На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


Курсовик Творчество Вальтера Скотта как новатора в области исторического романтизма. Творческий исторический метод В. Скотта. Разделение романов писателя на две группы: прошлое Шотландии и прошлое Англии и континентальных стран. Роман Вальтера Скотта Айвенго.

Информация:

Тип работы: Курсовик. Предмет: Литература. Добавлен: 26.09.2014. Сдан: 2009. Уникальность по antiplagiat.ru: --.

Описание (план):


2
Федеральное агентство по образованию РФ
Орловский государственный технический университет
Кафедра "Русский язык и педагогика"
Курсовая работа
Новаторство Вальтера Скотта как создателя
исторического романтизма
Орел, 2009
Содержание
    Введение
      Обзор литературы
      Новаторство Вальтера Скотта как создателя исторического романтизма
      Вальтер Скотт - мастер исторического романа
      Анализ исторического произведения Вальтера Скотта "Айвенго"
      Заключение
      Список литературы

Введение

Сто с лишним лет тому назад Вальтер Скотт считался одним из величайших писателей мировой литературы. Бальзак рассматривал его романы как образцы художественного совершенства, Стендаль считал его отцом современных романистов, Гете отзывался о нем с величайшим одобрением, Белинский восхищался им, Пушкин называл его "шотландским волшебником". Сотни тысяч читателей во всех концах Европы с нетерпением ожидали его новых произведений, которые тотчас же переводились на несколько языков и выходили многими изданиями. На мотивы его произведений художники писали картины, а композиторы - оперы. Сотни европейских писателей сочиняли романы "в манере Вальтера Скотта". Историк, воскресивший давно прошедшие эпохи, знаток сердца человеческого, создавший, подобно Шекспиру, целые толпы живых людей с самыми разнообразными характерами и страстями, - таким казался Скотт своим восхищенным читателям в течение почти полувека.

Затем слава его пошла на убыль. Новые литературные направления, возникавшие в середине XIX века, должны были разрешать современные общественные проблемы другими методами и на другом материале. Вальтер Скотт перестал быть учителем: "мудрость" его показалась недостаточно глубокой, конфликты - ложными, интриги - надуманными, а персонажи - чуть ли не марионетками, одетыми в исторические костюмы. Скотт стал детским писателем, соперничая в популярности у "старшего возраста" с Купером, Майн Ридом и Жюлем Верном. Этому возрасту, он нравился полным приключений сюжетом, экзотической обстановкой, в которой протекало действие его романов, контрастами злых и добрых героев.

Но в последние десятилетия Скотт опять стал завоевывать симпатии не только детей, но и взрослых. Критика отмечала его драгоценные свойства: глубокое понимание исторических процессов, любовь к народу, широкое изображение эпохи в ее противоречиях, в столкновениях классов и государств.

"Мудрость" Скотта, несмотря на всю ограниченность его общественного сознания, его тонкое проникновение в психологию различных общественных классов и целых эпох, мастерство исторической живописи сделали его одним из любимых авторов современного читателя. Оценка, которую более ста лет назад дали Скотту Пушкин и Белинский, в известной мере восстановлена.

Задача исторического романиста, по мнению Скотта, заключается в том, чтобы за своеобразием различных культур найти живую душу страдающего, жаждущего справедливости, взыскующего лучшей жизни человека.

Эта "живая душа" человека, жившего сотни лет тому назад, может вызвать наше сочувствие только в том случае, если она предстанет нам во всем своем национальном, культурном и историческом своеобразии. Весь этот "антиквариат", эти "нравы", быт, одежда и оружие необходимы для того, чтобы конкретно представить исторического человека, понять его в странностях его поведения, взглядов и чувств. Исторический роман должен воспитывать в современном читателе симпатию ко всему человечеству, чувство солидарности со всеми народами, прошедшими до нас свой тяжкий исторический путь, и вызвать сострадание к широким демократическим массам.

Исторический роман, по мнению Скотта, должен воспроизвести историю полнее, чем научно-историческое исследование, потому что сухую археологию он должен заполнить психологическим содержанием, страстями и "мнениями" создающих историю людей - отдельных личностей так же, как и большого людского потока. Для того чтобы разрешить эту задачу, исторический роман должен, наряду с политическими событиями, изображать частную жизнь частных людей - сочетать широкое политическое действие и любовную интригу, реальных исторических лиц и лиц вымышленных.

Объектом исследования курсовой работы является выявление новаторства Вальтера Скотта как создателя исторического романтизма.

Предмет исследования - исторический роман Вальтера Скотта "Айвенго"

Целью работы является изучение творчества Вальтера Скотта как новатора в области исторического романтизма.

Задачи:

Дать общий обзор творчества Вальтера Скотта

Проанализировать одно из главных произведений писателя "Айвенго"

Выявить, в чём заключается новаторство Вальтера Скотта как создателя исторического романтизма

Курсовая работа состоит из введения, обзора литературы, основной части, заключения и списка литературы.

Обзор литературы

В. Скотт, как уже говорилось, был родоначальником исторического романа в его современном понимании. Новаторство его в литературе 19 в. заключалось в том, что им были выработаны принципы исторического метода, позволявшего создавать увлекательные, освобожденные от чрезмерной архаизации языка и вместе с тем сполна передающие своеобразие и узнаваемый отпечаток описываемой эпохи, романы. В чем же заключался исторический метод Вальтера Скотта? Н.Я. Дьяконова в книге “Английский романтизм: Проблемы эстетики” пишет: “Исходя из определенного значения истории для развития литературы, а также и предмета литературы - человеческих отношений, Скотт формулирует задачи исторического романа. Скотт считал, что историзм романа заключается в том, чтобы опираться на подлинные факты, как “жили, думали, чувствовали люди прошлых веков, почему так поступали, а не иначе под давлением обстоятельств и политических страстей” [7, с.76]. Исследователь творчества Скотта советский критик Б. Реизов в книге “Творчество Вальтера Скотта” (глава “Теория исторического романа”), отмечает, что Скотт создал принципы новой историографии: “… идея общечеловеческого единства сделала Скотта не только художником, но и историком и создала основу для историзма ХХ столетия” [8, с.281]. Новаторство В. Скотта состояло в следующем. Чтобы создать подлинный исторический роман, по мнению В. Скотта, нужно точно представить себе частную жизнь той эпохи, ее “нравы”. История же нравов, с его точки зрения, - это история культуры, история общественного сознания. Во-вторых, как пишет Б. Реизов, “в романах Скотта, пожалуй, впервые в европейской литературе появился на сцене народ: не отдельные более или менее выдающиеся личности “простого звания”, но целые группы, толпы народа… народ у него - это настоящий людской коллектив, движущийся, мыслящий, сомневающийся, объединенный общими интересами и страстями, способный к действию в силу собственной закономерной реакции на события" [8, с.23]. Далее, “Вальтер Скотт необычайно расширил границы романа. Никогда еще роман не охватывал такого количества типов, сословий, классов и событий. Вместить в одно повествование жизнь всей страны, изобразить частные судьбы на фоне общественных катастроф, сплести жизнь обычного среднего человека с событиями государственной важности значило создать целую философию истории, проникнутую мыслью о единстве исторического процесса, о неразрывной связи частных интересов с интересами всего человеческого коллектива” [8, с.24]. В-четвертых, В. Скотт художественно соединил историческую правду с вымыслом, пояснив правомочность такого соединения тем, что “важнейшие человеческие страсти во всех своих проявлениях, а также и источники, которые их питают, общи для всех сословий, состояний, стран и эпох; отсюда с неизменностью следует, что хотя данное состояние общества влияет на мнения, образ мыслей и поступки людей, эти последние по самому своему существу чрезвычайно сходны между собой. … Поэтому их чувства и страсти по своему характеру и по своей напряженности приближаются к нашим. И когда автор приступает к роману… то оказывается, что материал, которым он располагает, как языковой, так и исторически-бытовой, в такой же мере принадлежит современности, как и эпохе, избранной им для изложения" [9, с.27]. В центре внимания Скотта было воздействие на человека его непосредственного окружения и отдаленного прошлого. Как отмечает английские исследователь Дайчес, чувство взаимозависимости людских жизней, их сложных переплетений пронизывает романы Скотта. Скотт видел в человеке как бы фокус перекрещивающихся взаимодействий независимо от собственной воли, его слова, поступки, предубеждения, жесты выдают национальность, религию и традиции, которые сделали его таким, как он есть [10, с.5-6].

Главное преступление романистов Скотт видит в “нарушении исторической правды… объединение в общем танце кринолинов и узких платьев, огромных париков и напудренных волос" [10, с.96-97]. В одной из немногих резко отрицательных и холодно иронических рецензий Скотта отвергается написанная Годвином "Жизнь Чосера", ибо автора занимает не истина, не то, что было на самом деле, а то, что могло или должно было произойти в соответствии с его домыслами. Хотя романы Годвина "якобы основаны на реальной истории", его рыцари "говорят на языке его, так называемой философии, в полном несогласии с веком и собой" [10, с.97]. Использование художественных образцов для иллюстрации отвлеченных идей Скотт считает недостойным романиста, который должен с одинаковой тщательностью избегать двух опасностей - недостаточной объективности, в особенности при характеристике лиц, не вызывающих его сочувствия, и объективности чрезмерной, за которой следует утрата моральной оценки. Из такого представления задачи романиста следуют три важные особенности творческого исторического метода В. Скотта:

а) изображение исторических событий сквозь восприятие частного вымышленного персонажа, ведущего любовную интригу романа и тем самым соблюдение исторической точности вместе с сохранением обязательной романической интриги [8, с.28]. Сравнивая шекспировский метод изображения исторических событий со скоттовским, Д.М. Урнов и Н.Я. Дьяконова в качестве существенных отличий отмечали изменение пропорций в расстановке реальных и фиктивных фигур (если у Шекспира первую роль играют исторические персонажи, то у Скотта “первый план и большую часть повествования занимают герои, им самим созданные, деятели же исторические отходят на второй план, становятся эпизодическими” [11, с.98]);

б) изменение соотношения предания и вымысла, создание исторического фона вымышленными персонажами, которые являются чрезвычайно типичными для изображаемой эпохи и страны и в этом плане историчны; если у Шекспира “впереди шло предание, вынуждавшее своим авторитетом верить изображаемому в пьесе" то “Скотт разворачивал летопись как бы с другого конца, начиная со страниц частных, малоизвестных и вымышленных" [11, c.34]. Он скорее проверяет, а не подтверждает предания… “Вальтер Скотт сам создавал канву, представляя традиционные фигуры заново, тем “домашним образом", который так точно определил и высокого оценил в его методе Пушкин” [11, с.98] ;

в) новаторство художественного языка. После неудачи с публикацией “Куинху-холл” Скотт, как пишет И. Шайтанов, “начинает понимать, что до него романисты уводили читателя в прошлое, то ли иллюзорное, как атмосфера страха и роковых страстей в “готическом" романе, то ли обставленное с бутафорской мелочностью, как в романе “антикварном”. Главным казалось создать картину прошлого по контрасту с настоящим. Скотт решает поступить прямо противоположным образом" [14, с.91]. Он отказывается от чрезмерной архаизации языка, а использует язык его эпохи, иными словами предлагает то, что в ХХ веке назовут осовремениванием, модернизацией истории. Сам Скотт так поясняет это: “Для того чтобы пробудить в читателе хоть некоторый интерес, необходимо изложить избранную Вами тему языком и в манере той эпохи, в какую Вы живете” [9, с.25]. Исторический роман для Вальтера Скотта - это не novel (т.е., по его же определению, “повествование, в котором события не противоречат обычному ходу вещей в человеческой жизни и современному состоянию общества”), а romance - “такое вымышленное повествование, интерес которого держится на чудесных и необыкновенных происшествиях" [14, c.72] ; иными словами, не смешение “правды" и “вымысла", а чистый вымысел, лишь “основанный на истории”, и, следовательно, с точки зрения романтика, “правда в высшем смысле”. Говоря о литературных корнях Скотта, Б.Г. Реизов упоминает о том, что решающее влияние на формирование Скотта оказала английская культура 18 в. - реалистический роман, сентиментальная поэзия, драма и комедия, и в особенности литературное движение конца столетия, проявившееся в возрождении интереса к народному творчеству и готике, к старым поэтам, предписаниям классической поэзии, сформулированном еще Эдвардом Юнгом в трактате “об оригинальном творчестве” (1759). Однако, заимствовав многое из этого наследия, и, в частности, “готического” романа, Вальтер Скотт переосмыслил эти традиции. Так, Б. Реизов отмечает, что “герой-режиссер и “глубокий сюжет", которые в “готическом" романе возбуждали интерес или страх, у Скотта служат другим целям и приобретают философско-историческое значение. В этом отношении Скотт гораздо ближе к Гете, который… дал своему герою невидимых покровителей, тайно, из-за кулис руководящих его судьбой, чтобы воспитать его для более глубокого понимания жизни" [8, с.36]. Важным является и тот момент, что у Скотта, как отмечает Б.Г. Реизов, “так или иначе частная жизнь определена судьбами государств и народов. Такое понимание романа требует множества действующих лиц и широкого общественного фона. Оно требует также тонкой и сложной интриги, связывающей всю эту массу людей и событий в единое и весьма разнообразное действие” [8, с.37], обнаруживающее определенное влияние драмы: по сравнению с литературной нормой того времени в нем сильно возрастает удельный вес диалогов, которые у писателя становятся излюбленным средством социально-психологической и эмоциональной характеристики персонажей, объяснения их взаимоотношений, завязывания и разрешения конфликтов. Его герои, как подчеркивают многие критики, - это не объекты описания и анализа, а субъекты действия, самовыявляющиеся в собственном слове и поступке, в драматическом столкновении страстей. Чрезвычайно сложные по богатству действия и по количеству персонажей, романы Скотта при всем “обилии деталей и многообразии интересов, все же крайне просты. В них нет ничего случайного - все подчинено основному событию, все строго централизовано, включено в единый логический поток развития действия” [8, с.37].

А. Аникст в “Истории английской литературы” дает следующую классификацию исторических романов В. Скотта:

1) исторические романы из прошлого Шотландии,

2) из истории Англии [15, с.257-270]. При этом пространственная классификация совпадает с временной: первый цикл повествует о недавних событиях, второй - о более удаленных во времени. Популярность и слава Скотта, испытанная им при жизни, несколько померкла после его смерти в 30-х годах, когда резко упал интерес к истории. Однако при этом, как отмечает В. Ивашева, “если популярность исторического романа пошла на убыль, то одновременно началось незаметное, но чрезвычайно интенсивное внедрение скоттовского метода, воздействие на представителей рождавшегося нового реализма принципов художественной архитектоники, на которых строился скоттовский роман" [16, с.30].

Новаторство Вальтера Скотта как создателя исторического романтизма

Необычайный успех Скотта у европейского читателя свидетельствовал о том, что его романы внесли в общественное сознание эпохи нечто новое и значительное, нечто важное для культуры XIX века. Конечно, и в предыдущие столетия появлялись произведения, показывавшие, как в зеркале, лицо своих современников, тяжкие процессы роста и упадка культур. Всегда существовала литература высокой художественной ценности и волнующей, поучительной правды. Однако Вальтер Скотт в своих романах показал то, чего не знали его предшественники. Его художественные открытия вошли в плоть и кровь европейской литературы и определили важнейшие ее особенности.

Новаторство Скотта, так глубоко поразившее людей его поколения, заключалось в том, что он, как отметил В.Г. Белинский, создал жанр исторического романа, "до него не существовавший".

Скотт взялся за создание исторического романа, следуя правилу: "Чтобы заинтересовать читателя, события, изображенные в произведении, нужно перевести на нравы эпохи, в которой мы живем, так же как и на ее язык".

В художественной литературе Скотт первый поставил проблему исторического бытия и судеб страны в плане вполне современном и актуальном. Впервые в английской литературе он создал романы философско-исторического содержания и тем самым оказался великим новатором, увлекшим целое поколение европейских читателей.

Глубокая симпатия Скотта к народным массам не вызывает никакого сомнения. Лучше, чем кто-либо другой из современных ему писателей, он рассказал народную жизнь Шотландии в критические периоды ее истории. Несправедливости и притеснения экономического, политического и религиозного характера, героические восстания доведенного до отчаяния народа нашли в нем своего несравненного живописца. С изумительной для того времени смелостью он показал специфику горной Шотландии, родовой строй и психологию древних кельтских кланов.

В романах Скотта, пожалуй, впервые в европейской литературе появился на сцене народ: не отдельные более или менее выдающиеся личности "простого звания", но целые группы, толпы народа - крестьяне, ремесленники, пастухи, рыбаки, воины. Народ у него - это настоящий людской коллектив, движущийся, мыслящий, сомневающийся, объединенный общими интересами и страстями, способный к действию в силу собственной закономерной реакции на события. Во всех почти романах Скотта действует этот коллективный герой. Пуритане в "Пуританах", горцы в "Легенде о Монтрозе", в "Роб Рое", в "Пергской красавице" - все это массовые герои, и герои деятельные.

Вальтер Скотт необычайно расширил границы романа. Никогда еще роман не охватывал такого количества типов, сословий, классов и событий. Вместить в одно повествование жизнь всей страны, изобразить частные судьбы на фоне общественных катастроф, сплести жизнь обычного среднего человека с событиями государственной важности значило создать целую философию истории, проникнутую мыслью о единстве исторического, процесса, о неразрывной связи частных интересов с интересами всего человеческого коллектива. Этой мыслью определены многие особенности созданного Скоттом романа: широта его композиции, контрастность картин, стиль и язык.

Согласно старой традиции, роман непременно должен быть построен на любовной интриге. Это правило строго соблюдалось в XVIII веке и целиком перешло в XIX век. Но в историческом романе должны быть исторические герои. Вот почему старым романистам (например, мадемуазель де Скюдери во Франции или Джейн Портер в Англии) приходилось наделять своих исторических героев любовной страстью, даже когда они к этой роли совсем не подходили. Так искажались и образы знаменитых исторических деятелей, и характер их эпохи.

Вальтер Скотт поступил иначе. Чтобы как можно более точно воспроизвести характер политических деятелей, он освободил их от придуманной любовной интриги и передал ее вымышленным героям. Историческая точность была соблюдена, но вместе с тем сохранена и обязательная романическая интрига.

Заимствовав многое из "готического" романа, Вальтер Скотт переосмыслил традиции. Герой-режиссер и "глубокий сюжет", которые в "готическом" романе возбуждали интерес или страх, у Скотта служат другим целям и приобретают философско-историческое значение.

В его творчестве история всегда тесно связана с пейзажем, который не столько ласкает глаз четкостью линий и мягкостью колорита, сколько действует на воображение, вызывая у зрителя ряд ассоциаций. Эта способность "романтического" пейзажа погружать зрителя в меланхолическую задумчивость, вызывать в нем цепь образов и размышлений философского и исторического характера.

Основу художественного метода Скотта составляет романтизм. Как и все романтики, он не принял утверждения капиталистических отношений.

Своим отношением к закономерностям исторического развития и к роли народа в истории Скотт-романист решительно отличался и от реакционных романтиков "Озерной школы", и от позднейших эпигонов реакционного романтизма вроде Дизраэли и Карлейля, с их антинародным культом "героических личностей" и идеалистическим превознесением провиденциального мистического начала в истории. Белинский тонко подметил это принципиальное отличие Скотта от романтизма реакционного направления: "... поэт, всего менее романтический и всего более распространивший страсть к феодальным временам. Вальтер Скотт - самый положительный ум... ", - писал критик, характеризуя противоречивый характер исторического романа Скотта. "С такою страстью и с такою словоохотливостью", - по выражению Белинского, - описывая средневековье, Скотт, однако, рассматривает его как пройденный человечеством этап, возвышаясь логикой своих образов и ходом изображаемых событий над собственными сентиментальными пристрастиями и предрассудками. Отдавая себе, хотя и не полно, отчет в исторической неизбежности завершавшейся на его глазах грандиозной ломки старых, феодально-патриархальных отношений, - ломки, в ходе которой народные массы вышли на авансцену, - он сумел обогатить роман совершенно новым, общественно-значительным содержанием. Именно с этим связаны начатки реалистической типизации в изображении общественных явлений, проявляющиеся в лучших исторических романах Скотта. При всех его романтических иллюзиях Скотт, все-таки улавливает основное направление движения истории, беспощадно разрушающей феодально-патриархальные докапиталистические отношения и заменяющей их новыми, буржуазными отношениями. Гибель шотландских кланов, обезземеливание и обнищание крестьянства, оскудение и разрушение старых дворянских гнезд, сращение новой аристократии с буржуазией и хищническое "преуспеяние" капиталистических дельцов в метрополии и колониях, - эти типические процессы британской истории нового времени получают отражение в его творчестве. Сквозь романтически-произвольные перипетии его сюжетов, в вымышленных авантюрных столкновениях его персонажей пробивает себе дорогу хотя еще и неполно осознанная самим писателем историческая необходимость.

В отличие от некоторых английских романтиков (поэтов "Озерной школы"), Скотт не был поборником средних веков, он и не думал сожалеть о прошлом. Писатель оценивал перспективы социального прогресса с позиций народных масс, ожидал в будущем благих перемен, верил в великие созидательные силы народа. Своими произведениями В. Скотт нанес, по словам В.Г. Белинского, "страшный удар" тем романтикам, которые сожалели об уходящем в прошлое старом мире. Проповеди покорности, религиозной мистики, отрешенности от борьбы за демократические свободы Скотт противопоставил энергию, трезвый ум, героизм трудового народа. Скотт обращается к глубокому оптимизму народа, его здравому смыслу, его неиссякаемому юмору.



Перейти к полному тексту работы



Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.