Здесь можно найти образцы любых учебных материалов, т.е. получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ и рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


Реферат Юрий Визбор - журналист, драматург, горнолыжник, сценарист, актер, альпинист, наиболее яркий представитель студенческой песни. Жанровое многообразие, простое мужество, неожиданная прямота исповеди творчества поэта. Главные интонации поэзии барда.

Информация:

Тип работы: Реферат. Предмет: Культурология. Добавлен: 26.09.2014. Сдан: 2009. Уникальность по antiplagiat.ru: --.

Описание (план):


18
Содержание

    Введение
    1. Юрий Иосифович Визбор
    2. Анализ песен
    Заключение
    Список литературы

Введение

Визбор. Юрий Визбор.
Вот он стоит на сцене - мешковатый и в то же время ладный, чуть наклонившись через гитару к микрофону, улыбается.
У него замечательная улыбка, мгновенно располагающая к нему: здравствуйте, мы все тут свои люди, давайте, ребята, споем что-нибудь.
Все его лицо излучает это дружеское приглашение, и так заразительно, что собравшихся разом окатывает волна симпатии к этому человеку и объединяет с ним.
Абсолютно контактный человек. И какой разносторонний!
Журналист, драматург, горнолыжник, радист, сценарист, актер, альпинист, - наверно, не все я перечислил. Но прежде всего и самое главное - поющий поэт.
Году в 1963 Алла Гербер написала в "Юности" о "бардах и менестрелях". Время утвердило слово "бард", А вот все же хочется расшифровать.
Юрий Визбор, поющий поэт. Спой нам, Визбор, что-нибудь старенькое, сочиненное тобой ли одним, вместе ли с кем - все равно это в первую очередь твой голос, твоя гитара, твоя интонация.
- Чутко горы спят. Южный Крест залез на небо...
- Жить бы мне, товарищи, возле Мелитополя...
- Полночь в зените, лунные нити на снегу...
- Мирно засыпает родная страна, и в московском небе золотая луна...
- В Архангельском порту причалил ледокол...
Визбор - это молодая Москва конца 50-х, внезапно открывшая для себя много нового, в том числе - горы, дороги, тайгу, моря и океаны, романтических флибустьеров и реальных геологов, экзотический Мадагаскар и подмосковную осень... Это резкое переощущение пространства и времени, истории и человека в ней...
Бесконечные встречи... в зрительном зале, в аудитории или у стола, или у костра... Поколение жадно знакомилось, искало и находило свое слово, свою музыку. Обретало лицо.
Чтобы кругом была суровая природа, ночь и отсветы огня на лицах. Краткий отдых мужественных людей во время трудного похода. Дух истинного дружества и единодушия в самом важном: в бескорыстии, достоинстве и человечности. И гитара - негромко, и Юра - негромко...
Восемнадцать разлук, восемнадцать кручин,
Восемнадцать надежд на рассвет голубой...
Целью данного реферата является изучение и анализ авторской песни Юрия Визбора.

1. ЮРИЙ ИОСИФОВИЧ ВИЗБОР

(20 июня 1934 - 17 сентября 1984)

Родился, жил и скончался в Москве. Окончил факультет русского языка и литературы Московского государственного педагогического института (МГПИ) им. В. И. Ленина (1955). Работал учителем на Севере, там же служил в армии. Был корреспондентом радиостанции "Юность", журнала "Кругозор". Работал сценаристом на студии документальных фильмов. Киноактер, поэт и прозаик, драматург. Член Союзов журналистов и кинематографистов СССР.
Занимался альпинизмом, участвовал в экспедициях на Кавказ, Памир и Тянь-Шань, был инструктором по горнолыжному спорту.
Первая песня - "Мадагаскар" (1951).
Году в 56-м студентка МГУ Света прислала нам, провинциалам, мы тогда работали после окончания института в Запорожье, магнитофонную кассету с песнями, которые пел под гитару какой-то парень. Так впервые мы узнали о Юрии Визборе и вообще о самодеятельной песне, как тогда называли авторскую песню.
Появление песен Юрия Визбора стало открытием. Романтика и надежда тех дней нашли в них свое поэтическое воплощение. Это были уже не "тексты песен", а поэтические произведения - стихи, органично слитые с принадлежащей только им музыкой, без которой они уже существовать не могли. Но главное - это были песни свободного человека. Нам еще предстояло "выдавливать по капле", а он уже тогда был свободен и независим. Это очень не нравилось "им". Это "их" раздражало. Угрозы, мелкие пакости в виде лишения некоторых почестей на него не действовали, и это "их" унижало. "Они" мстили ему даже после смерти, запретив гражданскую панихиду в городе и изменив маршрут траурной процессии, намеченной мимо Юриного дома. на другой, в объезд всей Москвы. "Они" его откровенно боялись, и не без оснований.
Потом были еще долгие годы творчества, большого успеха и признания. Блестящее остроумие и необыкновенное обаяние автора стали естественным достоянием его песен. В этом одна из главных причин поразительной притягательности песен Юрия Визбора. Плюс поэтическая точность, умение найти фразу, которая станет потом почти лозунгом. "Не верь разлукам, старина!" или "Зато мы делаем ракеты..,". А кто не испытал щемящее, почти физическое ощущение юности, слушая:
"Друзья мои, друзья, начать бы все сначала,
На влажных берегах развить свои шатры,
Валяться б на досках нагретого причала
И видеть, как дымят далекие костры"
И, конечно, музыка - изящная, легко запоминающаяся. Он очень тонко чувствовал грань между простотой и примитивностью.
Юрий Визбор стоял у истоков авторской песни. Собственно говоря, истоков было три: студенческая песня, песни поэтов, поющих свои стихи, и песни непрофессиональных композиторов, сумевших выразить музыкой лучшую современную поэзию. Визбор был наиболее ярким представителем первого из этих трех источников - наиболее массового источника, благодаря которому авторская песня проникла во все слои нашего общества. Прошло 40 лет. Границы трех источников размыты, взаимное проникновение создало жанр искусства, в котором уже трудно различить признаки тех или иных влияний. Но остаются столпы. Их вклад в национальную культуру все очевиднее. Один из них Юрий Визбор.
Хрестоматийно знакомые песни Юрия Визбора вошли в жизнь его поколения, а потом также естественно в жизнь последующих. Сегодня их поют совсем юные ребята, и трудно себе представить широту аудитории песен Юрия Визбора. Уже более 10 лет автора нет с нами, а песни его становятся более популярны. В день рождения Юры - 20 июня 1994 г. - их пел детский хор и большой хор военных, друзья Юры и весь 2.5-тысячный зал. А ночью 3 июля на Грушинском фестивале в Самаре песни Визбора единым хором пели около ста тысяч людей. Так же как и пятнадцать лет назад, там же, вместе с их автором, стоящим на сцене-плоту в виде гитары.
В чем секрет этой необыкновенной популярности и расширяющегося с годами успеха песен Юрия Визбора? Возможно это вам станет ясно, когда вы прослушаете этот диск, побываете на концерте Юрия Визбора и еще раз споете вместе с ним почти все его лучшие песни.

2. Анализ песен

По новейшим свидетельствам -- он вышел на первое место по «ис-полняемости».
Дети забыли -- внуки вспомнили?
И запели песни, которые, казалось, наглухо остались в тех отошедших временах, где этими песнями перекликались молодые тогда будущие их деды?
«Рожденные в года глухие», эти песни откатились в историю, когда грянула Гласность. В ней все потонуло. Ну, пели у костров. Ну, пе-редавали из верных рук в верные руки катушки магнитофонных запи-сей. Потом запели у концертных микрофонов, в открытую. Дым повыветрился, стало меньше огня, больше блеска. К нашим поэтам пристали странные зарубежные определения: шансонье, барды, менестрели. Потом возникло косноязычное, заикающееся буквосочетание КСП. Расцвело это КСП в 60-е годы: из интимного «я» песня вышла на всеобщее «мы», завоевала эстраду, продемонстрировала скепти-кам всесоюзный размах. Потом мероприятие свернулось, измельчало; «каэспэшники» из знаменитостей «всесоюзных» стали «местными» -- городскими, районными. По ходу 70-х жанр, порожденный поколением послевоенных мечтателей, все более воспринимался как нечто сентиментально-слабосильное. По словам Юрия Гребенщикова, «должны были прийти ребята более нервные, ироничные, непримиримые, крутые» -- представители поколения, которое вообще «не знало общественных взлетов в годы, когда все предлагалось принимать на веру», а оно не хотело. Не буду спорить с Ю.Гребенщиковым по поводу тех изящных определений, которые он дает временам, а нравы он определяет вполне точно.
«Нервные ребята» пришли, и самодеятельная песня съежилась под напором рока. А потом и «нервные» попятились под давлением более молодых конкурентов. Кто стал бы вживаться в тихие вздохи, вырывавшиеся когда-то у молодых людей, которым теперь было за шестьдесят? Кто вспомнил бы, что эти вздохи были первой формой протеста против бодрого обязательного официоза -- формой спасения личности? Кому все это могло сгодиться, когда и сам допотопный официоз (я имею в виду певшиеся артистами по радио песни) приказал долго жить, да так, что его уже как бы вообще не существовало?
Но история непредсказуема; запасники ее памяти неспроста так обширны; они могут сослужить службу в самой неожиданной ситуации. Тихая гитара способна вернуть ощущение личности в противовес не только коллективному самогипнозу, ведущему на физзарядку эпохи партпроса и комвоса, но и коллективному самогипнозу в духе «металла», новой эйфории эпохи Рынка и Базара. Всяко бывает. Дети оттолкнулись -- внуки могут вспомнить, как их дедушки в эпоху Первой Оттепели, в 1956 году, пели у костров. Могут почувствовать, что такое «тайная свобода» -- свобода гитарного аккорда, свобода пропеть с улыбкой: «Снова нас ведут куда-то, и не ясен нам маршрут...» Могут спросить: кто же это спел, кто так улыбнулся когда-то, кто был первым?
Кто начал? Кто эту «костровую» песню вывел на уровень поэзии? Кто первый взял гитару и, подойдя к микрофону, стал не читать стихи, а петь их? Кто -- у истока традиции?
Обычно отвечают: Окуджава. Отвечают: Высоцкий. У людей есть основания думать так. Но если быть точными, то у истоков современной звучащей лирики стоит Визбор. Юрий Визбор. Было время недолгое, полтора-два года в конце пятидесятых, когда именно он, ярко выделившийся, как бы выплывший из волн широко разлившейся тогда студенческой песни, единолично овладел вниманием и сердцами слушателей. Это было до Окуджавы, до Высоцкого, до Кима и Коваля, до Новеллы Матвеевой, пожалуй, даже до Городницкого и Ады Якушевой.
Магнитофонные ленты, передаваемые из дома в дом, и живые голоса, подхватывающие песню от костра к костру, были словно отражением облика самого Визбора, веселого, желтоволосого, круглолицего парня в ковбойке, который не то пел, не то шептал, не то рассказывал:
Лыжи у печки стоят,
Гаснет закат за горой...
В самом начале шестидесятых мы недолгое время довольно часто встречались. Я переживал первую безоглядную влюбленность в его песни. С огромным допотопным магнитофоном в рюкзаке я таскался к нему на Неглинку, в старинный дом с широченной лестницей, в комнату о двух окошках, выходящих на скверик ЦУМа. Тот древний дом казался памятником архитектуры, где и жить-то неловко. Он и стал для меня с тех пор памятником -- па-мятью о нем, о Визборе, о его стихах и о стихах, его окружавших: «И в этом доме два окна не спят из-за меня...» Записав тогда оче-редную катушку его песен, мы как-то заговорили о том, кто в каких бывал маршрутах, и он показал мне несколько горных пейзажей, свежо и романтично исполненных в гуаши. Я спросил: «И это тоже ты?» Он скромно улыбнулся и кивнул. Тут я брякнул: «Зачем ты разбрасываешься? Тебя сгубят твои таланты. Все разлетится». Улыбка его сошла; я подумал, что попал в больное место, я не воз-вращался более к этой теме.
Он был и впрямь ярко, раскидисто, нерасчетливо талантлив. Песни его уже пело студенчество, это был главный его козырь, дар, его судьба. Но еще писал он прозу, которую уже начинал, кажется, понемногу печатать. И эти гуаши на листах ватмана: «Зеленые озера да черточки лесов...» Главное же -- этот, в секунду покорявший вас, уверенный артистизм его! Внешность проказника, «рыжего Шванке», и потаенная печаль в уголках рта -- ясно же было, что кино не должно пропустить такого прирожденного артиста.
И не пропустило. Он сыграл свои роли, написал свои пейзажи, издал свои рассказы. Он прокрутился, пробезумствовал, пропел, проликовал, прогрустил отмерянные ему пятьдесят лет. Теперь, слушая его смеющееся пение, я думаю о том, что судьба соблазняла его, отманивала в сторону, отводила от главного его дара. От того главного, что он все-таки сделал.
Он создал современную студенческую песню.
Он дал своему поколению голос, дал жанр, и именно с его голоса, с его легкой руки пошло уже поветрие и явились менестрели следующих поколений -- принцип был распознан, почин подхвачен, создалась традиция, артистическая система, оказавшая влияние на поэзию и ставшая ее частью.
Визбор немного потерялся в лавине, им самим вызванной. Аудитория множилась и дробилась; из студенческой среды новый песенный стиль взлетел в профессиональную литературную сферу, где немедленно воцарился Булат Окуджава; новая песенная культура пробудила дальние от студенчества края народа, всколыхнула массу, которую выразил и покорил Владимир Высоцкий. Визбор уступал первому в чистоте тона, второму -- в темпераменте, в остроте и резкости типизма; он оставался, прежде всего певцом студенчества, романтиком послевоенного поколения, мальчиком от-тепельных лет, а жизнь бежала дальше. И сам он, Визбор, старался не отстать -- гулял со своей гитарой счастливо и ярко; песенная его лирика летала над хибинскими и забайкальскими лесами, над ледниками Кавказа и песками Средней Азии -- над всей сказочной страной по имени Хала-бала.
В нем было что-то от бродяги, от счастливого гуляки -- в Визборе-репортере, Визборе-журналисте, Визборе-шутнике, Визборе-горнолыжнике, только иногда это зап и т.д.................


Перейти к полному тексту работы



Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.