На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


Реферат Кружки и публицистические выступления передовой интеллигенции в 30-х годах XIX века. Политическая поэзия как средство революционной агитации. Формирование революционно-демократического направления. Деятельность Белинского и Герцена в 40-е годы.

Информация:

Тип работы: Реферат. Предмет: История. Добавлен: 07.12.2006. Сдан: 2006. Уникальность по antiplagiat.ru: --.

Описание (план):


2
ОТЧЕТ
о выполнении практических заданий
(Реферат)
по курсу
Отечественная история
ОБЩЕСТВЕННОЕ ДВИЖЕНИЕ В РОССИИ ПРИ НИКОЛАЕ I
СОДЕРЖЕНИЕ

стр.
ВВЕДЕНИЕ
3
1. Кружки и публицистические выступления передовой интеллигенции в 30-х годах
3
1.1 Политическая поэзия как средство революционной агитации
3
1.2 Кружок студентов Критских
4
1.3 «Литературное общество 11-го нумера»
6
1.4 Сунгуровское общество
7
1.5 Студенческий кружок А.И. Герцена и Н. П. Огарева
8
1.6 Кружек Н. В. Станкевича
10
1.7 «Философические письма» П. Я. Чаадаева
11
2. Основные тенденции в общественном движении 40-х годов XIX в
13
2.1 Формирование революционно-демократического направления
13
2.2 Деятельность Белинского и Герцена в 40-е годы
13
2.3 Славянофилы и их противники
15
2.4 Общественное движение в России и революция 1848 г.
18

ЗАКЛЮЧЕНИЕ
21
СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
22
ВВЕДЕНИЕ
Пример декабристов, выступивших на открытую схватку с са-модержавием, несмотря на их поражение, стал мощным стиму-лом для дальнейшего развития русской революционной мысли. «С высоты своей виселицы эти люди пробудили душу у нового поколения; повязка спала с глаз». Эти слова принадлежат Алек-сандру Герцену -- человеку, который своей деятельностью с наибольшей полнотой воплотил преемственность, непрерыв-ность революционного процесса в России.
Герцен, как и декабристы, принадлежал к дворянским рево-люционерам. Но эпоха 30--40-х голов XIX в. была тем време-нем, когда поколение, разбуженное декабристами, преодолевая классовую ограниченность их идеологии, переосмысливая их ис-торический опыт, закладывало основы для наступления следую-щего, буржуазно-демократического этапа русского революцион-ного движения. Шла глубокая внутренняя идеологическая под-готовка новых революционных выступлений. Но и в организа-ционном отношении это был переходный этап поисков и неудач, не давший, за редким исключением, сколько-нибудь крупных центров, способных совместить теоретические искания с замыс-лами активного политического действия. 30-е и особенно 40-е го-ды XIX в. были началом мучительных поисков правильной рево-люционной теории, которые привели в итоге русскую революци-онную интеллигенцию к марксизму. Осознание роли народа в истории вело к признанию необходимости привлечения народ-ных масс к решению исторических задач, стоящих перед Рос-сией. Именно это становится в данный период ведущей идеей русского революционного движения.
1. Кружки и публицистические выступления передовой интеллигенции в 30-х годах
1.1 Политическая поэзия как средство революционной агитации
С разгромом декабристов было полностью покончено с создан-ными ими тайными революционными организациями. Но идеи, вдохновлявшие их на подвиг, продолжали жить в умах передовых людей России. Влияние этих идеи сказывалось, в част-ности, в поэтическом творчестве молодо-го А. С. Пушкина. Вольнолюбивые стихи Пушкина станови-лись средством антиправительственной агитации. У многих молодых людей -- студентов, офицеров, мелких чиновников -- жандармы находили тогда списки стихов, являвшихся подра-жанием пушкинской оде «Вольность».
Отзвуком только что подавленного революционного выступ-ления и в то же время смелым и страстным призывом к борьбе явилась поэзия Александра Полежаева, сына крепостной кре-стьянки, блестяще окончившего в 1826 г. Московский университет. Особой остротой отличалась его поэма «Сашка», по форме напоминавшая «Евгения Онегина», но по существу противо-поставлявшая пушкинскому герою нового героя, бросающего вызов всякого рода гнету, всем ненавистным общественным ус-тановлениям окружающей его жизни. Угнанный царем в сол-датчину, Полежаев продолжал эту идейную линию в своем творчестве, заканчивая «в поэзии первую, неудавшуюся битву свободы с самодержавием» В. П. Огарев. Избранные социально-политические и философские произведения, т. I. M., 1952, стр. 447..
Наряду с распространением политических стихотворений к концу 20-х годов вырабатываются новые, более действенные формы политической агитации -- появляются прокламации, так называемые «возмутительные письма», листовки, обращенные к народу. Они имели хождение даже среди крестьян и солдат про-винциальных гарнизонов. При всем разнообразии оттенков со-держащихся в них социальных и политических идей эти агита-ционные документы призывали к вооруженной борьбе с кре-постниками. Исходили они иногда от отдельных лиц. В 1827 г. во Владимире чиновник Петр Осинин задумал организовать «Благоуспешно человеколюбивое общест-во», которое должно было «всемерно стараться об искоренении в России императорской фамилии и свойственников ее» И. А. Федосов. Революционное движение в России во второй чет-верти XIX в. М., 1958, стр. 51.. В том же 1827 г. возник тайный офицерский кружок в Оренбурге, ставивший перед собой задачу реализации политической програм-мы декабристов, но при широкой пропаганде революционных идей среди солдат, казаков и «простого парода» И. А. Федосов. Революционное движение в России во второй четверти XIX в., 1958, стр. 53, 57..
1.2 Кружок студентов Критских
О проникновении декабристских идей в среду молодежи, о ее стремлении критически освоить опыт декабри-стов свидетельствует кружок студентов Критских. Студенчество, ряды которого все больше пополнялись разночинцами, с восторгом воспринимали подцензурную политиче-скую поэзию. Расправа над декабристами возбудила оппози-ционные настроения части студенчества, усилила его патриоти-ческую активность. В разносословной среде студенческой моло-дежи зрели новые революционные замыслы. Лучшие ее пред-ставители рассматривали себя прямыми продолжателями дела декабристов. Именно так понимала свое назначение и большая группа молодежи, объединившаяся вокруг трех братьев Крит-ских, сыновей мелкого чиновника, воспитанников Московского университета. Кроме 6 участников этого кружка, к следствию по обвинению в «вольномыслии» было привлечено еще 13 лиц, знакомых с Критскими.
Кружок начал складываться в 1826 г. под непосредственным впечатлением от расправы над декабристами. «Погибель пре-ступников 14 декабря родила в нем негодование»,--говорится в материалах следствия о побудительных причинах революци-онной деятельности Петра Критского. При этом подчеркивалось, что «любовь к независимости и отвращение к монархическому правлению возбудились в нем наиболее от чтения творений Пушкина и Рылеева».
Кружок Критских воспринял политическую программу де-кабристов, поставив своей целью «изыскивать средства для преобразования государства, ввести конституционное правление». Участники кружка говорили о необходимости цареубийства и вооруженного переворота, но в отличие от декабристов осуще-ствление революционных преобразований они считали возмож-ным лишь при активном участии народа. Отсюда вытекала про-грамма их практической деятельности -- сначала пропаганда для привлечения новых членов тайной организации, а в даль-нейшем -- агитация в массах. Особое значение придавалось при этом пропаганде среди солдат Московского гарнизона. Для рас-пространения среди офицеров и студентов один из участников кружка Николай Лушников написал весной 1827 г. стихотворе-ния «Друзья, не русский нами правит», «Мечта» и «Песнь русского», проникнутые революционно-патриотическими идеями.
В кружке обсуждались планы создания типографии для печатания листовок с обращением к народу, выдвигалась идея создания нелегального журнала. В годовщину коронации Николая 1 -- 22 августа 1827 г.--предполагалось положить у памятника Минину и Пожарскому на Красной площади прокла-мацию, обличающую преступления царизма перед русским народом. Наивно преувеличивая роль своего кружка, шестеро молодых людей мечтали сделать его руководителем ку-мира революционной молодежи А. С. Пушкина и привлечь к участию в создаваемом обществе опального генерала А. П. Ер-молова.
В результате провокации и крайней опрометчивости дейст-вий его участников кружок был разгромлен в самом начале своей деятельности. В ночь на 15 августа были арестованы Лушни-ков и трое братьев Критских, а затем и двое остальных участни-ков кружка. Замыслы кружка Критских стали для Николая I грозным напоминанием о 14 декабря. Без суда, по его личному распоряжению все шесть участников кружка были заключены бессрочно в крепостные казематы. Судьба их была трагической. Василий Критский умер в 1831 г. в Шлиссельбургской крепости. Михаил, переведенный в 1835 г. рядовым на Кавказ, был вскоре убит в сражении. Петр Критский и Лушников в 1834 г. были переведены в арестантские роты. Многолетнему тюремному заключению подверглись их товарищи - Попов и Тюрин.
Расправа, учиненная над участниками кружка Критских, не внесла «успокоения» в студенческую среду. Преемственность не угасавшего в стенах Московского университета антиправи-тельственного направления вызывала в Николае I нескрываемый страх и ненависть. Он требовал от шефа жандармов особенно тщательно прослеживать связи «преступников» с их живыми и мертвыми «друзьями» (декабристами). Продолжавшие посту-пать от тайных осведомителей донесения позволяли Бенкендорфу считать Московский университет «очагом заразы», откуда «распространяются по стране запрещенные стихи Рылеева и Пушкина...» «Декабристы и их время». М.-- Л., 1951, стр. 232.
Современники единодушно отмечали исключительный энту-зиазм, который вызвали среди передовой русской молодежи ре-волюционные события 1830--1831 гг. Особенно сильное впечат-ление произвело польское восстание. По словам одного из сту-дентов Московского университета тех лет, войну царизма в Польше считали «несправедливою, варварскою и жестокою: в поляках видели страдальцев за родину, а в правительстве на-шем -- жестоких тиранов, деспотов» Я. Костенецкий. Воспоминания из моей студенческой жизни. «Русский архив», 1887, № 5, стр. 75.. Расправа с восставшей Польшей воспринималась как проявление того же деспотизма, который давил русский народ. Враг был общим, и потому так велики были симпатии к восставшим полякам, так тесно сопри-касались идейно и организационно русские студенческие круж-ки с революционно настроенными польскими студентами.
В эти мрачные годы николаевской реакции, когда в России еще не существовало объективных условий для широкой рево-люционной борьбы, в дружеских кружках единомышленников вызревали элементы революционно-демократической идеологии.
1.3 «Литературное общество 11-го нумера»
Одним из таких кружков было студенческое содружество, сложившееся вокруг молодого Белинского.
Рассмотрев и утвердив донесение экзаменаторов, правление Московского императорского университета 30 сентября 1829 г. признало Виссариона Григорьевича Белинского «достойным к слушанию профессорских лекций...» «Литературное наследство», т. 56. М., 1950, стр. 310..Университетское начальство не могло, конечно, предпола-гать, что 11-я комната студенческого общежития, в которой был поселен казеннокоштный студент словесного отделения Москов-ского университета Белинский, станет вскоре одним из центров идейной жизни московского студенчества. Предшественник «пол-ного вытеснения дворян разночинцами в нашем освободитель-ном движении» В. И. Ленин. Полное собрание сочинений, т. 25, стр. 94., сын штаб-лекаря В. Г. Белинский провел свое детство в тяжелых материальных и нравственных условиях. Сначала уездное училище, затем с 1825 по 1828 г. учеба в Пензенской гимназии завершили его первоначальное образованно. Уже в гимназии Белинский обнаружил страстную любовь к литературе. В поэзии Пушкина и Рылеева он находил мысли и чувства, глубоко созвучные его собственным устремлениям. Суровая и полная лишений жизнь в годы учёбы в гимназии, тесное общение с представителями складывающейся новой разночин-ской интеллигенции -- семинаристами -- вот те условия и та сре-да, в которых развивались философские и литературные инте-ресы Белинского, закладывалась основа его демократической идеологии. Юношу Белинского отличали самостоятельность мыс-ли, критическое и вдумчивое отношение к той массе идей, кото-рые он черпал из чтения журналов, из знакомства с философ-ской и политической жизнью Запада. В 17 лет, приняв решение поступить в Московский университет, он оставляет гимназию.
27 сентября 1832 г. Белинский был исключен из университета с позорной для ее авторов формулировкой: «По ограничен-ности способностей». Это был акт политической расправы с опас-ным студентом, уже давно бывшим на учете у начальства за деятельное участие в общественной жизни университета.
Студенческие кружки в Московском университете отнюдь не были изолированными организациями. Это со всей очевидностью подтверждается взаимоотношениями членов «Литературного общества 11-го нумера» с революционно настроенными студен-тами-поляками.
Связующим звеном между «Литературным обществом 11-го нумера» и польской революционной молодежью был участник общества И. С. Савинич. Через него в 1831 г. с Белинским сблизился поляк, студент первого курса словесного отделения Фаддей Заблоцкий. Совместно с Заблоцким Савинич учредил тайное польское «Общество любителей отечественной словесности», установив связи с пленными польскими офицерами и студентом-медиком Гаспаром Шенявским. Арест Шенявского по обвинению «в намерении учинить побег в Польшу для присоеди-нения к мятежникам и в подговоре к тому офицеров» «Литературное наследство», т. 56, стр. 386. повлек в свою очередь арест в июне 1831 г. нескольких проживавших в Москве поляков, связанных с университетом. Тогда же последо-вал донос студента Полонника о существовании в Московском университете другого общества, связанного с арестованными поляками. Так жандармы узнали о новом студенческом круж-ке, возникшем независимо от «Литературного общества 11-го нумера» и польской группы.
1.4 Сунгуровское общество
Ядро этого кружка, оформившегося к весне 1831 г., составляли студенты Мо-сковского университета Яков Костенецкий, Платон Антонович и Адольф Кноблох. О своем замысле -- создании тайного «Обще-ства друзей» для введения в России конституции -- Костенец-кий поделился со студентом Медико-хирургической академии П. А. Кашевским. Мысль эта нашла у Кашевского живой от-клик. Но прежде чем составить общество, он предложил, «что-бы лучше узнать людей», начать с организации «Философиче-ского общества».
Вскоре через вольнослушателя Московского университета Ф. П. Гурова друзья сблизились с бывшим воспитанником уни-верситетского пансиона Н. П. Сунгуровым, который и возглавил новый студенческий кружок, более многочисленный, чем «Лите-ратурное общество 11-го нумера» (жандармы арестовали по это-му делу 26 человек).
Подобно участникам кружка братьев Критских, молодежь, сгруппировавшаяся вокруг Сунгурова, рассматривала себя непосредственной преемницей дела декабристов, а сам Сунгуров выдавал себя за члена уцелевшей от разгрома декабристской организации.
Однако участники общества Сунгурова, разрабатывая свою политическую программу, пошли дальше декабристов. Они обсуждали планы подготовки революционного переворота с уча-стием народа. «Для возбуждения ненависти к государю и правительству» предполагалось «разослать по всем губерниям прокламации к народу». Сунгуровцы считали необходимым начать восстание с захвата артиллерии, затем «возмутить находящихся на фабриках людей и всю чернь московскую, ...потом освободить всех арестантов, которые верно будут на стороне освободителей; далее взять непременно арсенал, хотя здесь и мало оружия, но сколько есть, раздать его народу... пойти на Тулу и взять оружейный завод» И. А. Федосов. Указ. соч., стр. 97-98. Восстание должно было завершиться рассыл-кой воззваний в разные города России для разъяснения его целей с призывом выслать народных представителей в Москву для разработки конституции.
Общество Сунгурова не успело сложиться в тайную полити-ческую организацию. Его деятельность была пресечена жандармами в самом начале арестом всех участников. В июле 1831 г. Сунгуров и Гуров были приговорены к четвертованию, несколько их соучастников, в том числе Костенецкий и Кошевский, к пове-шению, Козлов -- к расстрелу. Спустя полгода смертная казнь была заменена для Сунгурова каторгой, для Гурова -- ссылкой в Сибирь, остальным -- ссылкой рядовыми на Кавказ.
1.5 Студенческий кружок А.И. Герцена и Н. П. Огарева
В ряду других студенческих кружков, существовавших в Московском университете в начале 30-х годов, следует выделить кружок, группировавшийся вокруг Герцена и Огарева. В нем с особой полнотой выявилась дальнейшая тен-денция развития русского революционного движения. Пример декабристов не только будил революционную активность моло-дой России, он заставлял осознавать причину трагического ис-хода их выступления. Уроки отечественной истории осложня-лись впечатлениями от современной политической жизни Европы -- буржуазные революции на Западе оставляли нерешенным социальный вопрос. Герцен и его друзья приходят к мысли о «необходимости другой работы -- предварительной, внутрен-ней». Начинаются упорные поиски такой революционной тео-рии, которая указала бы подлинный, истинный путь решения общественных проблем.
Герцен и Огарев вышли из одной социальной среды -- круп-ного русского дворянства. Они вынесли из своего детства совер-шенно сходные впечатления бесчеловечного крепостного быта, рано оформившиеся в непреодолимую ненависть к крепостни-честву. Их интенсивному политическому развитию способствовал идейный подъем, предшествовавший выступлению декабри-стов. Воздействие декабристских идей благодаря родственным, семейным и общественным связям особенно сильно испытал в детстве Огарев. Запрещенные стихи Рылеева, политическая лирика Пушкина воспринимались подростками как призыв к политическому действию.
Пламенная романтика трагедий Шиллера с благородными стремлениями его героев, так же как и социальная концепция Руссо, укрепляла сомнения «в разумности и справедливости со-временного общества». Решающим моментом в идейном разви-тии Герцена и Огарева были события 14 декабря 1825 г. и после-довавшая затем расправа Николая I с «первенцами русской свободы».
Символическим местом своего вступления на революционный путь Герцен и Огарев считали Воробьевы горы, где еще юноша-ми в 1827 г. перед расстилавшейся внизу, озаренной заходя-щим солнцем Москвой они поклялись посвятить свою жизнь из-бранной ими борьбе за свободу отечества. Эта юношеская клят-ва -- свидетельство упорной работы мысли, приведшей к выводу о несовместимости существующего в России политического и социального строя с идеями свободы и справедливости. Истори-чески конкретное содержание этим понятиям давали события Французской революции, история которой тщательно штудиро-валась обоими друзьями.
Поступив в 1829 г. в Московский университет, они рассмат-ривали пребывание в нем прежде всего с точки зрения своего общественного назначения. Студенческая среда представлялась им наиболее благоприятной для проведения широкой агитации и даже организации тайного политического общества. «Мы во-шли в аудиторию,-- писал Герцен о себе и Огареве,-- с твердой целью в ней основать зерно общества по образу и подобию де-кабристов и потому искали прозелитов и последователей».
Очень скоро вокруг них стали группироваться радикально настроенные студенты разных факультетов: друг М. Ю. Лер-монтова, автор острого политического памфлета А. Д. Закрев-ский; приятель В. Г. Белинского И. А. Оболенский, его това-рищ В. П. Петров; Е. Н. Челищев -- родственник декабриста; сунгуровцы П. А. Антонович, Ю. П. Кольрейф. Деятельный член общества Сунгурова Я. И. Костенецкий был близким другом Огарева. Оформление нового кружка относится к осени 1831 г., когда произошло сближение друзей с вновь поступившими на физико-математический факультет бывшими воспитанниками университетского Благородного пансиона Н. И. Сазоновым и Н. М. Сатиным. Сазонова, по словам Герцена, они нашли «со-всем готовым». Несколько ранее в кружок вошли воспитанник университета А. К. Лахтин, выходец из купеческого сословия; позднее -- Вадим Пассек, молодой юрист, только что окончив-ший университет. Он принес в кружок приобретенную «по на-следству» в сибирской ссылке, где он родился и вырос, ненависть к самодержавию. Им был привлечен к кружку врач и переводчик Шекспира Н. X. Кетчер, человек увлекающийся, тип вечного студента. В те годы он горячо разделял политические настроения своих молодых друзей. В числе участников кружка был и будущий известный русский астроном А. Н. Савич, само-забвенно поглощенный своей наукой.
Революционные события 1830 и 1831 гг. во Франции и Бель-гии, восстание в Польше нашли сочувствие в среде студенческой молодежи. Прямое отражение его видно в ряде стихотво-рений юноши М. Ю. Лермонтова, вокруг которого образовал-ся кружок прогрессивно настроенных студентов словесного от-деления. В ходивших по рукам стихотворениях «30 июля.-- (Париж) 1830 год», «Пир Асмодея» поэт приветствовал рево-люционный натиск французского народа. Пылкий энтузиазм, с которым встретил герценовский кружок известия о европей-ских революциях, был охлажден их результатом. Наступило пер-вое разочарование в идеалах буржуазного республиканизма. Расправа с лионскими ткачами и трагический исход польского восстания довершили крушение «детского либерализма 1826 г.». Под этим определением Герцен разумел политические идеалы, господствовавшие в кружке с начала его возникновения. Рас-сматривая себя преемниками декабристов, они противопостав-ляли ненавистному самодержавию республику и конституцию, а средством их достижения считали политический заговор.
Равноправие женщины и «реабилитация плоти» в противо-вес ханжеской церковной морали как последовательное распро-странение принципа разумного и свободного существования че-ловека завершали комплекс сенсимонистских идей, восторжен-но встреченных герценовским кружком. С именами Герцена и Огарева связано начало социалистической традиции в русском общественном движении. В идее социализма они нашли основу для решения вопроса о путях развития России и Европы в целом.
Теоретической разработке проблемы социализма были подчи-нены философские, исторические и литературные интересы участников кружка. «Из общих начал моей философии истории должен я вывести план ассоциации»Н. П. Огарев. Избранные социально-политические и философские произведения, т. II. М-, 1956, стр. 266.,-- писал Огарев Герцену 30 июля 1833 г. Именно в кружке Герцена впервые с рево-люционных позиций началось глубокое теоретическое пере-осмысление опыта декабристов, был поставлен вопрос о народе как движущей силе исторического развития. Однако «молча-ние» народа в современной им России порождает сомнение в его инициативе, в его революционных устремлениях. Решающее значение придается революционной проповеди.
Стремясь к организованной систематической пропаганде, Герцен разрабатывает в феврале 1834 г. подробный план журнала, сотрудниками которого должны быть участники кружка.
Издание журнала осуществить не удалось. Летом 1834 г. кру-жок был раскрыт жандармами. Делу было придано серьезное политическое значение; по приказу Николая I была создана специальная следственная комиссия, за работой которой он неотступно следил. Внимание следователей особенно привлекли бумаги Герцена и Огарева. Комиссия охарактеризовала Герцена как «смелого вольнодумца, весьма опасного для общества», а Огарева -- как «упорного и скрытого фанатика». Арестованные участники герценовского кружка за «непозволительное умство-вание» были высланы из Москвы на неопределенный срок в разные губернии. Сам Герцен был отправлен в Пермскую губернию, а затем переведен в Вятку (ныне Киров).
1.6 Кружек Н. В. Станкевича
В то время как в герценовском кружке теоретические искания были неотделимы от стремления к активной политической деятельности, в другом студенческом объединении, сыгравшем видную роль в идейной жизни 30-х годов,-- кружке Н. В. Станкевича -- вопросы революционной практики не поднимались.
На основе «Дружеского общества», организованного в 1831 г. студентом словесного отделения Московского универси-тета Я. М. Неверовым, этот кружок окончательно сложился к 1833 г. К этому времени в него вошли исключенный из универ-ситета В. Г. Белинский и его товарищи по «Литературному обществу 11-го нумера». С кружком Станкевича были связаны многие известные деятели русской интеллигенции: поэт И. П. Клюшников, историк С. М. Строев, славист О. М. Бодянский. Кружок объединял таких различных по своим взглядам людей, как Михаил Бакунин и Константин Аксаков (первый активно участвовал в революции 1848--1849 гг. и впоследст-вии стал идеологом анархизма, а второй -- одним из лидеров славянофильства).
Сближение Станкевича и его друзей с Белинским способ-ствовало выработке у них того, «большею частью отрицатель-ного», «воззрения на Россию, на жизнь, на литературу, на мир» К. С. Аксаков. Воспоминание студентства 1832--1835 годов. СПб.,1911, стр. 17., которое, по свидетельству Аксакова, постепенно стало господствовать в кружке Станкевича. К этому «отрицательному воззрению» Станкевич шел трудным путем, преодолевая влия-ние идеалистического учения немецкого философа Шеллинга. Однако, не принимая русской действительности, Станкевич отвергал и революционный путь ее изменения, считая единствен-но возможным путь нравственного перевоспитания народа, мир-ного просветительства.
Характерная для умонастроения участников этого кружка отвлеченность воззрений, подход к реальным социальным и по-литическим проблемам жизни с точки зрения их соответствия идеалистическим философским построениям приходили в проти-воречие с усилившимся в кружке стремлением претворить идеа-лы в действительность. Особенно остро эта проблема вставала перед Белинским. В конце 1834 г. он выступил со своим блестя-щим литературным трудом -- циклом критических статей «.Ли-тературные мечтания» (они печатались в газете «Молва»). Ис-ходными идеями цикла Белинского были отрицание русской крепостнической действительности и постановка вопроса о роли народа в историческом процессе. Провозглашая народность главной задачей литературы, он понимал ее как объединение «России народной с Россией европеизированной», т. е. преодо-ление разрыва между интеллигенцией и народом, так траги-чески ощущавшегося молодым поколением.
Не идейное единомыслие, а в значительной мере личное обаяние самого Станкевича объединяло членов кружка. Его пытли-вый ум и глубина его философских исканий невольно привле-кали к нему лучших представителей тогдашней студенческой молодежи. Изучение философии Гегеля, толкование его системы углубили идейные расхождения среди членов кружка. Для многих его участников кружок был как бы школой, где развива-лась теоретическая мысль, повлиявшая на последующую идей-ную дифференциацию. В своем первоначальном составе кружок по существу изжил себя ко времени отъезда Н. В. Станкевича за границу осенью 1837 г.
1.7 «Философические письма» П. Я. Чаадаева
Когда идеологи реакции попытались противопоставить прогрессивным идеям «тео-рию официальной народности», передовая русская интеллигенция ее решительно осудила. Эта «тео-рия» получила свое окончательное оформление под пером нико-лаевского министра просвещения С. С. Уварова. После прове-денной им в 1832 г. ревизии Московского университета, в отчете царю, намечая основные идейные установки нового царствова-ния, он провозгласил «истинно русскими охранительными началами» «самодержавие, православие и народность, составляю-щие последний якорь нашего спасения и вернейший залог силы и величия нашего отечества». Под «народностью», как уже го-ворилось выше, Уваров понимал якобы исконную патриархальную преданность русского народа царскому самодержавию и по-мещикам. Вся история России трактовалась как гармоническое и нерушимое единство самодержавия и крепостного права, как блистательное утверждение все возрастающей мощи и величия русского государства. «Прошедшее России было уди-вительно, ее настоящее более чем великолепно, что же касается ее будущего, то оно выше всего, что может нарисовать себе самое смелое воображение...»,-- так выглядела история России в изложении главного столпа охранительных начал шефа жандармов А. X. Бенкендорфа. В том же 1832 г. «научное» обос-нование этой «теории» дал профессор Московского университета М. П. Погодин во вступительной лекции к курсу русской исто-рии. Этот казенный оптимизм пронизывал все сферы полити-ческой и идейной жизни: образование, науку, искусство, литературу и и т.д.................


Перейти к полному тексту работы



Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.