На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


Контрольная Преобразования Петра I, которые оказали серьезное воздействие на развитие отечественного предпринимательства и производства. Становление крупного промышленного производства и экономическая политика Екатерины II. Торговля и кредитно-финансовая сфера.

Информация:

Тип работы: Контрольная. Предмет: История. Добавлен: 30.10.2009. Сдан: 2009. Уникальность по antiplagiat.ru: --.

Описание (план):


31
План

I. Эпоха Петра I
II. Становление крупного промышленного производства
III. Легкая промышленность и сельское хозяйство
IV. Торговля
V. Кредитно-финансовая сфера
I. Эпоха Петра I

В начале XVIII в. в России происходят преобразования Петра I, которые оказали серьезное воздействие на развитие отечественного предпринимательства. Это касается в первую очередь сферы промышленного производства. В допетровскую эпоху еще не в полной мере сложились условия для инвестиций капитала в промышленность. Преобразования Петра I резко стимулировали этот процесс. В первой четверти XVIII в. было создано около 200 (а по некоторым подсчетам - и до 400) крупных предприятий. Они производили железо, вооружение, военное снаряжение, на верфях строились корабли. Все это использовалось для оснащения армии, которая вела более, чем двадцатилетнюю войну со Швецией. Десятки предприятий возникли и в сфере легкой промышленности. Они были ориентированы на удовлетворение потребностей верхов общества, воспринимавшего быт, производили зеркала, ленты, чулки, шляпы, шпалеры, курительные трубки, сахар и т.п. Промышленное строительство в эпоху Петра I в полной мере соответствовало целям и потребностям его реформ, и решающая роль в активизации крупного предпринимательства в сфере промышленности принадлежала государству.
Что же было сделано? Многие заводы из казны передавались частным лицам. Получившие их, привлекая свои капиталы и предпринимательские таланты, должны были расширить производство и расплатиться с казной продукцией. Промышленникам предоставлялись беспроцентные ссуды. Правда не стоит преувеличивать их значение. Всего при Петре I было выдано около 100 тыс. рублей. Столько стоила в то время одна крупная фабрика. Так как львиная доля продукции поступила в казну, особенно в тяжелой промышленности - тем самым государство обеспечивало этим предприятиям надежный сбыт. Владельцы заводов, их дети, мастера освобождались от податей, служб, внутренних пошлин. С конца 1710-х годов правительство принимает серьезные меры для защиты отечественной промышленности от иностранной конкуренции, проводится все более жестокая протекционистская политика. На ввоз из-за рубежа товаров, аналогичных тем, что производились на российских мануфактурах, вводились высокие заградительные пошлины. Так, первый в истории России таможенный тариф 1724 г. устанавливал пошлины в 75% на импорт железа, игл, парусины, скатертей, салфеток, некоторых видов тканей. В России не хватало знаний и технологий - правительство Петра I не жалело средств и льгот для привлечения иностранных специалистов на отечественные заводы и мануфактуры. Как и прежде, оставалась проблема обеспечения предприятий рабочей силой. Петр I не возражал против применения наемного труда, даже призывал к этому. Но крепостной гнет в его царствование нисколько не ослаб, а, напротив, усилился. В этих условиях при поддержке правительства расширяется использование на предприятиях подневольного труда: привлекаются приписные крестьяне, каторжные, солдаты и матросы. В 1721 г. предприниматели получают право покупать к своим заводам крепостных крестьян, так появляется еще одна категория подневольных работных людей, прикрепленных к предприятиям. Заводчики получают право не возвращать оказавшихся у них беглых крестьян.
Оказав мощную поддержку предпринимателям в организации крупного производства, правительство Петра I в известной мере ограничивало их свободу. Были созданы Берг- и Мануфактур-Коллегии, наблюдавшие за работой промышленных предприятий. Регламентировалось качество продукции, образцы которой предоставлялись для контроля в коллегию. Специальными указами предписывалась определенная технология, например, юфть следовало выделывать с ворванным салом, а не с дегтем, полотна следовало изготавливать определенной ширины. Часто регламентировалась номенклатура выпускаемой продукции, объем ее поставок в казну. Промышленники были обязаны представлять в Мануфактур-Коллегию подробные отчеты. В случае невыполнения этих предписаний они могли подвергнуться штрафу. Если в коллегиях приходили к выводу, что предприятие «ведется непорядочно» оно могло быть отобрано в казну, передано другому лицу.
Таким образом, исключительные усилия Петра I по созданию крупной промышленности составляют его несомненную заслугу в истории отечественного предпринимательства. Вместе с тем очевидно, что большинство предприятий действовали на основе подневольного труда, многие оказались под жестоким контролем бюрократических органов.
Иногда говорят, что при Петре I для крупной промышленности создавались «оранжерейные условия», она формировалась и насаждалась искусственно. При всей односторонности этой точки зрения она имеет свои резоны. Достаточно обратиться к истории деятельности семейства Демидовых, одной из самых знаменитых предпринимательских фамилий эпохи Петра I, всего XVIII века.
Они начинали практически «с нуля». Основоположник династии тульский оружейник Никита Демидов покорил Петра своим мастерством, организаторской хваткой. В 1702 г. он получил из казны Невьянский железоделательный завод на Урале, а затем и другие предприятия. К ним были приписаны десятки сел и волостей, чтобы обеспечить их рабочей силой. В дальнейшем при непосредственной поддержке государства Н.Демидов и его старший сын Акинфий многократно приумножили свое достояние. Так, получив Верхотурские заводы, которые давали всего 20 тыс. пудов железа в год, Демидовы стали производить на них по 400 тыс. пудов. Это достигалось за счет привлечения все новой и новой рабочей силы - приписных крестьян, беглых, каторжных. Их труд стоил Демидовым крайне дешево: «пеший» работник из приписных получал 5 коп. в день, с лошадью - 10 коп. Эта плата не увеличивалась в течение многих лет, хотя жизнь дорожала. Любые протесты жестоко подавлялись. На Демидовских заводах существовали собственные тюрьмы, где в колодках содержались провинившиеся работные люди, зачастую вместе с женами и детьми. Это позволяло Демидовым ставить железо в казну дешевле других предпринимателей и получать при этом огромные прибыли. В 1715 г. они преподнесли Петру I по случаю рождения царевича Петра 100 тыс. руб. младенцу «на зубок». (Это стоимость целой фабрики).
Акинфий Демидов из всех потомков основателя династии отличался наибольшими масштабами деятельности, наибольшей энергией. Он не ограничивается производством железа, начинает разработку медной руды у горы Магнитной, добывает гранит, порфир, яшму. Его доходы достигают 200 тыс. руб. в год. Сфера предпринимательских интересов А.Демидова выходит далеко за пределы Урала. В конце 1720-х годов начинается разработка руд цветных металлов за Иртышом в районе озера Колывань (так называемый Рудный Алтай, ныне большей частью в составе Казахстана). Здесь на основанном А.Демидовым Змеиногорском руднике было обнаружено серебро. Хотя добыча денежного металла запрещалась частным лицам, Демидов этим занимался и даже переделывал серебро в монету. Предание гласит, что это нелегальное производство размещалось в подвале башни на старейшем демидовском заводе в Невьянске. Когда власти прослышали об этом и выслали следственную комиссию, Демидов, узнав о выезде чиновников, приказал немедленно открыть шлюзы заводского пруда и затопить подвалы башни. Так ему удалось скрыть следы своего преступного промысла, уничтожив и само производство и занятых на нем работников. Как бы то ни было, только в 1747 г. серебряные рудники были взяты в казну.
В то время на Урале находилось немало всякого начальства, надзиравшего за горно-металлургической промышленностью. Демидовы не имели тех привилегий, как когда-то Строгановы, и подлежали этому контролю, как и прочие заводчики. Однако Акинфий Демидов стремился к возможно более полной независимости, умел уходить от надзора правительственных чиновников: одним он открыто не подчинялся, других подкупал, третьих силой удерживал в своих владениях. Нередко он запрещал окрестным крестьянам предоставлять чиновникам подводы и лошадей, лишний раз напоминая, кто тут хозяин.
Потомки Акинфия занимались заводами с меньшим рвением. Многие из них, как потомственные дворяне, вливаются в аристократическую среду. Никита Акинфиевич больше жил в столицах, прославился как жестокий крепостник. Прокофий Акинфиевич занимался благотворительностью и покровительствовал наукам - дал более 1 млн. руб. на воспитательный дом и основал коммерческое училище в Петербурге. Павел Григорьевич, внук Акинфия, блестяще образованный человек, в начале XIX в. основал юридический лицей в Ярославле, известный как Демидовский. Лишь Николай Никитич активно занимался горным делом и удвоил отцовское достояние.
Возвращаясь к эпохе Петра I, следует подчеркнуть, что карьера Демидовых - наиболее яркое и характерное воплощение проводимой тогда экономической политики, направленной на создание крупного производства при мощной поддержке государства с широким использованием принудительного труда. Это позволило Демидовым сосредоточиться на развитии столь капиталоемкого производства, как горное дело и металлургия. Они гораздо в меньшей степени, чем предприниматели предыдущей эпохи, занимались деятельностью в других сферах экономики, не накопили крупных капиталов к началу своей карьеры в сфере промышленности. Но расширяя свои заводы, Демидовы и им подобные все в большей степени опирались на свои собственные предпринимательские способности, собственные капиталы и возможности, умело используя экономические и социальные реалии той поры, действовали жестко, не останавливаясь перед насилием, произволом и самоуправством, что вообще характерно для российской действительности того времени.
Так что не следует абсолютизировать версию об «оранжерейных условиях» для крупной промышленности, искусственном ее насаждении при Петре I. Тем более, что уже в допетровскую эпоху существовал известный опыт промышленного строительства, были накоплены крупные капиталы, которые теперь при поддержке правительства, начинают активно инвестироваться в производство. Наиболее характерно это для легкой промышленности. Так, в 1698 г. группа крупных купцов во главе с В. Щеголиным вложила значительные собственные средства в создание Большого суконного двора в Москве. Крупный предприниматель И. Микляев «с товарищи» основал суконную мануфактуру в Казани. Как видим, многие предприниматели создают при этом своего рода компании, объединяются для вложения капиталов в промышленность, используя традиции старинного складничества. Ярославский купец М. Затрапезнов выступает организатором полотняной, писчебумажной мануфактур. Крупное предприятие по производству полотна, парусины создает в Калужском уезде местный купец А. Гончаров, прапрадед жены А.С. Пушкина. Все эти лица и компании, вложившие крупные средства в промышленность, тем не менее продолжали и весьма обширные торговые операции.
Положение предпринимателей, действовавших в сфере торговли, при Петре I было весьма непростым. Для них делалось немало: строились дороги, каналы, порты, несколько расширилось самоуправление купечества в городах. В Петербурге сразу по основании города в 1703 г. учреждается биржа, как место регулярных собраний купечества для заключения торговых сделок, информации о ценах и товарах. Первоначально она действует «под кровом небесным» на Троицкой площади, но вскоре для нее отводятся специальные помещения при гостином дворе, который сначала находился там же на Петербургской стороне, а к началу 1720-х годов перенесен на Васильевский остров.
Вместе с тем резко возрос налоговый гнет со стороны государства, участились банкротства, разорения купцов. Многие крупные купцы по государеву указу, часто против их воли переселялись из Москвы, Архангельска в Петербург, что было связано с немалыми для них издержками. С целью увеличения доходов казны расширяются ее монополии. Только из казны продавались за границу икра, рыбий клей, поташ, смольчуг, смола, ревень. Некоторые монополии предоставлялись знатным лицам, привилегированным купцам, как правило, из иностранцев. Например, право на скупку продуктов морских промыслов на Севере и продажу за границу было предоставлено компании во главе с А. Меншиковым и П. Шафировым. Иностранные купцы И. Любс, Х. Брант завладели правом на скупку и экспорт щетины. Русские купцы в массе своей были лишены возможности вести торговлю этими ценными товарами с иностранными коммерсантами. Только в конце 1710-х годов большинство монополий были отменены.
В годы правления Петра I существенно расширяются торговые контакты со странами Западной Европы. Иностранцы, как и прежде, доминируют в европейской торговле России, опираясь на мощь своих капиталов, передовые формы организации дела и коммерческого судоходства, обширные связи на мировом рынке. В 1721 г. по указу Петра I был запрещен подвоз товаров к Архангельску с внутреннего рынка страны (за исключением бассейна Северной Двины), чтобы форсировать развитие торговли Петербурга, который с 1720-х гг. стал ведущим внешнеторговым портом России и основным центром деятельности западноевропейских купцов. Русские купцы доставляют им сюда со всей страны пеньку, лен, юфть, сало и т.д. При этом иноземцы широко используют кредит, ссужая русских поставщиков деньгами на закупку экспортных товаров на внутреннем рынке. В эти операции вовлекаются многие мелкие и средние торговцы разных регионов страны, которые оказываются в известной зависимости от своих иностранных кредитов. В самой России и в петровскую эпоху отсутствовали учреждения коммерческого кредита как государственные, так и частные. Процент по ссудам в сделках между купцами был по-прежнему высок. Правда, не без влияния иностранных коммерсантов активизируется обращение векселей и подобных им суррогатов, например, так называемых «советных писем» русских купцов своим кредиторам, где обозначены сумма долга и срок уплаты. Но какие-либо законодательные акты, регламентирующие обращение векселей, все еще отсутствуют.
Основные тенденции в развитии российского предпринимательства, сложившиеся при Петре I, характерны и для нескольких последующих десятилетий. Растет число крупных предприятий, вместе с тем расширяется применение подневольного труда. В 1736 г. все находившиеся на заводах работные люди были объявлены «вечноотданными», т.е. прикрепленными к предприятию со всеми своими потомками. На этом настояли все ведущие заводовладельцы и мануфактуристы. Подневольный труд казался им выгоднее, так как был дешевле. Незаинтересованность такого работника в результатах труда компенсировалась внеэкономическим принуждением. Условия работы на тогдашних предприятиях, особенно на уральских заводах, были тяжелейшими, многим представлялись хуже каторжных. С помощью палки и кнута нельзя было добиться высокой эффективности и качества труда. Но для многих тогдашних промышленников это не имело решающего значения. Продукция большей частью имела гарантированный сбыт в казне (где, правда, существовали определенные требования к качеству). На внутреннем рынке изделия отечественных мануфактур защищались от конкуренции более качественных иностранных товаров высоким протекционистским таможенным барьером.
Во второй трети XVIII в. вновь большого распространения достигают казенные монополии, подряды и откупа. Наряду с некоторыми привилегированными купцами в них активно участвуют представители аристократии, особенно фавориты царствующих особ и их приближенные. При Анне Иоанновне многие заводы и промыслы арендовал А. Шемберг, приятель фаворита императрицы Э. Бирона. После падения Бирона на Шемберге остался казенный долг в 300 тыс. рублей. Один из приближенных императрицы Елизаветы Петровны граф П. Шувалов получил монополию на эксплуатацию поморских промыслов. Ему же всего за 40 тыс. руб. были проданы Гороблагодатские заводы на Урале, которые реально оценивались в 182 тыс. рублей. Шувалов фактически заплатил только 6 тыс. рублей.
В эти годы постоянно усиливается влияние дворянства. Монархи и правительства, сменяющие друг друга в результате частых дворцовых переворотов, предоставляют дворянам все новые льготы и права. Расширяется дворянское предпринимательство. Используя труд крепостных крестьян, дворяне устраивают у себя в имениях небольшие предприятия - мельницы, сукновальни, различные мастерские. По мере развития внутреннего рынка в него вовлекаются многие крестьяне. Помещики не препятствовали этому, так как значительная часть прибыли торговых крестьян в виде оброка доставалась их владельцам.
Происходит дальнейшее развитие и углубление внутреннего товарооборота на всех уровнях. Несмотря на усиливающуюся конкуренцию неторговых сословий, прежде всего со стороны наиболее удачливых и предприимчивых крестьян, крупное купечество доминирует на внутреннем рынке. В его интересах в 1753 г. правительство Елизаветы Петровны отменяет внутренние таможенные пошлины. Определенные сдвиги наконец-то происходят и в сфере коммерческого кредита. В 1729 г., еще в правление Петра Вексельный устав, которым официально вводилось вексельное обращение, законодательно подтверждалось его основные принципы (простота в оформлении, скорая и безусловная процедура взыскания долга). Предусматривались и такие операции, как передача векселя кому-либо с соответствующей надписью на нем (индоссамент), перевод с помощью векселя уплаты с одного лица на другое. Правда, русские купцы и после издания устава крайне редко пользовались переводными векселями (траттами).
В первой половине XVIII в. те или иные суммы выдавались в кредит некоторыми государственными учреждениями (Берг- и Мануфактур-Коллегии, Главный комиссариат, даже Главный почтамт). Но их получали, как правило, промышленники знати. Лишь в 1754 г. правительство создает специальное кредитное учреждение для купечества «Банк для поправления при Санкт-Петербургском порте коммерции», стремысь ослабить зависимость русских торговцев от ростовщиков и иностранных кредиторов. Его уставной капитал составил 500 тыс. рублей. Ссуды давались из 6% годовых на срок не более 6 месяцев под залог товаров. Услугами банка могли пользоваться только купцы, торгующие в Петербурге. Банк не вел учетных (дисконтных) операций, т.е. не выдавал кредит под векселя. Как видим, вексельное обращение существовало вне данного банка, в то время как развитый коммерческий кредит предполагает дисконтные операции, в результате чего банки играют ключевую роль в обороте векселей, других ценных бумаг. Ссуды из банка, созданного в 1754 г., быстро разобрали, возвращали их плохо, средств из казны поступало мало. Нередко по распоряжению правительства банк выдавал ссуды кому-либо из знатных лиц. Вообще правительство гораздо больше внимания уделяло кредитованию дворянства путем выдачи ссуд под залог имений. С этой целью в том же 1754 г. был создан Дворянский банк с уставным капиталом в 750 тыс. рублей. Позднее он был преобразован в Государственный заемный банк и действовал на протяжении многих десятилетий, перекачивая средства из казны на поддержку дворянства. Ссуды, полученные помещиками обычно использовались на непроизводительное потребление, а заложенные имения перезакладывались. Кредит для купцов был по-прежнему дорог, тем более в 1770 г. Купеческий банк прекратил свое существование. Купцы давали кредит друг другу, обращались к ростовщикам. Процент по этим ссудам достигал иногда 1% в неделю, т.е. 52% в год. Правительство в 1754 г. издало указ, не допускавший взимание более 6% в год. Но очевидно, что изданным указом нельзя было эффективно противодействовать произволу ростовщиков. Меры по содействию созданию частных учреждений дешевого коммерческого кредита не предпринимались вовсе.
К середине XVIII в. обозначилось несколько групп предпринимателей, интересы которых не совпадали. Во-первых, это крупные купцы-заводовладельцы, тесно связанные с казной, обладатели казенных откупов и подрядов. Они были заинтересованы в сохранении и расширении принудительного труда, жестоком протекционизме, препятствующем ввозу иностранных товаров. Они добивались права владения крепостными наравне с дворянами, т.е. возможности свободно покупать и продавать их, иметь деревни, усадьбы, земли. Против этого категорически возражали дворяне, которые считали право «душевладения» своей исключительной привилегией. Дворяне-предприниматели также понимали, что использование дарового крепостного труда дает им бесспорное преимущество по сравнению со всеми другими предпринимательскими группами. Купечество так и не добилось права владения «душами», если не считать тех, кто еще по указам Петра I и Анны Иоанновны был прикреплен к заводам. Но отдельные представители достигли этого другим путем - получив дворянство для себя и своих потомков. Процесс «нобилитации» крупных купцов- предпринимателей крайне характерен для XVIII века. Дворянство получили Гончаровы, Евреиновы, Исаевы, многие другие. Бароны Строгановы удостаиваются графского титула. Этого не удалось достичь Демидовым, получившим потомственное дворянство еще при Петре I. Однако в XIX в. один из представителей их рода получил звонкий иностранный титул «князя Сан-Донато».
Против монополий, откупов, привилегий узкой группы дельцов, имевших связи при дворе выступали представители более широких слоев купечества, чьим основным полем деятельности была внутренняя и внешняя торговля. Они же ощущали растущую конкуренцию со стороны торговых крестьян. Поэтому они требовали либо запретить, либо предельно ограничить крестьянское предпринимательство, оставить торговый промысел исключительной привилегией купеческого сословия. Купцы в большинстве своем выступали и против протекционизма, так как были заинтересованы в поступлении на русский рынок качественных импортных товаров, торговля которыми приносила им значительный доход. Дворяне, особенно те, кто не имел промышленных заведений, также выступали против протекционизма, так как он способствовал дороговизне иностранных товаров, основными потребителями которых они были. Но дворяне, как и торговые крестьяне, естественно, выступали против попыток купечества сделать торговлю своей сословной привилегией. Таким образом, в устремлениях разных групп предпринимательства причудливо сочетались интересы более свободного развития торговли промышленности (протест против монополий, чрезмерного протекционизма и т.п.) и узко сословные притязания.
II. Становление крупного промышленного производства

Говоря о формировании в России крупной промышленности, еще раз подчеркнем, что инициатива в создании крупной индустрии, принадлежала государству, с XVII в. предпринимавшему спорадические попытки основать ряд заводов общегосударственного значения. Массовый характер эта практика принимает в царствование Петра I с конца 1690-х годов. Наиболее показательно в этом отношении развитие металлургии. Один из первых законодательных актов в этой сфере - учреждение в 1700 г. в Москве Рудного приказа и принятие первого Горного узаконения, согласно которому не только казне, но и всем желающим разрешалось «приискивать» руды на землях любого владельца, а нашедшему предписывалось объявлять об этом в Рудном приказе за вознаграждение. В течение первых двух десятилетий XVIII в. в России было построено заводов железоделательных 26, медных 5, серебряных 1, кроме того в Казанской и Московской губерниях насчитывалось соответственно 36 и 39 ручных горнов. В 1719 г. в указе Петра I подтверждалось право всем желающим, независимо от» чина и достоинства» во всех местах «как на собственных, так и на чужих землях» искать, копать, плавить всякие металлы. По желанию в Берг-Коллегии можно было испросить разрешение на строительство завода. Под строительство рудника и завода отводилась земельная площадь в 250 кв. саженей, независимо от воли владельца земли. Заводовладелец обязывался лишь выплачивать владельцу земли определенную долю от произведенного. Право на использование другими источниками полезных ископаемых, лесами частным промышленником должно было специально испрашиваться. В XVIII в. происходит закрепление за заводами колоссальных земельных владений и установление фактической монополии горнозаводчиков на леса и недра в горнозаводском районе. Тенденция к созданию огромных земельно-лесных владений обусловливалась в значительной степени свойствами древесноугольной металлургии. Методы ведения лесного хозяйства и тогдашние топливные коэффициенты предопределяли потребность в больших количествах древесного топлива, и соответственно, ведения заготовок на огромных площадях. Нередки были и конфликты, когда тот или иной промышленник пытался возить руду из мест, «которых ему в даче нет», что незамедлительно пресекалось в административном порядке.
С частных заводов взималась в казну пошлина в размере десятой части от производственной продукции (первоначально в натуральном выражении). Для ограждения интересов казны частные заводчики не допускались в места, прилежащие к казенным заводам. За частными заводами поручалось «смотреть» горному начальству, ведавшему казенными заводами, - чтобы их «по надлежащему строили», и «негодного железа и нечистой меди в продажу не употребляли».
Этапным стал указ Анны Иоанновны от 26 июня 1739 г. (т.н. Берг-Регламент). Подтвердив обязательность отвода под завод 250 саженей, указ в то же время предписывал «охочим людям отводить места по усмотрению, сколько к которому заводу запотребно признано будет…»; заводы разрешалось строить на дворцовых, сизодальных, помещичьих, монастырских и землях государственных крестьян, уплачивая владельцу земли 2% от стоимости произведенного металла. В 1744 г. решением Сената отводиться могла уже такая площадь, лесов с которой хватало бы на 60-летнее действие (имело силу до 1780-х, когда было запрещено отводить казенные леса к частным заводам).
С 1750-х годов происходит закрепление определенных территорий (прежде всего лесов) и казенными заводами. Ранее эти земли отводились к заводам в соответствии с предписанием первого горного начальника В. де-Геннина. «И при котором заводе руды будут пресекаща и леса вынимаща, на то б место заранее приисканы были руды и места з довольными лесами, где б можно построить другой завод… И заводы… чтоб строены были бережения лесов, дабы не могли вскоре искоренятся, завод к заводу не во близости».
С 1739 г. начинается массовая передача казенных заводов в частные руки. Происхождение Алапаевского, Сысертского, Верх-Исетского посессионных округов связано с раздачей казенных заводов в начале второй половины XVIII в. (и с позднейшими прирезками земель). Вообще правительство охотно шло на «пособие землями и людьми» для заводов. Наряду с пожалованиями и отводами земельисточником образования крупных земельных владений являлась и «покупка» за бесценок башкирских земель, что по существу являлось легализованным захватом (так для Белорецкого завода в 1762 г. было куплено 300 тыс. дес. за 300 руб.; для Нязепетровского в 1754 г. 70 тыс. дес. за 30 руб.; для Авзяно-Петровского в 1769 г. арендовано на «вечные времена» 180 тыс. дес. за 20 руб. в год и т.п.).
Всего в России в первой половине XVIII в. построено 105 металлургических заводов, в том числе в Европейской России (31 частный и 9казенных) и 65 на Урале и в Сибири (40 частных и 25 казенных).
Необходимо отметить, что по смыслу действовавших в XVIII в. законов, владение поверхностью земли еще не означало закрепления за владельцем и ее недр. Законодательным актом от 10 декабря 1719 г. (известен под названием Берг-Привилегии) был установлен так называемый принцип «горной свободы». Согласно ему, горный промысел объявлялся свободным, а горные разведки могли производиться на всех землях, кому бы они не принадлежали.
Закон 1719 г. формально был отменен в 1782 году. В рамках же периода отчетливо наблюдается эволюция в сторону установления исключительного права владельца земли как на поверхность, так и на недра земли.
В 1782 г. Система монопольного обладания недрами получает юридическое оформление, что было затем подтверждено горным Положением 1806 года. Принцип горной свободы был вновь установлен на казенных землях только в 1887 году.
«Фавориты» казны при межевании земель пользовались известными льготами. Уже в 1702 г. один из первых заводов - Невьянский - был передан правительством Н.А.Демидову «со всеми строениями и припасами» землями на 30 верст во все стороны на льготных условиях (с постепенной выплатой стоимости завода). Первоначальный отвод земли к Невьянскому заводу составил тогда 1,18 тыс. десятин. А в 1703 г. последовало распоряжение Петра I: «Никите Демидову для умножения железа и иных заводов и государевых припасов… приписать в работу и отдать Верхотурского уезда Аецкую Краснопольскую слободы да монастырское. Покровское село с деревнями и со всеми крестьяны… и со всякими угодьи». Указами Петра I Демидову к Невьянскому заводу было приписано 2,5 тыс. крестьян обоего пола, за которых заводчик обязывался вносить в казну подати. Первым же актом такого рода (приписки к заводам рабочей силы) была приписка в 1700 г. 40 крестьянских дворов к Новопетровским, Олонецким заводам (к началу 1720-х годов к ним было приписано 48 тыс. душ крестьян мужского пола). В том же 1700 г. к Невьянскому заводу (тогда еще казенному) было приписано1671 душ крепостных. В связи с незаселенностью Урала промышленники та и т.д.................


Перейти к полному тексту работы



Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.