На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


Реферат Основа правовой системы Российской империи - Соборное уложение 1649 г. Создание уложенных комиссий. Указ Петра I о единонаследии 1714 г. Проект и содержание Гражданского уложения. Кассационная практика. Процесс смешения начал уголовных и гражданских.

Информация:

Тип работы: Реферат. Предмет: Правоведение. Добавлен: 25.01.2009. Сдан: 2009. Уникальность по antiplagiat.ru: --.

Описание (план):


24
Институт возмещения вреда в XIX - начале XX вв.
В XVII-начале XX вв. происходит закономерный процесс, в рамках которого изменяется соотношение и значение источников права. В России этот процесс носил характер постепенных преобразований, обусловленный централизацией государства, усилением монархической власти и проявлял себя: во-первых, в том, что частное право возникало и формировалось постепенно, естественным путем из народного сознания при помощи обычая; во-вторых, в начале XVII в. гражданские отношения усложнились, и стали появляться дела более сложные и новые по своему происхождению, поэтому их невозможно было подвести под древние обычаи, что усиливает роль суда. С XVIII в. закон стал приобретать реформаторское значение. Однако многочисленные пробелы в действующем законодательстве препятствовали правоприменительной деятельности, осуществлявшейся только в рамках закона.
Рассматривая законодательство данного периода, мы обращаем внимание на то, что в памятниках права второй половины XVIII в. четко прослеживаются такие проблемы, как абсолютизм и классы, абсолютизм и судьбы различных социально-экономических структур. И это не случайно.
Развитие производительных сил изменяет положение общественных классов и государства. Государственная деятельность оставляет в распоряжение истории свое законодательство. Основное внимание законодателя привлекает Классовый и сословный подход особенно заметен в части законов, адресованных производящим классам - крестьянству и горожанам. Что касается дворянства, то линия правительства по отношению к этому классу по сути своей на протяжении всего XVIII в. не изменялась. Исторические ситуации, требовавшие единения правительства и дворянства, формировали сословно-корпоративную организацию дворянства. Песение повинностей свелось для дворян к занятию высших постов в армии и гражданской службе. Обращение же к хозяйствованию в имениях послужило мотивом полной отмены их обязанностей по службе.
Неограниченное право распоряжаться земельной собственностью и крепостными поставило дворянство на особую ступень в обществе. В конце XVIII в. процесс, определивший его статус как класса, завершился. Жалованная грамота дворянству (1785) свела воедино все преимущества дворян, полученные ими в разное время. Из сословных привилегий вытекали особые достоинства дворянского звания. Правительство признавало за дворянством право действовать в сфере его сословных интересов и интересов государства. Дворянские общества в губерниях наделялись определенными правами.
Основой правовой системы Российской империи на протяжении всего XVII столетия продолжало оставаться Соборное уложение 1649 года, принятое накануне вступления России в эпоху абсолютизма. Соборное уложение дополнялось новоуказными статьями XVII в. и многочисленным законодательством XVIII в. Однако первичная основа его оставалась не поколебленной. Вместе с тем потребности развития феодального общества и государства, естественно, побуждали изменять этот крупнейший для своего времени нормативный акт - свод законов в миниатюре, для чего в XVIII в. неоднократно создавались уложенные комиссии.
Комиссия, образованная при Петре I, не дала реальных результатов и постепенно захирела. Екатерина I пыталась гальванизировать и укрепить ее. Однако старания императрицы не увенчались успехом. Новую комиссию пытались созвать при Петре П. По мысли законодателя, она должна была быть представительной: предписывалось выбрать от каждой губернии первоначально по пяти дворян. При этом изменялся план работы. Если Петр Великий предполагал создать новое уложение на базе соединения русского законодательства с иностранным, то теперь было решено идти чисто кодификационным путем: внести в Соборное уложение все новоуказные статьи и иные указы, взяв за основу схему прежнего закона. Эта затея также окончилась ничем. Еще одна комиссия была создана при Елизавете Петровне в 1754 году, первоначально чисто чиновничья. Наибольший след в истории оставила комиссия Екатерины II, давшая определенные результаты. Одним из них явилось издание Учреждений для управления губерний, важным источником которых стали депутатские наказы и мнения депутатов комиссии, но в целом, конечно, комиссия свою основную задачу не выполнила. Таким образом, нового уложения создано не было. Дело ограничилось изданием крупных законодательных актов преимущественно административно-правового характера. Кроме упомянутых Учреждений, были приняты Устав благочиния и жалованные грамоты дворянству и городам, также публикуемые в этом томе.
Из крупных гражданско-правовых законов XVIII в. можно назвать лишь принятый при Петре I указ о единонаследии 1714 года. В послепетровскую эпоху крупнейшим цивилистическим памятником является Вексельный устав 1729 года, который публикуется в настоящем разделе. Его издание было обусловлено развитием капиталистических отношений и внешнеторговых связей России.
Совершенствование уголовного законодательства при Петре I отмечено изданием Артикула воинского. Однако этот первый российский уголовный кодекс был по идее все-таки военно-уголовным законом, пределы действия которого были в принципе ограничены. В послепетровский период крупных уголовных законов не издавалось. Елизаветинская Уложенная комиссия 1754 года составила проект уголовного кодекса, но дальше этого дело не пошло: уже одобренный Сенатом проект не был подписан императрицей. Вообще специально уголовных законов в описываемую эпоху было издано немного. Чаще уголовно-правовые нормы содержались в каких-то более широких актах.
Таким образом, нормативно-правовые акты XVIII в. не внесли ничего нового в регулирование возмещения ущерба.
Свод законов Российской Империи 1833 г., восполнил массу пробелов в гражданском законодательстве, не изменил самой конструкции в соотношении источников права (И.В. Архипов). В рамках процесса формализации права Свод законов подтвердил отношение к закону, как к основному источнику права (ст.47), а значение судебной практики в законе сводилось к пояснениям, не имевшим обязательной силы (ст. ст.68-69). Так, до 1864 г. Свод гражданских законов применялся только по точному и буквальному смыслу, не допуская обманчивого непостоянства самопроизвольных толкований (ст.65). Суд не имел права приступать к решению дела, если не было твердого и ясного закона, а правом толкования из общего смысла закона обладал лишь законодатель (аутентичное толкование).
Известно, что первоначально Комиссия создаёт, а Государственный совет на основании манифеста Александра 1с 1810 по 1812 гг. рассматривает первые две части проекта Гражданского уложения - о лицах и об имуществах. В 1812 г. для ознакомления членам Государственного совета были переданы два проекта III части Гражданского Уложения - о договорах.
Первый проект раздела об обязательствах, созданный в 1809 г. состоял из трёх глав:
а) о договорах вообще;
б) о последствиях договоров;
в) о толковании договоров.
Во второй проект, за исключением нескольких незначительных изменений в расстановке глав и редакции, вошел раздел об обязательствах, вытекающих из непозволенных действий. По мнению Комиссии, обязательство проистекает из договора, из других каких-либо обязательственных актов и из непозволительных действий Таким образом, проект впервые даёт общее понятие обязательства и разграничивает его с понятием договора.
В ходе рассмотрения Государственный совет отверг мнение Комиссии, т. к. договорные обязательства, с его точки зрения, не следовало смешивать с обязанностями, вытекающими из причинения вреда и убытков. В отзыве на проект сказано, что договор есть добровольное обязательство, а обязанности, вытекающие из причинения вреда и убытков, общеобязательны. В связи с этим раздел, регулировавший отношения, возникающие из непозволенных действий, было решено исключить из проекта и перенести его в раздел о деяниях
В связи с полярностью мнений, проект Гражданского уложения так и не был принят, а был возвращен в КСЗ. В этих условиях особое значение имеет мнение императора Александра I, последовательно с 1810 по 1825 гг., защищавшего проект Гражданского уложения. В 1810 г. Александр I писал: Первая часть Гражданского Уложения окончена по примерам древнего отечественного нашего законодательства. Мы не оставим назначенный порядок... Соответственно, в основу проекта были положены принципы отечественного законодательства.
Представляется очевидным, что проект Гражданского уложения не был принят по ряду причин: во-первых, проекты Государственных законов о состояниях и Устав гражданского судопроизводства, которые должны были раскрыть смысловую нагрузку основополагающих принципов права, так и не были приняты, а в §§ 1-3 Гл.1 О лицах проекта Гражданского уложения 1809-1825 гг. принципы были закреплены, но не нашли должного отражения в его содержании; во-вторых, по форме систематизации проект являлся кодексом, который отличался от Французского гражданского кодекса 1804 г., основанного на принципе равенства всех перед законом тем, что в его основу были положены два основополагающих принципа отечественного законодательства. И, как следствие, была заимствована форма закона, не свойственная праву частных случаев.
Так, раздел "О договорах" содержал формулировки и общие положения, не свойственные русскому праву. Поэтому проект представляет собой скорее учебник гражданского права, положения которого в условиях сословного строя практически не жизнеспособны.
Очевидно, что российская правовая система препятствовала попыткам правовой модернизации, так как решено было исходить в процессе систематизации из принципов действующего законодательства. Соответственно, возникла потребность в создании такой формы систематизации и формы закона, которая должна была соответствовать уровню развития общественных отношений и отечественного законодательства. Поэтому для Комиссий первой четверти XIX вв. свойственно формирование соответствующих отраслевому принципу систематизации приёмов, методов и форм.
С 1826 по 1833 гг. в рамках общего процесса систематизации отечественного законодательства обязательственное право постепенно приближается к новому этапу развития.
Вступив на престол, Николай I обращает особое внимание на проблемы систематизации отечественного законодательства. Известно, что вместо Комиссии составления законов Император создал Второе отделение с. е. и. в. канцелярии. В связи с этим, архив Комиссии составления законов, содержавший полный хронологический реестр нормативных актов, изданных с 1649 по 1826 гг., и 365 книг, содержавших дела и проекты, созданные в предыдущих комиссиях, были переданы в распоряжение Второго отделения с. е. и. в. канцелярии.
Несмотря на то, что его возглавил М.А. Балугьянский, план предстоящей систематизации было поручено разработать М.М. Сперанскому. В результате, М.М. Сперанский предложил первоначально изложить содержание законов в их историческом развитии. Затем на их основе предлагалось создать соответствующие догматические своды, т. к. все части проекта должны были быть верным изложением твердых и неизменных начал и лишь дальнейшие изменения и дополнения в действующем законодательстве могли повлечь за собой создание Уложения. По мнению М.М. Сперанского, Свод есть путь к созданию Уложения, направленного на установление единства начал и устранение противоречивости действующего законодательства
Своду законов Российской Империи не хватало внутреннего единства, т.к. отраслевой принцип свойственный кодификации не применялся последовательно. Так, законодательный материал, регулировавший гражданско-правовые отношения, содержался в различных частях Свода законов Российской Империи По мнению С.В. Пахмана, это было сделано в целях удобства. Так, в кн.1 ч.1, Т. Х СЗ вместо законов о праве лиц помещены только положения о союзах семейных, а законы о состояниях в том числе и о гражданском состоянии были сосредоточены в Т. IX СЗ. Во II и III книгах Ч.1, Т. X СЗ о порядке приобретения и укрепления прав на имущество или о праве на имущество. Существенным отступлением от предыдущих проектов, с его точки зрения, явилось введение в состав Ш книги законов об обоюдном приобретении имуществ меною и куплею. Хотя ст. ст.1514,1516 и 1521 явно характеризуют куплю-продажу в качестве договора. Договорные обязательства и обязательства из причинения вреда и убытков были выделены в самостоятельные разделы. И так, гражданские законы делились М.М. Сперанским на три части: 1) о праве лиц (семейное право), 2) о праве на имущество (дарственные распоряжения и наследство) и 3) о праве по обязательствам.
Более того, в ходе систематизации не допускались общие рассуждения, а применялось буквальное толкование законов. Однако в связи с тем, что отечественное законодательство носило казуистический характер, смысл его был не совсем ясен и обнаруживались многочисленные пробелы и противоречивость, то они руководствовались внутренним разумом законов и толкование законов неизбежно становилось произвольным, разум их пpepeкaeмым. Соответственно нормативные акты, вошедшие в основу Свода, неизбежно потеряли своё самостоятельное значение и Свод стал результатом истолкования существующего права, а в его содержание проникли немногочисленные общие положения.
Если сравнить форму закона, сложившуюся во Франции, и форму закона, нашедшую отражение в ч.1, Т. X СЗ 1832 г., обнаруживаются существенные различия, т. к. в условиях сословного строя перейти от права частных случаев к праву общих начал было практически невозможно. Об этом свидетельствовало отсутствие общей части в Своде гражданских законов. В разделах, регулировавших обязательственные правоотношения, нашло своё закрепление лишь незначительное число общих положений.
Всё это связано с тем, что, по мнению большинства чиновников, было недостаточно только создать Свод законов (инкорпорация) или только осуществить кодификацию, т. к. формальная сторона права должна была соответствовать уровню общественных отношений. Таким образом, по форме систематизации Свод гражданских законов может рассматриваться в качестве консолидации норм права в рамках отдельно взятой отрасли права (нечто среднее между инкорпорацией и кодификацией).
Представляется очевидным, что для гражданского права России первой трети XIX вв. целом и обязательственного права в частности, была характерна идея преемственности. Очередная попытка модернизации обязательственного права, предпринятая в процессе систематизации действующего законодательства, завершилась успешно, т. к. была проведена в рамках органического развития отечественного законодательства.
С принятием Свода гражданских законов ч.1, Т. X СЗ берёт начало новый этап в развитии обязательственного права, т. к. Манифест Николая I от 31 января 1833 г. утвердил силу и действие Свода законов Российской Империи в качестве основы к постепенному преобразованию действовавшего законодательства.
В отличии от западноевропейских кодексов ч.1, Т. X СЗ должна была приспособить нормы феодального права к нарождающимся капиталистическим отношениям, а ревизия действующего законодательства была направлена на снижение негативных последствий его противоречивости. В частности, по мнению М.М. Сперанского, его первоначальная ревизия показала, что все части гражданского законодательства об обязательствах требуют пересмотра. В связи с этим, Указом от 30 августа 1834 г. Николай I поручил чиновникам Второго отделения с. е. и. в. канцелярии с 1 января 1835 г. продолжить ревизию Свода законов Российской Империи с учётом текущих изменений действующего законодательства, которые планировалось систематизировать в форме ежегодно издаваемых продолжений.
В результате, в связи с ранее утверждённым планом систематизации, в начале 40-х гг. XIX в. Второе отделение с. е. и. в. канцелярии под руководством Д.Н. Блудова продолжает ревизию Свода гражданских законов, осуществлявшуюся в рамках Свода законов Российской Империи, предпринятой с учётом изданных ранее ежегодных приложений, создававшихся с целью устранения пробелов и противоречий.
В Своде гражданских законов нашли отражение немногочисленные общие положения обязательственного права. В кн. II О правах по обязательствам ч.1, Т. Х СЗ было закреплено, что обязательства или содержатся в самих тех договорах, из которых оно происходит, таковы суть: договора найма, подряда, поставки и тому подобные; или составляются в виде отдельном по предшествовавшему договору письменному или словесному, таковы суть: закладные, заемные письма и тому подобные (ст.568). Редакционное замечание к ст.568 ч.1, Т. Х Собрания законодательств свидетельствует о том, что кн. II О правах по обязательствам основана на общем смысле кн. IV О обязательствах по договорам. В соответствии с разъяснением Сената, речь шла о делении всех обязательств на два рода: обязательства, вытекавшие из согласия сторон, и - возникавшие прежде высказанного соглашения. Впоследствии Сенат пояснит, что обязательства могли возникать и без специального о том согласия между двумя контрагентами.
В обязательственном праве России отсутствовала единая классификация оснований возникновения обязательств. Так, одними, понятие обязательство сужалось до размеров договора, другими распространялось за пределы имущественных отношений. Поэтому учению об обязательствах была свойственна неопределённость, шаткость и расплывчатость. По мнению М.М. Винавера, A. M. Гуляева и К. Анненкова это было связано с тем, что закон и судебная практика допустили смешение понятий договора и обязательства.
В частности, аргументируя свою точку зрения, К. Анненков писал, что закон указывал на договоры (ст.568) и на обязательства, возникавшие из причииения другому лицу или его имуществу вреда или убытков (ст.574) наступивших в результате неправомерного владения им (ст.609), или же преступных и непреступных (ст. ст.644 и 684) деяний как на основания возникновения обязательств. Кроме того, по мнению Сената, ст.574 предполагала возмещение имущественного ущерба, в том числе за полученную без законных на то оснований выгоду. Соответственно закон и кассационная практика рассматривали обязательства в качестве правоотношений, так как обязанности его исполнить соответствовало право на подобное требование от должника.
По мере эволюции гражданского оборота в обязательственном праве происходит постепенное преобразование традиционного изложения договорных отношений. Одним основанием для возникновения обязательств являлись деликты. В соответствии с действующим законодательством всякий имущественный ущерб и причиненные кому-либо вред и убытки, с одной стороны налагали обязанность возмещения, а с другой - предполагало право требовать вознаграждения (ст.574).
Закон различал положения о вознаграждении за вред и убытки, причинённые преступлением или проступком (ст. ст.644-683) и последовавшие от деяний, не признаваемых преступлениями и проступками (ст. ст.684-689). Более того, гражданское правонарушение рассматривалось в качестве недозволенного действия, причинявшего имущественный вред (cт. cт.660-661).
Разъясняя СТ.574 и ст.584 Сенат отрицал ответственность за убытки, происшедшие от действий, совершённых кем-либо в пределах своего права, а упоминал об ответственности лиц, не имевших законного права на его совершение. Правом на возмещение вреда и убытков обладал не только собственник, но и владелец имущества.
Смысловая нагрузка употреблявшихся в действующем законодательстве терминов убыток, ущерб и вред не раскрывались. Однако слова убыток и ущерб всегда указывали на уменьшение имущества потерпевшего, а понятие вред предполагало не только уменьшение или ухудшение имущества, но и нарушение неприкосновенности лица (ст. ст.683,688). По мнению Сената, ответственность при этом наступала только при нарушении принципа неприкосновенности личности.
Закон не различал такие виды убытков, как действительный ущерб и упущенная выгода. Их различает только кассационная практика. Закон обязывает виновника к возмещению только прямых убытков. Виновный в совершении преступления или проступка обязан был вознаградить за непосредственно причиненные его деянием вред и убытки (ст.664). Однако, если было доказано, что преступление или проступок совершены именно с намерением причинить какие-либо убытки или потери, виновный обязан вознаградить не только за убытки, непосредственно происшедшие от такого действия, но и за все те, которые им действительно с этим намерением причинены (ст.645).
Гражданские законы предусматривали возмещение нравственного вреда за бесчестие (ст.667 и др.) и исков невиновных лиц о платеже суммы за неправильно понесённое ими наказание по вине судьи (ст.678). Более того, закон устанавливал размер возмещения (ст. ст.66-669 и 678-679). Однако Сенат уточнял, что речь должна идти об ответственности судьи за нарушение, допущенное лишь в результате умысла или небрежности судьи.
В отличие от западноевропейского права российскому законодательству не были известны правила о возмещении вреда и убытков, наступивших в результате незаконного обогащения. Потребности гражданского оборота заставили Сенат на основании ст.574 ч.1, Т. Х СЗ создать обширный материал, посвященный незаконному обогащению. В частности, в соответствии с кассационной практикой закон запрещал обогащение за чужой счёт и предусматривал соответствующую ответственность. Сенат однозначно делает вывод о том, что никто не имеет права обогащения за чужой счёт. Под обогащением поним и т.д.................


Перейти к полному тексту работы



Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.