На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


Курсовик Фронтир как воплощение американского духа. Фронтирная тема в американской литературе. Основная проблематика Фронтира и его влияние на судьбы и характеры людей по материалам романа Д.Ф. Купера Прерия. Закон прерии и закон государства и общества.

Информация:

Тип работы: Курсовик. Предмет: Литература. Добавлен: 26.09.2014. Сдан: 2009. Уникальность по antiplagiat.ru: --.

Описание (план):


23
ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ
ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ
«РОССИЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ им. А.И.ГЕРЦЕНА»
Факультет иностранных языков
КУРСОВОЙ ПРОЕКТ
по учебной дисциплине “История американской литературы”
на тему: ЖИЗНЬ НА ФРОНТИРЕ
(на материале романа Д. Ф. Купера “Прерия”)
Выполнил:
студент 3 курса
вечернего отделения
Сафронов Алексей Владимирович,
Научный руководитель:
к.ф.н. доцент
Абиева Наталья Александровна

Санкт-Петербург
2008
Оглавление

Введение...................................................................................................................3
Глава
1. “Фронтирная тема” в американской литературе...................................5
Глава
2. Жизнь на Фронтире, основная проблематика Фронтира (на материале романа Д.Ф.Купера “Прерия”)...........................................................13
Заключ
ение.............................................................................................................23
Список используемой литерат
уры.......................................................................24
Введение

В переводе с французского, frontier означает "граница", а Фронтиром - с большой буквы - называют запад, юго-запад и юг США, где поселялись переселенцы из восточных штатов.
Феномен Фронтира возник в начале колониального периода американской истории, с появлением первых поселений на территории Нового Света. Фронтир представлял собой постоянно продвигающуюся на Запад границу между освоенной , цивилизованной частью страны и дикой, туземной территорией континента. В ходе национального развития Фронтир утверждался как уникальное историко-культурное явление, наполняясь важным и и многообразным содержанием. [3. цит. по А.В. Ващенко, ст. Фронтир, 1999, с. 349]
С момента образования США, правительство очень дешево отдавало земли, выкупленные или отнятые у индейцев. На эти земли шли и авантюристы, искатели приключений, и фермеры, ищущие благосостояния. Со временем Фронтир перемещался. Освоенная земля становилась "обычной", и на новую границу шли новые поселенцы.
В качестве духовного ориентира опыт «подвижного» пограничья долгое время способствовал поддержанию мифа о личной независимости индивидуума, о равенстве возможностей и об альтернативности перспектив личного плана, о способности начать сначала, обновиться в своем «стремлении к счастью», как бы оно ни понималось. Поэтому образ нового Адама, возникший у истоков Фронтира еще в лоне пуританских колоний, находил все новые практические подтверждения библейскому провиденциализму вплоть до конца XIX в. [3. цит. по А.В. Ващенко, ст. Фронтир, 1999, с. 349]
Фронтир остался в памяти американцев воплощением американского духа - духа находчивости, предприимчивости и независимости, духа конструктивного индивидуализма.
Цель данного исследования - определить основную проблематику Фронтира и его влияние на судьбы и характеры людей на материале романа Д. Ф. Купера “Прерия”.
Глава 1. “Фронтирная тема” в американской литературе
Первой, этапного значения работой в этом направлении явилась речь историка Фредерика Джексона Тернера «Роль Фронтира в американской истории», произнесенная в 1893 г. на открытии всемирной выставки в Чикаго. Таким образом была заявлена уникальность американского исторического опыта, интерпретированного через явление Фронтира. Позднее эта речь вылилась в объемную работу, ставшую классической в американской историографии и сыгравшую одновременно роль своего рода культурного манифеста.
Тернер указывал на постоянную историческую изменчивость «пограничья», население которого слагалось из разных волн переселенцев, предследовавших подчас разные цели и осваивавших к тому же различные географические области обширного края именуемого Западом. Он даже выделял «фронтир (и одновременно эпоху) пушных торговцев», «фронтир фермерства», лодочников и речников, военного продвижения и др. Развивая свою концепцию, он подчеркивал существенное отличие Запада от Востока и тот факт, что будущее США (в том числе и вопрос о рабстве) решалось на Западе. “В результате, - подводил он итог, - именно Фронтиру американское сознание обязано своими неповторимыми свойствами. Эта грубость и сила в сочетании с любознательностью; этот практичный, изобретательный склад ума, тяготеющего к действию; это уверенное владение сферой материальной, при отсутствии художественности, но мощное в достижении великих целий; эта беспокойная, нервная энергия; этот доминирующий индивидуализм, творящий во имя добра и зла и в целом, эта практичность и энергия, которые приходят вместе со свободой, - таковы черты, принесенные фронтиром” [3. цит. по А.В. Ващенко, ст. Фронтир, 1999, с. 350]
Работа Тернера наряду с глубокими прозрениями в области взаимосвязи пограничья с национальным характером, была отмечена противоречиями и односторонностью подхода. В эпоху “закрытия Фронтира” она обобщила опыт нескольких веков его истории. [3. цит. по А.В. Ващенко, ст. Фронтир, 1999, с.351]
Еще Тернер указывал на своеобразный эффект продолжительного взаимодействия цивилизации и дикости, как бы постоянно возвращавшей выходцев с Востока в первозданное состояние. Речь идет о ценностном несогласии фронтирсменов с “цивилизацией”, вынуждавшем еще первых поселенцев уходить все дальше на Запад. Впоследствии усиление контактов с аборигенными культурами, основанными на принципах взаимодействия с природой и на общинной демократии, продолжило эту традицию, породив типично американский феномен “белых индейцев”: Джона Тернера, книга которого привлекла внимание Пушкина, выполнившего переводы отдельных фрагментов и сопроводившего их своими размышлениями о дикости и цивилизации; Джеймса Уилларда Шульца, а в наши дни Ї Адольфа Хангри Вульфа, как и множество других, добровольно становившихся “индейцами”. [3. цит. по А.В. Ващенко, ст. Фронтир, 1999, с.356]
Тема Фронтира стала выделяться уже в творчестве первых поселенцев и описателей Нового Света, в автобиографиях конкистадоров, в “Историях”, подобных хроникам Джона Смита, затем у авторов колониального времени, от которых перешла к Кревкеру и Токвилю, постепенно выявляя свою масштабность. К тому времени, когда лицо Фронтира определилось яснее, литература «пограничья», все более разрастаясь, стала разделяться на произведения, создаваемые самими фронтирсменами и на литературу “фронтирной темы”. Та и другая оказали самое прямое воздействие на национальнуюб культуру. [3. цит. по А.В. Ващенко, ст. Фронтир, 1999, с.357]
С первых десятилетий XIX в. начинается активное художественное осмысление феномена Фронтира. Проза, посвященная ему, в отличии от книг самих фронтирсменов, становится бесспорным достоянием литературы. Тема пограничья и Дикого Запада оказывается предметом идеализации в сознании романтиков Ї в частности, у Вашингтона Ирвинга, который в ряде своих произведений (“Астория”, “Поездка в прерии”) отдал дань Фронтиру, описанному им на основе личных впечатлений. Ряд новелл из “Книги эскизов” посвящен индейским войнам “пограничья” и осмыслению индейского характера в контексте становления характера национально-американского. Такие произведения как “Приключения капитана Бонвиля”, а также эссеистика позволяют критикам рассматривать его творчество к контексте развития литературы американского Запада. Самым ранним романтическим героем американского “пограничья”, в его национальном прочтении, можно считать Рипа Ван Винкля. В этой новелле американский исторический опыт в притчеобразном контексте соотнесен с временами первозданной дикости континента и патриархальным укладом первых колонистов. Однако подлинное открытие «пограничья», во всей масштабности и многогранности его смысла, происходит в творчестве Фенимора Купера.
Под пером Купера “пограничье” предстало в виде эпопеи национальной истории. Писателем была найдена новая и органичная для этого материала литературная форма. Вместе с тем говорить о единой разновидности жанра применительно к роману Купера невозможно: он каждый раз иной, в зависимости от аспектов поставленной проблемы и характера материала, положенного в основу сюжетов, связанных с “пограничьем”. [3. цит. по А.В. Ващенко, ст. Фронтир, 1999, с.358-359]
Куперу удалось понять, в чем состоит основной миф Америки Ї в ошибочном представлении о том, что эта страна неисчерпаема, как дикая природа. Вся история Америки - это злоупотребление вечным; европейская история в Америке свелась к воспроизведению первородного греха в райском саду. В природном цикле рассматривался только акт разрушения. Дикая природа исчезала у американцев прямо на глазах, как мираж рассеиваясь перед идущими на Запад пионерами. Именно таково основное, трагическое отношение Купера к парадоксальному разрушению дикой природы, этого нового рая, который в первую очередь и привлек в Америку колонистов.
В романах Купера дается описание накатывавшихся одна за другой волн заселения пионерами новых земель: дикая местность, в которой живут индейцы; появление первых белых - разведчиков, солдат, торговцев и колонистов; приезд бедных и грубых семей пионеров и, наконец, прибытие на постоянное жительство представителей среднего класса, которые привезли с собой первых людей интеллектуальных профессий Ї судей, врачей и банкиров. Очередная волна смывала принесенное предыдущей: белые пришли на смену индейцам, отступившим на запад; "цивилизованные" представители среднего класса, строящие школы, церкви и тюрьмы, сменили пионеров индивидуалистов из низшего класса, а те, в свою очередь, заняли место шедших впереди индейцев. Купер воскрешает в памяти бесконечную, неизбежную волну колонистов, видя, что она принесла с собой не только выгоду, но и потери.
В романах Купера также присутствует острая напряженность между личностью и обществом, природой и культурой, духовностью и организованной религией. Купер придает миру природы и индейцам основополагающее положительное значение. Столь же благоприятно он относится и к своим наиболее культурным персонажам, окружая их ореолом высокой цивилизованности. Промежуточные персонажи часто не вызывают у читателя симпатии. Это прежде всего относится к белым поселенцам, которым катастрофически не хватает образования и воспитания для того, чтобы должным образом оценить природу и культуру. Купер был культурным релятивистом. Он понимал, что ни у одной культуры нет монополии на добродетель или совершенство. [1. цит. по ст. Спэнкерен К. Джеймс Фенимор Купер, 1996]
Американская критика, исследующая тему Фронтира в литературе США, традиционно уделяет внимание трансценденталистам, особое место отводя при этом Торо. В “Уолдене” и “Прогулках”, в “Мэнских лесах” и на страницах дневников писателя Фронтир наполняется аллегорическим и философским содержанием. У Торо можно обнаружить немало высказываний, из которых следует, что Запад США представал перед ним в мистическом и пророческом ореоле. Несомненно, Торо способствовал укреплению мифа о диком крае как о почве обновления индивида и нации, если не всего человечества, и в этом смысле предвосхищал многие мотивы специфически “западной” прозы . Уолденский отшельник размышлял о Фронтире как о конфликте между дикостью и цивилизацией. Фронтир предполагал дуализм мировидения. Вот почему писатель избрал метод “прогулок”, словно в поисках места встречи прошлого и настоящего. Притяжение Торо к девственному краю было связано с разгадкой тайны бытия. Американская “дикость”, приняв вид умозрительного фронтира, послужила стимулом к созданию национально-самобытной модели натурфилософской прозы, целого направления, актуального в литературе США вплоть до конца XX в. Читая Торо, мы замечаем, как физическое и географическое понятие преобразуется в духовное. На Фронтире Торо искал откровения, поскольку внутренне ощущал недостаточность Цивилизации. Фронтир благодаря Торо стал восприниматься как залог национального обновления, а сам писатель расширил “пограничье” национального мышления и повествователной традиции. [3. цит. по А.В. Ващенко, ст. Фронтир, 1999, с.363-364]
На “фронтирную тему” писал также и Марк Твен. Он начинает как юморист, сразу дающий почувствовать свою близость литературе американского фронтира. Вся молодость Твена прошла на фронтире, и атмосфера фронтира, его традиции и верования многое объясняют в характере мышления и творческих устремлений писателя.
Его юмористические рассказы 60Ї70-х годов очень близки к фольклорному жанру небылиц, сложившемуся еще в эпоху первых пионеров, на рубеже XVIIIЇXIX вв. В небылицах властвует стихия гротеска, не признающего никаких ограничений даже широко понятыми требованиями жизненной достоверности. Совершенно невероятные события, которые происходят в этих фольклорных рассказах, всегда призваны убедить в том, что для истинного героя-пионера на земле не существует ничего непосильного, в то время как его противникам при всем их коварстве и расчетливости не по силам совладать и с самой элементарной трудностью. В калейдоскопе немыслимых ситуаций, которые возникают в небылицах, легко узнать гротескно осмысленные черты реальной жизни на фронтире: постоянные опасности, дикая и величественная природа, требующая энергии, храбрости, непоколебимости духа от своих покорителей, до грубости примитивный быт, безмерная уверенность в счастливом завершении всех испытаний, выпадающих на долю пионера, естественное и крепкое чувство справедливости и отвращение ко всем, кто на нее посягает.
Фронтир долгие десятилетия служил самым устойчивым подтверждением “американской мечты”, потому что здесь и впрямь открывался простор для “индивидуального мужества, честной работы и взаимной ответственности”, как характеризовал сущность “мечты” Фолкнер, поясняя, что “мечта Ї это свобода равного начала со всеми остальными людьми”. К концу жизни Твену предстояло осознать, насколько несхож этот комплекс идей с действительностью буржуазного общества в тех его специфически американских особенностях, которые и оказались конечным порождением “мечты”. Горечь его поздних книг, Ї прежде всего свидетельство этого социального прозрения.
Но вместе с тем на фронтире всего отчетливее выступали те коренные демократические черты самосознания американского народа, которые наиболее глубоко были воплощены Твеном, придав его творчеству значение эпоса народной жизни. Идеал Твена Ї по сути, просветительский идеал природной доброты и разумности человека, социальной гармонии и торжества здравого смысла. За исключением Уитмена, ни один американский художник не выразил этот идеал так последовательно и глубоко и не держался его так непоколебимо, как Твен. При всех эстетических различиях между Уитменом и Твеном основа у них была общая Ї сплав радикальных идей основоположников американского государства, руссоистской концепции естественного равенства и миропонимания трудовых масс Америки, жаждущих истинной справедливости и человеческого братства.
Различия же предопределены тем, что Твену с самых первых его шагов в литературе были совершенно чужды романтические мотивы и образы, и здесь особенно ощутимо воздействие фронтира на весь творческий склад писателя. В фольклоре фронтира даже небылицы непременно содержат элемент достоверного бытописания, отнюдь не сдерживающего стихию гротеска. Сама жизнь фронтира была переплетением заурядного с невероятным, и поэтика небылиц отразила этот причудливый симбиоз, каким была отмечена действительность, вызвавшая к жизни сам жанр. [2. цит. по ст. Марк Твен Зверев А. М. 1991, с. 559-568]
Масштабное наследие, оставленное «пограничьем», было подхвачено XX веком, когда, по выражению Оуэна Уистера, одного из основателей романа-вестерна, Фронтир из “территории с будущим превратился в ряд штатов с прошлым”. Осмысление и переоценка пограничья стали одной из потребностей национального сознания. В смысле реальной литературной традиции Фронтир оставил неизгладимый след в творчестве своих последних представителей (Крейн, Лондон, О. Генри еще успели захватить реальный облик дикого края, приняв эстафету у Гарта и Твена). Примечательно, что их путь к реализму лежал через освоение наследия “пограничья”, и социально-нравственные конфликты Фронтира предстали в виде нерешенных конфликтов человеческой природы Ї в “Голубом отеле “ Крейна, “Северной Одиссее” и “Лиге стариков” Лондона, в “Последнем из трубадуров” О. Генри. Такой ясный в период своего освоения, в XX в. Фронтир внезапно утратил свою однозначность. [3. цит. по А.В. Ващенко, ст. Фронтир, 1999, с.372]
Каждый период американской истории вносил существенный вклад в понимание феномена “пограничья”, поскольку был нераздельно с ним связан. Это наследие оказалось сложным, глубоко противоречивым, подлежало постоянному и напряженному пересмотру; таков был процесс, которому суждено было продолжаться и в будущем. На всем пути развития американская литература не подвергала сомнению лишь один факт, связанный с Фронтиром: непреходящего значения “пограничья” в судьбе страны. В процессе ее становления состоялось самое важное Ї открытие множества человеческих судеб, простых и часто безымянных, сделавших наследие Фронтира достоянием нации, ставших материалом для вечных образов и характеров. [3. цит. по А.В. Ващенко, ст. Фронтир, 1999, с.374]
Глава 2. Жизнь на Фронтире, основная проблематика Фронтира (на материале романа Д.Ф.Купера “Прерия”)

Люди выходили на эту границу искусственного и естественного по разным причинам и с разными целями. Да и люди разные выходили.
Главный герой всю жизнь провел на Фронтире, пытаясь убежать от наступающей на пятки “цивилизации”. Натаниэль, всей душой любивший природу, с горечью и отчаянием глядел, как ее уничтожают, и медленно осознавал, что скоро бежать “от стука топора” будет уже некуда.
На “пограничье” отправлялись сильные личности, такие как Ишмаэл Буш и Поль Ховер, но со стремлениями и нуждами разного рода. Поль, как и траппер, не брал у природы лишнего и не вредил ей почем зря. То есть он не был тем, кто представлял угрозу для “дикого края по ту сторону”. К тому же он оказался в прерии не просто так Ї его вело сильное и прекрасное чувство к девушке из стана Буша(с которым он был на ножах). Не думая об опасностях, он бесстрашно следовал за ней, надеясь на очередную встречу.
Ишмаэл подался на Фронтир по другой причине Ї он бежал от закона, который, как ему казалось, ущемлял его права(главным образом на землю). В отличии от безобидного бортника скваттер и его семейство являли собой бездумную бездушную безразличную силу, готовую не мешкая убрать все, что встает на пути. Автор подчеркивает это сразу, на первых страницах, описывая сцену вырубки участка для разбития лагеря:
“Наконец старший из сыновей тяжелым шагом выступил вперед и, казалось, без всякого усилия до обуха вонзил топор в тело могучего тополя. Он постоял полминуты с презрением во взгляде, и т.д.................


Перейти к полному тексту работы



Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.