На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


Контрольная Разработка проекта Конституции РСФСР. Конституция РСФСР 1918 года. Основные положения. Возникновение и развитие советского права в период октябрьской революции и гражданской войны о 1017-1920 годы.

Информация:

Тип работы: Контрольная. Предмет: Правоведение. Добавлен: 26.10.2006. Сдан: 2006. Уникальность по antiplagiat.ru: --.

Описание (план):


Конституция России 1918 г.

Разработка проекта Конституции РСФСР

Каждая власть, ставшая таковой, особенно в ре-зультате переворота и тем более социальной револю-ции стремится закрепить свою легитимность консти-туцией, утвержденной или всенародным референду-мом или высшим представительным органом законодательной власти. Это важно также для упоря-дочения государственного аппарата, создаваемого но-вой властью, взаимоотношения центра и мест и т. д. И большевики это хорошо понимали. Уже на III Всерос-сийском съезде Советов приняты были такие важней-шие акты как «Декларация прав трудящегося и эксплу-атируемого народа» и постановление «О федеральных учреждениях Российской Республики» заложившие основы будущей советской конституции. Тогда же (в январе 1918 г.) III Всероссийский съезд советов пору-чил ВЦИК разработать проект Конституции. Однако реально ВЦИК смог заняться вопросом о конституции лишь после ратификации IV Всероссийским съездом советов Брестского мирного договора.
1 апреля 1918 г. ВЦИК принял постановление о создании Конституционной комиссии в составе 15 че-ловек. От фракции большевиков в нее вошли Я.М. Свер-длов (председатель), М.Н. Покровский и И.В. Сталин, от левых эсеров -- ДА. Магеровский и А.А. Шрейдер и от эсеров-максималистов -- А.И. Бердников. В комис-сию вошли также представители ряда наркоматов: юстиции (в том числе известные профессора-юристы М.А. Рейснер, А.Г. Гойхбарг, Г.С. Гурвич), по делам национальностей, финансов, внутренних дел, ВСНХ, по военным делам.
С самого начала работы комиссии, в ней развер-нулась жесткая дискуссия. В центре внимания оказал-ся вопрос о диктатуре пролетариата. Большевики рас-сматривали диктатуру пролетариата как важнейший конституционный принцип, выражавший в переходный от капитализма к социализму период сущность социа-листического государства и требовали формального закрепления этого принципа в Конституции. Левые эсеры против этого категорически возражали. За этим, казалось бы, на первый взгляд абстрактно теоретическим спором, в действительности скрывались вполне конкретные вопросы чрезвычайно важные для споря-щих сторон. В действительности речь шла о борьбе за власть. Проиграв на IV Чрезвычайном съезде Сове-тов большевикам по вопросу о ратификации Брестс-кого мира, выйдя из состава СНК и потеряв министер-ские посты левые эсеры давали бой большевикам в Конституционной комиссии, стремясь подготовить ус-ловия для своего возвращения во власть. Тем более, что к концу весны 1918 г. противоречия между боль-шевиками и левыми эсерами существенно усилились. К прежним спорам о внешней политике (Брестский мир) добавились противоречия по продовольственной политике, отношения к зажиточным слоям крестьян-ства и т. д.
Большевики видели свою задачу в Конституцион-ной комиссии в том, чтобы закрепить в конституцион-ном порядке уже сложившуюся в основном систему органов советской власти, придать ей четкость и строй-ность и, главное, укрепить властную «вертикаль» с тем, чтобы превратить государственный аппарат в мощный рычаг, при помощи которого можно было бы не только преодолеть сепаратизм, местничество и опасность развала страны, но и преобразовать социально-эконо-мическую и политическую структуру общества.
Левые эсеры в Конституционной комиссии стре-мились к тому, чтобы не допустить усиления аппарата большевистской власти а, наоборот, сохранить автоном-ность местных властей от большевистского центра, особенно тех местных органов, где было наибольшим их влияние. Чтобы убедиться в этом достаточно про-следить ход наиболее жарких дискуссий в Конститу-ционной комиссии.
В представленном левыми эсерами в комиссию конституционном проекте Советам (которые больше-вики рассматривали как органы пролетарской дикта-туры) отводилась роль всего лишь общественных ор-ганов, а государственные функции на местах должны были (по мнению авторов проекта) осуществлять «де-мократические» учреждения местного самоуправле-ния. Таким образом левые эсеры хотели достичь, во-первых, автономии местных властей от большевистского центра, ибо автономия органов самоуправления от государственных органов составляет самую суть идеи самоуправления. И, во-вторых, органы местного самоуправления (городские думы и уездные и волост-ные земские собрания) избирались на основе всеоб-щего избирательного права, а не только трудящимися как Советы. Следовательно в местных городских ду-мах и особенно волостных и уездных земских собра-ниях неизбежно доминировали бы мелкая буржуазия и кулачество, т. е. социальные слои, составлявшие со-циальную базу эсеров. Следовательно, левые эсеры по-лучили бы на местах готовый аппарат, на который могли опереться в борьбе за власть. Большинством голосов Конституционная комиссия после острых об-суждений отвергла этот проект.
Отвергла Конституционная комиссия и представ-ленный эсером-максималистом Бердниковым «Проект Конституции трудовой республики». В нем красной нитью проводилась анархистская, по существу, идея создания «безгосударственного» общества. Тем самым, следовательно, отвергались и Советы как органы дик-татуры пролетариата. В планировавшемся максимали-стами «безвластном» обществе предполагалось полней-шее равенство, достигаемое путем полного обобществ-ления имущества, вплоть до предметов повседневного обихода (одежды, обуви, предметов личной гигиены), обязательного физического труда для всех кроме де-тей, беременных женщин и стариков и общественного питания по равным нормам. Характерно, что для лиц руководящих общественными работами и идеологов (т. е. для себя) максималисты предусмотрели в своем проекте усиленные нормы питания. Не признавали максималисты и семьи, считая ее буржуазным пере-житком, а дети по их проекту должны были переда-ваться на общественное воспитание. Максималистская «безвластная» «трудовая коммуна» фактически пред-ставляла собой даже не военную казарму, а скорее тюремную зону. Не удивительно, что даже союзники эсеров-максималистов -- левые эсеры не поддержали этот проект.
Борьба за утверждение в Конституции принципа диктатуры пролетариата и укрепления «вертикали» власти серьезно затруднялась ошибочной позицией «левых коммунистов». Они не видели опасности мелкобуржуазной анархистской стихии, угрожавшей самому существованию советской власти и нередко исходили из абстрактных умозрительных теоретичес-ких конструкций подчас не сообразующихся с реаль-ной жизнью.
Такой подход ярко проявился в представленном в Конституционную комиссию профессором М.А. Рейснером проекте «Основных начал Конституции». Рейснер исходил из умозрительного тезиса о том, что де-мократия возможна лишь в мелких самоуправляющих-ся административно-территориальных образованиях «коммунах», и якобы несовместима с крупным госу-дарством. Идеалом подлинной демократии в глазах Рейснера являлись древнегреческие города-государ-ства -- «полисы». Сыграл свою роль и некритический, апологетический подход к оценке опыта первой в мире пролетарской государственности -- Парижской комму-ны 1871 г. При этом не учитывалось, что Парижская коммуна просуществовала всего лишь 72 дня и только в пределах города Парижа. Лидеры Парижской ком-муны в документах, обращенных к населению Фран-ции, призывали трудящихся остальных городов и сель-ских регионов восставать, образовывать свои комму-ны и объединяться с Парижской коммуной на началах федерации. Но, как известно, провинция Париж не поддержала, никакой «федерации» коммун в реально-сти не получилось. Но идея «вольной федерации» ком-мун, существовавшая в призывах и пожеланиях руко-водителей Парижской коммуны, была воспринята мно-гими марксистами догматически, как якобы реальный исторический опыт. Такое умозрительное, абстрактное,
Группа «левых коммунистов» возникла весной 1918 г. внут-ри большевистской партии (Н.И. Бухарин, Н. Осинский (Оболен-ский), Е.А. Преображенский, Г.Л. Пятаков, К.Б. Радек и др.). Они выступали против Брестского мира, за революционную войну против мирового империализма и «подталкивание» революции в Европе. Внутри страны «левые» коммунисты были сторонниками децентрализации государственного и хозяйственного аппарата, выступали против централизма и единоначалия, за безбрежную коллегиальность в управлении и против использования старых специалистов оторванное от практики теоретизирование Ф. Энгельс в свое время назвал профессорским «юридическим кретинизмом».
Власть (по мнению Рейснера) должна концентри-роваться в низовых административно-территориаль-ных образованиях -- «коммунах». В данном случае тер-мин «коммуна», заимствованный из Франции, означа-ет сообщество граждан самоуправляющейся административно-территориальной единицы (села, волости, города), управляемой выборным муниципаль-ным Советом или мэром. Коммуне принадлежит муни-ципальная или коммунальная собственность, она ве-дет коммунальное хозяйство. Эти коммуны объединя-ются в рамках уездов, которым коммуна делегирует часть своих прав. Уезды в свою очередь объединяются в «федерации» губернского масштаба. И, наконец, гу-бернии объединяются в Советскую Федерацию обще-российского масштаба -- РСФСР.
Именно в «коммунах» должны проводиться преоб-разования общественных отношений, формироваться законодательство (земельное, гражданское, уголовное, трудовое). А вышестоящие федеративные объединения будут лишь координировать деятельность коммун и направлять ее. Да и в самих коммунах -- низших зве-ньях всей этой системы, полноправные граждане (т. е. трудящиеся, не лишенные избирательных прав) долж-ны объединяться в коллективы трудящихся -- «произ-водителей». Предполагалось, что именно в этих коллек-тивах «производителей» и будут вырабатываться основ-ные нормы жизни, а Советам коммун отводилась роль представительства интересов коллективов «производи-телей» и их согласование. Роль Советов в этом проекте была не ясна, но, во всяком случае, они явно не выс-тупают в роли полновластных органов пролетарской диктатуры.
Анализ этого проекта показывает, что он полнос-тью игнорирует многонациональный состав населения страны, национальный вопрос. Федерация, которую предлагал Рейснер, являлась не свободным союзом советских республик народов России, не способом собирания распадавшегося Российского многонацио-нального государства, что было уже юридически закреплено постановлением III Всероссийского съезда Советов «О федеральных учреждениях Российской Республики», а явилась бы федерацией администра-тивной. Причем, поскольку делегирование полномочий шло снизу вверх (от коммун к уездам и далее вплоть до РСФСР) и в каждом вышестоящем звене объем этих полномочий уменьшался, то и предлагавшаяся Рейс-нером федерация закрепила бы сепаратизм и факти-ческий распад государства. Иными словами проект Рейснера был направлен против демократического централизма как конституционного принципа постро-ения Советского государства. Не удивительно, что этот проект был поддержан членами Конституционной ко-миссии левыми эсерами и против него выступили члены комиссии большевики.
19 апреля Конституционная комиссия приняла большевистский проект «Общих положений Конститу-ции РСФСР», в котором были четко сформулированы идеи диктатуры пролетариата, демократического цен-трализма и пролетарского интернационализма. Одна-ко идейная борьба в Конституционной комиссии отнюдь не закончилась. В течение мая-июня 1918 г. шли дис-куссии по каждой статье проекта будущей Конститу-ции. Особенно острая дискуссия разразилась 26 июня при обсуждении проекта «Положения об отделах ВЦИК», подготовленного подкомиссией в составе эсе-ра-максималиста А.Г. Бердникова, представителя НКЮ проф. Г.С. Гурвича и представителя НКВД М.Я. Лаци-са, разделявшего в то время взгляды «левых коммуни-стов». В проекте предлагалось, под предлогом ликви-дации дублирования и параллелизма и сокращения аппарата, ликвидация СНК и народных комиссариа-тов и создание вместо них Совета ВЦИК и особых коллегий отделов ВЦИК. Эти коллегии должны были делегировать на заседания Совета ВЦИК «непостоян-ных лиц». В результате, как заявил один из защитников проекта «теперешние министры упраздняются, а у нас остаются коллегии». Проект, таким образом, был на-правлен на фактическую ликвидацию правительства как единого оперативного органа, осуществлявшего повседневное руководство страной и внедрение бес-предельной коллегиальности, безответственности и неразберихи. Это прямо противоречило политике, ко-торую проводил лидер большевистской партии и глава Советского правительства Ленин, который в своей статье «Очередные задачи Советской власти», носив-шей программный характер, подчеркивал, что в усло-виях разгула мелкобуржуазной стихии жизненно не-обходимо сочетание демократизма с единоличной дик-таторской властью. Указанный выше проект был отвергнут.
На заседании ЦК правящей партии большевиков 26 и 28 июня 1918 г. выяснилось, что проект Консти-туции не готов, ряд его разделов (об избирательном праве, о компетенции местных советов и их взаимо-отношениях с центром, о правах и обязанностях граж-дан) не проработаны. Нет и декларативной части Кон-ституции. Создалась угроза срыва представления Конституции на утверждение V Всероссийского съез-да Советов, намеченного на начало июля 1918 г. Тогда ЦК РКП(б) 28 июня создал специальную комиссию по доработке проекта Конституции под непосредствен-ным руководством Ленина. В ее работе приняли уча-стие практически все члены ЦК. Эта комиссия рас-смотрела два проекта: проект Конституционной комис-сии ВЦИК и проект наркомата юстиции (редакторы М.А. Рейснер и А.Г. Гойхбарг). За основу был взят проект Конституционной комиссии ВЦИК. Хотя проект Наркомюста и был отвергнут, как неудовлетворительный, но ряд его наработок был использован при окончатель-ном редактировании проекта Конституции. Некоторые разделы (о правах и обязанностях граждан, о компе-тенции местных и центральных органов Советской власти, о выборах) были переработаны заново. В каче-стве первого раздела включена «Декларация прав тру-дящегося и эксплуатируемого народа». Таким образом, проект Конституции был подготовлен в срок и пред-ставлен на утверждение V Всероссийскому съезду Советов.
Потерпев неудачу в попытках навязать Конститу-ционной комиссии выгодный для себя проект Консти-туции, который закрепил бы ослабление власти нахо-дившихся под контролем большевиков центральных органов Советского государства, руководство партии левых эсеров решилось на авантюристическую попыт-ку вооруженного захвата власти. Решение о подготов-ке вооруженного мятежа было принято на заседании ЦК партии левых эсеров 24 июня 1918 г., то есть еще во время работы Конституционной комиссии. Сразу же началась военно-техническая подготовка восстания: боевые дружины левых эсеров из разных городов (Пет-рограда, Витебска и др.) были вызваны в Москву. От имени крестьянской секции ВЦИК (руководителем этой секции и зам. председателя ВЦИК была Мария Спи-ридонова -- лидер партии левых эсеров) были затре-бованы с военных складов винтовки, пулеметы, даже артиллерийские орудия, боеприпасы, санитарное иму-щество. Провал последней попытки добиться упразд-нения большевистского правительства (СНК) консти-туционным путем (отклонение Конституционной ко-миссией проекта «Положения об отделах ВЦИК» 26 июня 1918 г.), о чем говорилось выше, окончательно утвердил левых эсеров в их решении совершить воо-руженный путч. III съезд партии левых эсеров, состо-явшийся 1 -- 3 июля 1918 г., одобрил решение ЦК от 24 июня. Начало вооруженного выступления приуро-чивалось к открытию V Всероссийского съезда Сове-тов. При этом подчеркивалось, что ни в коем случае нельзя допустить принятия съездом Конституции РСФСР, т. к. эта конституция явится мощным орудием подавления сепаратизма и разгула мелкобуржуазной стихии и укрепления власти большевиков, и придаст боль-шевистскому режиму конституционную легитимность.
Левые эсеры прекрасно понимали, что получить поддержку широких масс трудящихся им не удастся. Поэтому был принят иезуитский план убийства в Мос-кве германского посла Мирбаха и в Киеве командую-щего германскими оккупационными войсками фельд-маршала фон-Эйхгорна, спровоцировать тем самым войну с Германией и вступление немецких оккупаци-онных войск на территорию России. А затем, обвинив большевиков в «защите» германских империалистов, выступить самим в роли вождей «революционной вой-ны против мирового империализма» и на этой волне захватить власть. Хорошо знали они и о том, что кре-стьянство не хочет и не может воевать, но, спровоцировав немецкое наступление и поставив массы в без-выходное положение, рассчитывали заставить их вое-вать. Об этом прямо заявила на III съезде своей партии Мария Спиридонова: «Мы зовем к тому, чтобы мир-ный договор был разорван... В ответ будут репрессии по отношению к нам, и германские империалисты при-шлют карательные экспедиции -- это наше спасение. Карательные экспедиции на Украине создали восста-ние. Никакими лозунгами, никакими митингами мы не в состоянии поднять крестьянство, сейчас скашиваю-щее хлеб, на отпор. И только тогда, когда карательны-ми экспедициями будет покрыта вся Россия, будет создан стимул, заставляющий народ сопротивляться». Таким образом, левые эсеры готовы были спровоциро-вать оккупацию России иностранными войсками, за-лить кровью всю страну, чтобы захватить власть.
На второй день работы съезда 5 июля 1918 г. лево-эсеровская фракция выступила с требованием при-знать работу советского правительства неудовлетвори-тельной и разорвать Брестский мирный договор с Гер-манией. Левые эсеры, конечно, понимали, что они не найдут поддержки на съезде. И, действительно, съезд одобрил деятельность советского правительства.
6 июля левоэсеровскими боевиками (кстати, деле-гированными от имени этой партии в ВЧК и проникши-ми в посольство по документу, подписанному зам. председателя ВЧК левым эсером В. Александровичем) был убит германский посол граф Мирбах. Для страны со-здалась чрезвычайно опасная ситуация. Страна оказа-лась на волосок от войны. Германское правительство потребовало ввода в Москву усиленного батальона германских войск для охраны посольства. И только твердая позиция Советского правительства категори-чески отвергшего германские требования предотвра-тила появление немецких войск в Москве. В тот же день (6 июля) боевые дружины левых эсеров начали воору-женное восстание и стали захватывать стратегические пункты в столице и арестовывать советских работни-ков -- большевиков. Захватив телеграф, левые эсеры передали сообщение о свержении якобы Советского правительства, захвате ими власти и начале войны с Германией. Однако отрядами вооруженных рабочих и войсками московского гарнизона левоэсеровский мятеж был быстро подавлен. Не удалась и попытка коман-дующего Восточным фронтом левого эсера Муравьева повернуть войска фронта на Москву. Армия не поддер-жала мятеж. Сам Муравьев при аресте оказал вооружен-ное сопротивление и был убит. Подавлены были и скоор-динированные с левыми эсерами мятежи правых эсе-ров в Ярославле, Муроме и некоторых других городах. Работа V Всероссийского съезда советов, прерван-ная из-за мятежа на один день, возобновилась и 10 июля 1918 г. съезд принял первую советскую консти-туцию -- Конституцию РСФСР 1918 года.
Конституция РСФСР 1918 года.
Основные положения

10 июля 1918 г. первая советская конституция была принята V Всероссийским съездом советов, 19 июля
В современной как зарубежной, так и отечественной истори-ческой публицистике иногда звучат утверждения, что большевики устроили левым эсерам 6 июля «кровавую резню» и воспользова-лись «эпизодом» межпартийной борьбы для установления в стране однопартийного режима своей партии. Во-первых, никто не устра-ивал левым эсерам какого-либо «эпизода». Они сами подняли за-ранее подготовленный вооруженный мятеж. Во-вторых, не было никакой «кровавой резни». Политические руководители мятежа (члены ЦК левых эсеров) были преданы суду Верховного Револю-ционного трибунала, который приговорил М. Спиридонову и Ю. Саблина к одному году лишения свободы каждого. Но через 2 дня (29 ноября 1918 г.) Президиум ВЦИК амнистировал Спиридо-нову и Саблина. Остальные подсудимые от суда скрылись и были осуждены заочно на 3 года тюрьмы каждый. Но через год были амнистированы, так что никто в тюрьме не сидел вообще. Был рас-стрелян по приговору коллегии ВЧК В. Александрович за измену служебному долгу. Начальник отряда войск ВЧК Попов был объяв-лен вне закона за измену долгу. Но он скрылся и его следы затеря-лись. Были также расстреляны 13 рядовых участников мятежа за мародерство и убийства. И это все. И, наконец, никто партию ле-вых эсеров не запрещал. Но мятеж нанес тяжелый удар по ее репу-тации. Так, если на V Всероссийском съезде советов левые эсеры имели 352 делегата, то на VI съезде всего 4 делегата. Начался массо-вый выход из этой партии рядовых членов и даже видных функционе-ров. Так, Ю. Саблин во время гражданской войны командовал диви-зией в Красной Армии, был награжден орденом Красного Знамени, а в последствии занимал ответственный пост в наркомате обороны. То же самое можно сказать и о некоторых других видных деятелях опубликована в «Известиях ВЦИК» и вступила в дей-ствие. Она в конституционном порядке закрепляла победу социалистической революции и установление государства диктатуры пролетариата. Закрепила она и форму правления нового государства -- Республика Советов. В ст. 1, зафиксировавшей, что вся власть в центре и на местах принадлежит Советам рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, получил государ-ственно-правовое выражение основополагающий принцип пролетарской диктатуры -- союз рабочего класса с трудящимся крестьянством, но под руковод-ством рабочего класса, что отражено было в некото-рых преимуществах рабочих в избирательном праве. Таким образом, это была первая в мире диктатура боль-шинства населения страны над эксплуататорским мень-шинством.
Закреплена была в Конституции также и форма государственного устройства в виде свободного союза свободных народов как федерации советских нацио-нальных республик. Однако в Конституции устанавли-вались лишь коренные начала этой федерации, «предо-ставляя рабочим и крестьянам каждой нации принять самостоятельное решение на своем собственном пол-номочном съезде; желают ли они и на каких основаниях участвовать в федеральном правительстве и в осталь-ных федеральных советских учреждениях» (ст. 7).
Ограничившись установлением коренных начал Советской федерации, авторы Конституции прекрас-но понимали, что конкретные ее формы должна выра-ботать практика. Тем более, что эта практика на мо-мент принятия Конституции была весьма ограничена. Территория только что возникших самостоятельных советских республик (Украинской ССР, прибалтийских советских трудовых коммун) была оккупирована немец-кими войсками, что прервало процесс развития феде-ративных отношений.
В автономных республиках, возникших на терри-тории Юга России (за исключением Туркестанской и Терской) большинство составляло русское население и их возникновение не было связано с решением на-ционального вопроса, а объяснялось другими причи-нами, о которых говорилось в 1 настоящей главы.
Фактически РСФСР на момент принятия Конституции являлась унитарным государством. Но авторы Консти-туции смотрели в будущее и хорошо понимали, что в ближайшем будущем по мере освобождения всей тер-ритории страны от иностранной оккупации и белогвар-дейских войск, такая многонациональная страна как Россия неизбежно столкнется с проблемой решения национального вопроса и наиболее целесообразной формой его решения станет федерация советских на-циональных республик.
В Конституции была сформулирована основная задача Советского государства -- уничтожение всякой эксплуатации человека человеком, подавление сверг-нутых эксплуататоров и установление социалистичес-кой организации общества. В Конституции указыва-лось, что первыми шагами по пути реализации этой задачи являются: национализация (социализация) зем-ли и ее недр, лесов, банков, аннулирование кабальных иностранных займов, переход основных командных высот управления народным хозяйством (в том числе заводов, фабрик и рудников общегосударственного значения, железных дорог, морского и речного транс-порта и т. д.) в руки Советской власти. Создание основ социалистической экономики большевики рассматри-вали как решающий фактор, определявший сущность Советской Конституции.
Конституция закрепила важнейшие права и сво-боды граждан России, а также их основные обязан-ности по отношению к советскому обществу и госу-дарству. Прежде всего следует отметить, что она закре-пила равноправие российских граждан независимо от расовой, национальной принадлежности и вероиспо-ведания, покончив тем самым с позорной практикой дискриминации по мотивам национальной и религи-озной принадлежности, существовавшей в царской России. И, видимо, только той спешкой, в которой за-вершалась подготовка проекта Конституции перед открытием V Всероссийского съезда Советов, можно объяснить тот факт, что в ст. 22, закреплявшей рав-ноправие граждан РСФСР, отсутствует указание на равенство прав граждан независимо от половой при-надлежности. Хотя, в ст. 64 особо подчеркивается, что право избирать и быть избранным в органы власти предоставляется гражданам обоего пола (как мужчи-нам, так и женщинам). Да и в текущем законодатель-стве подчеркивалось равенство прав женщин с муж-чинами (декреты о земле, о равной оплате за равный труд, декреты касавшиеся семейных отношений и т.д.).
Но, провозглашение юридического равноправия граждан независимо от их национальности и религи-озной принадлежности явилось только первым шагом на пути достижения фактического их равенства. Со-циалистический метод решения национального воп-роса, предложенный большевиками, предполагал пре-одоление былой отсталости ряда народов России, подъем уровня их экономического, социального и культурного развития, что возможно было, по мнению большевиков, лишь на базе мощной социалистичес-кой экономики.
Отменив ограничения прав по признакам наци-ональной и религиозной принадлежности и по при-знаку пола, Советская власть ввела такие ограниче-ния по признаку социальной принадлежности. Консти-туция провозгласила, что «власть должна принадлежать целиком и исключительно трудящимся массам и их полномочному представительству -- Советам рабо-чих, солдатских и крестьянских депутатов». И, сле-довательно, «в момент решительной борьбы проле-тариата с его эксплуататорами, эксплуататорам не может быть места ни в одном из органов власти» (ст. 7).
Опыт истории показывает, что во всех революци-ях и гражданских войнах лица из числа тех социальных сил, которые выступали против революции, лишались политических, а нередко и гражданских прав, так было в годы революции в Англии в XVII в., когда «кавале-ры» (сторонники короля) были лишены права участво-вать в выборах в парламент. Поэтому полноправными гражданами по Конституции РСФСР являлись лишь трудящиеся. Нетрудовые элементы были ограничены в правах, прежде всего политических. Поскольку важ-нейшим из политических прав было право избирать и быть избранным в органы власти, то критерии ограничения в правах содержались в ст. 65 Конституции, определявшей категории населения, лишавшихся из-бирательного права. Это лица, прибегавшие к наемно-му труду с целью извлечения прибыли, жившие на нетрудовые доходы (проценты с капитала, прибыль с предприятий, поступления с имущества и т. д.)223, а также монахи и духовные лица различных религий, бывшие служащие и агенты полиции, корпуса жан-дармов и охранных отделений, члены бывшего цар-ствовавшего в России дома, лица, осужденные за ко-рыстные и порочащие преступления. Таким образом в основу лишения политических прав были положе-ны социально-экономические критерии, а не соци-альное происхождение как таковое. Это важно под-черкнуть поскольку значительное число старых спе-циалистов (инженеров, ученых, врачей, офицеров, генералов и т. д.) в том числе и выходцев из буржу-азии и даже дворянства служило в советских учреж-дениях, в Красной армии, правоохранительных уч-реждениях (даже в ВЧК) и соответственно они не лишались политических и не ограничивались в граж-данских правах.
Характерно, что в ст. 23 Конституции подчеркива-лось, что Советская власть «лишает отдельных лиц и отдельные группы прав, которые используются ими в ущерб интересам социалистической революции». От-сюда следуют два вывода. Первый из них: лишение прав не обязательно связано с прошлой социальной принадлежностью. И второй вывод: права и свободы должны использоваться исключительно в интересах социалистической революции и социалистического строительства. Этот вывод имел принципиальное зна-чение и получил развитие в последующем советском.
Характерно, что в проекте Конституции, подготовленном двумя профессорами государственного права М.А. Рейснером и А.Г. Гойхбаргом и представленном от имени коллегии Наркомюста, к лицам, живущим на нетрудовые доходы причислялись и лица, получавшие гонорары. Эта формулировка была явно на-правлена против интеллигенции (врачей, художников, писате-лей, адвокатов), получавших за свой труд гонорары. В окончатель-ном тексте Конституции, отредактированном комиссией ЦК РКП (б) под руководством Ленина, упоминание о гонорарах было исключено.
конституционном законодательстве. Впрочем, и в ряде Конституций стран Запада тоже закреплялся сходный принцип, состоящий в том, что права и сво-боды могут использоваться лишь в интересах устра-нения злоупотреблений властью в рамках существу-ющего строя.
Комментируя ст. 23 Конституции РСФСР лидер большевиков Ленин подчеркивал, что свергнутые экс-плуататоры сами поставили себя вне советов, высту-пив с оружием против Советской власти и развязав (при поддержке иностранных интервентов) в стране гражданскую войну. «Вопрос о лишении эксплуатато-ров избирательного права, -- писал Ленин, -- есть чисто русский вопрос, а не вопрос о диктатуре проле-тариата вообще». В Программе РКП(б), принятой VIII съездом партии большевиков в разгар гражданской войны в 1919 г., подчеркивалось, что ограничение прав свергнутых эксплуататоров -- временная мера, и со-ответственно тому, как «будет исчезать необходимость в этих временных мерах, партия будет стремиться к их сужению и к полной отмене».
Как уже говорилось выше, четкие критерии, кто пользуется правами, а кто их лишается, были разрабо-таны применительно к избирательным правам, но они практически относились ко всему комплексу полити-ческих прав, а в ряде случаев (как это будет показано далее) ограничения прав выходили за рамки только политических прав. Следует подчеркнуть, что как из-бирательное право, так и другие политические, соци-ально-экономические и личные права по Конституции РСФСР 1918 г. носили индивидуальный характер. Тем самым законодатель отверг выдвинутый на заседании Конституционной комиссии проф. М.А. Рейснером левацкий тезис о том, что в социалистическом государ-стве якобы могут быть лишь коллективные права со-юзов и ассоциаций. Характерно, что руководствуясь классовыми критериями Конституция предоставляла не только право убежища иностранцам, преследуемым по политическим и религиозным мотивам, но и тем из них, кто проживал на территории РСФСР и относился к категориям рабочих и не использовавших чужой труд крестьян.
Помимо избирательного права Конституция пред-ставляла свободу собраний, свободу выражения своих мнений в печати, свободу союзов и объединений. Но при этом оговаривалось, что все эти свободы распро-страняются именно на трудящихся. Более того, в Кон-ституции содержалось указание на материальные га-рантии этих свобод (предоставление помещений, ти-пографий, запасов бумаги и т.д.). Однако следует отметить, что, хотя политические права и свободы пре-доставлялись прежде всего рабочим и беднейшим кре-стьянам, это вовсе не означало автоматического зап-рещения пользоваться некоторыми из них другим сло-ям населения и в том числе интеллигенции.
Запрещению со стороны Советской власти подвер-глись лишь те политические партии и общественные организации, которые явились организаторами воору-женных выступлений против Советской власти или выступали с призывами к ее вооруженному сверже-нию (партии кадетов, союзы предпринимателей, союз защиты родины и свободы, различные офицерские союзы и т. д.). Отношение к партиям социалистичес-кой ориентации было иным. Формального запрета по отношению к ним не было. Методы принуждения при-менялись лишь в отношении некоторых их лидеров. Так, в связи с мятежом, организованном правыми эсе-рами в июле 1918 г. в Ярославле и ряде других горо-дов, последовал декрет об исключении лидеров правых эсеров из советов. Но в конце 1918 г. этот запрет на их деятельность в советах был снят. А против левых эсе-ров такая мера не предпринималась даже в связи с мятежом 6 июля 1918 г. Представители партий социа-листической ориентации избирались даже на Всерос-сийские съезды Советов и в местные советы вплоть до начала 20-х гг. Эти партии никто не запрещал. Они сами потеряли доверие масс и постепенно сошли с по-литической арены.
Показательно отношение к различным обществам и творческим союзам интеллигенции. Оно зависело от следующих условий: признание Советской власти и соблюдение советских законов. Общества и союзы, деятельность которых удовлетворяла этим условиям, признавались законными. Например, общество Красного Креста -- после переизбрания руководства, Рус-ское театральное общество (существовавшее с 1896 г.), Русское географическое общество (возникшее еще в 1846 г.) и Русское техническое общество -- после пе-ререгистрации их уставов. Более того, Советская власть не только санкционировала их уставы, но и оказало им существенную материальную помощь в их деятельно-сти на пользу народу.
Что касается социально-экономических прав, то в Конституции говорится лишь об обеспечении для тру-дящихся действительного доступа к знаниям, в связи с чем, как говорилось в Конституции, РСФСР ставит своей задачей предоставить рабочим и беднейшим крестьянам полное, всестороннее и бесплатное обра-зование.
Еще на этапе подготовки проекта Конституции в нее предлагалось включить статью о праве трудящих-ся на достойную «зажиточную» жизнь, что предпола-гало установление государственного минимума зара-ботной платы, которая давала бы возможность достой-ного существования. Однако эта статья была исключена из проекта в связи с возражениями представителя народного комиссариата финансов, который доказал конституционной комиссии, что у молодого советского государства нет средств, чтобы гарантировать практи-ческую реализацию подобной статьи, а потому ее и не целесообразно включать в текст Конституции.
Из категории личных прав и свобод в Конститу-цию вошла лишь статья, закреплявшая свободу совес-ти, что гарантировалось отделением церкви от государ-ства, школы от церкви и предоставлением гражданам свободы как исповедовать любую религию, так и не исповедовать никакой религии, а также свободы рели-гиозной и антирелигиозной пропаганды.
Характерно, что Конституция не содержала тра-диционных гарантий неприкосновенности личности, жилища и тайны переписки граждан. И это не случай-но. Исторический опыт всех революций свидетель-ствует, что свергнутые правящие классы добровольно власть не уступают и всеми средствами, в том числе и силой оружия, пытаются восстановить свое господство. В ходе начавшейся гражданской войны, когда часть граждан (классово-враждебные элементы) выступила с оружием в руках против советской власти, эта власть не могла гарантировать всем гражданам неприкосно-венности личности, жилища и тайны переписки.
Конституция закрепила и обязанности советских граждан и прежде всего всеобщую обязанность тру-диться. В Конституции говорилось, что РСФСР «при-знает труд обязанностью всех граждан трудиться и провозглашает лозунг: «Не трудящийся да не ест». Эта обязанность возлагалась на всех граждан в том числе и на нетрудовые элементы. При этом не дела-лось различия между видами труда. Важно было, что-бы он был общественно полезным. А критериями тру-доспособности являлись состояние здоровья и воз-раст.
Конституционной обязанностью всех граждан признавалась также обязанность защиты социалисти-ческого отечества, в связи с чем Конституция уста-навливала всеобщую воинскую обязанность. Но по-четное право защищать революцию с оружием в ру-ках предоставлялось лишь трудящимся. На нетрудовые элементы возлагалось исполнение иных обязанностей военной службы, не связанных с владением оружием.
В разделе «Конструкция Советской власти» зак-реплялась уже сложившаяся система органов советс-кого государственного аппарата. Пирамида Советов опиралась на сельские, поселковые и городские сове-ты, составлявшие ее основание. Именно в эти Советы низшего звена депутатов избирали непосредственно избиратели. Граждане обоего пола начиная с 18 лет, имевшие избирательное право (о критериях для обла-дания которым говорилось выше) собирались на изби-рательные собрания в городах по производственному принципу (на заводах, фабриках и учреждениях), а в сельской местности по территориальному принципу (на сельских и поселковых сходах) и избирали откры-тым голосованием депутатов местных Советов. При этом, Конституция предоставляла избирателям право отзыва своего депутата, если он (по их мнению) плохо исполнял свои депутатские обязанности. Право отзы-ва весьма существенно отличало Советскую Конститу-цию от всех предыдущих конституций буржуазных государств, по которым депутат независим от своих избирателей на весь срок своего избрания, что позво-ляет ему тотчас «забывать» о своих многочисленных популистских обещаниях, данных избирателям во вре-мя избирательной кампании. Депутаты сельских Сове-тов избирали из своей среды делегатов на волостные съезды Советов. Волостные съезды Советов избирали волостные исполнительные комитеты (исполкомы) в составе 3 -- 5 человек, являвшиеся полномочными орга-нами Советской власти в волости до следующего во-лостного съезда Советов и делегатов на уездные съез-ды Советов. Своих делегатов на уездные съезды Сове-тов избирали и городские Советы небольших городов. Уездные съезды Советов избирали уездные исполко-мы, а также делегатов на губернские съезды Советов. А те в свою очередь избирали губернские исполкомы, как органы власти в губернии и делегатов на Всерос-сийские съезды Советов. Таким образом, выборы были: во-первых, не всеобщие, поскольку нетрудовые элемен-ты от участия в них отстранялись. Во-вторых, не пря-мые, а многостепенные. В-третьих, не тайные, а откры-тые. И, наконец, в-четвертых, не равные, поскольку нормы представительства были различны для рабочих и крестьян. Так Всероссийский съезд Советов избирался из представителей городских Советов по расчету 1 депу-тат на 25 тыс. избирателей, а представителей губерн-ских съездов Советов по расчету 1 депутат на 125 тыс. жителей. Так, записано в ст. 25 Конституции. Можно предположить, что применение разных и несравнимых категорий «избиратели» и «жители» -- результат спеш-ки и недосмотра составителей Конституции. По суще-ству, видимо, имелись в виду тоже избиратели.
Высшим органом государственной власти по Кон-ституции являлся Всероссийский съезд Советов, кото-рый должен был созываться не реже 2-х раз в год. В промежутках между съездами высшая власть при-надлежала ВЦИК -- обладавшему законодательными, распорядительными и контролирующими функциями. ВЦИК образует правительство -- Совет Народных Ко-миссаров (СНК) для общего управления делами страны и руководства отдельными отраслями государственной жизни. СНК подконтролен Всероссийскому съезду Советов и ВЦИК. СНК имеет право издавать самостоятель-но декреты, имеющие силу закона, а также распоряже-ния и инструкции, обязательные для исполнения на всей территории страны, отменить которые вправе только ВЦИК. Наиболее важные декреты, имеющие крупное общеполитическое значение СНК представлял на рас-смотрение и утверждение ВЦИК. Такие декреты публи-ковались от имени ВЦИК и СНК. Члены СНК -- народ-ные комиссары возглавляли народные комиссариаты -- центральные органы отраслевого управления.
Конституция четко определяла предметы ведения Всероссийского съезда Советов, ВЦИК и СНК, а так-же структуру и предметы ведения местных органов Советской власти. При этом подчеркивалось, что обя-занностью местных органов является проведение в жизнь всех постановлений соответствующих высших органов Советской власти; разрешение всех вопросов, имеющих чисто местное (для данной территории) зна-чение и объединение всей советской деятельности в пределах данной территории (ст. 61 Конституции). Такое распределение компетенций между централь-ной и местной властью было нацелено на утвержде-ние в государственном управлении принципа демок-ратического централизма и преодоление проявлений местничества и сепаратизма, утверждение «вертика-ли власти». Демократический централизм выражался и в двойном подчинении отделов отраслевого управ-ления местных исполкомов, которые по горизонтали подчинялись своим исполкомам, а по вертикали одно-именным отделам вышестоящих исполкомов, а в губер-нских исполкомах по вертикали соответствующим на-родным комиссариатам.
Эта линия была последовательно проведена и в главе о бюджетном праве, где говорилось, что все го-сударственные доходы и расходы РСФСР объединяют-ся в общегосударственном бюджете, который утверж-дается ВЦИК. Причем ВЦИК определяет также, какие виды доходов и сборов входят в общегосударственный бюджет, а какие поступают в распоряжение местных Советов, а равно устанавливает пределы обложения. На удовлетворени и т.д.................


Перейти к полному тексту работы



Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.