Здесь можно найти образцы любых учебных материалов, т.е. получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ и рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


Курсовая ТРАГЕДИЯ ДАТСКОГО ПРИНЦА

Информация:

Тип работы: Курсовая. Добавлен: 28.06.2012. Страниц: 24. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


ТРАГЕДИЯ ДАТСКОГО ПРИНЦА

1. Трагедия Шекспира 1
1.1. Трагедия ренессансного гуманизма 1
1.2. Проблематика шекспировских трагедий 1
1.3. «Вечные» образы в трагедиях Шекспира 1
2. Дилемма гуманизма в трагедии «Гамлет» 2
2.1. Жанровые аспекты трагедии (трагедия трона; пьеса-расследование; судебная пьеса; трагедия ума; трагедия одиночества и т. п.). 2
2.2. Кризис гуманистического сознания: Гамлет, монолог об отличном человеке (акт 1, сцена 2) 4
2.3. Основной вопрос трагедии: Гамлет, монолог «Быть или не быть?» (акт 3, сцена 2) 5
3. Как развивается конфликт Гамлета с окружающим миром 6
3.1. Гамлет и носители власти (Клавдий, Полоний) 6
3.2. Гамлет и Гертруда 8
3.3. Гамлет и Офелия 9
3.4. Гамлет и мнимые друзья 10
3.5. «Море бед» и одинокий человек 11
4. Поэтика трагедии 12
4.1. Построение 12
4.2. «Лишние эпизоды» 15
4.3. «Мышеловка»: пьеса в пьесе 16
4.4. Композиционная роль монологов Гамлета в построении трагедии 18
5. Пьеса на все времена 18
5.1. Каждая эпоха имеет своего «Гамлета» 18
5.2. Гамлет как «лишний человек» (Белинский В. Г., Тургенев И. С.) 18
5.3. «Гамлетизм» как болезнь интеллигенции 21
5.4. «Гамлет» В. Шекспира и «Чайка» А. П. Чехова 22
ТЕКСТЫ 23
ЛИТЕРАТУРА 23

1. ТРАГЕДИЯ ШЕКСПИРА
1.1. ТРАГЕДИЯ РЕНЕССАНСНОГО ГУМАНИЗМА
На протяжении всех средних веков людей убеждали, будто их величайшее несчастье в том, что они люди. Великая революционная мысль эпохи Возрождения провозгласила, что быть человеком - счастье. То была идея, перевернувшая все отношение к жизни. Против нее особенно ополчились все силы старого миропорядка, но она все больше завоевывала признание. Ею было проникнуто все замечательное в искусстве эпохи Возрождения. Она звучит и у Шекспира в "Гамлете": "Что за мастерское создание - человек! Как благороден разумом! Как бесконечен способностью! В обличий и движении - как выразителен и чудесен! В действии - как сходен с ангелом! В постижении - как сходен с божеством! Краса вселенной! Венец всего живущего!" В этих словах шекспировского героя получила выражение одна из величайших гуманистических идей эпохи.
Трагедия Возрождения – в одиночестве титанов. Пренебрежение к человеку, к его правам и достоинству, в представлениях гуманистов не могло иметь места в здоровом человеческом обществе. Между тем, история постепенно смывала радужный ореол с надежд, порожденных Ренессансом. Гуманисты оказывались один на один с реальностью – войнами, эпидемиями, отсталостью, суевериями, интригами, сутяжничеством. Поэтому такой силой и такой горечью проникнуты скульптуры Микеланджело, поэтому столько сарказма и вежливой мудрости в словах Э. Роттердамского: «Истинно рассудителен тот, кто, будучи смертным, не стремится быть мудрее, чем подобает смертному, кто снисходительно разделяет недостатки толпы и вежливо заблуждается заодно с ней».
Коллизия между человеком и обществом, в отличие от раннего Возрождения, носит на позднем этапе внутренний и глубоко противоречивый характер. Обыденный порядок вещей, привычные понятия и неумолимый ход жизни, историческое развитие общества трагически противостоят друг другу. Этот конфликт, а иногда и глубоко внутренний, душевный конфликт находят свое отражение в трагедиях Шекспира.
1.2. ПРОБЛЕМАТИКА ШЕКСПИРОВСКИХ ТРАГЕДИЙ
"Магистральный сюжет" шекспировских трагедий - судьба человека в бесчеловечном обществе. Герой, в начале действия проникнутый верой в разумность системы жизни и возможность самому творить свою судьбу, вступает в конфликт с миром и ценой трагического заблуждения, - страданий и проступков приходит к осознанию истинного лица мира (природы общества) и своих реальных возможностей в нем (собственной природы). Погибая, герой "очищается", искупает свою вину, - и вместе с тем утверждает величие человеческой личности как источник ее свободы.
Протагонист трагедии у Шекспира наделен "безмерностью" страстей и иллюзий, роковой целеустремленностью к тому, что составляет его долг. Он не жалок перед судьбой, он достоин своей судьбы. Такова субъективная сторона ситуации.
В основе шекспировской трагедии лежит конфликт "высокого" мифа Возрождения о человеке - творце своей судьбы с "низким" антимифом "реалистичных" антагонистов. На "высоком" мифе строится завязка, протагонист дает толчок действию и ведет его в восходящей линии трагедии; после кульминации (обычно в III акте), в нисходящей линии, инициатива переходит к антагонисту. В развязке же, в самой форме гибели героя в последний раз сказывается его натура, утверждается его личность.
1.3. «ВЕЧНЫЕ» ОБРАЗЫ В ТРАГЕДИЯХ ШЕКСПИРА
Именно титанизмом эпохи Возрождения можем мы объяснить создание целой галереи «вечных» образов трагедий Шекспира. Разочаровавшийся трагический отец, превращающийся в мудреца, – король Лир. Герой сражений, необыкновенно сильная личность и доверчивая, наивная душа, позволившая побороть себя «зеленоглазому чудовищу» - Отелло, венецианский мавр, полководец. Юные влюбленные, едва начавшие жить и вынужденные противостоять натиску враждебного мира, – Ромео и Джульетта. Гений зла, фурия под маской жены, ужасающая даже закаленных воинов и сильная женщина, жаждущая свободы и счастья – леди Макбет. Кровавый тиран, погрязший в убийствах и жестокостях, и страдающий отверженный, инвалид, с детства бывший посмешищем других, - Ричард III.
Наиболее яркий портрет из галереи «вечных образов» шекспировских трагедий – это образ Датского принца. Обилие проблем, связанных с великой трагедией Шекспира, получило отражение в обширной литературе, посвященной" Гамлету". Об этой пьесе написано огромное количество исследований, критических работ и этюдов. Специальная библиография, составленная А. Рэйвеном, содержит перечисление более чем двух тысяч книг и статей о "Гамлете", опубликованных в период между 1877 и 1935 годами.
Хорошо известен факт, что Шекспир использовал историческое событие убийства датского короля своим братом. Но в том и состояла гениальность драматурга, что из обыкновенного, банального случая он смог развить потрясающую по своему философско-эстетическому содержанию драму, а из простого героя-мстителя — трагическую личность, волнующую умы миллионов зрителей и читателей. Шекспиру удалось создать один из наиболее глубоких и многогранных характеров во всей мировой литературе. Поэтому не удивительно, что в критике, посвященной «Гамлету», по словам А. А. Аникста, «отразилась борьба всех течений общественно-философской мысли, начиная с XVII века и по наше время».
В 1736 г. вышло эссе анонимного автора «Некоторые комментарии к трагедии “Гамлет, принц Датский”, написанной мистером Вильямом Шекспиром» (Some Remarks on the Tragedy of Hamlet, Prince of Denmark, Written by Mr. William Shakespeare), которое приписывают Томасу Ханмеру (Thomas Hanmer). В этой работе обращается внимание на то, что Гамлет, открыв тайну вероломного убийства своего отца, на протяжении четырех актов медлит и колеблется в осуществлении мести. Автор утверждает, что у Шекспира не получилась бы настолько интересная и занимательная пьеса, если бы герой сразу отомстил Клавдию. Но стало очевидным то обстоятельство, что необходимы особые причины, объясняющие такое поведение принца Датского.
Уильям Ричардсон (William Richardson) в работе «Философский анализ и иллюстрация некоторых замечательных характеров Шекспира» (A Philosophical Analysis and Illustration of Some of Shakespeares Remarkable Characters, 1774) полагал, что Гамлет находится в тяжелом состоянии духа вследствие поведения своей матери и поэтому не в состоянии действовать. Тот факт, что Гертруда выходит замуж за брата усопшего отца, ошеломляет его до такой степени, что принц долго не может разобраться в том, что и как ему следовало бы делать.
Сэмюэль Джонсон (Samuel Johnson) считал, что Гамлет скорее инструмент в чьих-то руках, чем полноценное действующее лицо. Более того, уже обвинив короля в убийстве отца, он никак не пытается его наказать и умирает по воле судьбы.
Этим вопросом заинтересовался и великий Иоганн Вольфганг Гёте. Устами своего Вильгельма Мейстера (в романе «Ученические годы Вильгельма Мейстера») заявил, что все дело в личности героя, душа которого не в силах совершить столь нелегкое деяние. Ключ же к разгадке тайны поведения принца он усматривал в знаменитых словах:
The time is out of joint: O cursed spite,
That ever I was born to set it right!

Разлажен жизни ход, и в этот ад
Закинут я, чтоб все пошло на лад!

Шекспир запечатлел «великое деяние, тяготеющее над душой, которой такое деяние не по силам». От Гамлета «требуют невозможного, не такого, что невозможно вообще, а только лишь для него
Фридрих Шлегель замечал, «средоточие целого заключено в характере героя», вся энергия которого уходит на мыслительную деятельность, что, в свою очередь, лишает его сил, чтобы совершить действия в жизни реальной. Это истинно лучшее изображение человека, пребывающего в полной «дисгармонии» и «отчаянии».
С. Т. Кольридж считал, что колебания Гамлета вызваны отсутствием у него воли. В своих лекциях по творчеству Шекспира известный английский поэт замечает, что драматург помещает Гамлета в такие обстоятельства, которые, без сомнения, должны были вызвать всплеск активности и решительности действий героя. Гамлет — наследник трона, отец которого умирает при загадочных обстоятельствах. Но его мать лишает его наследства, выходя замуж за его дядю. Каков эффект появления Призрака? «Мгновенные действия и жажда мести?» Ничего подобного. Совсем наоборот: «бесконечные размышления и колебания».
Гамлет осознает, что ему нужно делать, он знает особенности своего положения. Но, по мнению Кольриджа, Гамлет не в состоянии сразу исполнить свои обязанности, и дело не в трусости, а в том, что все, что он может, это предаваться размышлениям.
Шекспир таким образом, как полагал Кольридж, хотел донести до нас идею о том, что в мире главное — это действие и что если бесконечные размышления мешают его произвести, то они не имеют никакой ценности, какими бы они ни были по своей духовно-философской сути.
У. Хазлитт (W. Hazlitt) утверждал, что, когда у Гамлета нет времени на раздумья, он решительно действует. Например, убивает Полония, думая, что это Клавдий, или заменяет письмо, которое везут с собой Розенкранц и Гильденстерн и получение которого в Англии означало бы неминуемую смерть для принца. Все остальное время, когда он более всего должен действовать, он остается сбитым с толку и нерешительным. Он чувствует свою слабость, корит себя, но ему более по вкусу обдумывать весь ужас преступления и думать о способах восстановления справедливости, чем сразу же действовать.
Чуть позже стали появляться мнения, что все поведение принца нужно объяснять не субъективными, а объективными причинами. Немецкий критик Карл Вердер (Carl Werder) полностью отрицал концепцию Гёте, полагая, что дело не в слабости Гамлета, а в том, что герою нужны неопровержимые доказательства вины Клавдия для того, чтобы его возмездие выглядело абсолютно справедливым и обоснованным в глазах народа, а это требует времени.
Немецкий философ Куно Фишер (Kuno Fischer) попытался соединить субъективную и объективную концепции, выдвигая идею о том, что в зависимости от конкретных обстоятельств доминировали то объективные, то субъективные причины поведения принца.
По мнению И.С. Тургенева, «Гамлет тот же Мефистофель, но Мефистофель, заключенный в живой круг человеческой природы; оттого его отрицание не есть зло - оно само направлено противу зла. Отрицание Гамлета сомневается в добре, но во зле оно не сомневается и вступает с ним в ожесточенный бой. В добре оно сомневается, т. е. оно заподозревает его истину и искренность и нападает на него не как на добро, а как на поддельное добро, под личиной которого опять-таки скрываются зло и ложь, его исконные враги».
2. ДИЛЕММА ГУМАНИЗМА В ТРАГЕДИИ «ГАМЛЕТ»
2.1. ЖАНРОВЫЕ АСПЕКТЫ ТРАГЕДИИ (ТРАГЕДИЯ ТРОНА; ПЬЕСА-РАССЛЕДОВАНИЕ; СУДЕБНАЯ ПЬЕСА; ТРАГЕДИЯ УМА; ТРАГЕДИЯ ОДИНОЧЕСТВА И Т. П.).
По словам Э. Роттердамского, «Счастье зависит от нашего мнения о вещах, ибо в жизни человеческой все так неясно и так сложно, что здесь ничего нельзя знать наверное... А если знание порой и возможно, то оно нередко отнимает радость жизни». Счастье Гамлета оказалось зависимо от его знания.
Шекспир обычно не изобретал сюжетов для своих пьес. Так было и с "Гамлетом". Древняя сага о мести Амлета содержит все основные элементы действия трагедии Шекспира. Что касается характера древнего Амлета и Гамлета Шекспира, то общего у них лишь то, что оба они люди большого ума. Но склад ума и помыслы у них совершенно различные, как различны и моральные понятия. Стремясь отомстить за отца, Амлет ничуть не колеблется. Вся его жизнь посвящена только одной этой задаче. Она нисколько не тяготит его, ибо естественно вытекает из суровых законов морали раннего средневековья, в духе которой он воспитан. Сюжет саги составляет в шекспировской пьесе первый жанровый аспект, который мы можем назвать «трагедия трона».
Гамлет — наследный принц: он погибает, убив короля, сам уже будучи королем и завещая Данию норвежскому принцу Фортинбрасу. Поэтому в его восприятии смерть Гамлета-отца выглядит как соединение личного сыновнего горя с несчастьем государства, отчизны, оказавшейся под властью кучки плутов с убийцей и блудодеем во главе. В трагедии по-своему решается проблема нравственной преемственности, когда Гамлет, отвергая Данию Клавдия, Полония и им подобных или же ими обманутых, вместе с тем стремится, но уже не может удержать и шире утвердить то лучшее, что он связывает с памятью об отце.
Однажды критики озвучили такую версию «Гамлета», ссылаясь на ремарки самого Шекспира: "Тень отца Гамлета и министра Фортинбраса должен играть один актер". То есть никакой мистики, просто дворцовая интрига - руками принца убрать короля, затем занять престол. А все переживания интеллигента-Гамлета - просто страдания марионетки. Как ни странно, что-то подобное подозревает Гамлет в самом начале пьесы. Вспомним, как ведет себя Гамлет при встрече с призраком. То грубо шутит, то пытается разоблачить пришельца, то верит, то не верит. Действительно, проще всего было подумать, что кому-то (и понятно, кому) выгодно нарядиться призраком и руками Гамлета убрать вначале Клавдия, а затем – под видом правосудия – и самого Гамлета. И хотя Гамлет уверяет своих «друзей, студентов и солдат», что
это честный дух, скажу вам прямо, -
сам принц в этом вовсе не уверен. Именно поэтому Гамлет ставит «следственный эксперимент», то есть стремится разоблачить короля, показав ему аналогичную ситуацию и понаблюдав за реакцией.
Но если Гамлет медлит с расследованием, то другой герой-мститель не сомневается и не медлит. Лаэрт стремится отомстить Гамлету. И вызывает его на поединок. Последний акт пьесы вскрывает еще один жанровый аспект – судебная пьеса.
Во времена, когда следствие и суд были несовершенными, если дело было сложно, запутанно и твёрдых свидетелей и поручителей по нему не было, судьи предлагали сторонам разрешить спор в судебном поединке. Судья спрашивал истца: “Ты лезешь ли с ним на поле?” — и, если тот отвечал твёрдо: “Лезу!”, объявлялась схватка, в которой правым признавался победитель. Это называлось “идти на судьбу Божию”. Такого рода “поединки полем” были известны у всех народов. Правила их проведения упомянуты ещё в хартии Карла Великого, предписывавшей проводить подобные судебные поединки на общественной поляне, огороженной изгородью.
Другое дело, что в поединок вмешивается Клавдио. В итоге поединок в потенциале может оказаться казнью. Только случайность мешает свершиться беззаконному убийству. В финале пьесы наказаны все виновные – погибли все главные действующие лица, все виновны: в убийстве, в измене, в кровосмесительстве. Таким образом, действие пьесы можно рассматривать как развернутую метафору «Божьего суда».
В первом явлении ситуация очень напоминает криминальную. За исключением некоторых мистических моментов в самой первой сцене. Впрочем, и мистический налет обычно свойствен как раз для ситуации суда, потому что мистика в основном связана с прошлым. Так что эту сцену позволительно трактовать как однозначно судебную. Фактически перед нами - начало судебного расследования. Даже труп, пусть и в своеобразной субстанции, но имеется, вернее является. Правда скорее является как свидетель или знамение какого-то происшествия. Несколько следователей, во главе со специально приглашенным (самым разумным - Горацио) пытаются заставить заговорить этого свидетеля всеми доступными им средствами, вплоть до физического воздействия. И лишь после того, как обе попытки оканчиваются неудачей, Горацио решает устроить свидетелю, говоря современным юридическим языком, очную ставку с его ближайшим родственником, и не просто родственником, а наследником и заинтересованным лицом, сыном. В соответствии с судебным характером ситуации и речи в ней ведутся судебные. Внезапно появляется само вещественное доказательство происшествия, но в форме совершенно невещественной - призрачной. И первый допрос закончился неудачей, один из следователей даже потерял надежду на успешную работу со свидетелем: Tis gone<,> and will not answer. «Ушел и не ответит». После второго неудачного допроса призрак, напуганный петухом, окончательно уходит.
Вся эта детективно-судебная составляющая первой сцены некоторых современных исследователей спровоцировала на общую детективоведческую трактовку трагедии, часто связанную с Горацио. Сведение трагедии к детективу или к политическому триллеру, конечно, - недопустимое упрощение. Не только у всей пьесы, но и у этой первой сцены есть и другая составляющая, сразу уводящая от банальной жанровой однозначности.
Узнав во время встречи с Призраком о страшном преступлении Клавдия, увидев масштаб порчи властителей Эльсинора и их холуев, Гамлет, привыкший размышлять на языке поэзии и философии, признается в дружеском разговоре: "Недавно, не знаю почему, я потерял всю свою веселость и привычку к занятиям. Мне так не по себе, что этот цветок мироздания, земля, кажется мне бесплодною скалою, а этот необъятный шатер воздуха с неприступно вознесшейся твердью, этот, видите ли, царственный свод, выложенный золотой искрой, на мой взгляд, просто-напросто скопление вонючих и вредных паров".
Гамлет учился в Виттенберге, где глубоко воспринял уроки ренессансного гуманизма, основанного на безграничной вере в человека. Вернувшись в Эльсинор, Гамлет переживает трагедию гуманистического сознания, его ум бунтует не только против преступления, совершившегося в собственной семье, но и шире - против бесчеловечности и аморализма во всей "Дании-тюрьме".
Прозревший Гамлет становится ироничным и желчным. Он пытается заставить окружающих прекратить лгать, брак матери с убийцей Клавдием называет "блудом в загаженном свином хлеву", оскорбляет придворных, грубит королю.
Горькие и страшные слова... Гамлет раним и импульсивен, но намеренно загоняет себя в спокойствие: тем страшнее оказывается открывшаяся ему бездна. Враги злословят по поводу его безумия, Гамлет не опровергает этой лжи, хотя переживает не патологию, а трагедию ума.
Ход размышлений Гамлета передан отчасти "внутренней речью". В монологе "Быть или не быть" есть не только слова о пращах и стрелах яростной судьбы, но и о власти недостойных над достойными, о гордецах, заслуживающих презрения, о боли отвергнутой любви...
В беседе с могильщиком лирика грустных воспоминаний о бедном Йорике, о безоблачном детстве, об отце соединилась с взрывом страшного горя при виде гроба с погибшей Офелией.
Гамлету, возможно, вполне хватило бы воли и решительности сразу отомстить Клавдию ударом шпаги. Но мысль его не только об убийце отца, она - о времени, что "вышло из колеи", расплодив осведомителей, какими стали даже Гильденстерн и Розенкранц, тоже, как и принц датский, учившиеся в Виттенберге, но охотно согласившиеся доносить на Гамлета. Мысль Гамлета - о "нововылупленном" Озрике, принципиально не имеющем своего мнения ни об одном предмете, что и позволит ему, несомненно, сделать карьеру. Мысль Гамлета - о хитром и жестоком Полонии. Перед гуманистом, воспевавшим человека, предстают пародии на людей, вполне довольных самими собой и поработившей их властью. Так постепенно раскрывается истинный масштаб трагедии Гамлета.
Для Гамлета отомстить и убить - почти непосильная работа. Он не ищет оправдания своей нерешительности, он презирает себя за нее, он ненавидит Клавдия, и все же сомневается, имеет ли право.
Гамлет сомневается в правдивости своего знания. Ведь весть об убийстве он получил от тени, от того, кто в другой жизни, в другом мире, и неизвестно, правда ли это или смущение человека потусторонней силой. Только в конце приходит уверенность, но и уверенность еще не действие.
Гамлет не смеет мстить до того предела, когда зло само выходит наружу, уничтожает все вокруг, придя в мир в обличии Клавдия, подчинив себе и уничтожив его личность. В момент всеобщей погибели поднимается на убийцу рука Гамлета. Собственно, он уже не мстит, он останавливает зло, которое, обретя человеческую плоть, грозит разрушить весь мир. Образ человека, начавшего преступление во имя определенной цели и идеи, вынужденного логикой событий уничтожать все вокруг, - прообраз нашего времени.
Тень короля Гамлета есть кровь, воззвавшая от земли. Принц Гамлет вынужден нести бремя добра, которое к нему воззвало. Он с тревогой наблюдает, как сжимается круг, как стягивается петля на его шее. Он объявляет себя сумасшедшим и под этим покровом приглядывается к убийце, пытаясь уяснить степень его виновности, степень раскаяния или готовность к новому злодеянию.
Каиново преступление - фон, на котором разыгрывается драма жизни - драма духа, одиночества; трагедия попранной жизни, предательства самых близких людей, отказ от любви и мучительный поиск истины.
Добро требует от человека большого внутреннего напряжения, верного чувства правды, тонкой интуиции. Когда в душе человека происходит смешение, неразличение, непонимание противополагающих основных нравственных начал мира, то начинается деформация души, приятие формального взаимоотношения существования в рамках неких групповых законов, часто противоположных законам Божьим. Мораль группы позволяет и даже требует иногда идти на подлость и предательство, забыть законы правды и добра. Гамлет - единственная фигура драмы, противостоящая морали группы, не принимающая ее, поскольку он до конца - личность, он истинно свободен. Но свобода - тяжкое бремя. Абсолютная самостоятельность решения - вот причина его колебаний. Будучи абсолютно свободным, Гамлет абсолютно одинок.
2.2. КРИЗИС ГУМАНИСТИЧЕСКОГО СОЗНАНИЯ: ГАМЛЕТ, МОНОЛОГ ОБ ОТЛИЧНОМ ЧЕЛОВЕКЕ (АКТ 1, СЦЕНА 2)
Шекспиру всегда было свойственно резко, сильно и прямо выдвигать перед зрителями основные мотивы действия. Уже с самого начала трагедии, в ее второй сцене, перед нами предстает герой и, зная из первой сцены внешние обстоятельства сложившейся ситуации, нам необходимо с достаточной внимательностью отнестись к тому, что говорит Гамлет.
Он появляется перед нами в траурном облачении, и весь его облик выражает печаль. Первые же речи принца открывают нам глубину его горя. Оно так велико, что, как он сам говорит, ни траурные одежды «ни горем удрученные черты», одним словом, никакие внешние «знак скорби» не в состоянии передать того, что происходит в его душе. Испытываемое им во много раз мрачнее, чем то, что выражаю внешние признаки траура. Король и королева думают, что переживания Гамлета связаны только с утратой отца. На самом деле он утратил не только его.
Очень часто оставляют без должного внимания первый монолог Гамлета, тогда как он имеет важнейшее значение, ибо уже здесь мы узнаем, что же больше всего удручает героя. После того как король сопровождающие его лица удаляются, Гамлет, оставшись один, выражает в страстной речи то, что накипело в его душе:
О, если б этот плотный сгусток мяса
Растаял, сгинул, изошел росой!
Иль если бы предвечный не уставил
Запрет самоубийству! Боже! Боже!
Каким докучным, тусклым и ненужным
Мне кажется все, что ни есть на свете!
О, мерзость! Это буйный сад, плодящий
Одно лишь семя; дикое и злое
В нем властвует.
Он не хочет жить. Им владеет мысль о самоубийстве. Весь мир опостылел ему. Из-за чего же? Из-за того, что умер отец? Нет. Смерть отца – великое горе. Напрасно пытается Клавдий убедить Гамлета, что смерть – естественное явление. Принц и сам понимает это, однако чутье подсказывает ему, что есть нечто противоестественное в ранней гибели его отца, ушедшего из жизни в расцвете сил. Он не может не сравнивать покойного короля с нынешним. Тот был прекрасен и величествен, как Гиперион, а его преемник – уродливый «сатир».
Сравнить их
Феб и сатир. Он мать мою так нежил,
Что ветрам неба не дал бы коснуться
Ее лица. О небо и земля!
Подтекстом этого сопоставления является мысль о том, почему лучшее и прекрасное должно погибнуть, а худшее и безобразное – существовать?
Но самое ужасное для Гамлета в том, что его мать так скоро могла забыть человека, столь любившего ее. Его потрясло то, что она легко рассталась с горем и как ни в чем не бывало наслаждается своим счастьем.
Она к нему тянулась,
Как если б голод только возрастал
От насыщения. А через месяц -
Не думать бы об этом! Бренность, ты
Зовешься: женщина! - и башмаков
Не износив, в которых шла за гробом,
Как Ниобея, вся в слезах, она -
О боже, зверь, лишенный разуменья,
Скучал бы дольше! - замужем за дядей,
Который на отца похож не боле,
Чем я на Геркулеса. Через месяц!
Еще и соль ее бесчестных слез
На покрасневших веках не исчезла,
Как вышла замуж.
Поведение Гертруды ужасает Гамлета не только тем, что обнаруживает ее ветреность и легкомыслие. Выйдя замуж за брата покойного супруга, она совершила, по понятиям того времени, грех кровосмешения.
Гнусная поспешность -
Так броситься на одр кровосмешенья!
Нет и не может в этом быть добра. -
Но смолкни, сердце, скован мой язык!
Уже первый монолог Гамлета открывает перед нами одну из наиболее характерных черт героя – стремление сразу же обобщать отдельные факты действительности. Произошла всего лишь частная семейная драма. Для впечатлительного по натуре Гамлета, однако, оказалось достаточно ее, чтобы сделать обобщение: жизнь – «это буйный сад, плодящий одно лишь семя; дикое и злое в нем властвует». Три факта потрясли душу Гамлета: скоропостижная смерть отца; то, что его место на троне и в сердце матери занял недостойный по сравнению с покойным человек; то, что мать изменила памяти великой любви. Из них самым тягостным является поведение матери. Недаром в мрачных размышлениях Гамлета первое место занимает ее брак с Клавдием.
Конечно, семейная драма, происшедшая на глазах у Гамлета, факт недостаточно значительный для того, чтобы начать сомневаться в ценности жизни вообще. Но Шекспир верен жизненной правде, когда он так изображает душевную реакцию Гамлета на происшедшее. Натуры, наделенные большой чувствительностью, глубоко воспринимают ужасные явления, непосредственно затрагивающие их. Гамлет именно такой человек – человек горячей крови, большого, способного к сильным чувствам сердца. Он отнюдь не тот холодный рационалист и аналитик, каким его себе иногда представляют. Есть философы, спокойно взирающие на бедствия жизни, но Гамлет не из их числа. Его мысль возбуждается не отвлеченным наблюдением фактов, а глубоким переживанием их. Если мы с самого начала ощущаем, что Гамлет возвышается над окружающими, то это не есть возвышение человека над обстоятельствами жизни. Наоборот, одно из высших личных достоинств Гамлета заключается в полноте ощущения жизни, своей связи с ней, в сознании того, что все происходящее вокруг значительно и требует от человека определения своего отношения к вещам, событиям, людям. Вот почему неправ был И. С. Тургенев, считая Гамлета «эготистом», человеком, сосредоточенным на своих мыслях и чувствах и пренебрегающим внешним миром. Наоборот, Гамлета отличает обостренная, напряженная и даже болезненная реакция на окружающее, тогда как другие более спокойно относятся ко всему. Уже сама обстановка второй сцены первого акта подчеркивает это. Все веселы, довольны, стараются забыть покойного короля и заняты устройством своих дел; лишь один Гамлет продолжает горевать. В этом своем горе он как человек больше и выше всех остальных. Недаром он говорит о матери, которая вышла замуж, не успев износить башмаков, в которых шла за гробом, что «зверь, лишенный разумения, скучал бы дольше!» Значение Гамлета как героя заключается именно в том, что он человечнее, чем все другие, в своем отношении к жизни.
Завязкой трагедии являются два мотива: физическ...
**************************************************************


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.