На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Работа № 86216


Наименование:


Реферат ИНТЕРПРЕТАЦИОННАЯ МОДЕЛЬ СОВРЕМЕННОГО ЛИТЕРАТУРОВЕДЧЕСКОГО АНАЛИЗА (НА МАТЕРИАЛЕ РОМАНА А. НУРПЕИСОВА «ПОСЛЕДНИЙ ДОЛГ»)

Информация:

Тип работы: Реферат. Предмет: Литература. Добавлен: 31.03.2015. Сдан: 2015. Страниц: 26. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


ИНТЕРПРЕТАЦИОННАЯ МОДЕЛЬ СОВРЕМЕННОГО ЛИТЕРАТУРОВЕДЧЕСКОГО АНАЛИЗА (НА МАТЕРИАЛЕ РОМАНА А. НУРПЕИСОВА «ПОСЛЕДНИЙ ДОЛГ»)

Содержание
1. Интерпретация как научный метод
2. Интерпретация и анализ - разграничение подходов.
3. «Последний долг» Абдижамилаа Нурпеисова

Интерпретация как научный метод

Интерпретация - одна из фундаментальных операций познавательной деятельности субъекта, общенаучный метод с правилами перевода формальных символов и понятий на язык содержательного знания. В гуманитарном знании это широко применяемая процедура истолкования текстов, изучаемая в семантике и эпистемологии понимания. Наиболее обстоятельно интерпретация разрабатывалась как базовое понятие герменевтики, которая занимается правилами истолкования текстов, представлениями о понимании и интерпретации как фундаментальных способах человеческого бытия.
В. Дильтей, объединяя общие принципы герменевтики и разрабатывая методологию исторического познания и наук о культуре, показал, что связь переживания и понимания, лежащая в основе наук о духе, не может в полной мере обеспечить объективности, поэтому необходимо обратиться к искусственным, спланированным приемам. Именно такое планомерное понимание «длительно запечатленных жизнеобнаружений», он называл истолкованием, или интерпретацией. Понимание части исторического процесса возможно лишь через его отнесение к целому, а универсально-исторический обзор целого предполагает понимание частей. Хайдеггер дал блестящие образцы интерпретации филологических и философских текстов Анаксимандра, Декарта, Канта и других, вместе с тем он совершил «онтологический поворот» и вывел герменевтическую интерпретацию за пределы анализа текстов. Он различил первичное безотчетное (дорефлексивное) понимание как сам способ бытия человека, тот горизонт предпонимания, от которого никогда нельзя освободиться, и вторичное понимание, возникающее на рефлексивном уровне как философская или филологическая интерпретация. Вторичная интерпретация коренится в первичном предпонимании; всякое истолкование, способствующее конечному пониманию, уже обладает предпониманием истолковываемого. Отсюда особая значимость предзнания, предмнения для интерпретации, что в полной мере осознается в дальнейшем Гадамером, утверждавшим, что «законные предрассудки», отражающие историческую традицию, формируют исходную направленность нашего восприятия, включаются в традиции и поэтому являются необходимой предпосылкой и условиями понимания, интерпретации.
В целом в герменевтике, поскольку она становится философской, расширяется «поле» интерпретации, которое не сводится теперь только к методу работы с текстами, но имеет дело с фундаментальными проблемами человеческого бытия в мире. Интерпретация элементов языка, слова также изменила свою природу, поскольку язык рассматривается не как продукт субъективной деятельности сознания, но, по Хайдеггеру, как то, к чему надо «прислушиваться», как «дом бытия», через который говорит само бытие. Для Гадамера язык предстает как универсальная среда, в которой отложились предмнения и предрассудки, именно здесь осуществляется понимание, и способом этого осуществления является интерпретация. Временная дистанция между текстом и интерпретатором рассматривается им не как помеха, но как преимущество позиции, из которой можно задать новые смыслы сообщениям автора текста. [1, 15].
Интересным оказалось, что отмечая этот момент, П. Рикёр, чьи идеи лежат в русле «онтологического поворота», предлагает такую трактовку интерпретации, которая соединяет истину и метод и реализует единство семантического, рефлексивного и экзистенциального планов интерпретации. Он полагает, что множественность и даже конфликт интерпретаций являются не недостатком, а достоинством понимания, выражающего суть интерпретации, и можно говорить о текстуальной полисемии по аналогии с лексической. В любой интерпретации понимание предполагает объяснение, которое развивает понимание [1, 25].
Подводя итог всему вышесказанному, можно заметить, что возможность множества интерпретаций ставит проблему истины, правильности, гипотетичности интерпретации; обнаруживается, что вопрос об истине не является более вопросом о методе, но становится вопросом о проявлении бытия для понимания.

Интерпретация и анализ - разграничение подходов.

Интерпретация имеет свою специфику, так как является категорией только искусствоведческой. При помощи интерпретации происходит субъективное познание объективного мира. Научная интерпретация художественного произведения возникает из непрофессионального чтения и опирается на него. Присутствие непрофессионалов в других направлениях литературоведения быть не может. Импульсом к толкованию текста с точки зрения интерпретатора и читателя служит вопрос «Что же хотел сказать писатель этим произведением?». Общее впечатление от прочитанного является основой толкования художественного произведения. Не каждое произведение вызывает желание думать, говорить о нем исследователя и тем более непрофессионального читателя. Только произведение, которое заинтересовало и нашло эмоциональный отклик, подвергается толкованию. Поэтому большая часть как профессиональной, так и непрофессиональной интерпретации пытается передать своими словами непосредственные впечатления и настроения, вызванные чтением художественного произведения. Как читатель, так и непрофессиональный критик признают неабсолютность, субъективность своей интерпретации, ее спорность и возможную неполноту.
В системе научного литературоведения интерпретация занимает особое место. Она поддерживает связь науки с естественным восприятием художественного произведения, и уравнивает в правах мышление обыкновенного человека и специалиста в области литературы, поднимая тем самым читательскую реакцию на произведение до уровня науки. Если не будет учитываться восприятие художественного произведения непрофессиональным читателем, наука рискует превратиться в абстракцию. Необходимость интерпретации естественна.
Специфические задачи интерпретации вытекают из ее природы. Сначала произведение подвергается интерпретации для того, чтобы верно понять его смысл, содержание, которое в него вложено. Сущность интерпретации, выраженная в формуле «Интерпретация - это свое понимание», заключается в слове «свое». «Свое» - означает «пережитое лично» [2, 125].
Пытаясь понять произведение, читатель стремится понять автора, создавшего это произведение, вникнуть в замысел писателя. «Процесс понимания представляется в виде вчувствования, сопереживания мыслям, чувствам, намерениям другого человека-автора. Автор интересует воспринимающего не как биографическое лицо, а как некая направленная энергия, переплавившая индивидуальный социальный опыт в произведении искусства» [3, 67].
При интерпретации художественного произведения читатель постоянно вращается в области личностных смыслов. Понимание художественного произведения интерпретатором касается только сюжета и фабулы. Читатель следует за героями, их поступками, постигает взаимосвязь событий, происходящих в произведении. На следующем этапе понимания смысла произведения возникает восприятие, при котором читатель начинает понимать мотивы поступков персонажей, их внутренний мир. Последним этапом понимания является постижение кругозора автора, вхождения в мир авторских ценностей. Читатель начинает смотреть на созданный автором художественный мир с точки зрения самого автора. На основании такой последовательности усвоения смысла художественного произведения Седов и Поляков определяют следующие уровни постижения смыла художественного произведения читателем:
1. Уровень денотативный, элементы которого выполняют идентификацию лиц и предметов в пространстве и времени художественного мира и осуществляют развитие сюжетного движения повествования;
2. Уровень психологический, включающий в себя все, что связано с восприятием героя, его внешнего облика и внутреннего мира;
3. Уровень аксиологический, содержанием которого становятся способы передачи авторского отношения к изображаемому, формы проявления авторского кругозора.
Ю. Бореев в своей работе «Искусство интерпретации и оценки» (опыт прочтения «Медного всадника») подчеркивает, что «Важнейшей проблемой целостного исследования произведения является органическое сочетание ценностного анализа с интерпретационным» [4, 46]. В связи с этим определяются четыре шага ценностного анализа: ценностная установка, рассмотрение ценности и эстетических отношений произведения к действительности, выявление ценности внутренней организации произведения, раскрытие ценности художественной концепции. Эти четыре шага находятся в прямом соответствии с четырьмя шагами интерпретационного анализа художественного произведения: мировоззренческая установка, семантика внешних связей, семантика внутренней связи, смысл художественной концепции.
Говоря о ценности поэмы А. С. Пушкина «Медный всадник», исследователь подчеркивает, что критика любой исторической эпохи, как бы верно не прочла произведение Пушкина, «всегда оставит следующей за ней эпохе сказать что-нибудь новое и более верное, и ни одна никогда не выскажет всего» [5, 555]. Не случайно Ю. Бореев заканчивает свою интерпретацию словами В. Белинского, говоря тем самым, что поиски истинного смысла поэмы А. Пушкина «Медный всадник» должны продолжаться и это будет вполне закономерным явлением с точки зрения интерпретации художественного произведения.
Обзоры литературной критики о «Медном всаднике» показывают многообразие и разночтение его критических прочтений. Литературоведы отмечают парадоксы интерпретации поэмы, число которых с годами возрастало и казалось, что критика в осмыслении этого произведения шла не к выработке единства мнений в общем определении его идеи, но приходила к результату прямо противоположному - к отрицанию самой возможности постижения истинного замысла поэмы.
В теории интерпретации есть существенная проблема - возможность существования адекватной интерпретации. Трудность заключается в том, что нехудожественными средствами необходимо выразить художественный смысл произведения. Еще один немаловажный аспект интерпретации заключается в вопросе «Как средствами науки можно постичь художественное целое?». Против предубеждения возможности научной интерпретации художественного произведения выступает А. С. Бушмин, говоря: «Научная форма не исчерпывает художественного образа, не улавливает всей полноты его многозначного смысла, не заменяет производимого им впечатления. Если бы это было возможно, то ненужным оказалось бы искусство. Но, с другой стороны, если бы были невозможны какие-либо отношения между художественным образом и его выражением в научной форме, то не осталось бы почвы для науки об искусстве. Художественный образ нельзя свести к логическим понятиям, но это можно перевести на язык логических понятий» [6, 112]. Как видим, Бушмин говорит о необходимости научного анализа художественного произведения, следовательно, можно говорить и о возможности научной интерпретации. Интерпретация благодаря своей связи с непрофессиональным восприятием художественного произведения, в отличие от анализа легче достигает необходимого уровня адекватности. Если говорить о связи «произведение -анализ», то она выглядит как связь искусства и науки в чистом виде, что касается отношений «произведение - интерпретация», то они опосредованы «живым »созерцанием.
Самая главная проблема, существующая в теории интерпретации заключается в вопросе «Сколько интерпретаций одного и того же художественного произведения?». Единого мнения по этому вопросу нет. Существует две точки зрения на эту проблему. А. Потебня, Б. Кроче, М. Эпштейн, А. Горнфельд допускают свободные отношения между интерпретацией и художественным произведением. По этому поводу А. Потебня писал: «Как слово своим представлением побуждает понимающего создавать свое значение, определяя только направление этого творчества, так поэтический образ в каждом понимающем и в каждом отдельном случае понимания вновь и вновь создает себе значение… Кто разъясняет идеи, тот предлагает свое собственное научное или поэтическое произведение» [7, 331]. М Эпштейн возможность множества интерпретаций связывает с исторической жизнью литературного произведения. Он дает такую характеристику интерпретации «Интерпретация основана на принципиальной «открытости», многозначности художественного образа, который требует неограниченного множества толкований для полного выявления сути» [8, 330].
Противоположное мнение высказывает А. П. Скафтымов. Он утверждает: «Изменчивость интерпретации свидетельствует о различной степени совершенства постижения, но нисколько не узаконивает всякое постижение, каково оно ни было. Признать закономерность всякого произвола в понимании художественных произведений значило бы уничтожить их фактичность перед наукой» [9, 58].
Примиряющим звеном выступает В. Е. Хализев, предлагая определить «диапазон» объективно достоверных инт........


Список использованных источников

1. Рикер П. Конфликт интерпретаций (Очерки о герменевтике). М. 1995. Литература
2. Есин А. Б. Интерпретация литературного произведения как теоретическая проблема. Проблемы интерпретации художественных произведений. Межвузовский сборник научных трудов. М.: МГПИ, 1985.
3. Савельева В. В. Художественный текст и художественный мир. Проблемы организации. Алматы: 1996.
4. Бореев Ю. Б. Искусство интерпретации и оценка. Опыт прочтения «Медного всадника». М.: Советский писатель, 1986.
5. Белинский В. Г. ПСС в 13-ти т. Т. %, М.: 1954.
6. Бушмин А. С. Об аналитическом рассмотрении художественного произведения. Наука о литературе. М.: 1980.
7. Потебня А. А. эстетика и поэтика. М.: 1976.
8. Эпштейн М. Краткая литературная энциклопедия. Т. 9, М.: 1978.
9. Скафтымов А. П. К вопросу о соотношении теоретического и исторического рассмотрения в истории литературы. Ученые записки Саратовского университета. Т.1, вып.3, Саратов: 1923.
10. Пушкин А. С. ПСС, т.12, М.: 1949.
11. Ахметов З. А. Современное развитие и традиции казахской литературы. - Алма-Ата: Наука, 1978. - 328 с.
12. Шарипов А. Традиции и новаторство в казахской литературе. - Алм-Ата: Мектеп, 1984. - 136 с.
13. Нургалиев Р. Н. Древо обновления. Традиции и современный литературный процесс. - Алма-ата: Жазушы, 1989. - 368 с.
14. Нурпеисов А. Последний долг. - Алматы: Атамура, 2000. - 383 с.
15. Темирболат А.Б. Проблема хронотопа в современной прозе: учебное пособие. ? Алматы, 2003. ? 199 с.





Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть похожие работы

* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.