На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


Диплом Просвещение и наука. М.В. Ломоносов и русская наука. Русская литература и искусство. Охранительные идеи господствующего класса. Передовая общественная мысль в России. Формирование русского просветительства. Революционные взгляды.

Информация:

Тип работы: Диплом. Предмет: История. Добавлен: 09.04.2003. Сдан: 2003. Уникальность по antiplagiat.ru: --.

Описание (план):



Дипломная работа по истории
Национальная культура в России в XVIII веке





РГУ Натальи Нестеровой

КУЛЬТУРА В СЕРЕДИНЕ И ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XVII В.
1 Просвещение и наука

Восемнадцатый век в области культуры и быта России -- век глубоких социальных контрастов, подъема просвещения и нау-ки. Недоросль Митрофанушка и гениальный Ломоносов, лапти с зипунами и роскошь туалетов императрицы, курная изба и великие творения русских архитекторов -- все это существо-вало в одно и то же время, отражая разный уровень культуры эксплуатируемых и господствующих классов.
Просвещение
Н
а грани XIX в. в России числилось 550 учеб-ных заведений и 62 тыс. учащихся. Эти цифры показывают подъем грамотности в России и вместе с тем ее от-ставание по сравнению с Западной Европой: в Англии в конце XVIII в. насчитывалось в одних только воскресных школах бо-лее 250 тыс. учащихся, а во Франции количество начальных школ в 1794 г. доходило до 8 тыс. В России же в среднем учи-лось лишь два человека из тысячи.
Социальный состав учащихся в общеобразовательных шко-лах был чрезвычайно пестрым. В народных училищах преобла-дали дети мастеровых, крестьян, ремесленников, солдат, матро-сов и т. д. Неодинаков был и возрастной состав учащихся -- в одних и тех же классах обучались и малыши и 22-летние мужчины.
Общераспространенными учебниками в училищах были аз-бука, книга Ф. Прокоповича «Первое учение отрокам», «Ариф-метика» Л. Ф. Магницкого и «Грамматика» М. Смотрицкого, часослов и псалтырь. Обязательных учебных программ не было, срок обучения колебался от трех до пяти лет. Прошедшие курс учения умели читать, писать, знали начальные сведения из арифметики и геометрии.
Немалую роль в развитии просвещения в России сыграли так называемые солдатские школы -- общеобразовательные училища для солдатских детей, преемники и продолжатели цифирных школ петровского времени. Это -- наиболее рано воз-никшая, самая демократическая по составу начальная школа того времени, обучавшая не только чтению, письму, арифметике, но и геометрии, фортификации, артиллерии. Не случайно во второй половине XVIII в. отставной солдат наряду с дьячком становится учителем грамоты и в деревне и в городе -- вспом-ним отставного сержанта Цыфиркина, честного и бескорыстного, тщетно пытавшегося обучить Митрофанушку «цыфирной муд-рости». Солдатские дети составляли основную массу студентов Московского и Петербургского университетов. К типу солдат-ских принадлежали также национальные военные школы, от-крытые во второй половине XVIII в. на Северном Кавказе (Кизлярская, Моздокская и Екатериноградская).
Второй тип школ в России XVIII в.-- это закрытые дворян-ские учебные заведения: частные пансионы, шляхетские корпу-са, институты благородных девиц и т. д., всего более 60 учебных заведений, где обучалось около 4,5 тыс. дворянских детей. Хотя в шляхетских корпусах (Сухопутном, Морском, Артиллерий-ской, Инженерном) готовили главным образом офицеров для армии и флота, они давали широкое по тому времени общее образование. В них учились первые русские актеры братья Вол-ковы и драматург Сумароков; ученики участвовали в спектак-лях придворного театра. Сословными учебными заведениями были и благородные пансионы -- частные и государственные: Смольный институт благородных девиц, Благородный пансион при Московском университете и т. д. Из них выходили хорошо образованные дворяне, воспринявшие идеологию своего класса. Эти учебные заведения пользовались наибольшей финансовой поддержкой правительства: на один Смольный институт отпус-калось 100 тыс. руб. в год, в то время как на все народные школы давалось по 10 тыс. руб. на губернию, да и эти деньги шли не только на народное образование, но и на нужды «обще-ственного призрения» -- больницы, богадельни и пр.
К третьему типу учебных заведений относятся духовные семинарии и школы. Их насчитывалось 66, в них обучалось 20 393 человека (имеются в виду только православные школы). Это были также сословные школы, предназначаемые для детей духовенства; разночинцев в них, как правило, не принимали. Главной задачей этих школ была подготовка преданных церкви и царю священников, но воспитанники семинарий получали и общее образование и нередко становились проводниками гра-мотности в своих приходах. Небольшое количество (около двух десятков) специальных школ (горные, медицинские, штурман-ские, межевые, коммерческие и др.), а также основанная в 1757 г. Академия художеств, представляли четвертый тип учеб-ных заведений. Хотя в них училось всего около 1,5 тыс. чело-век, они играли важную роль в подготовке специалистов, в ко-торых Россия тогда особенно нуждалась.
Наконец, подготовка специалистов велась и через универси-теты -- Академический, учрежденный в 1725 г. при Академии наук и существовавший до 1765 г., Московский, основанный в 1755 г. по почину Ломоносова, и Виленский, который фор-мально был открыт лишь в 1803 г., но фактически действовал как университет с 80-х годов XVIII в. Студенты философского, юридического и медицинского факультетов Московского уни-верситета, помимо наук по своей специальности, изучали также латынь, иностранные языки и русскую словесность.
Московский университет был крупным культурным центром. Он издавал газету «Московские ведомости», имел собственную типографию; при нем работали различные литературные и на-учные общества. Из стен университета вышли Д. И. Фонвизин, позднее А. С. Грибоедов, П. Я. Чаадаев, будущие декабристы Н. И. Тургенев, И. Д. Якушкин, А. Г. Каховский.
Необходимо трезво оценивать результаты развития просве-щения в России в XVIII в. Дворянская Россия имела Академию наук, университет, гимназии и другие учебные заведения, а кре-стьянский и мастеровой люд страны в массе оставался негра-мотным. Школьная реформа 1786 г., так широко афиширован-ная правительством Екатерины II, была народной только по имени, а на деле носила сугубо классовый характер. Нельзя забывать, что идеи «Просвещения» были «девизом царизма в Европе» К. Маркс и Ф. Энгельс. Сочинения, т. 22, стр. 24.. Однако гений народа смог проявиться не благодаря политике «просвещенного абсолютизма», а вопреки ей. Это осо-бенно наглядно видно на примере М. В. Ломоносова.

М. В. Ломоносов и русская наука
Н
ет необходимости подробно рассказывать о жизни М. В. Ломоносова: со школьной скамьи каждый знает о том, как этот сын рыбака-помора тайком от родителей ушел с обозом в Москву, претерпел тяжкую нужду и лишения, но наук не оставил, а стал первым русским академиком, основал Московский университет и, по меткому определению А. С. Пушкина, «сам был первым нашим университетом». Это был ученый энциклопеди-ческих знаний, один из основоположников современного есте-ствознания, физик, химик, астроном, геолог, историк, поэт и лингвист.
Появление такого гиганта науки, как Ломоносов, в условиях крепостной России нельзя объяснить простой случайностью, капризом природы, прихотью судьбы. Предшествовавшее разви-тие русского общества подготовило великие достижения XVIII в., когда русская наука, освобождаясь от пут средневе-ковья, переживала своеобразное Возрождение. Ф. Энгельс ха-рактеризовал Возрождение как эпоху, «которая нуждалась в титанах н которая породила титанов по силе мысли, страсти и характеру, по многосторонности и учености» К. Маркс и Ф. Энгельс. Сочинения, т. 20, стр. 346.. Русская наука XVIII в. тоже нуждалась в таких титанах, и не случайно именно в Российской академии прославили свои имена открытиями мирового значения физик и химик Ломоносов, математики Эй-лер и Бернулли.
Исследования ученых-иностранцев, приглашенных в Петер-бургскую академию, способствовали развитию русской и миро-вой науки. Но не их грудами и не усилиями «просвещенной монархини» была создана русская наука. Она создавалась рус-ским народом, людьми «разного чина и звания». Крестьяне М. В. Ломоносов и М. Е. Головин (математик), солдатские дети И. И. Лепехин, С. П. Крашенинников и В. Ф. Зуев были в числе первых русских академиков; токарь Навигацкой школы А. К. Нартов, гидротехник и строитель калмык М. И. Сердюков, первый русский теплотехник, создатель «огнедействующей ма-шины», солдатский сын И. И. Ползунов, «нижегородский посад-ский человек», механик Академии наук И. П. Кулибин -- вот подлинные творцы науки и новой техники в крепостной России.
Значительны были достижения русской научной мысли, и среди них особенно выделяются гениальные догадки и откры-тия М. В. Ломоносова. Опираясь на живую практику, на опыт, материалистически оценивая все явления окружающего мира, Ломоносов стремился к глубоким теоретическим обобщениям, к познанию тайн природы. Он развил атомно-молекулярную ги-потезу строения вещества и стал одним из родоначальников химической атомистики и физической химии. Универсальный закон сохранения материи и движения, открытый Ломоносо-вым, имеет огромное значение для всего естествознания, равно как и для материалистической философии. Труды Ломоносова в области геологии дали правильное объяснение причин подня-тия материков и горообразования, вековых колебательных дви-жений Земли; ученый заложил основы сравнительно-историче-ского метода в геологии. От глубоких недр Земли, «куда рукам и оку досягнуть возбраняет натура» и куда приходится «прони-кать разумом», Ломоносов обращается к далеким звездам; ми-ровое пространство, «обширность безмерных мест» влечет его к себе и как ученого и как поэта. Открытие Ломоносовым одним из первых атмосферы на Венере привело к созданию новой нау-ки -- астрофизики; изобретенная им «ночезрительная труба» получила в наши дни применение в мире морских биноклей и прожекторных труб.
М. В. Ломоносов выступил в качестве ученого-новатора так-же и в области наук общественных. Он не был профессионалом-историком, но его исторические труды по праву занимают вид-ное место в русской науке. Он боролся с теорией Байера и Миллера о норманском происхождении Руси, на основе критического изучения исторических источников создал обобщающий труд «Древняя Российская история», в котором писал, что не с призвания варягов начинается история нашей Родины, а что русский народ и язык простираются в «глубокую древ-ность» М. В. Ломоносов. Полное собрание сочинений, т. 6. М.-Л., 1952, стр. 178. . Русская история дана Ломоносовым на фоне истории всеобщей.
Реформа русского стихосложения, начатая В. К. Тредьяковским, завершена Ломоносовым, который тесно связывал вопросы поэзии с развитием русского языка. Им созданы учеб-ники по риторике и грамматике, он подготовил реформу рус-ской стилистики, осуществленную впоследствии А. С. Пушки-ным. Ломоносов много сделал и для развития русского искус-ства. Он возродил забытое с XII в. искусство мозаики, способствовал выдвижению таких видных художников и скульп-торов, как Ф. С. Рокотов и Ф. И. Шубин.
Труды Ломоносова намного опередили его время; все вели-чие научного подвига этого «архангелогородского мужика» было осознано в полной мере значительно позже. Но и при жизни Ломоносова труды его получили известность за грани-цей, он был избран членом Шведской и почетным членом Болонской академий наук. Великий математик Л. Эйлер назвал его «гениальным человеком, который своими познаниями де-лает честь настолько же академии, как и всей науке».
Ломоносов не был одинок. Открытия ряда русских ученых составили золотой вклад русской науки в мировую. Основопо-ложник русской минералогической школы, сын придворного музыканта В. М. Севергин много сделал для развития идей Ло-моносова в минералогии и геологии. Трудами русских ученых в XVIII в. была исследована Сибирь. «Описание земли Кам-чатки» С. П. Крашенинникова было переведено на четыре европейских языка. Имена С. И. Челюскина и братьев Лап-тевых навечно остались на географических картах Севера на-шей Родины. Исследования выдающегося натуралиста, путе-шественника и этнографа И. И. Лепехина открыли для рус-ской науки богатства Поволжья, Урала и Сибири. Кратка, но выразительна характеристика из его жизнеописания: «Ума был быстрого, в суждениях тверд, в исследованиях точен, в наблюдениях верен».
Академия наук в 60--70-х годах провела пять экспедиций, обследовавших огромные территории. Для того чтобы яснее представить себе деятельность этих экспедиций и их значение для науки, остановимся на одной из них, руководимой акаде-миком И. И. Лепехиным. В 1768 г. экспедиция направилась по течению Волги в Астрахань, обследовав Оренбургские степи, повернула к северу вдоль Уральского хребта, проникла в район Вычегды, на Северную Двину и добралась до Архангельска. Пройдя по побережью океана, она через Олонецкий край в де-кабре 1772 г. вернулась в Петербург.
Экспедиция вела тщательные записи, которые легли в осно-ву «Дневных записок» Лепехина. Мы находим здесь описание животного и растительного мира, рудников и заводов, досто-примечательностей городов и сел, обычаев и быта народов. Свое исследование Лепехин снабдил рисунками. Имя академи-ка Лепехина сделалось известным не только в России, но и за границей. В 1767 г. он получил ученую степень доктора меди-цины в Страсбургском университете, в 1776 г. стал членом Берлинского общества испытателей природы. «Записки» Ле-пехина были, не в пример многим другим научным сочинениям того времени, написаны на русском, а не на латинском или немецком языке. Лепехин занимался и педагогической деятель-ностью. В течение 16 лет он состоял инспектором академической гимназии и отдавал много времени и сил заботам о ее учениках. Разрабатывая материалы своей экспедиции, Лепехин в то же время исполнял в Академии наук ряд других обязанностей: он был членом комиссии для издания переводов, вел академическое издание сочинений Ломоносова, участвовал в составлении этимологического словаря.
Во второй половине XVIII в. закладываются основы науч-ной биологии в России. В 1793 г. вышел первый в России медицинский журнал -- «Санкт-Петербургские врачебные ведо-мости».
Вторая четверть XVIII в. является временем становления исторической науки в нашей стране. Начинается собирание и издание исторических источников. Крупнейший дворянский историк этого времени В. Н. Татищев работает над своей «Исто-рией Российской», в которой делает попытку связно изложить события русской истории с дворянской точки зрения. Работой Татищева пользовался в уже упоминавшейся «Древней Россий-ской истории» М. В. Ломоносов, из нее исходил и М. М. Щер-батов, создавая в 70-х годах XVIII в. свою «Историю Россий-скую от древнейших времен». «История» Щербатова проникнута стремлением возвеличить дворянство, оправдать крепостное право и дворянские привилегии. Напуганный Крестьянской войной под предводительством Е. И. Пугачева, автор осуждает народные движения, хотя и понимает неизбежность их. Дру-гой дворянский историк -- И. Н. Болтин, вдумчивый и прони-цательный ученый и критик, занимался историей не только дворянства, но и купечества, духовенства, ремесленников. В своих трудах он возвеличивал крепостнический строй, само-державную власть царя и власть помещиков над крепостными.
Наука в России XVIII в. развивалась как часть науки ми-ровой. Русские ученые не только творчески воспринимали достижения западноевропейских ученых, но и сами оказывали все возрастающее влияние на мировую научную мысль. Общий уровень развития науки в России был ниже, чем в Западной Европе, но тем большее значение приобретает каждое новое ее достижение. Издания Российской Академии наук были извест-ны ученым других стран. За рубежом внимательно следили за научной жизнью Петербурга. Когда трагически, от удара мол-нии, погиб русский физик Г. В. Рихман, в Германии, Англии и Франции появились отклики на его смерть с описанием опы-тов покойного.
Почетными членами Петербургской академии были избраны выдающиеся деятели зарубежной науки -- философ-материа-лист Д. Дидро, французский естествоиспытатель Ж. Бюффон, американский ученый и революционер В. Франклин.
Однако успехи русского просвещения и науки не стали до-стоянием трудовых масс. Массы были оторваны от достижений культуры, жили далекими от нее интересами. Самодержавие боялось распространения знаний. «Черни не должно давать образования, поелику она будет знать столько же, сколько вы да я, то не станет повиноваться нам в той мере, в какой пови-нуется теперь»,-- писала Екатерина II фельдмаршалу П. С. Сал-тыкову.
Свои общественно-политические взгляды и художественные представления народ выражал в устном творчестве и приклад-ном искусстве.
2 Русская литература и искусство

Творчество трудового народа

М

ятежное поэтическое творчество неизменно сопутствует на-роду на протяжении всей его истории, являясь художествен-ным откликом на крупнейшие события действительности. В различные эпохи народное творчество принимало разные фор-мы. Для XVIII в. характерно возникновение новых тем и об-разов, вызванных к жизни изменившимися историческими условиями.

Центральное место в устном народном творчестве XVIII в. занимают песни и предания о Пугачеве. Недаром А. С. Пушкин ценил в них «печать живой современности». Эти песни создава-лись в ходе боев восставших с Царскими войсками. Народ ви-дит в Пугачеве не «государственного вора, изверга, злодея и самозванца», как именовали его царские манифесты, а народ-ного царя, крестьянского заступника и мстителя. В народных преданиях Пугачев -- богатырь, герой-полководец, кровно свя-занный с народом и противостоящий дворянству; он стал во главе восставших, которые

...задумали дело правое,

Дело правое, думу честную:

Мы дворян господ -- на веревочки,

Мы дьяков да ярыг -- на ошейнички,

Мы заводчиков -- на березоньки.

Народ не поверил даже смерти Пугачева -- настолько ве-лика была уверенность в его силе. Подвиг Пугачева воспет не только русскими: башкиры, мордва, татары, удмурты видели в нем выразителя народных чаяний. Вместе с Пугачевым в баш-кирских песнях прославлен и его соратник Салават Юлаев.

Кроме песен о Пугачеве, в XVIII в. пользовались популяр-ностью ранее созданные песни о Разине, о «добрых молодцах, вольных людях». Такова знаменитая песня «Не шуми, мати зеленая дубравушка».

В XVIII в. продолжали широко бытовать традиционные жанры народного творчества -- былины, сказки, пословицы, по-говорки, бытовые песни и т. д. Нельзя считать случайностью, что в XVIII в. были записаны пословицы, отражающие пред-ставление о воле: «воля господину, а неволя холопу», «воля неволи не хочет», «в поле-воля».

В рукописную демократическую литературу XVIII в. про-никли произведения народного творчества, которые не могли быть напечатаны из-за цензурных рогаток. Таков «Плач холо-пов», который выразительными сравнениями раскрывает «сви-репство» бар и подневольное положение крепостных. «Куда бы ты ни сунься -- везде господа», -- горестно восклицает неизвест-ный автор «Плача»; смерть -- вот единственное избавление от тяжелой судьбы. Трудная жизнь голодающих дворовых отрази-лась в крестьянской «Повести пахринской деревни Камкина». То жалоба, то горький смех сквозь слезы слышатся в рукопис-ных пародиях на официальные документы. В «Глухом паспор-те» автор с горечью говорит о невозможности беглому кре-стьянину найти работу; нищета толкает его на путь грабежа и разбоя. Тяжкая солдатская служба ярко описана в рукопис-ных повестях солдатского происхождения -- в пародийной челобитной к богу и в «Горестном сказании». Народная сатира проникает и в лубочные листы -- такова картинка «Бык не захотел быть быком», где в иносказательной форме выражают-ся мечты народа о социальной справедливости.

Основные мотивы устной народной драмы -- резкое обличе-ние царя-злодея (драма «Царь Максимилиан»), насмешка слу-ги над разорившимся дворянином («Мнимый барин»), призывы к расправе над дворянами («Лодка»). Этот жанр устного на-родного творчества отразил в доходчивой игровой форме клас-совые противоречия того времени.

Русский демократический театр XVIII в. также показывал дворян и церковников в их истинном неприглядном виде, сати-рически разоблачал глупость судейского чиновника, алчность и невежество чужеземного доктора-шарлатана, дурость и спесь барина-тунеядца. Для народного театра характерны резкий гротеск в обрисовке характеров, выразительность жеста и диа-лога, частая импровизация текста с использованием общеполи-тических и местных житейских тем. Эти народные представ-ления послужили одной из национальных основ русской быто-вой и сатирической драматургии второй половины XVIII в.

Художественные вкусы трудового народа находят яркое во-площение в произведениях прикладного искусства. В творениях народных мастеров встречаются изображения народного быта, сатирические зарисовки представителей правящих классов, сказочные образы, растительный и геометрический орнамент.

Украшались резьбой или росписью прялки, ткацкие станки и т. д. Расписные детские игрушки XVIII в. в гротескной фор-ме высмеивают жеманную, изнеженную барыню, самодовольно-го купца, модника-вельможу. Изображения животных и птиц (петуха, сокола, коня, лебедя и т. д.) можно найти на всевоз-можных предметах бытового обихода, мебели, пряничных дос-ках и т. п. Бедна была посуда крестьянина, но как любовно расписаны глиняные и деревянные чаши и ковши, какой тонкой резьбой покрыты берестяные туеса и деревянные шкатулки, сколько строгого вкуса вложено в узорные ткани, тонкие круже-ва и красочные вышивки!

Культура правящих классов. Классицизм

Р

усская культура второй половины XVIII в. отражает черты подымающейся нации. Возрастает общественная роль ху-дожественной литературы, которая постепенно теряет прежний анонимный и рукописный характер. Передовые писатели вы-ступают активными борцами за идеи просветительства; возни-кают первые литературные журналы.

Главное содержание культурного процесса середины XVIII в. -- становление русского классицизма, идейной основой которого была борьба за мощную национальную государственность под эгидой самодержавной власти, утверждение в худо-жественных образах могущества абсолютной монархии.

Хотя русские писатели и художники обращались к опыту опередившего их в развитии западноевропейского классицизма, они стремились придать этому течению черты национального своеобразия. Хорошо об этом сказал Ломоносов: «Чтобы ничего неугодного не ввести, а хорошего не оставить, надобно смотреть, кому и в чем лучше последовать».

В отличие от западноевропейского классицизма, в русском классицизме, полном пафоса гражданственности, были сильны просветительные тенденции и резкая обличительная сатириче-ская струя.

В литературе русский классицизм представлен произведе-ниями А. Д. Кантемира, В. К. Тредьяковского, М. В. Ломоно-сова, А. П. Сумарокова. А. Д. Кантемир явился родоначальни-ком русского классицизма, основоположником наиболее жиз-ненного в нем реально-сатирического направления -- таковы известные его сатиры. В. К. Тредьяковский своими теоретиче-скими трудами способствовал утверждению классицизма, од-нако в его поэтических произведениях новое идейное содержа-ние не нашло соответствующей художественной формы. Это было достигнуто в жанре торжественной и философской оды М. В. Ломоносовым, для которого и эта форма и обращение к монарху были поводом для пропаганды идеи общенародного культурного прогресса.

По-иному традиции русского классицизма проявились в со-чинениях А. П. Сумарокова и его школы (М. М. Херасков, В И Майков Я. Б. Княжнин и др.), которая защищала идею неразрывности интересов дворянства и монархии. Сумароков положил начало драматургической системе классицизма. В тра-гедиях он под влиянием действительности того времени, часто обращается к теме восстания против царизма, например в по-литической трагедии «Дмитрий Самозванец». В своем творче-стве Сумароков преследовал общественно-воспитательные це-ли, выступая с проповедью высоких гражданских чувств и бла-городных поступков; «свойство комедии - издевкой править нрав», - писал А. П. Сумароков.

С 70-х годов XVIII в. русский классицизм в литературе переживает кризис; обострение социальных противоречий и клас-совой борьбы приводит к проникновению в литературу новых тем и настроений. Так, республиканские мотивы появились в трагедии Я. Б. Княжнина «Вадим Новгородский». Но в то же время гражданская тематика оттесняется любовной лирикой. Из ведущего литературного направления классицизм становится литературой узких реакционно-крепостнических кругов.

Классицизм завоевывает господствующее положение в ар-хитектуре и изобразительном искусстве. Он определил облик Петербурга, где строили В. И. Баженов, А. Д. Захаров, А. Н. Воронихин, а также иностранные архитекторы -- Г. Ка-мерон, Д. Кваренги и др. Русские архитекторы успешно ре-шали важнейшие задачи градостроительства; их постройки отличаются ясностью и логичностью замысла: строгость и лако-низм сочетались в их творчестве со стремлением к монумен-тальным торжественным образам. Особо следует отметить старое здание Библиотеки имени В. И. Ленина (б. дом П. Е. Пашкова) в Москве -- высшее достижение творчества Баженова, блестящий образец классицизма, совершенный по архитектурному образу и изобретательности в убранстве. Патриотической гордостью, идеями триумфа и мощи России проникнуты ансамбли и общественные здания, созданные рус-скими архитекторами второй половины XVIII в., например здание Сената в Московском Кремле (М. Ф. Казаков), Таври-ческий дворец в Петербурге (И. Е. Старев). Величественная простота и оригинальность композиции совмещаются в них с компактностью объемов, светлой окраской, богатством отдел-ки фасада здания и ограды.

Характерной чертой русского классицизма в скульптуре бы-ла теплота, человечность. Достаточно взглянуть на надгробие Н. М. Голицыной в Донском монастыре работы Ф. Г. Гордеева, чтобы почувствовать возвышенную печаль и мудрую сдержан-ность тихой скорби, выраженные с величайшей искренностью. Русские мастера создали образцы монументальной скульптуры, отличающиеся величественным характером, гуманизмом обра-зов, лаконичностью и обобщенностью. Один из самых замеча-тельных памятников этой эпохи -- памятник Петру I работы Э.-М. Фальконе. Он был иностранцем, но созданный им мону-мент должен рассматриваться в рамках русской культуры, пред-определившей оценку Петра I и трактовку его скульптурного образа. Фигура Петра, простершего вперед руку, ритмически связана с конем, а все изваяние -- с мощным постаментом, ка-менной скалов весом в 80 тыс. пудов. Глубина мысли, героиче-ское истолкование образа, патетичность художественного замысла делают «Медного всадника» поэзией истории, символом великого исторического призвания России.

Классицизм нашел отражение и в исторической живописи. Обращают на себя внимание полотна А. П. Лосенко «Владимир и Рогнеда» и «Прощание Гектора с Андромахой», картина Г. И. Угрюмова «Испытание силы Яна Усмаря». Однако в жи-вописи сказалась больше ограниченность классицизма -- отвле-ченный идеальный характер образов, условность колорита, подражание позам и жестам античных образцов.

Русский театральный классицизм, сложившийся к середине XVIII в., был заложен драматургией Ломоносова и Сумароко-ва, утвердивших национально-патриотическую тематику и про-светительское направление в театре. Распространение класси-цизма в театральном искусстве связано с возникновением в Петербурге в 1756 г. государственного публичного профессио-нального театра во главе с русским актером Ф. Г. Волковым. Крупнейшими актерами русского театрального классицизма были также И. А. Дмитревский, П. А. Плавильщиков, Т. М. Троепольская. Их игра отличалась тонким мастерством в раскрытии страстей и мыслей, выразительностью декламации. Мастер большого сценического темперамента, Ф. Г. Волков оставил по себе память вдохновенного художника в героиче-ских образах свободолюбивых персонажей трагедии Сума-рокова, не сходивших со сцены в то время.

Сентиментализм

К

лассицизм не был единственным течением дворянской культуры в век Просвещения. На смену ему пришел сентиментализм. Он принес с собой внимание к чувствам и интересам простого человека, преимущественно из «среднего» класса. Трагедию заменили «слезная мещанская драма» и комическая опера. Возвышенный язык трагедийных героев перестает волновать слушателей, с восторгом встречаю-щих «смешение в действиях забавы с горестью» и обливающих-ся слезами над чувствительными повестями. Создатель жанра сентиментальной повести и сентиментального путешествия в русской литературе, Н. М. Карамзин стремился передать тонкие и глубокие переживания простых людей. Однако в своих произ-ведениях он в консервативном духе рисовал идиллические отношения между помещиками и крестьянами. Н. М. Карамзин боялся выступлении крестьян, призрака французской буржуазной революции XVIII в. и потому примирялся с крепостниче-ской действительностью.

Влияние сентиментализма отразилось и в архитектуре, осо-бенно парковой, - с различными «гротами уединения», таин-ственными, скрытыми в полумраке беседками, в стилизации «дикой» природы. Одна из работ агронома и дворянского ме-муариста А. Т. Болотова так и называется: «Некоторые общие примечания о садах нежно-меланхолических». Большинство усадеб XVIII в. было создано при участии или по проектам крепостных архитекторов и садоводов.

В живописи сентиментализм сказался в «чувствительных» сюжетах, в приторно-слащавой трактовке крестьянских обра-зов, в пасторальной обрисовке природы. В картине М. М. Ива-нова «Доение коровы» все внимание художника сосредоточено не на крестьянах (его образы на них и не похожи!), а на крот-ких овечках, на идиллической картине мирной сельской жизни. Глядя на это полотно, нельзя подумать, что оно написано в 1772 г.-- в преддверии Крестьянской войны. Сильны сентимен-тальные темы и в творчестве пейзажиста С. Ф. Щедрина, пи-савшего традиционные «ландшафты со скотиною», крестьянски-ми избами фантастической архитектуры и идиллическими «сельскими увеселениями» пастухов и пастушек.

Одним из видных сентименталистов в портретной живописи был В. Л. Боровиковский. Созданные им женские образы (на-пример, портрет М. И. Лопухиной) полны нежных элегических чувств и идиллических настроений.

Основоположником сентиментализма в русском театре яв-ляется актер В. II. Померанцев. Театр 70--80-х годов XVIII в. часто обращался к пасторальным операм и комедиям. Таков «Деревенский праздник» Майкова, на котором умиленные кре-стьяне хором поют: «Много мы имеем в поле и живем по нашей воле, ты нам барин и отец! »

Таковы же и «слезные драмы» Хераскова с душераздираю-щими сценами и идиллическим концом, с вознаграждением добродетели и обличением порока.

Сентиментально-идиллическая «чувствительность» проникла и в музыку. Романс «Стонет сизый голубочек» (слова И. И. Дмитриева, музыка Ф. М. Дубянского) надолго пережил своих создателей, продолжая и в XIX в. тревожить сердца куп-чих и мещаночек.

Сентиментализм в русской культуре возник в период фор-мирования новых, буржуазных отношений в недрах феодаль-но-крепостнического строя, и его борьба с классицизмом была отражением глубоких социально-экономических процессов. По-этому при всей политической ограниченности сентиментализма он был течением прогрессивным для своего времени.

Реалистические тенденции русской культуры

Б

орьба сентиментализма с классицизмом не исчерпывает всего содержания русской культуры второй половины XVIII в. Наряду с сентиментализмом (а чаще в со-четании с ним) все больше выявляются реалистические тенден-ции русской культуры, условно называемые «просветительским реализмом». Они с наибольшей активностью и последователь-ностью выражали протест против феодальной идеологии.

Острая критика существующего строя, беспощадная ирония и насмешка над правящими классами, обличение невежества, паразитизма и жестокости дворянства, несправедливости и продажности суда и чиновников -- вот что несли с собой худо-жественные произведения подобного рода.

По своей обличительной направленности, по широте изобра-жения общественных недостатков первое место в литературе 60--70-х годов занимает творчество Д. И. Фонвизина. Начиная от ранней политической басни-сатиры «Лисица-казнодей» Казнодей - проповедник., раскрывавшей подлинную суть самодержавия и добродетелей императрицы Елизаветы, и кончая «Бригадиром» и «Недорос-лем», Фонвизин -- один из идеологов русского Просвещения-- во всех своих произведениях метко и зло осмеивал бар, вос-ставал против жестокостей крепостничества, призывал ограни-чить власть помещиков над крестьянами. Реалистические осно-вы творчества Фонвизина преодолевали условные правила классицизма.

Смелым новатором в области художественной формы, ло-мающей привычные каноны классицизма, выступил и Г. Р. Дер-жавин, произведения которого свидетельствуют о неуклонном нарастании реалистических элементов в русской поэзии.

Творчество одного из крупнейших русских ваятелей -- Ф. И. Шубина также носило сугубо реалистический характер. Сын черносошного крестьянина, талантливый самородок, он оставил нам блестящую галерею скульптурных портретов. Здесь элегантные холодные аристократки (бюст М. Р. Пани-ной) заслуженные полководцы (бюст 3. Г. Чернышева), пред-ставители рождавшейся в то время интеллигенции. Многогран-ность творчества Шубина особенно наглядна при сопоставлении бюста М В. Ломоносова (он изображен без парика, рот тронут откровенно печальной усмешкой, грусть и горечь пронизывают весь его облик) и страшного в своем беспощадном реализме скульптурного портрета императора Павла I -- с пышными им-ператорскими регалиями и болезненно-уродливым, жестоким лицом дегенерата.

Замечательными скульпторами были Ф. Г. Гордеев, И. П. Мартос, М. И. Козловский -- создатель памятника А. В. Суворову и статуи «Самсон» (Петродворец).

Сильны реалистические тенденции в творчестве портрети-стов-живописцев Ф. С. Рокотова, мастера глубоко правдивого и поэтически взволнованного изображения человека, и Д. Г. Ле-вицкого, сумевшего поднять портрет на уровень подлинно большого искусства. Но ярче всего они проявились в бытовом жанре -- в работах И. А. Ерменева и М. Шибанова.

Сын придворного конюха, И. А. Ерменев, выдающийся художник-жанрист XVIII в., запечатлел на одной из своих акварелей бытовую сцену. У рыночного навеса в окружении крестьян сидят и поют слепцы. Молчаливы углубленные в себя слушатели: глубоко задумался, насупив брови, один, озлоблен и раздражен другой, весь обратился в слух третий. Что-то при-тягательное, расшевелившее их далеко запрятанные тяжелые думы есть в пении нищих слепцов -- нарастающий народный ропот с жестокой правдой воплощен художником в этом произведении. «Крестьянский обед» Шибанова, написанный в самый разгар пугачевского восстания, правдиво и любовно передает сцену крестьянского быта, лица крестьян и народные костюмы. Крестьяне изображены здесь как люди нравственной силы и под игом крепостничества сохранившие ясный ум, сердечную доброту, душевную и физическую красоту. Пленяет фигура молодой матери, ее исполненное нежности лицо. Большая внут-ренняя теплота согревает всю картину. Шибанов отражал лишь торжественные, праздничные стороны быта крестьян, однако он был первым, кто поднял крестьянскую тему в живописи и создал произведения большой впечатляющей силы.

Испытывавшая влияние Запада, творчески осваивавшая опыт западных мастеров, культура XVIII в. была тесно свя-зана с русскими национальными традициями. Защита нацио-нальных основ входит существенным элементом в идеологию русского освободительного движения и революционного про-светительства.
ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКАЯ МЫСЛЬ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XVIII В.

3 Охранительные идеи господствующего класса

М

ногое повидала Грановитая палата Московского Кремля. Под ее расписными сводами происходили приемы иноземных по-сольств. Среди парчовых и бархатных шуб бояр появлялись люди в тюрбанах и пестрых шелках Востока, в кружевах, атла-сах и сукнах Запада. Иван Грозный отпраздновал в ней взятие Казани и принимал посольство Ермака, здесь шумела ассамб-лея по случаю Полтавской победы.

Осенним днем 1767 г. в палате шло заседание Уложенной комиссии и князь М. М. Щербатов «с крайним движением духа» говорил о заслугах дворян. Обращаясь к России, он восклицал: «То верные твои чада, древние российские дворяне! Они, оставя все и жертвуя своею жизнию,-- они тебя освободили от чуждаго ига, они приобрели тебе прежнюю вольность» Сб. РИО, т. 4, стр. 193..
Заслуги дворян восхвалялись в Грановитой палате не раз и до этого. Новым было то, что свой ораторский талант, образо-вание и остроумие князь М. М. Щербатов был вынужден ис-пользовать, чтобы отражать все нараставшие атаки на сослов-ные права и привилегии дворянства. Купцы, разночинцы, кре-стьяне все решительнее выступали против дворянского землевладения и крепостного права. Все сильнее звучало обви-нение дворян в том, что из-за их произвола большинство народа обречено на нищету, истязания и бесправие, сельское хозяйст-во дает меньше, чем может и должно производить, промышлен-ность, торговля и города развиваются медленно, а страна остается экономически и культурно отсталой.
Начав с умеренной и непоследовательной критики отдель-ных наиболее грубых черт крепостнических порядков, передо-вая общественно-политическая мысль во второй половине XVIII в. постепенно шла к отрицанию крепостничества. При этом пересматривалось отношение к самодержавию, развитию промышленности и распространению просвещения.
Противоречия социально-экономического развития в сочета-нии с влиянием идей западноевропейского просветительства привели к тому, что с середины XVIII в. в русской обществен-но-политической мысли возникло новое направление. Будучи связано с потребностями буржуазного развития, оно выражало отчасти интересы крепостных крестьян. Почти на полтора сто-летия в центре оказался вопрос о крестьянстве и крепостном праве.
Однако в обществе продолжали господствовать идеи и тео-рии, отстаивавшие незыблемость самодержавно-крепостниче-ского строя. Им была обеспечена поддержка государства. Они усиленно пропагандировались в манифестах, сенатских указах, на страницах книг и журналов, с церковного амвона, со сцены, с университетской кафедры. Против них и выступило начавшее формироваться в середине XVIII в. новое направление, которое постепенно выходило за рамки феодальной идеологии и наполнялось буржуазным, антикрепостническим содержанием, все бо-лее решительно выступая на защиту угнетенного народа.

Н

Публицистика М. М. Щербатова

аиболее ярким представителем идеологов дворянства являлся уже упоминав-шийся князь М. М. Щербатов. Это была колоритная фигура. Богатый ярославский помещик, с гордо-стью называвший себя «Рюриковичем», прекрасно образован-ный, владелец большой библиотеки, он хорошо знал француз-скую философию и литературу, обладал ораторским и полеми-ческим талантом. Оттесненный на второстепенные роли новым служилым дворянством и фаворитами, он был готов по любому поводу критиковать действия Екатерины II и ее окружения, в самых мрачных красках рисовал положение страны, давал убийственные характеристики императрицы и ее двора. Щер-батов выступил в Уложенной комиссии в роли лидера дворян-ских депутатов, а после ее роспуска возглавил Герольдмейстерскую контору и одну из коллегий, получил звание сенатора. Автор многотомной «Истории Российской с древнейших вре-мен», он опубликовал ряд исторических документов, после вос-стания Пугачева написал «Краткую повесть о бывших в Рос-сии самозванцах». Вместе с тем он выступал с многочисленны-ми «рассуждениями», «мнениями», «записками», адресованны-ми Сенату и коллегиям. Но большинство его работ отнюдь не предназначалось для правительственных учреждений и печати, так как содержало критику политики и законодательства Ека-терины и могло распространяться только в рукописях.

Наиболее показательно сочинение Щербатова «О поврежде-нии нравов в России», в котором описаны роскошь, фаворитизм, произвол и казнокрадство, царившие при русском дворе. Двору должны были следовать и дворяне, и в этом Щербатов видел причину разорения многих дворянских родов. Он хотел вер-нуться к «простым нравам» предков. Хотя он стоял на реак-ционных позициях, но проведенный им «строгий разбор двор-цового разврата» (Герцен) был так ярок, что книга выглядела как обвинение не только Екатерины и ее окружения, но и всего самодержавно-крепостнического строя. Эта ее особенность сто лет спустя привлекла внимание А. И. Герцена, издавшего в лондонской Вольной типографии это произведение Щербатова вместе с радищевским «Путешествием».

В своих взглядах Щербатов исходил из идеи о решающей роли дворянства и особенно старой родовитой знати как в исто-рии России, так и в ее современной жизни и в ее будущем. Он понимал, что господствующее положение дворян основано на монопольном праве владения землей и крестьянами, и не допу-скал возможности нарушения этого права или отмены какой-либо дворянской привилегии. «Сохрани меня боже и поду-мать,-- восклицал он на одном из заседаний Уложенной комис-сии,-- чтобы в такое время, когда милость и правосудие царствуют на престоле, дворянство, вместо приобретения ка-ких-либо прав, могло что-либо из оных утратить!» Сб. РИО, т. 8, стр. 59.

По мнению Щербатова, о предоставлении крестьянам земли не могло быть и речи. Он уверял, что «российские крестьяне, хотя есть рабы своим господам, но в большинстве случаев до-вольны своими помещиками», которые будто бы пекутся о них, как о детях. Поэтому, продолжал Щербатов, «что бы ни гово-рил естественный закон, оставим лучше крестьян в том состоянии, в котором они пребывают в течение нескольких сто-летий». В России «земледельцев следует понуждать к работе», иначе они «впадут в беспрерывную леность». Эта мысль завер-шается выводом, что крестьянин тем богаче, чем больше поме-щик берет с него оброка и чем больше заставляет его работать на барщине «Чтения ОИДР», 1861, т. 3, отд. V, стр. 102-104.

Для подъема земледелия Щербатов считал необходимым от-дать помещикам государственных и экономических крестьян, создать взамен рекрутской системы «войска поселенные». Он полагал, что только дворяне могли владеть фабриками, пере-рабатывающими сельскохозяйственное сырье. Изображая из себя защитника крестьян, он отстаивал их право заниматься ремеслом и торговлей, но, конечно, только с разрешения поме-щика и только зимой, в свободное время.

Выдавая себя за поборника просвещения, Щербатов в тоже время утверждал, что даже «малое просвещение» крестьян мо-жет привести к «вящим заблуждениям и к духу неподданства», так как «ежели подлой народ просветится и будет сравнивать тягости своих налогов с пышностью государя и вельмож, тогда не будет ли он роптать на налоги, а, наконец, не произведет ли сие и бунта?» «Вышнее просвещение» должно остаться приви-легией дворян.

Щербатов критиковал самодержавие. По его мнению, оно еще мало сделало для расширения прав дворянства, потому что жалованная грамота дворянству сохраняла власть корон-ной администрации, вместо того чтобы полностью передать ее уездным и губернским дворянским организациям. Самодержа-вию, управлявшему страной с помощью бюрократического ап-парата, он противопоставлял самодержавие с Боярской думой, выступал за передачу власти в руки родовитой олигархии.

Общественно-политические идеалы Щербатова наиболее полно выражены в его «Путешествии в землю Офирскую». Это произведение -- не что иное, как утопический роман, изображе-ние идеальной, несуществующей страны, куда попадает после кораблекрушения шведский офицер. Но эта вымышленная страна является лишь преобразованной согласно с идеалами Щербатова дворянской, крепостнической Россией. В «земле Офирской» население разделено на замкнутые сословия, где большинство людей -- рабы, находящиеся в полной зависимо-сти от «сословия благородных». «Благородные» пользуются ис-ключительным правом владения землей и крестьянами, зани-мают все посты в учреждениях и армии. Система военных по-селений освобождает страну от рекрутчины, создает постоянную армию и обеспечивает быстрое подавление «внутреннего бес-пок и т.д.................


Перейти к полному тексту работы



Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.