На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


Курсовик Подготовка и использование пятой колонны Гитлером на Востоке. Истинные масштабы сотрудничества граждан Советского Союза с оккупантами. Генерал Власов в плену. Русская национальная народная армия. Боевые действия против партизан. Русский центр Власова.

Информация:

Тип работы: Курсовик. Предмет: История. Добавлен: 26.09.2014. Сдан: 2009. Уникальность по antiplagiat.ru: --.

Описание (план):


Оглавление

Введение
Глава I. Генерал Власов в плену
Глава II. Русская национальная народная армия
Глава III. Власов в Берлине
Глава IV. Штаб Власова
Глава V. Русский центр Власова
Глава VI. Поездки на фронт
Глава VII. Решение Гитлера
Заключение
Библиография
Введение

Неудачный опыт подготовки и использования "пятой колонны" Гитлером на Востоке по-своему трагичен и уникален.
Трагичен, потому что в "пятую колонну" сначала вошли люди, ненавидевшие Советский Союз, не принявшие большевизм и так далее, а уже потом в нее вступали советские военнопленные, не выдержавшие голода, холода и приближения смерти в фашистских лагерях. Их было большинство. Но все они в результате стали изгоями, как для Германии, так и для своей Родины.
Истинные масштабы сотрудничества граждан Советского Союза с оккупантами и сегодня являются тайной. Лишь с недавнего времени стали появляться некоторые публикации, книги и фильмы. Однако все они грешат поверхностным пониманием исторической проблемы.
После понесенных потерь на Востоке германская армия для продолжительного ведения войны с Советским Союзом нуждалась в людских резервах, которых у нее просто не было. Вот тогда-то в среде офицеров и генералов вермахта возникла идея создания так называемого «русского освободительного движения», которое, несмотря на противодействие Гитлера, до определенного момента создавалось по типу «пятой колонны».
В центре этого исследования стоит генерал А.А. Власов. Именно ему -- предателю в звании генерал-лейтенанта и в должности заместителя командующего Волховского фронта немецкие хозяева отвели роль руководителя «пятой колонны», или «освободительного Движения», на заключительном этапе войны, когда все попытки противостоять Советскому Союзу и Красной Армии были, очевидно, бессмысленны.
Сегодня не умолкают голоса в оправдание «власовского движения» или «политического антисталинского сопротивления». Только ничего этого не было, как и не было «яркой личности», полководческого таланта и выдающегося военачальника, решившего бороться против сталинского режима. Был просто предатель, изменник и трус, был случайно взлетевший по головам своих товарищей во второй половине 1930-х гг. карьерист, посредственный командир и генерал, не имевший боевого опыта умевший много и неплохо говорить «от имени народа».
Тема предательства -- вечная тема и познать ее от начала до конца невозможно, как невозможно понять и ощутить, чужие чувства и мысли, как невозможно понять глубинные корни беспримерного подвига.
Многие тайны человеческой души, тайны человеческих поступков остаются неразгаданными. Так предательство каждый раз в своем новом облике становится сенсацией, ибо идут на него чаще всего люди, от которых его не ждут, в которых верят, на которых возлагают определенные надежды. Предательство всякий разтиокирует и становится как бы вызовом обществу, и совершают его нередко люди с чистой биографией, достигшие на момент проступка определенного положения, имеющие определенные блага. И если на предательство идут единицы, то мужество и героизм явления массовые. Но нередко цена предательства жизни -- множества людей.
Свое отношение к предательству человечество определило еще на заре своей истории. Ему подчас нет объяснений, у него нет общечеловеческой логики, его невозможно простить, независимо от ущерба, потому что предательство -- это преступление, за которое должно следовать наказание государства и презрение общества.
В наше время имена многих предателей возводятся чуть ли не в ранг святых, а их измена трактуется как подвиг. Но предательству не может быть объяснения и оправдания, как не может быть оправдания трусости и подлости. Мы не вправе отрицать и тем более игнорировать в настоящем и будущем эти известные истины.
Глава I. Генерал Власов в плену

14 июля 1942 года генерал-лейтенанта А.А.Власова, плененного в деревне Туховежи, немцы доставили на автомашине на станцию Сиверская. Квицинский Ю.А. Генерал Власов: путь предательства. М., 1999. С. 23. Сам командующий 18-й армией генерал-полковник Линдеманн решил лично встретиться с теперь уже бывшим противником.
Власов был допрошен полковником немецкого генерального штаба, фамилия которого осталась для истории неизвестной. Немца интересовал боевой состав Волховского фронта со слов самого командующего 2-й ударной армией. Смыслов О.С. «Пятая колонна» Гитлера. От Кутепова до Власова. М.: Вече, 2004. С. 123
После ответа на заданный вопрос Власов дал оценку командующему фронтом генералу Мерецкову и командующему 52-й армией генералу Яковлеву.
Между тем Андрей Андреевич, стараясь отвечать на вопросы подробно, даже не знал, кто командовал 4-й армией Волховского фронта. А ведь он был, прежде всего, заместителем командующего фронтом, занимая должность командарма по совместительству.
Вот выдержки из протокола допроса А.А. Власова:
«Причина неудачи отхода - крайне плохое состояние дорог, очень плохое снабжение продовольствием и боеприпасами. Отсутствие единого руководства 2-й ударной, 52-й и 59-й армиями со стороны Волховского фронта. О том, что прорванное кольцо окружения вновь замкнуто немецкими силами, 2-й ударной армии стало известно лишь через два дня - 30.5.
После получения этого известия генерал-лейтенант Власов потребовал от Волховского фронта открытия немецких заслонов 52-й и 59-й армиями. Кроме того, Власов передвинул все находящиеся в его распоряжении силы 2-й ударной армии в район Восточное Кречно, чтобы открыть с запада немецкий заслон. Генерал-лейтенанту Власову совершенно непонятно, почему со стороны штаба фронта не последовало всем трем армиям общего приказа о прорыве немецкого заслона. Каждая армия боролась более или менее самостоятельно.
Со стороны 2-й ударной армии 23.6 было сделано последнее напряжение сил, чтобы пробиться на восток.
24.6 уже было невозможно руководство частями и подразделениями 2-й ударной армии.
Генерал-лейтенант Власов особенно подчеркивает уничтожающее действие немецкой авиации и очень высокие потери, вызванные артиллерийским заградительным огнем. Как полагает генерал-лейтенант Власов, при прорыве из всей ударной армии вышло около 3500 раненых и пробилась незначительная часть отдельных частей.
Генерал-лейтенант Власов считает, что около 60 000 человек из 2-й ударной армии либо взяты в плен, либо уничтожены. О численности частей 52-й и 59-й армий, находившихсяв Волховском котле, он сообщить данных не мог...» Там же. С. 125-126.
Следующие вопросы немецкого полковника затрагивали призывные возраста, новые формирования Красной Армии и их районы, оборонную промышленность, продовольственное положение, иностранные поставки, оперативные планы, новое советское оружие, отношение в СССР к семьям перебежчиков. Немцев интересовали даже слухи об обращении с русскими военнопленными в Германии, положение в Ленинграде. Был затронут вопрос и об известных советских военачальниках. Смыслов О.С. Проклятые легионы. Изменники Родины на службе Гитлера. М.: Вече, 2006. С. 126.
Однако Власова знал не очень много, тем не менее, немцы оценили его старания.
А вот разговор генерал-лейтенанта Власова с генерал-полковником Линдеманном, по мнению Юлия Квицинского, не клеился. «Разложив на столе карту, Линдеманн самодовольно водил по ней пальцем, рассказывая Власову, как он его разбил и почему иначе и быть не могло. За его внешней предупредительностью, вежливостью и даже участием Власов чувствовал не только внутреннее ликование, но и надменное превосходство человека из высшего общества над генералом-простолюдином». Квицинский Ю.А. Генерал Власов: путь предательства. М., 1999. С. 49.
Но это и не удивительно.
Георг Линдеманн был старше Власова на 17 лет (родился в 1884 г.). Когда Андрею Андреевичу было всего 3 года (1904), Линдеманн получил первый офицерский чин. Первую мировую Георг закончил с тремя орденами. В 1931 г. - он подполковник и командир полка, в 1933 г. - полковник и начальник военного училища. В 1936 г. Линдеманн был назначен командиром дивизии и произведен в генерал-майоры. В 1938 г. - он стал генерал-лейтенантом. Линденманн воевал во Франции, за что был награжден рыцарским крестом, чуть позже он стал командиром корпуса. В августе 1941 г. его корпус перебросили в Смоленск, а оттуда на Ленинградский участок фронта, где он прикрывал правый фланг главного удара Лееба по Пулковским высотам.
17 января 1942г. Линдеманн был назначен командующим 18-й армией, а после Волховского сражения - 3 июля 1942 г. получил звание генерал-полковника. Б. Лиддел Гарт. Вторая Мировая война. Сб. ст. и мат. / Под ред. С. Переслегина. М.: АСТ, 2002. С. 907.
Рядом с ним Власов смотрелся весьма слабым военным руководителем. Наверное, Георг Линдеманн понимал это. После беседы два генерала сфотографировались на память, а затем Власова отправили в Летцен, а затем в Винницу, где находилась Ставка верховного командования германской армии и лагерь для военнопленных, представляющих особый интерес для Верховного штаба сухопутных сил.
По прибытии в лагерь Власов отказался выйти на поверку вместе с пленными солдатами, настаивая, чтобы поверка офицеров проводилась отдельно. Смыслов О.С. «Пятая колонна» Гитлера. От Кутепова до Власова. М.: Вече, 2004. С. 126. И порядок поверки был изменен. Возможно, этот факт понравился руководству лагеря, так как это не было свойственно представителям Красной армии.
Ежедневно Власов Андрей Андреевич должен был отвечать на вопросы немецких офицеров.
Во время этих допросов Власов высказывался о намерениях использования против Красной армии русских военнопленных, предлагал создание соответствующего русского центра. Там же. С.128-130. Скорее всего, Власов пытался заинтересовать немцев. Такое впечатление, что он не понимал, что Германия воюет против России не с целью возрождения русского государства. А борьба с большевизмом - не более чем пропаганда в интересах этой власти.
Из записки советника министра иностранных дел Германии Хильгера от 8 августа 1942 года: «Для него, Власова, а также для большинства военнопленных советских офицеров победа Германии представляет предпосылку для дальнейшего существования, в то время как со стороны Советского правительства их ожидает только смерть». Там же. С.130.
Таким образом, речь идет о собственной жизни Андрея Андреевича. А так как ею он дорожит особенно, то ему ничего не остается, как работать на немцев.
В Виннице по приказу полковника фон Ронне с Власовым встретился капитан Штрик-Штрикфельдт. Штрик-Штрикфельд В.К. Против Сталина и Гитлера. Посев, 1993. С. 104. Необходимо уделить особое внимание этому человеку.
Вильфрид Карлович родился в 1897 г. в Риге. В 1915г. он окончил гимназию в Петербурге. До конца Первой мировой войны служил офицером в русской армии. С 1918 по 1920 г. участвовал в Белом движении. Затем 4 года работал по мандату Международного Красного Креста и Нансеновской службы по оказанию помощи голодающим в России. С 1924 по 1939г. представлял в Риге германские и английские предприятия. С 1941 г. - переводчик и офицер вермахта. Квицинский Ю.А. Генерал Власов: путь предательства. М., 1999. С. 51-52.
Вот так вспоминал первую встречу с русским генералом капитан Штрик-Штрикфельдт: «Власов произвел на меня положительное впечатление своей скромностью и в то же время сознанием собственного достоинства, своим умом, спокойствием и сдержанностью, а особенно той трудно определимой чертой характера, в которой чувствовалась скрытая сила его личности. Это впечатление еще усиливалось всей его внешностью: бросающимся в глаза ростом худого широкоплечего мужчины, внимательным взглядом через толстые стекла очков, звучным басом, которым он, не спеша, четко излагал свои мысли. Иногда в его словах проскальзывали нотки легкого юмора. Он рассказал мне о своей жизни». Штрик-Штрикфельд В.К. Против Сталина и Гитлера. Посев, 1993. С. 107.
В плену отношение Власова к немецким военным меняется. Об этом хорошо написал Штрик-Штрикфельд: «Первоначальное недоверие Власова рассеялось благодаря тактичному обращению с разбитым противником со стороны немецких офицеров и рыцарскому отношению его врага в боях у Волхова генерал-полковника Линдеманна. Этим подтвердилось то, во что он, в сущности, хотел верить: что немцы были не чудовищами, а людьми и, как солдаты, уважали противника...
При следующем моем посещении генерала Власова я должен был много рассказывать ему о Германии. Его интересовало все. Но прежде всего он хотел знать больше о германских целях войны. Надо сказать, что знал он уже поразительно много». Там же. С. 110.
Вскоре капитан поставил решающий вопрос пленному генералу: «Не является ли борьба против Сталина делом не одних только немцев, но также, и в гораздо большей степени, делом русских и других народов Советского Союза? Он задумался. Потом он рассказал мне о долголетней борьбе за свободу, которую вели крестьяне и рабочие, офицеры и студенты, мужчины и женщины. А мир наблюдал и молчал. Из экономических и иных корыстных побуждений с советской властью, держащейся на крови, заключались договоры и союзы. «Может ли все это ободрить народ, чтобы он взял в свои руки свою судьбу?» - спросил он. Там же. С. 111.
Вопрос на вопрос - это показатель сомнения. Видимо, у Власова оно было. С одной стороны, Власов считал, что в Советском Союзе не только народные массы, но и многие военные, даже ответственные работники, настроены хотя и не против советской системы, но против Сталина. Террор подавляет в России всякую попытку к созданию организованного движения сопротивлении».
С другой стороны, он спрашивал: «И как вы представляете себе практическое участие русских в борьбе против Сталина?»
Штрик-Штрикфельдт: «Я сказал, что мы сами в начале похода верили в освободительную войну, в освобождение России от большевизма. Я говорил о бедственном положении военнопленных, которое, к сожалению, нам изменить не удалось. Я сказал ему и о том, что вожди национал-социалистов одержимы высокомерием; а потому слепы и не склонны разработать разумную политическую концепцию. Следствие этого, прежде всего, катастрофическое положение 50-70 млн. людей в занятых областях. Позиция же германского офицерского корпуса иная».
-- Что же все-таки мы можем сделать? -- спросил Андрей Андреевич.
-- И что думает об этом ваш фюрер?
-- Ну, фюрер, к сожалению, все еще окружен пораженными слепотой людьми. Но фельдмаршалы и крупные офицеры здесь, в генеральном штабе, делают что могут в сторону изменения политических целей войны и пересмотра наших отношений к русскому народу. Готовы ли вы сотрудничать с теми, кто хочет бороться против Сталина?
-- Против Сталина-- да! Но за что и за кого? И как?
-- Сотни тысяч русских уже помогают немцам в этой войне против Сталина, многие даже с оружием в руках. Но у них нет своего лица.
-- Дадут ли нам офицеры, о которых вы говорите, возможность выставить против Сталина русскую армию? Не армию наемников. Она должна получить свое задание от национального русского правительства. Только высшая идея может оправдать выступление с оружием в руках против правительства своей страны. Там же. С. 113-114.
В конце разговора капитан Штрик-Штрикфельдт попросил изложить свои мысли в письменной форме.
Все эти допросы, или даже разговоры, обыкновенная работа немецкой разведки.
При разговорах с Власовым иногда присутствовал пленный полковник Владимир Ильич Боярский, который в отличие от Власова был настроен более резко антисталински.
Андрей Андреевич часто советовался с ним. В итоге, на основе соображений, обсужденных в беседах, Власов и Боярский составили и подготовили доклад в виде плана. В своих воспоминаниях Штрик-Штрикфельдт написал: «Набросок плана был хорош, но, увы, слишком многословен. Из моего опыта я уже знал, что «пруссакам» следует все давать в сжатом, сухом изложении». Там же. С. 116-117.
После получения указаний начальника Ронне Вильфрид Карлович добросовестно сократил и переработал доклад, который получил название меморандума. Вот выдержки из него:
«1. Правительство Сталина в связи с потрясающими военными поражениями, нанесенными немецкими войсками, а также в силу его неспособности организовать военные действия и тыл (например, голод в стране, расстройство народного хозяйства) потеряло свою популярность среди населения и особенно в армии...
2. В ведущих кругах армии и народа все яснее пробуждается сознание бесполезности и бесперспективности дальнейшего ведения войны, которое приводит лишь к уничтожению миллионов людей и разрушению материальных ценностей...
3. Офицерский корпус Советской Армии, особенно попавшие в плен офицеры, которые могут свободно обмениваться мыслями, стоят перед вопросом: каким путем может быть свергнуто правительство Сталина и создана новая Россия. Всех объединяет желание свергнуть правительство Сталина и изменить государственную форму...
4. Сталин, используя особенности России (бесконечные просторы, огромные потенциальные возможности) и патриотизм народа, поддерживаемый террором, никогда не отступит и не пойдет на компромисс. Он станет вести войну, пока не будут исчерпаны все силы и возможности...
5. Если принять во внимание миллионное население оккупированных областей и огромное количество военнопленных и учесть их враждебное отношение к правительству Сталина, то можно допустить, что эти людские массы составят ядро внутренних сил, которые под руководством Германского правительства ускорят давно назревающее возникновение нового политического порядка в России, что должно произойти параллельно осуществляемому немцами созданию новой Европы... Исходя из вышеизложенного, мы передаем на ваше рассмотрение следующее предложение:
· Создать центр формирования русской армии и приступить к ее созданию;
· Независимо от своих военных качеств эта русская армия придаст оппозиционному движению характер законности и одним ударом устранит ряд сомнений и колебаний, существующих в оккупированных и неоккупированных областях и тормозящих дело создания нового порядка;
· Это мероприятие легализует выступление против России и устранит мысль о предательстве, тяготящую всех военнопленных, а также людей, находящихся в неоккупированных областях...
Бывший командующий 2-й армией
генерал-лейтенант Власов
Бывший командир 41-й стрелковой дивизии
полковник Боярский
Винница 8.8.1942 г.
Перевел капитан Петерсо». Смыслов О.С. «Пятая колонна» Гитлера. От Кутепова до Власова. М.: Вече, 2004. С. 133-134.
После прочтения доклада полковник Ронне остался вполне доволен. Он несколько раз беседовал с Власовым и в заключение процесса вербовки сказал Штрик-Штрикфельдту: «В случае совместной работы с русскими я отдал бы генералу Андрею Андреевичу Власову предпочтение перед всеми другими». Штрик-Штрикфельд В.К. Против Сталина и Гитлера. Посев, 1993. С. 117.
Из всего выше сказанного становится ясно, что в целях немецкой пропаганды фигура Власова была наиболее приемлемой и целесообразной:
1. Он имел высокую должность как военнопленный генерал Красной армии, самое высокое воинское звание в плену - генерал-лейтенант. Таких у немцев в лагерях были единицы.
2. Внешний вид: рост, заметная худощавая фигура. Народные корни и духовное образование.
3. Умение говорить и говорить много, философствуя.
4. Знание народа, народной жизни. Умение преподнести себя, умение поторговаться. Некая независимость.
На все это и было обращено внимание немцев. Генерал-лейтенант Власов великолепно подходил на роль главы Русского Освободительного движения.
Несколько слов о Боярском (Баерский Владимир Гелярович). Боярский Владимир Ильич был ровесником Власова. Поляк по национальности, он родился в 1901 г. в селе Киевской губернии. В 1922 г. окончил рабфак. В Красной армии с 1920 г. Весной 1922г. зачислен курсантом на 4-е пехотные курсы, а в 1923-м - курсантом во 2-ю пехотную школу в Тифлисе. В 1925 г. - слушатель высших стрелково-тактических курсов усовершенствования комсостава РККА в Москве. Затем командир роты. С декабря 1928 г. - помощник командира батальона, с октября 1929 г. - командир батальона, с января 1930-го - помощник начальника штаба полка. В июле 1930 г. - начальник штаба. Осенью 1932 г. временно исполнял должность командира полка. С 1934 г. - слушатель Военной академии имени Фрунзе. В 1937 г. - преподаватель на курсах «Выстрел», майор. Осенью 1938 г. приказом НКО СССР №1621 уволен в запас, но уже весной 1939 г. призван из запаса и назначен помощником начальника штаба дивизии. С лета 1940 г. - заместитель начальника штаба стрелкового корпуса, подполковник. В 1941 г. - полковник, начальник оперативного отдела стрелкового корпуса. С 26 марта - начальник штаба корпуса. 13 сентября 1941 г. назначен командиром 41-й стрелковой дивизии. Весной 42-го дивизия была отправлена на фронт и разбита. В плену с 25 мая, где принял псевдоним «Владимир Ильич Боярский». Приказом ГУК НКО СССР №0627 - 43 г. объявлен пропавшим без вести. После меморандума его освободили из лагеря и 1 сентября назначили командиром экспериментальной части РННА в группе армий «Центр» в районе Смоленска для воплощения в жизнь идеи формирования русской армии. Смыслов О.С. «Пятая колонна» Гитлера. От Кутепова до Власова. М.: Вече, 2004. С. 135.
А Власова 17 сентября привезли в Берлин, в так называемый «штаб» русских сотрудников отдела пропаганды Верховного командования на Викториаштрассе, 10. Там же. С. 136.
Глава II. Русская национальная народная армия

Большие потери вермахта в 1941-1942 гг. заставили немецкое Верховное командование искать дополнительные пути по комплектованию своих частей «унтерменшами». Проводниками этой идеи на центральном участке Восточного фронта были генералы фон Шенкендорф, Штиф, полковник фон Штауффенберг, Алексис фон Ронне, барон Фрейтаг-Лорингхофен. Там же. С.136. Под их патронажем была осуществлена акция, получившая наименование «Русская национальная народная армия» (РННА). С русской стороны инициатива формирования этой воинской части принадлежала берлинскому эмигранту, радиоинженеру Сергею Никитичу Иванову. Используя свои связи, он предложил сформировать русскую часть для ведения антисоветской борьбы и последующего создания новой России.
Уже в марте 1942г. Иванов, заручившись поддержкой командующего группы армий «Центр» фон Клюге, получил у него разрешение на отбор военнопленных из концлагерей, располагавшихся в тылу группы армий «Центр». Ставка Верховного командования проект утвердила. Там же. С.136. Организационная группа, состоящая из соратников Иванова, разместилась в Смоленске. В нее входили эмигранты: К.Г. Кромиади, И.К. Сахаров, И. Юнг и другие.
Кромиади (Санин) Константин Григорьевич (1893-1990). Грек. Участник Первой мировой войны в чине поручика. Гражданскую войну окончил полковником. В 20-30-е годы проживал в Берлине, работал таксистом.
В начале сентября 1941 г. приглашен работать в Министерство по делам восточных территорий. До декабря 41-го в составе комиссии министерства объезжал лагеря для военнопленных. Ввиду крайне негативной реакции на условия содержания военнопленных от работы в комиссии отстранен. В акции комендант штаба. Там же. С.137.
Сахаров (Левин) Игорь Константинович (1912--1977). Русский. В 1923 г. выехал в Берлин к отцу. В начале 30-х служил офицером в Аргентине, Уругвае и Китае, затем воевал в Испании в армии Франко. Там же. С.137.
С 1940 по 1942 г. жил в Берлине. В акции заместитель Иванова.
Юнг Игорь Леонидович (1914--1971). Немец. Сын офицера царской армии. После революции выехал за границу. В конце 30-х г. вступил в НТС. Жил в Берлине. Там же. С.137.
Местом постоянной дислокации был избран поселок Осинторф, Там же. С.137. располагавшийся в 6 км от ст. Осиновка на железной дороге Орша - Смоленск в Белоруссии. Там находился поселок торфоразработчиков, до войны рассчитанный на 10 тыс. рабочих.
От немцев присутствовали обер-лейтенант Бурхардт с командой связи из 20 солдат и начальник абверкоманды-203 подполковник фон Геттинг-Зеебург.
С первой партии из 20 военнопленных началось развертывание части. Агитаторы РННА выезжали в лагеря и, выступая перед пленными, разъясняли им задачи формирования. После записи добровольцев шел отбор пригодных кандидатур. В их число не входили летчики и танкисты, считающиеся самыми надежными специалистами большевистского режима.
Кромиади сам отбирал людей для РННА и к июлю 1942 г. довел ее численность до 5 стрелковых батальонов, 1 легкой артиллерийской батареи, учебной, санитарной и транспортной частей, а также курсов усовершенствования комначсостава. Там же. С.137.
К августу 1942г. РННА насчитывала 1500 человек и уже в июне - августе четыре раза выделяла свои подразделения для борьбы с партизанами. Там же. С.138.
Сахаров с конца мая фактически командовал оперативной группой РННА (около 300 человек) в боях против подразделений блокированного в районе Дорогобужа 1-го гвардейского кавалерийского корпуса генерала П.А. Белова. Тот же Сахаров вместе с Ивановым в мае посещал шталаг ХШ-А в Луккенвальде под Берлином, где содержался командующий 19-й армией Западного фронта генерал-лейтенант М.Ф. Лукин, с целью убедить Лукина возглавить РННА, но тот отказался. Там же. С.138.
После этой поездки С.Н. Иванов заболел тифом и был отправлен на лечение в Берлин. Вскоре из руководства РННА были удалены все эмигранты.
Боевые действия против партизан негативно влияли на личный состав так называемой армии из военнопленных. Начались переходы на сторону своих. Уходили десятками и сотнями. 1 сентября 1942 г. РННА принял полковник В.И. Боярский. Начальником организационно-пропагандистского отдела штаба РННА был назначен бывший бригадный комиссар РККА Г.Н. Жиленков (17 августа, 1942).Немного о нем.
Жиленков Георгий Николаевич родился в 1910г. в Воронеже. Русский. Из крестьян. Член ВКП(б) с 1929 г. С 1925 по 1929 г. работал подручным слесаря и слесарем. С августа 1929 г. на комсомольской работе. С февраля 1930 г. -заведующий производственным сектором Воронежского ОК ВЛКСМ. В 1931 г. закончил индустриально-технический техникум в Москве. С октября по февраль 1934 г. - ответственный секретарь партийного комитета техникума. С февраля по июль 1938 г. - директор ФЗУ завода «Калибр», затем секретарь парткома этого завода. С января 1940 г. -- 2-й секретарь Ростокинского РК ВКП(б) Москвы. 16 апреля 1939 г. награжден орденом Трудового Красного Знамени. В июне 1941 г. член Военного Совета 32-й армии, бригадный комиссар. 14 октября взят в плен под Вязьмой. Скрыл должность, звание и фамилию. До мая 1942г. служил шофером в транспортной колонне 252-й пехотной дивизии вермахта под фамилией Максимов. 23 мая выдан лесником гжатского лесничества и арестован. На допросах дал правдивые показания и заявил желание бороться против советской власти. Переведен в Берлин в отдел пропаганды особого назначения, где находился до августа. Там же. С.138.
При Жиленкове и Боярском численность РННА выросла до 8000 человек. Некоторые батальоны были сведены в полки, и РННА расширилась до бригады. Жиленков организовал собственную газету «Родина» и библиотеку. Осенью 1942 г. части бригады использовались для ведения антипартизанских операций. В районе Березино проверялась боевая выучка двух батальонов, а чуть позже под Великими Луками три батальона РННА прорывали кольцо советского окружения. Все они не смогли выполнять поставленные перед ними задачи. Они были рассеяны и практически полностью уничтожены советскими частями.
В октябре 1942 г. РННА посетил генерал-фельдмаршал фон Клюге. Он приказал разоружить бригаду, переодеть в немецкую форму, разделить на отдельные батальоны и передать вермахту. Боярский с Жиленковым отказались выполнить этот приказ, за что были арестованы и отправлены в Берлин. Той же ночью 300 человек с оружием ушли в лес к партизанам. По факту неповиновения было проведено исследование, и «недоразумение» выяснилось.
Оружие бойцам вернули, а командиром бригады назначили начальника штаба РННА майора Риль. Там же. С.139.
Риль Рудольф Фридрихович (он же Кабанов Владимир Федорович). Родился в 1907 г. в Самаре. Немец. Из служащих. В 1921 г. окончил сельскую школу, в 1925 г. - семилетнюю школу. Член ВКП(б) с 1931 г. В РККА с 1928 г. - курсант полковой школы младшего комначсостава артиллерийского полка, курсант Московской артиллерийской школы. С сентября 1933 по март 1934г. обучался на вечернем отделении комвуза. С 1934 г. курсовой командир школы.
С 1935 г. помощник командира батареи школы. В 1936 г. - старший лейтенант, слушатель Военной академии им. Фрунзе. С 1938 г. - капитан. В 1939 г. окончил академию и был назначен помощником по строевой командира полка, затем начальником штаба корпусного артполка. Помощник командира по строевой части. В 1940 г. - майор, начальник 1-го (оперативного) отдела артиллерийского управления УрВО. 14 сентября 1941 г. - начальник оперативного отделения артиллерийского управления 22-й армии Западного фронта в соответствии с приказом по армии № 0116. В плену с осени 1941 г. С конца года - сотрудник одного из подразделений абвера в Витебске.
Но уже в ноябре на сторону партизан перешло около 600 человек. Риль был отстранен от должности и арестован. Так перестала существовать РННА. Эксперимент не удался.
Личный состав переодели в немецкую форму и переформировали в 700-й добровольческий полк. Сначала он участвовал в боях с партизанами в районе
Шклова и Могилева, а в 1943 г. был переброшен во Францию. Там же. С.139.
Глава III. Власов в Берлине

В конце августа 1942 г. капитан Штрик-Штрикфельдт приехал в Берлин: «Так называемый штаб русских сотрудников отдела Военной пропаганды (ВПр) ОКВ находился на Викториаштрассе 10, в помещениях отдела, но за замками и запорами. Решетки на окнах, убогие деревянные топчаны, на них мешки с соломой. Запрет выхода в город. Вечером запирались и двери комнат. Я был потрясен: значит, даже ОКВ в Берлине не смог добиться для своих работников ничего лучшего. Скудную еду приносили ежедневно из какой-то столовой на Потсдамер-плац, а солдаты из охраны часто добавляли кое-что из собственного пайка, чтобы несколько улучшить питание русских. Они считали, что тот, кто работает с нами, должен быть, по крайней мере, сыт. Не были ли они лучшими политиками, чем их высокое начальство?
Старший лейтенант Дюрксен дружественно встретил меня. Моим непосредственным начальником стал капитан Гроте. Начальником отделения ВПр/ТУ, к которому принадлежали Гроте и Дюрксен, а теперь и я, был полковник Марти». Штрик-Штрикфельд В.К. Против Сталина и Гитлера. Посев, 1993. С. 127-128.
Капитан Николай фон Гроте происходил из балтийских немцев. По профессии журналист, он с началом войны стал сотрудником отдела армейской пропаганды (ВПр). Там же. С. 118.
Старший лейтенант Дюрксен был чистокровным немцем. Именно он по приказанию отдела пропаганды ОКВ был командирован в ОКХ с целью уговорить Власова подписать листовку, которую Гроте должен был размножить и организовать ее «распространение» за линией фронта. Идея была такова, что если эта листовка увеличит число перебежчиков, то, значит, ОКХ и отдел пропаганды не зря едят свой хлеб. Эта листовка и стала для Власова дорогой в Берлин. Там же. С. 119.
Еще до приезда Дюрксена полковник фон Ронне спрашивал Власова:
-- Готовы ли вы подписать обращение к Красной армии, призывающее солдат прекратить сопротивление и переходить на германскую сторону? Там же. С. 121.
Власов категорически отказался. Однако это был трезвый расчет, и ничего более. Ведь был уже меморандум - первый шаг.
А Ронне продолжал упрашивать Власова:
-- Вы поймите, без явных успехов трудно заставить начальство согласиться на следующий шаг. Этот явный успех в глазах высшего командования был бы очевиден из роста числа перебежчиков после вашего призыва к красноармейцам.
-- Они будут переходить и без моего призыва нарушить свой долг, -- немного помолчав, заметил Власов. Там же. С. 122.
После Ронне к уговорам Власова приступил Штрик-Штрикфельдт:
-- Генерал, ваше обращение нужно нам, чтобы доказать политикам, что офицеры и солдаты Красной армии готовы слушать вас и следовать за вами, как за русским и патриотом. Когда они это поймут мы приблизимся к нашей цели. А до тех пор, дорогой Андрей Андреевич, нам не остается ничего иного, как идти тернистым путем борьбы против Сталина и против...
-- Против этих слепых идиотов вокруг Гитлера.
-- Совершенно верно!
-- Здесь все совсем иначе, чем в Москве! Вы берете на себя ответственность и действуете по вашей совести. Такое у нас немыслимо. Малейший намек диктатора -- и все падают ниц.
-- Так вы поможете нам? -- спросил Вильфрид Карлович. Там же. С. 123.
Власов попросил сутки на размышление, и первая листовка появилась. Текст был составлен Боярским и дополнен Власовым.
Штрик-Штрикфельдт вспоминал: «В своем заношенном обмундировании военнопленных с большими буквами «SU» на спине русские «сотрудники» ОКВ могли выходить в город лишь строем в сопровождении конвоя. Власов отказался участвовать в этих «прогулках» для увеселения гуляющих в Тиргартене берлинцев. Он оставался в своей комнате.
Время от времени этих «сотрудников» привлекали некоторые министерства для консультаций, в качестве знатоков по различным специальным вопросам (например, по сельскому хозяйству). Из этого сама собой возникла необходимость в ослаблении их изоляции. Мы решили, прежде всего, добыть гражданскую одежду и улучшить общие условия жизни и работы пленных». Там же. С. 128-129.
Здесь на Викториаштрассе Власов знакомится с Мелентием Александровичем Зыковым. По словам самого Зыкова, ему тогда было 40 лет. О своем прошлом он рассказывал достаточно много. Но всегда по-разному. Сначала он представлялся как Мелентий Евлампиевич, а чуть позже вдруг стал Мелентием Александровичем.
Во время Гражданской войны Зыков якобы был комиссаром, что на самом деле вызывает большие сомнения. После Гражданской он работал литературным критиком, преподавал в Москве в институте имени Герцена и публиковал статьи о русской литературе XVIII века. Он же говорил, что в качестве журналиста сотрудничал в «Известиях» при Бухарине. А став зятем наркома просвещения А.С. Бубнова, Зыков сблизился с Николаем Ивановичем Бухариным, став марксистом до мозга костей.
По словам Зыкова, Сталина он ненавидит за тот еврейский погром, который Сталин учинил в ЦК ВКП(б), в НКВД и в правительстве. После ареста и расстрела Бухарина Зыков сам загремел в лагерь. Лишь война спасла его. Он попросился на фронт и вскоре стал батальонным комиссаром. Мало что известно и о том, как Зыков попал в плен к немцам. Вроде бы он сдался под Батайском Ростовской области в 1942 г.
В плену он успел написать меморандум о политическом аспекте военных действий и его якобы заметил сам Геббельс. Там же. С. 130-131.
Мелентия Александровича выдавали типично еврейские черты лица и однажды Власов спросил Штрик-Штрикфельдта:
-- Сумеем ли мы сохранить Зыкова в штабе, поскольку он, видимо, еврей?
-- За безопасность Зыкова поручился Гроте, которому подчиняется «штаб русских сотрудников». Но когда будет сформировано наше собственное русское воинское соединение и начальником станете вы, то нам вместе придется отстаивать Зыкова, - ответил Вильфрид Карлович.
-- Зыков - единственный из всех, встреченных здесь мною до сих пор; второго Зыкова мы так легко не найдем. Да и в Советском Союзе мало людей такого калибра - всех их отправил на тот свет товарищ Сталин. Там же. С.135.
Глава IV. Штаб Власова

Приступая к созданию так называемого «своего штаба», Власов вместе со Штрик-Штрикфельдтом посетили ряд лагерей военнопленных в ближайших окрестностях Берлина.
Вильфрид Карлович вспоминал: «При наших посещениях лагерей военнопленных мы видели, что настроение было подавленное. Советские генералы в большинстве своем становились просоветскими, вернее, стали думать в отчетливо национально-русских категориях. Во всяком случае, враждебность к немцам росла. Разочарованы и озлоблены были и те офицеры, которые, попав в плен, еще год назад были готовы бороться против коммунистической диктатуры на стороне немцев...
Власов ездил из лагеря в лагерь и спрашивал, спрашивал. Лишь немногие генералы сами узнавали Власова. Остальным он скромно называл свое имя. Свои разговоры с пленными товарищами он обычно начинал со слов о долге помочь, по добровольному решению, страдающим соотечественникам. При этом он подчеркивал, что это служение народу становится тем более высшим долгом бывших советских штаб-офицеров, что национал-социалисты следят за всем с недоверием и стараются подавить каждое проявление этого осознанного долга. В такой тяжелой обстановке надо помогать друг другу и быть примером. Это были простые и в то же время необычные слова, и они производили впечатление». Штрик-Штрикфельд В.К. Против Сталина и Гитлера. Посев, 1993. С. 139.
В Берлинском лагере, при отделе пропаганды состоялось знакомство Власова с генералом Малышкиным, который пошел на сотрудничество якобы после заверений Власова, что он не получает от немцев никаких субсидий:
-- Я - русский, один из миллионов пленных. Я не изменник, что бы Сталин ни говорил о военнопленных. Я люблю свой народ и хочу ему служить. Я могу это делать, только выступая за свободу и благополучие каждого. Пока что я больше ничего не могу. Я могу достичь каких-то успехов в борьбе за улучшение положения в лагерях военнопленных, если я твердо встану на защиту свободы и человеческого достоинства русского человека. Я. не немецкий наемник! Многие немецкие офицеры искренне хотят помочь русским людям. Они предложили мне поддержку. Я решился сотрудничать с ними. Будущее покажет, что надо делать дальше. Квицинский Ю.А. Генерал Власов: путь предательства. М.: Современник, 1999. С. 80-81.
Малышкин Василий Федорович, родился в 1896 г., русский, из служащих. С 1908 по 1916г. учился в гимназии. В 1916г. рядовой запасного пехотного полка. В 1917г. учился в Чугуевском военном училище. Прапорщик. Участник Гражданской войны. В 1918 г. дважды ранен. Награжден орденами Красного Знамени и «Знак Почета». Член ВКП(б) с 1919 г. В РККА -- с апреля 1918г. Командир роты, батальона и помощник командира полка. До 1924 г. командир ряда стрелковых полков. Учился в Военной академии РККА, по окончании которой был назначен начальником штаба дивизии в Могилеве. В октябре 1930 г. - начальник штаба курсов усовершенствования комсостава «Выстрел». С ноября 1931 г. - начальник сектора управлений военно-учебных заведений. С декабря 1933 г. - начальник пехотной школы в Киеве. В мае 1935 г. назначен военным комиссаром и командиром 99-й стрелковой дивизии. С декабря 1936 г. -- заместитель начальника штаба ЗабВО. С августа 1937 г. - начальник штаба 57-го особого корпуса в Улан-Удэ. 9 августа 1938 г. арестован как «враг народа». На следствии признал себя виновным, но на заседании суда от своих показаний отказался. Реабилитирован в декабре 1939 г. и назначен старшим преподавателем в Академию Генерального штаба. С 12 июля 1941 г. комбриг Малышкин начальник штаба 19-й армии Западного фронта. В октябре 41-го ему было присвоено звание "генерал-майор". 24 октября в окружении под Вязьмой, во время ночевки у костра, взят в плен. В этот момент был одет в гражданскую одежду и представился рядовым. В лагере военнопленных под Вязьмой он был опознан и выдан одним из сотрудников штаба. Находился в лагерях под Смоленском, в Фюрстенберге на Одере. В плену голодал, перенес дизентерию и тиф, испытал на себе жестокое обращение немцев. Смыслов О.С. Проклятые легионы. Изменники Родины на службе Гитлера. М.: Вече, 2006. С. 143-144.
Работать с Власовым согласился и генерал Благовещенский.
Благовещенский Иван Алексеевич родился в 1893 г., русский, из семьи священника. В 1914 г. окончил Виленское пехотное училище. Участвовал в Первой мировой -- штабс-капитан. Участник Гражданской войны. Член ВКП(б) с 1921 г. В РККА - с 1918 г. В 1924 - 1926г. - помощник начальника курса Военно-морского училища им. Фрунзе. С 1926 г. - начальник курса. С 1929 г. - начальник строевого отдела Военно-морского училища им. Дзержинского. С 1931 г. - преподаватель Военно-морского училища связи. В мае 1934 г. окончил вечернее отделение ВАФ. 2 декабря 1935 г. присвоено звание «майор». С 1936 г. - начальник штаба Южно-Кавказского УРа Черно-морского флота, с 1938 г. - начальник курсов усовершенствования командного состава запаса Черноморского флота. 4 марта 1938 г. присвоено звание «полковник». 10 июня 1939 г. награжден орденом Красного Знамени, а 3 ноября присвоено воинское звание - «комбриг». С 1939 по 1940г. - начальник учебно-строевого отдела штаба учебного отряда подводного плавания в Ленинградском ВМУ им. Кирова. В 1940-1941 гг. - начальник курсов подготовки начсостава. В апреле 1941 г. назначен начальником училища ПВО ВМФ в Либаве. 21 мая присвоено воинское звание «генерал-майор береговой службы». В конце июня - начальник обороны северо-восточного участка блокированной Либавы. 6 июля при попытке выйти из окружения взят в плен. Доставлен в Шяуляй, а затем этапирован в Тильзитский лагерь военнопленных. С конца июля содержался в Офлаге ХШ-П в Хаммельбурге. Пошел на сотрудничество с немцами добровольно. Подписал обращение к германскому командованию о создании боевых частей из военнопленных. В ноябре 1941 г. вступил в «Русскую трудовую народную партию» и впоследствии являлся членом комитета этой организации и председателем партийного суда. Там же. С.144-145.
В декабре 1942г. капитан Штрик-Штрикфельдт организовал встречу Власова в отделе пропаганды с генерал-лейтенантом Понеделиным Квицинский Ю.А. Генерал Власов: путь предательства. М.: Современник, 1999. С. 104. - бывшим командующим 12-й армией. На предложение Власова принять участие в работе по созданию русской добровольческой армии Понеделин наотрез отказался. Он заявил, что немцы только обещают сформировать русские части, а на самом же деле им нужно только имя, которое они могли бы использовать в целях пропаганды.
Следующая встреча была с генерал-майором Снего и т.д.................


Перейти к полному тексту работы



Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.