Здесь можно найти образцы любых учебных материалов, т.е. получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ и рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


Диплом Проблемы качества жизни пациентов

Информация:

Тип работы: Диплом. Добавлен: 02.02.2012. Страниц: 80. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


Содержание

Введение…………………………………………………………………………...3
Глава 1.Теретическо-методологическое обоснование проблемы качества жизни пациентов…………………………………………………………………..8
1.1.Влияние качества жизни пациентов на состояние щитовидной железы в дооперационный период………………………………………………………….8
1.2. Влияние качества жизни на послеоперационное состояние пациентов….8
Глава 2.Исследование качества жизни пациентов…………………………….21
2.1. Послеоперационный уход………………………………………………….21
2.2. Питание пациентов………………………………………………………….41
2.3.Здоровый образ жизни………………………………………………………45
Глава 3. Влияние различных факторов окружающей среды на состояние пациентов после операции ……………………………………………………...55
3.1.Влияние антропогенных факторов ……..………………………………….55
3.2.Влияние природных факторов среды (солнечный свет, вода)……………71
Заключение……………………………………………………………………….76
Список используемой литературы……………………………………………...77



Введение

Эндокринная хирургия – одна из наиболее интенсивно развивающихся отраслей клинической медицины. Этому способствовали не только успехи, достигнутые в диагностике эндокринных заболеваний, но и успехи, связанные с широким внедрением в хирургическую практику новых технологий, в частности эндовидеохирургических. В то же время хирургическая эндокринология не может развиваться, если не будут использоваться новые данные, которые получены в интенсивно развивающихся анестезиологии и реаниматологии.
Последние годы характеризуются бурным развитием эндокринологии. Это обусловлено, во-первых, стремительным ростом числа больных с эндокринной патологией. Так, по данным ВОЗ, например, эндемическим зобом страдают 7% людей, проживающих на планете, а сахарным диабетом – 2-5 % населения Европы и Америки. Существенной тенденции к снижению эндокринной заболеваемости не отмечается, а частота некоторых заболеваний даже увеличивается. Во-вторых, эндокринология добилась крупных успехов в разработке ряда фундаментальных проблем: изучены биосинтез гормонов и регуляция этих процессов, действие гормонов на разных уровнях (в том числе субклеточном и молекулярном), механизмы эндокринной регуляции генетических, генеративных и обменных процессов, взаимосвязь между эндокринными нарушениями и расстройствами обмена веществ. Это позволяет внедрить в клиническую практику новые методы диагностики и лечения эндокринных заболеваний. Одновременно произошло обособление новой медицинской специальности – эндокринной хирургии. Многие пациенты с эндокринологическими заболеваниями излечиваются только хирургическим путем.
Эндокринная хирургия (хирургическая эндокринология) в последние 2-3 десятилетия настолько разрослась вглубь и вширь, что нельзя не подчеркнуть ее междисциплинарный характер. Но, по мнению некоторых ученых, отечественная эндокринная хирургия все еще слабо «вливается» в мировую.
Несомненно, достижения анестезиологии и реаниматологии последних дней позволили значительно расширить показания к хирургическому лечению больных с эндокринной патологией – детского и старческого возраста, беременных, пациентов с тяжелыми сопутствующими заболеваниями и сочетанным поражением нескольких желез внутренней секреции. Значительное число нуждающихся в плановом и экстренном оперативном лечении составляют больные с обычной хирургической патологией (острый аппендицит, острый холецистит, язвенная болезнь желудка), сочетающейся с эндокринными расстройствами.
Говоря об успехах эндокринной хирургии, нельзя не заметить, что обособление этой области медицины в самостоятельную специальность, организация специализированных отделений, профессиональная подготовка высококвалифицированных хирургов, доскональная разработка методики выполнения операций на железах внутренней секреции не решают в должной мере задач, стоящих перед этой хирургической специальностью. Даже безупречно выполненная хирургическая операция у больных, страдающих эндокринными заболеваниями, не может гарантировать успеха, если в пред- и послеоперационном периодах, а также в процессе анестезии были допущены серьезные ошибки.
В повседневной жизни под уходом за больными (сравните — ухаживать, заботиться) обычно понимают оказание больному помощи в удовлетворении им различных потребностей. К ним относятся еда, питье, умывание, движение, освобождение кишечника и мочевого пузыря. Уход подразумевает также создание больному оптимальных условий пребывания в стационаре или дома — тишины и покоя, удобной и чистой постели, свежего нательного и постельного белья и т.д. В таком объеме уход осуществляют, как правило, младший медицинский персонал, а также родственники больного. В медицине понятие «уход за больными» трактуется более широко. Здесь он выделяется в самостоятельную дисциплину и представляет собой целую систему мероприятий, включающих в себя правильное и своевременное выполнение различных лечебных назначений (например, введение лекарств с помощью инъекций, постановка банок, горчичников и т.д.), проведение некоторых диагностических манипуляций (сбор мочи, кала, мокроты для анализа, желудочное и дуоденальное зондирование и др.), подготовку к определенным исследованиям (рентгенологическим, эндоскопическим и т.д.), наблюдение за состоянием больного (в том числе за системами дыхания, кровообращения), оказание больному первой доврачебной помощи (промывание желудка, помощь при обмороке, рвоте, кашле, удушье, желудочно-кишечном кровотечении, искусственное дыхание и непрямой массаж сердца и др.), ведение необходимой медицинской документации. Многие из названных манипуляций выполняют медицинские сестры, а некоторые (например, внутривенные инъекции, катетеризация мочевого пузыря) и врачи.
«Хирургический» стресс и послеоперационная боль усиливают нагрузку практически на все жизненно важные системы организма. Напряжение функций этих систем, прежде всего, кровообращения и дыхания, проявляется повышением давления, тахикардией, нарушением ритма сердца, учащением дыхания и т.д. К другим отрицательным моментам, обусловленным болью в раннем послеоперационном периоде и вызывающим «дискомфорт» больного, можно отнести: снижение двигательной активности, неспособность пациента откашливать мокроту и глубоко дышать, «вынужденное» положение, депрессивное состояние.
Улучшение результатов хирургического лечения больных с эндокринной патологией на современном этапе видится в совершенствовании предоперационной подготовки, оптимизации анестезии и послеоперационного ведения. Принципиальное отличие этих больных от пациентов общехирургического профиля заключается в наличии у первых грубых функциональных расстройств практически всех жизненно важных систем и тяжелых метаболических нарушений.
Послеоперационный период, характеризующийся выраженным болевым синдромом, водно-электролитными и метаболическими нарушениями, расстройствами вентиляции, газообмена и деятельности сердечно-сосудистой системы, предъявляет высокие требования к функциональным резервам организма даже у больных общехирургического профиля. У больных с патологией эндокринной системы осложнения могут быть усугублены наступающими расстройствами гормонального гомеостаза (тиреотоксический криз, гипо- и гипергликемическая кома, острая надпочечниковая недостаточность и др.), поэтому адекватное ведение этих пациентов доступно лишь врачам, хорошо знакомым с характером гормонально-метаболических расстройств, развивающихся на различных этапах хирургического лечения. Эта проблема прежде всего касается хирургов, анестезиологов и реаниматологов тех лечебных учреждений, в которых проводятся операции на железах внутренней секреции.
Во многом восстановление в послеоперационный период пациентов зависит от ухода за ними близких людей – «Даже болеть приятно, когда знаешь, что есть люди, которые ждут твоего выздоровления, как праздника». Во многом сказывается на послеоперационном состоянии и образ жизни самих пациентов. Ведь «во всякой болезни не терять присутствия духа и сохранять вкус к еде - хороший признак; противоположное – дурной». И еще в древние времена было подмечено: «Подобно тому, как бывает болезнь тела, бывает также болезнь образа жизни».
В связи с этим целью нашей работы является изучение правил послеоперационного ухода за пациентами, перенесшими операцию на щитовидной железе и их дальнейшего образа жизни.
Для достижения цели планируется решить следующие задачи:
- рассмотреть влияние качества жизни пациентов на состояние щитовидной железы в дооперационный период;
- исследовать влияние качества жизни пациентов в послеоперационный период;
- рассмотреть влияние различных факторов окружающей среды на состояние пациентов после операции, поскольку «болезнь есть целебное средство самой природы с целью устранить расстройство в организме; следовательно, лекарство приходит лишь на помощь целительной силе природы».


Глава 1.Теретическо-методологическое обоснование проблемы качества жизни пациентов
1.1.Влияние качества жизни пациентов на состояние щитовидной железы в дооперационный период

Щитовидная железа располагается на передней поверхности трахеи между щитовидным хрящем и 5-6-м кольцами трахеи. Она состоит из двух долей, локализующихся по обеим сторонам трахеи, связанных между собой перешейком, и имеет массу в среднем 15-20 г. функциональной и морфологической единицей щитовидной железы является фолликул, в котором происходит синтез тиреоидных гормонов – тироксина (Т4) и трийодтиронина (Т3).
До настоящего времени в лечении заболеваний щитовидной железы ведущее значение играют хирургические методы. У больных с диффузным токсическим зобом (ДТЗ) оперативное лечение проводят при тиреотоксикозе тяжелой степени, значительном увеличении щитовидной железы, отсутствии эффекта консервативной терапии. Показаниями к хирургическому лечению являются также токсическая аденома, многоузловой токсический зоб, узловой нетоксический зоб, рак щитовидной железы, фиброзный тиреоидит Риделя, гнойный тиреоидит. Больных аутоиммунным тиреоидитом Хашимото оперируют при наличии симптомов сдавления трахеи и «холодных узлов» в щитовидной железе.
Щитовидная железа расположена в передней области шеи спереди от гортани и верхних хрящей трахеи. Она состоит из двух долей, соединенных перешейком, образованных железистыми фолликулами и окружающей их парафолликулярной ткани. Клетки фолликулов (тироциты) синтезируют специфические гормоны тироксин (тетрайодтиронин) и трийодтиронин из аминокислоты тирозина и неорганического йода. Околофолликулярная ткань синтезирует нейодированный гормон тиреокальцитонин.
Тироксин и трийодтиронин, поступая в кровь, оказывают влияние на все клетки организма, участвуют в регуляции всех видов обмена веществ, процессов роста а также дифференцировки тканей и органов. Эти гормоны увеличивают интенсивность окислительных процессов, стимулируют рост организма, развитие и функцию половой системы, выведение воды. Они участвуют в регуляции развития нервной системы и ее возбудимости, обеспечивают нормальную функцию кожи.
Гипофункция железы, проявляющаяся в недостатке гормонов в период роста организма, ведет к карликовости – кретинизму, у взрослого – к микседеме (отечности кожи), снижению интенсивности обмена веществ и возбудимости нервной системы.
Гиперфункция, проявляющаяся избытком гормонов, ведет к повышению интенсивности обмена веществ, возбудимости нервной системы, увеличению частоты сокращений сердца, развитию зоба. Такое заболевание называется базедовой болезнью.
Тиреокальцитонин, поступая в кровь, влияет на обмен кальция и фосфора в организме. Гормон активирует остеобласты, т.е. участвует в формировании костей, обеспечивая отложение кальция в костной ткани и снижая его содержание в крови.

1.2. Влияние качества жизни на послеоперационное состояние пациентов

Несмотря на значительные успехи в лечении боли, достигнутые в последние 10–15 лет, послеоперационный болевой синдром (ПБС) продолжает оставаться серьезной медицинской проблемой. На IV Конгрессе европейских ассоциаций по изучению боли, проходившем под девизом: «Европа против боли – не страдайте в молчании» (Прага, сентябрь 2003 г.), было отмечено, что не менее 35% пациентов, перенесших плановые и экстренные хирургические вмешательства, страдают от послеоперационной боли. При этом в 45–50% случаев интенсивность боли является средней и высокой, а 15–20% пациентов отмечают, что интенсивность боли превысила ожидавшуюся ими.
В одном из наиболее крупных исследований (около 20 000 пациентов хирургических отделений Великобритании) послеоперационные болевые ощущения средней интенсивности в среднем были отмечены в 29,7% (26,4–33%) случаев, высокой интенсивности – в 10,9% (8,4–13,4%) случаев.
Обширное повреждение тканей при хирургических вмешательствах может индуцировать патофизиологические изменения периферического и центрального звена ЦНС, которые приводят к формированию послеоперационного хронического болевого синдрома (ХБС). Проблема ХБС (по существу являющегося ятрогенным страданием) впервые была поднята в 90-е годы XX века. Подсчитано, что частота постторакотомического ХБС приближается к 45%, постмастэктомического – к 35–38%, после «открытых» холецистэктомий ХБС развивается приблизительно в 25% случаев, у пациентов, перенесших операции по поводу паховых грыж, так называемый генитофеморальный болевой синдром возникает в 10–12% случаев и т.д.
Развитие послеоперационного ХБС является серьезной медико-социальной проблемой, имеющей кроме всего прочего большое экономическое значение. По подсчетам американских специалистов, стоимость лечения ХБС, развившегося у 30-летнего пациента, к концу его жизни достигает 1 000 000 $. В связи с этим основной задачей повышения эффективности послеоперационного обезболивания на современном этапе является профилактика хронизации острого ПБС.
Несколько слов о патофизиологии острой боли. Вокруг операционной раны формируются зоны гипералгезии, т.е. повышенной болевой чувствительности (зоны сниженных болевых порогов). Различают первичную и вторичную гипералгезию. Первичная гипералгезия быстро развивается в непосредственной близости от раны, в зоне поврежденных тканей. Патофизиологической основой первичной гипералгезии является избыточное повышение чувствительности (сенситизация) болевых рецепторов (ноцицепторы). При повреждении тканей происходит активация синтеза метаболитов арахидоновой кислоты. Сенситизация периферических ноцицепторов обусловлена действием медиаторов боли (алгогенов), выделяющихся из плазмы крови, поврежденных клеток, а также из окончаний С-афферентных волокон.
Позднее вне зоны повреждения формируется вторичная гипералгезия. Область вторичной гипералгезии располагается не только вокруг зоны повреждения, но и на удалении от нее. Она развивается в результате включения центральных механизмов сенситизации ноцицептивных нейронов, располагающихся в задних рогах спинного мозга. В частности, повышается их возбудимость, спонтанная электрическая активность и чувствительность к механической стимуляции. Одним из основных механизмов центральной сенситизации является развитие феномена «взвинчивания» активности ноцицептивных нейронов задних рогов спинного мозга, проявляющееся прогрессивным увеличением частоты потенциалов действия, генерируемых ноцицептивными нейронами в ответ на повторную стимуляцию С-афферентов. «Расползание» зоны избыточной болевой чувствительности вокруг операционной раны обусловлено расширением рецептивных полей нейронов задних рогов спинного мозга. Данный процесс происходит на протяжении 12–18 ч, что в значительном проценте случаев обусловливает усиление интенсивности послеоперационных болевых ощущений ко 2-м суткам после операции.
Развитие вторичной гипералгезии не только усиливает интенсивность острого болевого синдрома, но и является пусковым моментом для его хронизации. В настоящее время выявлены причинно-следственные связи между травматичностью операции, интенсивностью ПБС и вероятностью формирования ХБС. В частности, известно, что раннее развитие ПБС (в течение первых 4 ч после операции), его интенсивный характер и длительное существование являются основными факторами риска ХБС.
Каковы современные тенденции послеоперационного обезболивания?
Анализируя мировой опыт, в настоящее время можно выделить несколько основных тенденций послеоперационного обезболивания:
1) все более широкое применение неопиоидных анальгетиков – нестероидных противовоспалительных препаратов (НПВП) и парацетамола. В различных европейских клиниках частота назначения данных препаратов в качестве базиса послеоперационного обезболивания варьирует от 45 до 99%;
2) ограничение традиционного внутримышечного назначения опиоидных анальгетиков, что обусловлено низкой эффективностью и значительным количеством побочных эффектов данной методики;
3) широкое применение высокотехнологичных методов обезболивания – продленной эпидуральной аналгезии (ЭА) посредством инфузии местных анестетиков и опиоидов, а также контролируемой пациентом внутривенной или эпидуральной аналгезии (КПВА и КПЭА);
4) мультимодальный характер послеоперационного обезболивания, т.е. одновременное назначение нескольких препаратов или методов обезболивания, способных воздействовать на различные механизмы формирования болевого синдрома. Например: парацетамол + НПВП ± опиоид или продленная ЭА + парацетамол и т.д.
Традиционно системное введение опиоидных анальгетиков рассматривалось в качестве основы послеоперационного обезболивания. В то же время данные препараты не являются «золотым стандартом» лечения острой боли. По оценкам зарубежных специалистов, эффективность обезболивания при традиционном назначении опиоидов в качестве монотерапии не превышает 25–30%. Проблема заключается в том, что эффективная анальгетическая доза зачастую близка к той, которая вызывает депрессию дыхания. В настоящее время в ряде развитых стран доля опиоидов в структуре препаратов, используемых для послеоперационного обезболивания, не превышает 15–20%. Хотя есть и исключения – в Дании использование опиоидов в медицинских целях за последние 20 лет возросло на 800%.
Наиболее эффективные попытки улучшения качества послеоперационной опиоидной аналгезии основаны на оптимизации способов введения препаратов. Самым современным методом является контролируемая пациентом аналгезия (КПА), в наибольшей степени ориентированная на индивидуальные потребности пациента в обезболивании. При необходимости, нажав на кнопку дистанционного устройства, пациент сам себе вводит дополнительный болюс анальгетика, что придает ему ощущения независимости и уверенности, а также облегчает работу среднего медицинского персонала.
Надо сказать, что высокотехнологичные методы послеоперационного обезболивания, такие как КПА и ЭА, проводимые посредством непрерывной эпидуральной инфузии, в развитых странах в совокупности применяются у 35–50% пациентов, перенесших хирургические вмешательства. Данные методы характеризуются высокой эффективностью и сравнительной безопасностью. В уже упоминавшемся крупном британском исследовании была проанализирована частота депрессии дыхания при использовании опиоидов посредством КПА, а также при их внутримышечном и эпидуральном введении. При КПА средняя частота угнетения дыхания составила 1,2%, если в качестве критерия использовали гиповентиляцию, и около 11,5%, если в качестве критерия оценивали степень снижения сатурации капиллярной крови. Аналогичный показатель для ЭА опиоидами равнялся 1,1 и 15,1% соответственно. Для сравнения: традиционное внутримышечное введение опиоидных анальгетиков характеризовалось 0,8% частотой угнетения дыхания при ориентации на гиповентиляцию и 37% (!) при использовании в качестве критерия снижение сатурации. Полученные данные свидетельствуют о том, что стандартом мониторинга при КПА должна являться пульсоксиметрия, лучше в сочетании с капнографией.
Весьма распространенной является ситуация, когда пациент в комфортном состоянии переводится из отделения интенсивной терапии, где для его лечения использовались самые современные методы обезболивания, такие как КПА и ЭА, в профильное хирургическое отделение – и остается один на один с болью. В настоящее время в таких ситуациях рекомендуется переводить пациентов на обезболивание внутривенным введением парацетамола, c последующим переходом на таблетированную форму.
Широкое развитие контролируемой пациентом опиоидной аналгезии в нашей стране ограничено: а) дефицитом инфузионных помп, имеющих модуль для КПА, б) проблемами учета и списывания опиоидных анальгетиков. Например, для проведения КПА промедолом шприц инфузионной помпы (60 мл) должен быть заполнен 100 мг препарата. При списывании 5 ампул промедола на 1 больного в сутки могут возникнуть вопросы как у администрации клиники, так и у представителей структур, контролирующих расход наркотических анальгетиков в медицинских учреждениях.
Очевидно, что в нашей стране перспективы развития КПА (при наличии соответствующего оборудования) связаны, в основном, с использованием неопиоидных анальгетиков, в частности НПВП и внутривенного парацетамола.
Важнейшее значение тканевого воспаления в механизмах центральной сенситизации, а следовательно, и в формировании хронической боли является показанием для обязательного включения в схему лечения послеоперационной боли НПВП. В течение длительного периода времени НПВП считали периферическими анальгетиками, способными через обратимую блокаду циклооксигеназы (ЦОГ) подавлять синтез медиаторов воспаления, в первую очередь простагландинов, в тканях. Затем были получены доказательства центрального действия НПВП. В частности, показано, что НПВП угнетают таламический ответ на ноцицептивную стимуляцию и препятствуют повышению концентрации простагландинов в спинномозговой жидкости, что тормозит развитие вторичной гипералгезии.
Наибольшее применение находят препараты, имеющие форму для парентерального введения (диклофенак, кеторолак, кетопрофен, лорноксикам). Недостатком диклофенака и кетопрофена является невозможность их внутривенного введения. Наиболее мощным анальгетическим эффектом характеризуются кеторолак и лорноксикам (ксефокам). Следует отметить, что с применением кеторолака ассоциируется большинство сообщений о повышенной кровоточивости послеоперационных ран, случаях желудочно-кишечных кровотечений и нефротоксических эффектах. Лорноксикам, способный в равной степени подавлять активность ЦОГ-1 и ЦОГ-2, характеризуется выраженным анальгетическим и противовоспалительным эффектом. В литературе практически нет сообщений о побочных эффектах данного препарата при кратковременном его назначении (3–4 сут) в дозе 16–24 мг/сут.
Не так давно были получены данные о положительном влиянии НПВП на выживаемость пациентов, перенесших обширные хирургические вмешательства, в том числе и осложненные абдоминальной хирургической инфекцией. Простагландин E2 (PGE2) способствует белковому распаду, причем этот эффект усиливается на фоне лихорадки и сепсиса. НПВП способны уменьшить потерю мышечной массы за счет подавления синтеза PGE2 и снижения деградации протеина. Оценивая потери азота в послеоперационном периоде у пациентов, которым проводилась длительная ЭА, установили, что комбинирование ЭА с НПВП позволяет снизить потери азота на 75–80% в первые 3 сут. после операции, по сравнению с контрольной группой, получавшей только ЭА.
Большие надежды были связаны с внедрением в клиническую практику селективных ингибиторов ЦОГ-2. На сегодняшний день из препаратов данной группы доступны мелоксикам, нимесулид, целекоксиб, эторикоксиб, вальдекоксиб и парекоксиб (инъекционная форма вальдекоксиба). Теоретически селективные ингибиторы ЦОГ-2 должны иметь клиническое преимущество перед другими НПВП. Сохраняя сопоставимый с ними анальгетический эффект, они не подавляют физиологической продукции простагландинов тканями, что должно сопровождаться снижением числа присущих НПВП побочных эффектов. К сожалению, теоретические предположения не полностью подтверждаются в клинической практике.
В крупных исследованиях продемонстрировано, что ингибиторы ЦОГ-2 оказывают менее значимый с клинической точки зрения ульцерогенный эффект на ЖКТ. В исследовании VIGOR выявлено, что частота язвенных поражений верхних отделов ЖКТ сократилась с 4,5 случая при назначении напроксена до 2,1 случая на 100 пациентов в год при назначении рофекоксиба. В исследовании CLASS за период от 3 до 6 мес частота язвенных осложнений составила 0,76% для целекоксиба и 1,45% для ибупрофена или диклофенака. Дискутабельным остается вопрос о преимуществах ингибиторов ЦОГ-2 у пациентов, имеющих дополнительные факторы риска язвенных поражений ЖКТ: пожилой возраст, параллельный прием аспирина или кортикостероидов, наличие Helicobacter pylori. Подсчитано, что число пациентов, нуждающихся в преимущественном назначении ингибиторов ЦОГ-2 по сравнению с неселективными НПВП для профилактики язвенных осложнений, составляет 40–100 в год.
Таким образом, назначение селективных ингибиторов ЦОГ-2 ассоциируется с меньшим по сравнению с неселективными НПВП количеством язвенных поражений ЖКТ, тем не менее данный показатель остается достаточно высоким.
Влияние на функцию тромбоцитов и тромбогенный эффект
Тромбоциты продуцируют только ЦОГ-1, следовательно, селективные ингибиторы ЦОГ-2 не оказывают влияния на их функцию. Данный факт подтвержден клинически снижением кровопотери в интра- и раннем послеоперационном периоде, по сравнению с использованием неселективных НПВП. При этом надо отметить, что в большинстве контролируемых исследований не выявлено достоверного влияния неселективных НПВП на увеличение интраоперационной кровопотери. В связи с этим отсутствие антитромбоцитарного эффекта ингибиторов ЦОГ-2, очевидно, является основанием для их преимущественного использования у пациентов с геморрагическими диатезами, параллельным назначением антикоагулянтов, нейроаксиальной анестезией, предполагаемой большой кровопотерей.
В последние годы неоднократно поднимался вопрос о крайне нежелательном тромбогенном потенциале селективных ингибиторов ЦОГ-2. Препараты этого типа угнетают продукцию эндотелиального простациклина, сохраняя при этом синтез тромбоксана тромбоцитами, а также их способность к агрегации. В уже упоминавшемся исследовании VIGOR был выявлен повышенный риск развития инфаркта миокарда у пациентов, получавших рофекоксиб, по сравнению с пациентами, которые получали напроксен. В одном из исследований, посвященных лечению острой боли при помощи парекоксиба, а затем вальдекоксиба в течение 1–2 нед у пациентов, перенесших операции аортокоронарного шунтирования, было выявлено достоверное увеличение частоты сердечно-сосудистых осложнений, почечной недостаточности и проблем с заживлением стернотомной раны. D.Clark и соавт. в обзоре, посвященном вопросам безопасности применения селективных ингибиторов ЦОГ-2, отметили, что на сегодняшний день ингибиторы ЦОГ-2 могут быть рекомендованы только при тех состояниях, когда их эффективность является доказанной, и только у тех пациентов, которые имеют минимальный риск развития указанных осложнений. К факторам высокого риска относят пожилой возраст, наличие сердечно-сосудистых и почечных заболеваний. Кроме того, необходим тщательный контроль состояния всех пациентов в процессе получения ими препаратов.
Не так давно компанией-производителем с фармацевтического рынка был отозван рофекоксиб. Рандомизированное контролируемое исследование APPROVE, посвященное исследованию эффективности и безопасности рофекоксиба, было прекращено досрочно, поскольку в группе, получавшей препарат, риск инфаркта миокарда вдвое превысил аналогичный показатель у пациентов, получавших плацебо.
Эффективность таблетированных форм парацетамола в качестве послеоперационного анальгетика была подтверждена в ряде исследований, анализ которых представлен в Кокрановской базе данных. Доказана анальгетическая эффективность разовых доз парацетамола 325, ...
**************************************************************


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.