На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Работа № 90846


Наименование:


Курсовик ИДЕАЛЫ СОВЕТСКОЙ И ПОСТСОВЕТСКОЙ МАССОВОЙ КУЛЬТУРЫ

Информация:

Тип работы: Курсовик. Предмет: Культурология. Добавлен: 13.9.2015. Сдан: 2008. Страниц: 88. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):





ОГЛАВЛЕНИЕ
ВВЕДЕНИЕ……………………………………………………………………….3
ГЛАВА 1. Ценности общества потребления……………………………...........6
1.1 Дискурс идеала и идола в истории культуры……………………………….6
1.2 Эталонные образцы как ориентиры поведенческих практик
потребительского общества……………………………………...............................16
1.3 Реклама как механизм конструирования идолов………………………….24
ГЛАВА 2. Культура в медиа-пространстве советской и постсоветской
России…………………………………………………………………………….41
2.1 Мифология и идеология образа советского героя……………...................41
2.2 Герои нашего времени: ценности и идеалы постсоветской России……..64
ЗАКЛЮЧЕНИЕ………………………………………………………………….80
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ…………………………….85


ВВЕДЕНИЕ
Главное событие в послевоенный период как отечественной, так и всемирной истории - прекращение существования СССР как единого государства, крах социалистической идеологии. Начало 90-х годов проходило под знаком ускоренного распада единой культуры СССР на отдельные национальные культуры, которые отвергали ценности общей культуры СССР. Процессы культурного развития не прерываются с распадом государственных структур и падением политических режимов. Культура новой России, органически связана со всеми предшествующими периодами истории страны. С позиции сегодняшнего дня достаточно трудно дать объективный анализ истории культуры СССР. Культура советского периода - сложное и неоднозначное явление. Современная Россия переживает сложный драматический период своей истории. Пытаясь дистанцироваться от недавнего прошлого, для которого характерны были элементы тоталитаризма. Исследование опыта эпохи социализма позволит избежать того негативного, что было, и использовать положительный опыт, который предлагается историей. Ювенологические аспекты отечественной массовой культуры на различных этапах ее развития в аксиологическом «измерении» приобретают в современных российских реалиях наибольшую актуальность и значимость. Речь идет о преодолении одностороннего очернительного отношения к советскому периоду истории, ее культурному наследию, о преемственности поколений, воспитании современной молодежи на социалистических ценностях, об объективном и критическом анализе нынешнего духовного кризиса.
Проблемы массового общества и массовой культуры в высшей степени актуальны для современной России. Можно сказать, что одним из результатов интенсивнейших трансформаций, пережитых российским обществом за ХХ столетие, стал шок от столкновения с массовой культурой. Среди комплекса вызовов и проблем, сопровождающих развитие современного общества, видное место занимает проблема глобального распространение массовой культуры американского образца, ключевыми ценностями которой выступают развлечение, гедонизм и потребление. Глобальная массовая культура несет с собой постоянно расширяющуюся семиотизацию потребления. Потребитель от потребления вещей переходит к потреблению знаков - престижа, успеха и т. п. Семиотическую сферу культуры заполняют темы трат, удовольствия и расточительности, направляющие превращение потребительских практик в образ жизни. Идеалы и ценности, транслируемые культурой, утрачивают нравственное измерение и все более «консьюмеризируются» (потребляются). Культурные продукты - фильмы, книги, музыка - становятся товаром, функционирующим по законам рынка. Массовое искусство, стремясь привлечь пресыщенного потребителя, все чаще идет по пути отказа от нормативных ограничений, романтизации девиантных моделей поведения, предлагая ему новые раздражители. В результате, распространение массовой потребительской культуры сопровождается масштабной релятивизацией морально-нравственных устоев.
Цель работы заключается в том, чтобы рассмотреть динамику идеалов советской и постсоветской массовой культуры и раскрыть преемственность и разрывы в развитии отечественной культуры. Целевые установки определили решение следующих задач: во-первых, исследовать природу и функции идеала и идола в культуре; во-вторых, определить особенность бытования их современных форм в обществе потребления; в-третьих, определить место рекламы в пространстве поп-культуры и ее влияние на продвижение эталонных образов героев шоу-бизнеса; в-четвертых, рассмотреть характерные черты образа героя в советском обществе; в-пятых, определить ценности и идеалы постсоветской России.
В работе использовались семиотический (У. Эко, Ж. Бодрийяр, М. Маклюэн), социологический (М. Вебер, Ю. Левада, С. Московичи), информационный (Э. Тоффлер, М. Кастельс) и историко-сравнительный подходы.
Структура работы состоит из введения, двух глав, заключения и списка использованной литературы. В первой главе рассмотрены ценности общества потребления и механизмы конструирования образа героя потребления. Во второй главе проанализированы особенности медиа-пространства советской и постсоветской России и раскрыта динамика идеалов советской и постсоветской массовой культуры. В заключении даны выводы по работе.


Глава I. ЦЕННОСТИ ОБЩЕСТВА ПОТРЕБЛЕНИЯ
В наше время общество попадает под влияние СМИ, которые напичканы искусственно созданными эталонами подражания. Новая культурная среда сформировала соответствующую систему ценностей и моделей поведения. В первой главе будут рассмотрены ценности общества потребления и механизмы их конструирования, динамика эталонных образцов в культуре и особенности их современных форм в потребительском обществе.
1.1 Дискурс идеала и идола в истории культуры
«Идеал» и «идол» - как схожи по звучанию эти слова, но какие разные, даже в чем-то противоположные по значению. Насколько велико созидательное влияние идеалов, настолько же губительно влияние идолов.
Идеал (в переводе с греческого idea - идеальный образ, идея) определяет способ мыслей человека, его действия, пробуждает стремление к лучшему, к совершенству. Человек ставит перед собой цель и старается ее достичь, при этом тренируется его воля, закаляется характер. Наличие идеала, как твердой веры в правду, справедливость, добро, нередко помогало людям выжить в безвыходных, казалось бы, ситуациях. Идеал - это всегда воплощение чего-то высокого, светлого. Во многом это понятие является синонимом понятия «прекрасное». Не случайно Гегель считал его образом человеческого духа, вечно развивающегося, преодолевающего противоречия, свои «отчужденные» состояния. Осуществление идеалов человечества он связывал с установлением «царства прекрасной индивидуальности». Человеком с настоящим характером, по его мнению, является тот, кто «... ставит себе существенно содержательные цели и... твердо придерживается этих целей, так как его индивидуальность потеряла бы все свое существование, если бы он вынужден был отказаться от них». Если у человека нет высокой цели, он ничего не делает, ни к чему не стремится, и вся его жизнь превращается в бессмысленное и бесполезное существование.
Каждое исторически конкретное общество живёт согласно своим идеалам. Они могут выражать потребности и интересы как общества в целом, так и отдельных групп и индивидов. Конкретные идеалы ориентируют человека на постановку и выполнение разных по своим масштабам и значимости целей. Им присущ свой набор признаков: они историчны, формируются не только с учётом национальных и этнических традиций, но и возрастных, профессиональных, корпоративных и прочих факторов. Они несут в себе черты конкретного исторического времени. Общество в целом, отдельные группы и индивиды живут в соответствии с теми идеалами, которые складываются на основе их реальных потребностей, определяют направление их деятельности, мотивации действий и постановку целей. Общие элементы этих идеальных представлений всех уровней в ходе повседневной жизни людей сливаются и образуют единые структуры, в которых закрепляются господствующие в данном обществе интересы и ценностные ориентации. Они и составляют идеал данного общества, его духовную основу и движущую силу развития. В них получает своё концентрированное воплощение внутренняя идея движения человека (общества) к мыслимому совершенному образцу (идея стремления к совершенству). Смена идеалов всегда происходит в периоды переживаемых обществом кардинальных сдвигов.
Идол (от греч. ?idolon, буквально - образ, подобие), материальный предмет, являющийся объектом религиозного поклонения. Культ идола - идолопоклонство - возник в глубокой древности. По представлениям поклонявшихся, идол изображал (замещал) или вмещал божество либо сам являлся им. В современных религиях идолы продолжают бытовать в форме икон, распятий и т. п. В переносном смысле идол - предмет особенного, слепого, безрассудного поклонения. Если первоначально идолами были предметы живой природы: камни, деревья, реки, животные, - то позднее, с развитием религиозных представлений, идолы различных божеств и духов получали условно-изобразительную трактовку - зоо- или антропоморфную - с магической символикой цвета, орнамента, священных знаков и начертаний. Идолам поклонялись, им приносили жертвы, для них совершались обряды, иногда - жестокие и бесчеловечные. Поклонявшиеся идолам не думали о том, что и для чего они делают, их действия были лишены всякого смысла. Разум таких людей постепенно затмевался, кроме слепого почитания в их жизни не существовало ничего. Однако идолом может стать не только божество, человек, предмет, но и навязчивая идея - цель, пусть и неосознанная. Парализуя волю и характер человека, она заставляет его соблюдать ритуалы, запреты, предписания, постепенно превращая в бездумное существо, которое не видит и не сознает ничего, кроме своего идола и всего, что с ним связано, в суеверии обожествляя и боясь его.
Таким образом, если идеал - это высокая светлая цель, которая ведет человека по пути развития и совершенствования, то идол - это болезнь, «поражающая разум и приводящая к деградации». Таким образом, идеал преимущественно рассматривается как социальный ориентир: которого надо придерживаться и то, к чему надо стремиться.
Стараясь достичь идеала, мы познаем окружающий мир, стараемся больше узнать, большему научиться, чтобы приблизиться к желаемой цели. Когда же мы подчинены влиянию идолов, то не развиваем себя, а лишь слепо следуем за своим божеством, совершая бездумные автоматические действия.
Человек создал бога, точно так же, как создал он книги и статуи, хижины и храмы, хлеб и вино, науку и технику; Человек создал самого себя, а потом и свой собственный автопортрет, назвав его «богом». Так что под видом «бога» Человек познавал самого себя и поклонялся лишь самому себе, думая, что он познает какое-то другое, нежели он сам, существо, и религия на самом деле всегда была лишь зеркалом, отражавшим Человеку его собственную физиономию. Человека действительно создало существо, изображенное на иконе, ибо икона - только портрет Человека, созданный самим Человеком. А если так, то нет ничего плохого в том, что Человек старается подражать во всем нарисованному на портрете персонажу. Ведь художник, рисуя свой собственный портрет, старательно скопировал в нем одни лишь плюсы, одни лишь достоинства живого грешного человека, и в виде «бога» Человек изображен исключительно с лучшей его стороны. «Бог» - лишь псевдоним Идеального Человека, идеально-поэтическая модель Совершенного Человека, Идеал, заданный Человеком самому себе, Высшая Цель человеческого самоусовершенствования... А все дурные, все злые и подлежащие преодолению человеческие черты тот же художник изобразил на другом автопортрете, названном им «Дьявол».
«Бог» - это Человек, каким он должен быть или стать в результате своего собственного самоусовершенствования, а «Дьявол» - тот же Человек, каким он не должен быть, каким он должен перестать быть в результате того же самого процесса самовоспитания, то есть идеальная модель человеческого несовершенства и зла. Иными словами, «бог» и «дьявол» являются категориями, с помощью которых Человек старается рассортировать и различить в самом себе Добро и Зло. Поэтому-то, рассматривая образ «бога», человек может судить о том, какие именно реальные черты своей натуры он ценит и превозносит («обожествляет»), а какие - ненавидит и проклинает, стараясь преодолеть их в самом себе... Поклоняясь «богу», человек поклоняется Лучшему в самом себе, что религия создала в виде бога Идеальный образец высшего человеческого совершенства, и что в христианстве Человек обрел высший человеческий Идеал, всем понятный и для всех приемлемый.
Иконы и идеалы религии - просто-напросто форма морально-эстетического примирения Человека с самим собой, то есть со своим нынешним, наличным обликом и способом существования, увековечивание в сознании, в фантазии, в поэтизирующем воображении «наличного бытия» Человека. Сегодняшнее бытие и сознание Человека превращается в виде иконы в Идола, которому надлежит молиться и поклоняться. И если Икона превращается в глазах верующего в Идеал, в образ лучшего грядущего, то Идеал незаметно для него самого подменяется Идолом. Изображая Человека, религия изображала его не как Человека, а как бога, как вне Человека, до Человека и над Человеком стоящее «высшее существо», диктующее Человеку именно тот способ существования, который он до сих пор и практиковал. С точки зрения религии, никаким «самоусовершенствованием» Человек с большой буквы заниматься не может и не должен. Самоусовершенствоваться могут и обязаны только отдельные «человеки». Они обязаны стараться уподобиться тому образу Человека, который тут выдается - под именем бога - за вечный, первозданный и не подлежащий сомнению Идеал, за эталон совершенства.
В настоящее время существуют идолы, или кумиры, которые заполоняют разум человека, подчиняют его себе. Ими зачастую становятся известные личности, звезды кино или эстрады. Некоторые визуальные образы превратились по сути дела в иконы. Ленин с выдвинутым вперед подбородком как символ триумфа под развивающимся красным знаменем стал такой же иконой для миллионов людей, как и образ распятого Христа. Образ Чарли Чаплина в котелке и Черчилля, показывающего знак V - символ победы, или Рузвельта в черной накидке; Мерилин Монро в юбочке, поднятой ветром, тысячи звезд масс-медиа. Эти централизованно разработанные образы способствовали стандартизации нужного для индустриальной системы поведения.
Неразумное и предосудительное равнодушие к настоящему проистекает зачастую из повышенного увлечения прошлым. Увлечение это есть грех идолопоклонства, который более всего способен вызвать гнев «Бога-ревнителя». Идолопоклонство можно определить как интеллектуальное и морально ущербное и слепое обожествление части вместо целого, твари вместо Творца и времени вместо вечности. Это - одно из заблуждений человеческого духа, имеющее следствием превращение «высоких божественных трудов» в «мерзость запустения». В практической жизни эта моральная аберрация может принять форму всеобщего поклонения отдельной личности либо обществу.
Совершенство… невозможно пока человек одинок. Он обязан, даже ценой личных утрат и задержки в собственном развитии, упорно превозмогая всё, вести других за собой по пути совершенства. Человек обязан мобилизовать всё свои силы во имя продвижения человечества к совершенству. Однако этот путь к подражанию непрактичен, т. к. исключает участие других. Внутренняя духовная благодать, обретённая по средствам общения со святым, явление столь же редкое и чудесное, как и само появление святого в мире. Мир, где творческая личность живёт и трудится, - это общество обычных, простых людей. Задача творческой личности в том и заключается, чтобы эту массу заурядных людей превратить в своих последователей, активизировать человечество, направить его к цели, находящейся вне его самого, а сделать это можно только при помощи мимесиса, или подражания. Нетворческое большинство может слепо следовать за своим вождём, даже если этот путь ведёт его к погибели. Идолы рано или поздно погибают, будучи разбиты их же почитателями, которым ничего другого не остается, как вновь и вновь уяснять себе нравственный закон, которым они живут. Без этого уяснения общество будет механически и массово производить идолов и идолопоклонников. Идолопоклонники не хотят верить в очевидное, кажущееся невероятным, и верят в невероятное, кажущееся очевидным. Объекты и представления, наделенные званием священных, по существу, превосходят объекты и понятия мирские. Им приписывается значительно большее влияние, особенно на людей, которые раболепствуют перед ними и приносят различного рода жертвы - от материальных благ до самой жизни. Некоторые делают вид, что смеются над ними и презирают их. Они обращают свой гнев против идолов, которые не помогли им или причинили какое-нибудь несчастье. Однако это ничуть не мешает им верить в них и преклоняться перед ними. Группа обладает худшим и более поверхностным интеллектом, чем ее члены, взятые по отдельности. Они объединяются, становясь подражательными, внушаемыми, импульсивными, а также жестокими. Одержимость объединяет людей и придает им новые силы. Его члены принимаются все вместе вести себя более рискованным образом, ставя на карту свои интересы и свою репутацию, даже нарушать правила, установленные ими самими. Именно в ситуации такого возбуждения создаются боги. Бог, дух, гений, предок овладевают телом.
Люди боязливо призывают на помощь духов прошлого, чтобы позаимствовать их имена, их девизы, их одежды, чтобы разыграть новую сцену из истории в этом респектабельном маскарадном костюме и на заимствованном языке. В воссоздание образов прошлого, это очевидно, включается некоторая степень инсценировки и парада. Между тем, какая удача располагать моделями, на которые можно ориентироваться, которым можно посвящать культ, втайне надеясь сравняться с ними, а потом и превзойти их. В ходе развития человечества, чувственность мало-помалу побеждается духовностью, а человек чувствует себя гордым и воодушевленным таким прогрессом. Но мы не в состоянии сказать, почему. В любом случае, люди, достигающие этого, горстка людей, черпают уверенность в себе самих. Они извлекают из этого удовлетворение, обеспечивающее им поддержку в их деятельности и дает им впечатление успеха там, где другие отступаются. Тем самым, они приходят к осознанию себя как «чистых» или «возрожденных».
Наше время продолжает множить примеры идолопоклонства. М. Вебер отмечает: «Через исключительное и неповторимое удается понять обычное и рутинное. При переходе от первого ко второму развертывается работа по рационализации, в процессе которой инновация воспроизводится, становится для людей нормой. Вебер говорит об идее, провозглашенной запретной: герои, великие люди, вожди, пророки или гении образуют корневую систему человеческих творений. Без них история топчется на месте и вообще не совершается. Культ исключительного индивида - один из симптомов нашего времени. Он смущает нас тем больше потому, что его считали испарившимся в результате критики, враждебности к любому личному авторитету и идолопоклонству. Его постоянство нас ошеломляет, порождает нервный кризис более мучительный, чем кризис ценностей. Сегодня мы, кажется, озабочены защитой от анонимности массы. Перед лицом богов Олимпа, еврейского или христианского Бога даже самые великие люди все же оставались людьми. В силу эффекта бумеранга при отсутствии богов великие люди с легкостью смогли сами превратиться в божества или героев, всемогущественных и всезнающих. Герой находился в центре истории и культуры, чтобы дать импульс, которого все ждут, и возобновить движение. Культ героев, низкопоклонное восхищение от глубины сердца, ревностное безграничное подчинение наиболее благородной, божественной ипостаси человека». Раскрывая механизмы формирования культа героев в истории культуры, С. Московичи обращает внимание на то, что, например, английский публицист, историк и философ Карлейль уподобляет героя святому и пророку, даже если у него мирская миссия. Народ нуждается в них - тот народ, который Карлейль называет «слугами» и который позже станет массой. Два существенных свойства позволяют узнать героев: искренность и интуиция. Герои обладают ими в надлежащей пропорции и пользуются ими в своем противостоянии действительности. Несмотря на ораторские украшения и вольное обращение с историей, это воззрение соблазнило и завоевало широкую публику. Оно таким образом вновь приобщило великих людей, созидателей наций, пророков религий и цивилизаций к духу времени и к тому, что называют мифом XX века. Оно обновило не столько ностальгию по временам, когда герой был мерой всех вещей, сколько логику исключительного индивида.
Соотношение между «надчеловеческими» свойствами личности и «безупречностью» доктрины может быть различным. С одной стороны, людей убеждают в истинности идей, которые представляет вождь, с другой - возбуждают энтузиазм в отношении его высшего дара, фабрикуя из любых вымыслов культ его личности. И современные средства массовой информации, например, прекрасно знают рецепт публичного изготовления сменяющих друг друга обожаемых и разбиваемых идолов. Существует два типа вождей - мозаичных и тотемических. К первому типу относятся Робеспьер, Ленин, Кальвин, Маркс, Фрейд, Ганди, ко второму - Сталин, Гитлер, Муссолини, Кастро, Наполеон, - список можно продолжать до бесконечности. Мозаичные вожди больше заботятся о распространении в массах доктрин и верований, чем об обольщении их своей персоной. Преисполненные рвения, знающие лишь цель, к которой надо придти, они осторожны и скрытны, как будто боятся вызвать сомнения в отношении своей миссии. Способные к столь же гибкой, сколь глубокой восприимчивости, они управляют как господа, в то же время как бы следуя за своими учениками. Эта спонтанно активная и страстная пассивность свидетельствует о понимании ими рядового человека, его желания оставаться подобным другим, в то же время отличаясь от них. В любых обстоятельствах их авторитет свободен от внешнего величия и несет на себе печать умеренности. Эти вожди магнетизируют своих адептов и толпу пылкостью своих убеждений, аутентичностью своей веры в идеал и упорством, с каким они к нему стремятся. Отсюда скромность, которую им приписывают, например, Моисея, Ленина или Магомета. Описывая предводителя, слова о скромности пробуждают простой образ: личность вождя незначительна по сравнению с заслугами «дела», с величием идей. Он их распространяет ради них самих, а не ради вознаграждения или материальных преимуществ и пышного величия, на которые он мог бы претендовать. Бескорыстие, невознаграждаемый характер его действий, его отказ превращать их в подлинную профессию - вот признаки его призвания. Вождь с необходимостью должен привязать к себе толпу, движимую потоком идей и способную выносить их тиранию в условиях нормального существования. Объединение в лице вождя фанатизма и сдержанности восстанавливает единый смысл социальных и исторических событий. Короче говоря, эти вожди требуют повиновения не себе лично, но призванию, которому они сами повинуются. Тотемические вожди, напротив, стремятся распространить идею, что «исключительные», «магические» дарования, необходимые для выхода из кризиса, соединены в их личности. Они побуждают массы верить, что такие дарования существуют и порождают власть, необходимую, чтобы привести в действие верования и идеи, носителями которых являются эти вожди. Обычно они представляют себя персональными спасителями испытывающей кризис массы, у которой нет ни времени, ни терпения проверить подлинность их призвания. И независимо от эпохи эти вожди, жаждущие поразить толпу, возбуждают коллективные эмоции, пленяют воображение, сопровождая свое появление на сцене маршем, танцем, музыкой, часто всем этим вместе. Тот, кто обладает харизмой, чтобы использовать подходящие средства, оказывается сильнее бога и может подчинить его своей воле. Именно таков, несомненно, путь, каким следует большинство этих вождей, сочетая освобождение наиболее элементарных эмоций людей с механическим повиновением самым монотонным, простейшим формулам. Это не что иное, как путь ритма и повторения, лишающий массы критического духа. Зачарованные, они лишь слушают и восславляют вождей - таких, как Наполеон, Мао или Иоанн-Павел II - поклоняются им как идолам. Идеи, которые вожди провозглашают, учение, которое они стремятся распространить, смешиваются с их личным культом. Эта вера (в легитимность) редко имеет единый смысл. Она никогда не бывает верой в «легальное», чисто легальное господство.
Таким образом, идеал и идол, несмотря на их близость по звучанию, являются разными по значению словами. Идеал побуждает стремление к лучшему, к совершенству, таким образом, идеал преимущественно рассматривается как социальный ориентир: которого надо придерживаться и то, к чему надо стремиться. Идол же - это предмет слепого, безрассудного поклонения, который ведёт к деградации человека. Идолом может стать не только божество, человек, предмет, но и навязчивая идея - цель, пусть и неосознанная. В настоящее время существуют идолы, или кумиры, которые заполоняют разум человека, подчиняют его себе. И в следующем пункте речь пойдёт об эталонных образцах современного общества потребления.

1.2 Эталонные образцы как ориентиры поведенческих практик потребительского общества
Современный мир - мир общества потребления - совокупность общественных отношений, организованных на основе принципа индивидуального потребления. Оно характеризуется массовым потреблением материальных благ и формированием соответствующей системы ценностей и установок. Мир общества потребления, которое представляет собой органический синтез механизмов производства не только товаров и услуг, но и желаний, потребностей, интересов, обеспечивающих их сбыт, культуры, политических механизмов и т. д. Потребление перестает быть способом борьбы за физическое выживание и превращается в инструмент конструирования социальной идентичности, социокультурной интеграции в общество. С наступлением эпохи общества потребления происходит настоящая культурная революция, в ходе которой осуществляется переход от повседневной культуры классического капитализма к современному консюмеризму (потребительству). Можно сказать, что современное потребительство - это «религия конца ХХ века».
Наряду с западной версией общества потребления необходимо отметить, что ещё и в советское время брежневского периода были заложены основания для формирования советской версии общества потребления. В конце 1950 -1960-х годов происходит ослабление международной напряжённости. Отношение к войне как к нереальной перспективе, надо жить здесь и сейчас, наслаждаться жизнью. В центр политики был поставлен курс максимального удовлетворения всё возрастающих потребностей людей. Важными факторами в этих процессах были также развитие сферы производства товаров и услуг, на­полнение внутреннего рынка товарами массового потребления, распространение средств массовой коммуникации, особенно те­левидения. Характерно, что уже в годы «застоя» в социалистиче­ском искусстве рождаются мифы, относимые исследователями, по преимуществу к западной буржуазной действительности - ми­фы об «обществе равных возможностей», где распределение блага осуществляется в соответствии с личными затратами труда, а общество оказывается образцом рациональности и справедливости. Но также постоянным элементом обыденной жизни оставалась погоня за дефицитными товарами и льготами.
Западная массовая культура проникает в ранее закрытое советское пространство и оказывает активное влияние на его идеологию и эстетику. К началу 80-х годов разрушается сложившаяся в 50-е годы и сохранившая относительную стабильность и гомогенность все эти десятилетия система ценностей, в обстановке гласности и критицизма по отношению к существующему режиму девальвируются ценности труда и образования. На историческую сцену уже выходит другой герой - герой новой постсоветской России, вдохновляемый принципиально иными идеалами. Героями становятся не ударники труда и неутомимые доярки, как, скажем, в произведениях медиакультуры советской эпохи, а боевики, криминальные авторитеты и дамы трудно определяемых профессий. Престиж рабочих профессий сильно упал, культивируется вкус к лёгкой жизни и наживе, к деньгам. В СМИ пропагандируются жестокость, насилие, пошлость, яркая жизнь и др. Произошла радикальная революция ценностей в России. Более подробно эти вопросы будут проанализированы в следующей главе.
Увеличение количества людей, разделяющих ценности общества потребления, является одной из черт современного человечества. Одна из важнейших тем массовой культуры посвящена именно героям потребления. Массовые журналы, радио, телевидение - главные средства стандартизации, которые распространяют моду, политические мнения, стили и т. д., формируют мнения общества. СМИ становится выражением культуры. Именно из них приходит большинство символических стимулов, которые влияют на поведение и сознание людей. Разрабатываются целенаправленные образы, способствующие стандартизации поведения общества. Создаются предметы особенного, слепого, безрассудного поклонения - эталонные образцы, которые рано или поздно погибают. Лишь в массе/толпе возможно возникновение идола. Без их существования история топчется на месте. Масса нуждается в идолах. Задача данных образцов - массу людей превратить в своих последователей, активизировать человечество и направить к цели путём подражания.
Великие образцы жизни «человек, добившийся успеха своими собственными силами» и основателей, первопроходцев, исследователей и колонистов, которые последовали за образцовыми жизнями святых и исторических людей, уступили место жизнеописаниям звёзд, кино, спорта и игр. Всё это великие динозавры, которые являются центром хроники магазинов и телевидения, в них прославляется жизнь, полная избытка, и возможность чудовищных расходов. Они выполняют драгоценную социальную функцию излишних, бесполезных, безмерных расходов. Они выполняют эту функцию по доверенности от всего общества. Современное престижное потребление персонализовано и пронизано вмешательством СМИ. Его функцией является экономический подъём потребления массы, которое определяется по отношению к престижному потреблению как трудовая субкультура. Повсюду роскошное расточительство, великолепное расточительство, представленное на первом плане в СМИ, но оно только повторяет на культурном уровне расточительство гораздо более фундаментальное и систематическое, включённое непосредственно в экономические процессы.
Индивид побуждается прежде всего нравится себе, получать удовольствие от себя. Нравясь самому себе, люди имеют все шансы нравиться и другим. Это приглашение к самолюбованию особенно действенно в отношении женщин. Но подобное давление сказывается на них благодаря мифу о женщине как коллективной и культурной модели самолюбования. Не только отношение другим, но и отношение к самой себе становится потреблённым отношением. Если женщина себя потребляет, то это значит, что её отношение к себе самой объективировано и подпитано теми знаками, которые составляют женскую модель, являющуюся настоящим объектом потребления. Её женщина потребляет, «персонализируясь». Здесь речь идёт о функциональной женственности, где все естественные ценности красоты, обаяния, чувственности исчезают, уступая место показательным ценностям натуральности, эротизма, «изящества», экспрессивности. Каждый находит свою с........


СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
1. Андреев А. Г., Достоинства советской системы школьного образования и их современная оценка// Советская культура: проблемы теоретического осмысления. Под ред. И. Ф. Кефели. СПб.: ИД «Петрополис», 2008. С. 9.
2. Антонова М. С., Советская культура Бурятии периода Великой Отечественной войны// Советская культура: проблемы теоретического осмысления. Под ред. И. Ф. Кефели. СПб.: ИД «Петрополис», 2008. С. 13.
3. Бабенко О. А., Образ героя как культурный текст.// Вестник СУРМ, 2008, №16. С. 109-114.
4. Баева О. В., Художественно-эстетическое воспитание в школе в первые годы советской власти// Советская культура: проблемы теоретического осмысления. Под ред. И. Ф. Кефели. СПб.: ИД «Петрополис», 2008. С. 15.
5. Бодрийяр Ж., Общество потребления. Его мифы и структуры. М.: Культурная революция; Республика, 2006. С. 70-219.
6. Бодрийяр Ж., Система вещей. М.: Рудомино, 2001. С. 178-196.
7. Брокгауз Ф. А., Ефрон И. А., Энциклопедический словарь: Философия и литература. Мифология и религия. Язык и культура. М.: Эксмо, 2004. С. 245.
8. Вебер М., Протестантская этика и дух капитализма. М.: Российская политическая энциклопедия, 2006.
9. Викентьев И. Л., Приёмы рекламы и Pablik Relations. СПб., 2001.
10. Гегель Г. В. Ф., Собрание сочинений, т. 12, М., 1938, С. 78.
11. Давыдова В. В., Традиции советской праздничной культуры в современной России// Советская культура: проблемы теоретического осмысления. Под ред. И. Ф. Кефели. СПб.: ИД «Петрополис», 2008. С. 201-202.
12. Жидков В. С., Соколов К. Б., «Десять веков российской ментальности: картина мира и власть». СПб.: Алетейя, 2001. С. 477-594.
13. Завершинская Н. А., Ностальгия по «советскому» как смысловая координата практик идентификации в современной России// Интеллигенция и идеалы российского общества: Сб. статей/РГГУ. Социологический факультет. Центр социологических исследований; Под общей редакцией: Ж. Т. Тощенко. М.: РГГУ, 2010. С. 247.
14. Захаров А. В., Культурные герои медийной провинции// Интернет и фольклор. Сборник статей - М.: ГРЦРФ, 2009.
15. Захарова Т. Н,. Советский театр в поиске новых путей// Советская культура: проблемы теоретического осмысления. Под ред. И. Ф. Кефели. СПб.: ИД «Петрополис», 2008. С. 30-33.
16. Зверева Г. И., Чеченская война в дискурсах массовой культуры России: формы репрезентации врага. Россия/Russia. Вып. 4[12]// < documents/519753.html>
17. Зверева В., Позывные гламура// Kinoart/Искусство кино 2006, №11.// magazine/11-2006/now/vera1106/
18. Ижикова Н. В. Просветительская доминанта в СССР// Советская культура: проблемы теоретического осмысления. Под ред. И. Ф. Кефели. СПб.: ИД «Петрополис», 2008. С. 40.
19. Ильенков Э.В., Идеал// Философская энциклопедия. М.: Советская энциклопедия, 1960-1970. С. 44-199.
20. Ильин А. Н., Китч-культура, её идеалы или псевдоидеалы// Интеллигенция и идеалы российского общества: Сб. статей/РГГУ. Социологический факультет. Центр социологических исследований; Под общей редакцией: Ж. Т. Тощенко. М.: РГГУ, 2010. С. 667.
21. Ильин В. И., Общество потребления: теоретическая модель и российская реальность.// Мир России. 2005. №2 С. 3-10.
22. Карлейль Т., Герои, почитание героев и героическое в истории. М.: Эксмо, 2008.
23. Кастельс М., Информационная эпоха. ГУ ВЭШ, 2000. С. 8-389.
24. Кащенко А., Трансформация социокультурных ценностей постсоветской России как социально-философская проблема// Философский журнал, 2006, № 3. С. 2.
25. Китайцева О. В., Роль интеллигенции в формировании идеалов современного российского общества// Интеллигенция и идеалы российского общества: Сб. статей/РГГУ. Социологический факультет. Центр социологических исследований; Под общей редакцией: Ж. Т. Тощенко. М.: РГГУ, 2010. С. 412-414.
26. Костина А. В., Массовая культура как феномен постиндустриального общества. М., 2005. С. 90-123.
27. Краморов Н. И., Идеологическая составляющая культурной революции// Советская культура: проблемы теоретического осмысления. Под ред. И. Ф. Кефели. СПб.: ИД «Петрополис», 2008. С. 41.
28. Кукушкина Е. И., Интеллигенция и общественный идеал// Интеллигенция и идеалы российского общества: Сб. статей/РГГУ. Социологический факультет. Центр социологических исследований; М.: РГГУ, 2010. С. 24-25.
29. Культурная политика России: История и современность: Два взгляда на одну проблему. Под ред. Бутенко И. А., Разлогов К. Э. М., 1998. С. 155.
30. Культурология ХХ век: Словарь. СПб.: Университетская книга, 1997. С.
31. Культурология ХХ век: Энциклопедия в 2-х томах. СПб.: Университетская книга, 1998.
32. Левада Ю. А., Ищем человека: социологические очерки, 2000-2005, М.: Новое издательство, 2006. С. 18-269.
33. Магун В. С., Российские трудовые ценности: идеология и массовое сознание// Мир России. №4. 1998. С. 113-144.
34. Маклюэн М., Галактика Гуттенберга. Становление человека печатающего. М.: Академический проект: Фонд «Мир», 2005. С. 117.
35. Маклюен М., Понимание медиа: внешние расширения человека. М.: Канон-Пресс, Кучково поле, 2003. С. 2-3, 262.
36. Малес Л. В., Советский канон как категория социокультурного анализа и восприятия// Советская культура: проблемы теоретического осмысления. Под ред. И. Ф. Кефели. СПб.: ИД «Петрополис», 2008. С.152.
37. Маркс К., Капитал, в 2-х т. М.: Фолио, 2008.
38. Мифология и идеология СССР// Музей и общественный центр «Мир, прогресс, права человека» имени Андрея Сахарова// < museum/expositions/mithology-ussr/>
39. Мельникова Л. Л., Модусы отчуждения в пространстве массовой культуры советского типа// Советская культура: проблемы теоретического осмысления. Под ред. И. Ф. Кефели. СПб.: ИД «Петрополис», 2008. С. 156.
40. Миклин А. М., Советское культурное наследие как фактор духовного обновления российского общества// Советская культура: проблемы теоретического осмысления. Под ред. И. Ф. Кефели. СПб.: ИД «Петрополис», 2008. С. 217.
41. Московичи С., Машина, творящая богов. М.: 1998. С. 14-328.
42. Николаева Е. В., Советская история в современной культуре повседневности// Советская культура: проблемы теоретического осмысления. Под ред. И. Ф. Кефели. СПб.: ИД «Петрополис», 2008. С. 223-224.
43. Пересыпкина А. В., Прошлое и настоящее интеллигенции: в поисках утраченного// Интеллигенция и идеалы российского общества: Сб. статей/РГГУ. Социологический факультет. Центр социологических исследований; Под общей редакцией: Ж. Т. Тощенко. М.: РГГУ, 2010. С. 214.
44. Поспеловский Д. В., Тоталитаризм и вероисповедание. М.: Библейско-богословский институт св. Апостола Андрея, 2003.
45. Почепцов Г. Г., Теория коммуникации. М.: Рефл-бук, 2001. С. 319.
46. Прингл Х., Звёзды в рекламе. М.: Эксмо, 2007. С. 16-55.
47. Разумовская Т. А., Идеологический нарратив истории как часть национального мифопроекта: кино после травмы// Интеллигенция и идеалы российского общества: Сб. статей/РГГУ. Социологический факультет. Центр социологических исследований; Под общей редакцией: Ж. Т. Тощенко. М.: РГГУ, 2010. С. 611-612.
48. Рудова Л., Гламур и постсоветский человек// Неприкосновенный запас, 2009, №6 (68).
49. Рыжов Ю. В., Ignoto Deo: Новая религиозность в культуре и искусстве.
М.: Смысл, 2006.
50. Савельев А. Н., Герои и псевдогерои с философской точки зрения// 19_6.htm
51. Сальникова Е. В., Эстетика рекламы. Культурные корни и лейтмотивы. М.: Алатея, 2002. С. 52-55.
52. Сапронов П. А., Русская культура IX - XX в. в. СПб.: Паритет, 2005. С. 649.
53. Стравинская М, Меры украшения// Власть №51 (705), 2006.
54. Теоретическая культурология. М.: «Академический проект»; Екатеринбург: Деловая книга; РИК, 2005.
55. Тойнби А. Дж., Постижение истории. М.: Прогресс, 1991. С. 302-310.
56. Тоффлер Э., Третья волна. М.: ООО Издательство ACT, 1999. С. 32-617.
57. Тоффлер Э., Шок будущего. М.: ООО Издательство ACT, 2002. С. 18-346.
58. Тульчинский Г. Л., Культура в шопе. // Нева, 2007, № 2, с. 128-149.
59. Ушакова И. К., Советский политический плакат как средство идеологического воздействия// Советская культура: проблемы теоретического осмысления. Под ред. И. Ф. Кефели. СПб.: ИД «Петрополис», 2008. С. 78-79.
60. Фёдоров А. В., Революционно-классовое насилие на советском экране// Советская культура: проблемы теоретического осмысления. Под ред. И. Ф. Кефели. СПб.: ИД «Петрополис», 2008. С. 81-83.
61. Философия эпохи постмодерна: сборник переводов и рефератов, Минск, 1996. С. 38.
62. Флиер А. Я., Культурология для культурологов: учеб. пособие. М.: Академический Проект, 2000.
63. Харрис Р., Психология массовых коммуникаций. М.: «Олма-Пресс», 2002. С. 145-146.
64. Хархун В. П., Ленин как литературный образ// Советская культура: проблемы теоретического осмысления. Под ред. И. Ф. Кефели. СПб.: ИД «Петрополис», 2008. С. 86-87.
65. Чёлышева И. В., Социальный и нравственный выбор в контексте историко-философского дискурса// Интеллигенция и идеалы российского общества: Сб. статей/РГГУ. Социологический факультет. Центр социологических исследований; Под общей редакцией: Ж. Т. Тощенко. М.: РГГУ, 2010. С. 602-603.
66. Шапинская Е. Н., Очерки популярной культуры. М.: Академический проект, 2008.
67. Шестаков В. П., Мифология XX века: Критика теории и практики
буржуазной «массовой культуры». М.: Искусство,
1988.
68. Шимина А. Н., Шимин Н. Д., Мир идеалов и интеллигенции// Интеллигенция и идеалы российского общества: Сб. статей/РГГУ. Социологический факультет. Центр социологических исследований; Под общей редакцией: Ж. Т. Тощенко. М.: РГГУ, 2010. С. 120.
69. Эко У., Отсутствующая структура. С-Пб.: symposium, 2004. С. 223-233.
70. Эстрада России: ХХ век. Лексикон. М.: Росспэн, 2000.





Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть похожие работы

* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.