На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


Курсовик Антисоветская политика правительства Франции как реакция на советско-финляндскую войну, перспективы вмешательства в нее Франции и Англии. Французская военная миссия в Финляндии. Советско-финляндский мирный договор, правительственный кризис во Франции.

Информация:

Тип работы: Курсовик. Предмет: История. Добавлен: 10.08.2009. Сдан: 2009. Уникальность по antiplagiat.ru: --.

Описание (план):


2

Франко-английские планы нападения на Советский Союз

Вспыхнувшая советско-финляндская война изменила военно-политическую обстановку в Европе. Война в Финляндии носила локальный характер, но она возникла в условиях начавшейся второй мировой войны. Сложилась парадоксальная ситуация: Англия и Франция находились в условиях войны с Германией и сохраняли дипломатические отношения с Советским Союзом, объявившем о своем нейтралитете. Финляндия воевала с СССР, но не находилась в состоянии войны с Германией; Норвегия и Швеция - соседи Финляндии - готовы были оказать моральную и материальную помощь финам, но старались сохранить свой нейтралитет. Париж и Лондон в этой запутанной обстановке старались взять курс на всемерную поддержку Финляндии и выражали готовность вести боевые действия против СССР.

2 декабря полпред СССР в Париже Я.З. Суриц отправил в Москву донесение, в котором подчеркивалось, что во Франции Советский Союз "зачислен в число прямых врагов".9 декабря полпредство сообщало, что правительство Даладье усиливает антисоветскую политику. По мнению Сурица, подобный курс определяется не только реакцией французского правительства на советско-финляндскую войну, а целым рядом факторов, влияющих на внешнеполитическую стратегию Франции. В числе этих факторов в информации упоминалось: соображения внутренней политики; давление Вашингтона; желание использовать советско-финляндский конфликт для привлечения на свою сторону нейтралов на базе "отпора агрессии"; расчеты на то, что выступление против СССР будет одобрено Лигой Наций и найдет благожелательный отклик в странах антикоминтерновского блока.

Директор института современной истории Франции Ф. Бедарида в своем исследовании "Секретная стратегия странной войны" подчеркивает еще одну цель англо-французских союзников, решивших вмешаться в войну в Финляндии: ". нанести серьезное поражение СССР, что по мнению французских политиков, позволило бы сломить коммунизм в международном и национальном масштабе".

В политических кругах Парижа циркулировали весьма странные идеи, оправдавшие замыслы франко-английских союзников предпринять военные акции против СССР. Считалось, что можно "поразить Германию через Россию" и таким образом "покончить как с гитлеризмом, так и с большевизмом". Заместитель начальника генерального штаба ВВС Франции генерал Бержери в беседе с капитаном П. Стеленом, включенным во французскую миссию, направлявшуюся в Финляндию, рассуждал: "Отныне Россия является партнером Германии. Они совместно ведут войну в целях раздела Европы... Нанося удары по Советскому Союзу, мы лишаем нацистскую Германию необходимых ей ресурсов и в то же время мы удаляем войну от наших границ". Выступая на коллоквиуме в Париже в декабре 1975 г.А. Мишель отметил, что война в Финляндии была для французских правых лишь предлогом для антисоветской политики. Громче всех кричали, утверждал французский историк, те, кто одобряя капитуляцию в Мюнхене, отказывался "сражаться за Данциг" и был противником объявления войны Германии.

Совершенно очевидно, что вся эта кампания имела целью подготовить общественное мнение к враждебным действиям французского правительства против СССР, включая применение вооруженной силы. Причем некоторые французские деятели договорились до намерения "уничтожить" СССР, или, по крайней мере, свергнуть в России социалистический строй. В начале февраля на заседании палаты депутатов один из парламентариев воскликнул: "Если поражение России в Финляндии приведет к свержению сталинского режима, то это будет первой победой, которую мы одержим над Германией".

Вмешательство Франции и Англии в советско-финляндскую войну, по мнению некоторых политиков и обозревателей, давало возможность получить не только политический, но и военно-стратегический выигрыш. Профессор университета в Безансоне Ж. Ружье в письме к вице-премьеру К. Шотану писал в декабре 1939 г.: "Имеется уникальная возможность для союзников покончить с войной за несколько месяцев, достигнуть единодушия общественного мнения Америки и нейтралов, заставить Италию сблизиться с нами, вызвать вероятность падения большевистского режима, ликвидировать наконец коммунистическую партию внутри страны. Эта уникальная возможность возникла в результате агрессии СССР против Финляндии и решения Лиги наций". Шотан передал это письмо премьер-министру Э. Даладье.

С началом "зимней войны" в Финляндию была направлена французская военная миссия во главе с подполковником Ганевалем. В штабе командующего вооруженными силами Финляндии генерала Манергейма находился личный представитель Гамелена генерал Клеман-Гранкур. По словам члена французской военной миссии капитана П. Стелена, главная задача французских представителей заключалась в том, чтобы "всеми силами удерживать Финляндию в состоянии войны". Первые французские "добровольцы" (всего их было более 11 тыс. чел) прибыли в Финляндию в конце декабря.

19 декабря в Париж состоялось заседание верховного совета союзников. В период подготовки этого заседания премьер-министр Э. Даладье поручил французскому послу в Лондоне Ш. Корбену изложить английскому правительству позицию Франции в связи с советско-финляндской войной. Даладье считал, что продление сопротивления финских вооруженных сил имеет для союзников первостепенное значение. Успехи Красной Армии могут привести к совместным действиям России и Германии в этом регионе Европы, поэтому Франции и Англии необходимо принять быстрые и энергичные меры. На заседании верховного совета Даладье, аргументируя вмешательство союзников в войну в Финляндии, высказал предположение, что Красная Армия, одержав победу, может продолжить свое наступление в Швецию и захватить железнорудные шахты, находящиеся всего в 150 км от шведско-финляндской границы. После обмена мнениями, высший военно-политический орган англо-французской коалиции в своем решении подчеркнул важное значение помощи Финляндии со стороны Франции и Англии и признал необходимым осуществить дипломатические акции в Осло и Стокгольме для того, чтобы получить содействие Швеции и Норвегии в осуществлении помощи Финляндии, а также "поддерживать решимость этих стран оказывать сопротивление актам агрессии".

Во исполнение решений верховного совета союзников французские штабы разработали план "помощи Финляндии", который предусматривал высадку англо-французского десанта в районе Петсамо (Печенга) и открытые военные действия против советских войск. Французское командование считало целесообразным поддержать действия союзных войск в районе Петсамо бомбовыми ударами по важным объектам на территории СССР. На совещании представителей высшего французского командования, проходившего в Венсенне 4 января 1940 г., генерал Гамелен подчеркнул: "Помощь Финляндии авиацией представляет большой интерес. Усиление финской бомбардировочной авиации позволит ей нарушить, особенно в районе Ленинграда, снабжение русских войск, действующих на Карельском перешейке". Основные положения замысла французского главкома были обсуждены на англо-французских военных переговорах 16 января 1940 г.20 января глава французской военной миссии подполковник Геневаль сообщил, что Маннергейм дал согласие на действия англо-французских войск в Петсамо.

Бывший премьер-министр Франции К. Шотан считал возможным после захвата Петсамо и Мурманска продвижение англо-французских войск на юг, вдоль железной дороги, достигнуть "канала Сталина" (так Шотан именовал Беломорско-Балтийский канал) и открыть путь на Балтику союзническим подводным лодкам. Начальник генерального штаба ВМФ Франции адмирал Дарлан был также сторонником англо-французской операции в районе Петсамо. В служебной записке главе французского правительства он в пользу этого плана выдвигал не только военно-стратегическую, но и политическую аргументацию. "В район Мурманска и в Карелии содержатся тысячи политических ссыльных и обитатели тамошних концентрационных лагерей готовы восстать против угнетателей. Карелия могла бы в конце концов стать местом, где антисталинские силы внутри страны могли бы объединиться". Премьер-министр Франции Э. Даладье одобрял вероятные действия союзников в Финляндии и считал, что такая операция будет "превентивной" и "положительной" на театре военных действий, "значение которого важно для исхода войны".

В конце января французское командование приняло решение о формировании бригады альпийских стрелков для отправки в Финляндию. Позднее для действий в Скандинавии и Финляндии предусматривалось создание экспедиционного корпуса в составе альпийской бригады, польской бригады и полка иностранного легиона.

5 февраля верховный совет союзников, учитывая трудности операции по захвату Петсамо, не утвердил предложение Франции, но принял решение об отправке англо-французского экспедиционного корпуса в Финляндию через Норвегию и Швецию. В решении подчеркивалось, что оказание помощи финнам имеет первостепенное значение, поскольку разгром Финляндии или ее капитуляция были бы серьезным поражением союзников.

Англия обязалась выделить основные силы для экспедиционного корпуса. В связи с этим отменялась отправка во Францию двух английских дивизий. Британский флот должен бы обеспечить действия сухопутных сил. Общее руководство операцией возлагалось на английское командование. После обращения Финляндии к правительствам Англии и Франции за помощью, союзники потребуют от Норвегии и Швеции разрешения на проход войск через их территории. Генеральные штабы Англии и Франции получили указания приступить к подготовке операции, которая назначалась на третью неделю марта.

Политические лидеры и высшие стратеги Франции и Англии были убеждены не только в успехе военных акций против СССР, но даже считали, что не встретят прямого противодействия со стороны СССР. При обмене мнениями между премьерами Франции и Англии на заседании верховного совета союзников 5 февраля высказывалась точка зрения, что действия англофранцузского экспедиционного корпуса в Финляндии и на севере СССР не обязательно приведут к объявлению Советским Союзом войны англо-французской коалиции. Чемберлен и Даладье намеревались отправить свои войска под флагом "добровольцев", полагая, что подобная маскировка лишает Москву повода для официального объявления войны. Кроме того, было высказано мнение, что Советский Союз не обладает достаточными силами для противодействия англо-французским акциям.

Вызывает удивление, что французские и английские лидеры готовы были воевать с СССР и взвалить на свои плечи ответственность за войну еще с одним противником. Правда неудачи Красной Армии в декабре 1939 г. - январе 1940 г. укрепили многих политических и военных деятелей Франции в мысли о военной слабости СССР. "Эта концепция, утвердившаяся во французских политических кругах, позволяла предположить, что не будет какого-либо серьезного противодействия вооруженной интервенции в России", - писал в своих мемуарах генерал Гамелен. "Карта, с которой мы должны играть - слабость России, а не ее сила", - утверждал полковник П. Виллелюм, который был военным советником в министерстве иностранных дел Франции и осуществлял связь МИД с высшими военными инстанциями.

Сведения, поступавшие из Москвы от французских дипломатов, не подтверждали подобных убеждений политиков и военачальников.15 февраля военный атташе Франции в Москве генерал Палас в своей телеграмме подчеркивал, что Советский Союз готов к обороне. Военная промышленность России обеспечивает потребности армии. Трудности Красной Армии в Финляндии, по мнению военного атташе, объясняются в первую очередь недостатком подготовленных кадров. Видимо, такая информация не принималась в расчет французскими правящими кругами. На заседании верховного совета союзников Э. Даладье утверждал, что англо-французский десант легко отбросит войска Красной Армии на восток.

Таким образом, Франция и Англия планировали вооруженную интервенцию в Советскую Россию. На заседании военного комитета союзников генерал Гамелен заявил: "Безусловно, мы не можем отправить войска сражаться на стороне финнов и избежать столкновения с русскими. Если мы хотим что-либо сделать в этом направлении, то следует принять такую перспективу".

Возникла любопытная ситуация: в военных и политических кругах Франции и Англии считали возможным предпринять вооруженную акцию, не объявляя при этом войны Советскому Союзу. "Я не говорю: объявить войну. Это сейчас не модно", - объяснял свою позицию Гамелен". Однако исключить вероятность объявления войны СССР было нельзя.

Политические лидеры Франции и Англии декларировали, что они оказывают помощь Финляндии во имя благородной цели - поддержать небольшой свободолюбивый народ, борющийся за свою независимость. Цели Франции и Англии не были столь бескорыстны. Война в Финляндии позволяла англо-французским союзникам вмешаться в конфликт на севере Европы и решить ряд военно-стратегических задач.

Уверенные в невозможности активных боевых действий на франко-германском фронте по причине неприступности как линии Мажино, так и линии Зигфрида, французские стратеги полагали целесообразным организации военных действий на других театрах военных действий, в частности в Скандинавии. Э. Даладье считал важным выйти из оцепенения "странной войны". В телеграмме в Лондон 17 января он подчеркнул: "Мы находимся в состоянии пассивности и бездействия, постоянно уступаем противнику все выгоды инициативы". Французский премьер считал необходимым предпринять активные военные акции в Скандинавии, расширить театр сухопутных и морских военных действий и тем самым отвлечь силы Германии с франко-германского фронта.

Война в Финляндии предоставляла возможность использовать Скандинавию в качестве "периферийного" театра военных действий, втянуть Швецию и Норвегию на стороне англо-французских союзников и прервать поступление шведской руды в Германию. Французский генеральный штаб обоснованно считал, что в ответ на действия союзников Германия введет свои войска в Скандинавию. Но подобная ситуация не страшила французских стратегов. Они рассчитывали вести длительные боевые действия в Скандинавии.

В Париже и Лондоне возникли сомнения в эффективности экономической блокады Германии. Особое беспокойство в правящих кругах Франции и Англии вызывали поставки в Германию высококачественной железной руды из Швеции.

В 1938 г. импорт фашистским рейхом этого стратегического сырья составлял 9 млн. тонн или 41 процент потребностей в руде металлургической промышленности. С учетом содержания чистого железа в шведской руде 60 процентов чугуна выплавлялось из руды, импортированной из Швеции.

Установление контроля союзников над шведскими рудниками считалось в политических и военных инстанциях Франции и Англии одной из важнейших стратегических задач. Интервенция в Финляндию под предлогом оказания помощи финнам давала возможность, по мысли западных стратегов, достигнуть этой цели. На совещании представителей военного командования Франции и Англии генерал Гамелен весьма откровенно изложил подлинные цели "помощи Финляндии". "Мы готовы принять риск войны с Россией, если получим ожидаемый большой выигрыш. Например, рудники Галливара, и ничего другого".

Союзники решили готовить операцию по высадке англо-французского десанта в районе Нарвика и двигаться в Финляндию через Норвегию и Швецию. Однако замыслы Парижа и Лондона встретили трудности. Правительства Швеции и Норвегии с опаской относились к предложениям англо-французских союзников и стремились сохранить свой нейтралитет в войне. На позицию норвежского и шведского правительств, безусловно, оказали влияние дипломатические акции советского правительства, которые содержали серьезные предупреждения Швеции и Норвегии.

В инструкции советскому полпреду в Лондоне И.М. Майскому, переданной по телеграфу 21 февраля, нарком иностранных дел В.М. Молотов писал: "Никаких претензий к Швеции и Норвегии Советское правительство не имеет... Советский Союз не хочет трогать ни Швецию, ни Норвегию, если они сами не вступят в войну на стороне Финляндии формально или фактически. Другое дело, если шведы или норвежцы нарушат свой нейтралитет и вступят в войну. В этом случае СССР вынужден будет тоже выступить с оружием в руках. Это относится не только к Швеции и Норвегии, но и ко всякому другому государству, которое решится нарушить свой нейтралитет в отношении Советского Союза..."

С середины февраля для европейских наблюдателей стало ясно, что война в Финляндии приближается к концу. Такая перспектива встречалась в Париже с беспокойством, поскольку рушились планы использовать "зимнюю войну" как предлог для интервенции в Скандинавию и осуществления агрессии против СССР. Генерал Л. - М. Шассен, исследовавший англо-французские планы нападения на Советский Союз писал, что когда русские прорвали фронт на Карельском перешейке, "политических деятелей Запада охватила паника".

12 марта между Советским Союзом и Финляндией был заключен мирный договор. Западные наблюдатели отмечали, что советское правительство весьма снисходительно отнеслось к потерпевшей поражение Финляндии. В ходе войны СССР сумел решить некоторые проблемы своей безопасности: государственная граница была отодвинута от Ленинграда, Россия укрепила свои позиции на Балтийском море. Советское руководство отказалось от поддержки правительства Куусинена и от замыслов сменить политический режим в Финляндии. "Зимняя война" показала слабость и недостатки в боевой подготовке Красной армии, что привело к большим потерям в живой силе. Война нанесла ущерб престижу Советского Союза на мировой арене.

Советское руководство, идя на контакты с правительством Хельсинки, безусловно, учитывало враждебные позиции Франции и Англии и старалось предотвратить перерастание двухстороннего военного конфликта в международный, что привело бы к трудно предсказуемым последствиям.

В связи с заключением советско-финляндского договора во Франции разразился правительственный кризис. Кабинет Даладье был обвинен в том, что он не принял всех мер по оказанию помощи Финляндии. Даладье защищался, стараясь доказать, что он сделал все возможное, чтобы поддержать финнов. Кабинет Даладье был вынужден уйти в отставку.

20 марта было сформировано новое правительство во главе с П. Рейно. Правительство П. Рейно, заявив о своей решимости энергично вести войну с Германией, не отказалось от замыслов прежнего руководства Франции нанести удар на СССР.

Связи с окончанием советско-финляндской войны оказались нереализованными планы интервенции в Советский Союз на севере. Теперь внимание французских политиков и военачальников было переключено на южный вариант нападения. Следует отметить, что замыслы военных действий англо-французских союзников на Кавказе, имевшие целью разрушение нефтедобывающих и нефтеперерабатывающих советских предприятий существовали до начала войны СССР против Финляндии. Французский историк Ж. д'Ооп писал: "Идея нападения на нефтяные разработки в СССР была сформулирована с самого начала войны". По свидетельству полковника Виллелюма в середине декабря 1939 г. в военных инстанциях уже рассматривались вопросы военных операций союзников в Закавказье.

Заместитель начальника генерального штаба ВВС генерал Бержери в разговоре с капитаном П. Стеленом в декабре 1939 г. говорил, что англо-французские союзники предпримут нападение на СССР не только на севере, в Финляндии, но и на юге, в Закавказье. "Генерал Вейган командует войсками в Сирии и Ливане. Его силы будут наступать в общем направлении на Баку с тем, чтобы лишить СССР добываемой здесь нефти. Отсюда войска Вейгана продвинутся навстречу союзникам, наступающим на Москву из Скандинавии и Финляндии". "Я был удивлен и польщен, - писал в своих мемуарах Стелен, - что меня конфиденциально познакомили с операцией столь крупного масштаба. Замысел операции был выражен на карте двумя изогнутыми стрелами: первая из Финляндии, вторая из Сирии. Заостренные наконечники этих стрел соединялись в районе на восток от Москвы".

19 января премьер-министр Э. Даладье направил генералу Гамелену и адмиралу Дарлану письменное распоряжение изучить возможности разрушения союзниками нефтяных разработок в России. В соответствии с указанием Э. Даладье оперативное управление генерального штаба разработало и 25 января предоставило на утверждение документ, в котором рассматривались соображения о возможных действиях союзников на Кавказе. Первый вариант предусматривал операции военных кораблей Франции и Англии в Черном море по перехвату танкеров с советской нефтью. Предполагалось, что такие акции не приведут к прямому столкновению с СССР. Второй вариант предполагал действия сухопутных сил союзников в направлении нефтяных разработок на Кавказе. По третьему варианту главная роль отводилась действиям, которые могли бы "способствовать освободительным движениям мусульманского населения Кавказа".

Документы свидетельствуют, что в январе-марте 1940 г. вопросы планирования военных операций на южных границах СССР были в центре внимания французских генеральных штабов армии, флота и авиации. Осуществление разработанных планов возлагалось на главное командование французскими силами на Ближнем Востоке, во главе которого был поставлен 72-летний генерал М. Вейган, находившийся с 1935 г. в отставке, но не утративший своего влияния среди военных и политических деятелей Франции. Вейган был известен как ярый враг Советского Союза. В одном из своих писем генералу Гамелену он кратко и четко сформулировал свое кредо: "Со своей стороны я считаю самым важным сломать хребет СССР в Финляндии... да и не только там". Заместителем Вейгана и командующим французскими ВВС на этом ТВД стал корпусной генерал авиации М. Жано, занимавший до этого должность командующего 2-м военно-воздушным округом (Париж).

Генеральный штаб ВВС Франции издал директиву, озаглавленную "Нападение на Батум, возможное нападение на Баку и действия против перевозки нефти по Черному морю". В этом документе ставилась задача 2-му бюро (разведуправление) осуществить мероприятия по выявлению целей для ударов авиации, а также определить группировку советских войск на Кавказе. Генерал Жано получил задание изучить возможность развертывания авиации союзников в Сирии, Турции и Ираке (с согласия англичан).22 февраля генеральный штаб французской армии также разработал соображения о вероятной операции союзников на Кавказе. В документе указывалось: "Действия против русской нефтедобывающей промышленности на Кавказе представляют для союзников большой интерес... Они позволят нанести серьезный, если не решающий удар по военной и экономической организации СССР. Через несколько месяцев затруднения в Советском Союзе могут достигнуть таких масштабов, что стране будет грозить полный крах". Авторы документа подчеркивали, что особое внимание при планировании операции необходимо уделить ударам по уязвимым объектам: нефтеперерабатывающим заводам, хранилищам нефти, транспортным коммуникациям Баку, Грозного, Майкопа и Батуми.

Следует отметить, что генерал Гамелен, на которого была возложена координация всех видов вооруженных сил в войне, считал операции на Кавказе важной задачей. На одном из документов генерального штаба армии, составленном в начале марта, он от руки сделал следующую приписку: "Следует решительно осуществлять наши скандинавские проекты, чтобы спасти Финляндию, или, хотя бы, захватить шведскую руду и порты Норвегии. Но, скажем прямо, с точки зрения военной стратегии Балканы и Кавказ, где можно лишить Германию нефти, имели бы большое значение".

В соответствии с планом войны на 1940 г. главнокомандующий французскими вооруженными силами в Сирии и Ливане генерал Вейган получил указание изучить вопрос о возможности воздушных бомбардировок советского Закавказья. В начале марта командующий английскими ВВС на Ближнем Востоке маршал авиации Митчелл получил аналогичные указания из Лондона.7 марта он встретился в Бейруте с генералом Вейганом и попросил разрешение провести рекогносцировку аэродромов в районе Джезирех (французский Ливан).10 марта командующий британскими войсками на Ближнем Востоке генерал А. Уайвелл сообщил Вейгану, что он получил приказ от военного министерства Англии изучить условия осуществления военных операций на Кавказе.

16 марта генерал Гамелен представил в правительство записку "О ведении войны". В этом документе подчеркивалось, что концепция, изложенная в "Плане войны на 1940 г. ", остается основой для действий французских вооруженных сил. Заключение мира между СССР и Финляндией создало необходимость внести лишь некоторые коррективы в план войны. "Русско-финляндское перемирие не должно внести какие-то изменения в основные цели, которые мы ставим на 1940 г., - писал Гамелен. - Но оно должно нас побудить к более быстрым и более решительным действиям". Генерал Гамелен вновь считал, что "следует вынудить Германию отказаться от выжидательной позиции, которую она занимает в настоящее время". В этих целях предлагалось усилить блокаду Германии, а также быть готовыми к проведению операций в Скандинавии с целью захвата железорудных разработок в Швеции. Один из разделов документа рассматривал операции союзников на Кавказе. Предлагалось предпринять воздушные бомбардировки районов Баку и Батуми, организовать перехват судов с советской нефтью на Черном море, а также предусмотреть операции турецкой армии на сухопутном театре военных действий.

20 марта политический департамент французского МИД представил министру справку "Ситуация на Балканах и армия Вейгана". В документе были изложены предложения по созданию при поддержке Турции военных баз для организации плацдарма на южном фронте Германии и для осуществления военных акций на Кавказе. В этом же управлении французского министерства иностранных дел была составлена справка о целесообразности использовать на Кавказе в антисоветских целях националистические элементы. "Нерусское население от Днестра до Каспия и Туркестана окажет сердечный прием иностранным армиям, будь то германские или союзнические войска, которые пришли бы освободить коренные народы от коммунистического ига, то есть от русских", - писали авторы справки. В документе подчеркивалось, что выступления нерусского населения южных районов СССР может поставить Советский Союз "на край катастрофы".

25 марта П. Рейно направил английскому правительству свои предложения о ведении войны союзниками, предусматривавшие "захват стратегической инициативы".

Новый французский премьер считал целесообразным предпринять немедленные и решительные акции Франции и Англии в Скандинавии и на Кавказе. П. Рейно предлагал идти на разрыв отношений с Советским Союзом и начать боевые действия по разрушению нефтяных скважин и нефтеперерабатывающих заводов на Кавказе. "Решительные операции на Черном и Каспийском морях необходимы союзникам не только для того, чтобы сократить снабжение Германии нефтью, но и в первую очередь парализовать всю экономику СССР до того, как рейху удастся использовать ее в своих интересах". Далее французский премьер писал: "Отсутствие состояния войны между союзниками и Россией возможно будет рассматриваться английским правительством как препятствие для таких действий. Французское правительство не отрицает это препятствие, но считает, что нам не следует колебаться и, если нужно, взять на себя ответственность за разрыв с Россией".

Похоже П. Рейно видел возможность "проявить энергию" и "изменить ход войны" только в реализации планов нападения на СССР. Критикуя курс нового премьер-министра, А. Керрилис в газете "Эпок" от 26 марта писал: "Французские лидеры хотят втянуть страну в авантюру огромных масштабов, хотят толкнуть Францию без каких-либо оснований в войну против 180 миллионов русских". Однако большинство влиятельных французских газет поддержали намерения П. Рейно. Лидер социалистов Л. Блюм писал 26 марта в "Попюлер": "Опасения разрыва со Сталиным, открытых военных действий против Советов не должны приниматься в расчет... Если войну с Советами можно избежать, тем лучше, если нельзя избежать - пусть будет так!".

26 марта в Лондоне состоялось 6-е заседание верховного совета союзников. Английская делегация во главе с Н. Чемберленом и французская делегация во главе с П. Рейно обсудили планы союзников в Скандинавии, уточнили акции Парижа и Лондона в отношении Бельгии и Голландии и определили действия союзных войск в случае германской агрессии против этих стран. На заседании верховного совета обсуждались также планы англо-французских военных действий на Кавказе. Ярым сторонником активных действий союзников на Кавказе выступил П. Рейно. Он в своих выступлениях подчеркивал, что советские нефтеразработки в Закавказье представляют весьма уязвимое место в советской экономике. Лишившись кавказской нефти, СССР будет парализован, не сможет предпринять широкомасштабные военные действия и прекратит поставки нефти Германии. Французский премьер весьма низко оценивал военный потенциал Советского Союза. Похоже, П. Рейно был во власти только одной идеи - бомбардировки советских нефтеразработок на Кавказе. "Французская сторона, - говорил он на заседании, - уже провела исследования, и эксперты пришли к положительным выводам. Они придерживаются мнения, что операции принесет хорошие результаты". Отстаивая планы агрессии на Кавказе, французский премьер выдвинул довольно странный аргумент. По его мнению, нападение англо-французских союзников на советские нефтепромыслы не обязательно приведет к войне с СССР. Вполне вероятно, рассуждал Рейно, после ударов союзников советское правительство возможно проявит желание улучшить отношения с Францией и Англией.

Английская делегация при обсуждении вопроса о действиях союзников на Кавказе проявила большую осторожность. По ее настоянию в решении верховного совета записано, чтобы французские и английские эксперты продолжали изучение комплекса вопросов, связанных с проведением операций на Кавказе.

Союзники обсудили также вопрос о возможности возобновления торгово-экономических переговоров с СССР и приняли решение: придерживаться уклончивой тактики до тех пор, пока не будет принято согласованного англо-французского принципиального решения о политике по отношению к СССР и не будет решен вопрос о военных действиях на Кавказе.

3 апреля на заседании высшего военного комитета Франции был заслушан доклад генерала Вейгана. В своих мемуарах генерал Гамелен пишет об этом совещании: "В конце концов пришли к заключению, что следует продолжать подготовку операции против русской нефти". Вейган вспоминает, что на этом заседании о предстоящей операции "говорили с легкостью и откровенностью, которые меня удивили".

5 апреля в генеральном штабе ВВС Франции были утверждены разработки по проведению воздушных операций по нефтеперегонным заводам и портовым сооружениям Грозного, Баку, Батуми и Поти. Этот документ и другие расчеты были положены в основу оперативного плана "РИП"*. План предусматривал силами 9 групп бомбардировщиков разрушить нефтяную промышленность Баку за 15 дней, Грозного - за 12 дней, Батуми - за 1,5 дня. Удары должны наноситься по производственным мощностям нефтеперерабатывающих заводов, резервуарам с нефтью, электростанциям, нефтепроводам, портовым сооружениям и железнодорожным станциям. Бомбардировки должны были осуществляться днем и ночью с различных высот. Авторы разработок утверждали, что, несмотря на трудности (недостаточные разведданные, противодействие советской ПВО), налеты будут удачны, поскольку цели легко уязвимы, заход самолетов со стороны моря

обеспечит внезапность и и т.д.................


Перейти к полному тексту работы



Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.