На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


Контрольная История русско-чеченских отношений. Развитие внутричеченских событий и российско-чеченская война 1994-1996 гг. Предпосылки чеченской войны. Ислам и политика в Чеченской республике. Создание исламского государства. Роль ислама в жизни современной Чечни.

Информация:

Тип работы: Контрольная. Предмет: История. Добавлен: 10.04.2008. Сдан: 2008. Уникальность по antiplagiat.ru: --.

Описание (план):


5
Содержание

Введение 3
1. Предпосылки чеченской войны 4
2. Ислам и политика в Чеченской республике 5
3. Создание исламского государства 12
Заключение 25
Список литературы 26
Введение

История русско-чеченских отноше-ний уходит своими корнями в XIX век. В 1859 г. Чечня стала частью Российской империи. В первые послереволюционные годы чеченцы, как и большинство горских народов, выступили против советской власти и развернули настоящее партизанское движение, которое было подавлено с неимоверной жестокостью. Ещё бо-лее обострились отношения в годы Второй мировой войны. В феврале 1944 г. население республики было выслано в Казахстан. В 1957 г., после воз-вращения чеченцев в родные места, криминальная ситуация в крупнейшем городе Чечни -- Грозном -- обострилась. Участились убийства, грабежи и хулиганство на улицах. Осенью в Гроз-ном началось восстание проживав-шего там русского населения с требо-ванием выслать чеченцев обратно в Казахстан. В город ввели войска восстание было подавлено, а бежавшие из Грозного чеченцы снова вернулись в свои дома в Грозном.
Национальные отношения в Чечне обострял также и ингушский вопрос. Ингуши в 1944 г. были выселены вме-сте с чеченцами, а когда вернулись в родные места в 1957 г., обнаружили, что их дома и сёла в предгорных рай-онах заняты осетинами. В 1971 г. в Грозном на площади Ленина в тече-ние четырёх дней продолжался ми-тинг ингушей, просивших союзное правительство помочь им переселить-ся на старые места проживания. Ми-тинг был разогнан войсками.
В последние годы ислам в Чечне оказался в эпи-центре борьбы за власть между недавними соратниками по российско-чеченской войне 1994-1996 годов.
1. Предпосылки чеченской войны
Отголоском этих конфликтов и в то же время их логическим продолже-нием стали события августа 1991 г., ко-гда СССР распался на несколько от-дельных государств. Власть в Грозном (столице Чечни) взял в свои руки Об-щенациональный конгресс чеченско-го народа (ОКЧН) во главе с бывшим генералом советских Военно-Воздушных Сил Джохаром Дудаевым. В октя-бре он был избран президентом рес-публики, и Чечня провозгласила себя независимым государством.
Российское правительство отказа-лось признать законность этого шага. У вопроса о независимости Чечни су-ществовал и экономический аспект. Через территорию этой республики российское правительство собира-лось строить нефтепровод. Вести его по землям, входящим в состав Рос-сийской Федерации, казалось несо-размерно дешевле, чем по территории независимого государства. В случае отделения Чечни России пришлось бы выплачивать ей огромные суммы за аренду территории для нефтепровода.
В ноябре российское правительст-во направило в Грозный десант войск специального назначения МВД. Одна-ко они не смогли выполнить свою задачу. В начале июля 1992 г. террито-рию Чечни покинули части бывшей Советской Армии, а их имущество, в том числе оружие и боеприпасы, за-хватили власти Грозного. «Богатое наследство Москвы» позволило Дуда-еву в короткий срок сформировать боеспособную армию. История России в новейшее время (1945 - 1999): учебник для вузов / Под ред. А.Б. Безбородова. - М.: Олимп, АСТ, 2000. - С. 243.
2. Ислам и политика в Чеченской республике

Начиная с 1989 года ислам все шире и глубже внедряется в общественно-поли-тическую жизнь Чечни. Этому способствовали внутренние изменения в Советском Союзе (курс перестройки, в частности, предоставил возможность всем конфессиям вес-ти пропаганду религиозно-нравственных ценностей); крах коммунистической идеологии и структуры, ее поддерживавшей. Образовавшийся вакуум быстро заполнил ислам; попытка федерального центра ввести 8-9 ноября 1991 года чрезвычайное положение и разоружить военизированные формирования Объединенного конгресса чеченского на-рода (ОКЧН) привела к всплеску национально-религиозных чувств местного коренного населения и активному использованию исламской риторики национал-радикалами во главе с Д. Дудаевым во имя политической мобилизации масс. Большую роль в этом сыграли развитие внутричеченских событий и российско-чеченская война 1994-1996 годов, а также состояние международной изоляции, в котором фактически ока-залась эта маленькая горная страна.
Курс на политическую Независимость Чечни, провозглашенный ОКЧН с первых дней своего существования, активно поддержала большая часть коренных жителей страны и, в частности, возникшая на рубеже 80-90-х годов партия Исламский путь во главе с Б. Гантамировым, которые доказывали, что только при условии независимости республики можно будет постепенно вернуться к основам ислама. Этот переход пони-мался как возврат к той точке, в которой было прервано "естественное, богоугодное развитие" Чечни, что стало наказанием, ниспосланным Аллахом за грехи неверия и нарушение благочестия. Однако, в отличие от политиков-исламистов, основная часть мусульманского духовенства Ичкерии осудила их планы, аргументируя свою позицию потребностью оградить ислам от политической конъюнктуры, сохранить контроль за нравственно-религиозным воспитанием во имя духовных ценностей, а не для полити-ческих кампаний, пусть и прикрытых зеленым знаменем. Оплотом этой части традиционного муфтията стал город Урус-Мартан, издавна слывший главным духовным центром. В то же время немало духовенства на местах (имамы сельских, особенно в горной местности, мечетей), шейхи многих вирдов (ответвлений, общин) мусуль-манских духовных орденов Накшбандийа и Кадирийа, в первую очередь после-дователи вирда шейха Кунтахаджи, отличавшиеся в советское время последова-тельным неприятием светской власти и слывшие одними из самых набожных на Северном Кавказе, незамедлительно поддержали ОКЧН и оказавшегося во главе его отставного генерал-лейтенанта советских ВВС Дудаева.
Уже первые шаги нового руководства светской Чечни свидетельствовали о стрем-лении возврата к исламским традициям. Так, на состоявшейся 9 ноября 1991 года це-ремонии вступления Дудаева в должность президента страны присутствовали многие представители духовенства, новый лидер страны клялся на Коране защищать му-сульманскую веру. Саватеев, А.Д. Ислам и политика в Чеченской республике // Общественные науки и современность. - 2000. - № 2. - С. 84-85.
Попытка Москвы силой разоружить военизированные формирования самоотде-лившейся мятежной республики привела к обратному политическому результату: оста-вив разногласия, практически все слои населения сплотились "вокруг Дудаева как символа национальной независимости", усилив его политическое влияние. Москва на время вынуждена была отступить, а перед руководством Чечни встал вопрос о создании собственной государственности. Она мыслилась изначально как фор-мирование независимого политического образования. По словам Дудаева, склады-валось "светское конституционное государство с равными правами, обязанностями и возможностями для всех граждан. С раскрепощенными душами, независимо от веро-исповеданий, политических принципов и национальности". По мнению многих ана-литиков, чеченский лидер изначально не планировал создания теократического госу-дарства.
Однако влияние "веры как фундамента", на котором "люди могут объединиться", как культурно-исторического наследия, с которым связаны "величественные страницы прошлого, борьбы с поработителями и бессмертные души великих предков", о чем не-однократно говорил президент страны, постепенно стало склонять чашу весов в поль-зу объявления ислама государственной религией. Об этом свидетельствовали не толь-ко личные решения Дудаева, но и воздействие сторонников президента, которые осознанно или под воздействием политических аналогий стали публично упоминать имя главы республики как "богоданного президента", "имама Чечни". Исламизации страны способствовали и не сбывшиеся упования на международное признание страны как субъекта международного права, к чему ревностно стремился Грозный. "Никаких шагов для вступления Чечни в мировое сообщество мы не предпринима-ем", - заявил Дудаев в июле 1994 года, признавая тщетность попыток.- "Хотя Чечня - правовое государство по всем признакам международного права. И наша сила в том, что мы не отступили ни на один шаг от канонов права. Ни одна республика бывшего Союза не может похвастаться тем, что, как Чечня, прошла легитимный путь к правовому государству". Непризнание в мире делало ненужным следование меж-дународным нормам государственной власти и дополнительно актуализировало вопрос об идейно-политической, цивилизационной основе государственности, всей системы власти отвергнутой страны. И уже тогда, до начала в декабре 1994 года российско-че-ченской войны, в целом ряде мусульманских государств нашлись силы, которые стали поддерживать линию Дудаева на выделение из состава России, укрепление позиций ислама в Чечне как еще одного фактора политического противостояния Москве. Из Сирии, Иордании, Саудовской Аравии, Объединенных Арабских Эмиратов (ОАЭ), Турции, Ливии на Северный Кавказ стали прибывать группы миссионеров, называв-ших себя "проповедниками ислама". Это были представители фундаменталистского, политического ислама в его саудовском, ваххабитском обличий. Проповедники действовали по банальной схеме: они единовременно выдавали по 1-1,5 тыс. долл. местным муллам за согласие присоединиться к ваххабитскому течению в исламе, а за-тем выплачивали ежемесячно по 100-150 долл. Чечня не была исключением. Кроме пропагандистов в республике появились и люди с боевым опытом ведения войн в Афганистане и на Ближнем Востоке, включая афганских моджахедов, которых осна-щали и переправляли на Северный Кавказ. Видимо, поддержка из-за рубежа сыграла немалую роль в отходе Дудаева от светской модели государственности и переориента-ции на исламские ценности. Ислам становился главным средством самоидентифика-ции чеченцев в постсоветский период и быстро приобрел значение символа оппозицион-ности современному российскому государству и христианской цивилизации в целом. В феврале 1993 года Дудаев изложил свой проект новой конституции Чечни, в ко-тором, в частности, ислам провозглашался государственной религией, вводилось судо-производство на основе шариата. Однако из-за противодействия парламента, высту-пившего против чрезмерного расширения президентских полномочий, проект не был принят, хотя и получил поддержку религиозных деятелей, особенно горной Чечни, и социальных низов Грозного.
Исламская идея еще активнее эксплуатируется в период российско-чеченской вой-ны 1994-1996 годов. Борьба за независимость (так воспринималась она большинством чеченцев) обрела свое политическое и духовное обоснование в провозглашаемом Кораном требовании вооруженной борьбы с захватчиками, тем более если они ино-верцы. Идея газавата - военного сопротивления кафирам ("неверным") до полного их истребления или изгнания объединила практически все районы страны, воодушевила и сплотила все слои общества, особенно молодежь. Зеленые повязки с изречениями из Корана надели многие ополченцы, объявив себя воинами ислама и дав обет сражаться, не щадя своей жизни. Массовым стало изъявление религиозных чувств, в первую оче-редь совершение намаза. Публичное совершение его демонстрировал и бывший член КПСС Дудаев. Еще более ревностно исполнял религиозные обряды вице-президент Чечни, писатель 3. Яндарбиев, придерживавшийся жестких, радикальных взгля-дов в вопросе о взаимоотношениях с Россией.
Гибель Дудаева 21 апреля 1996 года, завершение войны подписанием 22 августа того же года в Хасавюрте соглашения о прекращении огня в Грозном и на территории Чеченской республики стали рубежом в истории страны. Перед руководством победивших сепаратистов снова встал в числе прочих вопрос о государственности страны, о принципах, на которых она должна строиться. Это необходимо было решать срочно, ибо массы вчерашних боевиков, управляемые действовавшими полевыми командирами, как правило, не собирались возвращаться к мирному труду. За два года они привыкли держать в руках автомат, чувствовать себя защитниками страны, на которых обращены восхищенные взоры соплеменников. Им было трудно расстаться с таким героическим имиджем и оказаться перед обыденной перспективой добычи средств тяжелым, малооплачиваемым и, как правило, малоуважаемым в этом обществе трудом. Стремление удержать свой статус, подкрепляемый к тому же де-нежным содержанием (поступления из ряда арабских стран, от чеченской диаспоры в России и за рубежом) и нежелание переходить к мирному образу жизни требовали деятельности, близкой к боевой. Грабежи, вымогательство, похищение людей с целью выкупа (то, что в истории Кавказа известно как абречество) для целого ряда форми-рований постепенно становятся источником существования. Сначала в самой Чечне, затем выходя за ее пределы, бывшие боевики, не сложившие оружия, продолжают похищать людей, прикрывая свою деятельность рассуждениями о необходимости дать отпор безбожным властям России и прикрыть собой мусульманский мир. К тому же похитители людей знают, что за ними стоит тейп (род, клан), который по обычному праву обязан защитить его, каким бы преступником тот ни был. В таких условиях все усилия чеченского политического руководства представить нынешнюю, фактически независимую Ичкерию как цивилизованное государство обречены на провал. Саватеев, А.Д. Ислам и политика в Чеченской республике // Общественные науки и современность. - 2000. - № 2. - С. 87. В ходе русско-чеченской войны и после нее особенно остро проявился национализм как способ существования и сохранения этнической культуры, где ислам занял главное место. Одновременно этот процесс означал все углубляющийся разрыв с общечелове-ческими социально-культурными и политическими нормами и институтами. Об этом свидетельствуют следующие обстоятельства. Во-первых, игнорирование российского Уголовного Кодекса, ставшего не просто чужим, но для большинства чеченцев даже враждебным. Во-вторых, сохраняющееся восприятие полевыми командирами вчераш-него командующего войсками Чеченской республики, хотя и облеченного полно-мочиями президента, лишь как первого среди равных, а отсюда и саботаж попыток верховной власти установить хотя бы подобие законности. В-третьих, неспособность самой власти выполнять в полном объеме важнейшие государственные функции, применять насилие к несоблюдающим порядок и защищать социально слабых. В-четвертых, действие особенно укрепившихся за время войны традиционных антирусских настроений, которые выражаются, в частности в том, что никто не стал бы выполнять приказ А. Масхадова об освобождении русских, если при этом понадо-бится уничтожать чеченцев. В-пятых, практическое отсутствие умиряющей нравы и способствующей становлению гражданской культуры интеллектуальной элиты, воспитанной в парадигме светской государственности, большая часть которой, прежде всего довольно многочисленная грозненская интеллигенция, покинула Чечню. Ее место занял поднятый войной слой лидеров, не имеющих административного со-ветского опыта управления и не стремящихся соблюдать общепринятые в мире пра-вила бюрократической игры, но находящихся под влиянием обычно-правовых корпоративных установлений и склонных к архаическим или традиционным формам организации общества. Управление страной затрудняется соперничеством тейпов, в первую очередь за контроль над финансово-экономическими структурами. Единственной супертейповой основой, на которой можно было цивилизационно и идеологически формировать государство, мог стать лишь ислам. Его авторитет обеспечила победа в войне, где он еще раз со времен кавказской войны XIX века предстал знаменем национальной борьбы и непобедимым оружием. А когда президент Масхадов и его окружение уже через несколько месяцев после окончания войны столкнулись с нежеланием полевых командиров и тейповых старейшин подчиняться власти Грозного, с преступностью, захлестнувшей все общество, и полной дезоргани-зацией светских правовых институтов, стало ясно, что навести хотя бы элементарный порядок в этих условиях можно лишь нетрадиционными способами - жесткими, но действенными. Тогда и возникла снова идея "исламского государства", где правовое, моральное и в целом социальное регулирование осуществляется на основе шариата. Обращение власти к нему продиктовано прежде всего стремлением остановить вал беззакония, напомнить об ответственности за произвол и об уважении к власти, к за-кону. Кроме того, власть ясно показывала свою цивилизационную идентичность с исламом, а значит, освящала свои действия его именем и ставила всех перед необхо-димостью признать ее правоту или в случае неповиновения быть раздавленными на тех же законных основаниях. Благодаря этому противостояние между официальной властью и полевыми командирами удалось перевести в сферу судебного разбира-тельства, а не вооруженных разборок. Это, как справедливо считает бывший министр иностранных дел Республики Ичкерия М. Удугов, "важный успех, серьезное дости-жение чеченской государственности". "Мы формируем государственные струк-туры исходя из законов шариата. Так называемое римское право, которое широко практикуется в мире, для чеченской натуры противоестественно. Оно многими не воспринимается и поэтому нарушается. Для формирования законодательства нам нуж-но найти такую базу, которая принималась бы народом. Подобной базой для чеченско-го народа является ислам. Иначе мы получим неуправляемую вооруженную массу, ко-торая создаст много проблем для всех, в том числе для России", - убежденно доказывает главный идеолог исламского пути развития Чечни. История России / Под ред. М.Н. Зуева, А.А. Чернобаева.- М.: Высшая школа, 2002. - С. 371.
Определенный императив, продиктованный в большей степени обстоятельствами, а не свободно выраженной волей чеченских политиков, становится еще яснее в свете признания некоторыми аналитиками слабой религиозности чеченцев. Традициями на-божности, благочестия, смирения, скрупулезного соблюдения заповедей и молитвенной практики, не говоря уже о теологических познаниях, чеченцы не отличались. Да и специалистов в области шариата было очень мало. Поэтому колебания политического ру-ководства по поводу введения шариата в качестве правового инструмента объяснимы.
3. Создание исламского государства

Одно из первых заявлений Масхадова о перспективе создания исламского госу-дарства прозвучало 8 августа 1997 года. А в начале ноября, он, будучи в Турции, про-возгласил создание Чеченской Исламской Республики. Об эволюции взглядов Масхадова свидетельствуют его заявления, сделанные в январе 1997 года. Тогда он утверждал, что совмещение функций светского руководителя недуховного лидера в будущей республике вовсе не является фатальным, более того, что нормы ислама не исключают демократических выборов. Последующие шаги, в частности публичные казни в сен-тябре 1997 года за совершение уголовных преступлений и нарушение морально-этических норм ислама, показ которых столь шокировал российскую общественность, подтвердили, во-первых, стремление руководства навести порядок в стране, во-вто-рых, продемонстрировали внутренней оппозиции решимость исламизировать полити-ческую сферу, применяя шариат как "суровую, но справедливую" меру, в том числе и по отношению к бывшим соратникам по войне, в-третьих, показали всему миру "глубокие цивилизационные разрывы между Россией и Чечней". Так на практике предстала тогда справедливость хантингтоновского тезиса если не о противостоянии, то о серьезнейших различиях христианской и исламской цивилизациями - по крайней мере в Чечне. В то же время привлечение шариатских судов с их системой жестких уголовных наказаний стало косвенным свидетельством неспособности официального Грозного взять ситуацию под контроль, отражением нарастающего хаоса, подпи-тываемого жадным стремлением полевых командиров самим занять главное кресло в государстве.
Полевые командиры, в свою очередь, желали придать хоть какую-то видимость законности своим притязаниям, создать идеологическую систему, оправдывающую аб-солютно нелегитимные цели. Разумеется, светские формы правового регулирования не годились для этого. Конституция, достаточно свободные выборы президента и пар-ламента, светские суды - все было против упований сместить Масхадова и занять его место. Во второй половине 1997 года оппозиция стала приобретать все более явствен-ные контуры. В ее состав вошли прежде всего полевые командиры Ш. Басаев, С. Ра-дуев, Х.-П. Исрапилов, Хаттаб, А. Бараев и Р. Гелаев. Сюда принято включать и по-литических деятелей: бывшего президента страны 3. Яндарбиева и его вице-президен-та С.-Х. Абумуслимова, бывшего министра информации М. Удугова, бывшего вице-президента В. Арсанова. Амбиции их были непомерны и практически каждый мнил себя национальным лидером. Но кто из них в состоянии сплотить хотя бы часть общества программой экономического и социального развития? Только Басаев возглавлял небольшую по численности Партию свободы, которую распустил в феврале 1999 года, оставшись во главе Конгресса народов Чечни и Дагестана, возникшего усилиями чеченских политиков. Главная опора каждого командира - род-ной тейп, более того, поддержка жителей своего района, поставляющего им воору-женных сторонников. Так, горные районы, особенно селения Ведено и Ца-Ведено (здесь, собственно, и находится его родной дом) - вотчина Басаева. Гудермес и вос-точные земли, граничащие с Дагестаном, "подпитывают" Радуева. Урус-Мартан -логово Бараева. Хаттаб господствует в районе Сержень-Юрт. Тем не менее обще-национальной поддержки никто из них не имеет. Зато Мехк-Кхел - главный орган традиционной власти, опиравшийся на межтейповые связи, был настроен подозри-тельно к усилившим влияние полевым командирам, явно вознамерившимся отодвинуть старейшин от решения всех дел. Муфтият, представленный в основном умудренными жизнью священнослужителями - приверженцами суфийских орденов Кадирийа и Накшбандийа, тоже выступал за сохранение status quo и был близок к позиции Мехк-Кхела. Традиционных мусульманских книжников вполне устраивали отношения неза-висимости от власти и зарубежных исламских деятелей. Большинство их выступило против "арабизации", как они определили попытки введения шариатских судов, но за сохранение чеченской самобытности. "Нас не смогли за 70 лет превратить в русских, не получится сделать и арабов", - говорили они. Ренфру, Б. Чечня // Военные преступления. Это надо знать всем: Справочник. - М.: Текст, 2001. - С. 436.
Не в пользу соперников Масхадова было и сложившееся еще в XIX веке тер-риториальное деление чеченцев на две категории - "мирных" и "горских". Первые проживали на равнине, занимались земледелием, разводили скот и в целом были достаточно лояльны к русским. Вторые же, спускаясь с гор, похищали скот и людей, нападали на русские поселения. Различие между "мирными" и "горскими" сохранилось до сих пор, и каждый чеченец гордится своими корнями. "Мирные", поддерживающие своего земляка Масхадова, не преминут напомнить, что из их среды вышла почти вся чеченская интеллигенция. "Горских" они считают "дикими", обвиняют их в стремлении установить в Грозном, где они захватили многие "теплые места", свои порядки, и жаж-дут избавиться от них и их многочисленной родни. "Горские" же чеченцы гордятся сво-ей бескопромиссной борьбой с русскими в прошлом и ныне, ставят себе в заслугу победу над Российской армией в войне 1994--1996 годов. Особые претензии к "мирным" они высказывают в связи с тем, что именно "мирные" все время управляли республикой, фактически-де предавая интересы своего народа русским колонизаторам. Сходные обвинения звучат и в адрес "мирного" Масхадова. Сложившееся деление на "мирных" и "горских" в основном соответствует распространению тарикатов Накшбандийа и Кадирийа.
Таким образом, оппозиционным полевым командирам трудно было рассчитывать на серьезную поддержку в борьбе за власть с президентом со стороны главных тейповых авторитетов, традиционного муфтията и образованной части чеченцев, проживав-ших в равнинной части страны. Апелляция к традиционным национальным адатным ("ад и т.д.................


Перейти к полному тексту работы



Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.