На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


Курсовик Сон, как физическое состояние человека. Исследование снов в художественной литературе как способ художественно-психологического анализа. Сны в произведениях М.В. Булгакова: Белая гвардия, Дни Турбиных. Эффект ирреальной онироидной реальности.

Информация:

Тип работы: Курсовик. Предмет: Литература. Добавлен: 26.09.2014. Сдан: 2009. Уникальность по antiplagiat.ru: --.

Описание (план):


6
Сны в романе М.В. Булгакова "Белая гвардия"
Содержание
    Введение
      Глава 1.
      1.1 Сон, как физическое состояние человека
      1.2 Роль снов в художественной литературе
      1.3 Сны в произведениях М.В. Булгакова
      1.4 Изучение снов Булгакова другими исследователями
      Глава 2.
      2.1 Роль снов в романе Булгакова "Белая гвардия"
      2.2 Сны каждого героя романа "Белая гвардия"
      Глава 3.
      3.1 Роман "Белая гвардия" до издания 1998 года
      3.2 Роман "Белая гвардия" после издания 1998 года
      Заключение
      Список литературы

Введение

Традиционно сон в литературе - способ художественно-психологического анализа, путь к постижению сокровенного в человеке или мотивировка фантастического поворота событий. У Булгакова обозначение пьесы как совокупности "снов" многозначно.

Анализ черновиков пьесы, созданной по роману "Белая гвардия", позволил выявить эволюцию авторского видения данной проблемы. Сон-кошмар из эпического произведения переходит в первоначальном варианте пьесы на уровень действующего лица. Удушье, навязчивое состояние, постоянное состояние ожидания, нестабильность окружающего мира Булгаков пытается передать через душевное состояние героя. "Эховая" подача реплик в диалоге Алексея с Кошмаром в пьесе "Белая гвардия" призвана расширить пространство сна и продемонстрировать неподконтрольность бессознательного и характерный признак сна - отсутствие воли. Материализация кошмара имеет не столько психолого-характерологическую функцию, сколько является попыткой вывести на сцене работу подсознания, спор страха и чести. Дальнейшая работа над пьесой, получившей название "Дни Турбиных", привела к драматизации действия, свертыванию ситуации внутреннего раскола в сознании Алексея Турбина и трансформации кошмара в "неотвязную мысль".

Использование формы "сна" позволяет М.А. Булгакову воссоздать атмосферу "бега" как явления событийного, так и онтологического, кроме того, форма подачи тесно связана с основными мотивами пьесы и способствует раскрытию творческого замысла писателя во всей их сложной взаимосвязи друг с другом. Возможность существования в авторском сознании разных вариантов разрешения конфликта обусловлена не только театральной судьбой пьесы, но и его спецификой.

Булгаков воплотил в своем драматургическом творчестве попытку вывести онирическую ситуацию на сюжетообразующий уровень, мотивная и формальная структуры в пьесе вступают в сложное взаимодействие, отражая авторскую картину мира и его философию сна как обратной стороны реальности, зоны, свободной от цензуры сознания, пространства игры. От создания пьесы "Белая гвардия" до "Бега" попытка воплощения сна в драматургической форме претерпела значительную эволюцию: от Кошмара в пьесе "Белая гвардия" до образа фантастической реальности.

Центром, организующим поэтическую систему сновидений, в романе являются сны Алексея Турбина. При этом собственно сны видят только обитатели дома № 13 на Алексеевском спуске. Сны выполняют не только прогнозирующую судьбы персонажей и комментирующую события функции, но они помогают особым образом организовать повествование. Кроме того, сны представляют для автора возможность наиболее адекватно воплотить свое мироотношение к излагаемым событиям, для читателей - возможность воспринять авторскую позицию через символику снов и самим включиться в пространство романа.

Сны жителей двухэтажного дома организованны с учетом вертикальной иерархии. Образ Дома имеет черты не только всеприемности (кто бы ни появился, находит приют в комнатах с кремовыми шторами и лампой под абажуром), но и зоны проникновения в "иную" реальность, что выражается во снах, имеющих сходные детали. При этом разным героям сны поступают по каналам, ориентированным на уровень и степень их приобщенности к инобытию. Так как Дом Турбиных подключен к каналам "виртуальной" реальности, сны обитателей образуют единую матрицу сновидений, кроме того, на одной "волне" работают мысли героев и их чувственное восприятие. В романе "Белая гвардия" окна выступают как порог, символ приближенности к потустороннему миру, причем к миру иной реальности, будущему.

Сны представляют в романе определенным образом организованную систему, элементы которой находятся в сложной взаимосвязи друг с другом. Кроме того, они выполняют своеобразную репрезентативную функцию: действующие лица в "Белой гвардии" делятся на тех, кто может быть подключен к выходу в "космическую" реальность (Турбины, Василиса, Петька Щеглов и, с некоторой оговоркой, часовой бронепоезда), и тех, для кого доступа к ней нет (те, кто находится за пределами Дома, пришлые люди - беженцы, немцы, петлюровцы). Сон Турбина о рае имеет общее со снами Петьки Щеглова и Василисы и с видением часового у бронепоезда. Объединенные представлениями героев об идеальном пространстве и мире, они образуют единое поле.

Смена сферы деятельности (из лечащего он становится калечащим) выключает Алексея Турбина из сновиденческой "матрицы", до тех пор, пока он не "воскреснет" и не вернется заново к врачебной практике. Дом Турбиных - связующее звено между миром живых и мертвых, а потому сон Николки о паутине (служащей "напоминанием о человеческой бренности" и также свидетельствующей о наличии в образе героя некоторого элемента надмирности) и снеге, до которого совсем близко, можно рассматривать, как попытку затянуть его в иной мир.

Размытые границы сновидений Николки, Карася служат Булгакову в первом случае для характеристики состояния героя, во втором - для создания эффекта онироидной реальности, описания нашествия петлюровских войск. Зыбкость границы временных рамок, неясность происходящего отразятся не только в подаче событий как слухов (во сне Алексея Турбина), но и в отрицании их во сне Василисы.

Сновидения в "Белой гвардии" выполняют функцию не просто пророческих, вещих снов, но и способствует созданию ирреальной онироидной реальности происходящего. Открытый финал в форме снов позволяет писателю отобразить зыбкость времени и колебания героев в выборе пути, при этом избежать навязывания своей точки зрения читателю. Сны, которые показаны в финале, ещё не сбылись, и этот факт выполняет свою определённую функцию, так как сон - это проекция в будущее и служит созданию особой атмосферы, предоставляя читателю возможность моделирования будущего.

Кризисность эпохи порождала внимание к нестабильным открытым системам, и это не могло не отразиться на стиле повествования. Булгаков в изображении снов использовал и опыт предшественников - Л.Н. Толстого и особенно Ф.М. Достоевского. Психологическими центрами сновидений так же, как у Достоевского, являются совесть и страх. В то же время роман Булгакова - попытка воплотить космологическую модель сознания в момент кризиса, и сновидения выступают в роли "выхода в вечность". Здесь проявляется установка на классическую реалистическую модель восприятия действительности и на изображение снов как одного из вариантов отклонения от "правильной" сочетаемости и последовательности.

Сны в "Белой гвардии" во многом наследуют традиции русской классической литературы XIX века. Сны, видения, онироидность художественного мира романа, его стиля - симптомы разрушаемого мира, а не конституанты иной его модели. Они призваны расширить картину мира персонажей. В сновидениях реализуется авторская концепция времени.

Глава 1.

1.1 Сон, как физическое состояние человека

И не иначе наш дух, когда

сном распростерты все члены,

Бодрствует, как потому, что его

в это время тревожат

Призраки те же, что ум, когда

бодрствуем мы, возбуждает.

Лукреций

Сон является неотъемлемой частью жизни людей. Человек не может находиться в состоянии бодрствования постоянно, даже хорошо тренированные люди нуждаются в полном расслаблении, периодически впадают в глубокое забытьё, именуемое сном. Почти треть жизни человек проводит во сне (двадцать пять лет из семидесяти пяти). Сон воспринимается как само собой разумеющееся. Здоровые люди редко задумываются над его значением.

Науке давно было известно, что суточная смена сна и бодрствования у человека - это результат очень длительной эволюции ритмических процессов, в основе которых лежали особенности течения жизненных явлений у самых простейших организмов в зависимости от смены дня и ночи.

Сон - это особое состояние человеческого организма, характеризующееся резким падением активности целого ряда физиологических процессов, почти полным исчезновением реакций на внешние раздражители, частичным прекращением мыслительных процессов. Итак, некоторая часть головного мозга продолжает работать, создавая у спящего человека удивительные видения.

Сон - это превосходнейшее изобретение, изученное еще в древности и дошедшее до наших времен.

Влияние сна на здоровье и диагностическая роль сновидений признавались и тибетской медицине, сведения о которой содержатся в обширном труде "Жуд-Ши" (" Четыре основы"). По мере развития естествознания возникали различные теории, пытавшиеся научно объяснить механизмы сна. Так, одна из первых теорий объясняла причину наступления сна отравлением мозга особыми веществами - гипнотоксинами, накапливающимися в организме в период бодрствования. Другая теория связывала сон с перераспределением крови, а именно с изменением кровоснабжения мозга. Третья рассматривала сон как результат возбуждения особого "центра сна" в мозгу. Однако эти теории не дали всестороннего объяснения явлений, связанных со сном, и, в частности, не раскрывали причин чередования сна и бодрствования.

На первый взгляд, не так еще давно все казалось очень простым: организм не может постоянно находиться в состоянии активной деятельности, все его органы и системы устают и поэтому нуждаются в периодическом отдыхе или хотя бы снижении уровня этой деятельности. Именно таким отдыхом и является сон: отдыхает мозг, отдыхают мышцы, мене интенсивно работает сердце, желудок и другие органы, происходит резкое ослабление всех видов чувствительности - зрения, слуха, вкуса, обоняния, кожной чувствительности. И само наступление сна также представлялось легко объяснимым: за время активной деятельности в организме накапливаются различные побочные продукты (яды), которые, циркулируя в крови, воздействуют на мозг таким образом, что наступает его торможение, отключение. Были получены довольно убедительные экспериментальные доказательства такого предположения: еще в начале нашего столетия французские ученые Лежандр и Пьерон установили, что сыворотка крови или спинномозговая жидкость собак, лишенных сна в течение 11 суток, при введении здоровым, бодрствующим собакам вызвала у последних сон. Поэтому и различия в состоянии мозга во время сна и бодрствования представлялись очень простыми: сон - это период свертывания деятельности мозга, его отдыха, покоя…

Согласно современным научным данным, сон представляет собой разлитое торможение коры больших полушарий, возникающее по мере расходования нервными клетками своего биоэнергетического потенциала в течение периода бодрствования и снижения их возбудимости. Распространение торможения на более глубокие отделы мозга - средний мозг, подкорковые образования - обуславливает углубление сна. При этом в состоянии торможения, частичного функционального покоя нервные клетки не только полностью восстанавливают свой биоэнергетический уровень, но и обмениваются информацией, необходимой для предстоящей деятельности. К моменту пробуждения, если сон был достаточно полноценным, они снова готовы к активной работе.

О том, что работа мозга во сне не прекращается, можно судить по сохраняющейся в состоянии сна его биоэлектрической активности. Биотоки мозга отражают биохимические процессы, происходящие в клетках, и свидетельствуют об активной деятельности мозга. Регистрируются они при одновременном отведении из многих точек головы, и после усиления записываются в виде электроэнцефалограммы (ЭЭГ), которая в зависимости от различных физиологических состояний имеет своеобразный и характерный рисунок. У ученых - исследователей сна выработался такой же профессиональный подход к электроэнцефалограммам, как у графологов к почерку. Электроэнцефалограммы нормального сна одного и того же человека похожи друг на друга, как и написанные им письма. Специалист может, просматривая определенное количество энцефалограмм, найти те, которые принадлежат одному и тому же человеку. Энцефалограммы однояйцовых близнецов похожи друг на друга, как и они сами, в то время как записи сна двуяйцовых близнецов отличаются друг от друга. Именно с помощью этого прибора было установлено, что биотоки мозга спящего человека отличаются медленной активностью: их частота колебаний - 1 - 3 в секунду, тогда как в состоянии бодрствования преобладают волны с частотой колебаний 8 - 13 в секунду. Вместе с тем даже при глубоком сне в коре головного мозга животных и человека остаются бодрствующие участки - так называемые "сторожевые пункты", физиологический смысл которых состоит в том, чтобы в необходимых случаях выводить организм из состояния сна. Так, спящий меняет во сне неудобную позу, раскрывается или укрывается при изменении температуры окружающего воздуха, просыпается при звоне будильника или других громких звуках.

Во время сна также значительно тормозятся безусловные и условные рефлексы. Что касается дыхания при глубоком сне, то оно значительно снижено, чем во время бодрствования, частота сердечных сокращений и артериальное давление снижаются. Уменьшение поступления к тканям крови во время сна сопровождается снижением интенсивности обмена веществ на 8 - 10%, понижением температуры тела и уменьшением поглощения кислорода из окружающей среды. Все это свидетельствует о том, что в состоянии сна вместе с мозгом получают "отдых" и все внутренние органы, обеспечивающие жизнедеятельность клеток и тканей.

1.2 Роль снов в художественной литературе

Сон всегда был тайной, загадкой для человека. Как всякая тайна, он необыкновенно привлекателен, недаром вокруг этой загадки столько всего: и народные верования, и сказки, и предсказания, колдовство... Интерес к снам характерен для всех эпох человеческой культуры. Наука открыла связь снов с мифами, а также универсальный характер ряда образов и символов, что в свою очередь было подхвачено литературой, особенно романтизмом. Романтики считали, что сны играют решающую роль в творческом процессе. Большой интерес к снам был у символистов. Сны одна из самых привлекательных и распространенных сфер человеческого духа, как для писателей, так и для читателей.

Чтобы в этом убедиться, достаточно привести произведения, в названиях которых присутствует само слово "сон": "Сон в летнюю ночь" Шекспира, "Жизнь есть сон" Кальдерона, "Сон смешного человека" Достоевского. Особенно сны привлекают поэтов: ведь лирика непосредственно выражает чувства поэта. Первые, подсказанные памятью названия стихов: два "Сна" у Лермонтова, "Сон", "Сновидение" у Пушкина, "Сон на море" Тютчева, "Сон", "Сны раздумий небывалых" Блока, "Сон и жизнь", "Смерть это ночь, прохладный сон..." Гейне, "Сон" Байрона и т.д.

Рассмотрим, какую функцию "выполняет" сон в произведениях разных прозаических жанров на примере наиболее известных произведений русских писателей.

Сон в художественном произведении может служить тем же целям, что и "эзопов язык", являясь как бы аллегорией, иносказанием. Как правило, таким снам присуще логическое построение, дидактичность, то есть нравоучение, поучение. Например, сон из "Путешествия из Петербурга в Москву" Радищева (глава "Спасская Полесть"). Сон у Радищева имеет аллегорический характер, служит не только целям разоблачения, но и призыва, нравоучения. Это способ, средство выражения идеи и ничего общего не имеет с каким-либо подобием реального сна, настолько он объемен, логичен, детален и т.д.

Близки к этому сну и сны Веры Павловны из романа Чернышевского "Что делать?". Знаменитый четвертый сон представляет собой утопию: Чернышевский рисует картину будущего социалистического общества. Здесь подробно говорится обо всех сферах устройства общества, о труде, отдыхе, науке, искусстве. Главная тема равенство, свобода людей, всеобщее благоденствие. Как и у Радищева, сон в романе Чернышевского рационалистичен, выстроен по логическим законам и тоже заканчивается призывом. "Будущее светло и прекрасно. Любите его... работайте для него, приближайте его..." восклицает Чернышевский.

Другого рода утопия в романе Гончарова "Обломов". Это глава "Сон Обломова", имеющая самостоятельное значение. В предисловии к роману литературовед В.И. Кулешов пишет: "Гончаров решил целиком вставить ранее опубликованный "Сон Обломова", придав ему в общей композиции своего рода символическое значение… В составе романа "Обломов" этот ранний очерк стал играть роль предварительной истории, важного сообщения о детстве героя… Читатель получает важные сведения, благодаря какому воспитанию герой романа сделался лежебокой. Поскольку ленивая спячка стала "стилем жизни героя и не раз ему являлись сновидения, мечты, переносившие его в мир грез, воображаемые царства, то естественным оказывался для него и "Сон Обломова". Уникальное же его присутствие с особым заглавием в композиции романа приобретало некое символическое значение, давало читателю возможность осознать, где и в чем именно эта жизнь "обломилась"".

Другой характер имеют сны в пьесе А.Н. Островского "Гроза". Здесь нет никакой "выстроенности", заданности. Это сны, раскрывающие внутренний мир героини. Они неопределенные, смутные, волнующие. Такие сны действительно могут присниться. Сны Катерины психологически оправданы, они отражают ее внутреннее состояние, изменение ее души под влиянием любви, ее неспособность бороться с "грехом". Сон ее и предчувствие: "Точно я стою над пропастью, и меня кто-то туда толкает, и удержаться мне не за что", точнее, "не за кого".

Другая героиня, тоже из пьесы, рассказывает свой сон о любви, сон возможный, психологически оправданный, но... выдуманный. В этом сне реальное состояние героини, узнаваемость ее возлюбленного, фон луг, цветы, да и сам герой из сентиментальных романов, которыми зачитывались девушки того времени. К тому же "сон" оказался вещим.

Можно заметить, что сон Татьяны из "Евгения Онегина" близок к сну Софьи, даже лексика и тональность в чем-то совпадают: "... рев, хохот, свист чудовищ..."

Выше речь шла о снах-утопиях, а теперь обратимся к антиутопии, сну-предупреждению, ибо всякая антиутопия предупреждение. (Условная, "рабочая" терминология) Речь пойдет о снах-видениях больного Раскольникова на каторге. В примечании Г.Ф. Коган к роману Достоевского сказано: "Строки навеяны Евангелием" (Откровение святого Иоанна). Многие стихи Апокалипсиса подчеркнуты или отмечены Достоевским в принадлежавшей ему книге... Сон Раскольникова скрытая полемика с Чернышевским по поводу судеб человечества и европейской цивилизации. Мысли о вреде цивилизации и социализма, которые беспокоили Достоевского в период работы над "Преступлением и наказанием", повторены в фантастическом рассказе "Сон смешного человека". Теперь, в начале XXI века, когда человечество прошло через неслыханные испытания и теории избранности одних людей перед другими, одних народов перед другими, прошло через практическое применение идей фашизма, сон-бред Раскольникова воспринимается более расширительно, чем в то время, когда роман был написан. Этот сон отражение физического и нравственного состояния героя. Он психологически оправдан и реален, то есть такой сон мог присниться.

1.3 Сны в произведениях М.В. Булгакова

"…Стать бесстрастно над белыми и красными", - так определял Булгаков свою писательскую задачу. Для Булгакова и большевики, и петлюровцы на деле равнозначны и выполняют одну и ту же функцию, поскольку "нужно было вот этот самый мужицкий гнев подманить по одной какой-нибудь дороге, ибо так уж колдовски, устроено на белом свете, что, сколько бы он ни бежал, он всегда фатально оказывается на одном и том же перекрестке.

Это очень просто. Была бы кутерьма, а люди найдутся".

По Булгакову, "все власти, сменяющие друг друга в гражданской войне, оказываются враждебны интеллигенции…" - так комментирует позицию писателя современный исследователь. Попробуем продолжить мысль. Как это ни парадоксально, роман "Белая гвардия", может быть, единственный в советской литературе "деполитизированный" роман революции и Гражданской войне. Дело в том, что большинство писателей, и этом мы уже убеждены, изображали противоборство сторон как проблему выбора. Более того, герой был, как бы обязан этот выбор совершить, и оценивался по тому, какой выбор он сделал. Булгаков же изображает происходящее как всеобщую трагедию именно потому, что у его героев выбора не будет. Нет выбора у братьев Турбинных и их друзей: участвовать или не участвовать в обороне Города от войск Петлюры, нет выбора у Най-Турса… Это поняли или почувствовали первые непрофессиональные читатели романа. Свидетельство тому - читательское письмо, сохранившееся в архиве писателя: "Возвращая мне "Белую гвардию", один сослуживец заметил: "Хорошая вещь, но не очень ясно, по какую сторону баррикад стоит автор". Не думаю, чтоб это было верно. Ваши произведения выше тех небольших преград, которые называются баррикадами и которые сверху кажутся такими маленькими. Не могу без движения сердечно, без трепета, не укладывающегося в мои грубые и слабые слова, вспомнить сон Алеши Турбина и эти слова: "Для меня вы все одинаковые, все - в поле брани убиенные". Эти слова рождают чувство глубокой и светлой благодарности к тому, кто их написал".

"Сны играют для меня исключительную роль", - писал М. Булгаков. В романе сны построены искусственно. Прямых реальных черт они не отображают. Особая атмосфера, созданная на страницах произведения, позволяет писателю сюжетно войти в художественный мир романа, "вести повествование в кругозоре непосредственного участника событий", что было несомненным новаторством.

Особенно много снов в финале романа. Елене писатель посылает пророческий сон о судьбе ее родных. В композиции романа этот сон играет роль своеобразного эпилога и переходит в прямое обращение автора к человечеству. "Финал "Белой гвардии", - пишет исследователь, - заставляет вспомнить "звездное небо над нами и нравственный закон внутри нас" И. Канта и навеянные им рассуждения князя Андрея Болконского в романе "Война и мир" Л.Н. Толстого. Звезды сияют в начале романа, "звезда пастушеская Венера", покровительница любви, и "красный, дрожащий Марс", который издавна считали символом войны. Звездное небо то зримо, то скрыто, но всегда - над страданиями и радостями наших героев, надо всем и надо всеми: "Все пройдет,… а вот звезды останутся…".

В "Беге" сон - синоним миража, наваждения, отклонения от нормы, искажения действительности и в то же время синоним реакции сознания на безумие реальности. Сном представляется происходящее тем двум молодым героям, судьба которых первоначально должна была стать сюжетной основой пьесы, - петербургской даме Серафиме Корзухиной и ее рыцарю, встретившему ее под фонарем теплушки - в момент их бега на юг к тому, кто представлялся им спасителем России, но был не в силах изменить ход истории и стал карателем, вешателем, - к командующему армией Хлудову, еще одной фигуре, скрепляющей сцены-сны. Хлудова самого терзают сны-наваждения как отражение его смятенного сознания, его больной совести, воплощенной в фигуре его условного собеседника - вестового Крапилина, дерзнувшего бросить ему в лицо правду о его злодеяниях и повешенного по его приказу. Судьбы Хлудова и Серафимы с Голубковым фантастически сплетаются, и никто иной, как Хлудов, чуть не погубив молодую пару, спасает.

Сны в "Беге" - это не только "сны" персонажей, но, прежде всего "сон" автора ("...Мне снился монастырь...", "...Сны мои становятся все тяжелее..."). "Бег" - это увиденная Булгаковым версия собственной судьбы, ее эмигрантский вариант, несостоявшийся, в частности, по причине тифа, настигшего Булгакова в предгорьях Кавказа. Отсюда повышенно личностная интонация в изображении событий, ведущая к нарушению принципов построения канонической драмы. Булгаков создает новую драму, где на первый план выступают не фигуры персонажей и взаимоотношения между ними, а сам автор. Настроения действующих лиц представляют собой возможные варианты интеллектуального и психологического состояния автора. Автор заявляет о себе в такой нетрадиционной для драмы форме, как эпиграфы (к пьесе в целом и к отдельным снам), в ремарках, которые становятся своего рода авторскими отступлениями, вводящими пейзаж, музыкальное сопровождение и предлагающими развернутое описание персонажей и интерьера.

В "Записках на манжетах" литературная направленность рассказчика открыто декларируется и подчеркивается во всех ситуациях работы сумеречного, затуманенного полу-сознания как момент рефлексии или толчок к созданию образов. В состоянии тифозного бреда (специфика этого состояния неоднократно описывается Булгаковым, что имеет биографическую подоплеку) возникает образ желанных лесов и "своих" гор и стремление к тишине и покою.

Рассказы "Красная корона" и "Китайская история" представляют собой разные вариации одной темы: человек и гражданская война. В рассказе "Красная корона" представлена своеобразная "ситуация-fixe": показано проигрывание одного и того же момента в сознании героя. Постоянное возвращение к двум ключевым моментам реализуется в разных пластах психической деятельности: образ рабочего, повешенного на фонаре в Бердянске, - на уровне осознаваемого воспоминания и всадник в красной короне - на уровне подсознания, так как видение это неподконтрольно рассудку. Мотив невмешательства как момента слабости (= трусости) и стремление изменить или хотя бы попытаться исправить то, что уже случилось, станет в дальнейшем одним из главных в творчестве писателя.

Видение всадника и сон о гостиной - два терзающих душу начала, герой оказывается во внутренней ситуации "безвременья", практически замыкаясь в своем воспоминании, воспринимая порождения работы бессознательного как материализацию совести. Онейросфера является здесь смыслопорождающим началом.

В "Китайской истории" события гражданской войны показаны с "обратного хода": если в "Красной короне" сильная лирическо-исповедальная линия, то в "Китайской истории" ведущим в изображении действия является прием "отстранения". Действия ходи организует воспоминание о доме. От ощущения неустроенности в мире - стремление вернуться назад во времени и пространстве (неслучаен образ часов), галлюцинации, вызванные опиумом, где время можно повернуть и направо, и налево, фантастическая карьера пулеметчика-виртуоза, жаркое небо перед последним боем, видение желаемого. Перед мысленным взором ходи на протяжении всего рассказа - картинка-воспоминание-мечта. Солнце, дорога, гаолян, два дуба, тепло земли и мать, несущая два ведра студеной воды, - составляющие воспоминания-грезы, стремления вернуться в детство, ощутить себя единым с окружающим миром. Мечта, которая не может быть осуществлена не только из-за огромных пространств, но и из-за однонаправленности времени, реализуется в сознании ходи в момент смерти. Внутренний ход повествования замыкается. Мир вокруг ходи показан сквозь призму его представлений о желаемом. В рассказе действие происходит на уровне сложного взаимодействие сна - яви (действительность - грезы - их преломление в яви - обретение желаемого в момент перехода в иное состояние). Заявленное автором название одной из картин "Снов нет - есть действительность" подвергается переосмыслению, потому что реальность мало чем отличается от ирреальной наркотической грезы: то же возвышение ходи, как и в опиумном сне, добрая и всесильная Красная Армия, где китаец - виртуозный пулеметчик. Мысль о том, что весь мир знает о ходе-богатыре, реализуется в неясных слухах, а потом и в легендах о прирожденной "чудесной прицельной панораме" в глазах ходи, и в присланной бумаге с приказом откомандировать ходю в интернациональный полк. Так в преломлении яви реализуются грезы ходи. Необычная история китайца - аллегорическое воспроизведение человека, стремящегося к стабильности, которому чужд ход истории и которого эта история походя "сломала".

В очерке "Киев-город" Булгаков указывает на связь сна и слухов, этот прием служит для демонстрации атмосферы нестабильности и расшатанности. Здесь же декларируется мотив сна - "чаемой действительности", который является одним из основных и устойчивых вариантов сна в художественной картине мира писателя.

В романе “Мастер и Маргарита”" рассмотрена проблема соотношения условности создаваемого искусством произведения: условно-реального и фиктивного миров последнего романа М.А. Булгакова.

В особенностях использования сновидений в "Мастере и Маргарите" - две чётко прослеживаемые тенденции: во-первых, сон как трансформация впечатлений, во-вторых, сон как выход в иную реальность, причём эта реальность является в границах романа не менее настоящей, чем действительность московских глав.

1.4 Изучение снов Булгакова другими исследователями

О творчестве М.А. Булгакова написано множество работ как отечественными, так и зарубежными литературоведами. Существует много подходов к анализу художественного мира писателя в целом или отдельных его аспектов, связано это с такими особенностями булгаковской поэтики, как многоплановость принципов организации текста, предполагающая сосуществование разных уровней прочтения и интерпретации, ассоциативность художественного мировосприятия автора, богатство литературных реминисценций и аллюзий, сплав реалистического и фантастического элементов, нравственно-философская проблематика. Число работ, посвященных исследованию проблем художественного мира писателя (жанровой природы, особенностей композиции и сюжета, специфики повествования, мотивики, героям, образу автора и т.д.), велико. Также пристальному изучению подлежат такие важные составляющие, как фантастика, ирония, диалогичность, интертекстуальность и др. Появление работ, в которых внимание направлено на изучение онирических элементов и особенностей их функционирования в художественном мире М.А. Булгакова, отражает тенденцию, наметившуюся в последнее десятилетие, к изучению онтологически неустойчивых сфер и их роли в произведении. Однако проблемы соотношения сновидений и соприродных им явлений с условно-реальной действительностью в текстах писателя затронуты мало, и исследования, посвященные им, не носят обобщающего характера. Также не попадают в фокус пристального внимания вопросы соотнесенности и функционирования онирических элементов с жанровой природой произведений.

Исследование специфики сновидений с позиции их функционирования в произведениях разных родов и жанров в творчестве М.А. Булгакова является актуальным и позволит проследить эволюцию взглядов писателя на роль онирического начала в художественном тексте и обозначить пути анализа онейросферы. Изучение сновидений не только на уровне мотивной структуры (хотя она, без сомнения, является важной составляющей анализа произведения вообще, поскольку мотивы "репрезентируют смыслы и связывают тексты в единое смысловое пространство), но и на уровне образной и жанровой специфики текста позволяет выявить устойчивые, характерные признаки онейросферы и авторской философии сна, что является одной из составляющих художественной картины мира писателя, так как сон - явление онтологическое.

Гоголь Н.В. Отмечает то, что в романе прямых авторских поучений и нравственно-философских размышлений не дается, М.В. Булгаков очень часто позволяет героям прикоснуться к истине через сновидения. Так, например, Алексею Турбину снится Город. Мы знаем, что Город - полноценный герой романа. "Прекрасный в морозе и тумане..." - этот эпитет открывает "слово" о Городе и является, главным в его изображении. Образ Города излучает необыкновенный свет - свет жизни, который поистине неугасим, Город стал сниться Турбину под утро. Он не назван нигде Киевом, хотя приметы его ясны, это просто Город, но с большой буквы как нечто обобщенное, вечное. Описан он именно в сновидениях героя: "Как многоярусные соты, дымился, и мел и жил Город. Прекрасный в морозе и тумане на горах, над Днепром. Улицы курились дымкой, скрипел сбитый гигантский снег. Сады стояли безмолвные и спокойные, отягченные, белым, нетронутым снегом. И было садов в Городе так много, как ни в одном городе мира... Зимою, как ни в одном городе; мира, упадал покой на улицах и переулках и верхнего Города,/ на горах, и Города нижнего, раскинувшегося в излучине замерзшего Днепра... Играл светом и переливался, светился и танце-1 вал и мерцал Город по ночам до самого утра, а утром угасал, одевался дымом и туманом". Великолепная, почти символическая картина, в которой соединились воспоминания юности, красота Города и тревога за его будущее, за судьбу каждого.

Во снах героя Город предстает истинным, настоящим, в противовес тому измученному революцией Городу, каким его видят герои в реальности. Ключевым моментом является сон Алексея Турбина, в котором он видит рай. В раю оказываются вместе и Най-Турс и вахмистр Жилин. Булгаков хочет сказать читателю, что важно не то, к какому лагерю или политическому строю принадлежит человеку, важно то, какой он. В раю оказываются лучшие люди, и красные, и белые, так как они достойны этого тем, как прожили свою жизнь. Бог говорит о красных и белых: "все вы для меня одинаковые, на поле брани убиенные". Это взгляд с высоты общечеловеческих позиций, который доступен и автору.

Также Гоголь замечает, что один и тот же сон снится Алексею Турбину и безымянному красноармейцу. Булгакову не важно даже имя человека, важно то, как он живет и чего достоин своими ступками.

Необходимо отметить, что эпиграфы к снам, большие ремарки, вводящие в каждый сон, имели принципиальное художественное значение.

Достоевский Ф.М. говорит о том, что в самом сновидении Турбина сочетаются фантастика и реальность, хотя по форме оно фантастично. Фантастично появление полковника Най-Турса в виде рыцаря ("на голове светозарный шлем, а тело в кольчуге"). Еще более фантасмогорична фигура вахмистра Жилина ("Как огромный витязь возвышался вахмистр, и кольчуга его распространяла свет"). А самое невероятное то, что действие происходит в раю. Ад как символ современной жизни и рай как мечта перемешиваются в сновидениях Турбина. Най-Турса Турбин видит на том свете, а он ведь жив, командует батальоном юнкеров на Посту. А вот Жилина давно нет. Он был срезан пулеметным огнем вместе с эскадроном белградских гусар в 1916 году на Виленском направлении, и Алексей Турбин собственноручно перевязал ему смертельную рану. А судьба Най-Турса и Жилина оказывается одинаковой. Елене писатель посылает пророческий сон о судьбе ее близких и друзей. В композиционной структуре романа этот сон играет роль своеобразного эпилога.

Глава 2.

2.1 Роль снов в романе Булгакова "Белая гвардия"

Обратим внимание на последнюю, XX главу романа М.А. Булгакова "Белая гвардия и т.д.................


Перейти к полному тексту работы



Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.