На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


Реферат Римское частное право постклассического периода. Крушение Римской империи, мероприятия императорской власти Византии по систематизации римского правового наследия. Цель - укрепление правовых институтов в частности, и Восточной Римской империи вообще.

Информация:

Тип работы: Реферат. Предмет: Правоведение. Добавлен: 16.05.2009. Сдан: 2009. Уникальность по antiplagiat.ru: --.

Описание (план):


3
Источники Римского частного права постклассического периода: кодификация Юстиниана
1. Введение

В настоящее время, благодаря развитию институтов частной собственности, вызванных приватизационными мероприятиями последних лет, значение содержания самого римского права вообще и источников римского права в частности значительно усилилась. Источниковедение римского права, как в прочем и сам процесс возникновения и развития римского права остается многовековой юридической традицией.
Римское право - это первая европейская правовая система, имеющая межрегиональный и межэтнический характер. Она является основой европейской системы права и выполняет функции правового регулятора в момент своего действительного применения во всех частях земного шара, где сильны европейские юридические традиции.
Рассматриваемый в настоящей работе постклассический период (конец III - первая половина VI века) связан с крушением Римской империи и интенсивными мероприятиями императорской власти Восточной Римской империи - Византии по систематизации римского правового наследия. Целью такой систематизации являлось укрепление правовых институтов в частности и Восточной Римской империи вообще.
2. Понятие “источник права”

И.Б. Новицкий подметил, что за тысячелетия изучения Римского права в юридической литературе различных народов понятие источника в римском праве получило расширительное толкование:
1) как источник содержания правовых норм;
2) как способ, форма образования (возникновения) норм права;
3) как источник познания права.
Иными словами, под источником римского права понимают и материальные условия жизни общества (источник права в материальном смысле), и основания юридической обязательности нормы (источник права в формальном юридическом смысле), и материалы, посредством которых познается право (источник познания права).
Столь фундаментальное значение источников права впервые появилось в процессе становления и развития источников римского права. Античное право более чем убедительно продемонстрировало, что норма права не существует и не может существовать без внешней формы выражения своей правовой сущности, то есть источника права.
Однако главным смыслом понятия “источник права” с точки зрения его развития являлись формы правообразования, иначе говоря, формы выражения права.
Традиционной формой правообразования на всем протяжении активного существования римского права был закон (lex). Показательна эволюция формообразующего инструмента. В раннеримском государстве это были “царские законы” (leges reqiae), в республиканский период - постановления народного собрания, в эпоху принципата к закону стали приравнивать постановления сената (senatusconsult), в период домината силу закона приобретали императорские конституции: “Что решил принципс, - пишет один из самых авторитетных римских юристов Ульпиан, - имеет силу закона”.
Таким образом, с развитием Римского государства и выделением права в самостоятельную систему социального регулирования общеобязательность правовых норм связывают с государственным установлением (правотворчеством), либо с санкционированием (признанием).
Формы (источники) права, как понятие, все больше характеризуют связь права с государством, поскольку именно государственная воля определяла связь права с объективно существовавшими общественными отношениями. Понятие источника права дает основание к анализу с точки зрения внешней формы выражения способов возведения в закон воли соответствующих политических сил. Поэтому в правовой доктрине формы, с помощью которой государственная воля становится правовой нормой, обозначается термином “источник права”.
Основным источником римского права для постклассического периода является свод императора Юстиниана (527 - 565). Его созданию предшествовала, однако, по меньшей мере, двухвековая работа римских юристов, осуществлявшаяся по двум направлениям: 1) составление свода императорских конституций (законов); 2) переработка классических юридических текстов с учетом современной им реальности.
3. Происхождение кодекса императора Юстиниана

При рассмотрении положения юридической науки в Византии в VI веке в центре внимания должны стоять, прежде всего, крупнейшие своды позднеримского и византийского права, которые были созданы по распоряжению императора Юстиниана целым коллективом византийских юристов VI века.
Система римского права создавалась на протяжении многих веков. Древнейшим пластом римского писанного права являются законы XII таблиц (Leges deodecim tabularum). Законы XII таблиц являлись записью устного права, обычая, которое было произведено в V веке до н.э. и стало важной вехой в становлении и развитии системы римского права. Но законы XII таблиц не могли отразить всей многообразной сложности жизни. Они дополнялись постановлениями сената, плебисцитами, преторскими эдиктами.
В 130 году юрист Сильвий Юлиан свел воедино и обобщил преторские эдикты в “Постоянный эдикт”. Впоследствии юристы писали комментарии к этому эдикту. Но юридическая мысль Рима продолжала развиваться, стремясь дать ответы на новые возникающии вопросы и ситуации. Императоры издавали эдикты, толканием законов занимались императоры и специальные люди, наделенные правом толковать законы от имени императора (jus respondendi). Ответы или советы юристов (responsa prudentium) приобретали официальный характер, то есть были обязательны для должностных лиц - магистров и судей. Консультации (советы, ответы) таких уполномоченных знатоков давались обычно в письменном виде за печатью (sagnita responsa).
Даваемые юристами толкования законов или сочинения, посвященные законодательству, назывались эксгеза или комментариями (commentarii). Юристы составляли сборники казусов (причин, прецедентов) о тех или иных юридических событиях. Такие сборники чаще всего именовались сентенциями (sententiae) или книгами вопросов (libre quaestionum).
В тех случаях, когда юриста излагали законы в систематическом порядке, их сочинения назывались “Digesta”.
С III века юридическое творчество Рима ослабевает. Чиновники ссылаются на разнообразные мнения и толкования, что делало систему римского права все более запутанной, громоздкой и неповоротливой. Более того, многие нормы устаревали и не отвечали тем требованиям, которые предъявляла действительность.
Уже император Феодосий II имел мысль сделать общий пересмотр всей юридической литературы и переработать ее в единый, цельный свод. Но мысль эта осталась при нем неосуществленной. Выполнение этого плана, и при том в очень широком масштабе, составляет огромную заслугу императора Юстиниана и его ближайшего помощника в этом деле Трибониана, чей титул соответствовал примерно должности министра юстиции.
Колоссальный труд составления Юстиниановского свода было выполнено в несколько приемов и в сравнительно короткий срок.
Прежде всего внимание Юстиниана обратилось на собрание императорский конституций. Юстиниан возымел мысль пересмотреть все прежние кодексы, вычеркнуть из них все устаревшее, устранить противоречия, а все действующее объединить в одном сборнике. С этой целью Юстиниан 13 февраля 528 года назначил комиссию из 10 человек, среди которых находился и упомянутый Требониан. Через год комиссия закончила работу, и 7 апреля 529 года указом “Summa rei publicae” был обнародован “Codex Justinianus”, отменивший все прежние.
Собрав и систематизировав императорские конституции, Юстиниан решил совершить то же самое и по отношению к jus vetus. Эта задача представляла, конечно, гораздо больше трудностей, но быстрый успех с Кодексом и наличие энергичных помощников укрепили Юстиниана в его намерении. 15 декабря 530 года указом “Deo auclore” он дал Требонию соответствующее поручение, предоставив ему самому выбирать себе помощников. Трибониан составил себе комиссию из 15 человек, между которыми были 4 профессора юриспруденции из Академий Константинопольской и Бейрутской и 11 адвокатов и верховного суда. Комиссия имела перед собой очень сложную задачу: она должны была собрать сочинения всех классических юристов, извлечь из него все действующие положения, устранить между ними противоречия и расположить их в систематическом порядке. С этой колоссальной задачей комиссия справилась чрезвычайно быстро: 16 декабря 533 года указом “Tanla” или ““ этот огромный свод, получивший название “Digesta” был опубликован, а 30 декабря того же года он вступил в силу.
Одновременно с работой по составлению “Дигест”, под общим руководством Требониана, профессорами Теофилом и Доротеем был составлен, главным образом для учебных целей, официальный элементарный курс гражданского права, получивший обычное для такого рода курсов название “Instituiones”. 21 ноября 533 года указом “Cupidae legum juventuti” Институции были санкционированы, причем они получили силу, равную силе всех других частей свода.
Все обнаруженные в ходе кодификационной работы противоречия были разрешены императорскими указами, которые также объединили в единый свод. Этим составление Свода законов было закончено. Выходившие после того указы называются новеллами и некоторые из них имеют весьма существенное значение. Юстиниан имел намерение с течением времени собрать и новеллы в единый свод, но осуществить своей мысль он не успел. Эти новеллы были систематизированы после смерти Юстиниана и составили заключительную часть юстиниановского законодательства.
4. Обязательства

4.1 Понятие обязательства

Обязательство - obligatio - по определению позднейшего римского права и по нашим нынешним представлениям, есть такое юридическое отношение между двумя лицами, в силу которого одно из них - creditor - имеет право требовать от другого лица - debitor - исполнения чего - либо в свою пользу: “обязательство суть оковы права, нерушимостью которого мы связываемся по праву нашего государства ради исполнения какого - либо дела”, - гласит легальное определение в “Институциях” Юстиниана.
Содержание обязательств может быть чрезвычайно разнообразно. Оно может состоять:
1) в обязанности передать кредитору какую - либо вещь (например, при купле - продаже) - dare,
2) в обязанности что - либо сделать или не сделать - facere или non facere (построить дом, не препятствовать ловить рыбу в вашем пруду, etc);
3) в обязанности возместить причиненный вред - praestare;
Вообще, под понятие содержания обязательства могут подпадать все возможные отношения (невозможное не является обязательством) и что не противно закону (обязательство убить человека, завладеть чужой собственностью, etc.). обязательство есть та юридическая форма, посредством которой люди могут регулировать свои отношения с целью удовлетворения своих потребностей.
Обязательственные отношения возникают из различных источников. Многие из них устанавливаются законом - obligatio ex lego (например, обязанность родителей и детей давать друг другу содержание, так называемые алименты); большинство же обязательств, однако, являются результатом частных действий, причем эти действия будут или правонарушениями, деликтами (кража, уничтожение или повреждение чужой вещи, etc.), или же юридическими актами (сделками: договор купли - продажи, дарения, завещания, займа, etc.). Эти последние (юридические акты) являются основными факторами гражданско-правовой жизни, средством для осуществления той гражданской индивидуальной автономии, которая служит принципиальным предположением самого гражданского права.
Всякое обязательство, вне зависимости от его содержания, создает известную юридическую связь между его сторонами, кредитором и должником, - некоторое juris vinculum (завязка, для сравнения, русское выражение “обязательство” происходит также от древнерусского “обвязательство”. Семантически, любое обязательство связывает свободу действий человека).
Но юридическая природа этой связи в течение истории подвергалась самому глубокому изменению. По нашим нынешним представлениям, должник связан обязательством только в том смысле, что, в случае неисполнения им своей обязанности, из его имущества будут взысканы возникшие для кредитора убытки (так называемый интерес - id quod interest). Самая личность должника остается свободной; за него отвечает только его имущество, вследствие чего и самое обязательство имеет характер некоторого особого права кредитора к этому последнему.
В общем ходе истории римских обязательств мы различаем два исторических слоя:
1) старое цивильное право;
2) систему позднейшего времени.
Здесь нужно отметить, что хронологически эти слои не отделены друг от друга резкой гранью: зачатки нового слоя постоянно переплетаются с пережитками старого, вследствие чего и самое указанное деление имеет условный характер.
Постклассическое право, возникшее в период монархии, имело своей целью уравнять и систематизировать исторически разнородные наслоения и сделать само римское право практически удобным.
4.2 Обязательства как бы из договоров (квази-контракты)

Римские юристы не могли не подметить тот факт, что кроме обязательств, возникающих из договоров (контрактов), а также из деликтов (правонарушений), в жизни возникают обязательства, и в ряде других, самых разнообразных случаях. Но, подметив этот факт, римские юристы не выработали определенной классификации всех разнообразных случаев.
В Институциях Юстиниана указана четырехчленная классификация договоров: ex contractu, quasi ex contractu, ex maleficio, quasi ex maleficio. Это четырехчастное деление было воспринято из “Aurae” Гая, но его подлинность сомнительна.
Разумеется, указание, что обязательство возникает “как бы из договора” (или “как бы из правонарушения”), еще не определяет сущности такого основания обязательства. Это - не определение, а сравнение: употребляя такое название, хотят сказать, что бывают случаи, когда договора нет, и тем не менее возникает обязательство, очень напоминающее договорные обязательства. Например, если лицо, которому другое лицо не поручало ни общего управления своим имуществом, ни выполнение какого - либо определенного дела, берется по своей инициативе за ведение дела другого лица, то при известных условиях между этими двумя лицами возникает обязательство, аналогичное тому, какое устанавливается договором поручения.
Давая этим обязательствам такое наименование, римские юристы делают отсюда и практические выводы, состоящие в том, что возникающие в такого рода случаях спорные вопросы об условиях и пределах ответственности сторон разрешаются аналогично тому, как они решаются применительно к соответствующим договорам.
4.3 Виды obligationes quasi ex contractu

Основные случаи обязательств quasi ex contractu следующие:
1) Negotiorum gestio - ведение чужих дел (или вообще забота о чужом деле) без поручения: “Если кто - либо будет вести дела другого лица или дела какого-нибудь умершего лица, я дам на этом основании иск” (Дигесты, 3,5,3). Как видно из установившегося в позднейшей литературе дополнения к римскому термину negotiorum gestio. То есть ведение дел, еще слов “без поручения”, данный вид обязательств является аналогичным тому, которое возникает из договора mandatum.
В тех случаях, когда ведущий дело (rector) имеет соответствующее поручение от хозяина дела, имеет место договор mandatum, на основании которого и определяются отношения между сторонами. Если же поручения нет, нельзя говорить об обязательстве ex contractu; но так как в этом случае отношение имеет такой же облик, как и в первом случае, то обязательство, возникающее из такой добровольной, не вытекающей ни из закона, ни из договора, заботы о чужом имуществе, называется обязательство как бы из договора.
Ульпиан, в своем комментарии, называет это распоряжение (и, следовательно, этот вид обязательства) необходимым, “так как для отсутствующих очень важно и выгодно, чтобы не оставаться беззащитными и не терпеть в отношении владения и продажи вещей, отчуждения залога, или не лишиться иска о взыскании штрафа или не потерять несправедливо свою вещь” (Дигесты, 3,5,1).
Действительно, инициатива и забота со стороны rectora предупреждает для отсутствующих, вообще не имеющих возможности, в силу каких - то причин, позаботиться о своих делах, возможность ущерба, угрожающего интересам хозяина.
В случаях negotiorum gestio можно было подавать иски (bonae fidei), подобные искам манданта и мандатария: actio negotiorum gestorum directa - хозяину дела, и actio negotiorum gestorum contraria - ректору. “Если кто - нибудь вел дела отсутствующего лица, хотя бы и без его ведома, но что - то израсходовал на его дело хозяйственно целесообразно, или даже сам обязывался по делу отсутствующего, то имеет иск на этом основании: в данном случае и на той и на другой стороне возникает иск, называемый иском из ведения дел” (Дигесты, 3,5,2).
Необходимыми предпосылками для возникновения этого вида обязательств являются:
- ведение чужих дел. “Negotia sic accipe, sive unum sive plura”, - говорит Ульпиан, то есть ведение дел может выразиться в совершении или проведении какого-нибудь одного дела, нескольких дел, или в управлении всем имуществом известного лица (Дигесты 3.5.3.2.). По содержанию дело может непосредственно касаться имущества данного лица, например, ремонт дома, принадлежащего этому лицу. Но может быть и иное положение: когда gestor исполнял известное дело, оно не было делом данного лица, но в дальнейшем благодаря ratihabitio, одобрению последовавшему от данного лица, оно стало его negotium: “Одобрение сделает твоим дело, которое с самого начала не было твоим, но совершено, имея в виду тебя” (Дигесты 3.5.5.11.). Не является существенным совершение гестором каких-либо юридических действий, равно как и значительность дела, взятого на себя гестором: всякая забота, приложенная одним лицом к имуществу другого (например, лицо кормит раба или животное другого лица, исправляет его мебель, etc.) уже позволяет при наличии других предпосылок говорить о negotiorum gestio. Чаще всего заботятся об имуществе лиц, отсутствующих из места нахождения имущества; но отсутствие хозяина имущества также не является необходимым признаком этого института: например, лицо может взяться за чужое дело потому, что непосредственно заинтересованный не может позаботиться о себе в силу тех или иных препятствий.
Забота о чужом имуществе должна пониматься как факт совершения лицом известных действий, направленных на обслуживание чужого имущества; по каким соображениям это делается (общественный долг или личные соображения толкают гестора на совершение таких действий), несущественно: “По этому иску отвечает не только тот, кто взялся за чужие дела и вел их добровольно и не под давлением необходимости, но также и тот, кто вел дела в силу какой - либо необходимости или предположения о наличии необходимости” (Дигесты 3.5.3.10.).
- важным элементом для возникновения negotiorum gestio является только то, чтобы лично перед хозяином дела не гесторе никакой обязанности совершать данные действия ни по договору, ни по закону не было. Следовательно, не может быть negotiorum gestor`ом ни лицо, имеющее поручение от хозяина дела, ни опекун хозяина дела, так как он обязан в силу закона заботиться о своем подопечном. Наоборот, когда действие совершается во исполнение морального долга или общего предписания закона (но в отношении данного лица), ведение дела обязывает dominus.
- для того, чтобы возник иск, ведение дела должно происходить за счет хозяина дела - contemplatione domini. Ведение дела “за счет другого лица” нужно понимать в том смысле, что ведущий дело имеет намерение отвести расходы, связанные с ведением дела, на это другое лицо, что у ведущего дело нет animus donandi, намерения своею деятельностью проявить щедрость по отношению к хозяину дела. Как говорится по этому поводу в источниках (Дигесты 10.3.14.1.), нельзя мне требовать возмещения понесенных расходов, когда, производя эти расходы, я не хотел никого обязать по отношению к себе. Если хозяином дела является не тот, кого считал хозяином гестор, это не служит препятствием для признания юридических последствий negotiorum gestio, но только в отношении подлинного хозяина дела (Дигесты 3.5.5.1.).
- ведение дело должно быть безвозмездным.
При возникновении negotiorum gestio у сторон возникают обязательства в отношении друг друга.
“Как лицо, проведшее чужое дело с пользой для хозяина, обязывает последнего своими действиями, так и обратно, это лицо обязано предоставить отчет о ведении дела. В этом случае гестор обязан с величайшей тщательностью отчитаться перед хозяином дела. При этом не достаточно прилагать к чужому делу такую заботливость, с какой гестор обычно относится к своим делам, раз только другой, более заботливый человек, провел бы данное дело более выгодно для хозяина” (Дигесты 1.3.27.1.).
Из этого отрывка источника можно сделать следующие выводы. Гестор должен относиться к чужому делу и имуществу с полной тщательностью, вниманием и заботливостью, то есть он отвечает за всякую вину.
Бывают, впрочем, исключительные случаи, когда ответственность гестора ограничивается (Дигесты 3.5.8.9.), то есть иногда, по мнению Либона, по actio negotiorum gestorum ответственность имеет место только за часть. Так, если ты взялся за мои дела под влиянием чувства особого ко мне расположения в связи с возникшей опасностью для моего имущества, то справедливо возложить на тебя ответственность только за dolus (и, подразумевается, за culpa lata). Ульпиан, передающий этот взгляд Лебона, считается весьма справедливым.
Выполнив дело, за которое он взялся, гестор обязан предоставить в этом деле отчет и сдать ценности, причитающиеся хозяину дела (Дигесты 3.5.2.).
Своими действиями он обязывает хозяина дела в том случае, если дело проведено utiliter, то есть если можно признать действия гестора отвечающими интересам хозяина дела. Обязанность хозяина дела одобрить действия гестора и возместить ему понесенные при ведении дела затраты определяются исключительно этим признаком хозяйственной целесообразности действий, независимо от достигнутого эффекта или результата.
“Лицо, предъявляющее actio negotiorum gestorum, может воспользоваться этим иском не только в тех случаях, когда дело, которое вело это лицо, дало благоприятный результат, но достаточно и того, что ведение дела было хозяйственно целесообразно, хотя бы результата и не получилось. Так, если лицо устроило подпорки к дому или лечило больного раба, оно получит actio negotiorum gestorum, хотя бы дом сгорел или раб умер” (Дигесты 3.5.9.1.).
Среди римских юристов вызывал споры вопрос о том, имеет ли существенное значение субъективное отношение к данному имуществу со стороны хозяина дела: в дальнейшем изложении приведенного отрывка Дигест Ульпиан берет такой вариант казуса, что собственник оставил дом без ремонта, потому что считал, что он не стоит того, чтобы затрачивать на него сколь - нибудь необходимые средства, или не считал этот дом для себя необходимым. Лебон полагал, что собственник дома обязан возместить гестору расход даже и в том случае, но по мнению Цельза нельзя считать ведение дела utiliter , когда гестор выполнит дело, не являющееся для хозяина необходимым, или которое только обременит его. Такое решение дает и Ульпиан, даже притом в том случае, когда гестор думал, что его дейст и т.д.................


Перейти к полному тексту работы



Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.