Палеологом.

Информация:

Тип работы: Реферат. Предмет: История. Добавлен: 04.08.2009. Сдан: 2009. Уникальность по antiplagiat.ru: --.

Описание (план):


18

Война из-за Эвбеи

1. В Эвбее, где Оттон де Сикон (Cicons) и Леоне далле Карчери помогали Вилльгардуену, этот последний поначалу одерживал победы. Обоих терциеров Гульельмо Веронского и Нарцотто он захватил в плен хитростью, прогнал венецианского "bailo" из Негропонта и занял почти весь остров целиком. Венецианцы затем прилагали всемерные усилия, чтобы завладеть опять помянутым городом, держали его в осаде более года и наконец отправили туда Марко Градениго с семью галерами, который и отнял у князя ахайского Негропонт обратно

Гвидо Афинский еще и ранее выступил совершенно открыто в качестве союзника Венеции; войска его проникли вплоть до Коринфа, а морейоты производили набеги вблизи самих Афин. Князь ахайский однажды подвергся даже опасности быть захваченным в плен мегаскиром. Так как Вилльгардуен принужден был сдать Негропонт, то он решил со всеми своими силами сначала наброситься на мегаскира и, лишь уничтожив этого противника, возобновить борьбу в Эвбее. Теперь Гвидо предстояло доказать, что он в состоянии права свои подтвердить силой оружия, но в этой первой борьбе за независимость ему пришлось действовать против своих же земляков и старых товарищей по оружию.

На сторону Гвидо перешел, к немалому удивлению ахайского князя, самый храбрый из его рыцарей Готфрид де Брюйер (de Bruyeres) - идеальный тип латинского дворянства в Греции, широко и далеко прославившийся властитель аркадийской баронии Каритены, или Скорты, которую завоевал еще отец его Гуго, знатный дворянин из Шампаньи, и получил ее во владение от первого Вилльгардуена. Каритена, или Скорта, слыла не только за обширный лен, но и за один из наиважнейших во всей Морее. Ее сильно укрепленный замок, высившийся над Альфейской долиной, славился по справедливости как первая крепость во всем Пелопоннесе, что и поныне доказывают внушительные развалины Каритены.

Готфрид де Брюйер доводился ахайскому князю родным племянником, будучи сыном его сестры, и доблестно сражался за своего державного дядю против венецианцев на Эвбее; в то же время он доводился зятем и Гвидо де ла Рошу, так как был женат на дочери последнего, Изабелле.

Слезы жены заставили этого беспокойного и страстного человека нарушить присягу на верность своему государю и дяде. Когда Вилльгардуен созвал своих ленников в нагорную долину Никли, где некогда стояла древняя Тегея, чтобы объявить войну эллинскому союзу, на это собрание не явился могущественнейший из его баронов де Брюйер, так как уже двинулся в Фивы на соединение с Гвидо.

В Фивах мегаскир собрал весьма значительное войско. При нем находились его ленники - три брата из дома Сент-Омеров, Николай II, Оттон и Жан, брат ла Роша Гильом, далее Томас II Де Стромонкур, владетель Салоны, маркграф Убертино Паллави-чини Бодоницкий, Гисберт де Кор (Cors), супруг Маргариты, дочери Жана де Нельи из Пассавы, и несколько династов с Эвбеи. Летом 1258 г. Вилльгардуен двинулся через Мегариду и перешеек, сошелся с противниками при горе Кариди, расположенной при дороге, соединявшей Коринф с Фивами, и разбил их в кровопролитной битве Противники его спаслись бегством в Фивы. В то время как пелопоннесцы вторглись в Аттику, чтобы отрезать разбитому мегаскиру отступление к Афинам, пылающий мщением победитель появился у стен Кадмеи. От штурма крепости, однако же, его отговорили и собственные бароны, и настояния фиванского архиепископа. Они же привели к соглашению соотечественников и прежних друзей, которым не следовало вследствие пагубных раздоров превращаться в непримиримых врагов.

Сама форма соглашения и те обязательства, которые победителем были наложены на побежденных, весьма характерны для уяснения самой сущности рыцарства того времени. Гвидо и его сторонники подчинились Вилльгардуену; они поклялись в присутствии посредников никогда более не вести войны против ахайского князя и понести то наказание, которое он на них положит. Таким образом франкские феодальные властители склонились перед могущественным властителем по ту сторону перешейка. Вилльгардуен тотчас же вернулся со своими отрядами в Никли, так как там имелись хорошие пастбища для конницы, и созвал здесь парламент. Победа на время сделала князя ахайского главой надо всею Грецией и обеспечила преобладание Пелопоннеса над Афинами и эллинским материком, как и в эпоху спартанского полководца Лизандра.

Гвидо на сейм в Никли прибыл не в смиренном уряде раскаивающегося, но со всей рыцарственной пышностью Образованное из пелопоннесских баронов судилище должно было постановить приговор о великом властителе Афин, но приговор этот оказался совсем не таким, как того ожидал Гильом.

Ленники и пэры князя ахайского не признали за собой права судить мегаскира и показали этим, что взирают на него не как на ровню себе, т.е., другими словами, не признают его за вассала Ахайи. Они же предложили судоговорение предоставить королю Франции как естественному покровителю латинцев на Востоке, и Гильом II счел себя вынужденным на это согласиться. Отними Вилльгардуен у Гвидо его владения, он на время значительно бы расширил пределы собственного княжества, но это вызвало бы противодействие со стороны собственных его баронов и повело бы к новым междоусобиям. Кроме того, феодальный строй сам уж по себе являлся помехой к образованию единодержавного монархического государства.

Когда Гвидо предстал перед Вилльгардуеном и воззвал к нему о прощении, тот ему его и даровал, но возложил на него обязательство самолично отправиться во Францию и осведомиться у великого короля, какого наказания заслуживает вассал в случае поднятия мятежа против сюзерена с оружием в руках. Вслед затем предстал де Брюйер. Имея веревку, повязанную вокруг шеи, он кинулся ниц перед своим дядей. Но одновременно с ним преклонили колени многие бароны и умоляли князя обратить внимание не столько на вины, сколько на заслуги заблудшего.

Гильом имел все причины питать против племянника большее озлобление, нежели против мегаскира, ибо де Брюйер явно нарушил два священных долга - родственную любовь и присягу в верности вассала, на которую, словно на твердыню, опиралось ленное государство. Но и Брюйеру простил Вилльгардуен и даровал ему вновь даже упалый его лен, правда, в личное, а не в наследственное пользование. Примирение было отпраздновано турниром, а затем Гвидо вернулся назад в Фивы.

Всю зиму готовился Гвидо к поездке во Францию. Он назначил своего брата Оттона заместителем ("байльи") на время своего отсутствия, сев на корабль в порте Ливадостро, морем доехал до

Бриндизи, а отсюда верхом направился в Бургундию. Тот самый сын Понса де ла Роша, который некогда юношей пустился из Франшконтэ в Элладу искать приключений, возвращался теперь на родину знатным державным властителем Афин. В Бургундии жили его двоюродные братья, сыновья его дяди Оттона, и другие родичи, занимавшие там видные положения Наряду с старинными друзьями Гвидо нашел во Франции и молодого Гуго де Бри-еннь, который впоследствии вступил в свойство с его домом.

В Бургундии мегаскир пробыл до весны 1260 г. Странное поручение, с которым он ехал к королю, должно было повергнуть в изумление его земляков. Во Франции царствовал тогда Людовик IX, могущественнейший во всей Европе государь с той поры, как Германская империя была сломлена в своей борьбе с папой и итальянскими гвельфами, и великий Фридрих II Гогенштауфен умер. Крестовый поход Карла IX в Египет и Сирию, бедствия, понесенные в сражении при Мансуре, где он был взят в плен египетским султаном, его добродетели и государственные способности повили лучезарным сиянием чело этого благочестивого и энергичного государя. Он с добротой принял униженного властителя Афин и послов от горделивого князя ахайского, который просил короля в качестве первого рыцаря Франции и высочайшего охранителя феодального права высказать свое мнение по данному случаю, на который сам Вилльгардуен взирал как на измену.

Людовик IX лично был знаком с князем Гильомом II, так как тот в мае 1249 г. являлся в Кипр приветствовать короля, прибыл туда с флотилией из 24 кораблей с 400 рыцарями, сопровождая герцога Гуго IV Бургундского, который провел целую зиму при ахайском дворе в Андравиде. Король тогда же предоставил Вилльгардуену право чеканить монету в Кларенце, весом и ценностью равную французской, но князь ахайский проявил так мало крестоносного пыла, что не принял вовсе участия в борьбе с Египтом и после кратковременного пребывания в Дамиетте вернулся назад домой. Этого, быть может, ему французский король не простил и теперь.

Обе представшие перед Людовиком IX враждующие стороны, прибывшие из далекой Греции, были французами, и та и другая с глубокой почтительностью вполне признавали ту феодальную зависимость, в которой некогда стояли сами к королю, да и теперь не порвали благодаря землям, принадлежащим им во Франции. Людовик IX на Пасху 1260 г. вызвал враждующих в парламент, который тогда созвал. Высшее судилище Франции высказалось в пользу государя афинского. Притязания князя ахайского на верховные права над Афинами, выводимые из прав короля Фессалоникийского Бонифация, парламентом Франции принципиально, положим, не отвергались - как о том повествует Морейская хроника, - но Гвидо мог доказать, что лично он никогда ленной присяги князю не приносил. На этом основании король Людовик IX признал, что если даже обвиняемый впал в провинность, то она достаточно искуплена дальним путешествием, предпринятым им во Францию по приказанию князя.

Осчастливленный ла Рош бросился своему судье в ноги и умолял облечь это милостивое решение в письменную документальную форму. Когда это совершилось, король призвал к себе Гвидо и предложил даровать ему любую милость по собственному его выбору. Гвидо попросил предоставить ему титул "герцога афинского", так как де его страна издревле была герцогством. Эту милость ему и даровал король. Таким образом, побежденный при Кариди из поражения вышел с высшим саном и с 1260 г. начал именоваться герцогом афинским Прежде царствовавшие там ла Роши оба носили скромный титул "dominus" или "sire cTAthene", да и Гвидо до судоговорения Людовика IX так же титуловался в официальных грамотах.

Морейская хроника выводит герцогский афинский титул из древности, и этот же поразительный взгляд встречается только еще у византийского историка Никифора Грегораса, современника летописцу Морей. Он утверждает, будто Константин Великий даровал своим вельможам титулы: главному военачальнику в России - стольника, военачальникам Пелопоннеса, Беотии и Фив - "Princeps"'a, военачальнику в Аттике и Афинах - "великого герцога", в Сицилии - "Rex"a. Ныне же, продолжает он далее, Archegos Аттики и Афин из великих герцогов превратился в герцога, а беотинский и фиванский герцог ошибочно титулуется мегаскиром. Удивительно, что такой ученый историк, как Никифор, мог слагать подобные басни о Константине, а еще более странно, что он герцогство Афинское, где в его время властвовали каталонцы, разделял на два самостоятельных государства.

Если бы какой византийский чиновник и впрямь титуловался так в Афинах, было бы очень странно, если бы о нем нигде не упоминалось у греческих летописцев. Византийцы восприняли латинское слово "dux" в свою служебную терминологию. Понятие "dux" было равнозначаще "эпарху" и "стратегу". В нескольких провинциях и городах встречаем мы военачальников, носящих титул "dux"'oB, как, напр., в Антиохии, Трапезуйте, Дураццо, Никее, Сардике и Атталии. В частности, Михаил Акоминат в своих официальных обращениях и речах имел бы особенно много случаев упоминать об афинских "dux"'ax, если бы только таковые в его время существовали. Из дошедших до нас свинцовых печатей мы узнали, что в Афинах существовал "архонт", но подобный ранг императорских военных чиновников был установлен отнюдь не для одних Афин, и это подтверждается тем, что имелся архонт и в Эврипе. Если же у греков понятие архонт было равносильно "dux"'y, то Гвидо Афинский мог бы опираться лишь на этот факт, приравнивая себя византийскому генералу

Так как Гвидо был оправдан французским верховным судом, то вполне понятно, что он пожелал видеть подтверждение своих верховных прав через усвоение за ним более высокого титула. Так как Ахайя была княжеством, то честолюбие Гвидо должно было побуждать его искать титула герцога, подобно тому, как этого сана добился и Санудо в качестве властителя Наксоса и как его носил венецианский правитель Крита. Впрочем, герцогский титул настолько приличествовал властителю Афин, что еще летописец de Trois Fontaines придавал его уже первому ла Рошу. Западные поэты употребляли этот же титул, придавая его, как бы древнее понятие, мифическому основателю города Афин. Гиббон заметил, что Боккачио в Тесеиде, Чаусер в одном из своих "Canterbury tales" и Шекспир во "Сне в летнюю ночь" называют древнего Тесея Афинского герцогом.

Точно так же Рамон Мунтанер, историк каталонцев и современник Данте, представлял себе гомерического Менелая под видом "афинского герцога". А именно он рассказывает, что на мысе Артаки в Малой Азии находилась одна из троянских застав, недалеко от острова Тенедоса, куда обыкновенно в определенный месяц отправлялись знатные мужчины и женщины Романии, словно паломники, для поклонения божественному изваянию. И вот когда однажды Елена, супруга герцога афинского, отправилась туда в сопровождении сотни рыцарей на поклонение, ее приметил сын троянского короля Парис, умертвил всю ее свиту, состоявшую из 100 рыцарей, и похитил красавицу-герцогиню.

Нежданное отличие, оказанное Гвидо королем Франции, должно было глубоко оскорбить князя морейского, если только какие-либо иные распоряжения Людовика IX, о коих, впрочем, нам ничего не известно, не подействовали на него примирительно. Весьма вероятно, что именно тогда за ним и были обеспечены державные права над Фивами и Афинами. Возвышение мегаскира, впрочем, находилось в зависимости от свершившейся в Греции катастрофы, которая внезапно низвергла с высоты величия победителя при Кариди, а побежденного сразу сделала здесь столь могущественным династом, что король Франции имел все основания еще более усилить положение афинского властителя. Весть об этом событии должна была прийти в Париж задолго перед Пасхой 1260 г., а вскоре прибыли из Морей и послы, которые не только звали Гвидо скорее вернуться в Грецию, но поставляли ему на вид и вероятное его назначение в байльи Ахайи. Гвидо пробыл во Франции достаточно долго, устраивая разные дела с французскими вельможами, из которых у иных он состоял в долгу. Если между прочим мегаскир оказался в неприятной необходимости занять у герцога Бургундского 2000 ливров на потребности своего далекого государства, то уже один этот факт свидетельствует, что или владение Афинами не сделало ла Роша богатым, или же что война против Ахайи истощила его средства.

2. Во время поездки Гвидо во Францию князь ахайский ревностно продолжал бороться против Венеции на суше и на море, а кроме того, вступил в весьма важные сношения с новым повелителем Эпира. То был Михаил II Ангел, незаконнорожденный сын первого в этом крае деспота, который в 1237 г. весьма счастливо восстановил эпиротское государство, разрушенное болгарами, учредил свою резиденцию в Арте и распространил свое владычество вплоть до Македонии. Он весьма знаменательно именовал себя Элладийским деспотом. Время показалось ему благоприятным для дальнейшего распространения своего владычества и окончательного захвата Фессалоник, которые Иоанн Ватацес завоевал в 1246 г., ибо в то время наследие Никейской империи досталось ребенку. А так как Михаилу Ангелу могла всего более угрожать опасность со стороны Никеи, то он и пытался заручиться покровительством и от франков и даже от Италии. Он заключил союз с королем обеих Сицилии Манфредом, которому и отдал в июне 1259 г. в замужество дочь свою Елену, предоставив ей в приданое Корфу, Дураццо и Валону. В то же время Михаил выдал вторую свою дочь Анну Ангел за овдовевшего князя ахайского, которому она и принесла в виде приданого владения в Фессалии и Фтиотиде. Таким образом оба зятя Ангела оказывались могущественнейшими государями - один в Южной Италии, а другой в Греции. Таким образом оба они вступлением в свойство друг с другом и с Артийским деспотом подтверждали как бы необходимость в балканской области Эпиротского государства, долженствовавшего служить противовесом усиливавшейся власти греческого императора, а в то же время через это обеспечивали и для себя возможность вмешаться и сделать здесь завоевания в свою пользу.

Никейского престола тогда только что добился энергичнейший из когда-либо бывших в Византии вельмож Михаил Палеолог, знатный род коего состоял в родстве с Комненами. Ватацес умер в 1254 г., а его сын Феодор II Ласкарис в 1258 г., поэтому Палеолог захватил регентство за несовершеннолетнего наследника Иоанна IV и 1 января 1259 г. короновался соимператором. Михаил VIII обратился прежде всего против Артийского деспота, который его презирал как похитителя престола и сам стремился добиться императорской власти. Таким образом должно было теперь решиться, кому достанутся престол и столица Константина, повелителю ли Эпира, или императору Никейскому.

Михаил VIII послал брата своего себастократора Иоанна Комнена с большим войском в Македонию. Противник его был хорошо вооружен и пользовался советами и помощью со стороны своих сыновей: законного Никифора и побочного Иоанна. Король Манфред прислал четыреста рыцарей, другой его зять, князь ахайский, лично привел тестю свое войско, пелопоннесцев и воинов ла Роша из Фив и Афин, а равно и войска из Эвбеи Наксоса и Бодоницы.

Это указывает на то, что никто из прежних его противников, побежденных им при и т.д.................


Перейти к полному тексту работы



Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.