На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


Курсовик Исторические аспекты эпохи просвещения в странах Западной Европы. Развитие литературы в эпоху просвещения. Литература Англии, Франции, Германии. В иной эмоциональной тональности снова зазвучали новеллы-притчи, романы-притчи, пьесы-притчи.

Информация:

Тип работы: Курсовик. Предмет: Литература. Добавлен: 25.06.2004. Сдан: 2004. Уникальность по antiplagiat.ru: --.

Описание (план):


2

ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение…………………………………………………………………………………… 3

Глава I. Исторические аспекты эпохи просвещения в странах Западной Европы…….5

Глава II. Развитие литературы в эпоху просвещения

2.1 Литература Англии……………………………………………………………………...7

2.2 Литература Франции…………………………………………………………………..14

2.3 Литература Германии………………………………………………………………….19

Заключение ………………………………………………………………………………..25

Библиография …………………………………………………………………………….26

ВВЕДЕНИЕ

Объектом литературы всегда была и остается, говоря словами Пушкина, «судьба человеческая, судьба народ-ная».. О человеке и народе художник рассказывает языком живых образов и живых картин, обогащая их дарами своего сердца и достигая тем самым огромной силы эмоционального воздействия.

Раскрывать нравственное богатство литературы--значит формировать личность. Поэтому учитель-словесник больше всех своих коллег ответствен за нравственную полноценность тех миллионов наших юных граждан, которые ежегодно, окончив школу, вливаются в армию активных созидателей материальных и духовных ценностей общества, он тот сеятель «разумного, доб-рого, вечного».

Тема данной рабты мне очень близка и интересна потому, что «просвети-тели» подчинили свое художественное творчество задаче переуст-ройства общества. Основным принципом просветительской эсте-тики стало утверждение воспитательной роли искусства, боевой тенденциозности, демократической идейности. Использовав ма-териалистическое учение Аристотеля об искусстве, просветители начали закладывать теоретические основы критического реализма, утвердившегося в искусстве уже в XIX столетии.

Произведения просветителей глубоко философичны. В ряде случаев это своеобразные беллетризованные философские тракта-ты. Отсюда и некоторая рационалистичность художественного творчества просветителей. Борясь за переустройство общества, утверждая принцип активного воздействия художника на общест-венное мнение, они создали новые жанры публицистического философско-политического романа, морально-политической драмы и гротескно-комедийного памфлета. При этом широко исполь-зовали литературные формы старых мастеров: памфлеты Лукиана, философскую поэму Лукреция, сатирическую литературу Ренессанса: сочинения Эразма Роттердамского, Франсуа Рабле, Томаса Мора, которых они считали своими идейными предшест-венниками.

Отстаивая демократическое направление искусства, просвети-тели ввели в литературу нового героя, простолюдина, в качестве положительного образа, они воспели и прославили его труд, его мораль, они изобразили сочувственно и проникновенно его стра-дания. Разоблачая произвол господствующих сословий, они смело вводили в литературу критический элемент и создали про-изведения высокого политического и художественного значения.
Подчеркнутая тенденциозность писателей-просветителей в те дни, когда они жили и действовали, составляла их главную силу, она отвечала историческим задачам времени. Она была необхо-дима в эпоху готовящегося социального переворота. Используя печатное слово и театральную трибуну, просветители звали к об-новлению мира, а это требовало обнаженности идейных позиций. Они конечно не прочь были обмануть бдительность властей, при-бегая--и подчас весьма искусно--к различным уловкам и лу-кавству. Читателю же и зрителю их политическая программа должна быть предельно ясной... Здесь они не допускали никаких недомолвок и объективистской размытости.
Критически относясь к классицизму, они вместе с тем исполь-зовали лучшие черты классицистического искусства--героиче-скую патетику, чувства гражданственности, поставив их на служ-бу революционным идеям.
Они прославили силу человеческого разума, призвали на суд разума идеологию и государственные учреждения феодализма. Все, что не отвечало принципу разумности, что не содействовало благосостоянию народа, осуждалось ими на уничтожение.
1. Исторические аспекты Эпохи просвещения
в странах Западной Европы

XVIII век в жизни народов Западной Европы отмечен колос-сальными социальными потрясениями. Феодализм, поверженный в Англии в предшествующем столетии, должен был потерпеть окончательное поражение в ходе французской буржуазной рево-люции 1789--1794 гг. В сущности, это поражение феодализма носило уже глобальный характер, как бы глубоко еще ни погря-зали в феодализме народы других стран Запада и Востока. Но-вые формы общественных отношений были найдены и утвержде-ны, мир должен был преображаться и преображался в соответст-вии с нормами этих новых форм.
Феодализм просуществовал многие века. В такой стране, как, например, Франция, его история может быть прослежена в те-чение пятнадцати столетий, со времени падения Римской импе-рии. Тем мучительней и грандиознее должна была происходить ломка этих стародавних, укоренившихся в экономике, в законо-дательстве, в обычаях, быту, в сознании людей форм обществен-ной жизни.
Судьба европейского феодализма была окончательно решена во Франции в XVIII столетии. Мощное антифеодальное движение, развернувшееся в других странах Европы, хоть и не привело в XVIII в. к буржуазным революциям в этих странах, но тем не менее уже знаменовало собой переход человечества в новый пе-риод истории.
XVIII век в истории западноевропейской литературы является периодом наиболее острой антифеодальной борьбы, в ходе кото-рой создавались художественные ценности мирового значения и закладывались основы нового демократического искусства. В XVIII в. французская литература, обогащенная философскими и политическими учениями революционной тогда буржуазии, воз-главила идейный разгром социально-экономической системы фео-дализма. Она создавалась в атмосфере революционных боев. Она запечатлела и увековечила гигантскую схватку двух сил: с одной стороны, многовекового, закрепленного стародавними традициями, глубоко вкоренившимися в народную жизнь, обога-щенного культурой поколений феодализма и, с другой -- растуще-го, молодого, выступившего от имени народа класса буржуазии.
Страны Западной Европы в XVIII столетии представляют со-бой довольно пеструю картину политических систем. В Англии абсолютизм перестал существовать, королевская власть превра-тилась в род некоего декорума, не имевшего серьезного влияния на существо политики. Буржуазия поделилась своей властью с но-вым дворянством, приобщив это дворянство к буржуазному спо-собу ведения хозяйства.
Во Франции еще жил абсолютизм. Феодально-сословная мо-нархия крепко держалась за стародавние устои, не желая усту-пать свои позиции новому обществу.
Германия влачила жалкое существование, разбитая на мно-жество мельчайших княжеств, герцогств, курфюршеств. Наибо-лее крупными из феодальных областей были Австрия с династией Габсбургов и Пруссия с династией Гогенцоллернов Поэтому ан-тифеодальная борьба здесь осложнялась еще задачей националь-ного объединения страны.
Италия, разрозненная, как и Германия, на множество мелких государств, испытывала к тому же колониальный гнет (на севе-ре страны, в областях, подпавших под владычество Австрии) и гнет папского государства, подрывавшего национальные основы Италии, тормозившего национальное объединение государства. Антифеодальная борьба здесь складывалась в еще более слож-ной обстановке.
В Польше, Венгрии, Румынии, Болгарии антифеодальное дви-жение было тесно связано с национально-освободительной борь-бой. Своеобразие исторического развития перечисленных стран определило и пути развития их литературы
Главнейшей задачей, которая стояла перед почти всеми наро-дами Западной Европы в XVIII столетии, была ликвидация фео-дализма. Общественная жизнь и общественная мысль этою пе-риода определялись в основном решением этой задачи Как бы далеко внешне ни отстояла иногда литературная борьба от борь-бы политической, она тем не менее была своеобразным выраже-нием политической борьбы Это сказывалось и в выборе тем про-изведений, и в выборе художественных средств, в идеях и их художественном воплощении, в эстетике и художественной практике.
Поскольку политическая борьба прогрессивных сил Европы в XVIII столетии носила в основном антифеодальный характер, постольку и литература этого периода являлась по преимуществу антифеодальной, иначе говоря, просветительской.
Термин «Просвещение» в широком значении понимается как просвещение народа, народных масс к культуре, нау-кам, искусству.
Термин «Просвещение» имеет, кроме того, более узкое истори-ческое значение. Этим термином принято называть умственное движение, развернувшееся в период решающих боев буржуазии с феодализмом (главным образом в XVIII столетии) и направ-ленное на ликвидацию крепостничества, на ликвидацию феодализма, его социально-экономических норм, его политических уч-реждений, его идеологии, его культуры..

2. Развитие Литературы в эпоху просвещения

2.1 Литература Англии

Английская философия в XVIII в. Английские буржуазные мыслители первой половины XVIII столетия еще смело разра-батывают материалистическую философию, они позволяют себе даже нападки на церковь и религию. «...Когда буржуазное пре-образование английского общества совершилось, Локк вытеснил пророка Аввакума»,--пишет К. Маркс11 Маркс К и Энгельс Ф Соч , т. 8, с. 120. Локк сыграл большую роль в идейном формировании французского Просвещения. Для , Европы его открыл Вольтер. Блестящий популяризатор, он при-влек к философии Локка внимание своих соотечественников, а за ними и широкие читательские круги тогдашнего образованного мира.

В сочинении «Опыт о человеческом разуме» (1690) Локк по-казал несостоятельность теории о врожденных идеях, с которой выступил в свое время Декарт, и доказал зависимость идей от органов чувств, воспринимающих мир внешних вещей. Просве-тители сделали из этого вывод, что ум человеческий формируется в процессе жизненного опыта, что идеи не от бога, что они при-вносятся в сознание, что нужно противопоставить идейному влия-нию на народ со стороны церкви иное влияние--освободитель-ных, просветительных учений. Отсюда их яростная борьба против христианской церкви и великая вера в воспитательную силу идей. Сенсуализм Локка вооружил просветителей верой в ма-териальность мира и в целом--трезвым реалистическим мы-шлением.

Чрезвычайно импонировали французским просветителям и мысли Локка о государстве, о том, что сами люди устанавливают и в случае необходимости перестраивают свои общественные от-ношения, что цель государства--сохранение свободы личности. Начатая Локком критика церкви и религии была продолжена Толландом, Коллинзом, Лайонсом и другими. Философ Джон Толланд объявил все религии обманом, изобретением политиков и жрецов для угчетения темных масс («Христианство без тайн», «Письма к Серене»).

Все это свидетельствовало о громадном прогрессе, который проделала общественная мысль в Англии после религиозной пу-ританской страстности времен революции XVII в. В дни Кромвеля ничего подобного не могло бы возникнуть в умах англичан. Однако охранительные силы религии решительно действовали и в XVIII столетии. Против Джона Толланда, Джозефа Пристли церковь организовала такую травлю фанатиков, что философы были вынуждены покинуть страну.

Острые социальные противоречия, какие возникли в Англии после революции, и классовые конфликты уже буржуазного ми-ропорядка не могли не отразиться на философии, литературе. Возникли новые теории, объясняющие логику этих противоречий или стремящиеся найти пути к общественной гармонии.

Одна из таких теорий запечатлена в сочинениях графа Шефтсбери (1671--1713), которые были объединены под общим названием «Характеристика людей, нравов, мнений и времен» (1711, в 3-х т.). Шефтсбери доказывал, что яравственность, доб-родетель, внутренне присуща человеку, она не навязана ему извне, что добродетель является врожденным качеством людей. Так же как идея прекрасного живет в человеке, живет в нем идея доброго. Доброе и прекрасное сливаются воедино. В человеке, в котором пробуждено чувство прекрасного, проснется и чувство доброго.

В Англии появились энтузиасты идеализма. Одним из них был епископ Беркли (1684--1753), выступивший с сочинением «Защи-та христианской религии против так называемых свободных мыс-лителей». Епископ поставил перед собой задачу подкрепить ре-лигию философией. Для этого он воспользовался сенсуализмом Локка, истолковав его в духе субъективного идеализма. Он рас-суждал: «Предмет и ощущение суть одно и то же и поэтому не могут быть отвлечены друг от друга», т. е. здешний мир сущест-вует лишь в нашем восприятии, как совокупность ощущений. Главными своими врагами Беркли объявил материалистов и ате-истов. Против них направил он свое перо.

Попытка Беркли взять под защиту реакционное направление в философии весьма симптоматична. Она свидетельствует о боль-ших изменениях, которые произошли в мировоззрении и тактике буржуазии. Если в ранние периоды своей истории она нужда-лась в философии материализма и прославляла опыт и разум как основу познания действительности, то, получив в свои руки власть, как в области экономики, так и политики, она поняла, что для духовного закабаления трудящихся ей нужна религия.

Дэвид Юм (1711--1776) выступил с философией агностициз-ма, неверия в познаваемость мира, иначе говоря, с тем же идеа-лизмом, только в ином одеянии. Философия Юма чрезвычайно пессимистична, она внушает сомнение в силах человеческих. «Убеждение в человеческой слепоте и слабости является резуль-татом всей философии», -- пишет Юм в «Исследовании челове-ческого разума». Юм не отстаивал, подобно Беркли, идею существования бога. Поэтому церковники яростно напали на не-го, решив, что в его скептицизме таится опасность для религии. Однако Юм вовсе не подрывал основы церкви. Он заявлял, что народу идея бога необходима, сомнение в существовании бога возможно лишь для представителей правящих классов.

Итак, в английской философии XVIII столетия мы наблюдаем борьбу материализма и идеализма. Политическая реакционность английской буржуазии все более и более влечет ее к признанию идеализма в качестве официальной философии. Беркли становит-ся наиболее последовательным защитником ее интересов в обла-сти философии. Против идеализма, против реакции в политике выступают философы-материалисты: Толланд, Гартли, Пристли. Борьба с пережитками феодализма, которые были еще весьма сильны в XVIII столетии, постепенно перерастает в борьбу против пороков самой буржуазии. Борьба противоположных политиче-ских и философских тенденций наблюдается и в художественной литературе.

Дефо (1660-1731) Непосредственно после «славной революции» творит выдаю-щийся писатель Даниель Дефо. Он силой слова поддерживает и защищает буржуазно-парламентарный строй от посягательств аристократической реакции (памфлеты «Чистокровный англича-нин», «Кратчайший способ расправы с диссидентами»). Вместе с тем в своих романах «Капитан Сингльтон», «Роксана», «Молль Флендерс», «Полковник Джек» он смело показывает изнанку дворянско-буржуазной Англии, а в романе «Робинзон Крузо» воссоздает типичную для буржуазии иллюзию независимости личности от общества, возможности ее обособленного существо-вания.

Натура активная, волевая, Дефо, прожил бурную жизнь, сме-ло вмешиваясь в политическую жизнь страны, отдавая свое бой-кое перо (часто небескорыстно) различным политическим пар-тиям, однако принципиально поддерживая буржуазную линию развития Англии. Как личность он очень напоминает Бомарше. У них много общего. Плебеи и отпрыски плебеев, они шли в ре-волюцию со всей дерзостью бунтарей, -- смелые, талантливы», энергичные. Дефо защищал уже свершившуюся революцию от происков реакционеров. Бомарше ее готовил. Жизнь и того и дру-гого полна борьбы, взлетов и падений. И того и другого не поща-дила злоречивая молва.

Книга Дефо «Робинзон Крузо» становится великим памятником человеческой силе, бодрости, предприимчивости, изобретательности и энергии. С каким удовольствием мы узнаем о новых и новых победах Робинзона, как важны и значительны для нас все детали его быта. Мы, не отрываясь, следим за всеми его трудами. Мы радуемся вместе с ним, когда он заявляет: «Те-перь у меня есть дом на берегу моря и дача в лесу» или «Я только что доделал ограду и начал наслаждаться плодами своих тру-дов». Теперь и природа перестает быть враждебной к человеку и улыбается ему и приветствует его: «Я был так пленен этой до-линой, что провел там почти весь конец июля».
Образ Робинзона вошел в мировую литературу. Он стал веч-ным спутником человечества, как Дон Кихот, Фауст, Гамлет, Гулливер. В читательском фонде всех подростков мира обяза-тельно имеется книга Дефо. Нравственно облагораживающее влияние ее на детей отметил Жан-Жак Руссо и герою своего философского романа «Эмиль» оставил для чтения только одну книгу--«Робинзон Крузо». Женевского философа увлекла идея слияния «естественного человека» с природой, которую усмотрел он в книге Дефо. Английский писатель был, конечно, далек от этой идеи, но его книга давала обильный материал для руссоистского учения о благах естественного состояния.
Огромная популярность книги Дефо вызвала целый поток подражаний, переделок. Создался жанр «Робинзонад», в кото-рый вложили свою лепту крупнейшие имена. Среди них Жюль Верн («Таинственный остров»), Киплинг («Маугли»), Берроуз («Тарзан»), в самое последнее время--Голдинг («Повелитель мух»).
Свифт (1667-1745) Особый характер творчества Джонатана Свифта, его мрачные памфлеты, его роман «Путешествия Гулливера», вся его страш-ная, подчас доводящая до ужаса сатира -- свидетельство своеобразия его личности и его таланта.
Два литературных жанра, возникшие еще во времена Ренес-санса, послужили Свифту образцом для создания его знамени-того романа, как послужили они образцом и Даниелю Дефо,-- жанр путешествий и жанр утопий. . «В юности я с огромным на-слаждением прочел немало путешествий, но ... убедившись в несостоятельности множества басен... проникся отвращением к такого рода чтению»,--сообщает в романе Гулливер. Признание делается, конечно, для того, чтобы убедить читателя в точности и правдивости своего собственного рассказа: уж если у других много всяких врак и небылиц, то у меня, дорогой читатель, все досконально, я терпеть не могу небылиц, как бы говорит автор пу-тешествий и целые страницы посвящает всевозможным деловым подсчетам и расчетам, географическим справкам, указаниям на долготы и широты, насыщает описания географическими и кора-бельными терминами, подчеркивая всюду непритязательную точность и правдивость описаний, что мы видели и в романе Дефо «Робинзон Крузо»11 См.. У р и о в Д М. Робинзон и Гулливер Судьба двух литературных героев. М, 1973. Здесь этот прием используется для создания иллюзии правдоподобия явно фантастического вымысла.
«Ненасытное желание видеть чужие страны не давало мне покоя»,--говорит о себе Гулливер. Такое признание могли сде-лать тысячи отважных мореплавателей и первопроходцев со вре-мен Васко де Гама, Христофора Колумба, Магеллана. Средне-вековье уходило в прошлое. Люди отрешались от кропотливого домоводства, стародавнего уклада быта и устремлялись на поис-ки незнаемых земель, неведомых островов и континентов, гибли или возвращались, переполненные впечатлениями. Европа откры-вала мир.
Экзотические страны, экзотические народы, экзотические нравы, о которых рассказывали вернувшиеся путешественники, часто чудом уцелевшие, дивили читателей, возбуждая в них страсть к поискам новых земель, а литераторам и политическим мыслителям давали обильную пищу для социальных фантазий и утопий. Так возник побратим жанра путешествий--жанр утопий, началом которого послужила знаменитая книга Томаса Мора. В XVI, XVII, XVIII вв. были созданы утопии Рабле «Телемская обитель» в романе «Гаргантюа и Пантагрюэль», «Город солнца» Кампанеллы, «Путешествия» на луну и на солнце Си-рано де Бержерака, повести Вольтера и др. В этом же ряду-- и книга Свифта, полная злого и убийственного сарказма.
Свифт--мастер иронического повествования. Все в его книге пронизано иронией. Если он говорит «величайший» и «всемогущий», значит дело идет о ничтожном и бессильном, если упоми-нается милосердие, то непременно имеется в виду очередная жес-токость, если мудрость, то, по всей видимости, какая-нибудь не-лепость.
Дети всей планеты, не постигая еще смысла свифтовских ино-сказаний, с увлечением читают первые части романа, следя за странными, диковинными превращениями милого и доброго Гул-ливера, то всесильно-великого среди крохотных лилипутов, то жалкого и ничтожного среди людей-великанов. Взрослые, пере-читывая книгу, открывают в ней за гротескными образами и кар-тинами злую и жестокую сатиру на все человечество, не сумев-шее разумно построить свою жизнь, наполнив ее войнами, жестокостями, предрассудками и нелепостями.
Ричардсон (1689-1761) Ричардсон не готовил себя к поприщу литератора, он ни-когда не помышлял о литературной славе, и дарование его раскрылось случайно. Сын столяра, он еще мальчиком попал в услужение к типографу и издателю, вырос при нем, затем женился на его дочери и стал сам владельцем печатного пред-приятия.
Случилось так, что надо было издать письмовник. Книги по-добного рода в те времена были в большом ходу. Частная пере-писка была не на высоте. Малообразованные, но тщеславные кор-респонденты не всегда умели «чувствительно» и «деликатно» вы-ражать свои мысли и потому прибегали к готовым формам писем, которые им поставляли предприимчивые печатники. За неимени-ем подходящего текста Ричардсон сам решил его изготовить, тем более что с детства понаторел в писании писем за своих не-грамотных товарищей. Для удобства была придумана сюжетная связка. Автор увлекся и составил роман в письмах, первенец эпи-столярного жанра, «Памела, или Вознагражденная добродетель» (1741). Так пятидесятилетний типограф предстал миру как пи-сатель.
Само название романа говорит о нравоучительной его на-правленности. Конфликт социальный--борьба добродетельной служанки Памелы с молодым хозяином, развратным лордом, борьба за свою девическую честь. Аристократ, испробовав все средства, вплоть до самых грубых и бесчестных, и не сумев побороть стойкость простолюдинки, в конце концов женится на ней (отсюда «вознагражденная добро-детель»).
Стерн (1713-1768) Глядя сейчас с позиций XXI века на литературное наследие Англии двухсотлетней давности, можно без преувеличения сказать, что одним из наиболее значительных явлений в лите-ратуре той поры было творчество Лоренса Стерна.
Две его книги «Жизнь и мнения Тристрама Шенди» и «Сен-тиментальное путешествие» поразили современников своей не-обычностью. Они показались странными, ни на что не похожими и, пожалуй, нелепыми. Лондонский издатель отказался печатать первые выпуски «Тристрама», да и автор на всякий случай не обозначил своего имени на титульном листе.
Однако сама необычность книги привлекла к ней любо-пытство первых читателей. О ней заговорили. Среди любопыт-ных нашлись люди умные, которые разгадали в «нелепостях» и чудачествах автора глубокий смысл, и слава о новом писа-теле, а им был скромный йоркширский священник, разнеслась далеко за пределами Англии, и авторитеты того времени (Воль-тер, Дидро, Лессинг, Гете) потеснились, приняв его в своп ряды.
Правда, не все оценили манеру автора «Сентиментального путешествия», причем среди его противников оказались писатели, провозглашавшие чувствительность, -- Ричардсон и писатель-сен-тименталист Голдсмит. И позднее отношение к нему не было единым: его хвалили Генрих Гейне и позднее молодой Лев Тол-стой и ругательски ругали Байрон, Теккерей и Шарлотта Бронте.
Словом, писатель не хочет и не ждет от читателя пассивного чтения, того безмятежного и легкого слежения за плавно разви-вающимися событиями, какое предлагало читателю традиционное повествование, и подчас задавал ему трудные загадки. Не все выдерживали испытание, и в наши дни не каждый отваживается до конца дойти вместе с автором до последней фразы его книги.
Стерн сравнивал свое повествование с неторопливым путе-шествием, совершаемым ради самого путешествия, когда некуда спешить, когда путник останавливается то тут, то там, отклоня-ется в сторону, ведь кругом так все интересно и замечательно, ибо мир при всем своем несовершенстве и люди, населяющие его, прекрасны. Ведь, если в человеке «есть хоть искорка души, ему не избежать того, чтобы раз пятьдесят не свернуть в сторону, следуя за той или иной компанией, подвернувшейся ему в пути, заманчивые виды будут притягивать его взор и он также не бу-дет в силах удержаться от соблазна полюбоваться ими».
Стерн и сентиментализм. Стерн дал название целому литера-турному направлению, возникшему в XVIII столетии,--оно стало называться сентиментализмом после выхода в свет его романа «Сентиментальное путешествие».
Сентиментализм обрел международное значение, и к нему приложили свое перо такие всемирно известные имена, как Шил-лер и Гете, Жан-Жак Руссо и Дидро, а в живописи -- Шарден и Грёз.
Однако в истории сентиментализма первым, пожалуй, нужно назвать Ричардсона. Он первый возвел чувствительность в эсте-тический принцип. Он открыл изумленному взору читателей-со-временников, что основным содержанием повествования могут быть не события, как утверждала стародавняя традиция, а чув-ства и перипетии чувств. Писатели и поэты, увлеченные успехом Ричардсона и требованием читателей, ощутивших сладость уми-лительных слез, пошли по его стопам.
Сентиментализм приобрел социальную окраску, в нем зазву-чали политические нотки. Сострадание не вообще к человеку, а к бедняку. И нравственный принцип сострадания стал принципом политическим. Бедняк, социально униженный и обездоленный че-ловек, стал предметом общественного внимания. То презрение, которое раньше окружало его11 Вспомним, с каким презрением относился к беднякам Кромвель.
, сменилось чувством жалости к нему, и этот переворот в нравственном сознании общества сдела-ла литература. Стерн придал сентиментализму философское обоснование.
Сентиментализм родился в Англии. Его возникновение было обусловлено социальными причинами. Напомним, что в стране в XVIII столетии произошли крупные экономические сдвиги, по своему значению равносильные революции,-- аграрный и про-мышленный перевороты.
Роберт Бернc (1759-1796) После унылых стенаний поэтов-сентименталистов бодрящим и освежающим ветром обдает нас поэзия Роберта Бернса. Бла-гоухание полей и лесов, лучи солнца и синеву неба приносит нам она.
Поэт отдал, конечно, дань сентиментализму. Его крестьян-ской душе были милы приз-ывы вернуться к природе и та печаль о судьбе бедняков-поселян, которая содержалась в сочинениях сентименталистов. Элегические ноты звучали и в его чудесных
стихах:
В полях под снегом и дождем,
Мой милый друг,
Мой бедный друг, Тебя укрыл бы я плащом
От зимних вьюг,
От зимних вьюг
Мелодия любви, робкой и незлобивой души исходит от уко-ра девушки, оставленной своим ветреным возлюбленным, в дру-гом его стихотворении-песне:
Ты шутил со мною, милый, Ты со мной лукавил, -- Клялся помнить до могилы.
А потом оставил,
А потом оставил.
В манере сентименталистской покорности судьбе, но без при-торной чувствительности сентименталистов заканчивается эта трогательная история любви, рассказанная просто и непритя-зательно:
Пусть скорей настанет
время Вечного покоя.
Я глаза свои закрою,
Навсегда закрою, Джеми,
Навсегда закрою.
Поэт-сентименталист примешал бы к этой истории социаль-ные мотивы (девушку соблазнил-де знатный вертопрах), но они были бы неуместны здесь, и это тонко чувствовал поэт-плебей, которому больше, чем кому-либо, пришлось испытать гнет со-циального неравенства.
2.2 Литература Франции

Франция сыграла в общей социально-политической и культур-ной жизни Западной Европы едва ли не главенствующую роль.
Ф. Энгельс в предисловии к третьему немецкому изданию «Во-семнадцатого брюмера Луи Бонапарта» Маркса писал: «Фран-ция--та страна, в которой историческая классовая борьба боль-ше, чем в других странах, доходила каждый раз до решительного конца. Во Франции в наиболее резких очертаниях выковыва-лись те меняющиеся политические формы, внутри которых дви-галась эта классовая борьба и в которых находили свое выраже-ние ее результаты». «Средоточие феодализма в средние века, об-разцовая страна единообразной сословной мо и т.д.................


Перейти к полному тексту работы



Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.